Муж на вечность.

      Время шло, а я так и не смогла до конца свыкнуться с мыслью, что теперь мы с Какаси вместе. Я не говорю ему это приторное "люблю", и он не заставляет меня слышать это слово, по большей части ничего не значащее. Мы просто рядом друг с другом столько, сколько это позволяют наши работы и прочие дела. Я просто знаю, что он хочет быть как можно ближе ко мне, а я - к нему.       Сегодня прекрасный летний день, полный яркого солнца и настолько раскаленного воздуха, что трудно дышать. Госпиталь почти опустел, что ясно давало нам понять - деревня Голоса готовится к чему-то масштабному.       Я встряхнула головой, не желая думать о политических вопросах. Гораздо больше меня сейчас интересовал вопрос о наших с Какаси отношениях. Мы уже почти месяц прячемся за масками взрослых людей и пытаемся делать вид, что наши отношения развиваются правильно, но это не так. Мы словно дети боимся лишний раз прикоснуться друг к другу или что-то лишнее сказать. Я, конечно, понимаю, что для него это первые отношения, но...       Какаси мужчина, неужели он не хочет просто взять и поцеловать меня? Или хочет, но боится отпугнуть? - Сакура, ты опять задумалась?       Нервная Цунаде, лениво перебирая отчеты, вывела меня из своих размышлений. Она вновь умудрилась достать саке из тайного ящика ближе к обеду и неплохо охмелеть к моему приходу. Стоит ли ее о чем-то спрашивать в таком не совсем трезвом состоянии? - Думаю, что делать с Какаси. - А что с ним не так? Вы еще месяц не встречаетесь, а тебе уже не нравятся ваши отношения? - Не глупи, - я была готова сорваться на подругу из-за того, что она не может понять меня с полуслова. - Мы зачем-то держим какую-то странную дистанцию. Мы встречаемся месяц, Цунаде, а он еще ни разу даже не попытался меня поцеловать, что уж там говорить о... - Сакура! - Хокаге остановила меня как раз в нужный момент. - Ты же не думаешь, что проблема в том, что для Какаси это первые серьезные отношения? Он достаточно смел, чтобы в нужный момент проявить инициативу. Надеюсь, что до твоего, оказывается, еще детского мозга дойдет, что так он просто пытается не навредить твоей весьма неустойчивой психике. Помнишь, как яро ты бегала за Саске? Какаси просто думает, что ты еще не до конца оправилась после расставания, и не хочет слишком спешить, чтобы ненароком все не разрушить. - Ясно, - я некоторое время снова задумалась, а затем, выхватив у Цунаде стакан с саке, выпила половину того, что там было. - Мне нужно идти! - Могла бы и все выпить, - единственное, что успела сказать Хокаге перед тем, как я закрыла дверь ее кабинета.       Значит, Какаси думает, что я все еще страдаю из-за расставания с Саске? Это как минимум глупо. За столько лет, прожитых в одиночестве, я уже успела полностью забыть о тех нескольких месяцах недолюбви со стороны Учихи, которые я с полной уверенностью считала настоящими чувствами.       Пока росла Сарада, пока я работала здесь, в госпитале, после возвращения в деревню, я получила куда больше заботы именно от него, от человека, которого смело хочу называть своим. Неужели я решилась бы на эти отношения, полностью не отпустив старые? Если Какаси думает, что я не готова получать поцелуи и нежные прикосновения не от Саске, то мне остается только одно - переубедить его.       В последнее время Какаси брался только за простые задания, не требующие долгого ухода из деревни и сейчас, наверно, уже спокойно отдыхал у себя дома. Мне хотелось как можно скорее увидеть его, прикоснуться к нему, взъерошить его волосы и хоть как-нибудь доказать, что я полностью готова к новым отношениям. Что я и правда хочу, чтобы он как можно чаще прикасался ко мне.       Остановившись у нужной двери, я отдышалась и постучала несколько раз. Через некоторое время послышались размеренные шаги и щелчок замка. Мое дыхание перехватило, и я начала судорожно перечислять у себя в голове варианты предстоящих действий? Может, мне просто сказать ему?       Дверь тихонько открылась, и я увидела уставшего, не выспавшегося Какаси. Немного растрепанные волосы торчали в разные стороны, создавая настолько нелепый, но в то же время родной образ, что становилось не по себе. Он невольно зевнул, лениво прикрывая рот, хотя с этой работой прекрасно справлялась маска. Слегка мешковатая серая кофта прекрасно сочеталась с его волосами, глазами... С ним. - Что-то случилось, Сакура? - Хатаке наклонил голову в бок и, невесомо улыбнувшись, отошел от двери, все еще держа ее за ручку с той стороны. - Пройдешь? - Конечно, - не хочу врать, говоря, что совсем не обрадовалась его приглашению. - Я хотела поговорить с тобой.       Поговорить... Но о чем? Все слова вновь ворохом перевернулись в голове и стали похожи на единый, сплавленный шар из невзрачного куска металла. Более того, сам язык отказался меня слушаться, повиснув дряблой тряпкой на нижнее небо. Чтобы хоть как-то скрасить молчание, я улыбнулась и, отвернувшись. последовала в глубь квартиры.       Чистая, однокомнатная, одинокая. Не знаю точно, что вызвало во мне в этой квартире ощущение одиночества, но оно здесь буквально витало в воздухе. Может, это отсутствие цветов на подоконнике и картин на стенах. Или сам факт того, что эти стены однотонного серого цвета? Во всех комнатах властвовал минимализм - никакой лишней вещи, лишь необходимая мебель, но и в ней, наверняка, только самое необходимое. - Подожди немного, я только выключу рис. Он, наверно, уже сварился, - я даже не успела повернуться, спиной почувствовав, как быстро Какаси скрылся на кухне. Несколько раз, пытаясь уговорить мою маму не давать ему еды на дом, он упоминал, что, хоть и не является отличным поваром, но готовит не плохо.       Оставшись наедине с собой, я оглядела комнату и мой взгляд зацепился за единственную крупицу уюта в этой комнате. На прикроватной тумбочке спокойно стояли три рамки с фотографиями. Женское любопытство, получившее свободу, никогда не заставит девушку скучать.       Подойдя поближе, я взяла в руки первую рамку, и мое настроение немного ухудшилось. Будучи строптивой и быстро выводимой из себя девушкой, я не смогла сдержать в себе приступ ревности, увидев Рин на совместной фотографии команды Минато. - Это плохо, Сакура, - начала я упрекать себя. - Нельзя ревновать и испытывать плохие чувства к умершим. Они заслужили лучшего.       Увидев на той же фотографии недовольного Какаси, губы невольно расплылись в довольной улыбке. Оказывается, маленький он был тот еще бука. По выражению лица видно, что иногда он вел себя немного высокомерно. И как только этот мальчик вырос в такого мужчину, до кончика волос пропитанного пониманием к окружающим его людям.       С другой фотографии, которую я взяла во вторую руку, на меня смотрела только сформированная команда номер семь. Легкий смешок разбавил тишину, образовавшуюся в этой комнате после ухода бывшего учителя на кухню. Если сравнивать эти две фотографии, то почему-то появляется ощущение, что кто-то особо "умный" не очень хорошо пошутил, подделав одну из них. Они практически полностью копировали друг друга, только на этой Какаси уже улыбался.       Положила обе фотографии на место, и, немного помешкав, подняла рамку с последней фотографией. Смеяться уже не хотелось - на фотографии было только два человека - я и Сарада. Это именно та фотография, которую мы с дочуркой сделали, когда распрощались с хозяином этого дома на базаре. Фотография, которую я хотела показать Саске, когда он вернется. Но все сложилось так, что она досталась другому, ставшему мне по настоящему родным, человеку.       Значит, эта фотография находится у него уже давно. Какаси, вероятно, смог полюбить меня куда раньше, чем это чувство вновь появилось в моем сердце после того, как отчаялось ждать и ушло, казалось, навсегда. - Прости, в тот день я не пошел прямиком домой, а решил закупить немного свежей рыбы и увидел, что вы с Сарадой зашли в фотосалон, - надо как-нибудь предупредить теперь уже моего парня, чтобы он не подкрадывался ко мне бесшумно. - Я подумал, что пожалею, если не попрошу распечатать себе эту фотографию.       Я вновь с большим трудом возвращала себе речь. Поставив фотографию на место, я заметила, как сильно начали трястись руки, в глазах немного помутнело. Почему сейчас мне так трудно показать любимому человеку свои чувства? Раньше я могла на всю деревню кричать, как сильна моя любовь к Саске, но сейчас... Оказывается, что молчаливая любовь куда сильнее той, что так и норовит заявит о себе. - Все хорошо, - наконец сумела выдавить из себя я, - Это даже приятно. - Ты хотела поговорить, - Какаси направился на кухню. - Может, сделаем это за столом? Я жутко проголодался! Правда, я готовлю не так вкусно, как Мебуке-сама, но это тоже съедобно. - Стой, - я медленно подошла к нему и, схватив за запястье, остановила. - Не сказать, а показать...       Показать, что я и правда тебя люблю... Что хочу прикасаться к тебе и чтобы ты прикасался ко мне без какого-либо стеснения или страха все разрушить. Хочу показать, что я готова начать серьезные отношения с тобой...       Когда Хатаке полностью развернулся ко мне, я слегка приподнялась на цыпочках и, набравшись храбрости, поцеловала его. Не смотря на маску, я хорошо ощущала мягкость его губ и то, с какой нежностью он отвечал на поцелуй. Пусть он был не долгим и, если уж честно признаться, даже немного нелепым и неуместным, но был настолько чувственным и честным, что я могла с полной уверенностью утверждать - Какаси понял все, что я хотела сказать и показать. - Мне пора, - слова выскользнули скороговоркой и, не дождавшись ответа от Какаси, я быстро выбежала из его квартиры. Не хотелось оставаться там еще хоть на минуту, смущение снедало меня с головой, а постепенно приходящее полное осознание того, что я сделала, заставляло немного сомневаться в своих действиях. Но так нельзя! Решился - девствуй, а потом не жалей об этом... никогда!

***

- Сарада, будь добра, оставь тетю в покое.       Дочурка недовольно посмотрела на меня и продолжила дергать за длинные волосы Ино. Я, конечно, понимаю, что сегодня у нее был очень скучный день и она хочет развлечься хотя бы вечером, но зачем выбирать настолько садистские методы? - В следующий раз зови меня в гости только в том случае, если будешь уверена, что уложила эту маленькую негодницу спать! - Ино, трепетно относившаяся к своей внешности и уделяющая большое внимание своим волосам, была готова кричать, но вот только кисуньку она любила. Отчасти это чувство и мешало ей быть злой тетей, оставаясь всегда тетей, приносящей всякие вкусняшки. - Надолго спать! - Ты всегда так говоришь, - я попыталась увлечь Сараду каким-нибудь другим занятием, но дочурка упорно не хотела больше ничем заниматься. - Потерпи немного.       Смирившаяся подруга вновь хотела высказать свои уже весьма поутратившие свою важность недовольства, но ее перебил громкий и настойчивый стук в дверь. Странно, мы, вроде, сегодня никого больше не ждем, а если бы это был Какаси, то он не стал бы стучать в дверь, а открыл бы ее своим ключом. - Кто там? - после похищения Сарады я стала более внимательной и старалась больше никогда не открывать дверь, не узнав, кто за ней стоит. - Это я, Сакура, - приятный и бархатистый голос Какаси мигом отозвался улыбкой на моем лице, и я только сейчас подумала, что нужно придумать способ более надежный, чтобы определять, кто пришел в гости. Все-таки чужой голос можно сгенерировать, хоть это и не самое простое занятие.       Немного помедлив, я все-таки решила открыть дверь. Крайне странным для меня было то, что теперь уже почти полноправный член нашей семьи решил не пользоваться своим ключом, но что-то подсказывало мне, что там, за дверью, не опасно. Что там человек, которому я могу полностью доверять. В конце концов он тоже человек и мог просто забыть дома ключи.       Открыв дверь, я подняла взгляд на любимого мужчину и, крепче сжав ручку двери, не смогла сделать и шагу назад, чтобы дать ему возможность зайти. Передо мной стоял Какаси, но другой. На голове больше не было этой копны волос. заваливающихся на один бок, а аккуратно подстриженные волосы, немного прикрывающие уши. Но не это больше всего удивило меня, а то, что он наконец-то решился снять маску. Судя по реакции людей, которые видели его без маски, я предполагала, что он очень симпатичный, но не думала, что настолько, что я стала сомневаться в своей собственной красоте. Аккуратный нос, тонкая линия губ и родинка на подбородке, кажется, теперь будут сниться мне во снах.       Немного придя в себя, я вспомнила, как однажды, напившись, спрашивала, почему Какаси носит маску. Он ответил, что снимет ее только тогда, когда сможет найти девушку, вместе с которой захочет создать крепкую семью. Это его способ доказать мне всю серьезность своих чувств и намерений. - Я решил завязать с работой ниндзя, - он переступил через порог и, остановившись на долю секунды, нежно обнял меня. - Хочу, чтобы люди, которых я люблю, были в безопасности.