Поддержка

Вторая половина апреля пронеслась галопом, увешанная неотложными делами, как виноградная кисть - ягодами. Дейв выбивался из сил, решая новые и старые проблемы клуба, репортёры ходили в “Типа Бро” как к себе домой, каждое видео, снятое на выступлениях, мгновенно выходило в топы и обсуждалось как политические новости. Шоу из юмористического быстро мутировало в сатиру, а это, в свою очередь, привлекло не только волну популярности, но и совершенно неадекватных людей - как противников позиции клуба, так и её сторонников. Один за другим, стендаперы покидали сцену “Типа Бро”: у демонстрантов, поджидающих суда, оказалось достаточно друзей на свободе, чтобы рассылать письма с угрозами. После того, как Сол вытащил из почтового ящика дохлого голубя с демонстративно переломанным пацифистским медальоном на шее, Каркат официально выселился из квартиры и снял собственную, на первом этаже ульестебля, стоящего у самой границы Троллтауна с остальным Хьюстоном. Они с Дейвом и Джоном, добровольно провозгласившим себя “третьим мушкетёром”, практически тянули весь проект. Каркат и Дейв почти перестали встречаться без свидетелей: каждый новостной портал в Штатах спал и видел, как бы заполучить доказательства их предполагаемой “больше-чем-просто-друзья” связи, чтобы перевести политический вопрос в плоскость банальной шумихи над грязным бельём. У Джона под глазами появились глубокие тени, от носа к уголкам губ протянулись ниточки намечающихся морщин, и бесконечная цепочка приколов, которые он всю жизнь щедро раздавал направо и налево, иссякла, превратившись в грустные улыбки. А второго мая Дейв поехал на переговоры с продюсерами по поводу старта телеверсии шоу и не вернулся. До открытия клуба оставалось десять минут. Каркат нервно ходил по залу, лавируя между столиками, больно врезаясь в углы и постоянно названивая Дейву. Абонент был недоступен. Джон сидел за стойкой, сжимая стакан минералки. Воздух казался троллю тяжёлым и плотным, как перед первым раскатом грома. Или даже хуже: как в логове муталусков. На которое, конечно, “Типа Бро” с его круглым залом между двух декоративных арок, аккуратными рядами столиков и огромной барной стойкой был не особенно похож. В нём как минимум не было ни единого кокона, начинённого трупами. - А он тебе не давал случайно номер этих людей, к которым… - нерешительно начал Джон, и Каркат резко оборвал: - Нет. - А может, у него какие-нибудь планы были? - Нет! - А ты в полицию звонил? - А что я должен им сказать? Что мы не можем дозвониться до взрослого самостоятельного бизнесмена целый час? Каркат остановился, с издёвкой, чтобы хоть как-то выбросить всё нарастающую тревогу, зыркнул на Джона. Парень смотрел прямо перед собой, в бар, слишком тяжёлым для него взглядом. Предложил: - Тогда, может, адвокату Дейва? - У этого беспечного засранца нет постоянного адвоката. А я ему говорил… Телефон Джона, лежащий рядом с ним на стойке, коротко пискнул, и насосная мышца Карката глухо стукнула в надполостной каркас. Он подскочил к человеку, замер, вцепившись в стойку. Джон взял телефон, бросив на тролля короткий взгляд поверх очков, машинально напомнил: - Когти. - Да, точно, - Каркат растопырил пальцы, поднял ладони. На полированной древесине осталось восемь тонких белых полос. - Это Дейв? Что там? - Погоди, это что-то странное, - Джон нахмурился. Каркат вскарабкался на соседний стул, цапнул его за плечо, пытаясь заглянуть в экран, и парень, поморщился: - Блин, ну когти же! - Да, да, прости, - Каркат убрал руки, склонился над экраном, пытаясь разобрать, что происходит, но он смотрел под углом и не видел ровно ни черта. А волнение нарастало. Эгберт покосился на него скептически: - Если бы я тебя не знал, прямо сейчас поверил бы половине слухов про ксенофилию, которые желтушники на вас вешают. - Ой иди ты, - огрызнулся Каркат, - можно подумать, сам белый и пушистый. Про тебя и меня пишут почти так же часто. Что там? Кто это? - Сам посмотри, - Джон протянул ему телефон, и Каркат залпом прочитал строчки в пестерчаме: -- знаменующийТимей [ЗТ] начал доставать эктоБиолога [ЭБ] в 21:47 -- ЗТ: Привет, Джон, это Дирк Страйдер. Тот, который Бро. Я нашёл твой контакт на компе малого. ЗТ: Мне позвонили из Киндред Хоспитал. На случай, если вы ищите Дейва, он у них. Говорят, довёл себя до истощения, хлопнулся в обморок на выходе с телестудии. Если ещё что-то сообщат, буду держать тебя в курсе. ЗТ: И удачно сегодня выступить. Держитесь. Я знаю, что бро вам сейчас нужнее, чем самому себе. -- знаменующийТимей [ЗТ] перестал доставать эктоБиолога [ЭБ] в 21:48 -- ЭБ: ПОГОДИ! ОН ОЧНУЛСЯ? - Бесполезно. Такие чуваки, как Дейвов Бро, не будут переписываться без необходимости, - Джон смотрел с сочувствием и пониманием. Каркат протянул ему телефон и пробормотал, скорее для себя, чем для кого-либо другого: - По крайней мере, он жив и вокруг врачи. Бармен вышел из подсобки с подносом стаканов, безмолвно напоминая, что двери клуба вот-вот откроются. Переглянувшись, Каркат и Джон слезли со стульев, преодолели метр пола и четыре ступеньки, спрятались за кулисами. Тролль опустился на старый деревянный крутящийся стул, который всегда стоял здесь специально для Дейва, и откинулся на спинку, скрестив руки на груди. Новая мысль поселилась в его голове и свербила череп, настойчиво забивая разум волной боли и страха: времени может оказаться гораздо меньше, чем до конца года. Дейв может оставить его вовсе не потому, что хочет этого. По сравнению с троллями, люди хрупкие, как фарфоровые статуэтки. Хрупкие и недолговечные. Многие высококровные беженцы, ещё не перешедшие черту, отделяющую юность от зрелости, в пересчёте на человеческие годы уже прожили пару веков. Блин, да самому Каркату было где-то около двадцати оборотов - больше половины человеческой жизни! - и он только пару недель назад заметил красные точки в жёлтой радужке своих глаз. Даже если найдётся волшебный способ оставить мутанта на Земле, он всё равно обречён потерять Дейва просто потому, что отпущенные им жизни несоизмеримы. Снова и снова, быстрее и быстрее прогоняя в своей голове сцены прошедшего месяца, Каркат жалел о каждой упущенной возможности задержаться рядом с ним - и пусть бы провалились ко всем земным чертям все журналисты вселенной! Он вздохнул, посмотрел в потолок, в пыльные стропила, переплетающиеся в закулисной темноте. Человек и тролль прошли сквозь стену лабиринта, чтобы привлечь внимание к проблемам межвидового сосуществования, но где-то на пути к большой цели Каркат пропустил развилку личного счастья. С тех пор, как началась круговерть большого проекта, - то есть буквально с четырнадцатого апреля, - у них с Дейвом просто не было времени или сил друг на друга. Только однажды, после того, как Страйдер помогал ему с переездом, они обнялись на прощание, и это было буквально большее, что когда-либо происходило между ними. Попытки Карката поговорить об их отношениях всегда прерывались каким-нибудь некстати зашедшим коллегой или неотложным делом. Но странным образом он не чувствовал, что Дейв отдаляется. Они просто притормозили на какой-то промежуточной стадии - уже не друзья, но ещё и ни одна из известных троллю форм романтики. До сих пор Каркату казалось, что это правильно, что есть более неотложные вещи, вроде сатирического ликбеза на тему “тролли: практическое руководство для чайников”. Этой ночью приоритеты растворились, как мороженое в гляссе. - Давай соберись, - подбодрил его Джон. - Если мы профакапим вечер, Дейв слетит с ручки нахрен окончательно. Он и так слишком напрягается из-за нового проекта. - Не он один, - Каркат снова вздохнул. - Подай мне что-нибудь на импровизацию, надо в настроение войти. - У нас пара минут до выхода, какая такая импровизация? - отчаянно схватился за голову Джон, и Каркат, через силу усмехнувшись, развалился на стуле, пародируя уверенных в себе звёзд спорта: - Как всегда - блестящая! - Могло быть хуже, - снисходительно кивнул напарник. - Так, первая тема сегодня - мигранты и реднеки. Кто начинает? - Делаем парадоксальную подачу, - предложил Каркат с ходу, даже не задумываясь. - Я - реднек из Троллтауна, ты - землянин, случайно севший ночью не на тот автобус на последние деньги, стартуем с традиционного “здесь таких как ты не любят”. Что скажешь? - А, поехали. Реднек с моим типажом всё равно провальный, - Джон протянул Каркату микрофон, взял второй с подзарядки, и, на ходу включив его, пошёл на сцену, по пути проверяя аппаратуру: - Раз-раз, меня слышно, проверка, раз-раз-раз уж вы здесь, дорогая публика… В зале раздались аплодисменты. Каркат в последний раз вздохнул, пообещал себе не оглядываться на пустой стул за кулисами, тяжело поднялся и, включив свой микрофон, вышел на сцену со словами: - Раз-раз-раз уж ты поднял эту тему… - и они нырнули в импровизацию. Никогда ещё Каркату не было так тяжело говорить. Слова застревали комом в голосовой трубке, и чтобы вытолкнуть их, каждый раз приходилось убеждать себя, используя Джонову аргументацию: это всё для Дейва. Он должен увидеть, что без него справляются, что не нужно так надрываться. Кроме них сегодня на сцене не было опытных стендаперов, но с двух часов начиналось экспериментальное отделение для начинающих музыкантов, так что по крайней мере не нужно было заставлять себя выдавливать юмор через силу всю грёбаную ночь. Продержаться оставалось всего ничего, когда посреди сценки Каркат всмотрелся в зал, изображая утрированную сосредоточенность морского волка, и увидел Дейва, разговаривающего с охранником у входа. Тролль вскрикнул от радости, мгновенно потеряв связь с происходящим, а уж тем более с шуткой, которую нужно было довести до конца, и первым его порывом было - спрыгнуть, бежать туда, и чувствовать, и спрашивать… Но бдительный Джон поймал напарника за футболку между лопаток, спасая положение, дёрнул назад, на сцену. - Говорил же боцману не кормить юнгу кактусами, - буркнул он в микрофон. - А тот всё “путь силы” да “путь силы”... - Земля, капитан! - заорал Каркат, вспомнив, что они пародируют открытие Америки. В попытке сгладить заминку, ещё раз крикнул: - Земля! - и, в приступе непритворной радости подпрыгнув с места почти под самый потолок, сделал высокое сальто с приземлением на ноги - простое упражнение для тролля, относительно недавно сменившего гравитацию Альтернии на земную. Публика пришла в восторг. Пару минут спустя Дейв через подсобку прокрался на сцену и занял своё привычное место на стуле, как на троне. Обернувшись на скрип досок, теперь уже Джон потерял дар речи посреди реплики, а Каркат, увидев на его лице бессмысленно-счастливую улыбку, мысленно хлопнул себя по лбу и объявил публике, демонстративно указывая на напарника, как будто представляет артиста цирка: - Экспонат номер один красной книги толерантности: либерал-оптимист! В зале охотно засмеялись, кое-кто захлопал. Каркат опустил голову, скрывая такую же дебильную лыбу, какую только что продемонстрировал Джон. Он различал отчётливые хлопки из-за левой кулисы. … Голова всё ещё немного кружилась. Звуки доходили как сквозь тонкий слой ваты. Дейв добрался до кулис осторожно, по стеночке, и, наконец приземлившись на любимый стул, понял, что так просто с него не встанет. Но это уже не имело значения. Ради Карката и его большой идеи, да что там - ради будущего двух видов и рождения новой формы постиронии, он сделал единственное, на что был способен в этот момент: присутствовал. Клуб на его глазах становился точильным камнем меча будущего, и Дейв ни в коем случае не хотел пропускать ни единого “вжих”, которое делает этот камень по ткани времени. До врачей концепцию, правда, донести не удалось, и они мариновали его почти пять часов, пока наконец одному гению не пришло в голову связаться с Дейвовым психотерапевтом. Задав пару уточняющих вопросов, док попросил передать телефон пациенту, и нудел, пока тот не сдался и не пообещал немедленно купить грёбаные таблетки. Ещё и на приём пришлось записаться. Интересно, как быстро эта сенсационная информация появится в сети? Но по крайней мере пока что всё утряслось. Дейв в “Типа Бро”, за сценой, слушает выступление и машинально колупает ногтями облетающий лак на боковой стороне сидения. Он на своём месте. Сидя в такси, Дейв пытался предугадать реакцию на своё исчезновение, и заранее беспокоился, что после напряжённого апреля даже такая мелочь может оказаться бомбой, которая взорвёт к собачьим чертям хрупкий триумвират. Особенно волновался за Карката, с которым боялся сближаться дальше - и боялся не сближаться. Каждый раз, когда они из-за рабочих мелочей огрызались друг на друга, Дейву казалось, что он уже всё упустил и никогда не получит возможности заклеить эту крохотную трещину в отношениях. Что же будет после того, как он - даже если не специально - бросил своего тролля наедине с полным залом? - После небольшого антракта вы услышите новую волну музыкальных талантов Хьюстона, отобранных лично прославленным диджеем Демиургом! - объявил Джон на сцене. - Спасибо за смех, спасибо за приём, мы любим тебя, Хьюстон! Он не успел договорить, а Каркат уже рванулся за кулисы маленькой целеустремлённой кометой, на ходу вырубая и отбрасывая в сторону микрофон. Дейв, медленно поднимаясь, краем глаза проводил девайс до самого приземления в пыльную ткань кулисы, но не успел начать объясняться: тролль прижался к нему всем телом, крепко обнял и замер, тихо потрескивая горлом. Не успев даже задуматься, что делает и какие у этого могут быть последствия, Страйдер обнял его в ответ, прижал к себе ещё теснее, зарылся носом в пушистые волосы между рогов, вдохнул почти неуловимый, исчезающе-невесомый запах, который нельзя описать человеческими словами. Головокружение медленно отступало. - Внезапно моя вера в вашу ксенофилию достигла критически высокой отметки, - Джон зашёл за кулисы вразвалку, нарочито медленно, и улыбался до ушей. - Тоже рад тебя видеть, бро, - он хлопнул Дейва по плечу, - но тут сейчас будет тесновато. Музыкантам надо инструменты тащить на сцену. - Карклз, - позвал Дейв. Каркат поднял голову, не отпуская человека, и дотронулся до его носа своим. Тролль не упрекал его за опоздание, наоборот - он был, кажется, абсолютно счастлив. Таким открытым, искрящимся, уязвимым Дейв не видел его никогда. И он сказал, поглаживая осторожно Каркатову горячую голову: - прости, что не смог позвонить. Я мобилу грохнул. - Ты себя чуть не грохнул, грёбаный трудоголик, - ласково проворчал Каркат, и Дейв понял, что он каким-то образом в курсе событий. - Не делай так больше, понял? - Постараюсь. А теперь, чел, мне надо как-то добраться до кабинета. - В каком смысле как-то? - насторожился тролль. - В смысле если ты меня отпустишь, я, кажется, упаду. До кабинета Каркат донёс его на спине. Джон остался в зале, чтобы пояснить происходящее прессе, и Дейв понял, что сдаёт свои позиции, - причём, как это ни иронично, самому себе. Проигрывал несгибаемый деловой человек, хозяин клуба, шоумен, собравшийся без передышек взлететь по лестнице известности и донести свои идеи до миллиардов. Выигрывал парень из Техаса, который хотел быть счастливым рядом со своими друзьями и единственным троллем, которому мог бы посвятить поэму. Но так этого и не сделал, потому что Каркат был живее любых слов. - Ты совсем лёгкий, - как-то обескураженно заметил тролль, сажая Дейва на кресло в кабинете. - Разве так всегда было? - Не, я за месяц десять кило сбросил случайно, - признался Дейв и пояснил, встретив задумчивый, не понимающий взгляд: - Забываю спать, забываю есть, вот это всё. - Может тебе напоминать? - деловито предложил Каркат. Он уселся на любимый угол стола, наклонился над Дейвом и добродушно оскалился: - Ты только разреши. Обещаю, больно не будет. Несмотря на головокружение, ассоциативный ряд Дейва выдал в ответ на его фразы самую банальную пошлость, и Страйдер фыркнул: - Ты меня загрызёшь, если узнаешь, что я только что себе представил. - Неа, - скривился от отвращения тролль, - фу, жрать млекопитающих. - Ну тогда слушай. Я подумал, что если ты готов взять это на себя, может, нам начать жить в одной квартире? Типа вместе и всё такое. - Ты ведь ко мне подкатываешь, Страйдер, - недоверчивая полуулыбка. Но Дейв уже дошёл до точки, из которой больше не мог отступать. Он подъехал на кресле поближе и скрестил руки на Каркатовых коленях: - Да. - Воу, - зрачки тролля на секунду расширились, и снова сузились. - Да. - То есть серьёзно, вот так просто, после того, как мы несколько недель общались только по работе, ты предлагаешь мне типа… начать встречаться? - Нет. После того, как понял, что из-за нескольких недель общения только по работе могу тебя потерять. - Нет. - Ну извини, - холодная заноза из ниоткуда вонзилась в солнечное сплетение и пробила сердце по самый позвоночник. Дейв попытался улыбнуться и поднял руки, демонстрируя, что всё норм, но Каркат неожиданно наклонился к нему, бережно обхватил ладонями голову, приподнял его лицо, и, уперевшись лбом в лоб и носом в нос, шепнул: - Нет, Дейв, это я могу тебя потерять. В дверь деликатно постучали. Каркат отпрянул мгновенно, и Дейву на секунду показалось, что он только что грезил наяву, что не было никаких спонтанных признаний… если это вообще можно было называть признаниями. - Входите, - сказал он, возвращая руки на подлокотники. Вошёл Джон, с размаху сел на большой, пылящийся в углу закрытый ксерокс: - Последние новости из мира жёлтой прессы: наш Дейви псих. Чем мы им на это ответим? - Соврём, что это не мешает мне нормально жить? - предложил Дейв. - Тоже мне, новости, - хмыкнул Каркат. - Наш Дейви самый психованный псих в Техасе. - Да нет, буквально: у меня БАР, - как можно непринуждённее признался Страйдер. - Ну да, в клубе. Или я не в курсе, и люди держат бары только из-за психических расстройств? - Дай угадаю, ты знаешь об этом уже много лет, но так и не собрался сказать своему другу детства, да? - притворно обиделся Джон и пояснил Каркату: - Этот жопашник имеет в виду биполярно-аффективное расстройство. - Маленький экскурс в психотерапию для чайников, - Дейв откинулся в кресле, скрестил руки на груди, монотонно забубнил, глядя, как по матовому крашеному потолку блуждают блики и тени: - Биполярно-аффективное расстройство - это когда психику заедает то на гиперактивности, то на депрессии. У меня три четверти года гиперактивность, фаза депрессии проскакивает быстро и почти незаметно, а потом обычно пара месяцев стабильного состояния. То есть технически я маньяк - в самом несексуальном и не криминальном смысле. Очень удобная болезнь, кстати. Работаешь с ночи до утра, не отвлекаясь на мелочи. И если бы иногда эту фазу не переклинивало навязчивыми идеями, хер бы я вообще согласился лечиться. - Раскрыт секрет написания трёх хитовых альбомов за месяц, - кисло подытожил Джон. - То есть я, получается, не гениальный стендапер, а навязчивая идея? - грустно спросил Каркат, чертовски быстро сложив два и два. - Ты лучший тролль на Земле, - твёрдо сказал Дейв, медленно, чтобы не загудело в висках, возвращаясь в сидячее положение. - И гениальный стендапер. - О, то есть вот оно как, - протянул Джон. - Это многое объясняет. Кстати, ты правда гениальный стендапер и лучший тролль на Земле. Дейв посмотрел на Карката снизу вверх, надеясь, что не слишком многое разрушил между ними. Блин, если бы не чёртов голодный обморок… ...это не имело никакого значения. Каркат плутовато улыбался - ему и только ему. Дейв засмотрелся им, впервые за несколько недель получив возможность сидеть рядом и не обговаривать при этом бесконечные стратегии развития клуба или допустимую тематику шуток, и надолго замолчал, пробегаясь взглядом по плавной линии нижней челюсти, по чёрным губам, по широкому массивному носу, густым бровям, низкому лбу, из-за которого Каркат всегда выглядел насупленным, - а потом снова и снова тонул в его глазах. В янтарной желтизне которых можно было, если присмотреться, разглядеть незаметные пока красные точки. - Кхэм, - демонстративно кашлянул Джон, - может вы, ребята, ещё что-то хотите мне рассказать, раз уж у нас намечается вечер откровений? - А, ну да, - нехотя Дейв развернулся к нему. - По состоянию здоровья мне официально нужен заместитель. - Не-а, даже не смотри на меня, Страйдер, я простой стендапер, мне нафиг не нужны дополнительные обязанности. - Я знаю, чел. Но не мог бы ты для меня поговорить со своим батей? Знаю, мистер Эгберт предпочитает работать с бухгалтерией и удалённо, но может он всё-таки… - ...уцепится за возможность переехать поближе к своему сыну, чтобы исподтишка следить за каждым его шагом? - закатил глаза Джон. - Лаааадно, я попробую с ним поговорить. Но ничего не обещаю. Дверь приоткрылась, и бармен извиняющимся голосом сообщил, что группа “Дип Хай” подключилась и просит передать, что баланс второй линии мониторов полетел к хуям. Дейв вскочил, почувствовал, что голова ещё не готова пережить новые подвиги, и медленно, осторожно прислонился к Каркату. - Тебе нужен заместитель, который разбирается в технических вопросах, - подытожил Джон. - Потому что это единственная херь во всём клубе, на которой заменять тебя буквально некем. Сиди, я попробую подёргать там переключатели… Дейв почти притворно схватился за сердце: - Хочешь, чтобы я отсюда с инфарктом уехал? Карклз, веди меня за сцену. - Ребят, - Джон приоткрыл дверь, выглянул в коридор, закрыл её обратно, - не обижайтесь, вам бы как-то… поосторожнее с прилюдным выражением отношений. Я понимаю, ситуация необычная, Дейв действительно перегнул палку со своим здоровьем, но мы с Каркатом - стендаперы. Это единственная сценическая профессия, которой грязные слухи на пользу не идут никогда. Тем более что большинство людей пока ещё не настолько готовы принять троллей. Если в интернете появятся доказательства того, что Каркат занимается межкультурным просвещением, нуу, из личных соображений… - Думаешь, мы не знаем? - Каркат слез со стола, бережно поддерживая Дейва, закинул его руку себе на плечо. - Думаешь, можно просто сказать себе - “не чувствуй, не думай, не говори” - и всё будет именно так, как надо? Что можно запланировать личную жизнь на потом, когда чувствуешь, что времени мало, что оно утекает сквозь пальцы, а? - Думаю, можно скрывать это от посторонних, - ответил Джон. - Ну так подумай ещё… - начал Каркат. Дейв сжал его плечо, тролль замолчал, взглянул на него вопросительно. - Мы занимаемся беспрецедентным синтезом в мировой культуре. Заполняем грёбаную пустую страницу, - обратился Дейв к Джону, как будто выступал перед всеми своими тревогами. - Я не собираюсь говорить об этом специально, но если окажется, что до нас с Карклзом некому будет поднять тему межвидовой романтики - значит, придётся именно нам взять это на себя. Я прав, чел? - он посмотрел на Карката, и тот ответил, фыркнув: - Мне надоело думать, что будет “если”, ясно? Прямо сейчас надо разобраться с грёбаными мониторами, дожить до утра и дотащить тебя до места, где можно отдохнуть. Об остальном будем думать завтра, если думалки не послетают. Пошли, Страйдер. Быстрее начнём - быстрее закончим. ... На этот раз они всё-таки вызвали такси: у Карката водительских прав не было, да даже если бы и были, Дейвова машина осталась у телецентра. Ни секунды не думая, Каркат сел назад вместе с Дейвом, и они оба, развернувшись когда такси тронулось, иронично приплюснули носы о заднее стекло, махая Джону на прощанье. В салоне отвратительно воняло одеколоном и сигаретами, кондиционер не справлялся с жарой, так что эта шалость оказалась единственной приятной штукой во всей поездке. По дороге, чувствуя себя как-то скованно при свидетеле, они начали обсуждать идеи для пилотного выпуска телешоу, которое Дейв всё-таки умудрился согласовать, - а водитель, огромный плечистый мужчина, постоянно бросал на них недобрые взгляды в зеркало заднего вида. Или, может, Каркату только казалось? У него не было объективных критериев оценки отношения землян к троллям вообще, и к троллям, едущим домой на рассвете в сопровождении людей, в частности. Но Дейв, похоже, разбирался в этом значительно лучше. Перехватив один из таких взглядов, он облокотился на спинку водительского сиденья и похлопал водителя по плечу: - Эй шеф, что думаешь про синтез человеческой и тролльской культур? - непринуждённо поинтересовался он. Каркат ждал, что громила пробурчит что-нибудь, или переспросит про мудрёное слово “синтез”, но вместо этого водитель ответил довольно гладко, хотя и медленно, с тяжёлым акцентом - не то немецким, не то славянским: - Не дело было - звать опасных пришельцев к себе в гости. Я слышал, они планеты захватывали, - а раз им было куда бежать, почему на них не остались? Раз не остались, значит, высосали планеты до капли, и с нами так будет. Только бы не дожить до этого. - Я могу пояснить… - начал Каркат, но мужчина перебил его: - А не надо. Все мы по одному хороши, - и я, человек, и ты, тролль. Но когда нас много, уже не каждый за себя решает, а верховная бошка. Знаешь, как бывает, если народ долго злобится на тех, кто оказался сверху, а потом умный приходит к рулю? У нас, людей, бывает большая война. Это умная бошка так открывает клапан и выпускает пар, чтобы под ней самой не рвануло. А троллям, как я вижу, есть, на что злобится. - У нас не будет больше верховной бошки, - покачал головой Каркат. - Ерунда, - отмахнулся человек. - Нет, серьёзно, - вмешался Дейв, - у них там главной может быть только особая троллиха. Это всё биология. А вывести они такую больше не могут, потому что нет специального лу… зверя-воспитателя типа. - Ты молодой ещё, - снисходительно покачал головой водитель, - не знаешь, что законы истории всегда одни. - Оставь, - Каркат потянул Дейва за рукав. Он вдруг почувствовал горечь от того, что люди не понимали очевидного… и тролли тоже. Три недели они упахивались на сцене, у юристов и на пресс-конференциях до такого состояния, что к утру еле таскали ноги, и думали, что создают связь между двумя расами, но связь была иллюзорной. Не могло всё человечество понять троллей - этим занимались только те, кто действительно хотел. И тролли не могли понять людей. Каждый день где-то на Земле кто-то из троллей делает глупость, за которой следуют жертвы. Как же всё-таки донести до каждого, до последнего человека и тролля, необходимость идти на взаимные компромиссы и, уважая различия, становиться плечом к плечу, как он сам стоял с Дейвом на сцене под градом дебильных помидоров? Правда, плечом к плечу с Дейвом он был и сейчас. И намеревался оставаться в этом физическом и метафорическом состоянии так долго, как только сможет. В идеале - до конца времён. Выходя из клуба, Каркат был спокоен. Но чем ближе они подъезжали к Троллтауну сквозь просыпающийся Хьюстон, тем очевиднее становилась ему непреложная истина: Дейв Страйдер теперь с ним. По-настоящему с ним, в самом алом смысле этого слова. Или настолько с ним, насколько это возможно между представителями разных видов. То есть когда они выйдут из машины и войдут в улей, между ними что-то будет по-новому. Вряд ли, конечно, многое, учитывая состояние человека, но… они останутся наедине, и Дейв теперь знает, что он не безразличен Каркату, и кажется это взаимно, и… ...и он понятия не имел, что делать дальше. Мечтать о недостижимом было куда легче, чем добиваться этого, но всё-таки провести один короткий откровенный разговор оказалось проще, чем не загоняться по поводу ближайшего будущего. Чем дальше, тем чаще Каркат терял нить беседы, которую они с Дейвом всё-таки возобновили, порывался незаметно дотронуться до человека, получить подтверждение реальности происходящего, и каждый раз одёргивал себя. Какую бы пафосную речь он ни задвинул Джону про то, что отказаться от отношений может быть очень сложно, на деле каждый следующий шаг в них давался ему тяжело, как шаг в трясину. Или, поправил он себя, глянув на Дейва, как шаг из трясины. Но тогда, если следовать аналогии, рано или поздно шаги станут легче, верно? - Боишься? - шепнул вдруг Дейв, наклонившись к самому его уху. Каркат задумчиво посмотрел в потолок, вздохнул, подумал, пожал плечами и кивнул. Дейв усмехнулся: - Я тоже. Как школьница перед первой дискотекой. И, выпрямляясь, мимолётно погладил пальцы его левой руки. Каркату хотелось немедленно продолжить этот разговор, разнервничаться, крикнуть что-то в духе “ты на что рассчитываешь на первом свидании!”, но во-первых, мало ли, какая ушлая дамочка с диктофоном будет через пару часов расспрашивать этого водителя, а во-вторых, фактически им не нужно было никакое первое свидание. Оно уже было. Давным-давно, в ульестебле, где Каркат делил квартиру с Солом, под рождественской ёлкой и при свечах. А потом были второе, третье и многие, многие другие. Был февральский ливень, в который Каркат вытащил Дейва из клуба сразу после своей программы, и они вдвоём, смеясь, прыгали по ночным лужам, вымокнув до нитки и совершенно не думая о последствиях. Был поход в планетарий, который Дейв буквально навязал Каркату, и его рассказ о древних человеческих верованиях в двенадцать звёздных знаков, и были эти самые знаки, которые медленно кружились вокруг них в тёмном помещении, ни капли не похожие на настоящий космос, но завораживающие. Тролль запомнил только, как здорово было лежать на откидывающемся кресле рядом с Дейвом, и ещё - что человек родился под созвездием Вороны, как и его сестра, и брат. И была совершенно идиотская фермерская ярмарка, на которую Джон их вытащил только чтобы незамедлительно потеряться в толпе, и Каркат заявил, что раз уж он в кои-то веки раз пожертвовал своими принципами и выполз из дома днём, они с Дейвом сдохнут, но пройдут каждый грёбаный аттракцион на этой дурацкой площадке. Это было тяжело, но они не сдохли. Страйдер даже выиграл пугающе большое игрушечное животное с зелёно-розовым мехом за метание мячей в бутылки, осмотрел его, обозвал гибридом совы с гремлином и насильно подарил отчаянно - и притворно - сопротивлявшемуся Каркату. Ни одно из этих воспоминаний не помогало сейчас, когда они с Дейвом ехали к нему, потому что теперь они вместе. За ночь Дейву стало гораздо лучше: после происшествия с аппаратурой Каркат с Джоном вернули его в кресло, натащили мелких сладостей из бара и оставили отдыхать, а сами окунулись в административную деятельность, как смогли. Результатом стало спонтанное выступление стендаперов под музыку рэгги, абсолютная зрительская любовь и утроенная выручка в баре. Каркат на всякий случай взял у этой группы визитку. Только когда наконец зрители начали расходиться, они с Джоном вернулись в кабинет и обнаружили босса мирно дрыхнущим в кресле. К сожалению, Эгберт слишком театральным шёпотом выдвинул своё предположение о том, что Дейв наверняка притворяется, и Каркат не успел полюбоваться зрелищем. В любом случае, из машины Страйдер уже выбрался на своих двоих, без поддержки. Они подождали, когда такси уедет, вошли в подъезд, - Каркат специально проигнорировал почтовый ящик, высовывающий сигнализирующий о наличии писем язычок, - и вот уже в полумраке лестничной площадки загремели ключи. Новая квартира чуть меньше старой: одна комнатка из двух была такой крошечной, что кроме восставанны в неё влез только узкий одёжный шкаф. Во второй тролль устроил зону отдыха и работы: там расположился диван, на котором медленно и неуклонно линял зелёно-розовый Гибрид, столик со скорлубуком и книжный шкаф. Каркат как-то не успел обзавестись имуществом. Впрочем, не то чтобы он стремился. В конце концов, на депортацию много с собой не утащишь. - Давно меня тут не было, - почти виновато сказал Дейв, оглядываясь по сторонам. - По дороге пытался вспомнить, какого цвета у тебя стены, а они всё равно завешаны плакатами. - Синего, - хмыкнул Каркат, - поэтому и завешаны. Не люблю хайбладов с их манией доминирования. Дейв без предупреждения, без предисловий обнял его нежно и бережно, как будто боялся причинить боль, и в первый момент это ощущалось странно - тролль ведь гораздо сильнее, даже если на две головы ниже. Но перестав думать над этим, Каркат понял - и сразу сказал, так же осторожно положив руки на Дейвовы плечи: - Люди не хрупкие. Люди не слабые, - тролль говорил, глядя в его очки, и стёкла уже не мешали смотреть прямо в глаза. - Мы решили, что вы такие, потому что не высказываете ненависти. Но я чувствую. Я знаю. Для человека ненависть никогда не бывает создающей, она всегда только разрушает. Поэтому когда человек становится сильным - он опасный. Вот почему вы нас так часто боитесь. - Не мы вас, - Дейв покачал головой. - Они - их. - Да, - Каркат моргнул, а когда открыл глаза, лицо человека оказалось совсем близко, и его ладонь, проведя по шее сзади, зарылась в волосы на затылке. - Они - их. Дейв, а я ведь никогда не целовался, - признался он, тоже запуская пальцы в чужие волосы - жёсткие и тяжёлые. - Не бойся, - сказал человек, наклоняясь ещё, приближаясь неотвратимо, как пожар, - из нас двоих клыки здесь у тебя. Каркат нервно фыркнул, встал на цыпочки и провёл языком по неожиданно жёстким узким губам Дейва, которые как будто ждали только прикосновения, чтобы раскрыться ему навстречу. ... -- виниловыйДемиург [ВД] начал доставать тентаклеТерапевта [ТТ] в 09:21 -- ВД: когда ты сможешь быть ТТ: Позволь поинтересоваться, что ты делаешь в моём пестерчаме в столь поздний для себя час? Надеюсь, ничего из ряда вон выходящего не случилось? ВД: случилось но ВД: помнишь я говорил что есть разговор который нельзя вести в интернете потому что это не мои тайны ВД: так вот у меня тоже есть тайны и мы можем обсудить их только при встрече как настоящие заговорщики ТТ: Как уже неоднократно доносилось до твоего сведения, ненадолго покинуть остров я смогу буквально в любой момент, однако именно сейчас мы слишком стеснены в средствах, чтобы позволить себе единственный быстрый транспорт в этих краях. Аренда частного вертолёта попросту уничтожит мои накопления, совершенно необходимые для одного чрезвычайно важного проекта. ВД: да знаю я блин у меня что по-твоему дырявая память ТТ: ...Да? ВД: охренеть я тебя тоже люблю ВД: короче вертолёт не проблема я выкроил кое-что из клубных доходов которые за месяц просто рванули ВД: назови счёт и сумму ТТ: Фактически ты можешь просто перечислить мне на телефон семь тысяч долларов. Этого достаточно для полёта в Хьюстон и обратно. ВД: готово ВД: когда ты будешь ТТ: Учитывая твою явную нервозность, а также последние события, благодаря которым фамилия Страйдер наконец упоминается не только на сайтах порно-индустрии… ВД: хватит наезжать на бро этот засранец меня вырастил он крут ТТ: Теперь я наконец понимаю, что случилось нечто действительно серьёзное, раз старший братец перестал воспринимать иронию. ТТ: Я буду в Хьюстоне в восемь вечера. Если это приемлемо, поеду сразу в твой клуб. ВД: да ВД: мы открываемся в десять но я буду там специально для тебя просто позвони кнопка справа от двери ТТ: Мне нужно уладить кое-какие дела. Мы можем связаться ближе к моему отлёту. ВД: нет я грохнул мобилу сейчас пишу с чужой ВД: напишу с ноута когда буду в клубе ТТ: Хорошо. До встречи, Дейв. ВД: пока ВД: а нет погоди роуз ВД: одна мелочь ВД: про полтора литра могла бы и предупредить -- виниловыйДемиург [ВД] перестал доставать тентаклеТерапевта [ТТ] в 09:34 -- ТТ: Дейв? ТТ: Тебя не затруднит уточнить, что именно имелось в виду под… ТТ: Ох неужели. ТТ: О. Боже. Мой.