My placebo 263

QuilSec автор
cupboard_taehyung соавтор
Реклама:
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Bangtan Boys (BTS)

Пэйринг и персонажи:
Мин Юнги/Чон Чонгук, Ким Тэхён/Чон Чонгук
Рейтинг:
NC-17
Размер:
Макси, 177 страниц, 17 частей
Статус:
закончен
Метки: AU Ангст Драма Любовь/Ненависть Насилие Нецензурная лексика ОЖП ООС Психология Художники Элементы гета

Награды от читателей:
 
Описание:
Тэхён не может почувствовать чужую любовь, как безногий инвалид, что никогда не встанет с коляски при всем желании. Чонгук — его последняя надежда на излечение. Волшебный эликсир, сила, новые ноги — что угодно.

Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки

Примечания автора:
!Значительные отклонения от заявки.

Работа написана по заявке:

Потанцуй

13 сентября 2018, 20:33
Спустившись на кухню, Чонгук видит Тэхёна и останавливается. Снова не знает, как ему быть. С Тэхёном не работают его стандартные схемы, ничего не работает. За ночь в его голове родилось столько вариантов, идей и мыслей, и всех их пришлось безжалостно убить. Сейчас там снова пусто, можно начинать сначала. До вчерашнего дня Чонгук думал просто ограничиться молчанием, похоронить в себе чужие секреты, но все пошло не по плану. Теперь они не разойдутся как в море корабли. Не просто знакомые, которых связывают случайности. Тэхён, как одна большая загадка: неведомый, с кучей загвоздок. Ким доброжелательно улыбается при виде парня. Смотрит так, будто "не знает" ничего о Чонгуке и его подработках. Нужно подыгрывать. — Я подвезу тебя, — вместо приветствия говорит Тэхён, снова игнорируя свою мать, которая уже маячила перед глазами, отчаянно пытаясь привлечь внимание сына. Такие у них отношения. Чонгуку ловит себя на мысли, что это нормально — такое отношение. Но он сам часто представляет, как его собственный отец подыхает в блевотине. Совсем не лучше. *** Мотивы Тэхёна остаются непонятыми, когда он вылазит из машины вместе с Чонгуком около кафе; когда вместе с ним заходит внутрь; когда садится за один из столиков и заказывает апельсиновый сок. Сначала Чон думает, что его терпения будет достаточно: ничего не говори, делай вид, что не знаешь. Он игнорирует тот факт, что хорошая половина его души и тела уже съедена кем-то. Точнее, конкретным ментальным чудовищем. Чонгук старается не замечать загадочные ухмылки, прожигающие взгляды. Но, стоит случайно посмотреть в глаза и парень тушуется, испытывает стыд за собственные чувства. Невозможно устоять секундой больше в этой невидимой борьбе. Спустя несколько часов очередная официантка спрашивает, что это за красавчик, который не сводит с него глаз, и терпение Чонгука лопается. — Ты корни здесь пустил? Может уже свалишь, я вообще-то пытаюсь работать, — Ким выглядит более чем довольным. — Я тебя отвлекаю? — парень фыркает — много чести. Вслух не произносит. — Я тоже работаю. Посмотри, — Тэхён показывает блокнот с каким-то набросками, среди которых не сложно различить Чонгука. И на каждом из них только он: несет поднос, ставит поднос, протирает стол, стоит около окна. — Когда я соглашался помочь, то не думал, что ты будешь следить за мной, — он даже не сразу соображает, что сказать, потому что...смущен? — С тебя деньги, — Чонгук уже не уверен в том, что это единственная причина. — По рукам, — улыбается Ким, но как-то сухо, без выразительности. На этом их разговор обрывается. Даже жаль. Чонгук не торопится уходить. Тэхён увлеченно рисует, выводя линию за линией. Со стороны он почти не выглядит подавленным и расстроенным. Но судя по его черным картинам и отношениям в семье — все у него не так хорошо. Совсем не хорошо. И Чонгук чувствует это. По сути он должен думать о том, как заработать деньги и оплатить счета, о матери, как вырвать хоть минуту драгоценного сна, а не терять, думая ночами о Тэхёне. Но все совсем не так, как хочется. Все заходит куда-то слишком далеко, даль пугает, но Чонгук даже назад не оборачивается. Ким мучает, сам не зная об этом. — Как дела? — он первым прерывает молчание. И за мгновение до того, как он успевает сказать первое слово, Чонгук замечает эту тень на лице. Впервые за день может снова узреть её, пусть и на несколько секунд. Глаза Тэхёна темные-темные, без дна, в них кроются неведомые тайны. — Ты все ещё не собираешься домой? — нечего отвечать на первый вопрос. Какой смысл, если и так понятно, что дела у Чонгука стабильно не очень, мягко говоря. — А ты? — нежелательный вопрос, который заставляет задуматься, а что выбрал бы Чонгук, если бы мог? Громкое молчание с Тэхёном или неизвестность с Юнги, который наверняка и сегодня напомнит о своем существовании. Мысленно парень уверенно останавливает свой выбор на первом, но мотает головой. — Мне на работу, — Ким морщится. Непонимание на его лице сменяет раздражение, которое читается по его сдвинутым к переносице густым бровям и слегка надутым губам. К счастью, очки он носит только в пределах своей комнаты, иначе выглядел бы ещё более притягательно. Чонгук уже думает о способах побега. И не только в прямом смысле, а так, чтобы больше не тревожил ни его вид, ни прошлое, ни поведение, но, кажется, это невозможно. В глубине души он знает это, чувствует неизбежность, но продолжает безжалостно душить любые порывы в себе. — Ладно, — Тэхён поднимается, побренькавая ключами, — тогда я поеду с тобой, — Чонгук неверующе уставился на него. — Что? — Что, что? — они смотрят друг на друга, и это жутко начинает злить. Слушает, что Тэхёну нечем заняться, что он хочет ближе познакомиться и окончательно узнать все места работы Чонгука. Парень не собирался соглашаться, потому что лучше этого не знать. Но когда Тэхён посмеивается на счет того, что проследит и все равно найдет это место, Чонгуку кажется, что он не шутит. Вообще Тэхёну не должно быть никакого дела до его жизни. Жаль, что эти мысли приходят на ум только когда они уже сидят в машине и едут. Чонгук не перестает сожалеть. Это кажется ему очередным худшим решением в его жизни. Отчего-то одолевает какое-то странное волнение. Оно цепляется за кожу, окутывает, от одних только мыслей, что Тэхён будет находиться там. В месте, где Чонгук чувствовал себя чуть более вольно, позволял себе чуть больше. Он собирался скрывать это от всех, но прямо сейчас, когда Ким следом за ним входит в клуб через черный вход, все его планы трещат по швам. — Иди, развлекайся, — небрежно бросает Чон, стараясь подчеркнуть свое равнодушие. Тэхён смотрит на него так насмешливо, как на маленького глупого ребенка. На них косится остальной персонал, проходящий мимо. Чонгук дергается в сторону раздевалок, но Ким крепко сжимает его руку. — Я хочу с тобой развлекаться, — почти шепчет, но говорит достаточно громко, чтобы было слышно через музыку. Чонгук никогда не забудет этот взгляд. Этот голос. Уже сейчас знает, что не сможет. В его словах ни намека на что-то грязное. Тэхён говорит так, будто ждал подобного момента целый день. Все внутри горит, а сердце бьется в агонии — такого ещё не случалось с ним. — Мне надо работать, — несложно представить тупое выражение его лица. Это что-то выдающее с головой, до обиды наивное, и Чонгук весь трясется, что совсем невозможно контролировать. Щёки горят, а воздуха вдруг становится катастрофически мало. Тэхён слишком близко, он наверняка чувствует все. В глубине его зрачков снова появляется что-то неведомое. Не боль, не печаль, скорее, легкое разочарование. Чонгук назовет это так. А когда Тэхён отстраняется, то разочарование испытывает он. Ким лучезарно улыбается, ворошит на голове волосы и расстегивает несколько пуговиц на своей лаконичной рубашке. Ни сказав больше ни слова, выходит в зал. Чонгук стоит парализованный буквально несколько секунд и выходит из транса только когда в него кто-то врезается. *** Что-то все-таки с этим клубом действительно не так. Люди, переступив порог, перестают быть теми, кем были за его пределами. Будто какая-то нечистая сила путает всех, переворачивает с ног на голову и выворачивает наизнанку. Чонгук думает об этом, выискивая в толпе Тэхёна. Он уже давно понял, кем хочет быть здесь, но никак не мог представить, что Ким тоже может раскрыться с другой стороны. Он может быть таким... Тэхён несколько раз подходит к бару. Всегда у Чонгука заказывает виски, давая чаевых намного больше, чем надо. Джин в шоке. Он несколько раз интересуется, что это за спонсор такой щедрый и почему заказывает не у него. Но Чонгук стоически выдержал все пристрастные допросы, только пожимая плечами. — Мы не знакомы, — повторяет в очередной раз, а сам неотрывно ищет в толпе светлую макушку. Это оказывается занятием не сложным. Тэхён неведомым образом выделяется среди всех. Сложно понять, чем именно. И Чонгук не хочет думать, что только ему одному видны эти особенности. Тэхён не танцует. Он вертится в толпе, такой плавный, как сама музыка, периодически теряется из поля зрения. Чонгук находит в нем столько красоты и великолепия, и в какой-то момент просто перестает отрицать свои мысли, потому что это глупо. Ким постоянно с кем-то общается и вокруг него повышенная концентрация людей. Чонгуку тоже хочется вырваться и поймать хоть каплю внимания. Эти желания не свойственны ему, но с Тэхёном все равным счетом наоборот. Когда его взгляд ловят, Тэхён улыбается. Так искренне, что сердце замирает, и что-то горячее наполняет нутро. Он манит пальцем почти еле заметно, и мурашки бегут по телу. Чонгук думает, что начинает сходить с ума. Он ведет плечами, чтобы избавиться от всех этих чувств, и качает головой. Тэхён снова растворяется среди людей, не настаивая, оставляя наедине с этой щелью в груди. Чонгук больше не хочет его искать. Пусть остается там и перестанет волновать его поношенную душу. Но ему снова не дают сконцентрироваться на работе. — Эй, Чонгук, — парень дергается на голос Джина, — ты сегодня сам не свой, — безразлично пожимает плечами. Он не виноват, сам ничего поделать не может. — Тебя Юнги звал, сказал, что нужна твоя помощь, — невольно замирает. От этого имени кровь в жилах стынет. Чонгук не многозначительно кивает и сразу идет, потому что заставить ждать — себе хуже. Он надеется не столкнуться с Тэхёном, натянуто улыбается встречным приветствиям. Играет какая-то спокойная музыка. Чонгук знает эту песню, она не нравится ему. Под это скверное сопровождение он спускается по лестнице вниз, быстро идет по хорошо изученным лабиринтам. Останавливается около двери. На этом этаже тише, почти ничего не слышно. Звукоизоляция слишком хорошая и, наверное, для таких мест это не так и странно. Чонгук только поднимает руку, чтобы постучать, как дверь открывается прямо перед носом, и он сталкивается с Юнги. — Вот и ты, я уже сам собирался идти искать, — хватает за руку и тянет на себя. Дверь захлопывается. Чонгук ожидал увидеть что-то другое, например, трупы, кучу мусора — то, с чем он бы мог помочь или хоть как-то понять. Но в комнате нет ничего такого. Только на столе не привычные стопки бумаг, а тарелки и еда. И Юнги какой-то другой. Он не отпускает руку, стоит и наблюдает за реакцией. Чонгук пытается переварить все в своей голове, но эти глаза отвлекают. — С чем я должен помочь? — большим пальцем Мин поглаживает его запястье. Мягко и слишком… интимно. Чон борется с желанием вырвать руку. — Съесть все это, — он улыбается. Щурит свои хитрющие глаза. И от этого коробит. Настораживает эта доброта. — Мне надо работать, — неуверенность четко читается в голосе. Можно было бы и не говорить этого, если бы не Тэхён там, который скоро заметит его пропажу. Он может начать задавать лишние вопросы, а Чонгук совсем не хочет ему рассказывать, что ел со своим начальником. Не знает он почему, но именно мысли о Киме делают всю эту ситуацию ещё более недопустимой. — Разрешаю тебе ничего не делать, — Юнги чуть ли не тянет сопротивляющееся тело за собой. Внешность обманчива. Может Мин и кажется хрупким, но силы в нем более чем достаточно. — Нет, пожалуйста, давай в другой раз, — мычит Чонгук, но больше не вырывается. В глазах Юнги такая тьма, и она поглощает все остальные цвета. Вся доброжелательность Мина быстро куда-то пропадает, и Чон готов поклясться, что чувствует, как температура его тела понижается, рука на его запястье становится более холодной. Юнги на мгновение прикрывает глаза, а когда открывает — время идет в обратную сторону, возвращаясь на несколько секунд назад. — Почему ты не хочешь? — Чонгук отшатывается назад, а он наступает. — Ты вчера опоздал — я прошу взамен поужинать со мной, — ещё два шага. — Знаешь, что ты первый, кого я так просто прощаю? — шаг, шаг. Он нервно прокручивает в ухе свою маленькую сережку. — Я не люблю, когда мне кто-то должен, — Чонгук натыкается спиной на стену. Отступать больше некуда, так что он вжимается в бетон, который не хочет расступиться перед страхом. Юнги внимательно исследует лицо. В его глазах — азарт. Чонгук боится пошевелиться, будто одно лишнее движение — и на него набросятся. Холодные чужие пальцы касаются лица. — Чонгукки, зачем ты появился здесь? — спускается по скуле, ведет по губам, и парень чувствует легкую дрожь в руке, а может это он сам дрожит — непонятно. — Зря ты вторгся в мою жизнь, очень зря, — а потом Юнги склоняется и целует. Все так быстро. И это даже, наверное, не поцелуй, но не для Чонгука. Мин удерживает себя, еле ощутимо касаясь губами. А тот так и не шевелится. Он жмурится настолько сильно, что белые огоньки скачут перед глазами и среди них он видит Тэхёна. Хоть убей, целый день не может перестать о нем думать. Даже сейчас, даже в такой момент. Страшно представить, что будет, когда Юнги отстранится. Что делать дальше? И этот момент настает. — Я бы даже пожалел тебя, — первое, что говорит Мин, отстранившись, — если бы мне было жаль. Я безумно рад, что ты здесь, — он ещё несколько секунд стоит слишком близко, смотря на губы Чонгука и медленно поднимая взгляд к глазам. — Так и быть, долг прощен, я буду есть все это в одиночестве, — отстраняется и добавляет без единой эмоции на лице. — Когда-нибудь ты мне ответишь. *** Чонгук не просто выходит из комнаты — он выпадает из реальности. Как в бреду идет по коридорам, поднимается по лестнице. По ушам снова неприятно бьет музыка, только мелодия уже абсолютно иная. Он снова оказывается среди кучи других, шатающихся людей и вдруг становится так невыносимо тошно, хочется сквозь землю провалиться. Но это чувство не идет ни в какие сравнения с тем, что он испытывает, когда издалека замечает Тэхёна. Тот широко улыбается, машет, зовет к себе и сам идет навстречу. Яркие лучи сквозь тьму прорываются к его лицу. Дух перехватывает. — Где ты был? — то, что улавливает он в его интонации, вызывает очередную волну вины. И парень уверен, что это не просто из-за громкой музыки. Чонгуку кажется, что Юнги может появиться в любой момент и окончательно добить его и всю эту ситуацию довести до точки кипения. Кажется, что Тэхён насквозь его видит и точно знает, что произошло буквально пять минут назад. Вот только Чон не понимает, почему именно он думает об этом. Потому заведомо знает, что чем-то обязан и со временем ещё больше будет привязан к Киму. — Выходил воздухом подышать, — не пытается перекричать музыку, потому что хочет остаться неуслышанным. — Меня бы позвал, — это вряд ли. Чонгук чувствует, как чья-то рука смыкается на его запястье. Мягкая, будто оставляющая мазки краски. Тэхён слишком резко тянет на себя, и Чон стукается лбом о его грудь. Как ошпаренного, его сразу отпрыгивает назад, на что он ловит насмешливый взгляд и очередную порцию смущения. Уставляется взглядом в пол, но Киму, кажется, очень нравится эта игра. — Потанцуй со мной, — горячее дыхание опаляет ухо. Чонгуку хочется свалить от них всех, скрыться. Но Тэхён лбом упирается в его плечо и начинает медленно качаться не в такт музыки.
Примечания:
https://muzlo.me/song/47966165 - музыка.

Простите за меленький объем. Глава получилась немного скомканной, но она, скорее, эпизодичная.

Спасибо за прочтение!

Пожалуйста, пб в вашем распоряжении ""
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Реклама: