Это не пиццерия, это психушка какая-то!

2015 год, сентябрь Дзынь-дзынь! Черилин поморщилась от резкого звона будильника. После десяти недель сладкого сна на летних каникулах подъём в пол-седьмого утра казался пыткой. Девушка скинула одеяло и поплелась в душ. Черри уже сидела на кухне, намазывая на кусок хлеба шоколадную пасту. Лиллиан Чикен, широко известная в узких кругах актриса и счастливая мать двух дочерей, сидела на диване и громко обсуждала с коллегой своего бывшего мужа. – Нет, ты только подумай: как же он по-свински поступил! Кинуть меня с двумя дочерьми, и всё из-за... Черри незаметно для матери закрыла уши руками, чтобы не слышать всего этого. На её счастье, тут пришла Черилин, и красноречивым взглядом попросила маму помолчать. Та недовольно скривилась и наскоро попрощалась с собеседницей. – Ну что, девочки, готовы к школе? – с наигранным весельем спросила женщина дочерей, отложив телефон. Те кивнули. – Отлично, – Лиллиан подошла к Черри. – Милая, я так рада, что ты перешла сразу в двенадцатый класс, в то время, как твои ровесники перешли только в десятый! А через год ты уже сможешь поступить в университет. Уверена, пятнадцатилетнего вундеркинда примут в любое учебное заведение! Черри мягко улыбнулась. – Кажется, нам с Черилин уже пора собираться, – сказала она, поворачиваясь к сестре, которая уже доедала свою порцию хлопьев с молоком. Черилин согласно закивала и, положив посуду в посудомойку, пошла в спальню. Черри решила последовать её примеру и тоже пошла в свою комнату.

***

Автобус, как обычно, довёз сестёр Чикен до Хьюстонской Экспериментальной Школы, или ХЭШ. Второй, сокращённый вариант нравился ученикам больше, но, к сожалению, почти все учителя требовали писать и говорить только полное название школы. "Почти" – потому что один очень хороший учитель, который уже известен читателям, относился к этому требованию очень небрежно, называя его "излишней формальностью". Разумеется, это сильно возмущало учителей старой закалки, которые регулярно жаловались директору школы на "неподобающее поведение мистера Спринга". Однако, по какой-то доселе неизвестной причине, Питер Спринг всё ещё оставался на своём месте. Возможно, он был просто очень хорошим учителем, а, возможно, сорокалетняя директриса тоже нуждалась во внимании симпатичных мужчин... Зайдя в класс, сёстры Чикен с огромным сожалением обнаружили Камиллу Пейдж на своём месте, в окружении верных последовательниц, которые обсуждали что-то очень важное и секретное, ибо каждая из них делала загадочное выражение лица и поминутно оглядывалась. Камилла же с умным видом пережёвывала жвачку, параллельно думая какую-то мысль. Такая многозадачность удивила Черилин, знавшую Кэми лет этак с двенадцати. Сёстры почти синхронно плюхнулись на первые попавшиеся свободные места. Камилла, наконец, закончила свою очень умную дискуссию и повернулась вперёд. – Эй, малявка, ты кабинеты, случаем, не попутала? – обратилась она к Черри. Та и бровью не повела. – Теперь я буду учиться здесь, в 12-А классе, – спокойно ответила девушка, даже не оборачиваясь. – Я сдала экстерном экзамены за десятый и одиннадцатый классы, поэтому теперь учусь с вами. Камилла захлопала глазками, на секунду приняв удивлённый вид. Вдруг прозвенел звонок, и студенты начали медленно просачиваться в кабинет. Последним в кабинет зашёл Феликс Фокс, главный школьный сердцеед, разбивший немало девичьих (и не только) сердечек. Быстро поздоровавшись с Черилин и кинув непонимающий взгляд на Черри, он сел за одну из последних парт, и ровно через секунду в класс буквально влетел мистер Спринг. Все студенты дружно встали со своих мест, даже Камилла томно поднялась, незаметно одёргивая мини-юбку. Спринг небрежно махнул рукой, усаживая класс на места, и жестом подозвал к себе Черри. Та робко приподнялась с места и подошла к учителю. – Здравствуйте, дети, в смысле, уже не дети, короче, добрый день, – путаясь в словах, быстро проговорил он, поворачивая девушку лицом к классу. – Это Черри Чикен, сестра Черилин, и она будет учиться в вашем классе. Черри слегка покраснела от волнения и слабо улыбнулась. Питер подтолкнул её к столам, и девушка села на место. Переведя дух, мужчина произнёс: – Но Черри не единственная новая ученица в этом классе. Итак, прошу любить и жаловать – братья Фазберы! Сёстры Чикен медленно переглянулись, задавая другу другу один и тот же немой вопрос. – Неужели... – тихо прошептала Черилин, наблюдая за тем, как дверь в кабинет открывается и как в неё друг за другом заходят три парня. Мистер Спринг поставил их лицом к остальным и начал представлять, попутно показывая на каждого: – Фридрих, Фред и Фредерик. Проходите на свободные места, мальчики, и да начнётся первый урок в этом учебном году! «Это он» – подумала Черилин, чувствуя, как краска заливает лицо. Внезапно, девушка заметила на себе пристальный взгляд Фреда и смутилась ещё больше, уткнувшись лицом в учебник по английскому. Наконец, новички сели на места, и мистер Спринг начал урок. Студенты достали ручки и стали записывать. Черилин искоса наблюдала за Фредом, который быстро что-то писал на листочке. Почувствовав на себе взгляд, парень поднял голову и начал оглядываться по сторонам. Девушка резко опустила голову, делая вид, что изо всех сил вникает в суть задания. Внезапно ей на стол прилетел сложенный во много раз тетрадный лист. Она посмотрела на Фреда. Он спокойно сидел и записывал, как ни в чём не бывало, однако уши парня немного покраснели. Черилин слегка улыбнулась и развернула бумажку. «Ты же Черилин Чикен?» Девушка сильно покраснела и перевела взгляд на парня. Теперь он смотрел не в тетрадь, а на неё. Заметив, что Черилин смотрит на него, Фред улыбнулся ей. Девушка невольно улыбнулась, не покраснев только потому, что и так была красной, как помидор. Быстро написав «Да, это я», она снова сложила листочек и кинула его Фазберу. Тот прочитал записку и, достав телефон, начал в нём лазить. Черилин отвернулась от Фреда и продолжила писать задания в тетрадь. Через пару минут парень вновь кинул записку. На этот раз в ней было написано: «Зайди в Facebook». В углу листочка была нарисована улыбающаяся рожица. Девушка, недоумевая, "беспалевно" достала телефон (мистер Спринг при этом прищуренно посмотрел на неё) и зашла в соцсеть. Там её ожидал сюрприз, не знаю, приятный или не очень, но точно неожиданный: «Fred Fazbear хочет добавить вас в друзья» Девушка, повинуясь какому-то странному порыву, нажала «Добавить» и подняла взгляд на Фреда. Тому, видимо, уже пришло уведомление, ибо он уже лазил в телефоне, каким-то образом успевая записывать всё, что говорит мистер Спринг. Черилин спохватилась и умоляюще посмотрела на сестру, которая конспектировала всё слово в слово. Почувствовав на себе взгляд, Черри подвинулась чуть ближе к старшей сестре, чтобы та могла списать. Переписав нужные предложения в тетрадь, Черилин поблагодарила сестру и вернулась к телефону, стараясь параллельно с этим делать записи. Ей это удавалось с трудом, и девушка всерьёз завидовала Фреду и Черри: они успевали делать и то, и другое. Вдруг Черилин пришло сообщение от сестры. Черри: Выкладывай, что у вас там Черилин смутилась и посмотрела на сестру. Та с интересом поглядывала на неё и на Фреда, каким-то боком записывая всё в тетрадь. Черилин: Не понимаю, о чём ты Черри: Да лаадно тебе Черри: Я видела, как вы перекидывались записками Черри: А потом он кинул тебе заявку в друзья Черилин: Он просто хотел узнать, Черилин Чикен – это я или нет, вот и всё Черри: Да, конеечно Тут прозвенел звонок с урока. Учитель махнул рукой, мол, отдыхайте, и уселся на стуле, залипнув в телефон. Фред подошёл к Черилин. Та смутилась. – Тебе уже выдали твоё расписание? – пытаясь скрыть стеснение, спросила девушка. – Нет, я даже не выбрал дополнительные предметы, – улыбнувшись, покачал он головой. – Кстати, какой сейчас урок? – Тот же, что и был. У нас всегда спаренные уроки. – Интересненько... – задумчиво произнёс парень. – А потом что? – Потом весь класс пойдёт на бизнес – это один из дополнительных предметов. Затем ланч, а четвёртым уроком домоводство – ещё один дополнительный предмет. После домоводства будет два урока математики, ну, а потом надо будет выбрать себе как минимум один клуб. – А какие есть клубы? – Хм, ну, их много... – ответила Черилин и начала перечислять. – Литературный, спортивный, музыкальный, театральный, кулинарный, танцевальный, научный, математический... – Понятно-понятно, – прервал её Фред. – А ты куда ходишь? – Ну... – девушка замялась. – В прошлом году ходила в кулинарный... – А в этом году куда думаешь ходить? Она отвела взгляд в сторону. – Обещаешь не смеяться? Фред улыбнулся. – Конечно. – В общем, я хочу ходить в музыкальный клуб. – Правда? Черилин кивнула. – Так ты поёшь? – заинтересованно спросил парень. – Да, – девушка отвела взгляд в сторону, – но не так хорошо, как хотелось бы. – Понятно. А... – начал он, но был остановлен внезапно подлетевшей к нему Камиллой. – Приветик, Фред! Ты меня помнишь? Конечно, помнишь, мы же с тобой виделись несколько раз! – затараторила девушка. Чикен, сложив руки на груди, косо взглянула на неё. – Мм, нет, извини, никак не могу вспомнить, – разведя руками и вежливо улыбаясь, ответил Фазбер. Лицо Камиллы словно позеленело, однако через пару секунд оно вернуло себе прежний цвет. – О, ничего страшного, – максимально приторным голосом проговорила она, хотя по ней было видно, что это вообще не так. – Я Камилла Пейдж, мы с тобой встречались на открытии пиццерии, – накручивая прядь крашеных волос, сказала девушка, не забывая нацепить на свою физиономию самую очаровательнейшую (по её мнению) улыбку. «Да она с ним флиртует!» – возмутилась Черилин про себя. – Камилла, это было около двух лет назад, так что не удивляйся тому, что тебя забыли, – сказала до сих пор молчавшая Черри. Её оппонентка посмотрела на неё страшным (как ей казалось) взглядом. – Заткнись, малолетка. Если, конечно, не хочешь, чтобы все в школе узнали ваш ма-аленький секрет, – прошипела она на ухо Черри. Та заметно занервничала. – Камилла... – предостерегающе начала Черилин, но та лишь повела плечом. – А что мне мешает всем рассказать, а? Вот пойду и расскажу, – язвительно сказала девушка. – Что в этом плохого? А, точно: позор на всю школу, если не на весь район. – Не надо! – воскликнула Черилин, хватая Камиллу за руку. – Зачем тебе это? – Да так, – она отцепила от себя руку одноклассницы. – Мешаете вы мне, вот и всё. – Камилла, – подал голос Фред. – Тебе не следует рассказывать чужие секреты, если хозяин этого не хочет. Та закатила глаза. – Как с вами скучно. Ну, да ладно, Фред, надеюсь, твои братья будут поинтереснее тебя, – сказала Пейдж и уверенно направилась к своим "почитательницам". Черилин взглянула на сестру. Черри сидела с ногами на стуле, обхватив голову руками и покачиваясь, каждый раз рискуя упасть на пол. – Черри! Та посмотрела на Черилин. Сестра казалась очень обеспокоенной. – Я в порядке. С этими словами Черри села на стул, как полагается и уставилась в учебник английского.

***

Аэропорт города Хьюстон, ноябрь К выходу из аэропорта шла красивая девушка пятнадцати-шестнадцати лет. Её лицо выражало недовольство. Ещё бы – переехать из солнечного Милана в какой-то там Хьюстон! И всё это ради какой-то молоденькой фифы, которая не соизволила приехать сама! Именно это она и высказывала ухоженному и хорошо одетому мужчине. – Пап, да она тебе в дочки годится! - возмущалась девушка. – Зато вы быстро найдёте с ней общий язык, Мануэла, – парировал мужчина. Дочь лишь закатила глаза и пошла быстрее. – А как насчёт моей учёбы? Где я буду учиться? – Я уже подобрал школу, подходящую тебе по уровню. – И что же это за школа? Небось какой-нибудь интернат, да? – с подозрением спросила Мануэла. – Нет, это обычная школа. Называется ХЭШ, полного названия я уже не помню. – Прекрасно, – саркастично ответила девушка, выходя на улицу. Вдруг у её отца зазвонил телефон. – Стефани, мы уже приехали. Да, долго. Нет ещё. Нет, у неё немного вещей. Хорошо, сейчас закажем такси. Пока. И я тебя. Мужчина закончил разговор и посмотрел на дочь. Та смотрела на него с неодобрением. – И не смотри на меня так, – шутливо пригрозил он, набирая номер такси. Через десять минут – Эдди! Прохожие с удивлением (а некоторые – и с явным неодобрением) наблюдали за тем, как длинноногая девица, расталкивая всех, мчится к такси, из окон которого видно мужчину с дочерью. Эдуардо вышел из автомобиля и неловко улыбнулся. – Dannazione puttana, – тихо произнесла Мануэла, – lei disonora la nostra famiglia. Come potrebbe un padre sceglierla? На её счастье, отец был слишком занят, чтобы услышать эту фразу. – Милый, я так соскучилась! – растягивая гласные, воскликнула Стефани. – Я тоже, дорогая, – обнимая её, ответил Эдуардо. Мануэла закатила глаза. – Может, уже поедем? – крайне недовольным тоном спросила она. Было видно, что таксист был полностью согласен с ней, хотя и сохранял вид а-ля мне-пофиг-платите-деньги. – Да, милая, сейчас поедем, – чуть рассеянно произнёс мужчина, усаживая невесту в машину и садясь на переднее сидение. Мануэла раздражённо посмотрела на Стефани. Та что-то печатала на телефоне. Девушка перевела взгляд на пейзаж за окном. Хьюстон уже не казался ей мрачной дырой. Солнце светило так же ярко, как и в Милане, люди так же сновали по улицам, а птицы точно так же пели свои песни и радовались жизни. «Может быть, не всё так плохо?» – подумала она, закрыв глаза и откинув голову назад. Автомобиль, наконец, тронулся.

***

– Ну, вот мы и приехали! – торжественно произнёс Эдуардо, открывая дверцу такси. – Ну наконец-то... – пробурчала себе под нос Мануэла, вылезая из душного авто на белый свет. Её отец уже возился со слегка заржавевшей от времени замочной скважиной, а таксист катил часть чемоданов по выложенной камнем дорожке. Будущая мачеха девушки весело щебетала с кем-то из своих очень "умных" подружек, время от времени разглядывая маникюр и камни на дорожке. Наконец, водитель вытащил все сумки и чемоданы, Эдуардо открыл дверь, а Стефани закончила говорить по телефону. – Добро пожаловать в фамильную резиденцию Вольпе в Хьюстоне! – с пафосом произнёс он. Дочь фыркнула и первой зашла в дом, осматриваясь по сторонам. Она уже была здесь чуть больше десяти лет назад, и сейчас испытывала сильнейшее чувство ностальгии. «Здесь всё такое же, как и тогда», – с благоговением подумала Мануэла, вприпрыжку поднимаясь по широкой мраморной лестнице. Остановившись на первом пролёте, она осмотрела ту часть этажа, которая виднелась отсюда. «Тут даже остались мамины картины» Девушка обернулась и посмотрела на большой семейный портрет. «Мне здесь не больше трёх лет», – подумала она с лёгкой грустью, как вдруг услышала странный звук. – Милый, это просто великолепный дом! – верещала Стефани, прыгая, как мячик, по всему первому этажу. – Кстати, а кто рисовал всё это? – спросила она у своего будущего мужа, указывая на висевшие тут и там картины. Мужчина грустно улыбнулся. – Это всё дело рук моей бывшей жены, Мартины. Стеф издала восхищённый возглас. – Представляю, сколько мы выручим, если продадим их, – протянула она, поочерёдно подбегая к каждой картине и разглядывая её. Эдуардо лишь рассеянно усмехнулся, погрузившись в воспоминания. – Нет! Вы не можете продать мамины картины! – мгновенно спустившись с лестницы, воскликнула Мануэла. Будущая мачеха косо взглянула на неё. – Папа, скажи, ты ведь не позволишь ей? Ты не позволишь? – подскочив к отцу, спросила девушка, умоляюще смотря на него. Мужчина посмотрел на дочь, с громким вздохом присел на диван и жестом подозвал её к себе. – Понимаешь, Мануэла... – положив руку ей на плечо, начал Эдуардо. – Мы должны продать их, потому что я хочу создать новую семью, где будем только я, ты и Стефани. Без твоей мамы. Поэтому лучше продать их, чтобы не вспоминать прошлое... Девушка отскочила от него. – Как... как ты можешь так говорить? Ты, что, хочешь забыть о маме? – не веря сказанному её отцом, пролепетала она. Сеньор Вольпе лишь опустил взгляд в пол. – Прошлому лучше оставаться в прошлом. Мануэла, не смотря ни на кого, взяла свой чемодан из кучи вещей и быстрым шагом отправилась наверх, в свою комнату. На первом этаже было слышно, как она цокает каблучками, отпирает дверь и кидает в комнату чемодан. Эдуардо извиняюще посмотрел на невесту. – У неё сейчас сложный период. Переходный возраст, все дела... – Понимаю, сама такой была лет десять назад, – вздохнула Стефани. – Но, как мне кажется, она уж слишком испорчена. Сначала гиперопекающая мать, потом отец, который только и делает, что поддакивает ей... Мужчина дёрнул плечами. – Ты и правда думаешь, что мы с Мартиной избаловали её? – Именно! Кстати, а что это за грохот наверху? Эдуардо посмотрел на лестницу. – Похоже, Мануэла всё-таки не разучилась играть на барабанах, – задумчиво произнёс он, с довольной усмешкой заметив, что нога Стефани невольно подёргивается в такт. – Надеюсь, она не будет играть по ночам. Ну, что, пойдём в спальню? Мужчина взглянул на невесту, затем на чемоданы, и в конце-концов согласился, взяв девушку за руку и ведя её к лестнице.

***

Через три недели Трейси Купер, местная сплетница и главный поставщик новостей (правда, не всегда новых и не всегда правдивых) как для всей ХЭШ, так и для своего 12-А класса (в особенности, для Камиллы Пейдж), тихонечко прошмыгнула в кабинет, изо всех сил пытаясь скрыть хитрую улыбку. Камилла по своему обыкновению сидела рядом с "почитательницами", разговаривая, видимо, о каких-то сверхважных вещах. Найдя девушку взглядом, Трейси практически на цыпочках подбежала к ней, дабы не прервать сей разговор. К её счастью, Камилла соизволила обратить на сплетницу немного своего внимания. – Есть что-нибудь новенькое? Трейси с готовностью кивнула. – Есть одна новость... – таинственно произнесла она, затем поправила очки, сползшие на самый кончик носа, заправила за ухо прядь русых волос и продолжила говорить. – К нам в школу, оказывается, новенькая пришла. Камилла удивлённо изогнула бровь. – Ты её уже видела? Трейси снова закивала. – Лучше бы не видела, – закатив глаза, протянула она. – Строит из себя королеву, и лишь на том основании, что приехала из Милана, а её отец – довольно известный модельер. Камилла ехидно усмехнулась. – Но вы-то знаете, кто в нашей школе настоящая королева, – высокомерно прищурив глаза, сказала она. Её почитательницы стали наперебой обсуждать все достоинства Камиллы и недостатки новенькой, которую в глаза не видели. Серебристый "Фиат" мягко подъехал на школьную парковку. Мануэла распахнула дверцу автомобиля и вышла из него, прихватив сумку с учебниками и попрощавшись с новым водителем, имя которого она не запомнила. Через неделю всё равно прибудет новый, так что напрягаться особо не стоило, тем более, что у неё и других дел сейчас по горло. Девушка окинула взглядом школу, в которой ей предстоит учится в этом году и направилась ко входу. Стоило поспешить – до звонка оставалось чуть больше десяти минут, а ей ещё надо было найти кабинет директора, получить своё расписание и зайти в класс. К счастью, все эти заморочки не заняли у Мануэлы много времени, и поэтому она даже успела зайти в нужный ей кабинет за пару мгновений до звонка. Присутствовавшие там ученики с недоумением посмотрели на неё. По классу пронёсся тихий шепоток, прерванный резким голосом учительницы физики, которая разглядывала Мануэлу с не меньшим удивлением. – Я новая ученица, – слегка смутившись, объяснила девушка. Кажется, учительницу этот ответ вполне удовлетворил, и она разрешила Мануэле сесть на любое свободное место. Оглядев кабинет, она решила сесть за парту возле окна. За ней сейчас никто не сидел, поэтому девушка решительно не понимала, почему это большая часть класса посмеивается. Однако вскоре ответ на этот вопрос появился сам в виде пока неизвестного ей рыжего парня, который вбежал в класс спустя пару минут после звонка и сейчас с милой улыбкой объяснял учительнице причину своего опоздания. Та вскоре растаяла и позволила ему пройти на своё место. Парень, продолжая улыбаться, прошёл к парте, однако довольное выражение лица чуть поубавилось, едва он заметил Мануэлу. – Извини, это моё место, – придя в себя и включив харизму на полную мощность, произнёс он. Девушка отлично разбиралась в парнях, а потому с первой секунды поняла, кто стоит перед ней. «Ну уж нет», – подумала она. – «Меня милой мордашкой и щенячьими глазками не проведёшь» – Похоже, теперь оно моё, – ангельским голоском произнесла Мануэла, получая удовольствие от того, как с лица её нового одноклассника постепенно сходит вся притворная доброжелательность. Он опёрся рукой о стол, практически нависнув над девушкой. – Детка, ты, видимо, не поняла: это моё место. Я сижу здесь ещё с шестого класса, поэтому... – Фокс, ты что там стоишь? Перестань приставать к новенькой и сядь на место! – резко выкрикнула учительница. Тот ненавидящим взглядом посмотрел на Мануэлу и пошёл к последней парте соседнего ряда, с грохотом уронив рюкзак на парту. «Кажется, я нажила себе врага в первый же день учёбы», – с неким огорчением подумала девушка, однако быстро отогнала от себя эти мысли. Надо было сосредоточиться на уроке, чем она и занялась. Через сорок минут Прозвучавший звонок, наконец, отпустил учеников ХЭШ на долгожданную перемену. Мануэла, решившая поподробнее изучить расписание, боковым зрением заметила, как возле её парты образовалась немаленькая толпа из новых одноклассников. Девушка натянула на лицо свою самую доброжелательную улыбку, что послужило своеобразным сигналом для наиболее смелых. Со всех сторон на неё посыпались вопросы, несущие в себе лишь один смысл: та ли это Мануэла Вольпе и, если так, то сложно ли в её возрасте быть фотомоделью. Девушка, уже привыкшая к такому количеству внимания со стороны поклонников, начала отвечать, мол, да, она та самая Мануэла Вольпе, и, да, фотомоделью быть очень трудно, чем вызвала ещё больше расспросов. «А тут не так уж и плохо», – подумала она, изредка поглядывая на того рыжего парня, который сидел в одиночестве, не считая, конечно, одной девицы нагловатого вида, которая чуть ли не вешалась к нему на шею, чем только ухудшала страдания одноклассника. Мануэла самодовольно улыбнулась. Кажется, теперь все поняли, кто тут главный.

***

«Мы опоздаем, мы опоздаем» – повторяла про себя Бонита, пытаясь расчесать непослушные синие волосы. И никакие заверения отца и брата не действовали – как говорил Бонифасио, «если уж она что-то вбила себе в голову, то выбить это уже не получится». Однако Питер всё равно пытался переубедить дочь. – Успокойся, Бонита, мы успеем. Я специально разбудил вас пораньше, чтобы вы смогли собраться без нервов... да не дёргай так волосы, а то лысой останешься! Девушка повернулась к нему. – Точно успеем? Мужчина глубоко вздохнул и кивнул головой. – Точно, точно, так что не волнуйся. С горем пополам все собрались и сели в машину. Чувствовалось напряжение – оба Конехо сегодня в первый раз должны были пойти в новую школу и сильно волновались по этому поводу. Бонита нервно теребила ремень безопасности и проверяла сумку каждую минуту (а вдруг она что-то забыла?), Бонифасио дёргал ногой, а Питер, на которого тоже подействовала эта напряжённая атмосфера, барабанил по рулю. Наконец, они приехали на школьную парковку. Выйдя из машины, Бонифасио взял сестру за руку, на что та отреагировала недовольным выражением лица. Мистер Спринг закрыл автомобиль и, повернувшись к ним, улыбнулся. – Ну что, нравится школа? – спросил он таким тоном, будто это он её основал. Брат и сестра переглянулись. – Да... школа, конечно, огромная... – задумчиво пробормотал Бонифасио. Питер улыбнулся ещё шире, но вдруг несильно хлопнул себя по лбу. – Чёрт, скоро же звонок! Бонита испуганно посмотрела на него. – Мы опаздываем? Питер взглянул на часы. – В принципе, время ещё есть, но лучше всё-таки поторопиться. Где-то через двадцать минут – Я же говорила, что мы опоздаем! – отчаянно воскликнула Бонита, несясь со своим братом по коридору в поисках нужного им кабинета истории. Так уж вышло, что, несмотря на возраст, обоих Конехо определили в один и тот же класс, так что школьный охранник, просматривающий камеры в своей каморке, имел прекрасную возможность лицезреть на экране монитора двух очумело бегающих по школе подростков с цветными волосами. В конце концов, нужный кабинет всё же был найден, и Бонифасио, как наиболее смелый, негромко постучал в дверь, прежде чем открыть её. – Здравствуйте, извините за опоздание, – как можно более уверенным голосом произнёс парень, пытаясь скрыть волнение. Учитель истории, немолодой худощавый мужчина, придирчиво окинул вошедших взглядом, от которого им стало не по себе. – Меня зовут Роберт Мюррей, – не прекращая буравить новичков взглядом, процедил он. – Вы, как я понимаю, новые ученики, так? Конехо практически синхронно кивнули, словно загипнотизированные взглядом учителя. – Прекрасно, – сказал тот, всем своим видом давая понять, что на самом деле он так не думает. – Ну, что же, может представитесь? Или так и будете стоять и кивать, как китайские болванчики? Бонифасио очень не понравился его насмешливый тон, поэтому он, повернувшись лицом к классу и прочистив горло, представил себя и сестру. – Вы, молодые люди, – ледяными тоном проговорил мистер Мюррей, – из-за своего опоздания сорвали мне урок, который, кстати, вот-вот закончится. – Так потом же всё равно ещё одна история, – подал голос рыжий паренёк, до этого тихо сидящий за последней партой, пытаясь не уснуть. – Мистер Фокс, вам я слова не давал, – переключился учитель на него. Тут, на счастье "мистера Фокса", прозвенел звонок с урока, и мистер Мюррей, недовольно бурча что-то под нос, сел за учительский стол. Бонифасио, облегчённо вздохнув, решил пока найти себе и Боните свободные парты. Оглянувшись, чтобы позвать сестру, он заметил, как её попросту "клеит" какой-то чуть рыжеватый парень, видимо, местный "бабник". – Бонита! – позвал он её. Девушка мельком взглянула на брата, после чего продолжила свой разговор с новым одноклассником. «Вот же чёрт...» – недовольно подумал Бонифасио, положив рюкзак на одну из свободных парт. Глупо было бы думать, что в их детском доме не было таких парней, как этот. Конехо прекрасно знал, как их различить (всё же в приюте хочешь, не хочешь, а научишься жизни), и поэтому изо всех сил старался оградить от них свою сестру. Прозвенел звонок на урок. Бонита, наконец, соизволила оторваться от увлекательного разговора со своим новым знакомым, чтобы занять парту рядом с братом. Мистер Мюррей продолжил объяснять материал, скрипя при этом то ли мелом, то ли суставами, то ли чем-то ещё, а девушка в это время пыталась помириться с Бонифасио. – Ну Хуачо, – шёпотом протянула она, – ну хватит обижаться. Парень слегка поморщился. Он никогда не любил сокращённую версию своего имени, и Бонита отлично об этом знала. – Да не обижаюсь я, просто... Этот парень мне очень сильно не нравится. – Так не общайся с ним, делов-то, – легкомысленно произнесла девушка. Брат покачал головой. – Чёрт, я за тебя, вообще-то, боюсь, – недовольно взглянув на рыжеватого парня, ответил Бонифасио. – Мало ли, что он с тобой может сделать. Бонита помрачнела. – Фредерик совсем не такой, – метнув взгляд на нового знакомого, тихо сказала она. – Он из приличной семьи, а его мать вообще герцогиня. – И ты ему веришь? – скептично спросил Бонни, скрестив руки на груди. Девушка не нашла, что ответить, и поэтому продолжила записывать материал.

***

Суббота, около семи часов вечера, Брайленд-парк – Апчхи! Черилин обеспокоенно посмотрела на друга. Фред чихнул ещё раз, сетуя на погоду. Погода стояла тёплая, однако первенец Фазбера мог простыть даже в сорокаградусную жару. – Может, тебе лучше пойти домой? – спросила девушка. Фазбер шмыгнул носом и улыбнулся. – Да нет, не волнуйся за меня. – Тогда может зайдём куда-нибудь? Я знаю одну кофейню, правда, она довольно далеко. – Правда? – заинтересовался парень. – А где? – Рядом с моим домом, – ответила Черилин. Фред задумался. – Да, далековато... – произнёс он, но вдруг будто вспомнил что-то. – Чёрт, у меня же машина есть! Мы на ней быстро доедем! – Да? – обрадовалась девушка. – Тогда пошли быстрее! На самом деле, Черилин вообще не ожидала, что Фред пригласит её погулять. Но, получив утром от него сообщение с предложением погулять после обеда, она разбудила своим визгом всех обитателей дома. Мама, правда, почему-то не очень обрадовалась этому. Может, потому что после развода она в принципе не верила "особям мужского пола", может, из-за чего-то ещё. Девушку это не особенно интересовало. Зато Черри прыгала вокруг сестры, как мячик, словно это её пригласили на свидание. Свидание?! Фред не говорил, что приглашает её на свидание. Он просто пригласил Черилин погулять. Он не говорил ни о каком "свидании", так что волноваться было не о чем. По крайней мере, так думала девушка, пока младшая сестра советовалась по телефону с Мануэлой, как лучше одеться Черилин. Из динамика периодически раздавался взволнованный писк, не предвещавший ничего хорошего. «Они меня там что, уже за него замуж успели выдать?» – подумала девушка, примеряя всё новые и новые образы. Наконец, выбор был сделан. Осталось только подобрать причёску и аксессуары. К счастью для Черилин, ей удалось отвоевать себе право сделать это самой. – А то нарядите, как рождественскую ёлку, – посмеиваясь, сказала девушка. В итоге, она лишь наскоро уложила волосы (благо, с её длиной это было легко) и заколола их позолоченной заколкой. Попрощавшись с Мануэлой, Черри и мамой, Черилин чуть ли не вприпрыжку направилась к месту, назначенному Фредом. – Почти пришли, – сказал парень, повернувшись к Черилин, которая внезапно поняла, что он ей, вообще-то, что-то говорил. – Ну, что думаешь? – А? Прости, я задумалась, – виновато произнесла девушка. Фред улыбнулся и покачал головой. – Ну ты вообще, – весело ответил он. – А я, между прочим, тебе всю дорогу рассказывал кое о чём. – Так что ты говорил? – Да так, ни о чём, – ковырнув мыском ботинка землю, сказал парень. – Прости, пожалуйста, что не слушала тебя, – ещё раз извинилась Черилин. – Я просто задум... Внезапно лицо девушки побледнело. Она, прервавшись на полуслове, пыталась вдохнуть сухими губами побольше воздуха и начала медленно оседать на землю. В глазах потемнело. – Черилин!

***

Когда девушка пришла в себя, то поняла, что находится в совсем незнакомом месте. «Где это я?» – недоумённо подумала она, попытавшись сесть, но, застонав от боли в теле, плюхнулась обратно на диван. Послышались шаги. Кто-то подошёл к ней. Черилин вновь открыла глаза и увидела над собой склонившегося Фреда. – Ты в порядке, – с облегчением произнёс он, присев на пол и уткнувшись лбом в руку девушки. – Чёрт, ну и напугала же ты меня! – Где я? – сиплым голосом спросила Черилин. – У меня дома, где же ещё. Если бы не слабость после обморока, то девушка точно убежала бы к себе домой, даже несмотря на большое расстояние. Она медленно села (не без помощи Фреда, конечно же). – Часто это с тобой? Черилин помотала головой. – Мне, наверное, лучше домой пойти... – Нет-нет-нет! Мы вызывали врача, и он сказал, что тебе стоит остаться здесь до завтрашнего дня! В этот момент в комнату зашёл мужчина, очень похожий на Фреда: те же синие глаза, те же каштановые волосы, только покрытые сединой. Сомнений не было: перед ней стоял мистер Фазбер, человек, состояние которого устали считать даже самые популярные журналы. – Очнулась? Девушка кивнула. Мужчина подошёл к дивану, на котором сидели Черилин и его сын, и сел рядом. – Я отец этих трёх сорванцов. Меня зовут Скотт Роберт Оливер Фазбер, но можешь звать меня просто Скотт. Я довольно скромен, – приветливо улыбнувшись гостье и, к тому же, своей будущей невестке и пожав ей руку, представился он. – Я уже поняла, – улыбнувшись в ответ, сказала девушка. – Вы с Фредом очень похожи. Скотт усмехнулся. – Ты не первая, кто так говорит, – поделился он. – Фредди и впрямь очень сильно напоминает меня в молодости. Фредерик пошёл больше в свою мать, как и Фридрих... Кстати, интересно, где они? – Фриц, как обычно, в тренажёрном зале, а вот Фредерик... Даже не знаю, где он может быть. Мистер Фазбер недовольно покачал головой, а затем встал и напомнил своему сыну, что гостье неплохо было бы поесть, как и им самим. Вечернюю трапезу прервали две вещи: во-первых, звонок телефона Черилин, а во-вторых, хлопнувшая входная дверь, оповестившая, что в дом кто-то зашёл. Девушка, пройдя за своей сумкой в гостиную, столкнулась с Фридрихом. Тот лишь недовольно цыкнул и прошёл наверх, даже не поздоровавшись с семьёй. Черилин решила не заострять на этом внимание и достала телефон. На дисплее мобильника отобразился номер миссис Чикен, которая активно интересовалась, где это ходит "юная леди" в девять вечера. Успокоив мать и сказав, что сегодня она переночует у Фазберов, так как доктор запретил ей выходить на улицу, она попрощалась с ней и с чистой совестью пошла на кухню. – Так, а где я буду спать? – поинтересовалась Черилин, пока Фред показывал ей дом. Парень задумчиво поскрёб подбородок. – Хм, вообще, у нас есть несколько гостевых комнат, но там довольно пыльно и холодно. Не думаю, что в твоём состоянии стоит там спать. – Тогда где же? Фред остановился у одной из комнат. В коридоре было темно, но девушка смогла различить на его щеках руманец. – Может, в моей комнате? Там и диван есть... – наконец, выдавил из себя парень, открывая дверь. Черилин встала, как вкопанная, чувствуя, как лицо начинает предательски краснеть. – Ну, м-можно... наверное... – смущённо ответила она, сделав шаг в комнату Фреда. Там и впрямь стоял диван, который по ширине ничуть не уступал среднестатистической полутораспальной кровати. – Тогда ложись на кровати, а я на диване посплю. Черилин стало очень неловко: она словно вытесняла хозяина спальни из его собственной кровати! – Нет, давай наоборот: я буду спать на диване, а ты – на кровати. Фред слегка занервничал. – Ну, только если ты так хочешь... Девушке всё никак не удавалось заснуть. Сказывалась ли новая обстановка, или то, что буквально в метре от неё спит один из самых популярных парней школы, в которого она втрескалась по уши ещё два года назад – она точно не знала. Наконец, когда Черилин надоело бесцельно глядеть в потолок, она решилась подойти к письменному столу Фреда, на котором, как она успела заметить, лежали различные фотографии. На одной из этих фотографиях была запечатлена красивая молодая женщина в элегантном голубом платье под цвет глаз. Рыжие волосы были уложены в изящный пучок, а на некоторые прядки были нанизаны настоящие (в этом она не сомневалась) жемчужины. «Так это и есть его мама?» На следующем снимке было изображено целое семейство: солидный мужчина, держащий на плечах годовалого мальчика, и та же самая женщина с забавным кульком в руках, из которого выглядывал розовощёкий младенец. В нижнем углу была витиеватая надпись: "Счастливая семья Фазберов: папа, Скотт Р. О. Фазбер, мама, Кэтрин Г. К. Фазбер и их дети, Фред (1,5 года) и Фредерик (новорождённый)" «Но где же Фридрих? О нём ни слова» – недоумевала Черилин, доставая следующую фотографию. Могила. Там была просто могила, заваленная цветами. На надгробии значилось имя матери Фреда и даты. По позвоночнику пробежал холодок. Вдруг сзади послышался шорох. Секунда – и на плечи девушки осторожно опустились чьи-то руки. Фред. – Это могила твоей матери? – прошептала Черилин, всё ещё держа снимок в руках. – Да, – так же тихо произнёс парень, после чего взял фото. – Она долго болела. В последние дни её болезни отец запрещал нам с Фредериком к ней ходить. Хотел, чтобы мы запомнили её здоровой и красивой. Во время похорон гроб был закрыт. Девушка опустила голову. – Соболезную. Фред взял из стопки другой портрет. – Это Шанталь, моя мачеха. Она на самом деле была очень классной. Фридрих её сын. – Была? Парень помолчал с полминуты, затем продолжил. – Она разбилась в ДТП. Мы там все... все были. Но, кроме неё, никто не пострадал. Даже отец, а он ведь сидел на довольно опасном месте. – Поэтому Фридрих такой замкнутый? Фред кивнул. – Отец после этого решил переехать сюда. Но знаешь, я об этом не жалею, – неожиданно сказал он, зарывшись носом в светлые волосы Черилин. У девушки перехватило дыхание. Сердце билось так, что, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Она неловко положила ладони на руки парня, поглаживая их. – Ладно, пошли спать, – не меняя положения, прошептал Фред и, чуть приобняв Черилин, пошёл к кровати. Лёжа на боку, он не переставал приобнимать её одной рукой, чем, сам того не зная, заставил её покраснеть. К счастью девушки, подушка приятно холодила, так что когда Черилин, наконец, заснула, её лицо приняло подобающий для него телесный цвет.