Это не пиццерия, это психушка какая-то!

Стоило Ольге переступить порог родной школы, как сразу же стало понятно: она больше не серая мышка. – Ой, Оль, ты так изменилась за лето! – щебетала одноклассница Наденька. – Такой красоткой стала, я аж завидую. Девочка нервно усмехнулась: сама Наденька, если верить слухам, к двенадцати годам успела сменить трёх парней и регулярно получала комплименты от ровесников. – И впрямь, – поддакнула подруге Даша и понизила голос. – Глядишь, на тебя сам Влад западёт. – Ну, это уже что-то из области фантастики, – смутилась Ольга, пытаясь пройти к кабинету. Одноклассницы залились смехом, преграждая путь. – И что тут происходит? – донёсся вдруг чей-то приятный баритон. – Ой, приветики, Влад, – хихикая, поздоровалась Наденька и поспешно ретировалась под ручку с Дашей. Влад улыбнулся и посмотрел на Ольгу. – Привет. Ты в порядке? Девочка лишь кивнула. «Соберись, тряпка! Ты по нему уже год сохнешь!» – приказал ей внутренний голос. – Как тебя зовут? – А? – только и смогла вымолвить Ольга, мысленно давая себе пощёчину. – В смысле... Ольга, вот. – Влад. Я в десятом учусь. – Ага. В смысле... – Ольга обливалась потом от волнения. – А я в шестом. – Ты забавная, – усмехнулся парень. – Ладно, я пойду, а то на урок опоздаю. Встретимся позже, о'кей? Девочка кивнула. «А всё не так уж и плохо. Вернее, всё очень даже хорошо, просто замечательно!» Учительница биологии хмуро оглядела Ольгу. – Что за дети пошли! В шестом классе уже красятся начинают! – Извините, Антонина Станиславовна, – девочка потупила взгляд. – В таком виде я тебя до урока не допущу. Иди умойся. Пристыженная Ольга вышла из кабинета, сопровождаемая шепотками одноклассников, и направилась к женскому туалету. – Ну и как мне всё это смывать? – поинтересовалась она у своего отражения. Оно, видимо, тоже было не в курсе. – И что во мне так изменилось? – продолжала девочка, придирчиво разглядывая себя. – Волосы, глаза – да, но ведь из-за смены причёски гадкий утёнок в прекрасного лебедя не превратится, разве не так? Или у меня на лбу клеймо «богатенькой стервы» появилось? Спохватившись, она быстро умылась холодной водой, пытаясь смыть макияж. – Помочь? Ольга подняла голову и обернулась. Перед ней стояла худенькая старшеклассница с ватными дисками и какой-то бутылочкой в руках. – Это для снятия макияжа, – пояснила она. – Спасибо огромное! Ольга начала усиленно тереть лицо, убирая чёрные следы. – Кстати, – девушка села на подоконник, – я Рита. – Оля, – девочка неловко улыбнулась. Рита оценивающе посмотрела на её лицо. – Слушай, а у вас с Владом что-нибудь есть? Ольга от неожиданности чуть не выронила ватный диск. – Ну, мы сегодня немного пообщались. – Вот оно что... Девушка углубилась в свой рюкзак. «Кажется, готово», – выдохнула Ольга, осматривая своё отражение. – Спасибо ещё раз! – улыбнулась она, возвращая бутылочку. – У тебя сейчас что? – Биология. Рита поморщилась. – С этой маразматичкой? – брезгливо спросила она и рассмеялась. – Зачем тебе туда идти вообще? Девочка нервно схватилась за лямки портфеля. – Ну, мне нужно хорошо учиться, чтобы... Девушка высунула язык. – Хорошо учатся только ботаники, – отрезала она. – А ты же не из таких? – Вообще-то... – Ольга осеклась. – Нет, я не из таких. Рита улыбнулась и протянула ей сигарету. – Молодец! Держи, – подмигнула она. Девочка замахала руками. – Ой, да никто не запалит, не бойся, – в доказательство девушка чиркнула колёсиком зажигалки и затянулась, открыв окно. Ольга замялась. «От одного раза ведь ничего плохого не будет, да?» Рука осторожно потянулась за сигаретой. Вдохнув слишком много дыма, девочка согнулась, заходясь кашлем. – Это нормально, не волнуйся. Рита подвинулась, позволяя Ольге сесть. – Этот учебный год начался как-то не так, – выпалила та вдруг. – На меня раньше даже одноклассники внимание обращали только тогда, когда я им списывать давала! Девушка прищурилась. – Знаешь, – она стряхнула пепел на улицу, – у тебя шмотки стоят дороже, чем твой айфон. Я паль за километр чую, уж поверь. Ольга поёрзала. Выбор одежды она поручила Мануэле, выделив на покупки нехилую сумму. – Косметика у тебя тоже явно брендовая, – продолжила Рита. – Айфон новый. Короче, ты теперь явно при бабле. Она хрипло рассмеялась, но вдруг осеклась. – Но я с тобой дружу, потому что ты реально классная девчонка, – доверительно закивала Рита. – Дружишь?.. – переспросила Ольга, не веря собственным ушам. – Ты действительно хочешь быть моей подругой? В горле пересохло не то от волнения, не то от сигаретного дыма. Девочка снова закашлялась и затушила окурок. – Ну да, – Рита дёрнула плечом и прислушалась. У входа в туалет слышались чьи-то шаги. – Блять! – выкидывая недокуренную сигарету в окно, выругалась она. «Биологичка!» – Ольгу пробил холодный пот. Времени думать не было. Ольга быстро прошмыгнула на своё место, молясь, чтобы одноклассники её не заметили. «Дрифия была права насчёт энергии Тьмы, – размышляла она, уткнувшись в учебник. – Хорошо, что я тренировалась». Вошедшая в кабинет Антонина Станиславовна заставила её вздрогнуть от неожиданности. – И где ты была половину урока? – Здесь, – девочка запнулась, – вернее, я быстро умылась и вернулась сюда. Её слова звучали неубедительно. Учительница с подозрением уставилась на неё. – Ты голову-то не опускай. Когда говорят правду, обычно в глаза смотрят, а ты их в пол уткнула. И я тебе верить должна? Ольга нехотя подняла взгляд. – Я говорила правду, – смотря учительнице прямо в глаза, произнесла она. Взгляд Антонины Станиславовны постепенно затуманился; она присела в своё кресло. – Хорошо, я тебе верю, – каким-то безэмоциональным тоном ответила она. Едва урок закончился, Ольга выбежала из кабинета. «Надеюсь, с Ритой всё в порядке, – думала она, чувствуя вину за своё внезапное исчезновение. – Надо её найти!» Нашлась Рита только после третьего урока, причём именно там, где Ольга видела её в последний раз: в женском туалете. Она с ногами забралась на подоконник, обняв колени; её лицо опухло, будто она долго плакала. – Рит, ты как? Девушка отвернулась к окну, демонстративно не замечая Ольгу. – Прости, прости, пожалуйста! Знаю, я не должна была тебя бросать, но... – Но ты просто, блять, взяла и исчезла! Голос Риты дрогнул. – Я грёбаный час просидела у директорши, пока она родакам звонила! Думаешь, приятно слышать, как меня там помоями поливали? – она шмыгнула носом. – А самое главное – какого хрена ты просто взяла и исчезла? – Долгая история, – протянула Ольга и осторожно села рядом с подругой. – Слушай, мне правда очень-очень стыдно. Я могу сделать хоть что-нибудь, чтобы ты перестала обижаться на меня? Рита задумчиво откинула прядь кудрявых волос. – Ну, недавно седьмой айфон вышел... Лицо Ольги посветлело. – Ни слова больше! – радостно произнесла она. «Кажется, у меня получилось сохранить нашу дружбу!»

***

– Как прошёл первый учебный день? – поинтересовался Фред, едва Ольга появилась в пиццерии. Она улыбнулась. – Безумно, но мне понравилось. У меня даже появились друзья, представляешь? – А раньше их не было? Ольга помотала головой. – Но самое главное, – она понизила голос и оглянулась по сторонам, хотя в столь ранний час посетителей ещё не было, – самое главное, что со мной сегодня впервые заговорил парень, который мне нравится. Фред вскинул брови. – Могу вас поздравить, – с лёгкой иронией произнёс он. – Но, надеюсь, ваша личная жизнь не помешает делам пиццерии. – Ой, да как она вообще может помешать? Парень усмехнулся. – Предлагаю не терять больше времени и приступить к работе, мисс.

***

Ольга устало откинулась в кресле. Голова шла кругом: учебный год, начавшийся совершенно не так, работа в пиццерии, поиски Сестёр... «Я ведь совсем не поняла, где их искать, – расстроенно подумала она. – Дрифия, конечно, назвала страны, в которых поселились первые Сёстры, но где гарантия, что они до сих пор там живут? Ведь прошло больше десяти веков, и Сёстры могли уже сто раз переехать!» – Ну, если не начнёшь искать, так никогда и не найдёшь. – Дрифия! Ольга едва не вскочила с кресла. В кабинете было пусто, однако она явно слышала голос Дрифии. Девочка окликнула её ещё раз, но тщетно. «Ладно, значит, мне просто надо начать искать. Но вот с кого именно?» Взгляд зацепился за заголовок газеты, лежащей на столе среди кучи документов. – «МИД Франции приравнял атаку на больницу в Алеппо к военным преступлениям», – зачитала Ольга и задумалась. – Франция... Дрифия что-то говорила о Западно-Франкском королевстве, там, кажется, Лигнаура поселилась. Ну, что же, я знаю, где и кого мне надо искать, так что за дело! В действительности, она не имела ни малейшего понятия о том, как искать Лигнауру, поэтому, промучившись с поисками четыре часа подряд, сдалась. «На сегодня с меня хватит! К тому же, надо ещё Рите купить айфон...»

***

Фредерик сидел в кресле секретаря – или личного помощника директора, как с гордостью именовал своё место Фред, – и откровенно скучал. Что делать, он не знал, а объяснить было некому, ибо Ольга ещё не вернулась из школы, а братец вместе со своей ненаглядной – или, мысленно острил парень, скорее, необъятной, – Черилин отправился в ближайший торговый центр, захватив с собой для конспирации тёмные очки и тканевые маски. Парень лениво кинул взгляд на часы. – Половина девятого, – пробубнил он, прикидывая, сколько ему осталось ждать директора. – Уроки у неё уже должны были давно закончиться, если верить её словам. А если не верить? Фредерик зевнул и прокрутился в кресле. Оставаться в одиночку он не любил, вернее, терпеть не мог. Однако выбора у него особо не было: либо подставить брата, либо посидеть ещё неизвестно сколько времени одному. Дверь чуть приоткрылась, и приёмную будто озарило солнце. Его личное солнце. – Привет, детка! – Фредерик поднялся с кресла, ныряя в объятия Бониты. – Я уже соскучился. – У меня выдалась свободная минутка, вот и решила заглянуть к тебе, – ослепительно улыбнулась девушка. – Ольга ещё не вернулась? Фредерик отрицательно покачал головой и, ухмыльнувшись, усадил Бониту на стол. – Не волнуйся, полчаса у нас будут, – подмигнул он, поглаживая девушку по бедру. Она с извиняющей улыбкой убрала его руку. – Кажется, мы слишком торопимся... Парень закатил глаза. – Дай угадаю: это всё из-за твоего братца? – Ты знаешь, как он относится к связям до брака, – девушка с виноватым видом прикусила губу. – Так просто не говори ему, и всё! – Фредерик начинал уже терять терпение. – Он иногда спрашивает о нас с тобой, а врать я не умею. Парень выдохнул, пытаясь успокоиться. – Прикрываться братом – глупо. Если ты не готова, то просто скажи мне об этом, и всё! – Да я готова! Но Хуачо тебе голову оторвёт, если ты ко мне притронешься до свадьбы! – И что мне, жениться на тебе, что ли? – выкрикнул Фредерик и сразу осёкся. Бонита глянула на него с болью в глазах, опустила голову и выбежала из приёмной, оттолкнув парня. – Стой! – крикнув ей вслед, он было сорвался с места, но остановился. – Чёрт, да я ведь вообще жениться не собираюсь! Фредерик закрыл глаза и потёр лоб. – Да похрен, в общем-то, – пробормотал он, падая в кресло. – Не хватало ещё из-за девушек переживать. Сама придёт. В этом он меньше всего был уверен. Боните гордости было не занимать, как и ему самому. Дверь открылась, и Фредерик резко вскинул голову. Вопреки его ожиданиям, на пороге стояла не Бонита, готовая извиниться, а Ольга. – Доброе утро, мисс, – разочарованно протянул парень. Директор невидяще посмотрела на него и потёрла переносицу. – Фредерик?.. – неуверенно спросила она. – А где Фред? – У него... э-э-э... появились срочные дела, и... Мисс, что с вами? Ольга попыталась дойти до двери своего кабинета, но пошатнулась и чуть не упала. Фредерик усадил её на диван и налил воды. Директор выглядела не очень хорошо: круги под глазами, слишком бледная кожа, подрагивающие руки. Стало ясно – недосып. – Сколько вы вообще спите? Ольга сморщила лоб. – Часов пять, наверное. Не волнуйся за меня, я в порядке, – она натянуто улыбнулась. – К тому же, завтра суббота, и можно будет поспать подольше. – Вы опоздали на полчаса, потому что заснули? Директор встала с дивана, игнорируя вопрос, и направилась к кабинету. – Кстати, сделай мне кофе, желательно покрепче. Ольга опустилась в кресло и тоскливо взглянула на лежащие на столе документы, стараниями Фреда разложенные по степени важности. Зевнув, девочка придвинула к себе стопку, подписанную как «Срочное и важное». Цифры и буквы расплывались перед глазами. Ольга зевнула ещё раз, после чего встряхнула головой и встала. – Нет, я так точно усну! Надо открыть окно. В воздухе начинало пахнуть дождём. Девочка с наслаждением вздохнула, подставляя лицо солнцу. Сонливость потихоньку уходила. Кожу вдруг стало печь сильнее. Ольга взглянула на руки и вскрикнула: они жутко покраснели; на тыльной стороне кисти появилось несколько волдырей. Девочка отскочила от окна и с опаской ощупала лицо – дотрагиваться до него было адски больно, но, кажется, волдырей на нём не было. – Ваш ко... – вошедший Фредерик остановился как вкопанный. – Что случилось? – Фредерик, можешь мне достать мазь от ожогов? – поплотнее задвинув шторы, спросила Ольга. В полумраке кабинета ей стало чуть легче. Парень запоздало кивнул и, отдав чашку с кофе, быстро зашагал в коридор. Он точно знал, у кого есть мазь от ожогов. Он часто видел, как она наносит её на повреждённую кожу, случайно попав под солнечные лучи; как она морщится и стискивает зубы, пытаясь не закричать от жуткой боли; как ругает саму себя за неосторожность и следующую неделю мажется толстым слоем защитного средства. – Бонита! В квартире было тихо. Фредерик обошёл все комнаты, но девушки нигде не было. Это могло значить лишь одно: она у Бонифасио. Видеться с ним парню хотелось в последнюю очередь, однако другого выбора не было. – Чего тебе? Фредерик вскинул голову – Бонифасио был выше него на целых четыре дюйма, – и максимально беззаботно улыбнулся. – Во-первых, привет. Во-вторых, – он украдкой заглянул вглубь квартиры, – Бонита у тебя? – Тебе какая разница? – Бонифасио сложил руки на груди и хмуро уставился на Фредерика. – Дело есть, – уклончиво ответил тот, пытаясь найти девушку взглядом. – Дело, значит, – испанец злобно прищурился. – Шёл бы ты отсюда, hijo de puta. – Стой! – воскликнул Фредерик, придерживая дверь. – Короче, Ольге нужна мазь от солнечных ожогов. – Зачем ей? – Догадайся с одного раза. Бонифасио недоверчиво взглянул на него, но всё-таки сменил позу на более расслабленную. – Жди здесь, – бросил он, зайдя в квартиру и чуть прикрыв дверь. Фредерик дёрнул плечами и опёрся о стену. Через пару минут показался Бонифасио с увесистым тюбиком. – Ну наконец-то, – выпрямился Фазбер, протягивая руку за мазью. Конехо на мгновение застыл, а затем отпрянул. – Лучше я сам схожу, – произнёс он. – Ты как всегда всё испортишь. – Больно надо, – нарочито равнодушно пробормотал Фредерик, уступая Бонифасио дорогу. Тот твёрдой походкой направился по полутёмному коридору, сжимая тюбик. Вдруг он замедлился; шаги стали не такими уверенными. Конехо остановился. – Ты чего там застрял? – насмешливо окрикнул его Фредерик. Бонифасио не ответил, а лишь тряхнул головой и, мелкими шажками подойдя к стене, продолжил идти, держась за неё. Фазбер хмыкнул и, немного постояв у открытой двери, зашёл в квартиру.

***

– Доброе утро, мисс. В полумраке кабинета Бонифасио совершенно ничего не видел. Парень нащупал выключатель рядом с дверью, но свет зажёгся раньше, чем он нажал на клавишу. Директор сидела в кресле и выглядела очень довольной, несмотря на обгоревшую кожу лица и рук. – Видал, как могу? – радостно спросила она. Бонифасио чуть пошатнулся. – Но как?.. – широко раскрыв глаза, изумился он. – А вот не скажу, секрет. Ты мазь принёс? Бонифасио кивнул и с опаской подошёл к Ольге. – Вам помочь? Директор махнула головой, отвинчивая крышечку тюбика. – Сама справлюсь. Выдавив немного мази, она начала уверенно растирать её по облезшей коже кисти, но вдруг вскрикнула и затрясла рукой. – Жжётся? Ольга кивнула, еле сдерживая слёзы. Бонифасио вздохнул и присел рядом с ней. – Смесь, которую выдавали нам в приюте, была ещё более жгучей и противной, – практически шёпотом заговорил он, аккуратно похлопывая кончиками пальцев по обожённой коже директора. – Мы с Бонитой наносили её друг другу по очереди, потому что делать это самостоятельно было просто невозможно. – А разве этим не медсестра должна заниматься? Парень покачал головой и приступил к другой руке. – Её никогда не было на месте. Да и со временем это стало для нас чем-то вроде ритуала – не ежедневного, но частого. Тот солнцезащитный крем против испанского солнца... В общем, он плохо защищал. Чтобы отвлечь Бониту, я просил её петь или рассказывать какие-нибудь истории, и это помогало. Однажды она даже смеялась, вспоминая, как один мальчик в школе так увлечённо обзывал её, что врезался в дверь. Ольга хихикнула. – Мгновенная карма, – весело произнесла она, но вдруг посерьёзнела. – Кстати... Можно кое о чём спросить? Бонифасио поднял голову и уставился на неё. – О чём именно? Директор немного замялась. – Почему вы с Бонитой попали в детский дом? – Осторожней, сейчас надо будет обработать лицо, – парень отодвинул чёрную свисающую прядь. «Мне казалось, она шатенка», – рассеянно подумал он, выдавливая мазь. – Не уходи от разговора! – И не собирался, – ответил Бонифасио, сосредоточенно нанося мазь. – Когда мама была мной беременна, мой отец погиб. Не помню, почему, да я особо и не интересовался. После этого мама... начала принимать какую-то наркоту. Ольга шокировано уставилась на него. – Будучи беременной? – недоверчиво переспросила она. – И ты выжил? – Ну, я чуть не умер во время родов. Бонита... Она вообще родилась намного раньше срока. – Теперь хотя бы понятно, почему вы такие «здоровые», – хмыкнула директор. – А волосы, случаем, не из-за того же?.. Парень кивнул. – Обо мне заботилась бабушка по папиной линии – всё-таки я родной ребёнок её погибшего сына. Маму я плохо помню, все воспоминания какие-то... обрывочные. Она умерла, когда мне и пяти не было. – Ты так спокойно об этом говоришь, – заметила Ольга, словно укоряя его в чём-то. Бонифасио пожал плечами. – Она обращала на нас внимание только когда была трезвой. То есть, очень редко. Да и её попытки показать заботу обо мне были насквозь фальшивыми. На Бониту ей вообще было плевать. – Кстати, кто её отец? Парень исподлобья посмотрел на директора. – Не знаю, – солгал он. – Мама водила к себе каких-то мужиков, так что, наверное, от кого-то из них. Бабушка никогда не любила Бониту, но бросить её на произвол судьбы не могла. – А где были родители вашей матери? Как они могли допустить, чтобы их дочь?.. – Они вечно были в запое, так что не думаю, что им до неё было какое-то дело, – Бонифасио закрутил крышечку и положил тюбик на стол. – Я их никогда не видел. – Ну, теперь всё понятно... – протянула Ольга. Парень не понял, что именно ей понятно, но на всякий случай кивнул. – Бабушки не стало, когда мне было одиннадцать. Нормальных родственников не нашли, и мы оказались в детдоме. Директор откинулась в кресле и покачала головой. – Это кошмар какой-то, а не жизнь! Бонифасио развёл руками. – Ко всему можно привыкнуть. Вам ещё нужна какая-нибудь помощь? – Нет, можешь идти, – сказала Ольга и вдруг улыбнулась. – Спасибо тебе большое.

***

Дверь в квартиру была чуть приоткрыта. Из зала слышались голоса. Один явно принадлежал Боните, а вот второй заставил Бонифасио напрячься. – ...И тогда я ему говорю: чувак, у твоей кузины и то больше шансов закадрить её. А ты ведь помнишь, как выглядит его кузина? Бонита звонко рассмеялась. Бонифасио осторожно, стараясь не шуметь, прокрался через короткий коридор и, спрятавшись за дверным косяком, заглянул в зал. Фредерик сидел на диване, играясь с волосами Бониты, которая лежала, устроив голову на его коленях. Её лицо сияло улыбкой, а на щеках играл румянец. Бонифасио чуть подвинул ногу, и рядом с ним тут же послышался жуткий грохот. «Чёрт!» Фредерик повернул голову. Его глаза насмешливо прищурились, стоило ему заметить Конехо. Тот приподнял подбородок и кивнул в сторону двери. – Откуда этот шум? – спросила Бонита. – Наверное, коробки с обувью упали, – пожав плечами, ответил Фазбер. – Солнце, мне нужно отлучиться на пару минут. Подожди меня тут, о'кей? – И давно ты за нами шпионишь? – поинтересовался Фредерик, скрестив руки на груди и опершись о стену. – Я не шпионил, ясно? Просто... – Бонифасио глубоко вздохнул и потёр лоб, чувствуя на себе пронизывающий взгляд Фазбера. – Это насчёт Бониты. – Если ты опять заведёшь свою извечную шарманку, что мне нужно держаться от неё подальше, то нет, спасибо. Мне хватило той тысячи раз. Фредерик выпрямился и шагнул в сторону двери. Бонифасио остановил его, сжав его плечо. – Когда ей было четырнадцать, – начал он, – она встречалась с моим одноклассником. Он мне не очень нравился, но казался вполне хорошим парнем, поэтому я не стал им мешать. Всё шло хорошо, пока этот bastardo... Пока он не обесчестил её и не опозорил перед всей школой!.. Фредерик застыл и недоумённо взглянул на Бонифасио. – Он её?.. – он хотел что-то сказать, но лишь сжал руки в кулаки. – Тот парень своё получил, можешь не сомневаться, – память Конехо услужливо подсунула ему воспоминание о разбитом в кровь лице бывшего одноклассника. – После того случая я поклялся, что отныне буду оберегать Бониту от каждого еstúpido, что посмеет к ней притронуться! Фредерик посмотрел ему прямо в глаза, слегка кивнул и осторожно убрал его руку со своего плеча. – Можешь не переживать, она теперь в надёжных руках. Бонифасио покачал головой. – Я сказал это, чтобы ты знал, что будет, если ты сделаешь моей сестре больно.

***

Ольга ликовала. После трёх дней поисков она наконец нашла то, что искала. «Осталось лишь найти её адрес, и можно будет отправляться!» Пальцы с новой силой застучали по клавишам. Девочка зевнула и затрясла головой, прогоняя сонливость. «Хорошо, что мы по субботам не учимся», – вскользь подумала она и посмотрела на время. Три часа дня. Несмотря на это, в кабинете было темно – плотные шторы не пропускали ни один луч света. Забавно, но в полной темноте Ольга чувствовала себя более чем комфортно. Нужный адрес всё не находился, и настроение медленно, но верно начинало падать. Ольга жалобно вздохнула и откинулась в кресле. – Пожалуй, на сегодня хватит поисков. Она уже собиралась вставать, как вдруг заметила прилипший к экрану монитора волосок. Девочка протянула руку, чтобы убрать его, и тут же с ужасом отдёрнула. – Ч... Что за?.. Она снова осторожно коснулась экрана. Кончики пальцев прошли сквозь него, будто через воду. Кольцо слабо засияло. – Так вот оно что... – заворожённо прошептала Ольга, очарованная лёгким свечением. Она не знала, какого оно цвета, вернее, не знала названия этого цвета. На языке вертелось какое-то слово, но вспомнить его девочка не могла. «С его помощью я смогу добраться до Лигнауры?» Любопытство превысило весь здравый смысл, и Ольга, прихватив с собой телефон и Книгу, смело вошла в монитор. Внутри было оглушительно тихо, и одновременно с этим отовсюду слышались жуткие крики. Вокруг никого не было, но Ольга чувствовала, как за ней наблюдают. Внезапно прямо перед ней возникли две немигающие белые точки. Девочка в ужасе отпрянула, прижимая к себе Книгу. Под точками появился огромный рот, раскрытый ровно настолько, чтобы можно было разглядеть несколько рядов острых зубов. Ольгу сковал страх, а существо тем временем продолжило материализовываться. Маленькая голова, тонкое и длинное тело, изгибающееся во все стороны, такие же длинные конечности с огромными когтями – этот монстр был похож скорее на чью-то больную фантазию или ночной кошмар. – Кто ты? – его голос словно был соткан из миллиона криков боли и ужаса. – Я... Я... – нарастающая паника мешала говорить. Существо оглядело девочку с ног до головы и с интересом уставилось на Книгу. – Понятно, – жутко улыбнувшись во весь рот, закивало оно. – Давно не виделись, Линет. – Но я не... В смысле, я тоже рада тебя видеть, – пробормотала Ольга. «Не знаю, что будет, если оно узнает, что я не... Линет, так оно сказало?» – Ты выглядишь растерянной. За тысячу лет многое забылось, да? Девочка осторожно кивнула. – Можешь сказать, где мы сейчас? Существо широко раскрыло рот и издало звук, отдалённо напоминающий что-то среднее между смехом и плачем. – Мы нигде и одновременно везде, Линет. – Я смогу вернуться обратно? – Отсюда ты сможешь добраться в любое место, куда угодно! – существо запрыгало, размахивая вывернутыми под немыслимым углом руками. – Стоит лишь подумать об этом месте. Ольга зажмурилась, пытаясь сконцентрироваться. «Мне нужно к Лигнауре. Мне нужно к Лигнауре. Мне нужно...» – мысленно повторяла она. Впереди что-то вспыхнуло, и девочка открыла глаза. Напротив неё прямо в воздухе висел экран. Ольга шагнула к нему. С обратной стороны она увидела девочку примерно её возраста с рыжеватыми кудрявыми волосами, которая увлечённо что-то читала с экрана. Ольга коснулась пальцами прозрачной поверхности; они легко прошли сквозь неё. Рыжая девочка испуганно уставилась на них и вскочила со стула. «Пора!» Выйдя из монитора, Ольга одёрнула юбку и улыбнулась максимально миролюбиво. Очевидно, это не помогло, так как Лигнаура всё ещё сжимала в руках большие портновские ножницы. – Тише, тише, я не причиню тебе вреда. Положи, пожалуйста, ножницы, – мягко произнесла девочка, чувствуя, как кольцо начинает нагреваться. Судя по лицу Лигнауры, из всей фразы она поняла лишь слово «пожалуйста», однако ножницы всё-таки положила. Ольга облегчённо выдохнула. – Отлично. Итак, ты потрясена. Возможно, ты считаешь... – она запнулась. – В общем, это всё реальность. Я Ольга, кстати. – Лайла, – неуверенно произнесла девочка и покосилась на Книгу. – Que ce passe-t-il? Ольга смущённо развела руками. – Извини, но я могу говорить только на английском... ну, и на русском, конечно, – произнесла она, чувствуя неловкость, как вдруг ей в голову пришла одна мысль. «Я поняла, что написано в Книге, когда дотронулась до неё. Может, это и с ней сработает?» Она протянула Лайле Книгу, нервно прикусив губу. Ещё одного убийства она бы не вынесла. Девочка медленно поднесла руку к обложке. – Великие Сёстры – божественные создания, имеющие... – тихо начала она читать. Ольга улыбнулась. – Наконец-то мы можем нормально поговорить! Лайла недоумённо посмотрела на неё, но вдруг оглянулась на дверь. За ней послышались шаги. – Прячься! Ольга юркнула в шкаф как раз в тот момент, когда в комнату зашла какая-то женщина, видимо, мама Лайлы. Девочка закрыла один глаз и стала наблюдать за ними через щель между дверцами шкафа. Женщина недовольно посмотрела на включённый компьютер, выговаривая что-то Лайле. Та, периодически закатывая глаза, резким тоном отвечала ей. Подойдя к столу, чтобы выключить компьютер, женщина заметила Книгу. Ольгу прошиб холодный пот. «Нет-нет-нет-нет, не надо!» – молила она, наблюдая, как мать Лайлы собирается дотронуться до обложки. Свет в комнате внезапно погас. Женщина отошла от стола, бурча себе что-то под нос, и вышла из комнаты. Убедившись, что она достаточно далеко, девочка вылезла из шкафа. – Я думала, родители заплатили за электричество... – пробормотала Лайла. Ольга резко выпрямила правую руку, будто отталкивая что-то от себя, и лампочки зажглись, как ни в чём не бывало. – С ними это никак не связано, – сказала Ольга, прижав к себе Книгу. – Кстати, эта женщина... Это твоя родная мать? Лайла, до сих пор стоявшая с открытым ртом, кивнула. – Ну, значит, я зря старалась. Эту Книгу можем трогать только мы и наши родные, остальным – нельзя. – Но почему? И что здесь вообще происходит?! Лайла нервно заходила по комнате. – Сначала ты вылезаешь из моего монитора, потом говоришь со мной на каком-то непонятном языке, который я почему-то знаю, потом включаешь и включаешь свет силой мысли! Что происходит? Ольга быстро посмотрела на дверь. – Послушай, – зашептала она, – я всё тебе объясню, честно, но попозже. Когда ты будешь свободна? Девочка задумалась. – В среду, – ответила она. – Самое ближайшее время. – Весь день? Лайла кивнула. Времени не было, поэтому Ольга решила поудивляться когда-нибудь потом. – В общем, я приду за тобой в среду, хорошо? Ольга устало плюхнулась в кресло и уныло посмотрела на время. «Четыре часа дня, – она потёрла лоб, – значит, у нас где-то... где-то двенадцать ночи» Документы на столе как бы намекали, что нормально поспать сегодня не удастся. «Ну, хоть в школу завтра не надо» Девочка уставилась на свою левую ладонь – мягкую, розовую и гладкую, – и сорвала верхний слой. На настоящую кожу было больно даже смотреть. – Ты уже нашла одну из Сестёр. Ольга кивнула. – Кстати, – разминая руки, произнесла она, – спасибо за перчатку. Никто даже не заподозрил, что это не моя кожа. Интересно, с какого трупа ты её снял?