Паранойя

      После недолгого замешательства Мирабеллу Эрвин и Делена Сараса привели в чувство. Затем всем, насколько это было возможно, залатали раны. Квентин Алгор удалился к одному из стеллажей и, сбив с него наледь, извлёк пару штофов и бутылку отменного хереса, затем угостил напитком своего коллегу-данмера. Делен Сарас так и не отошёл от потрясения. Руки его продолжали мелко дрожать, однако в целом озлобленность сошла. Он перестал с ненавистью глядеть на окружающих. Во взгляде данмера осталась лишь скорбь.       Мастер-маг, наблюдавшая за всеми мутным взглядом, первая разорвала тишину. Бездействие угнетало её. Мирабелла Эрвин не могла спокойно сидеть на месте после произошедшего.       — Какие есть предложения? — сухо спросила она. — Я думаю, всем очевидно, что это дело мы не можем пускать на самотёк.       — Прежде всего… да, конечно… Я вижу два варианта, — начал Толфдир, оглядев присутствующих. — Первый: Делен Сарас находился под чарами бешенства. Соответственно, он… невиновен, как и большинство из нас. Второй вариант… не так приемлем. Во втором случае Делен виновен — он притворился околдованным и… напал на архимага. Либо он сам наложил чары бешенства, либо… у него был сообщник.       — Немыслимо, — разразился данмер. — То есть, вы уже считаете меня виновным, да? Без всякого…       — Это лишь предположение, — остановила его Мирабелла Эрвин.       — Как у вас говорится… На воре и шапка горит, да? — с ухмылкой подлил масла в огонь Анкано. Он уже взял себя в руки после недавнего замешательства и теперь вновь надменно смотрел на всех с высоты своего роста, даже сидя возвышаясь над остальными.       — Опять ты, уб… — едва не сорвался Делен с места, но тут его остановил Квентин Алгор, преградив тростью ему путь.       — Не поддавайся на провокацию, — имперец бросил желчный взгляд в сторону альтмера, который быстро изобразил безразличие на лице.       — Мирабелла, не могла бы ты напомнить действие заклятия бешенства? — вставил слово Толфдир. Это было кстати: обстановка вновь грозила накалиться.       — Прежде всего, нужно обладать достаточными познаниями в иллюзии, чтобы воспользоваться заклятием такого уровня. Затем, — на секунду задумалась чародейка, — нужно находиться или рядом с целью, или держать её в поле своего зрения. Если же, как в нашем случае, поразили несколько целей, требуется поддерживать достаточную концентрацию для этого.       — Требуются ли пассы, сложные жесты? — продолжал Толфдир.       — Нет, если колдующий достаточно опытен, хватит лишь произнести слова заклинания при надлежащем сосредоточении, — закончила Эрвин, поправив выбившийся локон.       — Заклятие могли произнести со стороны, — заключил Делен Сарас, метнув торжествующий взгляд в сторону Анкано.       — Верно, только… — задумался старый маг, — только чары не задели ни меня, ни Фаральды, ни… пары несчастных.       — Вы намекаете, что вы не могли наложить чары, Толфдир? — наигранно удивился посол. Альтмер потёр шрам на брови и лишний раз отряхнул мнимый сор с перчаток. — Нет, так не пойдёт. Все должны быть под подозрением.       — Толфдир пресёк бойню, — резко ответила эльфу Мирабелла Эрвин. — Если бы он наложил чары, ему не было бы смысла останавливать кровопролитие. К тому же, нам нужно от чего-то отталкиваться.       — Благодарю, девочка моя, — слегка качнул головой пожилой мастер. Он задумчиво трепал свою бороду, осмысливая что-то. — В таком случае… я ручаюсь за… Фаральду. Она была рядом со мной всё это время… если бы это была она, я бы… точно оказался под действием чар.       — Однако это не снимает подозрений с вас, госпожа Эрвин, — оставил последнее слово за собой Анкано. — Как я помню, иллюзию открыто практиковали вы, Атор Сахил, Делен Сарас. Какое совпадение, что вы все оказались здесь…       — И вы, Анкано, тоже, — заметил Квентин Алгор, нервно теребя чистый воротничок рубахи и постукивая наконечником трости по полу.       — Довольно пререканий. Надлежит действовать. Предлагаю так: раз с мастера Толфдира и мастера Фаральды сняты подозрения, они и осмотрят помещение, отыщут следы. Мы же составим списки всех… павших и наведём порядок, — распорядилась Мирабелла Эрвин.

***

      Для начала Толфдир обошёл круглый зал. Под ногами хрустели размётанные листы бумаги, изморозь. Кое-где приходилось обходить растёкшиеся лужицы крови или разорванные в клочья тела. Один из скелетов чудовищ, державшихся под потолком, был сорван — теперь он загораживал проход в другую часть покоя. Осторожно протиснувшись между костяным остовом и стеной, Толфдир осмотрел стеллажи. Большая часть из них была или разбита, или покрыта ледяной коркой. Затем старый волшебник открыл массивный шкаф, полный парадных мантий архимага, заглянул под кровать и под письменный стол. Нет, никто не мог бы там укрыться — шкаф был забит под завязку, под мебелью было слишком мало места.       Затем внимание старика привлекла жаровня в уголке, в тени у колонны. Действуя по наитию, Толфдир взял кочергу и слегка поворошил угли. В золе показался оплывший кончик ленты. Ухватив его пальцами, мастер изменения вытянул обрывок бумаги. Гербовая, с расплавившейся печатью. Листок почернел, слова на нём было не разобрать.       Толфдир взял пару крупных осколков стекла с пола, щипцы из ящика стола и вновь вышел в зал. Маги аккуратно стаскивали трупы к стенам, раскладывая их или на плитах, или на лавках. Атор Сахил, не принимающий участия в деле из-за повреждённой руки, сидел в стороне. Анкано также не таскал тела: он записывал имена почивших в записную книжку.       — Мастер Толфдир! — послышался голос альтмерки из коридора. Старик отправился на зов.       К лестницам вёл узкий коридор, ограниченный широкой каменной аркой на входе в зал. В дальнем конце коридора, по его боковым сторонам, располагались две двери к лестницам вниз. Они были запечатаны охранными чарами, дабы никто не прошёл в зал во время собрания. Отпереть эти двери можно было лишь изнутри покоев.       Кроме того, ближе к арке и входу в зал, была ещё одна дверь, ведущая на крышу — покои архимага были самым верхним этажом. Этот ход не запечатывали — перед собранием вершину башни просто осмотрели, убедившись, что на ней никого нет. За дверью имелась небольшая площадка перед подъёмом. Именно сюда Фаральда и звала Толфдира.       — Смотрите, мастер, — альтмерка указала на царапину на полу. Кроме неё здесь было ещё кое-что: по площадке были разбросаны осколки. — Разбит какой-то бутылёк. Я думаю, это зелье сил.       — Я… чувствую здесь… что-то. Кто-то сотворил здесь мощные чары, и… недавно, — проговорил Толфдир, продолжая трепать бороду.       — Да, мастер, я тоже это заметила. Значит, кто-то, воспользовался этим зельем, чтобы произнести заклинание, — начала рассуждать Фаральда. — Значит, это мог быть и не слишком опытный маг. Здесь нет лишних глаз, кто-то не слишком опытный в иллюзии сотворил заклятие с применением сложных пассов и движений.       — Да, да… конечно, — пожилой мастер продолжал о чём-то думать. Он встал у двери и открыл её настолько широко, чтобы её не было видно из основного покоя. Затем Толфдир встал в закутке и посмотрел через открывшийся проём. Однако увидеть что-то в зале ему мешала колонна арки, закрывающая весь обзор.       — Мастер! Скорее! — к этому времени Фаральда успела выйти в коридор. Толфдир поспешил к ней. Альтмерка указывала ему на дверь на лестницу вниз. — Я задумалась и опёрлась на дверь… Она открылась!       — Но… не может… это же… — чрезвычайно сильно удивился старый волшебник, не переставая переводить взгляд с двери на Фаральду. — Это же… нет… Я накладывал чары здесь…       Быстрым шагом, насколько позволяли его уходящие силы, Толфдир прошёл в зал и сразу направился к Анкано.       — Все… все… маги на месте? — тревожно воспросил пожилой чародей. Альтмер не разделил волнения старика, не спеша пролистал страницы своей записной книжки.       — Вы закончили? — словно не обращая внимания на мастера изменения, обратился посол к остальным. Дождавшись утвердительного ответа от Мирабеллы Эрвин, Анкано повернулся к Толфдиру. — Да, все тела здесь.       — Значит… Никто, никто не видел… как ученики… ученики уходили? — имея в виду Огнельфа и Дж’Зарго, слабо пробормотал старик. Воцарилось молчание.       — Я, кажется, заметил, как каджит замешкался, — нерешительно протянул Квентин Алгор. — Вы считаете, что это…       — Фаральда, приведи Огнельфа и Дж’Зарго, — быстро распорядился Толфдир.       Когда альтмерка удалилась, пожилой чародей обратился к присутствующим:       — Прошу… прошу всех вас… сесть… рядом и обождать… — казалось, тяжёлое бремя наконец сказалось на Толфдире. За минувший час он постарел ещё на десяток лет: под глазами возникли тяжёлые круги; взгляд его, некогда бодрый, потускнел; походка стала менее твёрдой, ноги стали заплетаться…       Когда старик сел, в глазах у него потемнело. Он переборол желание лечь на скамью, или, на худой конец, схватиться руками за голову. Нет, не сейчас… Только не сейчас… Не самый подходящий момент…       — Мастер, всё в порядке? — неожиданно оказавшаяся рядом Мирабелла Эрвин заставила старика вздрогнуть. Он закивал, стараясь не трясти челюстью и не размахивая бородой. Однако, как он ни старался, укрыть волнение от своей ученицы он не смог.       — Всё… всё в пор… в порядке, — сумел наконец выдавить Толфдир из себя. Язык заплетался, не слушался. Надо отвлечься, нельзя сидеть на месте. — Пойдём, пойдём… поможешь…       Мастер изменения отвёл Эрвин в коридор, подальше от любопытных глаз. Затем сорвал с найденного в жаровне обрывка печать, зажал кусочек бумаги между двумя осколками, взялся за стекло щипцами. В паре слов объяснил Мирабелле, что делать. Чародейка создала сгусток пламени и направила его на осколки. Постепенно стекло прогрелось, и Толфдир громко прошипел — щипцы также раскалились. Однако он терпел и продолжал их держать. Наконец, на бумаге проявились буквы: «…аш.му ви.иту. С ув...ни.. маг.с.р Ве..ко.о Д..а Те.ван.и А.рион».       Едва прочитав надпись, Толфдир бросил щипцы. Осколки разлетелись, а бумага иссохла. Однако всё, что было нужно, старый маг уже выяснил.       — Мирабелла, скажите… Какое отношение к нашим… событиям имеет Великий Дом Телванни? — Толфдир пришёл в себя. Усталость и скованность словно рукой сняло.       — Архимаг говорил, что получил от них послание. Они собирались нанести нам визит завтра, — незамедлительно ответила чародейка. Она поняла ход мыслей пожилого волшебника. — Что касается магистра Атриона… Я знаю лишь, что ему около двухсот лет, что он один из самых опытных и сильных чародеев Телванни.       — Почему архимаг… сжёг послание? — продолжал рассуждать Толфдир. «Что-то здесь не так. Вот только… что?»       — Мастер, мастер-маг, вот студенты, которых вы хотели видеть, — вошла в коридор Фаральда в сопровождении двух неофитов.