Гарри Поттер и Перманентная Революция

— Подъем! Вставай! Поднимайся! Лев Давидович открыл глаза и сразу же поморщился. По какой-то причине сейчас он находился... Впрочем, сам Троцкий не понимал, что происходит. Кто-то беспрестанно продолжал стучать в дверь, подымая пыль. -Живо! - провизжал женский голос Троцкий поднял голову и осмотрелся. Помещение, в котором он сейчас находился, очень напоминало подсобку, или, скорее, даже чулан. Впрочем, это сейчас было не важно для Льва Давидовича. Сейчас его первостепенной задачей было выяснения его местонахождения и мотивов визжавшей барышни. Возле двери сново прозвучали шаги. "Скорее-всего вернулась эта женщина? Вот только почему она говорит на английском? Так, надо вспомнить хоть пару слов...", - подумал про себя Троцкий и только осознал, что на нем не было его очков. Впрочем, поиски не продолжались долго, а, вернее, и вовсе были прерваны тем же женским голосом. -Ты что еще не встал? Лев Давидович в замешательстве срочно вспоминал английский язык. Это было трудно, так как в голову приходили только немецкие слова. -Да, я fast aufgestanden... - пробубнил Лев Давидович, решив продолжить поиск очков. -Не придумывай слова в этом доме! - повышеным тоном сообщил голос и послышался голос удаляющихся шагов. Очки оказались на тумбочке, что располагалась у ног. Льву Давидовичу пришлось за ними тянуться и тут он осознал, что что-то не так. Что он стал меньше. "да нет, антинаучная фантастика...", - произнес он неуверенно, надевая очки. Далее, Троцкий задумался заняться поиском своей одежды, да только лучше не медлить, а то, он сильно сомневался в мотивах людей, посадивших его в этот чулан. Посему, он быстро надел какие-то обноски, которые лежали возле очков и осторожно открыв дверь, вышел из чулана. Первым делом Троцкий осмотрелся. "До неприличия ухожено. Неужто я в плену у буржуазии?", - подумалось Льву Давидовичу, прежде чем расслышать от куда идет звук шагов, которые шли от куда-то с лева, куда и повернул голову Демон революции. Там оказалась небольшая светлая кухня, куда он и направился. Прийдя на кухню, первым же делом его заставили переворачивать бекон. Троцкий перебывал в прострации, не понимая как, вообще, подобная абсурдная ситуация может с кем-то произойти. Его держат в подвале, а сейчас заставляют жарить бекон?! -Милочка, скажите мне такую вещь: какого черта Вы держите меня в пыльном чулане ради того, чтоб я жарил вам куски копченной свинины?! Что, вообще, происходит?! - все таки найдя в своем лексиконе необходимые английские слова, хоть и с жутким русским акцентом с немецкими нотками, поинтересовался Лев Давидович. -Неблагодарный мальчишка! - заорала женщина, сильно залепив ему пощечину - Как ты смеешь так себе вести, после того, что мы для тебя сделали?! Еще и в день рождения Дадлички! -Женщина, мне 60 лет. Что Вы себе позволяете? - Троцкий сощурил глаза и посмотрел на нее так, что у той невольно пробежали мурашки по коже. В былые времена с таким взглядом товарищ Троцкий отдавал приказы о расстрелах, проводил допросы или же просто внушал людям свои мысли. Былые времена... На лбу Петунии проявился холодный пот, но она не могла отвести от этого взгляда глаза. Было в них что-то демоническое, отталкивающее, но в тоже время притягивающее с еще большей силой. Глаза залитые зеленым огнем не выражали ничего, кроме глубокого непонимания сложившийся ситуации, но в то же время - полной уверенности в себе и... Презрения. Да, это было именно оно. Это было так не похоже на этого ненормального Поттера, что Петуния невольно начинала верить этому человеку. Но, вдруг она одумалась и влупила Поттеру вторую пощечину. -Молись, чтоб я не сказала Вернону о твоей ненормальной выходке! - завопила она на весь дом В комнату вошел новый персонаж сей драмы. Им оказался очень толстый усатый мужчина, имеющий сильное сходство с Odobenus rosmarus, или же, другими словами - с моржом. Его лицо было покрыто багрянцем, маленькие злые глазки излучали ненависть, но стоило Льву Давидовичу посмотреть ему в глаза, как вся напускная мощь канула в лету. -Мужчина, может хоть Вы скажете где что происходит и где я нахожусь? -Троцкий мимолетом прошелся взглядом по всей кухне - Почему я проснулся в незнакомом мне доме, более того, в пыльном чулане под лестницей и меня заставляют готовить какие-то куски копченной свинины, в то время когда обычный пролетарий не может себе позволить даже такого? -Ненормальный, да кто ты такой, чтоб позволять себя так вести в МОЕМ доме, да еще и нести подобную ахинею! - со всей дури рявкнул вероятно названный Верноном, но лицо мальчишки все так же выражало спокойствие, а глаза горели тем же дьявольским огнем -Троцкий. Леон Троцкий. Думаю, моя скромная персона вам должна быть известна. Хоть вы ,как я посмотрю, - Лейба обвел глазами всю кухню - мелкобуржуазного сословия. Выдавши свою тираду, Лев Давидович направился к выходу, где его не стали задерживать. Наоборот, морж только отодвинулся, перебывая в состоянии когниктивного диссонанса. На поиск своей одежды не было времени, Льву Давидовичу как можно быстрее нужно было покинуть этот дом, пока его жители не пришли в себя. И хоть появляться перед людьми в таком виде, как сейчас, Троцкий считал крайней степени моветоном, но сейчас уж точно на это времени не было. Резким движением он открыл дверь и выбежал на улицу. Его взору предстало, как можно было догадаться, тихое английское предместье. Люди неспешно прогуливались по улочкам, птицы пели, а Лев Давидович поражался своему везению. Впрочем, "промедление - смерти подобно", по сему он отбросил все лишние мысли и направился в место, где, насколько он помнил по рассказам Британских товарищей, должна быть секция Четвертого интернационала. Да вот только она находилась в Лондоне. *** "И так, что мы имеем?", - Лев Давидович присел на скамейку в близлежащем парке. Название его он так и не знал, но это сейчас и не было важно - "Я нахожусь черти где. У меня нет никаких средств, а мне срочно нужно в Лондон." Находясь в раздумьях, Троцкий не заметил появления близ него человека в полицейской форме. Тот был сейчас слишком озадачен, чтоб обращать внимание на такие мелочи, хоть и с представителями правоохранительных органов у него никогда не было особенно хороших отношений. Напротив, к ним Лев Давидович испытывал крайнюю неприязнь. -Молодой человек, что вы делаете на улице в столь поздний час, да еще и один? Вы потеряли своих родителей? - поинтересовался подошедший полицейский. Троцкий поднял глаза на подошедшего и вскользь посмотрел на него презрительным взглядом. Казалось бы, обычный, ничем не примечательный защитник угнетателей трудового народа, если бы не одно но. На левой стороне его рубашки был расположен значок с эмблемой Четвертого интернационала. Это был шанс, которым Троцкий не побоялся воспользоваться. -Вы сторонник Четвертого интернационала? -А, это? - полицейский посмотрел на свой значок - Да, можно сказать и так. Впрочем, я удивлен, что столь юный молодой человек уже интересуется такими вещами. -Скажите, а что именно вас привлекло в идеях четвертого интернационала? Как, вообще, к этому пришли? -Эх, парень, хорошие вопросы задаешь. - полицейский размял плечи и присел рядом. - Один мой хороший друг как-то дал мне "Куда идет Англия" авторства Леона Троцкого. Слышал что нибудь о ней? -Да, слыхал про нее. И как Вам? -Как по-мне, то немного хвастливо, впрочем, как и вся революционная литература, но написано четко по сути! - в глазах мужчины появился фанатичный огонек - Англия - находится в упадке, рабочий класс притесняем капиталом, а благодаря чертовой Тэтчер обычный рабочий потерял свое законное место на английских предприятиях. -Примерно то, что я и предполагал. - Сказал Лев Давидович в пол голоса -И в каком же сейчас состоянии движение Четвертого интернационала? -У нас есть своя партия , но сейчас мы не находим должной поддержки. Будь проклят чертов Альянс и Романов, который пачкает своим существованием великие идеи коммунизма. -Интересно... -Впрочем, парень, мы заговорились, а тебе наверняка нужно к родным. Если хочешь, можем как-то съездить в нашу главную ячейку. - сказал полицейский и широко улыбнулся -Родных у меня, к сожалению нет, а вот предложение я с охотой приму. Уж очень мне интересно посмотреть на нынешнее состояние... Улыбка с лица полицейского пропала и он грустно посмотрел на ребенка. -Прости... Тогда, если хочешь можешь пожить у меня. Все равно, все мои давно плюнули на старика... Эх... - полицейский быстро опомнился и протянул руку - Ой, где же мои манеры? Билл Унтингтон. -Леон Перо. С крайним удовольствием. - ответил Лев Давидович и протянул руку для рукопожатия в ответ. - Билл, не могли-ли бы Вы дать мне зеркало. -Конечно, - сказал Билл и протянул небольшое зеркальце Троцкому - держи Лев Давидович посмотрел в зеркало и увидел лицо, смутно напоминающее его в детстве. Осознание пришло спустя несколько мгновений он упал в обморок. *** Билл Унтингтон никогда не был полицейским. Вернее был, но только для доверчивых детей. От чего-то ему они казались крайне привлекательными. Уже пожилой мужчина был крайне одинок. Все близкие отвернулись от него после смерти жены. Будто это он был виноват в ее смерти. Пожилой мужчина медленно, но уверенно сходил с ума, но он никогда даже не задумывался о том, чтобы предать великие идеи Троцкого! Нет, его безумие прогрессировало в другом направлении. Отсутсвие внимание от родных вызвало у него нездоровую симпатию к детям. И сейчас он нес свою очередную жертву. Примечательно было то, что ребёнок был необычайно смышлен для своего возраста. Он мог пообщаться с Биллом про интересующие его темы. Про великую идеологию троцкизма. Вот только мальчишка оказался слабым духом и свалился в обморок, лишь посмотрев в зеркало. Впрочем, сейчас для старика Уинтингтона это не казалось чем-то важным. Он встал со скамейки нагнулся к мальчику, чтоб взять его на руки, когда услышал сзади строгий мужской голос со стальными нотками. "Отойдите от мальчишки. Живо" Билл Уинтингтон развернулся, для того, чтоб посмотреть, кто это был. Но он не успел. Последнее, что он увидел, была белая вспышка и слова "Петрификус тоталус". Незнакомец, опираясь на трость, сильно хромая, подошел к мальчишке и взяв его на руки, исчез.