Запретная любовь

Прошла уже не одна неделя с тех пор, как пропала Антонова. Сергей поставил всех на уши, привлекая к поиску девушки все большее количество людей, способных хоть как-то помочь делу. Он допрашивал соседей и работников тех заведений, которые часто посещала Аня, но те лишь печально качали головами в ответ и не давали ни единого полноценного ответа на поставленные вопросы из-за того, что попросту не располагали необходимой генералу информацией. Обзвонив все аэропорты, вокзалы и порты, а также пограничные посты всех сопредельных государств, на случай, если Аня уехала на машине, Костенко убедился в том, что город девушка не покидала, по крайней мере, законно. Ориентировки на беглянку были разосланы по всей Москве и пригородам города. А по истечении определенного времени Сергей объявил Аню в федеральный розыск на случай ее незаконного выезда из страны. Тем временем Антонова была в Припяти и совершенно ни о чем не подозревала, да и вряд ли теперь ее что-то подобное могло волновать здесь, рядом с ее любимым, с которым она, наконец-то, теперь могла быть вместе, и никто был не в состоянии потревожить их покой. По крайней мере, так казалось самим молодым людям. Их жизнь протекала размеренно, изо дня в день происходило все одно и то же, как по расписанию, и не случалось совершенно ничего нового. Влюбленные все время были вместе, не отходя друг от друга ни на шаг, будто боялись снова потерять друг друга. Они проводили дни, беззаботно прогуливаясь за ручку по просторам Припяти, встречая рассветы и провожая закаты на крышах заброшенных домов. Паша помогал Ане раскрыть и развить ее способности, данные ей, как и ему, Зоной, и Антонова делала просто блестящие успехи. Трудолюбия, усидчивости и терпения ей было не занимать, особенно в том, что приносило ей удовольствие. Также у девушки снова появились симптомы вроде тошноты, головокружения и слабости, но в этот раз они были вызваны отнюдь не влиянием вируса на ее организм.

***

Поиски Сергея не приносили никаких результатов: за столько времени дело вообще не сдвинулось с места, т.к. не поступало совершенно никакой информации о возможном местонахождении Ани. Девушка будто растворилась. Но в один вечер на служебный телефон Костенко поступил входящий звонок. Как обычно, мужчина резко оторвался от своей работы и быстро схватил телефонную трубку: — Генерал-майор ФСБ Костенко, слушаю Вас? — Генерал-майор, я по поводу девушки, которую Вы ищете, — раздался на другом конце провода сиплый мужской голос. — Да, я Вас внимательно слушаю. Вы знаете, где она? — Я не знаю, где она сейчас, но в последний раз я ее видел в селе Дитятки, до куда она попросила меня подвезти ее. Дальше она пошла пешком к трассе, ведущей в сторону Чернобыля. Это все, что я знаю. — Вот черт… — вдруг вырвалось у генерала. — Простите? — Спасибо Вам большое за информацию, Вы нам очень помогли. Всего хорошего. С этими словами Сергей бросил трубку, схватил все необходимые ему вещи и, сказав на проходной «Меня сегодня не будет: неотложные дела», выскочил из управления, и уже спустя мгновение его машина, как бешеная, неслась по трассе, ведущей в сторону Украины. Поняв, куда и к кому отправилась Аня, мужчина решил никого не посвящать и не привлекать к этому делу, особенно ребят, а предпочел сам во всем разобраться и решить эту проблему. Костенко беспокоили лишь два вопроса: почему Аня решила вернуться к Паше после всего того, что произошло? И как она пересекла границу незамеченной? К вечеру следующего дня генерал уже был в Припяти, но он и понятия не имел, где ему искать Аню. В прошлый раз все было намного проще благодаря прибору слежения, встроенному в ее мобильник. Сейчас же приходилось полагаться лишь на свою наблюдательность и профессиональное чутье. Костенко ехал по опустевшим улицам и провожал взглядом заброшенные жилые дома и здания, в надежде увидеть знакомый силуэт. Объехав большую часть города за несколько часов, он то и дело останавливался и осматривал здания, где, по его мнению, мог быть хоть какой-то намек на Аню и подсказки о том, где искать ее дальше. Но его многочасовые поиски не увенчались успехом: город был пуст, и не было совершенно никаких признаков того, что здесь хоть кто-то проживает. Но несмотря на это, мужчина принял решение, что не покинет город и будет продолжать поиски до тех пор, пока не найдет девушку. Ведь все его улики сходились, а все дороги вели в Чернобыль. Проезжая по узкой улочке, на которой он еще не был ранее, Костенко резко остановился и выскочил из салона своего автомобиля. Что-то привлекло его внимание и, направившись под свет ярко-желтых фар своего авто, Сергей устремил свой пытливый взгляд в землю, аккуратно присаживаясь на корточки и трогая кончиками пальцев влажную почву. След от колес автомобиля, который привлек внимание генерала, был совсем свежий. И судя по широкому отпечатку протектора шин, они принадлежали внедорожнику. Не трудно было догадаться, чья машина проезжала здесь совсем недавно и оставила характерные следы от колес. Мужчина оторвал свой взгляд от земли, всматриваясь в горизонт и вслушиваясь в тишину, лишь изредка нарушаемую скрипом раскачивающихся деревьев да шелестом оставшихся пожелтевших листьев, после чего, недолго думая, он вернулся в свой Шевроле и медленно поехал по следу, боясь упустить его из виду. След привел Костенко к дорожному знаку, рядом с которым неподвижно стоял тот самый внедорожник, принадлежащий Вершинину. Сергей тоже съехал на обочину и остановился в нескольких метрах от впередистоящей машины. Держа руки на руле и готовый рвануться с места в любой момент, мужчина пристально всматривался в припаркованный впереди него автомобиль, пытаясь понять, если ли в салоне кто-нибудь, но сквозь затонированные стекла внедорожника ничего не было видно. Тогда генерал достал из бардачка свой пистолет, перезарядил его и, выйдя из своего Джипа, медленно и осторожно направился к вражескому автомобилю, не сводя с него пристального взгляда и крепче сжимая в руках наведенный на него пистолет. Подойдя к дверце со стороны водителя, Костенко несколько раз подергал ее, но та не поддалась. Никакого ответа не последовало и на требовательные постукивания кулаком по стеклу. Вплотную приложившись к нему лбом, Сергей все равно не смог ничего увидеть. Тогда мужчина обошел машину вокруг, и его взгляд тут же упал на припорошенные снегом следы, уходящие в чащу леса. Напряженно выдохнув, офицер спустился к лесу с земляной насыпи и, аккуратно ступая, двинулся вперед по следам, все также держа пистолет наготове. Пройдя метров сто вперед, мужчина услышал какие-то неразборчивые звуки и спрятался за широким стволом дерева, прислушиваясь к приближающемуся шуму. Лишь когда среди непонятных звуков можно было вполне четко разобрать слова, Сергей узнал Анин голос и осторожно выглянул из-за дерева. Девушка шла под ручку с Вершининым, о чем-то беззаботно болтала с ним и смеялась. Ее лицо искрилось от счастья, что Сергею даже на секунду показалось, что такой он видит ее впервые. Сердце его болезненно сжалось и заныло. Он опустил взгляд к земле и убрал пистолет обратно в кобуру, после чего судорожно сглотнул, набрав в грудь побольше воздуха, вышел из-за дерева навстречу влюбленной парочке и на одном дыхании произнес: — Ну, здравствуй, Аня! — Сергей? Что ты здесь делаешь? — опешила от удивления Антонова, отпустила рукав своего молодого человека и встала как вкопанная. Улыбка разом сошла с ее румяного лица. Усилившийся ветер беспощадно трепал ее белокурые волосы и заставлял чувствительные глаза слезиться. — Аня, объясни мне, пожалуйста, что происходит? — Она тебе не обязана ничего объяснять! Или мне самому объяснить тебе? А то я вижу, что прошлого раза тебе было мало! — злобно оскалился Павел. — Паша, не надо… — оборвала его девушка, едва дернув за рукав, — дай нам поговорить, я сама ему все объясню. Блондинка вновь взглянула на офицера: — Зачем ты приехал сюда? — Аня, я просто хочу понять, что происходит? Почему ты так ведешь себя, сбегаешь? — Я просто чувствовала себя не в своей тарелке. Необъяснимые чувства переполняли меня, ответ на которые я нашла здесь. — А здесь ты, что ли, в своей тарелке? С ним? После всего того, что он сделал тебе? — Да, Сережа, здесь я по-настоящему счастлива и чувствую себя как дома. Наверное, потому, что здесь и есть мой дом. — Что ты несешь, Аня? Что на тебя нашло? Твой дом в Москве, рядом со мной и ребятами. — Это тебе хочется, чтобы было так, но это не так. — Анюта, прошу тебя, вспомни… просто вспомни все, что было между нами. Разве ты не была счастлива со мной? — Счастлива? — сверкнула глазами блондинка и засмеялась леденящим смехом, который тут же подхватит ее спутник. — Ты шутишь? Да я вообще не знаю, зачем я связалась с тобой. Так, от скуки, наверное. А ты всерьез подумал, что я буду с тобой, и что у нас с тобой может быть какое-то будущее? Ну и насмешил же ты меня. Как бы я могла выбрать тебя, если у меня уже есть такой замечательный мужчина, — Антонова мягко провела рукой по предплечью Вершинина. — Ты же понимаешь, что с ним мне будет гораздо лучше, что он может мне дать намного больше, чем ты. У Сергея просто не укладывалось в голове все происходящее, и он не мог поверить тому, что его Аня может быть такой жестокой лицемеркой. — Аня, что ты такое говоришь? Что с тобой произошло? Ты же у меня не такая, ты не способна на такие поступки. Моя Аня очень добрая и милая девушка, именно за это я и полюбил ее. — Она больше не твоя! — вступил в разговор Паша. — И ты, правда, подумал, что она захочет тебя, если у нее есть такой, как я? Я бы, на твоем месте, вообще даже не пытался, зная, что у такого, как ты, нет ни единого шанса. Или ты все же на что-то надеешься? Подумать только, в красавицу влюбилось чудовище, — еще более громким и жестоким смехом разразился Вершинин. — Это еще как посмотреть, кто из нас с тобой чудовище, — уязвлено процедил сквозь зубы генерал-майор. — Что ты сказал? — перестав смеяться, сощурился Павел. — Аня, пошутили и хватит, поехали домой, ребята волнуются, — пропустив мимо ушей вопрос молодого человека, Костенко обратился к Антоновой. — Я никуда не поеду. Ты еще разве не понял, что мой дом здесь, рядом с Пашей? — прижимаясь щекой к предплечью своего парня и крепче сжимая его руку, проговорила блондинка. — Ты не сможешь увезти ее отсюда, даже если очень сильно захочешь. Аня теперь привязана ко мне и к этому месту. В ее жилах теперь течет моя кровь. — Что? О чем ты? — А ты вспомни: ваша последняя поездка в Чернобыль, цель моего похищения Ани, больница. Я подменил шприц с лекарством на шприц со своей кровью. Никто ничего даже и не понял. Все как-то красиво сложилось само собой. Глаза Костенко округлились от ужаса и гнева. Теперь он понял мотивы странного поведения Ани. Все дело было в вирусе, который диктовал ей условия. Из-за действия вируса Аня решила уйти от него и вернуться в Припять к Вершинину. Вся ее любовь к нему фальшива. Это даже сложно назвать любовью, скорее, просто инстинкт, который заставляет особей одного вида сбиваться в стаи и держаться ближе друг к другу. Не будь она заражена, все было бы по-другому, как и прежде, и у девушки ни за что не возникло бы желания вернуться сюда снова. А теперь Аня была в серьезной опасности, и ее нужно было спасать. Ведь Сергей еще когда-то давно пообещал ей, что никому больше не позволит ее обидеть и всегда будет рядом, если ей потребуется его помощь. Генерал считал, что он просто обязан выполнить свое обещание, чего бы ему это не стоило. Но он совершенно не знал, что ему делать, ведь этот вирус неизлечим: необратимый процесс его развития можно остановить, но не обратить вспять. От этих мыслей сердце Сергея предательски сжалось и заныло. — Так это все ты? Из-за тебя это все, — злобно таращился на Пашу Сергей. — Даа, я, — издевательски протянул парень, и на его лице расплылась жестокая ухмылка. — Какая же ты эгоистичная мразь, Вершинин! Я тебе за такое башку прострелю! Костенко выхватил из кобуры пистолет и направил его на Павла. Тот даже не шелохнулся. Его лицо изображало образцовое спокойствие. Слегка усмехнувшись самоуверенности генерала, молодой человек взмахнул правой рукой, выбив оружие из руки Костенко, а после откинув в сторону и его самого. — Ты стал очень уязвим, Сергей Александрович, и даже у такого сильного мужчины, как ты, появилась слабость. Ради девушки, которая тебя даже не любит, готов пожертвовать собственной жизнью. Вот что способна сделать эта хваленая любовь, даже с таким суровым генералом, как ты, не так ли? После чего Паша отошел от Ани и, встав за ее спину и тем самым выдвинув ее вперед, ядовито прошептал ей на ухо, глядя на Сергея своим пустым кровожадным взглядом: — Давай покончим с ним раз и навсегда. И он больше никогда не посмеет потревожить нас. Вспомни все, чему я учил тебя. Пришло время применить твои знания на практике. Давай же, сделай это… убей его! Глаза Вершинина злобно сверкнули, даже Костенко заметил ту недобрую искру в них. Антонова безразлично смотрела на корчившегося на земле от боли офицера, и ее рука медленно начала подниматься вверх. Взгляд девушки был таким же пустым и холодным, как и у ее молодого человека. Ни единая мышца не дрогнула на ее лице. — Аня, прошу тебя, не делай этого, — тяжело выдохнул Сергей, уже готовый попрощаться со своей жизнью. Вот и настал момент истины. Мужчина и подумать не мог, что примет свою смерть от руки любимой девушки. Он лишь смотрел в ее глаза, не в силах больше проронить ни слова. Вдруг по телу Антоновой, подобно электрическому разряду, прошел какой-то импульс, который вывел ее из состояния, подобного трансовому. Блондинка резко опустила руку и, замотав головой, попятилась назад. — Я не могу, Паша… я так не могу — нервно тараторила она, не слушая то, что говорил ей ее молодой человек. — Ну ладно, если ты не сделаешь этого, то тогда это сделаю я, — поднимая руку вверх, проговорил Вершинин. — Нет, Паша, не надо! Оставь его! — вцепившись в его поднятую руку, взмолилась Аня, — давай уедем? Давай просто уедем отсюда! — Хорошо, если тебе так угодно. Пусть будет по-твоему. А ты, — бросил Паша презрительный взгляд в сторону генерала, — судьбу благодари за то, что в живых остался. Мой тебе совет: уезжай отсюда и никогда больше не возвращайся! С этими словами Паша схватил Аню за руку и быстро потащил в сторону дороги. — Ага, сейчас! Еще чего! — кряхтя и держась за бок, Сергей медленно поднялся на ноги, поднял свой пистолет и, немного прихрамывая, бросился следом за беглецами. Добежав до дороги, офицер проводил взглядом уезжающий внедорожник и, недолго думая, запрыгнул в свой и рванул следом. Без труда нагнав автомобиль Павла, Сергей сел ему на хвост, следуя за ним по пятам и безрезультатно сигналя, в надежде на то, что молодой человек рано или поздно остановится. Паше явно не нравилось такое сопровождение в лице генерала ФСБ, и он прибавил газу. Дорога начала вилять, поэтому Вершинин понадеялся оторваться от преследователя на поворотах. Но он явно немного переоценил свои способности вождения в холодное время года. В какой-то момент парень не справился с управлением, и машина на скорости более 200 км/ч, вылетев в кювет, перевернулась. Сердце Костенко прямо-таки оборвалось от увиденного. Он подлетел к месту аварии и, резко затормозив, выскочил из салона своего автомобиля. На ватных ногах он бросился к перевернутому авто, а в его голове эхом раздавался его собственный голос: — Аня! Нет!