Дракон Конохи

       Хината ставила тарелки с завтраком на стол. Этот день она ждала с таким же нетерпением, как и все в доме… Да что там, в доме — во всей деревне! А особенно его ждали маленькие генины, которые только начали свой трудный путь шиноби. Экзамен на чунина. Хината следила за третьим этапом два раза, когда экзамен сдавали старшие дети. Но сейчас она отправляла на встречу с судьбой (и, кто знает, страшной правдой) младшую дочку… И почему-то за нее она переживала больше. Материнское чутье и бьякуган не обманешь. Химавари отличалась от брата и сестры хотя бы характером: мягкий, нежный, ранимый, словно лепесток. Сколько девочка не тренировалась, для успешной карьеры шиноби нужен стержень, что она (точнее, отсутствие) унаследовала от матери. Пальцы дрогнули на ручке двери в комнату Химы, но Хината переступила через себя и толкнула дверь.        — О, мамочка, с добрым утром! — пропела, видимо, давно проснувшаяся Химавари, которая сейчас заплетала отросшие темные волосы на затылке. — А братик уже встал? Я сейчас помогу с завтраком!        Жизнерадостная, как и обычно. Хината понимала, что сейчас время отличается от того, когда она сама в двенадцатилетнем возрасте сдавала этот Экзамен, но все равно было страшно. Сильный противник может с лёгкостью разбить розовые очки, с которыми рождаемся все мы. Но любая вещь со временем ломается. В нашем мире это может произойти после окончания школы, а в мире шиноби все зависит от характера. Хината помнила, когда эти очки сломались у ее знакомых. К примеру, у Наруто и Сакуры это случилось после ухода Саске. У самого Саске (правда, уже со слов Наруто) раньше всех — после гибели клана. У Боруто после первого Экзамена на Чунина, когда она наконец увидел все свои слабости и чуть не лишился отца. Правда, у Минаты ее мама этот момент упустила, но вроде девочка сама сняла их ещё во время учебы Академии.        — Мамочка? — Химавари наклонила голову и внимательно посмотрела на маму. Темно-голубые, пронзительные, как у отца и сестры.        — О, Хима! — в проёме появился улыбающийся Боруто и облокотился на косяк. Судя по футболке и шортам, он только проснулся. — Готова к сегодняшнему дню?        — Конечно! — девочка подняла слабо сжатые кулачки и уверенно улыбнулась. — Я никому не проиграю! — и дала «пять» брату.        Хината послала Боруто переодеваться и вместе с дочерью пошла на кухню. От вида накрытого стола Химавари с упрёком посмотрела на маму, но ничего не сказала. Она всегда так делала, скрывала истинные мысли и говорила то, что не ранит окружающих. Вот почему не хотелось отправлять ее туда… Враг же может увидеть ее слабость и сыграть на ней, а маленький и неопытный генин будет танцевать под мелодию искусного кукловода.        Хината мотнула головой, пока Химавари стояла к ней спиной. Нет, так нельзя! Какая она мать, раз сомневается за собственного ребенка? Два этапа она должна сидеть дома и подбадривать свою девочку на расстоянии, а уже на финальных поединках с гордостью смотреть за ее боем. Я должна хотя бы верить, что она дойдет до третьего этапа.        — А онэ-чан же будет на третьем этапе? — Химавари подняла полный надежды взгляд на Боруто, который со скоростью света ел омлет.        — Ага! — ответил тот с набитым ртом и поспешил все прожевать. — Она сказала, что не простит твоей победы и поражения Каваки.        Химавари засмеялась, но на щеках выступил румянец от воспоминаний об их поцелуе. Наверно, Мината о нем не знает, а Каваки забыл. Его выражение лица, когда он выходил из палаты, выражало мысли, будто он совершил глупость — плотно сжатые губы и удивлённо приподнятые брови. И с тех пор она парня в больнице не видела; впрочем, его подруга о нем не заикалась. Хотя, он и Ивабе сдают же тоже Экзамен?        — А Ивабе-кун и Каваки-кун с кем будут в команде? — вопрос слетел с языка раньше, чем мозг успел его обработать.        — А разве они сдают? — Боруто прищурился и задумчиво почесал затылок палочками. — Мината же в больнице…        — Она чуунином стала раньше тебя, — мягко напомнила Хината. — Если не ошибаюсь, то их поставили с Каги-чан.        Боруто опять задумался и не удержался от короткого смешка. Он видел взаимодействие Минаты и Каги, и искорки в глазах сверкали с отличительной четкостью. Эти девушки друг друга явно недолюбливали, а если вспомнить отношение блондинки к ее напарниками… Боруто опять засмеялся, чувствуя кровопролитную войну в скором времени. И не только между девушками, а внутри его сестры. С одной стороны, она хочет, чтобы «ее» парни прошли в третий этап; но с другой — Каги не должна стать чуунином. Что же ты предпримешь, Мина-чан?

***

      — Первый этап — тест, м? — спросил Кирито, смотря на свою анкету участника.        — В большинстве своём — да, — спокойно и равнодушно ответил Шо, не отрываясь от разглядывания других участников.        В этом году Коноха снова была местом для проведения Экзамена, поэтому можно увидеть много шиноби с разными символами на протекторе. Шо сначала напрягло присутствие взрослых и всяких больших крепышей, но последние были явными пустышками и в бою полагались на свой вид и силу. Как говорится, сила есть — ума не надо. Такие первый этап сдадут только если случится чудо или напарники помогут. А если вспомнить, что за сдающими приглядывает Каратачи Кагура, то оба условия становятся невыполнимыми. Из всех троих с Мечником была знакома только Химавари (и то благодаря брату), и она без преувеличений сказала, что парень очень строгий и сильный. Если он и правда составляла первый этап, то это будет не просто проверка знаний или умение списать. Кагура очень ценил дружбу и командную работу, а значит надо будет прочувствовать свою команду. Шо покосился на напарников, что беседовали о чем угодно, кроме экзамена. Ладно, у Шо и Химавари был бьякуган, но как с его помощью помочь Кирито? Навряд ли там будут следить не так пристально, чтобы кинуть ему листочек с ответами.        — В чем дело, Шо? — Кирито почувствовал взгляд лиловых глаз на своей спине и повернулся, Химавари пригнулась, чтобы тоже видеть мальчика.        Тот лишь покачал головой и опять отвернулся. Да ладно, Шо! Можно подумать он настолько бестолковый, что не сможет логически додуматься? Мозг услужливо прокрутил моменты из миссий, и Хьюга впал в осадок. Не сможет…        Тем временем под тенью деревьев стояла «команда», состоящая из Юино Ивабе, Самуй Каваки и Удзумаки Каги. И это слово не зря взято в кавычки, потому что их командную работу представить очень сложно. Они даже в сторону друг друга не смотрели, не разговаривали. Казалось, ещё немного, и в воздухе между ними реально запляшут молнии от такого напряжения. Ноутбук Денки в этом небольшой треугольник поставь, и он начнет заряжаться. Если парни спустя месяц не смогли наладить отношения, то про девушку и говорить нечего. Сколько бы эти двое не были привлекательным (а это ещё раз подтверждали томные взгляды куноичи из Конохи и других деревень), они ей казались противными. То ли из-за напыщенного вида, то ли из-за того, что вертятся вокруг светловолосый Удзумаки. Но работать с ними все же придется, иначе до третьего этапа не дойти. Мышцы непроизвольно напряглись, когда она увидела длинные светлые пряди справа, около ворот. А не, это просто маленькая девочка из другой деревни, но какой именно разглядеть не получилось.        Без двадцати десять двери в светлое здание, где проходила первая часть, открылись, и показалась высокая крепкая фигура с большим предметом за спиной. Рядом находилась фигура пониже на пару сантиметров и потоньше, но тоже парень, с очертаниями свитка. Каратачи Кагура и Яманака Иноджин — экзаменаторы первого этапа. Они жестом показали, что можно зайти, и участники пошли в колонну по три человека в ряду, заходя в здание по очереди в интервале в одну минуту и отдавая свои анкеты парням. Когда проходила команда одиннадцать, шиноби слегка улыбнулись Химавари, но та была занята выглядыванием сестрёнки Каги и не заметила.       Помощники разбили колонну на пять групп и провели в пять соответствующих кабинетах, и при этом могли разбить участников команд. Химавари грустно посмотрела через плечо в спины напарникам, но в кабинете ее ждал сюрприз.        — О, Хима-чан!        Каги сгребла девочку в объятия и посадила рядом с собой. Из всей семьи дальних родственников она души не чаяла в самой младшей, которая своим детским очарованием притягивала к себе людей всех возрастов и характеров. Что же твоя сестра не такая? Хима слушала девушку в полуха, ища друзей онэ-чан. Сильные спины словно специально находились в разных концах друг от друга и в таком положении, что парни не пересеклись бы взглядами при всем желании. Только сейчас Химавари поверила словам Боруто о том, что Мината была их связывающим звеном и что без нее эти двое даже под угрозой смерти (и себя, и деревни) не будут работать вместе.       Часы пробили ровно 10 часов утра, и словно по команде двое из надзирателей подошли к доске: один начал что-то писать, а другой встал чуть поодаль. Через минуту на черном фоне светила белая надпись.

Что важно для шиноби?

      — Что важно… для шиноби?.. — по слогам прочитала Хима, пытаясь вникнуть в смысл.       Каваки впервые оторвался от разглядывания поверхности стола и прищурился. Это явно вопрос с подвохом и ждут от них не философского ответа. Перед ним лежал листок, но он был меньше А4 в три раза, как минимум. Ну же, Яманака, дай подсказку! Прошло десять минут… пятнадцать… Сдающие тоже гипнотизировали надпись или динамики около часов, ожидая слова от экзаменаторов. Или их роль в том, чтобы встретить участников? Каваки нетерпеливо барабанил по столу и мысленно ругался на всех и вся.       — Получилось настроить? Раз, раз! — все участники во всех пяти кабинетах подскочили и инстинктивно начали оглядываясь. — О, получилось! — явно голос Кагуры. — Значит так…        — Все видите надпись? — перебил Иноджин, и шиноби медленно кивнули, смотря в центр доски. — Ваша задача — дать ответ на вопрос в виде одного слова, и чтобы ответ участников команды был одинаков, но отличался от ответа других команд. У вас полчаса. Время… пошло!