Дракон Конохи

Что важно для шиноби?

Ответ участников команды должен быть одинаков.

      Шо не нравилось это условие. Он был готов на тест, на викторину, на все, где понадобятся его знания, которые копились с времён Академии. Но не на такую подставу! Он должен думать как члены его команды? Хьюго покосился на Кирито, который чуть ли не упёрся носом в листок. Даже казалось, что слышен скрип его извилин. Хотя нет. Кирито и Химавари всегда думали в подобном направлении. То есть их ответы могут совпадать. Эх, если бы он мог использовать Бьякуган, однако не знал, как на это отреагируют наблюдатели. Надо думать, как Кирито…как Химавари… «Розовые облака… единороги… розовые облака…единороги…» — настойчиво повторял Шо, массируя виски пальцами. — «Нет, это слишком глупо.» Если бы только Бьякуган был менее заметен при активации. Например, тот же Шаринган просто прикрыть рукой, и никто не заметит красную радужку, а вот выступающие вены…       Шо снова покосился в сторону товарища, который уже поменял позу, яркий карандаш мелькал в его пальцах. Его лицо было уже более расслабленный, но при этом не было и капли паники. Он словно уже додумал свою мысль и ждал подходящего момента, чтобы подсказать другу. Это подтвердили и его глаза, которые будто случайно оторвались от листка и посмотрели в глаза Хьюго. Год в одной команде сыграли свою роль. Шо еле заметно улыбнулся, взял свой карандаш и уверенно написал это слово: Друзья. Некоторые наблюдатели заметили эти переглядки, но ничего делать не стали. Ведь это одно из составляющих, чтобы успешно пройти первый этап, чья основная цель в этом году проверить слаженность в команде.       Вот почему условной команде (давайте для простоты звать ее Нулевая Команда) было сложно. Да, они находились в одном кабинете, но разговаривать нельзя, листочек не передашь, да и подсказки глазами не помогут — слишком плохо друг друга знают. Каги попыталась передать информацию с помощью силы мысли, но вовремя вспомнила о своей неопытности в этой технике и о существовании более сильного сенсора и «телепата» из клана Яманака. Она покосилась на камеру в углу и нахмурилась от собственных мыслей. Ещё один дружок Удзумаки наверняка ухмыльнулся бы такой жалкой попытке. Красноволосая покосилась на сидящую рядом Химавари, которая нервно грызла карандаш. Она уже несколько раз едва касалась кончиком грифеля листочка, но почему-то одергивала себя и по новой подносила противоположный конец к зубам. Девочка боялась не того, что ответ не совпадет с ответом мальчиков, а того, что нарушит ещё одно условие: ответ не должен совпадать с другими участниками. Глупая Хима-чан. Ещё не знает, что это в априори невозможно, ведь склад ума у каждого свой. Однако через несколько минут девочку словно озарило, и красивым почерком было выведено «Друзья». Это слово никогда бы не пришло в голову Каги, и она была уверена, что парням тоже. Что нужно же шиноби? Что нужно самой Каги? Сила! Ей нужна сила чтобы стать Хокаге, чтобы обскакать Учиху и Удзумаки. Две подруги, являющиеся самыми сильными куноичи молодого поколения Конохи. Брюнетка являлась соперницей Каги на пост Хокаге, а блондинка…просто соперницей. Во всем. К тому же, если не получится у Сарады стать Восьмой, то что мешает Минате резко передумать и заявить желание на это место, лишь бы разрушить чужие мечты?       Сила! — привычные мысли отступили, Каги подняла голову и посмотрела на спины парней. — А ведь неплохой ответ!        Они ведь тоже искали силу. Любому шиноби нужна сила, чтобы укрепиться в этом мире. А они до этого додумаются. Каваки именно в этот момент посмотрел через плечо на нее и подмигнул. Это не было сделано игриво или подбодрить. Взгляд оставался серьезным, но в глубине зрачок еле заметно блеснул. Словно блеск вырывающиеся Кармы. На Каги каменными волнами пошла крепкая чакра с противоположной стороны, типичная чакра обладателя Дотона. Всё-таки догадались… И во время! Минутная стрелка с беспощадной скоростью отмеряла полчаса, а до конца оставалось всего семь минут. Карандаш лег на своё место, и девушка с довольным видом откинулась на спинку стула.

***

       Сарада буквально влетела в палату номер сто двадцать три и замерла на пороге. На койке в своей выходной одежде сидела Мината в позе лотоса спиной к двери. Над ее головой блестели в воздухе капли воды. Нет, даже не блестели — танцевали.Что же ты стараешься придумать, раз прибегаешь к стихии Воды? Сарада облокотилась на косяк, не смея прерывать сей ритуал. Влетит в любом случае: либо с трудом подчиняющаяся вода обольется на нее, либо предстоит встреча с кулаком подруги. Да и к тому же интересно же посмотреть за действиями, где не нужна чакра!       Мината полностью растворилась в себе, хотя отдаленно чувствовала приход Сарады. Хи не хочет отвечать на вопросы, поэтому надо попробовать получить доступ к другим драконам. В конце концов, оставшиеся закрытые комнаты не могут быть пустыми, огненный дракон не может быть единственным. Но сколько не пыталась, сколько не дёргала потрепанные ручки — ни в какую. А Хи где-то наверху (даже странно разделять своё сознание на «верх» и «низ») заливался смехом. И почему нельзя пользоваться силой внутри самой себя? Дурацкий дракон! Девушка в сердцах пнула дверь и села на дымчатую материю, служащая полом. Попытаться ещё раз расспросить Хи о сне и этой фигуре? Нет, она слишком зла на него, чтобы видеть.        Капли опустились в миску рядом, повинуясь плавному танцу рук. Мината выдохнула, свесила ноги с койки и, выгибая назад спину, потянулась. Сколько она просидела в такой позе, что аж все мышцы затекли? Матрас со скрипом спружинил, оповещая о посетителе. Сарада облокотилась спиной об спину подруги и с силой наклонила ту вперед. Послышался хруст костей по всему позвоночнику, и Мина наконец смогла почувствовать сладкую тяжесть в теле.        — Там первый этап уже закончился, — будто бы невзначай сказала Сарада, все же лёжа на спине блондинки. Та промолчала, но напряжённое тело говорило за хозяйку. — Иноджин сказал, что Химавари прошла, — спина все ещё оставалась неестественно прямой и напряжённой. — Твой ненаглядный тоже справился.        Мината пошевелила плечами, выражая своё недовольство. Сарада легла на живот и положила подбородок на сцепленные пальцы, вглядываясь в лицо девушки. Уголки губ слегка приподняты, хотя и пытается сделать лицо непроницаемой маской. Она явно в плохом настроении. Но за кого ты больше рада: за младшую сестру или за парня?        — Что-то новенькое узнала? — поинтересовалась Сарада, хотя уже знала ответ. — А книга помогла? — кивнула она на прикроватную тумбочку, где лежала та самая легенда о дочери Индры.        — Хи молчит, как партизан, — словно нехотя ответила Мината и выдохнула, взяв книгу в руки. — Фигура во снах и ее действия не соотносятся с Ее описанием оттуда. Но… — Учиха вся напряглась, ведь обычно это «но» ничего хорошего не означало. — У меня такое чувство, будто я читала эту книгу, и одновременно вижу впервые некоторые страницы.        — Каваки как-то рассказал маме, что в тот день, когда ты очнулась и когда упала, у него было ведения. Детали он уже не помнил, но странное чувство дежавю не отпускает до сих пор.        — У меня такое же чувство, когда я это читаю, — блондинка потрясла книгой. — Может это знак? — Сарада подтянулась и села рядом, предвкушая что-то интересное. — Когда я впервые встретила Каваки, по телу словно ток прошел. Нет, Сарада! — Мината подняла ладонь. — Это от Хи.        — Может быть вы оба как-то связаны с этой историей? — Сарада оторвалась от страниц и посмотрела прямо в голубые глаза, словно ее осенило. — А может вы Их реинкарнация?        — Реин… карнация?.. — Мината недоуменно похлопала ресницами и опустила взгляд на колени. — Я уже ни в чем не уверена. Если я однажды проснусь полностью в чешуе или ещё хуже — ни капли не удивляюсь.