Дракон Конохи

       После почти двух суток в чертовом лесу, где толком поесть некогда и нечем, Каваки почувствовал злость, когда вернулся домой и не увидел в холодильнике ни крошки, ни запасов еды быстрого приготовления. С последней миссии оставались деньги, и их должно было хватить на еду до конца Экзамена. А там опять начнутся миссии, и деньги посыпятся как из рога изобилия. Каваки не был мечтателем, и такие мысли нужны были только для поднятия настроения. Единственное, о чем он мечтал, что если он станет чуунином, то пусть его не разлучат с Минатой.       Чёрные тучи уже густым одеялом нависали над Конохой, когда Каваки выходил из дома, но полностью проигнорировал этот факт. У него есть капюшон и скорость, поэтому любой ливень нипочем! Плюс, нужный магазин находился через улицу, значит может успеть до ливня. Увы, Каваки ждал облом, ведь как только он вышел из магазина с полным пакетом, именно в этот момент погода решила исполнить свои угрозы. Конечно, он мог попрыгать по крышам, если бы не яйца, которые ему нужны до конца месяца. С накинутым капюшоном парень двинулся вперёд, обходя суетливых прохожих и лужи, но вдруг замер. Сначала ему показалось, что он почуял знакомую огненную чакру, пока не повернул голову. Светлые длинные волосы, что потемнели от влаги, выдавали хозяйку на фоне серой массы. Но Каваки было удивительно, что такая девушка, как она, спокойно стоит под водой. Одежда давно облепила тело, намокшая чёлка закрывала глаза, не давая рассмотреть причину неподвижности. Прохожие обходили живую статую и не забывали кидать заинтересованные взгляды, оборачиваясь. Поначалу Каваки тоже как заворожённый стоял и смотрел на блондинку, но когда очередной парень посмотрел на нее, в темных глазах блестел огонек похоти, Самуй не выдержал и встал перед этим незнакомцем, всем видом показывая, что эта красавица занята. Тот досадно сплюнул, сунул руки обратно в карманы и пошлепал дальше.       Мината будто ничего не замечала, смотря на серое небо сквозь мокрую и мешающуюся челку. На самом деле, ее сейчас реально ничего не интересовало, так как она разговаривала с Хи. Было скучно, и сейчас они обсуждали, чем лучше заняться в дождь. В какой-то миг Хи посмотрел поверх светлой макушки, усмехнулся глазами и махнул хвостом. Мината заморгала и слегка вздрогнула, увидев вместо туч черную ткань. Рядом кто-то дышал и в упор смотрел на нее. Каваки было жутко неудобно одной рукой держать пакет, а другой — свою кофту так, чтобы девушка ещё больше не намокла.        — С добрым утром, принцесса! — усмехнулся он, как голубые глаза наконец осознанно посмотрели на него. — И что тебе вдруг захотелось постоять под ливнем? — выражение лица давало понять, что в собеседницы вопрос тот же самый, поэтому Каваки снова усмехнулся. — Ладно, пошли.        — К-куда? — испуганно пискнула девушка и посмотрела в его спину.        — Ко мне домой, — он сказал так, будто мокрые насквозь девушки каждый день ходили к нему домой. Положив кофту на плечи Минаты и надев на нее капюшон, парень взял маленькую ладошку и потянул на себя, но почувствовал лёгкое сопротивление. Мината от шока застыла на месте, а глаза были широко распахнуты. — Успокойся, приставать не буду.        И пусть он весело подмигнул, Минате от этого легче не стало. Хотя бы, выражение лица изменилось: губы сжались в тонкую полоску, а на щеках появился лёгкий румянец. Каваки усмехнулся про себя и снова потянул девушку. На этот раз она поддалась, свободной рукой поправила кофту на плечах и быстро поравнялась с парнем. И благодарила Богов, что он забыл, что у нее самой есть капюшон…       Только оказавшись под крышей, Мината поняла, как сильно вымокла. Капли стекали с волос и одежды и оставляли на линолеуме маленькие кругленькие пятнышки. На голову прилетело что-то мягкое — это быстрый Каваки успел достать полотенца и одно любезно предоставил подруге. Рядом упала серая ткань, а при ближнем рассмотрении оказалась обычной хлопковой мужской футболкой. Мината оценивающе посмотрела на широкоплечего и высокого Каваки, что рыскал в своём шкафу, а затем перевела взгляд на футболку в ее руках. Если глаза не врут, то одежда будет на ней как платье. Внутренний голос молился, чтобы края доходили до колена, а не до бедра.       Тем временем Каваки удручённо сел на пол и закрыл ящик шкафа. Пытался найти что-нибудь под низ для гостьи, но даже старые штаны, которые он носил в шестнадцать, для ее фигуры будут большими. Парень вздохнул, поднялся и открыл дверь в ванну. Со стороны Минаты ноль реакции, хотя она пристально смотрела на него. Пришлось подойти ближе и наклониться так, что чуть носы не коснулись. Если дернется — значит в реальном мире. А если нет… Интересно, что она обсуждает с Драконом, раз уже в который раз вне дома замирает? Как и ожидалось, Мината вздрогнула и отступила на один шаг назад, прижимая к груди мужскую футболку. Каваки опять кивнул в сторону ванной и сказал, чтобы пошла переодеваться, а мокрую одежду потом повесить на веревку. Когда девушка почти закрыла дверь, он резко о чем-то вспомнил и развернулся:        — Не выходи, пока не скажу.        Удзумаки сначала удивлённо посмотрела на него, затем оглядела с головы до ног и юркнула в ванну, с хлопком закрыв дверь. Каваки усмехнулся: она догадалась, о чем идёт речь, и явно стоит вся красная. Найти сухую одежду для самого себя оказалось намного проще, и через минуту мокрые кофта и штаны лежали в тазу, а сам хозяин квартиры сел на кровать, потирая голову полотенцем. Самуй хотел окликнуть девушку, но прислушился. Послышался шелест одежды, значит она только-только что-то сняла. Порыв открыть дверь и подсмотреть был сломан на корню. Во-первых, мешал инстинкт самосохранения, ведь она не всегда в его доме будет вести себя как напуганный зверёк, а силу ее кулака щека парня уже испытала. Во-вторых, парень боялся пересечь черту между ними, боялся, что его животное мужское желание возьмёт вверх над разумом. Да, у Каваки пусть давно не было женщины, и природа желала своё, но он понимал, что не может это делать с посторонним так, как раньше. Соблазнить какую-нибудь девицу для такого парня, как Каваки — пара пустяков, но он точно знал, что будет видеть лишь слегка круглое личико и большие голубые глаза. С тяжёлым вздохом парень повалился на спину и потёр переносицу. И почему он не может выкинуть эту блондинку из головы?        — Я всё!        Бодрый голос из ванной вернул Каваки на землю, и он быстро принял сидячее положение. До него не сразу дошло, что происходит, и поэтому он смог выдавить только сбивчивое «выходи»… И пожалел, что не выбрал что-то подлиннее… Игнорируя молитвы ребят о нормальное длине, футболка еле-еле прикрывала ягодицы, что уж говорить о бедрах… Мината всячески пыталась удлинить «платье» и смущенно оттягивала низ, стараясь смотреть куда угодно, кроме парня напротив. А тот не заметил, как уронил челюсть, а глаза вот-вот из орбит выпадут, на щеках лёгкий румянец, а вот лицо девушки пылало. Казалось, что она скоро упадет в обморок. И малая часть мозга Каваки, которая ещё не отключилась, не знала, что будет делать в таком случае. Остальная, слегка похотливая часть, рисовала лежащую девушку в таком наряде. Полностью открытые ноги, немного видное декольте… Каваки кашлянул в кулак, с трудом справляясь с мыслями, и немного подвинулся, приглашая сесть рядом. В конце концов, в сидячем положении чары женской красоты не должны действовать. Видимо, Мината думала о том же, поэтому чуть ли не с разбегу плюхнулась рядом.        — Может стоит твоей маме сообщить о твоём положении? — Каваки старался как-то заполнить тишину и услышать наконец ее голос.        — Не стоит, — уверенно сказала Мината, сама не зная, что исполняла желание парня. — Она привыкла, что меня допоздна не бывает дома. Даже в грозу, — она посмотрела в окно, где темное небо как раз рассекла молния.        — Но Сарады же нет… — Каваки пытался понять, почему заботливая Хината не беспокоится о дочери. — А… — наконец протянул он, зацепившись за нужную ниточку.        Хината любит всех троих детей и трясется над всеми, но за долгие годы, видимо, просто привыкла к такому поведению среднего ребенка. Мината явно отличалась от своих родителей и от брата с сестрой. Сильная, уверенная, дерзкая… И, к сожалению, почти не печется о близких. Удзумаки Мината была шиноби от мозга до костей… Каваки покосился на девушку, которая опустилась на пол и откинула голову на матрас, изучая узоры на потолке. Только сейчас парень заметил, что вместо логичных распущенных волос на макушке красовался хвостик. И тут назрел новый вопрос.        — Мината, — протянул он и сел рядом, — а почему ты не распускаешь волосы? — ноль реакции, но она слушала, правда пока не понимала. — В смысле, я тебя никогда не видел чисто с распущенными волосами, и…        — Секрет! — весёлым голосом перебила Мината, не смотря в сторону собеседника. Слишком устала для движений. — Правда, Каваки, тебе пока ещё рано знать. Может когда-нибудь расскажу…       Каваки не пытался выведать у нее дальше, просто слишком хорошо знал этот тон. По сравнению с ним, у девушки не так много тем, на которые нельзя говорить, но все же были. Пока их было всего две: когда речь заходит о Четвертом Хокаге и тема ее волос, пусть последняя и казалась идиотской и детской. Каваки вздрогнул от неожиданности, когда его плечо что-то коснулось, и опустил взгляд. Мината уснула моментально в такой тихой и спокойной атмосфере, чувствовала себя в безопасности, раз позволила себе расслабиться и положить голову на плечо парню. Каваки осторожно, кончиками пальцев, заправил прядки волос за ухо, уложил кончики челки, чтоб они не лезли в глаза и даже невольно залюбовался ею. Перед глазами словно произошли помехи, и на пару секунд вместо Минаты предстала та самая брюнетка в красном кимоно. В последнее время она все чаще вставала перед взором, словно дразня память, что не может ничего вспомнить.

***

       Мината проводила пальцами по потертым корешкам книг, которые, казалось, были написаны ещё во времена Мудреца Шести Путей, но это было только к лучшим. Девушка не знала, где искать ещё легенды про дочку Индры, поэтому пришла в библиотеку и решила начать с самых древних томов. Названия пока и близко не намекали на прародителя Учиха. Казалось, что раз Ооцуцуки Индра связан с кланом Учиха, то надо искать у Саске, но у него ничего не осталось после Кровавого Выреза, после которого потихоньку у клана все разворовали. Сарада не помнила, как та книга оказалась у нее. У Минаты вообще не было зацепок, как искать… Хи, сжалился бы! Я знаю, что ты знаешь как искать! Но дракон даже морду не понял, даже глаз не приоткрыл. Когда речь заходила о снах или этой неизвестной, он делал вид, что не знает эту надоедливую блондинку. Но когда Мината цапается или как-то негативно отзывается о Каги, сразу напоминает о своём присутствии. Мината даже завидовала этой Ржавой, потому что сама Удзумаки потратила пять лет, чтоб Хи начал выходить с ней на связь без особых усилий и чтоб уважал ее, а Каги только покрасовалась своими кроваво-красными волосами и чистокровной кровью, как Хи чуть ли хвостом не влияет.        Мината резко и с ненужной силой задвинула очередную «не ту» книгу и облокотилась животом на перила, рассматривая людей на первом этаже. И ещё больше напряглась, когда среди незнакомых жителей увидела Саске, чей единственный видимый глаз смотрел прямо на ней. Когда взгляды пересеклись, он кивнул вбок и пошел на выход, приглашая девушку за собой.