Не судьба

— Цветок для прекрасной дамы, — Санджи опирался спиной и локтем о стойку ресепшена, изящно повернувшись к девушке за ней, и лучисто улыбался, изображая из себя обольстителя. Уставший от перелета и акклиматизации Зоро матерился про себя и вслух на весь роскошный холл отеля. — Что ты там застрял, бровастый, давай заселимся уже.       Флирт с девушкой Зоро не раздражал, за все время знакомства с Санджи тот на его глазах перезнакомился с таким количеством девушек, что никакой нервной системы бы не хватило реагировать. Вот не придет в номер ночевать или на ужин ее пригласит, оставив Зоро, тогда можно и реагировать. А раньше времени и смысла нет. Бесила Зоро жара, нехватка сна и тот маленький факт, что они были в бегах. Натурально, причем Зоро бежать не хотел.       Ну подумаешь вместо празднования нового года друзья устроили им допрос с пристрастием, а рыжая чуть дырку на нем взглядом не протерла после того, как их разоблачили. Это вообще не честно, Санджи она все быстро простила, назначив главным виновником Зоро. Дескать это он сбил с пути истинного Завитушку. Ага, бросил своего соулмейта, гонялся за Санджи как собачонка, все, чтобы подло помешать ему быть одиноким однопроцентником, загремевшим в больницу. Какой Зоро коварный тип. Луффи хохотал и ел, будто ничего нового и не узнал, хотя именно он их застукал полуголыми прямо в процессе «любви» на уставленном праздничным угощением столе. Усопп нервничал и кивал, когда Нами выговаривала что-то особенно резонное, вроде «Как ты мог не говорить мне! И долго это у вас?», «Как ты мог бросить своего соулмейта, неужели тогда причина была в этом?» Друзья округляли глаза, и прижимали ладони в удивлении к открытым ртам, в общем — весело не было.       И когда все они ушли, Завитушка странно притих в соседней комнате, пока Зоро наконец дорвался до того, чтобы поесть после многочасового допроса. Когда он наконец сообразил, что Санджи там в очередной раз ценности переоценивает, и этот процесс всегда должен проходить под руководством Зоро, иначе напереоценяет там ему, было поздно. Санджи сидел по-турецки на их кровати и тыкал в телефон с горящими глазами. — Ну, — сказал Зоро, приготавливаясь к какой-нибудь дичи, вроде того, что теперь они оба враз фиктивно женятся ради социального статуса. Санджи им уже и невест из стран третьего мира заказал. Но нет, обошлось, просто Завитушка весьма мудро решил дать друзьям время пожить с мыслью, что Зоро и Санджи вместе несмотря на то, что у Зоро есть живой и очень даже замечательный соулмейт. А чтобы они в процессе принятия факта не задолбали их еще больше, было решено стремительно перекупить какой-нибудь горящий тур на новогодние каникулы и скрыться со всех радаров. Без разницы куда, главное, чтобы тепло, потому что если бежать из дома, то хоть с удовольствием. Вышло даже не дорого, какая-то семейная пара отравилась новогодним угощением и продавала билеты на самолет и места в довольно шикарном бунгало в отеле-курорте на теплом побережье всего за треть цены. Это даже не кусало Зоро по карману, который вечно отставал в заработке от повара четырехзвездочного ресторана. — Собирайся, вылет через три часа, — ухмыльнулся Санджи.       Ладно перелет через всю страну после бессонной ночи, ладно переодеваться пришлось прямо в аэропорту, потому что ноги в теплых ботинках сопрели моментально, так Завитушка еще на каждую стюардессу и каждую девушку у стойки по пять минут потратил, окончательно добивая Зоро. Догадываясь о характере рождающихся в голове мечника проклятий, Санджи вяло отлепился от стойки и двинул к стоящему в середине холла отеля Зоро, покручивая на одном пальце ключи от их бунгало. Зоро еще не знал, что до него придется идти по улице, но по коварной улыбке Санджи догадывался, что мучения его не кончены.       На середине холла к Завитушке прицепился какой-то мужик. Уже довольно зрелый, но очень ухоженный, так что трудно было сказать, какого возраста. У него были довольно густые светлые волосы, уложенные в элегантный длинный хвост, в глаза бросалась его безупречная выправка. Холеный мужик схватил бровастого за предплечье. — Санджи? Санджи, это же ты? — быстро затараторил он. Санджи смерил его удивленным взглядом, будто видел впервые в жизни, и аккуратно высвободился. — Прошу прощения, вы обознались.       Он двинул к Зоро, теперь уже подозрительно изучающему типа: тот определенно не обознался, но вот Санджи его знать не хотел. Кто бы это мог быть? Он не помнил таких общих знакомых. — Зачем ты ему соврал? Он теперь на нас пырится, — проворчал Зоро, вручая Санджи его часть багажа. Точнее, лишь часть его части багажа, потому как, ожидаемо, у Санджи было три чемодана, а у Зоро один, да и то не полный. Зоро даже понять не мог, как за пятнадцать минут можно собрать три чемодана. Этому наверное на вечерних курсах учат, с экзаменами и дипломом. — Да скользкий тип какой-то. Ему явно от меня что-то надо, а мне от него — ничего, потому лучше отвязаться раз и все. Давай лучше я тебе покажу, когда жмешь на брелок, то стрелка всегда будет указывать в сторону, где наше бунгало. Это чтобы не заблудиться, гениально, правда? Это та милая леди на ресепшене дала, когда я сказал, что у моего друга по пьяни проблемы с тем, чтобы вернуться в номер. Не мог же я ей сказать, что ты и без выпивки такой балда, Маримо. — «У моего друга», — передразнил его Зоро, игнорируя подколки про умение Зоро теряться где угодно, — ты помнишь, у кого мы билеты перекупили? У семейной парочки, она наверняка видела в компьютере, что у нас люкс с двуспальной кроватью. — Что? — Санджи, кажется, был поражен этим умозаключением. — Но я ведь так мило флиртовал с той леди… — Они флируют с тобой, потому что быть милыми — их работа. — Я тебя не слушаю, ты не испортишь мне отдых, ла-ла-ла, — совсем по-детски Санджи начал напевать, чтобы заглушить голос разума — то есть Зоро. Которого люкс с двуспальной кроватью более чем устраивал.       Они удалялись по дорожке из белого мрамора, проложенной через пальмовую аллею, чтобы отдохнуть в бунгало у самой кромки моря. Побег перестал казаться Зоро дурацкой истеричной идеей, будет здорово. Светловолосый мужчина так и остался стоять в холле отеля, провожая их взглядом.       Вступив в их с Завитушкой домик, Зоро сразу решил — никуда сегодня не пойдет. На улице жара, а тут кондиционер, приятный интерьер в бело-голубом цвете, везде подушки шелковые разбросаны, хоть на полу спи. Он блаженно стянул пропитанную потом футболку и швырнул ее на пол, Санджи даже возмущаться не стал, тут была ежедневная уборка номеров. — Черт меня раздери, Маримо, гляди сюда, — Завитушка стоял в дверях спальни номера, явно пораженный открывшимся ему зрелищем. Зоро нехотя поплелся посмотреть, а то не отстанет, и сам замер. Кровать в люксовом номере была не просто шикарна — она была императрицей кроватей в межгалактической империи кроватей. Покрытая постельным бельем из явно дорогого голубого шелка, она манила пуховой мягкостью одним своим видом. Из-под приглашающе откинутого уголка одеяла выглядывала белая подушка с вышитой эмблемой лебедя, значило это только одно — подушки наполнены лебяжьим пухом. Сама кровать стыдливо пряталась под роскошным балдахином, полупрозрачная голубоватая вуаль, ниспадающая почти до самого пола каскадами, крепилась на столбиках из резного темного дерева. Зоро видел такие кровати только в детстве в книжках про принцев и принцесс. — Раздевайся, — сказал Санджи, а потом кинул взгляд на его голый торс. — О, ты уже. Я буду не я, если мы не испробуем все ее возможности сейчас же.       И он поволок Зоро в кровать, даже не требуя от него «не лезть в постель потным». С одной стороны Зоро это понравилось, но с другой он ни за что не согласится поверить, что причина была только в том, что бровастому не терпелось протестировать кровать, так просто ушлый повар от своих привычек не отказывается. Когда Завитушка резкой подсечкой повалил Зоро спиной на кровать и взгромоздился ему на живот, только потом скидывая с себя одним рывком рубашку через голову, что тоже чертовски заводило, но при этом было чертовски не характерно, Зоро точно знал — что-то случилось. Но поскольку понять, что именно, он не мог, то решил, что это что-то очень хорошее. Например, Завитушка чокнулся от акклиматизации и забил на все свои пунктики по поводу гигиены, Зоро совсем не против, если это продлится еще пару дней.       Обезумевший Завитушка пожелал сегодня занять ведущую роль, и Зоро совсем не протестовал — наблюдать за Санджи в неистовстве, доверяя себя ему, тоже зачаровывало Зоро. Тем более вся обстановка способствовала тому, чтобы все шло по завитушкиному сценарию, как он любил говорить «по-королевски». Потому Зоро полностью отдался ощущениям от ловких рук Санджи на своем теле, закрыл глаза, чтобы почувствовать, как каждый мускул расслабляется, пока тело утопает в мягком матрасе и пуховых подушках, одна из которых для удобства уже как-то оказалась у него под поясницей. Прохладный шелк освежал остывающее от жары тело, руки Санджи скользили по его бедрам, губы Санджи на… о да, на его члене знали свое дело. Зоро чуть не замурчал, когда Завитушка склонился над ним, прижимаясь животом к животу, он обожал ощущение контакта с чужой гладкой кожей. Он слегка выгнулся назад, чтобы Завитушке было удобнее, а ему — приятнее, ведь Зоро знал свое тело. Санджи как всегда начал с плавных, медленных толчков, он никогда не врывался резко в отличие от Зоро, у которого желания в постели порой брали верх над ответственностью. Зоро ощутил себя плывущим по волнам в шелковом море, внутри было горячо, рука Завитушки на его члене вторила движениям бедер…       И они в одном клубке шандарахнулись на пол. Увлеченные процессом, они не заметили, как медленно съехали на самый край кровати по скользкому шелковому покрывалу. Напуганный и ошарашенный из-за контраста ощущений Зоро едва не ринулся искать катаны, но быстро все осознал и уже расплылся в улыбке перед тем, чтобы расхохотаться, как Завитушка снова удивил. Легко принимающий любые внезапности и причуды судьбы, сейчас Санджи яростно вскочил и пнул пуховую подушку. Она шмякнулась о косяк спальни. — Ебаное покрывало, нахрена такое делать, на нем же лежать невозможно! — заорал он. Вскочив, как был, полностью голый, хотя разнежившийся Зоро даже не заметил, как тот разделся, Завитушка яростно помчался в сторону пущенной в полет подушки и пнул ее еще раз с особым садизмом. Она улетела в гостиную. — И это сервис люкс! Потрахаться даже нельзя! — он вылетел вслед за своей жертвой в гостиную, продолжая приглушенно ругаться уже оттуда. Зоро задумчиво так и сидел на полу, опершись о край кровати. Что-то определенно было не так, но не в хорошем, а в плохом смысле. Из гостиной наконец раздалось поверженное: — Зоро… Как думаешь, нам придется выплатить стоимость этой подушки?       В дверь просунулась виноватая голова Завитушки, светлые волосы которого были покрыты легчайшим белым пухом, а позади него медленно опускалась вниз настоящая снежная вьюга из пуха, вылетевшего из разорвавшейся таки от яростных пинков подушки. Зоро захохотал и был рад, что Санджи наконец улыбнулся ему в ответ.       Ближе к закату, после пятичасового перекуса, Санджи все же заставил Зоро пойти к морю. Солнце уже не так палило, просидеть весь отдых в номере было глупо, а главное — скоро должна была прийти уборка номеров, а Санджи совсем не хотелось смотреть в глаза тем, кому придется убирать это «снежное великолепие» в гостиной.       Теперь они расслаблялись на соседствующих лежаках, которые поставили так близко к воде, что море лизало их голые пятки. Санджи потягивал что-то из кокоса, украшенного цветами, Зоро же доверял только проверенному баночному пиву. — Ты совсем не проникаешься атмосферой курорта, Маримо, — вставил нелепый укор Санджи, потому что Зоро не считал себя обязанным это делать. — Погоди, они наливают в кокосы ром, вот это будет хотя бы по-пиратски!       Поскольку Санджи сам встал, чтобы сходить принести ему рома в кокосе, Зоро не стал спорить — редкий случай, когда Завитушка сам подрывается приволочь ему еще больше выпивки. Он лениво смотрел на горизонт и слушал плеск волн, вечером он собирался исправить дело с кроватью, выкинув с нее к чертям все шелковые приблуды и теперь уже сам принявшись за Санджи, и все было прекрасно. Вдоль линии пляжа шла очень привлекательная сотрудница отеля, предлагающая всем желающим нанести солнцезащитный крем на спину и плечи. Вот это сервис, Зоро с ехидством поискал взглядом в толпе у бара Завитушку, который пропускает свой шанс, и бутылка с пивом застыла у его губ.       Возле бара к ждущему коктейль, а потому не могущему смотаться Завитушке опять пристал тот хрен с чистоплюйской рожей. Он что-то ему втирал, разводя руками и не давая и слова вставить. Впрочем, Завитушка и не хотел, рассматривая его с раздражением и брезгливостью. Неужто один из тех, кто пытался воспользоваться телом Санджи, зная, что тот однопроцентник, пока Зоро на четыре месяца уходил к Куине? Может пойти и расставить все точки в этой истории? Нет, Санджи разозлится, он взрослый парень, сам справится. — Я не могу защитить вас от всех невзгод, но могу спасти вашу кожу от солнца, — миленькая девушка склонилась над шезлонгом Зоро. Тот крякнул — бровастый был бы на седьмом небе от такого обращения, на секунду он даже подумал позвать его, если настроение у того ни к черту, чего бы его не побаловать. От Зоро не убудет, если какая-то девка полапает Завитушку, да и будет повод покрепче его «прижать» в постели якобы в назидание… Но сам от себя не ожидая, спросил: — Этот мужчина… со светлыми волосами в хвосте, высокий такой, у бара, — он показал подбородком направление, — вы не знаете, кто он? — Мистер Винсмоук, который сейчас беседует с постояльцем с двумя кокосами? Это же владелец отеля. Желаете, чтобы я вас представила? — Что? Нет! — фамилия ничего не сказала Зоро, у него таких знакомых не было. Если это владелец отеля, быть может, он частенько заглядывает в Барати? Отсюда и хорошо знает Санджи, а тот не желает тащить работу на отдых. Или боится, что мужик упомянет о нем и Зоро перед Зеффом… Ну да, Завитушка боится спалиться перед папашей, вот и нервничает. С норовом Зеффа не удивительно, однако скрываться вечно нельзя. Может, Зоро самому сказать его папаше? А то ведь Санджи голову себе съест в сомнениях. В это время Санджи таки получил свои напитки, расплатился с барменом и довольно грубо двинул плечом, чтобы владелец отеля отцепился наконец от него. Зоро быстро сделал вид, что расслабляется на солнышке и не смотрит в его сторону. За что и поплатился, получив резкий пинок под зад, нанесенный через шезлонг. — Хватит прохлаждаться, Маримо. Хватай свое бухло и двигаем, — Санджи выглядел злым и при этом каким-то разбитым. Зоро нахмурился, эта фигня им весь отпуск теперь испортит. — Слушай, бровастый, что это за тип, который тебя бесит? — Не важно, Маримо. Совершенно. Не. Важно, — отчеканил Завитушка, силком вытряхивая Зоро из шезлонга, он так торопился сбежать, что Зоро поспешил повиноваться, а то сбежит еще без него куда-нибудь напиваться, а у него на бровастого планы на ночь.       Чтобы Санджи опять отпустило, на этот раз потребовалось побольше времени. Очень помогли официантки в нарядах русалок в ресторане на набережной, чью кухню тот во что бы то ни стало хотел попробовать Санджи. Зоро закатил глаза, увидев сумму чаевых, которые им отвалил Завитушка, в Барати же он систему чаевых не приветствовал, считая ее унизительной. Ну и двуличная же ты сволочь, Санджи Блэклег.       Теперь уже Зоро порой опасливо окидывал взглядом ресторан и набережную, еще одна встреча с тем типом Винсмоуком ему была не нужна. Если Санджи совсем осатанеет, Зоро ему ответит, и пиши пропало — вещи поломают, а может и носы друг другу разобьют… Зоро взглянул на закопавшегося с носом в карту вин Завитушку и про себя решил, что сегодняшний ужин в честь трехлетия их отношений. Настоящих отношений, когда они не делают вид, что тренируются для своих будущих соулмейтов. Он улыбнулся и постарался не смотреть на Завитушку, увидит, что Зоро пялится на него с мечтательной улыбкой, назовет эро-маньяком или чем еще, что даже придумать фантазии у Зоро не хватает. За последние три года они не раз ссорились, Зоро два раза был серьезно на грани, чтобы уйти куда глаза глядят, быть без Санджи, но зато и без той боли, которую могут принести ссоры и отторжение тем, кто тебе так дорог. Но последняя ниточка никогда не рвалась, Зоро всегда не мог сделать решающий шаг и покончить со всем, неизменно возвращаясь на следующее утро. И самое главное — ни разу за последние годы, даже в пылу грандиозной ссоры, он не жалел, что ушел от своего соулмейта. Ему даже мысль такая в голову не приходила, все его мысли были о том, что он теряет Завитушку, а долбаному наглому бровастому хоть бы хны, только сыпет еще более изощренными оскорблениями, да ухмылочку эту свою поганую на лицо прицепляет, что вмазать хочется. Перелом в отношениях случился тогда, когда Зоро наконец понял: под ударом оказывается не только он, бровастому тоже больно и страшно, и наверное даже страшнее Зоро, ведь всякий их разлад для Санджи — очередное доказательство, что они друг другу не подходят изначально, и Зоро сейчас все осознает и поползет проситься назад к прекрасной Куине. Завитушка все еще считает, что у него нет прав претендовать на незаменимость в жизни Зоро. Было это, когда в очередной раз скандал достиг грандиозных масштабов, и Зоро схватил уличную куртку, Санджи как всегда вынул из кармана пачку сигарет, достал губами одну, изящно раскурил, откидывая челку с лица, и процедил спокойно: — Давай, давай, Маримо, вали куда хочешь, хотя вряд ли доберешься. Передавай привет пингвинам на северном полюсе, — и все это цинично, с усмешкой, отворачиваясь к долбаному окну в человеческий рост, будто там что-то поинтереснее, чем разговор с Зоро. О, как это выводило Зоро, это наглое превосходство, будто Завитушка в нем не нуждается, и что может заменить его кем угодно, и даже лучше, не таким психом и хамом. Но в этот раз они ссорились так долго, что за окном уже стемнело, и в темном стекле Зоро увидел отражение лица отвернувшегося от него Завитушки, как сжались губы в неровную дрожащую линию, что сигарета дрожит во рту, как отчаянно сдвигает Санджи брови и смотрит, смотрит в темноту, в которой ничего не видно, лишь бы не скользнуть испуганным взглядом по Зоро. Каждый раз, когда Зоро уходил, для Санджи он уходил навсегда, потому что тот не мог придумать, зачем тому возвращаться. И все, что мог ему дать Санджи перед прощанием — избавление от чувства вины, свободу думать, что Санджи и без него будет прекрасно, даже если это тысячу раз не так. Завитушка порой был пугающе добрым. Зоро увидел все скрываемые от него эмоции, он рванул к выходу и хлопнул дверью что есть силы, наблюдая, как резко дергаются, а потом бессильно опадают плечи Санджи, делая его совсем худым и сгорбленным. В этот раз Зоро захлопнул дверь не за собой, он просто выплеснул всю ярость на проклятой деревяшке, и решительно, прямо в ботинках, затопал по гостиной к Завитушке. Тот ошалело обернулся, услышав шаги, он и секунды не допускал мысли, что Зоро может не уйти, что его можно не оставить. — Ты актер погорелого театра, — только и успел прошептать Зоро, вырывая изо рта Санджи сигарету и заваливая его на белый диван в гостиной через спинку вниз головой. Не успевший справиться со своими эмоциями Завитушка был наградой за маленькую победу Зоро над своими демонами. Он смотрел на него не веря и немного с радостью и восхищением, как ребенок, впервые увидевший выскочившего из цилиндра кролика. И за это выражение глаз Зоро легко смог простить те два часа, что бровастый вел себя как говнюк высшего ранга. — Завтра мы едем на экскурсию, — сказал Санджи, захлопывая меню и вырывая Зоро из воспоминаний. — Что?! Неееет, — обреченно протянул Зоро, ничего в жизни не было ужаснее для него, чем экскурсии — бессмысленное шатание от одной разваливающейся на глазах древней штуки к другой. И он знал, кого винить в своем горе — не Санджи, а владельца отеля, в нежелании встречаться с которым Завитушка решил рвануть на экскурсию. У Зоро был спасительный вариант укатать Завитушку за ночь, чтобы он проспал все выезды, а потом они бы заказали обед в номер и никуда бы не пришлось таскаться. — Да не страдай раньше времени, тебе может понравится, — слегка извиняющийся тон тоже не был характерен для Завитушки, только усиливая подозрения Зоро, что что-то случилось.       Потому он не стал медлить, начал подталкивать Санджи к спальне, как только они вошли в номер. И тот, судя по всему, все еще испытывал чувство вины за свою слабость и второй побег с курорта после побега на курорт, потому даже не вставлял ехидные комментарии по поводу чужой настойчивости. А в спальне уже на все стало наплевать. Резким рывком Зоро вскинул шелковое покрывало вверх, и пока оно танцующе планировало обратно, успел повалить Санджи на кровать и упасть сверху, их ласково накрыло голубой волной. Санджи хохотнул, снова становясь самим собой, и цапнул Зоро на серьгу на ухе. Зоро принялся за его рубашку… — Стоять. А у тебя презервативы есть? — Что? К черту, — Зоро вернулся к своему делу. — Нет. Не после целого дня на жаре и даже без душа. Ты взял с собой презервативы? — о, рано Зоро обрадовался, что Завитушка стал самим собой, все его заскоки по поводу гигиены тоже вернулись в полном объеме. — У тебя три чемодана, я думал, хоть в одном нашлось под них местечко, — заворчал Зоро, все же продолжая расстегивать чужую рубашку. — Они все заняты. Это у тебя был полупустой, я думал, ты точно кинешь пачку, — Санджи начал выпутываться из рук Зоро и выкарабкиваться из-под него. — Ну и к черту их… — Зоро утянул его за бедра обратно к себе под покрывало и принялся покусывать за живот. — Ха… ха-ха, аха-ха-ха, — Санджи извивался под ним от смеха, а когда отсмеялся, серьезно проговорил: — Нет. — Да что за фигня второй раз за день! — теперь уже Зоро взбесился, резко вскакивая на кровати и скидывая с них полог из шелкового покрывала. — Это проклятый курорт, на нем невозможно потрахаться! — Поори мне тут, Маримо, — сурово проговорил Санджи и толкнул его в грудь обеими руками. Не удержавшийся Зоро упал на кровать на спину, Санджи тут же поднялся и принялся застегивать обратно рубашку. — Ты куда? — подозрительно процедил надувшийся Зоро. — За презервативами, Маримо, за презервативами. Тут должна быть хоть одна круглосуточная аптека. Тебя не посылаю, не хочу, чтобы отдых превратился в трое суток бесконечных поисков тебя. — Не долго только, — буркнул Зоро и сунул под голову подушку.       Но Санджи не было довольно долго по внутренним часам Зоро. То ли бунгало у них в пяти километрах от аптеки, то ли паршивец намеренно его выбешивает. Очень скоро Зоро заскучал, по телевизору крутили почему-то только фильмы про летние курорты, а смотреть фильм про курорты, находясь на курорте, Зоро считал извращением. То есть Завитушке такое понравится. Да где он запропастился! Зло поднявшись с постели и невероятно зло зашнуровав легкие кеды, злой Зоро отправился в ночь на поиски потерявшегося бровастого.