если хочешь знать: да (делай свой шаг)

Это не длится долго. Что разочаровывает, но не удивляет. Он остаётся дома у Эндрюсов на протяжении трёх ночей, пока Арчи не начинает снова уносить течением, и Джагхед решает, что его визит затянулся. Он собирает все свои вещи на третью ночь и исчезает утром, раньше, чем Фред или Арчи просыпаются. Возвращение в кинотеатр совсем не ощущается возвращением домой. Здесь холодно, затхло, и падая на постель — он плачет. Беззастенчиво и одиноко плачет. Он к тому же не может уснуть. Не может устроиться удобно после трёх ночей, проведённых не просто в большой мягкой кровати, но с кем-то бок о бок. Бок о бок с Арчи. Джагхед тихо хрипло стонет и зарывается лицом в промятую подушку. Щёки горят, а ум слишком вялый, чтобы прогнать прочь мысли, донимающие его эти несколько дней. Мысли о том, как сильно он скучает по Арчи, скучает по их дружбе. Не скучает по тому, как прикусывает язык каждый раз, когда едва не проговаривается: я люблю тебя, я был влюблён в тебя, чёрт знает как давно, а ты? Но скучает по близости. Джагхед снова стонет и плотно закрывает глаза. Наконец он засыпает. От: Арчоус 21:44 можем поговорить? Джагхед вжимается в стену рубки. Кинотеатр закрыт на ночь, и комната такая холодная, что он может видеть каждый свой выдох. Это в целом жалко, но не настолько, как кульбит сердца, когда он читает сообщение. Оно вызывает злость и досаду, кипящую под всем этим, но больше всего — радость. От: Арчоус 21:50 джаг, пожалуйста. мне нужно поговорить с кем-то и ты по-моему единственный можешь понять Джагхед набирает ответ раньше, чем Арчи мог бы усомниться в нём. Кому: Арчоус 21:51 ладно. Будешь дальше писать или хочешь позвонить? Его телефон сразу вспыхивает, оповещая о входящем звонке. Джагхед проводит пальцем по экрану и подносит трубку к уху, делая всё возможное, чтобы унять дрожь. — Как оно? — Всё кончено. — Что? — С Гранди, — рвано выдыхает Арчи. — Я собирался всё прекратить, потому что это… это неправильно. Но потом... — Не спеши. — Бетти, и её мама, и мой папа ворвались, — Арчи безрадостно смеётся. — Бетти пыталась остановить свою маму, но… в смысле, ты знаешь миссис Купер. Её невозможно остановить. — Что случилось? — Она сказала, что уволится. Я имею в виду Гранди, но этого было недостаточно. Миссис Купер сказала, что этого недостаточно, и мой папа согласился. — Вот же… вот дерьмо, Арчи, — Джагхед не спрашивает, в порядке ли он, потому что это, наверное, худший вопрос, который можно задать. — Что теперь будет? В трубке шуршит, будто Арчи пожимает плечами. — Я правда не знаю. Папа забрал меня и Бетти домой, а миссис Купер осталась ждать шерифа Келлера. — Блядь. Ещё один смешок. — Ага. Я думаю, может быть суд или что-то вроде. Папа не хотел слишком много говорить об этом, но наверное так и произойдёт. Джагхед проводит рукой по спутанным волосам. — Ты хочешь, чтобы я приехал? Или… — Нет, — отказ Арчи не грубый и не резкий, всего лишь усталый. — Мне просто нужно было поговорить с кем-то, кроме моего папы или Бетти. Они оба продолжают извиняться снова и снова, и я больше не хочу. — В этом есть смысл. — ...кажется, ни в чём нет смысла. И уже не будет. — Будет, Арчи. Это… я не знаю, когда, но будет, — у Джагхеда начинает болеть рука — так крепко он сжимает трубку. — Я обещаю. — Правда? — Правда, — он кивает сам себе. — Джагхед? — Арчи? — Можем мы просто остаться на связи? Я, наверное, скоро усну, но… — в подтверждение его слов просьба прерывается зевком. — Конечно, конечно, — Джагхед опускается, чтобы лечь, и укрывается с головы до ног. — Ты, — ещё один зевок, — ты прячешься под одеялами? — Заткнись, — Джагхед прячет смех в ладони. Это не работает, и смеяться так здорово, что он прекращает попытки сдержаться. Он хохочет, фыркает, хихикает в трубку, и вскоре Арчи смеётся тоже. Даже этот тусклый смех, изнурённый прошедшим днём, звучит музыкой для ушей Джагхеда. Это тоже не может длиться долго; утром Джагхед должен закончить собирать свою сумку. Утром строительная компания Эндрюса начнёт методично сносить кинотеатр. Утром, он готов на это поставить, они с Арчи вернутся к своей едва теплящейся осторожной дружбе, и это должно будет быть просто прекрасно. Пока, по крайней мере, всё в порядке.