Эпоха романтизма

      Сегодняшнее утро преподнесло Ювеналию Леонидовичу множество сюрпризов. Зайдя к директору, он объявил о своём возвращении и получил в ответ бурные аплодисменты от коллег, сам того не ожидая.       А в девятом «А» все готовились к литературе и зашли в свой класс, приятно пахнущим библиотекой и парфюмом учителя. Соня с улыбкой сообщила всем, что Ювеналий Леонидович вернулся и все одноклассники радостно побежали его встречать.       За исключением нескольких человек, у которых на то были особые причины. Аня уже знала о приезде Ювеналия и понимала, что обнимать учителя, зная, что он твой скрытый возлюбленный, не стоит. Виолетта писала шпаргалки для контрольной по геометрии, Катя повторяла материал. Соня не пошла из-за того, что была очень стеснительная и не всегда выражала свои искренние чувства при всех. А Полине было просто лень и она уже на десятый раз прослушивает любимую песню из аниме.       Через несколько минут в класс, словно голливудскую звезду, пропустили учителя. А следом вошла и орава гордых и счастливых одноклассников.       - Здравствуйте, Ювеналий Леонидович! - хором поздоровались Аня, Соня, Полина, Катя и Виолетта.       - Доброе утро, - учитель оглядел девушек и остановил взгляд на Соколовой. Та со смущением отвела глаза и Ювеналию удалось разглядеть её румянец и лёгкую, но нежную улыбку.       В коридоре в роли чирлидеров выступали Пашка Романов и его сестра Оксана. Прыгая по коридору, они во всю глотку кричали:       - К нам вернулся классный! Самый лучший классный!       Многие слышали это и, естественно, крутили пальцем у виска. Однако Аня нутром чувствовала, что Ювеналию нравится такое уважительное отношение. Но... Мужчину надо хвалить.       - Ювеналий Леонидович, - Аня, кусая ручку, посмотрела на него кокетливыми и немного насмешливыми глазами. - А Вы к нам надолго?       - Навсегда! - учитель достал из сумки мессенджер документы и положил их на стол.       Взгляд глубоких серых глаз остановился на её губах, по которым она так соблазнительно проводит корпусом ручки. Весеннее солнце отражается в голубых глазах и делает их ещё более выразительнее. Она похлопала ресницами и учитель улыбнулся. Никогда ещё он не видел её такой счастливой, женственной и... Соблазнительной.       Да, он стал видеть в Ане девушку, такую недоступную... Но в какой-то степени она так близко к нему. Совсем недавно у Ювеналия был разговор с Яном, и он едва не признался, что состоит в отношениях со своей ученицей. Соколова стала для него всем и учитель хотел поделиться с кем-то своими чувствами... Но не мог.       Ювеналий Леонидович с нетерпением ждал звонка на урок. Поэтому, чтобы сократить время, он сел за родной учительский стол и, бросив взгляд на окно, открыл книгу. Затем посмотрел на Аню. Она не сводила с него глаз и улыбалась.       - Ан-на, - слегка саркастически позвал учитель, проведя подушечками пальцев по твёрдой обложке.       Соколова ребячески наклонила голову и спросила:       - Вы что-то хотели, Ювеналий Леонидович?       Глубокие серые глаза блеснули, уголок губы на мгновение дрогнул.       - Я хотел бы проверить твои успехи в литературе. Ты ведь писала пробный экзамен без меня?       - Писала, - она невольно сделала губы «бантиком».       - И на сколько ты написала?       - Учительница по русскому сказала, что на четвёрку я вытянула.       - А мне надо, чтобы ты вытянула на пятёрку, - он встал.       Аня оглядела Воронцова с ног до головы: на ногах были те же самые ботинки, он был одет в чёрные, слегка обтягивающие брюки, белую рубашку с рукавом три четверти, чёрный жилет в тон брюкам. Его образ заканчивал галстук с золотым зажимом. В голове Соколовой промелькнула фраза:       «Остановите планету, я потеку...».       - И как же я вытяну на пять? - девушка слегка поёрзала на стуле, чувствуя, как внизу стало мокро. Учитель подошёл к ней и сказал:       - Ну у нас ещё есть время...       Аня улыбнулась и перевела взгляд на Вио. Та с недоумением и подозрением смотрела на обоих.       - Свят, свят, свят, - она три раза перекрестилась и сплюнула.       В это время прозвенел звонок. Аня и Ювеналий переглянулись. Виолетта посмотрела на потолок:       - Ну, видимо, молитвы ещё мои не дошли до небес.       Учитель прыснул, Соколова рассмеялась. Не прошло и двух минут, как в классе собрался весь девятый «А».       Ювеналий, переглянувшись с Аней снова, подошёл к доске. Вздох - и через минуту он спокойно и бархатно сказал:       - Доброе утро, ученики.       - Доброе утро, Ювеналий Леонидович! - громко поздоровался в ответ весь девятый «А».       На миг учителю пришло на ум, что он стал особо популярным среди школы. И это очевидно: ты становишься своим, когда сам этого хочешь. Не придерживаешься мнения кого-то одного, одинокого. А сам идёшь навстречу людям, становишься со всеми открыт и добр.       Ещё раз оглядев класс, ставший ему родным за несколько месяцев, Ювеналий Леонидович улыбнулся и сказал:       - Ну что ж, начнём урок.       Соколова смотрела на учителя литературы и задавала себе вопрос: Как она могла... Как она успела в него влюбиться? Но очаровательная улыбка парня давала ответ на этот вопрос.       Он улыбался красивее всех на свете: уголки губ слегка приподняты, выделялись его глубокие ямочки на щеках, учитель улыбался только верхней челюстью, а нижнюю поджимал губой. Но она была настолько искренняя, что Ане казалось, что Ювеналий улыбался не только губами... Он улыбался и глазами. В нём было столько искренности, что она словно передавалась каждому.       Соколовой бы обнять его прямо сейчас. Почувствовать его всем телом, почувствовать его губы. Но их разделяет лишь парта и учительский стол.       Аня и сама не успела подумать, как вытянула руку вверх. Учитель взглянул на неё и спросил:       - Что ты хотела?       - Я... - девушка робко убрала руку, в голове промелькнула фраза «Я хочу Вас обнять», но не стала сходить с её губ. - Нет, ничего...       Ювеналий обеспокоенно взглянул на неё. Аня нервно рассмеялась, утопая в тишине класса.       - Хорошо... - он улыбнулся, глядя ей прямо в глаза. Ученица, немного подавив своё желание к учителю, продолжила слушать его на уроке.       Хотя безумно хотелось его. Всего его. Целиком и полностью. Гормоны играют, любовь разгорается внутри девушки гордым пламенем. Словно феникс, воставший из пепла. Да, когда-нибудь мы все найдём свою родственную душу. Которую будем хотеть, как хотеть жить.

***

      - Соколова!       Девушка и сама не заметила, что урок литературы быстро прошёл и теперь она сидела на уроке алгебры. Голос старого математика раздался словно из ниоткуда. Аня удивлялась, почему Иван Кириллович всё ещё здесь и учит их. Ему ведь семьдесят лет и ему давно пора на пенсию. Хорошо, что устоялась привычка называть его Иваном «Грозным» - ему подходит.       - Соколова! - ещё громче позвал математик, стукнув кулаком по столу. - Иди к доске, что-то сильно ты спишь сегодня!       В голове Ани промелькнула мысль, что сегодня она схватит двойку. Поднявшись с места, девушка подправила юбку-карандаш и прошла к доске.       Сегодня они повторяли сложные задачи на составление уравнений. Пожалуй, это самое сложное из заданий, которое только встречалось Соколовой.       - Разбери тридцать восьмую задачу из моего сборника, - Иван «Грозный» протянул девушке маленькую книжку. Аня приняла её и подошла к доске, на ходу читая задачу. Дрожащими руками она потянулась за мелом и начала писать что-то, что придёт в голову. Губы дрожали, ноги немного подкашивались.       Первая попытка решить задачу, вторая, третья... Соколовой уже подсказывали одноклассники, но она не слышала их.       Спустя пять минут математик сказал:       - Ну что ж, ты не знаешь... - и вывел в журнале красивую, но коварную двойку. Аня сжала мел в руках и постаралась не расплакаться. - Сегодня после уроков придёшь и будем разбирать.       Соколова закусила губу, зная, что таким образом задержит слёзы. Затем кивнула.       - Садись.       Аня, спрятав первую слезу, села за парту. И, переведя взгляд на окно, задумалась. Ей нужно на пока отложить думы об учителе литературы и подумать о том, что ждёт её после уроков тяжёлое мозготрясение...

***

      Когда уроки кончились, Соколова отправилась в класс математики, чтобы принять это страшное для её головы наказание.       - Здравствуйте, - без энтузиазма поздоровалась девушка и села за парту.       - Так, Соколова, ты не поняла задачу про детали, - мужчина пролистал сборник задач и остановил взгляд почти сразу. - Вот и нашёл! Итак, я сейчас объясню тебе, как их решать.       Аня кивнула и стала слушать. Но объяснение было не очень понятно девушке, особенно из уст математика. Или она просто не хотела понимать.       - А теперь ты попробуешь сама разобрать следующую задачу. За икс нужно брать что-то другое, но, я думаю, ты справишься.       Приняв от Ивана Кирилловича задание, Аня пошла к доске. «Грозный» бросил на девушку осуждающий взгляд и возмутился:       - Ой, ну и девки пошли! Ой, Соколова, волосы распустила, юбку в обтяжку носишь и каблуки! Ты же отличница, зачем так одеваешься кричаще?!       Аня закатила глаза. Её очень раздражало, когда старые люди обсуждали её за внешний вид. Ну не институт благородных девиц же! Она всё равно одета по-школьному, не в петушиных перьях же.       - А мне нравится такой имидж, - раздался третий голос и Соколова повернулась - Ювеналий Леонидович стоял в дверях и, скрестив руки на груди, облокотился на косяк.       - Ой, здравствуйте, коллега! - математик по-стариковски улыбнулся, а потом нахмурился. - А почему он тебе нравится? Это же разврат какой-то!       Аня снова закатила глаза и повернулась к доске, пытаясь решить задачу. Когда учитель объясняет - это одно, а когда сам решаешь - это другое. И почему-то «Грозный» дал ей более сложную задачу, чем они решали вместе.       Краем уха Соколова услышала, как учитель литературы подошёл к парте напротив математика и облокотился на столешницу.       - Иван Кириллович, ну мы же молодые. Нам тоже хочется одеваться так, как мы этого хотим, - он перевёл взгляд на Аню, которая из-за плеча наблюдала за ним. - Ну не пришла же она в школу в одних стрингах или в откровеном наряде. Она одета по-школьному.       Соколова чуть не щёлкнула пальцами. Ювеналий передал её слова, как будто слышал её мысли!       - Ну ладно, Леонидович, - вздохнул математик, а затем хлопнул себя по лбу. - Ох я голова с дырой! Я же забыл тебе принести ноты! Они остались у меня внизу!       - Да можете оставить их на подольше, - учитель литературы улыбнулся.       - Да я их переписал и отдал в музыкальную школу, - быстро ответил Иван «Грозный» и встал. - Жди меня здесь, - он быстро направился к двери и крикнул уже в коридоре: - И присмотри за Соколовой, чтобы не сбежала!       - Хорошо! - ответил Ювеналий и посмотрел на школьницу, тихо и загадочно добавив: - Я-то присмотрю...       Затем, улыбнувшись, он взял сборник и прочитал задачу Соколовой, узнав номер, который был записан на доске. Аня поджала губы. Но не из-за реплики учителя литературы, а от того, что мучалась с задачей и никак не могла её решить.       Пытаясь писать всё, что придёт в голову, девушка краем глаза следила за парнем. Тот, поправив галстук, положил сборник и слез с парты, а затем медленно двинулся к школьнице. Соколова, не отрывая взгляда от доски, думала, чтобы ещё написать. Рука с мелом застыла над доской, но не решалась вывести хоть что-то.       Учитель подошёл к ней вплотную сзади. Тёплое дыхание обожгло затылок Ани. Широкая ладонь легла на её руку, удерживая мел.       - За икс мы берём изначальное количество деталей... - вместе с девушкой он начал выводить то, что говорит. - Его просто не указали в вопросе... А икс плюс пять - это детали, которые нужно найти...       Аня послушно писала то, что говорит Ювеналий. Холодной руке стало заметно теплее от руки возлюбленного. Соколова прикрыла глаза, когда его дыхание обожгло ухо. Его бархатный и тёплый голос продолжал объяснять материал и Аня наконец поняла, как решать... Ведь когда говорит любимый человек, становится понятнее.       - Ты поняла?... - бархатным шёпотом спросил Ювеналий Леонидович, закончив объяснять. Его губы были над самым ухом и Соколова едва не потеряла рассудок. Слегка повернув к нему голову, она лишь прошептала в ответ:       - Да... Спасибо большое...       Он выдохнул ещё раз, словно дразня ученицу. Пауза затянулась. Аня думала, что ещё сказать. Но в голову ничего не приходило. Хотелось, чтобы он прочитал её мысли, и прижал её, и прямо здесь и сейчас... Даже если математик придёт, начихать уже. Она слишком долго ждёт...       Аня положила мел и в тот же момент была резко повёрнута за плечо. Воронцов крепко ухватил её за талию руками и прижал к доске. Соколова ахнула, а затем, не скрывая желания, поддалась головой вперёд и столкнулась с губами учителя, не сдержав стон. Сжав талию ещё сильнее, Ювеналий проник языком в её рот. Чувствуя лёгкое головокружение, Аня обняла его за спину обоими руками и переплелась языками. Поцелуй был настолько страстным, что хотелось стонать. Грудь вздымалась от нехватки воздуха, но девушке это нравилось.       Прижав Соколову к доске ещё сильнее, учитель провёл пальцами по ноге в капроновых колготках и закинул её к себе на бедро. Аня выдохнула и застонала прямо через поцелуй. Ювеналий скользнул ладонью под юбку и плавно перешёл с поцелуями на шею. Соколова откинула голову и дала волю стонам, хоть и пыталась их сдержать.       «Боже... Я же кончу... Прямо здесь...» - сказала она себе, немного царапая спину учителя. Его тёплая рука поглаживала ягодицу, вторая рука ласкала другое бедро, немного задирая юбку. Ане было невообразимо тепло и... приятно. По животу терпкой жидкостью разливалось желание, вытекая наружу. Хотелось, чтобы Воронцов просто прямо сейчас это сделал... Жёстко, красиво, как он умеет. Прямо стоя.       Соколова вздрагивала каждый раз от покусываний учителя. Чередуя жёсткий, полный возбуждения, поцелуй со слюной, учитель буквально выбивал из груди девушки стоны. Аня толкнулась в Ювеналия и почувствала эрекцию.       - Ох... - определив достаточно внушительный размер, девушка зажмурилась от ещё большего возбуждения. Длинные пальцы учителя впились в её бедро, чувствуя, на что они оба готовы.       Но неожиданно в коридоре послышались приближающиеся шаги математика и затем Иван «Грозный» крикнул, не доходя до класса:       - Ювеналий Леонидович! Я их нашёл!       Аня вжалась в классную доску и учитель литературы нехотя отскочил от девушки и, отвернувшись и засунув руки в карманы, зашагал по классу. Соколова, вся красная, отвернулась к доске и быстро подправила юбку. Хотелось провалиться сквозь землю из-за неудолетворённого желания.       - Леонидович, я нашёл тебе ноты! - математик зашёл в класс и сразу отдал Ювеналию маленькую книжку. Аня, краем глаза наблюдая за учителем литературы, взяла мел и начала решать уравнение. Иван Кириллович посмотрел на доску и сказал:       - Вот теперь правильно! Ишь, Соколова! Под надзором Ювеналия Леонидовича как пошла!       Воронцов ухмыльнулся, и это было заметно лишь для самой Ани. Девушка смущённо улыбнулась и продолжила писать уравнение на доске.       Закончив, она написала ответ. Он оказался правильным и тогда Иван «Грозный» отправил Соколову домой. Правда, без дополнительного домашнего задания тут не обошлось.       «Назло всё спишу в интернете! - думала Аня, в её глазах бегали чёртики. - Списывать с интернета полезно, ибо в голове что-то остаётся. Му-ха-ха-ха-ха!».       А Ювеналий, немного поговорив с математиком, успел догнать Соколову в коридоре.       Поддавшись к уху, он прошептал:       - Понятней, когда я объясняю, малышка?       Аня прикрыла глаза и крепче сжала лямку школьного портфеля в руках:       - Конечно...       Мимо них прошла уборщица и Ювеналий, громко кашлянув и повысив тон, сказал:       - Тебе стоит повторить произведение Гоголя «Мёртвые души», иначе постигнет тебя кара от меня и будет сий учитель в гневе!       - Хорошо, уважаемый Ювеналий Леонидович, я никакими способами не дозволю себе Вас разгневить! - так же громко ответила девушка, держа смех.       Пройдя мимо тёти Валентины, которая на всякий случай перекрестилась, герои пришли на лестничную площадку. Там Аня не сдержала громкого смеха.       - Это было так... Аха-хах!... Странно! - воскликнула она, аккуратно спускаясь.       Ювеналий подхватил смех.       - Странно лишь для нас, Аня! А для других это лишь...       Он замолк на полуфразе. Навстречу им поднималась Галина Владимировна.       - Добрый день, а вы что так поздно? - спросила завуч, прищурившись.       - Аня оставалась на дополнительные по математике, - сказал за Соколову учитель литературы. - А я ждал Ивана Кирилловича, чтобы забрать книгу с нотами.       - Ну понятно... - лицо Галины Владимировны оставалось прищуренным. Затем она посмеялась. Этот смех звучал немного злобно.       Аня и Ювеналий переглянулись. Затем учитель немного холодно произнёс:       - У меня много дел. Да и Ане надо домой.       Завуч кивнула, попрощалась с героями и отправилась на верхний этаж.       Спустившись на первый этаж, Соколова и Воронцов разошлись - она в раздевалку, а он - в учительскую. Но через несколько минут они встретились снова в коридоре.       - Ну ладно, - Аня улыбнулась, глядя в его тёмно-серые глаза и теребя пуговицу на пальто. - Я домой. До свидания.       Ювеналий, немного погрустнев, кивнул. Его рука держала ручку сумки мессенджер, он был уже одет для выхода на улицу. Сердце Ани сжалось: неужели они не смогут хотя бы на мгновение остаться наедине? Может быть, он подвезёт её?       - А Вы можете подвести меня до дома?       - Мне нужно заехать к другу, поэтому... Увы.       Он был равнодушен. Аня, держа слёзы, опустила глаза и пошла прочь из школы. Быстро стуча каблуками по мокрому от ещё не растаявшего снега асфальту, Соколова вытирала слёзы, скатившиеся по её щекам.       Почему Ювеналий так изменился? Буквально несколько минут назад он прижимал её к классной доске и целовал, шутил, а потом вдруг отказался её вести на машине? Хотя... Может, ему действительно нужно к другу?       Аня остановилась и подняла голову на небо. Оно было сегодня со всех сторон затянуто тучами, такими же хмурыми, как и она. Буквально совсем скоро должен был начаться ливень, чтобы промочить Соколову с ног до головы. Да ещё и десяти килограммовый портфель в руке добавлял трудностей.       Девушка, опустив голову, пошла дальше. Но кто-то рывком вырвал из её руки портфель и прошёл вперёд. Аня поняла голову и её сердце ёкнуло: учитель литературы, закинув её портфель на плечо, гордо зашагал к школьным воротам.       - Ювеналий Леонидович, Вы не могли бы мне вернуть портфель?! - возмутилась Аня, догоняя парня.       - А что? Привыкла к такой тяжести? - он слегка повернул голову к ней. Соколова заметила его обаятельную, но одновременно и хитрую улыбку.       - Я... - девушка замялась. - Нет, не привыкла, но я хочу домой!       - А мы и идём домой.       - Мы?!       Аня подняла бровь. Учитель литературы довольно неожиданный.       - Да, мы, - Ювеналий, ухмывшись, разблокировал машину и бросил портфель на заднее сидение Хёндай Солярис.       Соколова сжала кулаки и надула губы. Затем, подойдя к учителю, ткнула пальцем ему в грудь:       - Я не хотела ехать!       - Ты хотела ехать, - возразил Ювеналий.       - Нет, я не хотела.       - Если я пошутил насчёт друга, то это не значит, что ты больше не должна хотеть ехать со мной.       - Пошутил?!       Аня попыталась забрать сумку, но учитель литературы не дал этого сделать и отправил Соколову на переднее сиденье, быстро склонившись над ухом.       - Я тебя никуда не отпущу, - прошептал он. Аня приоткрыла губы, желая что-то сказать, но не смогла. Её грудь вздымалась от тяжёлого дыхания, губы желали прикоснуться к губам Ювеналия, руки хотели обнимать его здесь и сейчас. Чтобы им никто не мешал. Чтобы всё закончилось хорошо и им удастся вместе проснуться в одной постели. Когда-нибудь это и случиться... Надо лишь верить...       - Ладно, я... - Аня не закончила мысль и засмеялась. Учитель литературы подхватил её смех и быстро поцеловал в щёку. Соколова закрыла глаза и нежно улыбнулась. Как же с ним хорошо... И обида проходит почти мгновенно.       Затем, закрыв дверь и пройдя на водительское сидение, Ювеналий завёл машину и, захлопнув дверь, посмотрел на Аню. В это же мгновение начался дождь. Соколова поёжилась:       - Опять дождь... Дождь, снег, дождь, снег... Когда же солнечно будет?       - Я не знаю, - учитель повёл Хёндай Солярис на место назначения. - Главное, чтобы солнечно было в душе. Не смотря на то, какая погода за окном.       - Ты прав.       Аня с облегчением вздохнула, когда осознала, что можно на «ты».       - Кстати, - снова начала она, - ещё раз спасибо за...       - ...поцелуй в классе математики? - Соколова подняла бровь, когда Ювеналий Леонидович почти закончил её мысль. Затем парень остановился на светофоре и склонился к ней: - Мне не хватило, малышка.       - Мне тоже, - Аня, улыбаясь, кокетливо закусила губу.       - Возьму на заметку.       Воронцов подмигнул и посмотрел на дорогу. Соколова откинула голову назад от кайфа, который накрыл её полностью, обволок всю её. Какой же её учитель чертовски притягательный... Как же его тянет к ней... Будто они единое целое.       - Кстати, - через несколько минут начала девушка. - Зачем тебе ноты?       - Я в детстве учился в музыкальной школе. И сейчас играю на многих музыкальных инструментах. Вот и сейчас я потратил три своих зарплаты на новый рояль.       Он нервно посмеялся. Аня открыла рот от удивления и прошептала:       - Я не знала, что у тебя есть такая страсть к музыке.       - Но она не такая сильная, как страсть к тебе...       Они посмотрели друг другу в глаза. Во взгляде Воронцова был блеск, рука нежно опустилась на колено девушки. Соколова немного замялась и опустила взгляд, а затем снова посмотрела на учителя, слегка улыбаясь. Она чувствовала себя немного неловко, но всё равно была самой счастливой рядом с учителем в данный момент.       - У меня страсть ещё сильнее...       Аня произнесла это немного неосторожно, но уже было абсолютно плевать. Ювеналий остановился возле её дома и, наклонившись, одарил поцелуем в губы. Затем, слегка отстранившись, прошептал:       - Посмотрим, у кого она будет сильнее, Анечка...       Соколова проурчала от приятной фразы. Затем, заправив прядь волос за ухо, прошептала:       - Ну тогда... До завтра.       - До завтра.       Аня не удержалась и сама поцеловала его в губы, вдыхая запах той же стойкой туалетной воды. Учитель ответил девушке на поцелуй, такой нежный и чувственный. Её пальцы медленно прошлись по сильным плечам Воронцова, тело расслабилось от присутствия родного человека. Хотелось ещё и ещё тепла, которое не сможет дать никто, кроме Ювеналия. Никто... Никто с ним не сравниться. Он идеален, идеальнее всех мужчин на свете.       Их поцелуй, казалось, продолжался вечность. Лёгкое касание губ, их жадное посасывание, прикосновение друг к другу - всё это приводило Аню в экстазе, который чувствовал Воронцов. Страсть разгоралась в них с каждым днём, любовь стремительно росла, набирая в свою вселенную множество счастливых моментов, а такая близость могла свести с ума.       Но пришлось отстраниться, потому что мимо прошли ученики именно из их школы. Аня смущённо опустила голову, затем захватила портфель и вышла из машины учителя, чтобы не привлекать внимание.       А в душе надеялась на большее между ними. Чтобы им никто не мешал.