Истинный

США — прекрасная страна. Лос-Анджелес — сумасшедший город, с кучей людей и прекрасным видом, слегка напоминает Сеул своей многочисленностью разных личностей и высокими небоскребами. Конечно, не удобно, когда твои знания английского максимум на втором уровне из шести, но хорошо, что у тебя есть личный переводчик. Чонгук поселился в отеле пять звезд. Самый дорогой и популярный отель Лос-Анджелеса. Президентский люкс, белые шторы, огромная белая кровать, телевизор на всю стену, джакузи и два санузла и это - не всё, чем порадовал Лос-Анджелес Чонгука. Первый день он будет отдыхать в номере. То есть уже не день, а ночь, ведь в Лос-Анджелесе уже два часа ночи. Чонгук перекусил едой, которую приготовил Чимин, быстро помылся и лег спать. Он слишком устал от этого семичасового перелета и заснул в считанные секунды. Утром он пойдет на площадку для съемок фильма. Пока что он видел текст только первой части фильма, из трех. На съемки этого фильма пригласили двух режиссеров — американского и корейского. Этот фильм — самый масштабный проект, который планировался за 2026 год.       — Мистер Чон, прошу вас, проснитесь скорее.       — Что? — испугался Чонгук. — Я опаздываю?       — Нет, сэр. Вам нужно собираться, позавтракать и тогда вы успеете, — милая девушка, ЁнМи, играющая роль и экономки, и переводчика, и няньки, возможно, стояла напротив кровати Чонгука и улыбалась ему.       — Хорошо, встаю. Чонгук умылся и почистил зубы. Он оделся в привычную для него одежду: огромный худи по колено и черные рваные джинсы. Ему принесли завтрак в его номер. Он насладился американской едой, а после, натянул капюшон и последовал за ЁнМи, которая привела его к его временной машине, где был водитель. Она открыла ему дверь, чтобы он сел на заднее сиденье, сама же села вперед, с водителем. На площадке для съемок фильма они были уже в девять часов утра. Гримеры, стилисты и визажисты бегали с одного места в другое, возились вокруг актеров и извинялись, если делали что-то не так. Все нервничали из-за пустяков, ведь, повторюсь, этот фильм — самый масштабный проект 2026 года. Ужасы не так просто снимать, особенно те, в которых присутствует серийный убийца. Актёр должен быть бесподобный, ведь убийц играть сложнее, чем влюбленного парня. Но, почему в самый ответственный момент все идет к черту и актёр не может играть столь важную роль?       — Что нам теперь делать? Как такое может быть? Вы когда-нибудь встречали таких безответственных людей?       — Давайте не будем наговаривать и скорее придумаем, где взять другого актера, — пытался успокоить Чонгук американского режиссера. — У вас есть списки? Кто-нибудь еще хотел пройти кастинг?       — У нас был заместитель. На всякий случай мы взяли заместителя всем актёрам, поэтому всё должно получиться.       — Хорошо. Скоро он будет? — спросил американский режиссер.       — Он уже здесь. Черная BMW подъехала к зданию, в котором должен сниматься фильм. Из машины вышёл парень в черном плаще, в черной водолазке, в черных, не обтягивающих штанах, в которых явно было удобно, в черных оксфордах, в черных очках и с черной маской на лице. Ветер дул на него, и расстегнутый плащ развивался на ветру, показывая стройное тело парня. Американский режиссер буквально застыл от такого появления, а мужчина, стоявший рядом с ним даже рот разинул. Чонгука не совсем удивило такое появление, а его переводчица, кажется, вообще не заметила того, что кто-то приехал. «Самовлюбленный мажор», — подумал Чон.       — Здравствуйте. Это вы мне звонили? — парень подошёл к двум мужчинам и Чонгуку, а после он стянул маску с лица, махнул черными, шелковистыми волосами, рукой поправляя их назад, и мило улыбнулся.       — Хотите сказать, главную роль будет играть узкоглазый? — режиссер разозлился.       — А что вам не нравится? — спросил Чонгук. — По-моему он даже симпатичней того, который не смог приехать.       — Это да, но фильм американский…       — Но не совсем. Был бы он чисто американский, меня бы тут не было, — Чонгук ехидно улыбнулся. — Пойдемте в здание. Нужно начинать съемки, — сказал он и пошел в здание, рядом с ним шёл новый актер.       — Как тебя зовут? — спросил парень.       — Чонгук. Чон Чонгук.       — Мило, — парень улыбнулся квадратной улыбкой. — Мне туда? — он показал на гримерку. — Увидимся, — и убежал в ту маленькую комнатку, где сейчас ему должны нанести макияж. Главную роль играл кореец. Американцам сложно было дать ему сценическое имя и парень предложил своё, настоящее. Над образом Ким Тэхена даже не пришлось мучиться. Его одежда в которой он пришел идеально подходила под образ серийного убийцы, который не скрывается и хорошо прячет свою личность. Он был прекрасен, в прямом смысле. Дубли с его участием не приходилось переснимать. Он играл потрясающе, будто имел опыт. Несколько дней шли съемки. Казалось, за это время можно снять целый фильм, но они не сняли даже половину, ибо это не так легко, как казалось с самого начала. К очередному вечеру, проведенному на съемочной площадке, все актеры уже сильно вымотались, а еще нужно было ждать ночи. Ночью обещали дождь, как раз подходит для того, чтобы снять несколько сцен. Пока что все отдыхали. Спали или же кушали, многие просто дремали. Чонгук сидел на своем почетном месте режиссера. Как съемки кончились он, как и все, решил отдохнуть. Он запрокинул голову на спинку кресла, в котором сидел и закрыл глаза.       — Устал? Я принес тебе кофе, — Ким Тэхен стоял напротив Чонгука и загораживал свет от проекторов, падающих на него.       — Что? — Чон еле еле смог отрыть глаза. Так уж он устал, так уж хотелось спать. — О, спасибо, — он взял кофе у Кима. — Почему не спишь? Два часа до съемок.       — Не хочу. Потом весь энтузиазм пропадет, — он сел рядом на лавочку, положил локти на колени и хлебнул кофе.       — Ты прекрасно играешь. В своей карьере я еще не встречал таких как ты. Мне всегда приходилось переснимать.       — Дубли — это хорошо, — недолго думая сказал парень. — Актер понимает, что он делает не так. Дубли — это как жизненный опыт. Один дубль — один провал, но со временем ты понимаешь, что оступился и пытаешься исправить всё.       — Ого. Ты как будто не про съемки говорил, а про жизнь, — Чонгук удивился, напомнив ребенка. — Я запомню эти фразочки, спасибо, — он улыбнулся, своей законной улыбкой, которой мог улыбаться только он, сморщив нос, напоминая кролика.       — Ты вроде такой взрослый, а такой глупенький, — улыбнулся Тэхен. — Сколько тебе лет?       — Двадцать девять.       — И уже в Америке. Молодец, — Ким встал и похлопал Чона по плечу, — ты многого добился. Твои близкие, наверно, гордятся тобой, — сказал он и снова, улыбнувшись, ушёл в гримерку. Чонгук не совсем понял, что это сейчас было, но он благодарен этому парню, за то, что принес ему кофе.

***

Прошел первый месяц как люди участвующие в этом проекте не возвращались домой. И теперь всем решила дать два днях выходных. Все были очень измотаны, в особенности Чонгук. Чон заснул прямо тогда, когда участники проекта начали собираться домой. Люди гонялись туда-сюда, собирая вещи и убираясь на съемочной площадке, забыв о Чонгуке.       — Проснулся?       — Где я? — глаза Чона слипались, и он протер их рукой.       — У меня дома.       — Ты меня похитил? — приподнявшись на локти, спросил Чонгук.       — Нет что ты, — ухмыльнулся Тэхен. — Ты крепко спал, и когда все уехали, я подумал, что тебя забыли. Ну, собственно, забрал тебя к себе.       — Понятно, но думаю мне пора ехать, — Чонгук быстро встал с кровати и быстро пошел к выходу, парень шёл за ним с чашкой горячего чая.       — Ты изменился, Чонгук, — сказал Тэхен, смотря, как Чон натягивает на себя ботинки.       — В смысле? — недоумение охватило Чонгука. С чего бы этот незнакомец, которого он впервые видит, говорит с ним неформально. Кто он такой вообще?       — Ты, правда, не понял?       — О чем ты?       — Чонгук, — парень подошел к Чонгуку намного ближе, так что их глаза встретились, — посмотри на меня, — сказал он, но сам в глаза Чону не мог заглянуть. Чон присмотрелся, парень-незнакомец, стоявший рядом, смотревший на его шею, и пытаясь не смотреть в глаза Чону, нагонял такие странные ощущения, так что дрожь пошла по телу. Телефон выпал из рук Чонгука и упал ему на ногу, но он не заметил этого. Он разглядывал каждый миллиметр лица Тэхена, задерживаясь на глазах и губах дольше, чем на всем остальном.       — Тэ… , — он сглотнул, и по нему было видно, как ему трудно продолжить называть это имя, -…хён? — сказал он, и губы его задрожали ещё сильнее.

NU'EST — NA.NA.NA. (Прошу, включите прямо сейчас, а после того, как включили, можете читать дальше)

      — Да.       — Нет. Этого не может быть, — Чонгук развернулся и хотел открыть дверь, но то, что сказал Тэхен, остановило его.       — Ты получил письмо? — сказал Ким в спину Чонгуку.       — Как ты… — Чонгук медленно поворачивается к Тэхену. Предвкушение, ненависть и воспоминания охватили его. Чувство, которые он пытался забыть, уничтожить на протяжении шести лет вновь нахлынуло. Сердце забилось в миллион раз быстрее.       — Я так рад тебя видеть, малыш, — голос Тэхена дрогнул.       — Не называй меня так! Малыш? — Чон уставился на Тэхена. Глаза уже покраснели, а соленая вода наполнила их до предела. Сейчас он точно заплачет. Это больно. Очень больно. Но он не знает, что Тэхен чувствует то же самое. Ему тоже страшно. Тоже больно. — Не подходи ко мне. Ты мне противен, — сказал Чон и, посмотрев сверху вниз на Кима, цыкнув, вышел из квартиры. Он спускался по лестницам, будто летел, не замечая ничего. Наткнулся на пожилую женщину и чуть не сбил с ног и просто пробежал мимо. Он не понимал, что делал. Ноги сами вели его куда-то. Чон увидел такси и сел в него. Что теперь? Знания английского нулевые.       — Hello. Hotel fife stars, please.       — Okay. Are you urgently? There are two ways: short and long. И тут Чонгук в ступоре. Английский — единственный предмет, по которому у него всегда было три, и три, только потому, что учитель любил его.       — He don’t understand. I'm his interpreter. What's the fare?       — Oh, good. Sit down please. Обойдя машину Тэхен сел рядом с Чонгуком на заднее сиденье. «Okay. Let’s go, please. We need as quickly as possible», — сказал Ким водителю. Тот улыбнулся ему в зеркало, и машина тронулась с места.       — И зачем? - спросил Чон, после десяти минут "катания по городу".       — Что?       — Зачем ты поехал со мной? Я же сказал: ты мне противен.       — Чонгук, ты не считаешь, что нам нужно поговорить? — Ким злостно посмотрел на Чонгука, так, как когда-то смотрел на него, когда младший портачил. — Нет? Мне всё равно, как ты считаешь. Мне есть, что сказать.       — А мне нечего. Мне не о чем с тобой говорить. И это письмо… зачем его вообще отправлял? Девять лет прошло. У меня новая жизнь. Я уже не тот маленький мальчик, который…       — Так и я не тот парень, — перебил Тэхен Чонгука. - Мне тридцать один год. Мы оба выросли. По этому мы обязаны поговорить. Чонгук молча смотрел в окно, не замечая на себе взгляд Тэхена. У Кима не то что руки, у него всё тело тряслось. Этот шаг он сделал необдуманно. Необдуманно выбежал из квартиры и, возможно, забыл запереть дверь. Он не помнит, но сейчас это не важно. Сердце бешено скачет, рука лежит всего в нескольких сантиметрах от руки, которую так сильно хочется зажать в своей, поцеловать каждый её миллиметр и повторять, как он любит эту руку, это тело, это лицо, этого человека. Девять лет прошло, а Тэхен не забыл. Он любит до сих пор. Он ни разу не предал, ни разу не был с другими. Он любит только одного, которого не видел девять лет и который сейчас сидит перед ним и ненавидит его так, что лучше бы Тэхен погиб в аварии три года назад, которая заставила его остаться совсем одного без родителей, без родных, без друзей и без него… Чонгука. Он видит того, самого первого, который оставил огромный след в сердце и после, пустоту на целые девять лет. Эта дыра в сердце… зарастет ли она сейчас или будет пустовать вечно?