Истинный

Я просто не могу так. Мне больно… очень больно. Я не знаю, что делать, я не знаю, как поступить. Я глуп. Я избавился от него, но я люблю. Я люблю его. Я люблю тебя, ты же должен знать. Почему ты не замечаешь то, как мне сложно, как трудно, как я задыхаюсь. Избавь меня от этого чувства, прошу. Я не хочу все усложнять. Пожалуйста. Я хочу любить его Я люблю его, но я не могу. Я люблю тебя, хочу прожить всю жизнь с тобой. Сейчас я потерял тебя, не знаю, получится ли вернуть. Избавь меня от этого, или… помоги мне.       — Я серьезно потерян.       — Чонгук, перестань. Ты увидел его, понимаешь. Его, Тэхена, ты увидел, спустя почти десять лет страданий. Сейчас ты работаешь с ним, вы видитесь каждый день. Ты любишь его. Любишь ведь. Не усложняй. Не строй сам себе преграды. Просто прости и будь счастлив.       — Хён…       — Что хён? Что ты как маленький. Хорошо, что я взял трубку, а не Юнги. Он бы наорал на тебя. Ты же знаешь, Чимин плохого не посоветует.       — Конечно, — усмехнулся Чон. — Спасибо, Чимин. Я сделаю что-нибудь…       — Ты должен.       — Я понял. Мне нужно бежать, хён.       — Давай, давай, беги, работай.       — Пока, — Чон улыбнулся и сбросил трубку. Пошёл третий месяц съемок. После того, как Чон прекратил общение с Тэхеном, дело пошло быстрее. Фильм был почти отснят. Казалось, они могут закончить прямо в этом месяце. Тэхен играл нереально, что, в принципе, не удивительно, но Чонгук продолжал уходить. Он уходил каждый раз, как только Ким появлялся на съемочной площадке. Они не разговаривали, не смотрели друг на друга, жили так, будто их не существует, будто они не знакомы.       — Гукки! С днем рождения, заяц! «Надоели уже. Обычный день. Заяц? Когда мы так сроднились?»       — Нуна! Спасибо большое. Не надо было тратиться. Спасибо, — Чонгук, кланяясь, принял пакет с подарком от одной актрисы, играющей второстепенную роль.       — Угораздило же тебя, Гукки, первого сентября родиться, — она улыбнулась и отошла, давая право другим поздравить Чона. С площадки во время перерыва только и слышались поздравления и как Гук, уже севшим голосом говорит: «спасибо». Подарки дарили многие. Малыш Гукки нравился всем. Только вот он уже давно не малыш и каждый раз на вопрос " И сколько нашему малышу?», он отвечал «Малышу уже двадцать девять», и многие удивлялись такому ответу, говоря при этом, что Чонгук выглядит максимум на двадцать. Также как и сам Чонгук, его телефон разрывался от поздравлений, на которые он пытался отвечать, на автомате печатая каждому слово «спасибо» и порой забывая ставить всякие сердечки. Ну что поделать с этой популярностью, Чонгук?

— С днем рождения, малыш.

Неизвестный номер, уже который за сегодня, поздравляет с днем рождения. Но это слово, в конце, меняет весь смысл. Неизвестный номер, но Гук уже знает кто это. Есть только один человек, чей номер не записан у него в контактах, но он уже выучил его наизусть. Тэхен? Через пару минут приходит ещё одно сообщение с этого номера:

 — Я очень хочу увидеть тебя и поздравить лично, но сейчас я не могу, да и потом уже не смогу. Я решил, что мне лучше исчезнуть из твоей жизни.)

«Что прости? Что это значит? Что значит «исчезнуть»? Он же не умереть собрался? Ким Тэхен, сука, где ты? Только попробуй что-то сделать с собой».

 — Прости меня, пожалуйста.

Читая сообщения, Чонгук расталкивает толпу вокруг себя и выбегает из здания. «Неужели, я прав? Он что, решил умереть?» Машины Тэхена нет, как и предполагалось. Чонгук сел в машину, которая сопровождала его. Водителя не было, Чон взял дело в свои руки. Заводя чёрный гелик, он напечатал и отправил сообщение.       — Где ты? Ответ не приходил. Чонгук забил айди телефона и направлялся туда, куда указывал аппарат. Он обгонял машины и ехал по встречной полосе, его мало волновало, задавит ли он кого-нибудь или нет.       — Ответь мне, придурок. Что ты задумал? Чонгук подъезжал к месту, где должен был быть Тэхен. Его телефон разрывался от звонков от его сотрудников, но он игнорировал. Съемки должны были начаться, но видимо не могли без присутствия Чонгука и Тэхена. «Приедет администрация, ты будешь уволен», — сообщение от американского режиссера мало волновало Чонгука. Он даже не открыл его, дабы не напрягать мозги и не переводить. Он не боялся. Ему было не важно то, что будет. Этот парень, Ким Тэхен, сейчас собирается покончить с собой, его нужно найти и остановить и ничего не может быть важнее этого.       — Тэхен! — Чонгук остановился в каком-то непонятном для него месте и стал набирать номер Тэхена, так как на карте показывалось то, что он где-то рядом. Бросив машину у кучи хлама и мусора, он буквально выбежал из неё, увидев мигающий телефон, а рядом с ним бездыханное человеческое тело. Ночь давала о себе знать, и в темноте этого города ничего не было видно. Это место без фонарей, окруженное старыми заброшенными зданиями, сквозь которые не может даже проникнуть свет луны и человек, лежавший на земле, рядом с пятиэтажным зданием с выбитыми стеклами, без каких-либо признаков жизни. А в метре от этого человека лежит телефон, на белом и разбитом экране которого все еще светится и мигает слово «любимый».