Помни, что должен забыть

POV Китнисс Медленно подхожу к комоду и провожу подушечками пальцев по узорам древесины, проглядывающим сквозь лаковое покрытие. Всего некоторое время назад я бы сразу ринулась и вырвала ящик из комода, чтобы убедиться, что мне не показалось. Сейчас я не уверенна. Не уверенна ни в чём. Я только знаю, что в руки берёт телефон совершенно не та девушка, которая его туда положила. Я пытаюсь понять, почему не узнаю царапинки на стекле, почему не ориентируюсь в меню. Печатные буквы, которые составляют сообщение, искажаются перед моими глазами в замысловатый почерк. Ах, нет, это просто слёзы накатываются на глаза. Почему? А я не знаю, почему. Я не могу понять, откуда так болит. Я смотрю на свои руки и осознаю, что не помню ни эти тонкие пальцы, ни изгибы кисти, ни родинку с внутренней стороны ладони. Это вообще не мои руки. На них не было родинок. Я пытаюсь представить, как выгляжу. Я же пять минут назад смотрелась в зеркало. Воплощаю в памяти этот момент, но в отражении пусто. В мыслях назойливый голос нашёптывает мне идею: «Может, начнём всё заново?». «Привет, я Китнисс из…». Голос велит мне продолжить, но я стою в ступоре перед самой собой, не отдавая себе отчёт в том, кто я есть. Резкое чувство, возникшее при вибрации телефона, томящегося в самом дальнем ящике комода, ушло, забрав с собой умение чувствовать что-либо вообще. «Я соврал тебе тогда. Тот миротворец не зацепился и не свернул себе шею. Я задушил его голыми руками». Его голос скитается по закоулкам моего разума. Я слышу страшные слова, но, наконец, вижу за ними красивого человека. Мои пальцы блуждают по сенсорному экрану, пытаясь найти номер абонента, приславшего сообщение, но он оказывается скрыт. А хочу ли я его по-настоящему знать? «Кто ты?» - снова шепчет голос. «Я буду ждать тебя завтра на камне» - приходит следующее сообщение. Мне кажется, что я знаю, о каком камне идёт речь. Жаль, что я не знаю, кого на нём хотят увидеть. Это всё новый житель в моей голове? Я не продолжаю переписку и ничего не отвечаю на предложение увидеться на камне. Я полностью сконцентрирована на том, чтоб найти ответы на все свои вопросы пока не кончилась зарядка. Я захожу в личный кабинет Гейла на официальном сайте “Panem Industries”. Мои пальцы инстинктивно набирали его пароль, который с первой попытки оказался верным. Я захотела знать его и цифры сами собой визуализировались в моём сознании. Мне уже начинает нравиться делить свой разум с этой капсулой. Пролистывая документацию компании, натыкаюсь на множество проектов. В каждом из них я вижу только пользу. Каждое убийство кажется мне оправданным. Мозги, украшающие грани стеклянного куба, производят впечатление произведения искусства. Эти капсулы были секретным проектом “Panem Industries”, который был реализован в целях конфиденциальности. Первоначально эти капсулы внедряли только рабочим под предлогом, что со временем они рассосутся в их крови вместе со всеми рабочими моментами. Вот только это была наглая ложь. Капсулы оставались в своём владельце навсегда. Даже если носители не находили их в своей голове и ложились спать спокойно, они всё равно попадали в зону риска. Капсула умело мигрировала по телу. Выживание было её основным инстинктом. Она тихонько перемещалась по венам и артериям и была готова ликвидировать своего владельца по первому приказу настоящего хозяина. Работники “PI” имели весьма приличный доход. Они жили в чудесных условиях, будто в темнице. Их ничего в ней не держало, но они сами отказывались из неё выйти. Натыкаюсь на материалы под грифом «В розыске». Я ожидаю увидеть перед собой таблицу с именами, но вижу лишь глаза. Они искали людей не по имени, не по номеру капсулы, они искали их по глазам. Просмотрев все образцы до единого я действительно не нашла ни одного похожего. Лишь одно было у них общее – нездоровое сияние, окружавшее зрачок. Это выглядело, будто внутри головы была расположена подсветка. Этими людьми забавлялись, как игрушками. Но ведь у игрушек тоже есть душа… Далее следует раздел «Избранное», а заголовок украшают огромные буквы УТЕЧКА. Она произошла, когда подослали агентов в качестве обычных посетителей. Их невозможно было контролировать, все они не были носителями капсул. Они пошли на риск и вышли на того самого человека, который держал в своих руках пульт управления от всех капсул. На всех фотографиях этот человек стоит спиной к камере. Он определённо держит что-то в руках, и он определённо находится в кристальных стенах “Panem Industries”. На следующем кадре этот человек стоит на своём же месте, безоружный, не сменивший даже положения рук. Он не защищался, он не мог управлять ситуацией, но все агенты лежали за его спиной с ножами, воткнутыми в сердце. Самое поражающее в этой ситуации было даже не это. Обе руки каждого из них покоились на рукоятях. С тех пор планировали ввести в оборот временные капсулы для посетителей компании. Но это означало бы, что конфиденциальности конец. А вдруг не все воспоминания о том, что происходило в стенах “PI” были бы стёрты. Когда проект временных капсул забраковали и ввели пожизненные капсулы для каждого, кто ступит на порог компании, началась подпольная игра. «Всё, что ты помнишь, может быть ложью» - нашла я в личных сообщениях Гейла. Теперь становится понятно, за что безглавый генерал отдал свою жизнь. На мой телефон приходит новое уведомление: «Пока что я позволю вам жить с этими знаниями, но это только пока что». «Кто вы?» - быстро набираю я. «Я тот, кто, в отличие от вас, знает, что год назад на вашей руке появилась новая родинка». «Но год назад у меня ещё не было капсулы». «Так и есть. Всё, что вас окружает, на самом деле находится не вокруг, а в вашей голове. Подумайте об этом». Мой взгляд падает на правую руку. Я пытаюсь найти подвох, но настолько взволнована, что не могу найти даже родинку, вызвавшую столь сильное волнение. В левой руке раздаётся последняя вибрация, после которой телефон разряжается. «Ну что же вы, мисс Эвердин. Обратите внимание на левую руку». И на ней действительно было небольшое пятнышко. Оно точно настоящее, я могу его потрогать, оно чётко очерчено и контрастирует с бледным оттенком моей кожи. Внезапно я падаю на пол, оцепенев от ужаса. Ещё бы, ведь в отражении потухшего экрана я чётко различила свои отсвечивающие холодным сиянием глаза. POV Гейл Я возвращаюсь домой только под утро. Китнисс спокойно посапывает, расположившись посреди кровати. Простыни помяты, но при этом одеяло гладко и аккуратно накрывает её неподвижное тело, будто труп. Не знал бы я её, как себя самого, подумал бы, что во время моего отсутствия тут побывал кто-то ещё.