Пятый

«Полиция есть космическая постоянная»

Станислав Лем

      Сны случаются разными. Иногда в них обитают чудовища, способные за раз проглотить и прожевать вас вместе со всеми родственниками за один завтрак, и даже сухонький дедушка, совершенно лишенный пищевой привлекательности, идет просто как десерт. А уж вы, столь аппетитный и притягательный во всех отношениях, едва успеваете унести ноги и остальные части тела от острозубой пасти. В самый душе- или телораздирающий момент вы вскакиваете, нервно переводите дыхание, сжимаете в мокрых кулаках комки из несчастной простыни, вобравшей в себя капли страха с вашей кожи. Но вот вы встали, умылись, возможно, даже поели. И в моменты размеренного передвижения к месту каждодневной дислокации для выполнения обязанностей сон предстает в новых красках. Он уже не страшен, а безумно интересен, и даже немножечко жаль, что такое невероятное приключение осталось в складках спешно застеленной постели.       А иногда, весьма редко, по прихоти Морфея вы попадаете в обычный мир, почти ничуть не отличающийся от того, что обнимает вас каждый день. Спокойно просыпаетесь, но червоточина в мозгу, что там что-то было не так, не дает вам жить еще очень долго. Именно невероятная реальность сна, похожая на явь, но в чем-то неуловимом совсем другая, и есть тот яд, который отравляет мозг и заставляет принимать случившееся почти как реальность.       Хоппер был готов практически ко всему. Он уже прямо ожидал мразотной токсичной атмосферы изнанки и плотоядных чудовищ. Он был готов защищать своих спутников от склизких пастей и искать детей в жутких схронах, завешенных паутиной и тленом. Обычный пыльный пол с паутиной детских и взрослых отпечатков сразу внес некоторый дискомфорт. Настолько, что шериф попытался вернуться обратно, чтобы удостовериться, что они не провалились случайно в соседнюю конуру с полукруглым окном, а действительно куда-то перешли, и вроде даже сквозь стену. И хаотично бегающие в рамках периметра огоньки не рождественская иллюминация, а самый натуральный портал. Вот именно здесь ситуация, как в неправильном сне, пробила первую и серьезную брешь в мироощущении. Стена стала просто стеной. Обыкновенной стеной с облезлой штукатуркой. Хоппер даже вымазал рубашку на плече, пытаясь пробиться обратно. Пару запоздавших огоньков вселили некоторую надежду, но через пару секунд исчезли в недрах мироздания, или где они там обитают.       Общее положение осложнялось наличием совершенно дезориентированных такими фокусами спутников. Ничего не оставалось, как решительно распутывать паутину из следов и двигаться по тоннелю. Нервный мужчина с залысинами в серой форменной одежде охранника у выхода из каменной кишки, округливший глаза при виде перемазанного взмыленного Хопера, несколько улучшил ситуацию. Охранник, или кто он там был, так остервенело заметался между желанием застрелить нарисовавшуюся из проема компанию или попыткой застрелиться самому, что Хопперу ничего не оставалось, как парой ударов помочь бедняге принять единственно правильное решение — аккуратно завалиться на зеркально отполированный пол. Настроение несколько улучшилось, новая реальность начала обретать некоторые оттенки приятности. Все окончательно испортили толпы вольно прогуливающихся человеческих особей в накрахмаленных белых рубашках и, что того хуже, во фраках и шляпах. Дамы были одеты несколько разнообразнее, но тоже настолько нарядно, что Хоппер почувствовал себя троллем на королевском балу. И если бы они еще просто гуляли, ведя возвышенные разговоры о прекрасном или совершенно недоступных Джиму тайнах науки. Почти у каждого подоконника примостились по несколько щеголей, а в руках у них были небольшие плоские дощечки со светящейся поверхностью. Они так увлеченно тыкали туда пальцами, что, казалось, абсолютно вылетели из реальности. Невысокий малец еще и звучно разговаривал с фиговиной, всячески вертелся, как будто пытался через нее показать кому-то, что у него за спиной. Мало того, некоторые из дефилирующих приложили подобную хрень к уху и трещали, словно они повисли на телефонной трубке. Хоппер со своими старались двигаться поближе к стенке, чтобы привлекать поменьше внимания, но опасения были напрасны. На них почти никто не смотрел, или делали вид, что не смотрят. Даже прыщавый юноша в очках с тонкой оправой. Он опустил голову, слегка наклонил ее вперед и остервенело тыкал пальцами прямо на ходу. Так и врезался со всей дури в Джонатана, но никак не отреагировал на неуместный внешний вид препятствия. Джонатан принялся извиняться, видя выражение ужаса в застывших глазах, но парнишка в ответ лишь нечто промычал. А когда нашарил на полу упавшую штуковину, прямо на коленках пальцами облапал всю поверхность, вроде как нажал кнопку на боку, и, явно обрадованный, вскочил и пошел дальше, будто сквозь стену. Джойс даже высказала довольно здравую мысль, что их просто не видят.       — Это телефоны? Проводов нет, вы тоже это видите? — Джонатан первый сформулировал вслух непонятный технический парадокс. — Оп-па, вон тот, он точно фотографирует на это, смотрите, смотрите, у него движения фотографа! Ответить ему никто не успел.       — У прохода Майк! Там, смотрите, только он так же одет, как и эти. Ой, вот и Лукас, в шляпе, там рядом! Кажется, у них неприятности! — Ненси пулей бросилась к скоплению людей, стараясь не столкнуться с джентльменами и дамами. Остальные припустили следом. Хоппер пробивался сквозь напирающую толпу, за ним старательно работала локтями вся его импровизированная команда.       — Брэдли, какого черта ты сидишь там, оторви зад и отведи юношей в сторону, они же перекрыли все движение, хочешь давку устроить, кретин!       Джим повертел головой в поисках источника звука и краем глаза ухватил пожилого мужчину в серой форме охранника со светоотражающими полосами. Тот подбежал к будке слева от проходов, чуть ли не силком выволок оттуда длинного и худого паренька в аналогичной форме и пинком направил к толчее, на острие которой Майк и Уилл растерянно по очереди пытались прижать к светящемуся кругу пластиковые карточки. Круг горел красным цветом и никак не желал становиться зеленым, как у их соседей слева. Справа так же отчаянно воевали со своим кружком вспотевшие от напряжения Дастин и Лукас. Толпа сзади и справа старательно сыпала советами, и слегка придавила взбудораженных неудачников к турникетам. Хоппер на ходу отловил Джойс, явно намеревавшуюся придать ускорение даме в высокой шляпе пинком пониже спины, и поволок к будке, второй рукой показывая Джонатану и Ненси двигаться за ними по возможности.       — У них время входа вчерашнее, вот и не открывает! — Молодой охранник размахивал карточками ребят, как картами, пытаясь перекричать толпу.       — Шеф! Слава богу, я знал! Шеф! — До боли знакомый низкий с хрипотцой голос заставил всех посмотреть на автоматически раздвигающиеся двери на выходе за турникетами. Прямо к ним с той стороны сломя голову бежал офицер Кэл Пауэлл.       — Симмонс, выпускай их скорее, нам срочно! — Он едва перевел дух и протянул руку в приветствии к старшему охраннику.       — Совсем припекло? Дошел слушок уже, — тот понимающе пожал руку и слегка озадаченно посмотрел на Хоппера.       — Так дата вчерашняя, я не могу, — промямлил долговязый Брэдли, и протянул своему начальству злополучные карточки.       — Какая еще дата? — Джойс выпустила Уилла из крепких объятий к облегчению последнего, и воинственно двинулась на препятствие, возвышающееся над ней как колонна.       — У вас тоже барахлит? Третий день это дерьмо с перебоями. Вот скажи, Симмонс, и надо была вся эта муть биотронная, если чуть что все идет кувырком? Вот раньше все было просто и надежно, а сейчас… — Он махнул рукой и буквально взмолился. — Там чёрте что, выпускай быстрее!       — Ну что ты тычешь этим мусором, вызывай техников и открывай, не соображаешь вообще? И откуда вас таких набирают! — В сердцах плюнул приятель Пауэлла.       — Так у шерифа карточка может нормально работает? — Меланхоличный юноша еще пытался сохранить статус кво, но моментально сник под гневным взглядом своего начальства и Пауэлла. — Сейчас выпущу, чего вы взъелись. Эй, вы куда, юнифоны в камере хранения заберите, держите пропуска!       Вся компания столпилась перед стенкой с множеством ячеек с красными и зелеными индикаторами в левом верхнем углу. Такой же долговязый и прыщавый юнец, как Брэдли, поднес по очереди пропуска к тускло мигающей полоске. Четыре негромких щелчка, и в руках у всех мальчишек оказались вожделенные устройства, которые они уже видели в вестибюле у многих взрослых. Начальное предположение, что у «младшей возрастной группы» таких шикарных и, наверное, дорогих штук просто не может быть, к счастью, не оправдалось. Офицер Пауэлл невольно дал исчерпывающее объяснение вопиющей несправедливости:       — Хоть немного отдохнули глаза от этих дурацких игр. Молодцы, буквоеды, додумались изымать, в школе сейчас тоже сдаете?       — Сейчас каникулы, сэр! — нашелся Майк, и уголки его губ невольно слегка поползли вверх при виде крайне заинтересованного взгляда Ненси.       Свои пропуска ребята обнаружили в карманах брюк, когда переодевались. У всех, кроме Уилла, они просто вывалились под ноги, в спешке были запиханы обратно и благополучно забыты до ухода мистера Кларка. Нетрудно было догадаться, что с ними делать на выходе, но того, что они окажутся просроченными, никто не ожидал. Это точно означало, что их двойники действительно зашли сюда вчера, переоделись, аккуратно сложили парадную одежду и куда-то испарились. Вопрос в том, куда. И где искать Оди?       Хоппер не сильно озаботился телефонной трубкой без проводов, название которой вылетело из его головы прямо в тот момент, когда достигло ушей. Зато едва не прикусил язык, рассмотрев форму своего здешнего подчиненного, а, особенно, флаг на рукаве. Вместо звездно-полосатого перед ним красовался орлино-полосатый. Бело-черный орел гордо расправил крылья на синем фоне, там, где должны быть звезды. «Объединенное Королевство Америки» — прочел он чуть ниже, не веря своим глазам. Час от часу не легче. Теперь понятны стали фраки и прочая мишура, но форма копа не сильно отличалась от его собственной, что опять портило уже почти найденную целостность. Да, черного цвета, ремень поверх рубашки-кителя навыпуск, ну и все. Карманы, функциональность вполне современные. На форму королевской полиции, по мнению Джима, точно не тянуло.       Было еще одно престранное обстоятельство, которое не ускользнуло от глаз шерифа. Пауэлл, который пару минут назад летел, как на пожар (если бы Джим тогда знал, что так оно и будет, летел бы быстрее своего подчиненного), вдруг совершенно растерялся, слегка приоткрыл рот и уставился, не мигая, на Джонатана Байерса, как на привидение, незаконно просочившееся из глубин преисподней. Мало того, парень почувствовал непонятное повышенное внимание к своей персоне, слегка занервничал и набычился, на лбу прорезались складки, брови угрожающе сдвинулись. Но Пауэлл не стал ничего пояснять, было видно, что он просто сгорает от любопытства, удивления и останавливает его от груды вопросов лишь Джойс. Офицер несколько раз почти непроизвольно начинал шевелить губами, и тотчас прекращал, едва касаясь взглядом миссис Байерс. В конце концов, он восхищенно взглянул на Джима и украдкой показал ему большой палец, победоносно задранный вверх, выразив переполнявшие эмоции и вроде не нарушив негласное Табу, суть которого пока была Хопперу непонятна.       Пока самораздвижная дверь выплюнула всю их компанию с Джимом во главе на воздух, прошла, казалось, целая вечность.       — Джим, ущипни меня, это ведь точно не сон? — Джойс стиснула его руку, впившись ногтями в расцарапанную кожу, что вполне отменило необходимость щипать его.       Небольшая пустынная грязноватая улочка перед институтом за эти пару часов расширилась как минимум вдвое, и битком наполнилась не меньше чем сотней блестящих на солнце надраенных автомобилей непривычных обтекаемых форм. Рядом со многими примостились пафосно одетые водители в щегольских пиджаках, галстуках и шляпах, а главное, еще и в белых перчатках. Казалось, они дремлют на медленно затухающем солнце, изредка лениво поворачиваясь к дверям института в ожидании пассажиров. Но едва Джим и компания вывалились неровной толпой, трое в разных местах подхватились, как гончие, почуявшие добычу. Быстро, но сохраняя грацию и несвойственное жителям Америки чопорное достоинство, приблизились к ним и застыли в ожидании, сохраняя небольшую дистанцию.       Хоппер вопросительно посмотрел на Кэла, надеясь получить ответ, кто сии откормленные молодцы и как себя принято вести в подобных случаях, особенно, если вы в грязной порванной рубашке в клеточку среди отутюженных денди, чтобы вся округа не догадалась с трех раз, что вы свалились хрен знает откуда. Пока не нашли Оди, хотелось бы не сильно бросаться всем в глаза, насколько это возможно.       — Отправляй быстрей парней и юную леди по домам, шеф, а с твоими мы сейчас решим. Я уже вызвал машину. Вы же прямо с самолета сюда? Я и не надеялся, если честно, просто вспомнил про конференцию.       Хоппер промычал нечто неопределенное и переглянулся с Джойс. Что означает свои и с кем он куда-то летал? Она едва заметно пожала плечами и слегка прикусила губу, тем самым подтвердив невероятную, но наиболее очевидную при данном раскладе догадку Хоппера. К счастью, активизировались щеголи в белых перчатках.       — Мистер Майкл и мисс Ненси, мы задерживаемся, ваша мама уже раз пять звонила мне, проверьте свой юнифон, там наверняка тысяча сообщений. — Самый пожилой и самый чопорный из троих действительно заметно нервничал, но всячески пытался сохранить вид непоколебимой невозмутимости.       — Я, кажется, потеряла свой, — Ненси нарочито похлопала ресницами и прикоснулась к руке Джонатана. — Ты не видел его?       — Нет леди, он не видел его, вы потеряли его два дня назад, мистера Байерса однозначно еще не было в Хокинсе. Новый ждет вас дома, надеюсь, он будет более счастливым, чем три предыдущих. Джим невольно позавидовал безупречной выучке и выдержке.       — Шеф! Пауэлл потихоньку начинал закипать, слишком активно махать руками, и Джим легонько подтолкнул ребят вперед.       — Езжайте домой, никуда не выходите, пока я не скажу. Если вдруг что, бегите к нам, по идее нас там быть не должно, мы куда-то улетели. Последние слова он произнес тихо, чтобы слышали только ребята.       — Я никуда не поеду, я с вами, вы же знаете, там … Джим не дал Майку закончить фразу. Как и не дал остальным открыть рты, вовремя заметив возбуждение на их лицах.       — Там я сам разберусь, и точка. Живо по домам. Как что-то узнаю — ты будешь первым, кому я сообщу, обещаю. Чего вы стали, забыли, зачем приехали? — Обратился он к остальным из троицы в перчатках, надеясь, что те сами выберут своих подопечных.       Майка пришлось еще пару минут уламывать и не очень нежно подталкивать. Джим уже начал побаиваться повторения прошлогодней истерики, но, к счастью, обошлось. Зато некстати возникла проблема с Ненси и Джонатаном. Ненси тянула его с собой, недовольный водитель бурчал что-то о неприемлемости, но открыто возражать не решался.       — Пусть он останется с нами, позже встретитесь, — неожиданно пришла на помощь Джойс. Хоппер облегченно выдохнул и незаметно стер со лба грязные капли пота, когда три машины вырулили на выезд и с трудом разминулись с полицейской, яростно сигналившей с требованием пропустить.       — Пит, ты ехал через северный полюс? Мэр нас всех живьем сожрет, вези жену шефа с парнями домой, а мы в больницу. Как там?       — Какой еще полюс, и так летел с мигалкой! Добрый день, шеф, не дадут вам жизни в отпуске! — Жизнерадостный рыжий парень в черной фуражке набекрень был олицетворением моря энергии и оптимизма, в отличие от нервного Пауэлла. — Там охренеть как! Только Каллахан меня выпер за вами. О, это же ваш старший, да шеф? Он бесцеремонно ткнул пухлым пальцем в Джонатана.       — Охренеть, совсем не похож на те фотки, что в Управлении висят, там пацан совсем, а тут мужик взрослый, на маму похож!       — Кэл, заткни его, — негромко скомандовал Хоппер. Он начинал потихоньку догадываться о том, что произошло в этой реальности, и догадка ему совсем не нравилась. Не хватало сейчас еще истерики Джойс, если дойдет и до нее. Похоже, Пауэлл думал о том же, потому с чувством рявкнул:       — Заткнись! И вези молча, балабол! — Сплюнул он на нервах. — Шеф, там сейчас будет второй пожар, целуй жену и погнали, я сейчас подкачу. Пауэлл побежал за машиной, и тут в дело вступила Джойс, открыв второй акт трагикомедии.       — Я с тобой! — Она решительно взяла Хоппера за руку, — даже не думай удрать, я никуда не поеду. Джим оглянулся на ухмыляющегося Пита, кивком приказав ждать в машине. Тот медленно и неохотно выполнил приказ, не сел, а как будто заплыл в машину.       — Джойс, послушай, раз там нечто невообразимое — там однозначно Оди, я чувствую, что там ее найду. Езжай и присмотри за всеми, ты же знаешь эту команду — нам еще обратно надо.       — Мы все поедем, незачем распыляться, Хоп, тут лучше держаться вместе. Я просто не смогу сидеть просто и ждать, и где сидеть? Дома? Это не мой дом, ты хоть понял, что мы живем вместе, я твоя жена, о Боже!       — Похоже, именно это беспокоит тебя больше всего? Послушай, если бы там был кто-то из мальчиков — и не обсуждалось бы, а так — ты смотри за ними, Оди я должен найти сам, понимаешь?       — Ты даже не знаешь, как тут работают полицейские, как ты там сможешь?       — А ты все знаешь и мне поможешь? — Он как можно дружелюбнее улыбнулся. — Джойс, проследи, чтобы наши парни не разбежались, пусть сидят по своим домам.       — Да кто их выпустит теперь, не волнуйся, шеф, после этой херни их всех запрут надежнее Алькатраса.        Хопер и не заметил подошедшего Пауэлла, всей возможной мимикой показывавшего, что промедление смерти подобно. Джим состроил страдальческую рожу и показал два пальца.       — Две минуты, и летим, жди в машине. И они действительно полетели. Пока не выехали из города, под заунывный рев мигалки, а дальше по максимуму выжимая лошадиные силы из движка.       — Кажется, я теперь понимаю, что ты в ней нашел. — Нарушил молчание Пауэлл.       — Да? Мне расскажешь?       — Извини, шеф, не мое дело, с этой галиматьей даже не поздравил. Удачный отпуск получился, жаль портить.       — Да расслабься, с серьезно, что же ты понял? Пауэлл недоверчиво прищурился, изучая мимику шефа, но, не уловив ничего похожего на подвох или недовольство, собравшись с духом, выдал:       — Мы все думали, после того, что произошло с твоей семьей, тебе надо найти спокойную женщину, любящую, чтобы, ну, отвлекла от потери. Эта, ну, Джойс, она… — он повертел в воздухе растопыренной ладонью. — В общем, мы ошибались. Она точно отвлекает так, что все позабудешь, и выедает мозг до кусочка. И, к тому же, оказалась не такой сумасшедшей со своим сыном. Когда она бегала везде и развешивала эти объявления столько лет, я думал, совсем обезумела, а ты его нашел, надо же. Шустрый парнишка, за пару часов такую шикарную юную леди заарканил. Это в какой стране так одеваются? Никарагуа? Другая дыра? Уж точно не в Нью-Йорке. Расскажешь?       Джим прищурил глаза и растянул губы в широченной улыбке.       — Нет, не расскажу. Ты мне зубы не заговаривай, рассказывай, что стряслось, пока меня не было?       — Нечего там рассказывать, сейчас сам увидишь, не хочу портить впечатление. — Обиженно насупился офицер и молчал всю дальнейшую дорогу.       А Хоппер безрадостно заметил про себя, что и здесь у него проблемы с семьей. Он подумал о Саре. Почти с самого начала Джим и отчаянно надеялся, и боялся. И Джойс тут его жена, достойный поворот, нечего сказать. Аплодисменты двойнику.       Солнце потихоньку начало съезжать к горизонту, когда они пересекли границу Хокинса. Джим ехал по улицам и потихоньку глаза его становились все шире и шире от видов за окном. Это был не захолустный городок в глубине штата, а, скорее, престижнейший пригород для одних миллионеров. Интересно, что он тут забыл? И что могло произойти в ТАКОМ месте? Хотя, если Оди тут, а в этом он уже не сомневался, произойти могло все, что угодно. Даже в Объединенном Королевстве с орлами на полицейских машинах.