Черта

      Баттерс устало подпирал стену, выслушивая шумный спор отчего-то торчавших в комнате отдыха кальянной приятелей, и лишь изредка озвучивал свое мнение, до которого никому, походу, не было никакого дела. - Этот ублюдок хитрее, чем я думал, - разочарованно и несколько удивленно протянул Кенни, последние полчаса обильно поливавший Донована дерьмом и сетовавший на собственные рухнувшие надежды. - Ты обещал помочь мне, где результат? - Крейг исподлобья пялился на Маккормика, все идеи и планы которого стали абсолютно бесполезны после утренних выходок Клайда, оказавшегося более скорым на расправу и реализацию своих шагов. - Полегче, я думаю! - Кенни выставил в сторону Такера растопыренную пятерню, требуя немного времени для мозговой активности. Никто не ожидал, что, с виду настолько недальновидный и не внушающий особых опасений, соперник окажется способным на подобные извороты, чтобы очернить Крейга в глазах Твика и заодно выставить себя несчастной и благородной жертвой. - Он решил давить на жалость, а это был мой запасной план! - без порчи казенного и любого иного имущества, во все равно обещавшего сработать. Теперь придется думать заново. - Баттерс, какого хрена Твик клюнул на это разводилово с подносом? - С нашего ракурса не было видно, - Стотч только развел руками. Об изворотливой червоточине Клайда ему было известно уже давно, но расскажи он кому - кто бы поверил? И Баттерс молчал до последнего. Повисло некомфортное вдумчивое безмолвие, во время которого каждый в комнате размышлял о чем-то своем. - Зачем ты вообще сегодня влез? - вдруг вспомнил происшествие на школьном дворе Крейг, когда по непонятным причинам подскочил Кенни с отрядом смельчаков, решивших разнять, по их мнению, слишком подозрительно таращившихся друг на друга парней. - Я боялся, что ты снова будешь его бить, - виновато пояснил Маккормик, нехотя признавая, что основательно перепугался того, чтобы и без того с лихвой уже получившему Твику не досталось добавки. - Даже не собирался, - задетый несправедливыми обвинениями, Такер отвернулся, скрестив руки на груди. Вот потому Баттерс предпочитал и не лезть в чужие стычки, хотя от того, к чему вели рассуждения Кенни о последующих невероятно продуманных шагах по захвату кофейного сердечка, волосы вставали дыбом. Как сваха Маккормик явно не состоялся. Пожалуй, вмешаться в этот раз было не такой уж плохой мыслью, и Стотч выудил из кармана телефон. Пора было вызывать главного виновника торжества. Потонувшее в воодушевленном монологе Кенни, входящее сообщение вспыхнуло коротким ответом, а значит, Твик не заставит себя ждать. Пропустив мимо ушей часть словесной баталии между Маккормиком и Такером, Баттерс неожиданно оказался в тишине. Перебрав с десяток идей, поспорив о каждой треклятой мелочи, трижды пообещав начистить Кенни физиономию и едва не сорвав голос, Крейг замолчал на секунду и внезапно для себя понял, что... - Я устал, - он поднялся с потертого продавленного дивана под удивленные взгляды остальных. - Я иду домой. - От чего это ты устал? - оскорбился Маккормик, вкладывавший столько усилий, чтобы залатать, казалось бы, только начавшие непонятное шевеление отношения своих друзей. - Мы, между прочим, тут стараемся, а ты!.. - Не знаю, - Такер провел ладонью по лицу, будто снимал с него невидимую паутину. - Просто устал. От всего. Хватит этих хитроумных выходок, довольно притворства и замысловатых схем. Крейг начал четко осознавать свои желания, и участие в каких-то неадекватных игрищах было не из их числа. Парень на ходу натянул куртку и, кивнув на прощание, без каких-либо дополнительных слов вышел вон. Ноги сами несли знакомой дорогой, единственной, что вела из этого странного места к дому. Пара щелчков заклинивающей зажигалки - и алой точкой замигала помятая сигарета, истлевая полосой дыма, тянущейся к чистому небу. Она извивалась и кренилась от расслабленных толчков ночного ветра, но не меняла своего направления и незаметно растворялась в тишине. Увлеченный этим зрелищем, Такер медленно брел по примятому и местами потаявшему снегу, который день ото дня постепенно исчезал, оплакивая приход тепла. Звездная спираль, уходившая в бездонную иссиня-черную вселенную, вынуждала запрокинуть голову, рискуя наткнуться на кочку или оставленный на пути камень. - Что ты з-здесь делаешь? - звонкий вопрос заставил Крейга остановиться и развернулся к источнику звука, приближающемуся быстрым шагом. Проигнорировать и уйти? Остаться? Здесь, без посторонних глаз, стоило попробовать впервые нормально поговорить. Такер сделал шаг навстречу. Преодолев остаток расстояния, Твик остановился напротив, решив продолжить с того места, где был прерван в прошлый раз. Рой вопросов никак не мог выстроиться в ряд, и, видя это замечательно, Крейг первым нарушил тишину. - Как жизнь? Словно пораженный молнией, Твик крупно вздрогнул от такой ненавязчивой простоты, даже не зная, как ответить. И стоило ли отвечать вообще. - С-серьезно?.. Неужели это действительно было именно тем, что Такер хотел знать после стольких лет молчания? Ни каверзного вопроса, ни меткого и заслуженного обвинения, а такой обыденный и незатейливый способ завязать разговор, будто и не было того мучительного времени, изувечившего и измучившего две некогда сплетенные судьбы. Крейг неуверенно пожал плечами, смотря куда-то в сторону, но, подумав пару вдохов, повернул голову обратно и кивнул. - Я... - неуверенно начал было Твик, однако осекся на полуслове и отвел глаза, будучи не уверенным не только в ответе, но отныне вообще ни в чем. Последнее время все шло настолько наперекосяк, что подчас несложно было спутать небо с землей, а тем более говорить о всей жизни совершенно не представлялось возможным. Предательская улыбка коснулась уголка губ, но Крейг не стал сдерживать ее, не видя в этом никакого смысла. Он действительно устал. Ему надоело притворяться, надоело удерживать вокруг себя непробиваемую стену, которую он сам же и построил из бесчеловечной обиды и осколков собственного разбитого сердца. Наблюдая за сосредоточенными метаниями Твика, Такер мог с легкостью представить на его месте помятого и трясущегося от своих же мыслей нескладного мальчишку, в случае любой паники бегущего за защитой и одобрением к своему спасспасителю. Крейгу нравилось выглядеть в этих быстрых глазах героем, нравилось знать, что он был нужен. Теперь этот ищущий поддержки малец вырос в довольно привлекательного юношу, правда, все еще худого и встрепанного, однако, если бы не болезненный отпечаток бессонницы, стресса и кофеина, мог бы занимать достойное место в верхах девичьих списков. Хотя никто не отменял того, что подобное мнение принадлежало исключительно одному человеку. Очередная затяжка сорвалась с губ крупной струей дыма, и Твик, закашлявшись, тем временем вернулся в реальность. Будучи не способным ответить на простой вопрос, он стиснул в кулаках всю свою злость, решив вспомнить незаконченный разговор, и, вырвав раздражающую сигарету у Крейга прямо изо рта, выбросил ее в снег, чтобы приблизиться еще на полшага. - Почему т-ты не можешь оставить меня в покое? Это же очевидно. - Потому что не хочу. Снова этот спокойный тон. Вкупе с легкой усмешкой, он незамедлительно вызвал нервное подергивание мышцы у глаза. - Зачем ты все время лезешь не в свое дело?! Твик повысил голос, не заботясь о том, что случайный прохожий мог услышать этот стремительно распалявшийся разговор. - Может, это и мое дело тоже? Да кто дал Крейгу право так беспардонно врываться в чужие жизни! - Да чего ты добиваешься?! Голос, не выдержав напряжения, сорвался на крик. - Вероятно, тебя. Довольно этого бреда! Внезапный удар снес Такера с ног. Твик мгновенно сел сверху и вцепился ему в глотку, сжав ее обеими руками. Сперва только нервная дрожь пробежала по кончикам пальцев, но вскоре и все тело стало дрожать, будто охваченное лихорадкой. Лицо то заливалось красным, то резко бледнело, перекрывая при этом невозможный спектр эмоций. Крейг неотрывно наблюдал за этой бурей, все отчетливее понимая, что не он становится в этот момент жертвой. Давление горячих ладоней на горло ощущалось все слабее, и Такер накрыл руки Твика своими, усиливая хватку. Тот, не ожидав подобного хода, попытался освободиться, но справиться с таким соперником было практически не под силу. Оба не понимали своих импульсивных действий, и Крейг, сжав тонкие дрожащие пальцы, просипел: - Давай. - Как будто я могу! - будто отрезвленный, Твик рванулся со всех сил, наконец высвобождаясь. Он замер на месте, тяжело и прерывисто дыша, и, пытаясь сфокусироваться бегающими зрачками, смотрел на неподвижно лежавшего под ним Такера. Усталость, нервное истощение и обычная физическая боль во всех мышцах разом навалились, перестав держать в напряжении тщедушное тело. Твик безвольно опустился, откинувшись на согнутые колени Крейга, и запрокинул голову, ловя открытым ртом каждый вдох. Грудь заметно вздымалась от неровного дыхания, то и дело натягивая так и оставшуюся без пуговицы рубашку. Такер окинул взглядом сидящего на нем парня, явно не собиравшегося ни продолжать драку, ни слезать, и медленно, осторожно прижал ладонь к его груди, даже не думая сдерживать этот бессознательный жест. От неожиданности Твик на мгновение застыл, но тотчас возобновил частые вдохи, чувствуя, что может в любой момент задохнуться. Живое сердце билось в хватке из ребер с недозволенной скоростью, толчками прогоняя разгоряченную кровь по венам. Крейг не хотел потерять ни секунды этого ощущения, вибрацией отдающегося в руке. - Ублюдок, что ты сделал со мной... - донесся, пробираясь сквозь отчаянный стук комка надрывающихся мышц, слабый голос Твика. Его начинало крупно трясти. Он опустил голову, мутно водя горящими глазами по лицу Крейга, но не пересекаясь взглядом с ним. Бледные пальцы безрезультатно пытались оторвать от своей груди крепкую руку, но, приняв бесполезность этой затеи, лишь вцепились в нее. Каждый молчал, опасаясь пошевелиться. Каждый боялся не того, что будет дальше, а того, что происходило в данную минуту. Не осмелившись прервать момент, оба были способны лишь неровно дышать. Ровно до тех пор, пока Твик, обессилев, не завалился вперед, упершись лбом в плечо Такера. - Придурок, - острый кулак ударил его грудь. - Идиот. - Твик, - с тихим шелестом местами продранной куртки Крейг одной рукой обвил уже практически лежавшего на нем парня за пояс, пальцами другой осторожно забираясь в копну светлых волос. - Кретин. - Эй. - Мудак. - Мне холодно. - Потерпишь! - удар оказался сильнее предыдущих, и Такер, напрягшись, перевернулся на бок, повалив рядом и Твика, рывками втягивавшего воздух. Всматриваясь в бедное осунувшееся лицо, Крейг сам не заметил, как вплотную приблизился к нему, машинально перебирая топорщащиеся пряди. - Не дыши на меня... - Прости, - свежий запах дешевых сигарет был слишком отчетлив среди царившей вокруг пустоты. Не позволив отстраниться, Такер крепче обхватил Твика, положив свой подбородок ему на голову, и закрыл глаза. Ночь тускло отражалась в белилах оставшегося снега, равнодушно окутывая город: до рассвета еще много времени, ей некуда было торопиться. Первым нарушила тишину запинающаяся негромкая жалоба. - Мне холодно... - Потерпишь. - Ты ужасен, - Твик снова ударил по ребрам, несильно и неровно, но вполне ощутимо. Скользкая сырость своевольно забиралась под одежду. Он наверняка заболеет, замерзнув на промерзшей земле. Но вместо того, чтобы подняться, Твик в поисках тепла лишь плотнее прижался к размеренно вздымавшейся груди, вслушиваясь в хоть и немного спешившее, но равномерное сердцебиение, приносившее с собой столь желанный покой. Не было прошлого, глубокой виной душившего несколько лет подряд. Не грозилось своей необратимостью будущее, пугающее своей неизвестностью. Существовало только сейчас, и оно было удивительным. Прекрасным.