Последняя из Блэков.

БЛЭК ВСЕ ЕЩЕ НА СВОБОДЕ! Сегодня Министерство магии сообщило, что Сириус Блэк — самый опасный преступник за всю историю тюрьмы Азкабан — до сих пор не пойман. Сириус Блэк стал первым в истории волшебником, сумевшим сбежать из Азкабана. А это значит, что он очень могущественен и хитер. Его ничто не остановит. И Гарри это не очень обнадеживало. Особенно, когда он узнал цель побега Блэка. — Пойми, я не хочу его запугивать. Но Гарри надо быть начеку, — возразил мистер Уизли. — Ты же знаешь: они с Роном постоянно где-то бродят… Да их уже дважды заносило в Запретный лес! А в этом году Гарри туда ни в коем случае нельзя! Страшно подумать, что могло с ним случиться той ночью, когда он убежал! Не подбери его «Ночной рыцарь», бьюсь об заклад, Министерство не нашло бы его живым! — Но он жив и здоров, так что… — Молли, говорят, Сириус Блэк — сумасшедший. Может, и так, однако у него хватило ума сбежать из Азкабана, чего никому не удавалось! Три недели прошло, а он как в воду канул. И что бы там Фадж ни говорил «Пророку», скорее изобретут самозаклинающиеся палочки, чем мы схватим этого злодея! Но за кем он охотится, нам известно… — В Хогвартсе Гарри будет под надежной охраной… — Мы думали, что и Азкабан под надежной охраной. А он оттуда сбежал, значит, проникнуть в Хогвартс ему не составит труда! — Но еще неизвестно, что Блэк охотится именно за Гарри… Хорошенькое начало года! Особенно, если учесть ещё одно пренеприятнейшее событие – знакомство с дементором в Хогвартс-экспрессе и обморок, о котором теперь шепчется вся школа. Ну почему Гарри все время находится в центре внимания? Ах, как бы ему хотелось хотя бы немного пожить жизнью простого, обычного мальчика. — Ты хлопнулся в обморок, Поттер? Долгопупс не врет? Ты и впрямь хлопнулся? — протянул ему в ухо довольный голос. Малфой оттолкнул локтем Гермиону и загородил Гарри дорогу к каменным ступеням, ведущим в замок. Его распирало от ликования, бесцветные глазки злобно поблескивали. — Уйди, Малфой, — процедил Рон. — А ты, Уизли? — крикнул Малфой. — Небось тоже испугался старины дементора? — Малфой! — раздался знакомый девичий голос. — Позволь напомнить тебе об одном маленьком белобрысом мальчике, который сам чуть с ума не сошел от страха, когда мимо него пролетел «старина дементор», — Ребекка Блэк вместе со своей слизеринской подругой Клементой Колдстоун обошли Драко и направились в сторону замка. — Твоего мнения никто не спрашивал, Блэк, — Малфой сделал резкое ударение на фамилию. Ребекка резко остановилась и, не оборачиваясь, кинула: — Не считаю нужным спрашивать у тебя разрешения. Пошли, Клем! Малфой бросил полный ненависти взгляд на Золотое Трио и тоже поспешил к Хогвартсу. — Не обращай внимания, Гарри, будь выше этого, — зашептала Гермиона и потянула мальчиков вперед. Но Гарри не тронулся с места. — Вы… никогда не… — начал Поттер. — Вы никогда не задумывались о Ребекке Блэк? Гермиона и Рон озадаченно посмотрели на друга. — А зачем нам о ней думать? — пожал плечами рыжий. Но тут на лице Гермионы отразилось понимание: — Блэк! Она родственница Сириуса Блэка! — Да, именно об этом я подумал, — закивал Гарри. — Ну и что с того? Мало ли, сколько у него родственников? — отмахнулся Рон. — И что мы вообще тут встали? Я вообще-то есть хочу, а вы тут о ерунде говорите. Ай! Короста! Не кусайся! — Это вовсе не ерунда, Рональд Уизли! — нахмурилась Гермиона. — Тебе лишь бы набить свое пузо! Между прочим, за Гарри охотится самый опасный преступник, а ты только о еде и думаешь! — За Гарри вечно кто-то охотится, ты не привыкла к этому за два года? Начиная с бладжера, заканчивая Сама-Знаешь-Кем! Девушка уже открыла рот, чтобы ответить, но тут Поттер махнул рукой и прикрикнул: — Хватит! Перестаньте ругаться, немедленно. Если вы не заметили, все ученики давно уже в школе, — И Гарри направился в сторону замка. Рон с Гермионой молча двинулись за ним, лишь бросив друг на друга недовольные взгляды. Столы ломились от яств, да таких, что Рон с Гермионой, объевшиеся в Хогсмиде сладостей, не только отведали всего, но еще взяли добавки. Гарри то и дело кидал взгляд на профессорский стол. Профессор Люпин был весел и как ни в чем не бывало беседовал с учителем заклинаний Флитвиком. А Снегг что-то уж очень часто посматривал на Люпина. А иногда кидал недовольные и, как показалось мальчику со шрамом, ненавистные взгляды на одну зеленоглазую слизеринку. Но может, у Гарри разыгралось воображение? Гарри был рад, что Гермиона и Рон наконец-то вернулись из Хогсмида и разбавили его одиночество. После ужина привидения Хогвартса разыграли целое представление. Неожиданно вылетели из стен и столов, представляя сценки о том, как сделались привидениями. Огромный успех имел Почти Безголовый Ник, призрак колледжа Гриффиндор. Он очень живо изобразил, как ему безобразно отсекали голову. Чудесный вечер не испортил даже Малфой. — Привет от дементоров, Поттер! — крикнул он, выходя из зала. Трое друзей вместе со всеми гриффиндорцами шли обычным путем в башню Гриффиндора У портрета Полной Дамы почему-то образовался затор. — Что это все стоят? — удивился Рон. Гарри поднялся на цыпочки: проем в гостиную был закрыт. — Пожалуйста, расступитесь, — послышался голос Перси, и староста важно прошествовал сквозь толпу. — Почему такое столпотворение? Вы что, все забыли пароль? Извините, я староста школы… И тут стало тихо. Сначала умолкли те, кто стоял ближе всех к проему. Скоро молчали все. — Скорее позовите профессора Дамблдора, — вдруг раздался пронзительный крик Перси, от которого словно повеяло холодом. Все взгляды устремились к нему, стоявшие сзади поднялись на цыпочки. — Что случилось? — спросила только что подошедшая Джинни. Наконец появился профессор Дамблдор, гриффиндорцы расступились, Гарри и Рон с Гермионой протиснулись к самому входу. Гермиона ахнула и схватила Гарри за руку: Полная Дама с портрета исчезла, холст искромсан; пол усеян лоскутами; целый клок совсем вырван. Дамблдор велел гриффиндорцам немедленно вернуться в Большой зал. Минут через десять к ним присоединились все ученики школы, которые ничего не могли понять. — Мы тщательно обыщем весь замок, — объявил Дамблдор, а МакГонагалл и Флитвик тем временем запирали все входы в Большой зал. — Боюсь, всем вам эту ночь безопасности ради придется провести здесь. Старосты факультетов будут по очереди охранять дверь в холл. За главных остаются старосты школы — отделения девочек и отделения мальчиков. Обо всех происшествиях немедленно сообщать мне. — Директор повернулся к Перси, и тот важно выпятил грудь. — С донесениями посылайте привидений. — Дамблдор немного подумал и добавил: — Да, вам еще вот что нужно. Он легонько взмахнул волшебной палочкой, длинные столы, взлетев, выстроились у стен, взмахнул снова, и весь пол устлали пухлые фиолетовые спальные мешки. — Спокойной ночи, — пожелал профессор, закрывая за собой дверь. Зал загалдел: гриффиндорцы возбужденно объясняли, что стряслось с Полной Дамой. — Быстро все по спальным мешкам! — крикнул Перси. — Никаких разговоров. Через десять минут гашу свет. — Идем, — позвал друзей Гарри; взяли по мешку и устроились на полу в углу зала. — Как, по-вашему, Блэк еще в замке? — боязливо шепнула Гермиона. — Дамблдор, наверное, думает, что да, — отозвался Рон. — Хорошо еще, что Блэк явился сегодня, — заметила Гермиона. Все трое одетые забрались в мешки и продолжали беседовать. — Обычно в это время мы уже в башне… — Может, Блэк утратил представление о времени, — предположил Рон. — Он ведь в бегах. А не то вломился бы прямо сюда. Гермиона задрожала от страха. Всех занимало одно: как Блэк проник в замок? — А вам не кажется странным… — прошептал Гарри своим друзьям, но тут же замолчал. — Что? Ты о чем? — спросил Рон. — Когда пришли слизеринцы… Я… я специально посмотрел в их сторону. И угадайте – кого я там не обнаружил? — Ребекку Блэк! — осенило Гермиону. И тут в её глазах загорелся огонёк надежды. — А что, если он приходил за ней, а не для того, чтобы убить тебя, Гарри? — Ага, — хмуро протянул Рон. — Или она просто его сообщница! — Не говори глупостей, Рональд! — подруга толкнула его в бок. Но по её лицу было заметно, что в глубине души она согласна с его предположением. Время от времени в зал заглядывал преподаватель — проверить, все ли в порядке. Часа в три, когда почти все уже спали, пришел Дамблдор, поискал глазами Перси. Перси расхаживал по залу и выговаривал болтающим ученикам. Он приблизился к углу, где лежали Гарри и Рон с Гермионой. Дамблдор подошел к старосте школы. Друзья притворились, что спят, и навострили уши. — Нашли его, профессор? — прошептал Перси. — Пока нет. Тут никаких происшествий? — Все в полном порядке, сэр. — Хорошо. Пусть остаются здесь до утра. Я нашел для гостиной Гриффиндора временного стража. — Дамблдор окинул взглядом спящих. — Завтра уже будут ночевать в своих спальнях. — А что с Полной Дамой, сэр? — Прячется на карте Аргиллшира, на третьем этаже. Она, видимо, не пускала Сириуса Блэка без пароля, он и напал на нее. Очень перепугал. Вот придет в себя, и мистер Филч отреставрирует ее холст. Дверь Большого зала хлопнула, послышались чьи-то шаги. Гарри не смел шелохнуться. — Господин директора четвертый этаж обыскан, — отрапортовал Снегг. — Его нигде нет. Филч обшарил башни. — А в обсерватории смотрели? В кабинете профессора Трелони? В совятнике? — Нигде нет. — Хорошо, Северус. Впрочем, я и не думаю, что Блэк станет прятаться в замке. — Как он, по-вашему, сюда пробрался, профессор? Гарри приподнял голову, чтобы слышать и вторым ухом. — Не знаю, Северус. У меня много догадок, одна невероятней другой. Гарри чуть приоткрыл глаза: Дамблдор стоял к нему спиной, Перси — лицом, внимательно слушая. Снегг между ними, он явно сердился. — Помните, профессор, наш разговор перед началом учебного года? — спросил Снегг едва слышно и покосился на Перси, его больше устраивал разговор без свидетелей. — Помню, Северус, помню. — В голосе у Дамблдора прозвучало предостережение. — Едва ли Блэк проник в замок без посторонней помощи. Не зря меня насторожило назначение… — Никто в замке не стал бы помогать Блэку, — оборвал Снегга Дамблдор не допускающим возражения тоном. — А девчонка? Она же… — Я ещё раз повторяю вам, Северус: никто в Хогвартсе не стал бы помогать Блэку, — он на мгновение замолчал, а потом устало вздохнул: — Если бы он задумал убийство… Пойду к дементорам, сообщу им о результатах поисков. Я обещал им сообщить, когда все будет осмотрено. — Они предлагали свои услуги, сэр? — спросил Перси. — Предлагали, — нахмурился Дамблдор. — Но пока я директор, ноги дементора в школе не будет. *** — Повезло еще, что земля мягкая. — Я подумал — все, конец. — А у него даже очки не разбились. Гарри слышал чьи-то голоса, шепот. И ничего не понимал. Где он? Как сюда попал? Что перед тем делал? Болело все, как будто его сильно избили. — Никогда ничего более страшного не видела. Ничего более страшного… страшные черные фигуры в капюшонах… холод… крик… Гарри открыл глаза: он лежит в больничном крыле, вокруг его команда, все с головы до ног в грязи. Тут же и Рон с Гермионой, мокрые, словно только что из пруда, где купались в одежде. — Как ты, Гарри? — спросил Фред. Он был бледен как полотно, это не могли скрыть даже потоки грязи. В воображении у Гарри проносились картинки. Молния… лохматый пес… золотой снитч… дементоры… — Что случилось? — Гарри вдруг сел в постели, и у всех перехватило дыхание. — Ты упал, — коротко объяснил Фред. — Метров с двадцати. — Он оглядел друзей, которые согласно закивали. — Мы думали, ты умер. — Алисию до сих пор била дрожь. Гермиона всхлипнула, глазау нее были красные. — А как же матч? Будем переигрывать? Все молчали. Правда навалилась тяжелым камнем. — Мы что, проиграли? — прошептал Гарри. — Диггори поймал снитч, — сказал Джордж. — Сразу после того, как ты упал. Он сначала ничего не понял. Посмотрел вниз и увидел тебя на земле. Он тут же попросил не засчитывать им победу, хотел переиграть матч. Но все было честно. Даже Вуд признал. — А где Вуд? — Гарри только что заметил, что Вуда нет. — В душе, — ответил Фред. — Наверное, хочет утопиться. Гарри спрятал лицо в коленях, запустив пальцы в волосы. Фред взял его за плечо и легонько потряс. — Ладно тебе, Гарри, ты никогда еще не упускал снитч! — Надо же когда-нибудь и упустить, — рассудительно заметил Джордж. — Можем еще отыграться, — заметил Фред. — Мы проиграли сто очков, так? Значит, если пуффендуйцы проиграют Когтеврану а мы у Когтеврана выиграем. Ну, и у слизеринцев… — Пуффендуйцам надо проиграть с разницей в двести очков, — уныло возразил Джордж. — А если они еще и побьют когтевранцев… — Да нет, Когтевран им не по зубам. А вот если Слизерин продует Пуффендую… — Ха-ха! Слизерин продует Пуффендую! Что за глупости? Это вы так утешаете себя, неудачники? Все разом обернулись. Позади них стоял Малфой с издевательской ухмылкой на лице. — Что ты забыл здесь, Малфой?! — крикнула Гермиона. — Пришел на перевязку, — слизеринец потряс перед её носом забинтованной рукой. — Хотя, я не обязан отчитываться перед тобой, грязнокровка! Разъяренные тем, что Малфой опять обозвал Гермиону этим чудовищным словом, гриффиндорцы уже хотели было накинуться на блондина, но тот отступил назад и нырнул за спину зеленоглазой девушки, стоявшей позади него. — Тише, тише, — Ребекка Блэк улыбнулась опешившим гриффидорцам, а затем повернулась к Малфою. — А тебе, Драко, нужно лучше следить за своим гадким языком. — С какой… — Ты пришел сюда, чтобы плескаться во всех ядом, или на перевязку?! Малфой недовольно хмыкнул и направился к двери кабинета мадам Помфри, а Ребекка осталась стоять около кровати Гарри. Она оглядела всё еще смотревших на нее с непониманием гриффиндорцев, а затем её взгляд остановился на мальчике со шрамом. — Мне жаль, что произошло с тобой и твоей метлой, Поттер. Желаю скорейшего выздоровления. Гарри кивнул глядя прямо в глаза слизеринке. В этот момент дверь кабинета мадам Помфри открылась, и оттуда показался Малфой с новой повязкой. Ребекка Блэк резко повернулась и направилась к выходу из больничного крыла, за ней последовал и Драко, лишь кинув напоследок на гриффиндорцев полный ненависти взгляд. Все молчали. Гарри думал о том, что с ним сделали дементоры, о голосе… Об этой странной слизеринке. Потом взглянул на Рона и Гермиону и опомнился. Он прочитал у них в лицах такую тревогу, что тут же принялся лихорадочно искать нейтральную тему для разговора. — А где моя метла? — спросил он. Рон с Гермионой переглянулись. — Где она? Ее подобрали? — Она, понимаешь… ее отнесло ветром, — издалека начала Гермиона. — И что? — И она упала… понимаешь, Гарри… угодила прямо в Гремучую иву. У Гарри сжалось сердце. Гремучая ива — страшное дерево. Она одиноко высилась посередине луга и крушила все, что попадалось под удары ее ветвей. — И что? — Гарри со страхом ждал ответа. — Ну, ты ведь знаешь ее, — ответил Рон. — Она всегда дает сдачу. — Профессор Флитвик только что принес твою метлу, — едва слышно сказала Гермиона, нагнулась, подняла с пола мешок и вытряхнула на постель кучку щепок и поломанных прутьев — все, что осталось от верного «Нимбуса–2000», непобедимого, но в конце концов все-таки потерпевшего поражение. *** На карте были видны все до единого закоулки замка и территория на много миль вокруг. Но, что самое удивительное, по ней двигались крошечные чернильные точки, каждая была подписана. Гарри в восхищении склонился над картой. В левом верхнем углу профессор Дамблдор вышагивал в своем кабинете; миссис Норрис, кошка завхоза, кралась на четвертом этаже, полтергейст Пивз носился в Зале почета. Были там еще закоулки и потайные ходы, где он никогда не был. Гарри любовался чудесной картой. Вот крохотная точка, миссис Норрис, повернула налево и принюхалась к чему-то на полу. Если Филч и вправду не знает… а мимо дементоров — то проходить теперь и не надо… Ах, огромное спасибо, Фред и Джордж! Теперь наконец-то Гарри проникнет в Хогсмид. Вот, он, найдя лазейку в статуе Горбатой ведьмы, уже стоит в «Сладком королевстве» и с радостью оглядывал всевозможные шоколадки, карамели и прочие сладости, продававшиеся в этом магазинчике. Гарри протиснулся сквозь толпу шестикурсников. В дальнем углу магазина под надписью: «О вкусах не спорят!» — стояли Рон с Гермионой и разглядывали леденцы. Гарри незаметно подкрался и встал позади. — Фу, — поморщилась Гермиона, — гадость какая! Гарри они уж точно не понравятся. И цвет, и вкус скорее для упырей, чем для людей — А может, возьмем вот это? — Рон сунул под нос Гермионе банку с тараканами. — Еще чего! — возмутился Гарри. Рон чуть не выронил банку. — Гарри! — Гермиона вздрогнула от неожиданности. — Ты что тут делаешь? Как ты сюда… — Вот это да! — Рон раскрыл от удивления рот. — Ты что, научился трансгрессировать? — Нет, конечно, — ответил Гарри и шепотом — рядом стояли шестикурсники — рассказал друзьям о Карте Мародеров. — Надо же, мне Джордж с Фредом ни разу ее не показали! — обиделся Рон. — А я им все-таки брат. — Какая разница? — пожала плечами Гермиона. — Гарри все равно не оставит карту у себя, он отдаст ее профессору МакГонагалл. Верно, Гарри? — Ну нет! — ответил Гарри. — Ты что, спятила? — выпучил глаза Рон. — Отдать такую ценность! — Если ее отдать, придется объяснить, откуда она у меня, — сказал Гарри. — И Фреду с Джорджем влетит от Филча. — А вдруг Сириус Блэк знает тайные ходы в замок? — не унималась Гермиона. — Нужно предупредить учителей! — Никого предупреждать не нужно, — возразил Гарри. — На карте семь тайных ходов. По словам Фреда и Джорджа, Филч знает четыре. Из трех других один завален, у входа во второй Гремучая ива. А тот, через который пришел я, он… откуда Блэку знать, что вход в него в подсобке магазина? Гарри и Рону ещё долго пришлось убеждать Гермиону в своей правоте, но наконец, в следствие отсутствия ещё каких либо аргументов, которые могли бы воззвать мальчиков подумать хорошенько, девушка сдалась. Рон с Гермионой заплатили за сладости, и друзья вышли на завьюженную улицу. Хогсмид походил на рождественскую открытку. Сказочные домики под соломенными крышами, магазины в снежных шапках, на дверях венки из остролиста, кроны деревьев украшены гирляндами волшебных свечек. Трое друзей медленно подошли к опушке леса, откуда открывался лучший вид на Чёрное озеро, и замерли. Неподалёку на высоком камне в тёмно-зелёной мантии сидела Ребекка Блэк, а рядом с ней на снегу устроился большой чёрный пёс. Увидев гостей, собака привстала и уже хотела кинуться к троице, но слизеринка преградила ему путь. Миг – и пёс скрылся в заснеженном лесу. — Как интересно, — хмыкнула Блэк. — Поттер, разве тебе разрешено посещать Хогсмид? Рон с Гермионой со страхом переглянулись и тут же закрыли Гарри собой. — Это не Гарри! — слабо ответила гриффиндорка. Ребекка встала и усмехнулась: — Вы всерьёз наивно полагаете, что я могу поверить, что это не Поттер и моё зрение меня подвело? — Не дождавшись ответа, она пожала плечами: — Но можете не волноваться. Я не стану рассказывать никому о вашей шалости… — она как-то странно вздохнула и продолжила: — Тем не менее, не боится ли мистер Поттер разгуливать около леса, когда за ним охотится один из самых опасных преступников? — Не думаю, что этот самый преступник посмеет явиться в Хогсмид днём, когда тут полно волшебников из Хогвартса, — Гарри вышел из-за спин друзей. — Тем более, Хогсмид охраняют дементоры, — вставила Гермиона. — Но ведь он уже два раза смог проскользнуть у них под носом, Грейнджер, — усмехнулась слизеринка. — Ладно, удачной прогулки. Она медленно пошла в сторону Визжащей хижины. Когда она скрылась за скалами, Гарри неуверенно спросил: — На минуту не показалось… ну… Этот пёс… Он похож на грима. Вдруг это знак? — Глупости, Гарри! — успокаивающе сказала Гермиона. — Это просто обычный пёс или волк. Не бери в голову. Но, знаешь, хорошо что нам попалась она, а не Малфой! Тот бы уже давно побежал докладывать Снеггу о том, что Гарри Поттер без разрешения разгуливает по Хогсмиду! Так что возьми-ка ты мой шарф и укутайся получше, чтобы тебя не узнали. — Нет, возьми мой, — строго сказал Рон, а потом, увидев на лицах друзей удивление, пожал плечами и слабо пояснил: — Ну, Гермиона, ты ведь… Ну, можешь простудиться. А куда нам без тебя… Верно? Грейнджер улыбнулась, а Гарри накинул капюшон и укутался шарфом Рона так, что видны были только глаза. Гарри совсем не хотелось проиграть предстоящий матч Гриффиндор-Когтевран, так как от этого зависило, кто выиграет Кубок. Тем более, что теперь он летал на новенькой «Молнии», самой быстрой метле. — Гриффиндор ведет со счетом восемьдесят-ноль, — вещал комментатор. — Посмотрите, что вытворяет на «Молнии» Гарри Поттер! Он демонстрирует все ее возможности! Особенно видна сейчас точно выверенная балансировка… — ДЖОРДАН! ВАС ЧТО, НАНЯЛИ РЕКЛАМИРОВАТЬ «МОЛНИИ»? КОММЕНТИРУЙТЕ МАТЧ! Когтевранцы начали выравнивать счет, им удалось забросить три мяча, и теперь разрыв между командами составлял всего пятьдесят очков. Если Чжоу поймает снитч, когтевранцы выиграют. Гарри спикировал вниз, едва не столкнувшись с загонщиком противника. Он лихорадочно искал глазами маленький крылатый мячик. Ага, вот он! У самых ворот гриффиндорцев блеснула золотая вспышка… Гарри прибавил скорость, глаза не отрывались от золотого пятнышка. Откуда ни возьмись, в двух шагах возникла Чжоу, и Гарри, сбросив скорость, вильнул в сторону. — Гарри! Не время быть джентльменом! — рявкнул Вуд. — Сбрось ее с метлы, если надо! Гарри обернулся и увидел Чжоу, она лукаво улыбнулась. Снитч опять исчез. Гарри взвился вверх и окинул взглядом игру с высоты птичьего полета. Чжоу не отрывалась от него. Гарри разгадал ее тактику: не искать снитч самой, а пристроиться ему в хвост. Ну, раз так, пусть пеняет на себя. Он снова вошел в пике, Чжоу решила, что он заметил снитч, и рванула за ним. Гарри круто вышел из пике и опять взмыл с быстротой пули. Чжоу не успела повторить его маневр и продолжала падать вниз. И тут он увидел снитч — в третий раз. Снитч парил над самой травой на половине когтевранцев. Гарри развил бешеную скорость. Чжоу — у самой земли — тоже. Но где ей за ним угнаться! Снитч все ближе с каждой секундой… — А-а! — вдруг крикнула Чжоу, указав куда-то пальцем. Гарри бросил туда взгляд. Три дементора, три высокие черные фигуры в балахонах двигались прямо на него. Ни секунды не медля, Гарри сунул руку за пазуху, мгновенно достал волшебную палочку и крикнул: — Экспекто патронум! Что-то огромное серебристо-белое выплыло из его палочки. Он знал, оно отпугнет дементоров, и даже не стал оборачиваться, ум его был на удивление ясен. Гарри глядел вперед, он был почти на месте. Протянул руку, все еще сжимавшую палочку, и пальцы сумели крепко схватить крошечный сопротивляющийся, снитч. Прозвучал свисток мадам Трюк. Гарри круто развернулся и увидел, как шесть алых расплывчатых пятен несутся к нему. Команда набросилась на него с такой силой, что чуть не оторвала от метлы. А внизу на трибунах бушевали гриффиндорцы, кричали до хрипоты «ура!». — Молодец! Молодец! — твердил как заведенный Вуд. Алисия, Анджелина и Кэти зацеловали его, а Фред так крепко сжал в объятиях, что Гарри испугался — сейчас задушит. Таким спутанным клубком команда и приземлилась на поле. Гарри соскочил с метлы и двинулся навстречу бегущим на поле гриффиндорцам во главе с Роном. Не успел опомниться, как его окружила ликующая толпа. — Хо-хо-хо! — кричал Рон. — Отлично сработано, Гарри! — важно произнес Перси, очень довольный. — Десять галлеонов мои! Прости, мне нужно найти Пенелопу. — Ты, Гарри, просто гений! — орал Симус Финниган. — Бриллиант, чисто бриллиант! — громыхал Хагрид поверх голов гриффиндорцев, отплясывающих танец дикарей. — Это был настоящий Патронус, — шепнул кто-то Гарри в ухо. Гарри обернулся и увидел профессора Люпина, который выглядел потрясенным и счастливым одновременно. — Я нисколько не испугался дементоров, — сказал Гарри. — Просто вообще ничего не почувствовал. — Скорее всего, наверное, потому, что они… они были ненастоящие. Пойдемте посмотрим. И профессор Люпин повел Гарри в конец поля. — Вы сильно напугали мистера Малфоя, — сказал он. Гарри смотрел на груду черных балахонов, барахтающихся на траве. Это были Малфой, Крэбб, Гойл и Маркус Флинт, капитан команды слизеринцев. Малфой, кажется, взгромоздился на плечи Гойла. Четверка негодяев пыталась высвободиться из длинных черных балахонов. Рядом стояла профессор МакГонагалл, лицо ее выражало крайнюю степень возмущения. — Недостойное трюкачество! — кричала она. — Подлая и трусливая попытка вывести из игры ловца гриффиндорцев! Все вы будете строго наказаны. И минус пятьдесят очков Слизерину. Я буду говорить с профессором Дамблдором о вашем поведении. Вот он, кстати, сам идет сюда. Но Дамблдора опередила темноволосая слизеринка, которая уже подскочила к Малфою и рывком поставила его на ноги. — Малфой, что ещё за шуточки?! Как тебе в голову могла прийти подобная глупость? — яростно зашипела Ребекка, крепко сжав рукой его плечо. — Не твоё дело, — расширив глаза, ответил Малфой. Но голос его звучал совсем не убеждающе, в нём слышались плаксивые нотки, да и лицо слизеринца выражало страх и беспокойство. Он с испугом глядел в ярко-зелёные глаза Блэк и видимо пожалел, что ответил не очень вежливо. — Скорее, Гарри! — крикнул подоспевший Джордж. — Устроим грандиозный праздник! Все в нашу гостиную! — Прекрасная идея! — подхватил Гарри. Никогда в жизни он не был так счастлив. Гриффиндорцы во главе с командой, которая все еще была в алых мантиях, покинули стадион и двинулись к главному входу замка. *** Ему снился очень странный сон. Он идет по лесу с «Молнией» через плечо, старается догнать что-то длинное, молочно-белое, струящееся между деревьями, из-за стволов и веток Гарри не может разглядеть что. Прибавил шагу, и оно прибавило. Гарри побежал, впереди послышался быстрый стук копыт. Он уже мчался что было духу, и оно помчалось. За следующим поворотом Гарри очутился на полянке и вдруг: — А-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Не-е-е-е-е-е-е-е-ет! Гарри проснулся тут же, как будто его наотмашь ударили по щеке. Ничего не понимая спросонья — темнота кромешная, — Гарри путался в шторах полога: в спальне явно что-то происходило. — Что случилось? — раздался в другом конце голос Симуса Финнигана. Хлопнула дверь спальни. Найдя наконец края полога, Гарри раздернул их, и в тот же миг Дин Томас включил настольную лампу. Рон с перекошенным от ужаса лицом сидел на кровати, полог его с одного края был разорван. — Блэк! Сириус Блэк! С ножом! — кричал он без передышки. В ту ночь никто в башне Гриффиндора не спал. Все знали, что замок снова обыскивают сверху донизу. Собрались в Общей гостиной и ждали новостей. На рассвете в гостиную спустилась профессор МакГонагалл и сказала, что Блэк опять ускользнул. Гарри сильно волновался по поводу того, что преступник опять смог проникнуть в замок. Ему было понятно, что Блэк искал именно его, и если бы он не ошибся кроватью, то, вероятно, мальчик со шрамом уже был бы мертв… При этой мысли его тело сразу покрыло мурашками. Он шёл к лестнице, которая вела к подземельям, так как сейчас по расписанию должен был быть урок зельеварения. Гермиона пока что была в библиотеке, а Рон, ставший после той ночи весьма популярным, давал новое интервью каким-нибудь второкурсницам с Пуффендуя. Слышать одну и ту же историю в сотый раз Гарри совсем не хотелось, и поэтому он пошёл на урок в одиночестве. Он уже подходил к лестнице, как вдруг услышал рассерженный голос мастера зельеваренья. Мальчик тут же спрятался за ближайший поворот и прислушался. — Если Дамблдор уверен в вашей невиновности, так как привык видеть в людях только светлые стороны, то я точно знаю, что во всём виноваты вы, мисс Блэк. — И в чём же вы меня обвиняете, профессор? — раздался спокойный голос слизеринки. — Это вы помогаете Сириусу Блэку проникать в замок, верно? Вы знаете какие-то тайные ходы? Признайтесь, всё равно все скоро узнают правду. — Я совершенно не понимаю, о чём вы говорите, сэр, — Ребекка сделала ударение на последнее слово. — Так что, прошу прощения, конечно, но мне пора идти на урок трансфигурации. Думаю, профессор МакГонагалл не очень обрадуется, опоздай я на её предмет. — Я ещё поговорю с вами, мисс Блэк, — злобно процедил Снегг. — И можете не искать защиты у профессора Люпина. Я знаю, что этот преподаватель проявляет к вам благосклонность, но поверьте: даже он не спасёт вас от разоблачения. — А вы поверьте мне, профессор, — голос слизеринки стал твёрже. — Что уж кому, а мне точно не нужна чья-либо помощь! Тем более, что я не понимаю, о каком таком разоблачении вы говорите. А сейчас мне пора, до свидания, профессор Снегг. Послышались приближающиеся шаги, и из-за поворота показалась зеленоглазая девушка. Увидев Гарри, она улыбнулась. — О, здравствуй, Поттер! — весело произнесла она с такой громкостью, чтобы профессор зельеварения точно услышал её. Она быстро проскользила мимо Гарри и скрылась за ближайшей колонной, откуда тут же показался улыбающийся Рон и радостно замахал другу. Но Гарри не мог ответить тем же, так как он полностью был поглощён перевариванием только что дошедшей до него информации. *** Шок был настолько силен, что Гарри на минуту показалось, будто рассудок покидает его; всех троих ужас пригвоздил к месту, и они оцепенели, стоя под мантией. Последние лучи заходящего солнца заливали землю кровавым светом, в полях залегли длинные черные тени. Внезапно до их слуха долетел дикий вой. — Это Хагрид. — прошептал Гарри. Не раздумывая над тем, что делает, он повернул назад, но Рон с Гермионой схватили его за руки. — Нельзя! — Рон был белее бумаги. — Еще хуже ему сделаем, если узнают, что мы с ним виделись… На Гермионе тоже лица не было. — Как… они… могли? — ловя воздух ртом, спрашивала она. — Как они могли? — Пойдем, — сказал Рон. Зубы у него стучали. Они снова побрели к замку, стараясь двигаться как можно осторожнее. Быстро смеркалось, и к тому времени, когда друзья вышли на лужайку, свой плащ-невидимку на них набросила темнота. — Короста, сиди спокойно, — приговаривал Рон вполголоса, придерживая нагрудный карман, — крыса неистово рвалась на волю. Рону пришлось еще раз остановиться, чтобы запихнуть ее поглубже. — Что с тобой, дурацкое ты животное? Сиди тихо! Ой! Она укусила меня! — Рон, тише, — шикнула на него Гермиона. — Через минуту здесь будет Фадж… — Ну не хочет она… сидеть в кармане… — Тихо! Смотри – кто там? — вдруг напряженно сказала Гермиона. В темноте неподалеку от них показалась фигура девушки в мантии. Рядом с ней ползла какая-то маленькая пушистая тень. Вдруг девушка резко остановилась, а потом скрылась в темноте, а маленькая тень осталась. И тут Гарри увидел: припадая к траве и зловеще мерцая во мраке желтыми глазами, к ним крался Живоглот. Как он здесь оказался? Учуял ли он их, услыхал ли писк Коросты, или каким-то образом увидел — этого Гарри сказать не мог. — Она называется Маховик Времени, — вполголоса начала рассказ Гермиона, — мне ее дала профессор МакГонагалл после летних каникул. Благодаря этому Маховику я успевала посещать все мои занятия. Профессор МакГонагалл взяла с меня клятву, что я ничего никому не скажу. Ей пришлось написать множество писем в Министерство магии, чтобы мне позволили пользоваться Маховиком; она убедила их, что я — идеальная студентка и никогда не применю его ни для чего, кроме учебы… С его помощью я возвращалась назад во времени и заново использовала уже истекшие часы — так я бывала на нескольких уроках одновременно. Но, Гарри, я не понимаю, чего сейчас хочет от нас Дамблдор, что именно мы должны сделать. Почему он сказал вернуться именно на три часа? Как это может помочь Сириусу? Гарри в задумчивости посмотрел на ее скрытое полумраком лицо: — По-моему, он хочет, чтобы мы изменили события, которые в это время произошли. Три часа назад мы отправились к Хагриду… — Сейчас и есть три часа назад, и мы как раз идем к Хагриду, — вставила Гермиона. — Мы сию минуту слышали, как мы уходим… Гарри наморщил лоб: ему казалось, он чувствует, как у него напряглись мозги. — Дамблдор сказал прямо: мы можем спасти две невинные жизни… — И тут его осенило: — Гермиона, он нам подсказал — это Клювокрыл! — А как же Сириус? — Дамблдор нам точно указал, где окно кабинета Флитвика! А там они держат Сириуса! Надо подняться к окну на Клювокрыле и вызволить Сириуса. Они улетят и оба спасутся! — Убежал! Убежал! — вопил Хагрид. — Клювик мой, хороший, умный мальчик! Клювокрыл рванул веревку, устремясь назад, к Хагриду. Гарри с Гермионой еле удерживали его, вцепившись мертвой хваткой, и зарывались каблуками в рыхлую лесную почву. — Кто-то отвязал его! — рычал палач. — Надо обыскать лес и территорию замка… — Макнейр, если Клювокрыла и в самом деле похитили, то неужели вы и впрямь полагаете, что похититель поведет его пешим ходом? — В тоне Дамблдора явно звучала насмешка. — Обыскивайте небеса, если на то пошло… Хагрид, я бы не отказался от чашки чая. Или хорошего глотка бренди… — Ну да, профессор. — Хагрид был сам не свой от счастья. — Заходите, заходите… Гарри и Гермиона внимательно слушали. Они различили шаги, тихую ругань палача, стук закрывшейся двери и вновь наступившую тишину. — Теперь что? — прошептал Гарри, осматриваясь. Гермиона еще не пришла в себя от потрясения. — Останемся пока здесь… Подождем, когда они вернутся в замок. Улучим момент и подлетим на Клювокрыле к окну Сириуса… Его там не будет еще часа два… Ох, как все это сложно… Она с тревогой оглянулась на лесную чащу. Солнце садилось. Гарри в задумчивости почесал бровь. Пошли вдоль опушки леса. Наконец нашли удобное местечко в лесной чаще, откуда была хорошо видна Ива. Быстро смеркалось. — Смотри, — прошептала Гермиона, ткнув пальцем во тьму. — Помнишь, мы видели две фигуры? Гарри посмотрел в ту сторону, куда указывала подруга. Знакомая слизеринка, все время оборачиваясь и явно волнуясь, спешила к замку в сопровождении кота Гермионы. — Она укусила меня! — послышался крик Рона. Ребекка Блэк вздрогнула и тут же наклонилась к коту и сказала что-то, но Гарри и Гермиона не услышали её. Затем слизеринка резко повернулась и направилась в сторону замка, а Живоглот поспешил туда, откуда доносились крики Рона. — Что она тут делала? — испуганно спросила Гермиона. — Не знаю, — ответил Гарри. — Но она явно тут тоже замешана. Придется сменить место, чтобы видеть Гремучую иву. Иначе не будем знать, что происходит. — Ладно. — Гермиона еще крепче сжала веревку Клювокрыла. — Но помни: нас никто не должен увидеть. А вот и дементоры. Они тут и там возникали из мрака, скользя вдоль кромки воды в другую от Гарри сторону. А он к ним приближаться не будет… И Гарри побежал. Он думал сейчас об отце, только о нем. Вдруг все-таки это отец. Сейчас он все выяснит. Озеро приближалось, вокруг ни души. На том берегу серебром замерцали слабые вспышки — его собственные попытки создать Патронуса. У самой воды все заросло кустарником; Гарри продирался сквозь него, отчаянно вглядываясь в прогалы листвы. Серебряное мерцание на берегу внезапно погасло. Страшное волнение охватило его: сию минуту… вот-вот… — Ну, папа, давай! — шептал он, озираясь кругом. — Где ты? Появись! Никого. Гарри вгляделся в кольцо дементоров. Один из них откинул капюшон. Сейчас явится спаситель… но помощи в этот раз не было. И тут его озарило. Он не отца видел — он видел самого себя. Гарри выскочил из кустов и достал волшебную палочку. — Экспекто патронум! — крикнул он. И тогда из палочки вырвалось не бесформенное туманное облако, но сверкающий серебром зверь. Гарри прищурился, стараясь разглядеть, что это. Животное напоминало лошадь. Оно галопом понеслось прямо по черной глади озера, нагнув голову, бросилось на дементоров и замелькало среди темных фигур. Дементоры отступили, начали отходить назад, во тьму… и наконец их не стало. Патронус повернул. Помчался по недвижной поверхности воды назад, к Гарри. Это была не лошадь, не единорог. Это был олень. Он сиял так ярко, как луна в небе… Он возвращался к Гарри. У самого берега олень остановился. Его копыта не оставляли следов на мягкой земле. Он глядел на Гарри громадными серебряными глазами. Потом медленно наклонил увенчанную ветвистыми рогами голову. И Гарри догадался… — Сохатый… — прошептал он. Протянул дрожащие пальцы к сказочному созданию, но оно в мгновение ока исчезло. В этот момент послышался ужасающий крик девушки. Гарри быстро посмотрел в ту сторону, где лежали без сознания он и Сириус. К ним быстро приближалась темная фигура в плаще. Гарри уже подумал, что это дементор, но тут же понял, что это человек. Незнакомец подбежал к Сириусу и опустился на колени рядом с ним. Человек скинул капюшон и в свете луны Гарри узнал Ребекку Блэк. Слизеринка наклонилась над Сириусом, а потом повернулась к лежащему Гарри. Тут она резко встала, накинула капюшон и скрылась в лесу. Гарри так и остался стоять с вытянутой рукой. Сердце неистово стучало. Сзади вдруг послышались шаги. Гарри обернулся — к нему спешила Гермиона, тащившая за собой Клювокрыла. *** Никто в Хогвартсе не узнал правды о том, что произошло в ту ночь, когда исчезли Сириус, Клювокрыл и Петтигрю. Сколько догадок выслушал Гарри в последние дни перед каникулами! К концу семестра Гарри услышал множество фантастических версий о том, что тогда случилось, но ни одна из них даже не приблизилась к истине. Малфоя исчезновение Клювокрыла привело в ярость. Ясно как божий день: Хагрид нашел способ тайком отправить гиппогрифа в какое-то укрытие. Непереносимое оскорбление — лесничий обвел вокруг пальца старшего и младшего Малфоев. Однажды Золотое Трио отдыхало около озера под тенью огромного дерева, радуясь окончанию учебного года. — Мой отец этого так не оставит! — раздался откуда-то голос Драко. Гриффиндорцы мигом обернулись и увидели Малфоя с Креббом и Гойлом. — Малфой, и не надоело тебе вечно всем рассказывать о могуществе твоего отца? — из-за спины слизеринцев показалась Ребекка Блэк и Клемента Колдстоун. Обе явно были в прекрасном настроении. — Может, ты когда-нибудь начнёшь сам решать свои проблемы? — Не твоё дело, не твоё дело! Как ты смеешь так со мной говорить! Я всем расскажу… — Малфой в ярости стал топать своими аристократичными ножками по земле. — Я этого не боюсь, Малфой! — усмехнулась Блэк и, грубо оттолкнув слизеринца с дороги, прошла вперед вместе со своей подругой. Драко только злобно смотрел ей вслед. Рон, наблюдавший за этим, радостно улыбнулся, а Гарри наоборот нахмурился: — Я видел её той ночью. Той самой, когда мы с Гермионой освободили Сириуса и Клювокрыла, — медленно сказал он. — Я тоже видела её, с Живоглотом, помнишь? — пожала плечами подруга. — Я видел её и после. Тогда, когда я отогнал дементоров. Она сильно испугалась за Сириуса… — Надеюсь, тебя она не видела, Гарри? — обеспокоенно заглянула ему в глаза Гермиона. — Она может рассказать Снеггу… — Нет, — резко ответил Поттер. — Ему она не расскажет. Рон с Гермионой удивлённо переглянулись, но спорить не стали. Ведь сегодня был такой чудесный солнечный день, им хотелось насладиться обществом друг друга. Ведь скоро они разъедутся по домам и не увидятся еще два месяца.