Глава вторая. Новогоднее настроение с капелькой грусти.
30 декабря 2020 г., 13:11
Как встретишь Новый Год ─ так его и проведёшь. Это уж точно! Прошлый праздник я встретил наедине с бокалом шампанского, как, впрочем, собираюсь встретить и этот. Тот, кто мне необходим, был слишком далеко и, скорее всего, давно забыл обо мне. Только вот я… Ленс, как часто и бывало, вновь оказался прав. Не смог я забыть, не смог заменить, не смог полюбить кого-то другого. Вообще никого не смог впустить в свою жизнь за прошедшие два года после нашего расставания. Может быть, я ─ однолюб?
Вадим Шеханов по прозвищу Шерхан, был грозой всех окрестных хулиганов и мечтой многих девчонок. Да и моей мечтой лет с тринадцати. Именно тогда я понял, что девочки меня совершенно не волнуют и у меня впереди большие проблемы. К счастью, у меня была замечательная мама. Самая умная, самая красивая и самая понимающая. Она была моим единственным родным человеком в этом мире, а я её. И мама приняла меня таким, какой я есть, со всеми проблемами и кучей вопросов, что роились в непутёвой голове. Если сказать более точно, то учились принимать меня мы оба. Даже самой прекрасной матери сложно принять, что твой сын не такой, как обычные мальчишки, и знать наперёд, что в жизни ему будет не так легко, как другим, ибо скрывай не скрывай, а рано или поздно любая тайна выплывает наружу. Кричать о своей ориентации я, конечно же, не собирался, но кто застрахован от провалов? Даже самые лучшие шпионы иногда терпят крах, а я далеко не Джеймс Бонд или Штирлиц.
Я даже и не думал, что люблю Вадима. Просто восхищался им. Мне нравилось наблюдать из окна своей комнаты, как он по утрам занимался на спортивной площадке во дворе, как играл с друзьями в футбол, даже как провожал соседских девочек, защищая от хулиганов. Высокий, спортивный, всегда как с витрины дорогого магазина Вадим умел себя держать. Был на редкость обаятельным. Даже с разбитым лицом он держался так, словно ничего не случилось. К тому же, его противникам всегда доставалось больше. А ещё он был упрямым. Ужасно упрямым. Если он что-то решал для себя, то это было не изменить. Однажды он захотел защищать меня, и моё мнение не сыграло никакой роли. Я получил защитника и друга. Своего собственного яростного тигра.
Защита мне была нужна вовсе не потому, что я был каким-то особенным и постоянно нарывался на неприятности. Просто… немного не таким, как знакомые мне ребята. Дело в том, что мне всегда нравилось готовить. Может быть потому, что мама часто уставала и как-то незаметно эту обязанность я взял на себя. Она была учительницей литературы, кроме уроков ещё вела класс и занималась репетиторством, ведя несколько ребят. Я был мал, финансовой помощи от меня не было никакой, а деньги семье были нужны. Папа умер, когда я был совсем ещё маленьким, а замуж мама выйти не захотела. Мне было в радость приготовить что-нибудь вкусное, заодно прибраться в доме, чтобы маме было приятно, а вот ребята во дворе этого не понимали. Считали, что занимаюсь девчоночьим делом. К тому же, я был немного худоват и мелковат, порода такая. Мужчины у нас в роду набирали своё ближе к тридцати годам, становясь крепкими и солидными, что на сегодняшний момент со мной и произошло. Качком и громилой не стал, но в росте немного прибавил, в ширине плеч, да мускулов немного нарастил. Тощий повар – это всё же диковина.
В то время вместо футбола я предпочитал кухню и готовку, вместо вечерних посиделок ─ увлекательные книги. Ещё ребята считали смешным и дурацким моё имя., от того часто и задирали. Их было больше, они были сильнее. Несколько раз я получил на бублики, так сказать, и вот тогда Вадим и вмешался. Он стал провожать меня в школу, дав ясно понять всем, что я под его защитой, благо учились мы в одной школе. Оказалось, у нас было много общего. Вадим любил читать и играть в шахматы. Мы с переменным успехом выигрывали друг у друга и делились новыми книгами. А ещё Вадим заставил меня заниматься спортом вместе с ним. И однажды, когда при виде очередной красивой девочки, мило улыбнувшейся моему другу, меня накрыла волна злости, я понял, что влюбился. Ведь нельзя ревновать того, кого не любишь? Нельзя.
Я не сделал ни единого шага навстречу своему чувству, не сказал ни единого слова о том, что волнует моё сердце. Я любил и молчал. Мне не хотелось его потерять. Укрывшись в своём одиночестве, считал, что лучше иметь синицу в руке, нашу дружбу, чем плакать о несбыточной мечте, но… Вадим оказался умнее меня. Сразу после выпускного бала умерла мама. Сердце. Я перестал что-либо чувствовать. Словно упало небо… и придавило к земле. Никуда не хотелось выходить, никого видеть, ничего делать. Я просто сидел в опустевшей квартире и тосковал. Через два дня Вадим почти вынес дверь, а потом мой мозг. Он тряс меня и шептал, что любит и не даст в обиду никому и ничему. Словно сквозь густой туман ко мне дошли его слова, и та пустота, что образовалась, вдруг наполнилась теплом. У каждого из нас есть свои тайны. Я был его тайной, как он моей. Мы стали сначала встречаться, потом почти жить вместе. Наглый тигр перебрался в мою квартиру, пометил территорию своими вещами, своим запахом. Не знаю, как Вадим объяснялся со своей семьёй, но претензий ко мне не было. Его мать и отчим просто вежливо здоровались при встрече во дворе и… всё. Никаких тёплых чувств и обнимашек, как в сентиментальных рассказах, но такое отношение было лучше, чем если бы они сыпали оскорблениями и плевались вслед. Вадим убеждал, что со временем всё станет лучше.
Мы оба закончили учёбу и начали делать карьеру. Я нашёл работу в неплохом ресторане. Естественно, никто не предложил мне должность шеф-повара, да я и не надеялся. Сначала был поварёнком, бегал на побегушках и внимательно присматривался, мотал на ус и учился. Теория ─ это замечательно, но практика всегда лучше, ведь в работе ресторанной кухни есть много такого, о чём никогда не скажут на занятиях. Затем мне повезло, и я по рекомендации перешёл на должность помощника повара в самый престижный ресторан нашего города. Вот там я и проработал последние несколько лет, в конце концов получив вожделенную должность шеф-повара, доказав на деле, что мне это по силам. Вот тогда и случилось то, чего я совершенно не ожидал.
Мне так хотелось обрадовать Вадима своими успехами… Успешный управленец в свои двадцать семь, ценимый в компании, в которой работал, он был по-прежнему примером для меня, той высотой, к которой стоило стремиться. Когда я возбуждённый вернулся домой, меня ждал накрытый стол, свечи и вино. Романтический вечер, который устроил Вадим. Он вообще любил делать сюрпризы и неожиданные подарки. А я знал, что ему нравится, и старался баловать его в ответ. Меня поцеловали, накормили, залюбили, а потом… Вадим ошарашил меня известием, что переезжает в столицу. Его там уже ждут. Родной отец, с которым у него были хорошие отношения.
Я знал, что он был большой шишкой, генеральным директором какой-то очень крупной компании, весьма состоятельным человеком. Отец предложил Вадиму поучаствовать в создании совместного бизнеса и, конечно, от такого предложения сын не смог отказаться. Мой любимый человек просто поставил меня перед фактом, что я еду с ним. У меня достаточно спокойный характер, терпением меня природа не обделила, но тогда… Я упёрся. Рогом, лбом, всеми конечностями. Можно называть это как угодно. Я отказался ехать, наотрез. И у меня были свои резоны. Я просто не мог бросить всё, чего достиг собственным трудом. Вадима там ждали прекрасные перспективы, а что, или кто там ждал меня? Если бы я проработал несколько лет шеф-поваром и приобрёл прекрасные рекомендации, этого, быть может, было бы достаточно, чтобы найти неплохое место, а так… Нужно было начинать всё сначала и неизвестно получилось бы. Вадим засмеялся и попытался успокоить меня, популярно объяснив, что всё это мелочи.
Я никогда не интересовался финансовым состоянием своего любимого человека. Для меня было главным то, что он рядом со мной. И для меня стало шоком, что Вадим весьма состоятельный молодой человек. Его дед по отцу оставил ему неплохое состояние, которым до поры до времени управлял отец. Теперь вот пришла пора заняться собственным делом. У младшего Шеханова было достаточно амбиций, подкреплённых талантом, умом и волевым характером, чтобы не пропустить подобный шанс. Мне же Вадим предложил отдохнуть, посидеть дома, а он обо всём позаботится. Ему это будет приятно сделать, а если мне так хочется стоять у плиты, то я могу делать это для нас двоих в новой роскошной квартире. Но если меня такое дело не устроит, ему будет не трудно купить для меня ресторан.
Услышав подобные речи, я взбрыкнул, потому как роль домохозяйки на содержании любовника была мне не по нутру, так как привык работать и зарабатывать сам. Быть может, я был неправ, быть может, слишком резок, а Вадим, обычно такой всё понимающий, почему-то меня тогда не услышал. Мы крупно повздорили. Несколько дней не разговаривали. Потом Вадим вновь поднял вопрос по поводу совместного переезда, но мой ответ остался неизменным. Просто на тот момент я не мог уехать. Не мог бросить всё, чего упорно добивался несколько лет, и уехать. Возможно, это была ошибка, моя ошибка, но на тот момент я считал себя вправе поступить именно так. В итоге Вадим уехал, и мы даже вполне нормально попрощались, не говоря о наших чувствах, не давая пустых обещаний. Просто каждый остался при своём мнении. Вадим не любил менять своих решений, а я бывал иногда до ужаса упрям.
Мои руки постоянно тянулись к телефону, так хотелось услышать его привычный и родной голос, но гордость не позволяла просто набрать номер и сказать… Вадим звонил несколько раз, но наши разговоры были скомканными, наполненными ничего не значащими банальными фразами. Я понимал, что он хотел от меня услышать, но дать согласие не позволяла опять же дурацкая гордость. Чувство весьма достойное, но иногда такое несвоевременное. Прошло три месяца, и я всё же не выдержал. Даже предупредил на работе, что возможно вскоре уволюсь, но всё получилось не так как планировалось. Вместо Вадима на звонок ответила девушка и сообщила, что он в ванной и подойти не может. При чём она говорила так, что сомнений в их близости не осталось. Я отключился и больше не звонил, в тот же день сменив сим-карту. Меня не интересовало, кем она была. Мне просто стало холодно. У него была уже, наверное, другая жизнь и мне в ней места больше не было. Я попытался жить без него и постепенно всё вошло в спокойную колею: дом-работа-дом. И ничего, и никого больше. Моя личная жизнь сошла на нет, но вместо неё в душе поселилось спокойствие. Мне попросту никто не был нужен, все свои силы я сосредоточил на профессии, в которой достиг немалых успехов, подняв престиж ресторана на ещё более высокий уровень. Меня хвалили, я радовался и творил свои кулинарные шедевры.
Так пробежал-пролетел первый год моего одиночества, а потом на пороге моей квартиры возник Ленс и изменил всё. Он долго уговаривал меня поучаствовать в кастинге известного кулинарного шоу. Я сам с удовольствием смотрел его иногда, поражаясь тому, как любители совершенствуют своё мастерство, постепенно перерастали в профессионалов. А некоторые из участников в итоге превращались в телезвёзд или открывали собственные заведения. Ленс убедил меня, тем более что в этот раз шоу немного изменило формат, и там решили взять в качестве участников именно профессионалов, которым меня уже можно было считать. Я упирался, ворчал, но в итоге согласился на полнейшую авантюру. И, что самое странное, я не только легко прошёл кастинг, но и продержался всё шоу, сумев в итоге стать победителем. И это было… потрясающе. Среди всей той кутерьмы я чувствовал себя словно рыба в воде. Много людей, много общения с такими же помешанными на своей профессии как я, много новых знаний и умений.
Призом служило трёхмесячное обучение в престижной парижской кулинарной школе, плюс несколько ещё довольно неплохих предложений. От последних я отказался, предпочтя взять деньгами. Их я использовал с умом, потратив ещё на три дополнительных месяца обучения, что позволило мне получить диплом. Я был ужасно горд собой. Вот только за моей улыбкой никто не мог увидеть мою горечь. Шоу снималось в столице, там же участники и жили. Я часто в свободное время гулял по городу, посещая музеи, интересные места, всякие достопримечательности и запасаясь впрок новыми впечатлениями. Конечно, мне хотелось увидеть Вадима, ведь мы были так близко. Стоило всего лишь набрать знакомый номер, который я вряд ли смог бы забыть. Но я помнил свой неудачный звонок. Именно это каждый раз останавливало меня, когда рука тянулась к телефону.
Однажды, прогуливаясь в очередной раз по городу и пытаясь отыскать ресторан, который посоветовал кто-то из новых знакомых, я… почти столкнулся с Вадимом нос к носу. Я… Мой голос готов был озвучить его имя, когда рядом возникла молодая женщина. Красивая. С длинными ногами, пышными русыми волосами, высокой грудью и шикарной фигурой, подчёркнутой лёгким шифоновым платьем. Она была моложе меня на пару лет. Яркая и улыбчивая. Глаза Вадима мягко сияли, когда он, взяв её за руку, повёл к дверям ресторанчика. Того самого, который я искал. Не трудно догадаться, что мне туда путь был уже заказан. Зачем портить своим неожиданным появлением чьё-то настроение? Я развернулся и ушёл, тихо и спокойно. И больше не делал попыток увидеть Вадима, услышать его голос. Слишком больно. Наверное, тот случай дал мне стимул сосредоточиться на работе. Хорошо, что само шоу выходило не в прямом эфире и мне не грозил внезапный визит Шеханова на съёмочную площадку. Да и вряд ли Вадим смотрел подобные шоу. А своих друзей я попросил ему не сообщать. И я знал, что просьбу мою они выполнят. А потом я уехал в Париж, в котором давно мечтал побывать. И понял: Париж с любимым человеком и Париж, где ты одинок – это как два совершенно разных места на Земле.
Кстати, вот уже целую неделю я безработный. Забавно, правда? Так цеплялся за работу, неистово стремился совершенствоваться и… в итоге всё потерял. А история банальна и часть её я уже поведал Ленсу. У моего бывшего теперь уже начальника появилась новая пассия. Она, как и я была шеф-поваром, но в отличие от меня знала и другие пути создания карьеры кроме усердной работы. А потом в ресторане сменился директор, потом старший администратор, потом некоторые другие работники. Как водится, новая метла по-новому метёт, но не всегда в лучшую сторону. Любовница шефа стала приводить новых людей, которые пользуясь личными связями потихоньку начали выживать старожилов.
Когда я вернулся после обучения, меня поставили перед фактом, что я здесь не нужен. Есть, мол, специалист ничуть не хуже «без всяких Парижей». Тратить зря нервы я не стал, сказал спасибо за хорошую рекомендацию и ушёл. Возможно, Ленс прав, пришло время что-то поменять в своей жизни. И речь не только о работе. Сидя уже целую неделю дома, я раздумывал о том, куда бы направить свои стопы. С одной стороны, хотелось поучиться ещё в какой-нибудь престижной кулинарной школе, повысив тем самым своё мастерство, ведь нет предела совершенству. Быть может, найти возможность поработать под началом известного шеф-повара. Сбережения были, да и квартиру можно было продать. С другой… в душе поселились меланхолия в обнимку с печалькой и дружно навевали тоску. В течение одного дня я то впадал в депрессию, то загорался очередной сумасшедшей идеей. Сплошные качели, такие непривычные для меня, обычно вполне уравновешенного человека.
Сегодня, 31 декабря, я решил дать бой своему дурацкому настроению и занялся тем, что всегда приводило меня в тонус. Готовкой! И по какой-то странной прихоти своё новогоднее меню я составил сплошь из блюд испанской кухни. Острой, пряной, приправленной страстью и жаром южного солнца. И только позже до меня дошло, что я приготовил любимые кушанья Вадима. Я-то сам предпочитал французскую и русскую кухни. Странно. Мне казалось, что я переболел любовью к нему и вдруг такое напоминание от подсознания. Не иначе бес попутал! Убрался на кухне и в квартире, принял душ и переоделся. Почти успел приземлиться на удобный мягкий диван, как раздался звонок в дверь.
─ Кого могло принести? Я же никого не жду, да и не должно никого быть… Ленс отметился уже. Остальные друзья за город укатили с девушками, ─ пробормотал я, заглядывая в глазок. За дверью стоял Дед Мороз, как положено в халате, шапке и бороде, только вместо мешка у него была увесистая коробка с голубой лентой в руках. Опять кто-то адрес спутал, наверное.
─ Добрый вечер! С Новым годом! ─ отрапортовал, судя по голосу, довольно молодой «дедуля».
─ И тебе того же, дедушка! Квартира Скворцовых напротив, ─ указал я на дверь квартиры соседей, у которых было двое шустрых сорванцов.
─ Мне нужен Эмиль Раевский. Это вы?
