Утраченные Цветы

      Эвальдо со вздохом повесил шляпу на довольно жалкую вешалку у входа. Ему крайне удачно предложили остаться на ночь в доме прямо рядом с Дырой, так что далеко идти не пришлось.       Солнце уже практически полностью скрылось за горизонтом, а потому в доме, который временно предоставили в распоряжение путешественника, царил приятный полумрак. Любой человек давно зажёг бы лампу, но разве это было нужно мутанту?       Глаза Эвальдо имели необычный ярко-жёлтый цвет и обеспечивали идеальное зрение в темноте. Ночью он видел даже лучше, чем при дневном свете, пускай и воспринимал всё иначе. Тени были его вечным союзником. «Интересно, что по-настоящему волнует Айсири в этом мире?»       Эвальдо скинул плащ и тоже повесил рядом со шляпой. Деревянные доски неприятно заскрипели под ногами, когда он прошёл в одну из комнат дома. «Я обязательно это выясню. Но не сегодня.»       Парень окинул взглядом помещение. В одной из стен было двухстворчатое окно. Оно выходило на небольшую площадь, на которой жителей собирали в случае надобности. В столь поздний час на ней можно было увидеть лишь редких торопливо проходивших людей, которые явно не желали задерживаться на улице. В центре комнаты, напротив потрёпанного серого дивана, стоял металлический стол, смотревшийся довольно неуместно в исключительно древесном интерьере. Больше мебели не было.       Громыхнул выстрел. Можно было только надеяться, что кто-то очень нервный решил поотстреливать крыс.  — М-да, — протянул Эвальдо.       Его взгляд упал на серую с синими полосками сумку, которую он быстро бросил здесь перед тем, как идти к Айсири. Надо было перебрать её содержимое и отложить вещи на продажу, но больше всего на свете Эвальдо сейчас хотелось просто улечься уже где-нибудь и уснуть. К сожалению, мутация, что даровала парню отличное ночное зрение, не позаботилась об отсутствии потребоности во сне для полноценного ночного бодрствования.       Стоило Эвальдо сесть на диван, как у входной двери послышалось копошение. Он протянул руку к сумке и вытащил штык-нож: использовать огнестрельное оружие в городе из одной лишь личной нужды считалось моветоном.       Впрочем, нож не пригодился. В широкую щель под дверью тихо скользнула папка, и звуки прекратились. Эвальдо выждал ещё несколько секунд, осторожно приблизился к неожиданному подарку и осмотрел его. Было непохоже, чтобы он представлял угрозу. Обычная папка, наполненная пожелтевшими от времени бумагами. Эвальдо медленно взял её в руки, и из неё вылетела записка. «Награда — доступ к проекту ''Цветение''.»       Эвальдо перечитал короткое предложение несколько раз и расхохотался: проект с кодовым названием ''Цветение'' был из разряда мифов. Некоторые люди утверждали, что они слышали, как учёные запредельной Науки говорили, об обнаруженном ими способе возродить павший мир, разом и навсегда очистив планету от ядов и остановив или даже обратив вспять мутации. Красивая фантазия, не более того. Эвальдо бросил нож с папкой на стол рядом с керосиновой лампой. «Раз уж награда фантастическая, то и работа, должно быть, тоже. Итак, что тут у нас?»       Свет для чтения был без надобности мутанту, но лампу он на всякий случай зажёг купленной утром древней зажигалкой — жуткой редкостью в современном мире. Самопальных было много, а крохотных заводских — всего ничего. Маленькие и хрупкие, они легко терялись или оказывались уронены, растоптаны и иным способом уничтожены.       Комнату озарил рассеянный свет.       Силуэт читающего в темноте человека мог вызвать подозрения у случайных свидетелей. В этом городишке мутантов не жаловали: было достаточно случаев, когда слетевший с катушек человек, нахватавшийся радиации, начинал резать всех без разбору. Да и мерцающий огонёк лампы делал мрачную комнату немного уютнее, а цвета — привычней.       Парень открыл папку изучил первый, титульный лист. Заглавие крупными буквами гласило: «Проект ''Единство''». Следующий лист был похож на план здания, с отмеченными разными цветами большими помещениями и коридорами между ними, а также вентиляцией, канализацией и прочими удобствами, о которых большая часть жителей Пустоши давно позабыла. В некоторых местах карандашом были подрисованы проходы или добавлены какие-то подписи. В правом верхнем углу чернела надпись «Первый Уровень». «Да это же одна из консервных банок…»       На втором листе был план второго уровня. Шесть листов — шесть уровней. Последние два уровня состояли по большей части из жидкостных и газовых труб, систем переработки органического сырья и прочего оборудования, необходимого для автономного существования. Среди всего этого петляли узкие коридоры, предназначенные исключительно для проверки состояния системы, и впускались туда только люди некого класса F.       На следующих листах располагался список уникального оборудования, какое, если верить подписям, можно было найти только в данном сооружении, поскольку оно было помещено исключительно туда для тестирования. Эти листы оказались частично залиты чем-то едким, половина надписей съелась вместе с бумагой, но изображениям повезло немного больше.       Загадочное нагромождение сфер, оплетённое проводами, звалось «РОМ-0.1». Причудливые очки с небольшими выпуклостями по периметру дужек были подписаны как «ДОС-1.2». Изображений было больше, но название с описанием стали нечитабельны. Это немного разочаровало любопытного Эвальдо. Особенно его заинтересовал лист с заглавием «ГМР-0.3», отведённый под единственное громадное устройство, но тут разобрать не то что текст, даже картинку было невозможно.       В конце папки обнаружилась ещё одна бумажка, сложенная вдвое. Вытащив её и разогнув, Эвальдо смог прочесть вторую записку, написанную тем же карандашом, что и первая.

«Здравствуй, дорогой теневой мутант. Мы наслышаны о тебе, твоих способностях и целях, которые у нас весьма схожи. Всё, чего мы хотим — это излечить покалеченную планету от порчи, наложенной на неё давно уже умершими людьми. Нам известно, что ты бы тоже этого хотел. И сейчас мы просим тебя о помощи. От тебя требуется только достать один единственный компонент, необходимый для запуска ''Цветения''. В ''Единстве'', подробный план которого ты получил, находится мощнейшее из разработанных видов топлива. Увы, воссоздать мы его не можем по независящим от нас причинам. Оно производится только в убежище Единства и используется для некоторых сложных машин. Нужно лишь пробраться в убежище, найти способ достать топливо и выбраться с ним. Для хранения подойдёт любой сосуд. Необходимо две сотни грамм. Получится достать больше — замечательно. Если не выйдет узнать, где используется топливо, то нужно пробраться к «Сердцу», которое его производит. Его нет на обычном плане Единства, так что будет необходимо найти кабинет ведущего учёного. У него должен быть полный план. Один из Нас будет следить и окажет поддержку в случае необходимости. Когда топливо будет у тебя, тебе помогут добраться до Запредельной Науки. Если ты придёшь к выводу, что работа для тебя слишком сложна, то завтра, покидая дом, оставь все бумаги на столе, и мы найдём кого-то другого. Наедюсь на сотрудничество. С.Х.»

«Запредельная Наука? Та-ак… и во что же я собираюсь вляпаться на этот раз?»       В дверь постучали. Эвальдо, не ждавший гостей, этот звук проигнорировал. Стук возобновился, на этот раз гораздо настойчивей. Стучали уже, похоже ногой. Нахмурившись, парень схватил со стола нож и на всякий случай вынул из кобуры на поясе револьвер. Откинул барабан, дозарядил его вынутыми из кармана патронами, взвёл курок и подошёл к двери.        — Открывай, отродье! — прозвучал не предвещающий ничего хорошего мужской голос.       С той стороны прекратили стучать и зашептались. Прислушавшись к голосам, Эвальдо сделал вывод, что незваных гостей всего трое.       Внезапно окно в комнате, находившейся прямо напротив входной двери, разбилось, и Эвальдо краем глаза заметил влетевшую внутрь светошумовуя гранату. Он бросился обратно в соседнюю комнату, где бросил свои вещи, и захлопнул хлипкую дверь, отгораживаясь от взрыва. В ушах зазвенело, но чувствительные глаза от яркого света удалось уберечь. Скрип доски выдал одного врага. Должно быть, влез через окно следом за брошенной гранатой.       Распахнув дверь, Эвальдо моментально вздёрнул револьвер, навёл на врага, пока тот не успел среагировать, и спустил курок. Человек забрызгал пол кровью и с пробитой навылет головой рухнул на пол. Второй кинулся с ножом сбоку, со стороны входной двери, сорвать с петель которую оказалось, похоже, совсем несложно.       Эвальдо метнулся вправо, пропуская нож мимо, выстрелил снова, не тратя время на прицеливание. Пуля лишь задела плечо, оппонент попался довольно шустрый, но всё равно в скорости реакции он здорово проигровал мутанту. В дело тут же пошёл нож, легко вспоровший горло врага прежде, чем тот успел даже остановиться после своего первого рывка. Унылый алый фонтанчик окатил стену, скрашивая однотонность дома. Не так Эвальдо хотел бы украсить стены, когда думал о мрачности обстановки.       Тут он осознал, что совершил оплошность, повернувшись спиной к комнате с разбитым окном, через которое влез первый противник. Было поздно: к подбородку прижали остриё кинжала. Эвальдо замер.  — Ну что, допрыгалось, отродье? — как-то вяло прошипел человек. — В нашем городе мутантам не… место…       Он резко замолчал, как если бы ему не хватило воздуха. Тогда Эвальдо схватил его руку, уже начавшую опускаться, вырвал из неё кинжал, бросил на пол, отскочил и обернулся. Враг помутневшим взглядом серых глаз смотрел на него, явно не понимая, что произошло, и медленно оседал. Когда же его голова с глухим стуком приземлилась на пол, Эвальдо увидел, что следом за третьим недоброжелателем в дом влезла никто иная как черноволосая наёмница. Теперь она стояла у окна, играясь с небольшой трубкой, крохотным аналогом духовых трубок, что некогда древние племена использовали для метания дротиков. На близком расстоянии — отличное оружие.        — Айсири? — удивлённо поднял бровь Эвальдо. — Ты-то что здесь делаешь?        — Всегда пожалуйста, — язвительно бросила Айсири. — Решила зайти, а у тебя тут гости. Наверное, не стоило вам мешать.       Она шагнула к поверженному человеку, наклонилась и выдернула что-то из его шеи. Потом повернулась к Эвальдо и продемонстрировала тонкую иглу.        — Тоже вариант применения дряни из Дыры. Развести в воде и на любое колющее. От прямого попадания в кровь мозг, видимо, быстро даёт сбой, но эффект, правда, временный, — девушка улыбнулась. — Так что, я заслужила благодарность?        — Да. Спасибо, — кивнул Эвальдо и опустил револьвер назад в кобуру. — Но сомневаюсь, что ты шла ко мне просто проведать, мы виделись с час назад. Чего ты хотела?       Айсири отвела взгляд и неопределённо махнула рукой.        — Не поговорить, конечно, — сказала девушка и потёрла ладони. В глаза бросилась открытая папка на столе. — А это что? — кивнула она на план убежища.        — Сначала скажи, зачем пришла. И как меня нашла.        — Мне просто не спалось, вот и захотелось поделиться мыслями о кое-какой совместной работе, — Айсири плюхнулась на диван, выбив облако пыли. Мебель протестующе заскрипела. — Этот дом прямо под окном моей комнаты, ты реально думал, что я чисто из интереса не выгляну на скрежет замка?       Эвальдо прищурился и посмотрел в зелёные глаза. Вряд ли её заинтересует то, что предложили ему. Дело опасное, за него не платят, да и оно запросто может оказаться простым обманом. Даже глупым розыгрышем. Слишком радужно звучит.        — У меня есть тут одно предложение, — парень продемонстрировал две записки. — Но сначала помоги мне избавиться от трупов.       Айсири фыркнула и оглядела беспорядок. Она подошла к дверному проёму, перешагнув через лежащего на полу мужчину, и хотела было вытянуть ближайшего к выходу мертвеца наружу, но Эвальдо окликнул её и указал на распахнутое окно. Сам же сокрушённо взглянул на сорванную с петель входную дверь и вздохнул, понимая, что повреждениям владелец не обрадуется.       Тела незваных гостей были успешно выброшены в окно, выходящее на ту же площадь. К ним из-за углов, уловив запах крови, уже начали стекаться крысы. Отвратительные создания с вожделением принялись за поздний ужин. К утру от трупов останутся лишь кости, хотя даже в их сохранность Эвальдо с каждой минутой верил всё меньше.       Конечно, полностью скрыть следы перестрелки не вышло: пулевые отверстия, например, скрыть не выйдет, да и кровь оттирать было нечем. Разве что дверь на место общими силами приспособили. Оставалось надеяться, что никто не пойдёт в столь поздний час выяснять причину выстрелов.       Покончив с уборкой, Эвальдо передал полученные записки подруге. Та осторожно взяла их и повертела бумажки в руках, решая, что прочесть сначала. В итоге остановилась на большой и пробежалась глазами по строкам.        — Кто дал это тебе? — она оторвала взгляд от бумажки и посмотрела на перелистывающего страницы папки Эвальдо.        — Смотри-ка, тебя что-то заинтересовало, — хмыкнул Эвальдо и пожал плечами. — Не знаю.        — Слушай, не передашь папочку? Сам-то уже, наверное, пролистал не раз.       Парень кивнул и протянул планы Айсири, пристально изучая девушку взглядом. Та взяла бумаги в свои руки и тупо уставилась на первую попавшуюся страницу. Через несколько секунд она грубо выругалась и захлопнула папку.        — Ты точно не знаешь, кто тебе это подсунул? — в её глазах загорелся странный огонёк. — Хоть что-нибудь, внешность, пол, одежда?        — Эй, в чём дело? — Эвальдо немного отстранился от резко переменившейся в поведении Айсири. — Мне это сунули под дверь. Я никого не видел.       — Чёрт! — девушка с силой швырнула раскрытую папку на стол.        — Да что случилось-то? — снова спросил Эвальдо.       Айсири вздохнула. Несколько секунд прошли в тишине.        — Ладно, смотри сюда, — она ткнула пальцем в лист папки, на котором был изображён РОМ. — Это Распылитель Органической Материи. Страшная штука, — Айсири поёжилась. — Насколько я понимаю, это устройство распыляет всё органическое, если оно достаточно близко. Но не суть, вот, — она указала на едва заметный текст, написанный в углу карандашом. Тем же почерком, что и записки. «Лично наблюдал работоспособность в Абсолюте. При входе воспользовался анкетой на имя Пятого, необходимо вычеркнуть. Дальнейшие проверки не требуются.»        — Ну и? — не понял Эвальдо, пробежавшись глазами по тексту.        — Абсолют — название убежища. Моего убежища. И пока я жила там, я знала Пятого. Вообще, благодаря ему я сейчас жива, — медленно заговорила Айсири. Слова давались ей с трудом. — Но он же не… он же… не эксперементатор, не один из… них? Или неужели он просто…       Девушка начала бубнить что-то невнятное. Эвальдо же несколько растерялся.        — Стоп, стоп-стоп. Из них — из кого?       — Из учёных, которые проводили над нами опыты, — Айсири сглотнула и потрясла головой, пытаясь откинуть неприятные мысли назад в глубины памяти.       Заглянув ей в глаза, Эвальдо содрогнулся от того, сколько неподдельного ужаса в них было. «Что, чёрт возьми, происходило в том убежище?»        — Это может быть совпадение. Это ведь порядковый номер, да? Так кто знает, сколько пятых… подопытных там было за последние сотни лет? — попытался успокоить девушку Эвальдо.        — Всего несколько, — покачала та головой. — Надпись совсем свежая, а номера начинают присваивать по кругу только спустя пятьдесят лет, если они не заняты живым человеком. Время в Абсолюте считали иначе, там сейчас только вторая сотня лет началась. Да и этот почерк похож на почерк того самого Пятого.        — Возможно, эти документы — перепечатанные копии, и тогда надписи просто остались от первого владельца.       Айсири с усилием потерла одну букву, и она расползлась под пальцем.        — Увы, чернила бы так не размазались.        — Тогда мне больше нечего сказать, тебе тут уже лучше знать, — сдался Эвальдо.       — Проверить бы по камерам, кто подходил к дому… — задумчиво сказала Айсири. Состояние испуга у неё, судя по голосу, прошло, теперь появилось простое желание выяснить, совпадение ли это.        — Было бы здорово. Вот только сомневаюсь, что в этом городе вообще есть камеры. К тому же… Ты же не первый день в Пустоши и знаешь, что учёных Запредельной Науки никто не любит. Без хорошей маскировки они никуда не пойдут, для них не составит труда изменить цвет волос, глаз, кожи и даже пол. Уж больно за эти умные головы много платят.        — Это да, но…        — К тому же, письмо мог написать один человек, а передать какой-нибудь посредник. Как выглядел Пятый вспомнишь?        — Конечно. Помню, у него были очень светлые короткие волосы, почти белые, и тёмные глаза. Ну, бледная кожа, но она у всех жителей Абсолюта такая. И он был довольно высоким, — девушка задумалась. — Это всё. Никаких особых примет.        — Значит теперь мы его опознаем, если увидим.        — Сам же сказал, что они легко меняют внешность. Значит, в Абсолюте, скорее всего, он тоже выглядел не так, как выглядит на самом.        — Может быть, там он заморачиваться сильно не стал. Долго пребывать в неродной шкуре даже учёным должно быть некомфортно, а из того убежища, судя по твоим рассказам, никто не выйдет, а если и выйдет, то искать какого-то Пятого не станет.        — Надеюсь. Ладно, в любом случае, особого дела мне до него нет. Очень неожиданное совпадение немного выбило меня из колеи, вот и всё. Забыли.       Айсири вновь внимательно перечитала записки. Понять, о чём она сейчас думала, было невозможно. «Вдруг она захочет просто ограбить убежище, имея детальный план? Или продаст сами бумаги…»        — Кстати, Айси… — осторожно начал Эвальдо, решив зайти издалека. — что ты знаешь о ''Цветении''?        — То же, что и все. Волшебная хрень, которая якобы может убрать радиацию и все её последствия.        — Веришь в неё?       С ответом девушка помедлила. Сейчас каждый из них пытался первее понять мотивы другого, чтобы узнать, в одной они лодке или же кто-то за бортом. Айсири решила рискнуть первой: если верить записке, то Эвальдо сделали такое предложение как раз из-за его позиции в этом вопросе. А это значит, что они на одной стороне.        — Хочу верить. Кто не хочет? Хотя нет, многие, наверное, — Айсири замялась, собирая мысли в кучку. Её взгляд зафиксировался на горящей ламе, и она заговорила вновь. — Я, как человек, выросший в подземной банке, хочу верить в лучшее. Раньше я надеялась, что наверху будет лучше, чем в Абсолюте. Но здесь оказалось не лучше, а просто по-другому. Так что моя неудовлетворённая надежда увидеть лучший мир всё ещё живёт внутри меня. Как-то так, — она обернулась к Эвальдо, и их взгляды пересеклись. — А ты? Судя по этому письму, ты тоже не против помочь с возрождением цивилизации. Почему?        — Я… — он отвёл глаза и приготовился к долгому объяснению. — я не знаю.        — В смысле? — девушка склонила голову на бок. — Просто хочешь, потому что хочешь?        — Как-то так, да. Правда, я не знаю, врать не хочу, просто…        — Окей, ответ принят, — кивнула Айсири.       Эвальдо не сразу осознал, что допрос на этом и закончился.        — Погоди, ты это серьёзно?        — А что, пытать мне тебя, что ли? Не хочешь — не говори, а долгого нытья мне не надо. В твоих намерениях я не сомневаюсь: тебе лично написал Спаркс. Сочинить ты и так мог что угодно, большим доказательством это бы не стало.        — Звучит логично, — расслабленно выдохнул Эвальдо, но тут же снова напрягся. — Стоп, что за Спаркс?       Выражение лица девушки вмиг преисполнилось лукавства.        — Ты что, не знаешь, кто подписался отправителем? Ты, который тыкал мне в моё отсутствие любопытства? — Айсири хохотнула.        — Эти инициалы мне не знакомы, будь добра, объясни, — недовольно попросил Эв.        — С удовольствем. Спаркс Хамилтон, если я правильно помню. Его имя есть в некоторых старых документах. У меня есть основания полагать, что он первый из тех учёных, которых мы знаем сейчас. Были определённые намёки на то, что он стал учёным-мутантом ещё до Конца.        — Но как? — Эвальдо покачал головой. — Мутанты могли появиться только после использования оружия Конца.        — Возможно, это был неудачный эксперимент или просто он с чем-то накосячил. Это только мои догадки. Могу потом тебе перекинуть на телефон файлы, если они у меня ещё есть.        — Было бы неплохо. Но постой, так тогда это он был в Абсолюте?..        — Сомневаюсь, что это почерк Спаркса. То есть, скорее всего, кто-то под диктовку написал и побежал к тебе. Возможно, с этой папкой раньше работал тот, кто стал Пятым. Слишком мелкое это дело для лидера Запредельной Науки.        — Вероятно. Тогда это становится ещё больше похоже на какую-то шутку. Не думаю, что сами учёные не могли просто в пух разнести убежище, если только оно отделяет их от цели. Или цель другая, и нас просто используют. Возможно, там есть какая-то особая защита, и нас отправляют для разведки. Они сами предупредили, что за нами будут наблюдать.        — В этом есть смысл, — Айсири откинулась на спинку дивана и принялась изучать потолок. — Как бы там ни было, грех не воспользоваться планом убежища, достать их почти уже нереально.        — Нам ещё придётся искать путь внутрь, — напомнил Эвальдо. — Судя по планам, убежище под землёй.        — Ничего, найдём. Вентиляция у них должна быть, на крайняк через неё полезем. Обойдём по периметру, вдруг есть какие чёрные ходы.       Наёмница, казалось, собралась сказать что-то ещё, но передумала и вздохнула.        — Пойдёшь спать к себе?        — Это очень жирный намёк. Поняла, уже ухожу, — Айсири поднялась и откинула волосы за плечи.        — Да нет, я наоборот хотел предложить тебе остаться здесь, спокойнее будет.        — Нет уж, спасибо, мне здесь не нравится. К тому же, мне ещё общаться с посетителями одного замечательного заведения, — фыркнула Айсири. «Не нравится здесь, но нравится в той помойке, очень логично.»        — Тогда я зайду к тебе утром, когда проснусь. Мы же не собираемся торопиться?        — Каких-то временных ограничений нам не ставили, за срочность не платят, так что спешить не куда. Как раз придёшь и разбудишь меня. Надеюсь, впомнишь, в какой я комнате.       На этом и разошлись. Эвальдо подпёр шаткую дверь стулом за ушедшей Айсири, спрятал папку с планами, потушил мерцающую лампу и свалился на диван, вверяя безопасность сна своему чутью. Он уснул почти сразу, убаюканный копошением крыс за стеной.

***

      Вот уже несколько минут Эвальдо тупо пялился в потолок, не находя в себе ни физических сил, ни какой-либо мотивации подняться. Солнце, похоже, уже встало, хотя сказать это с уверенностью было трудно: небо застилала плотная завеса облаков, а ночное зрение частенько заставляло его сомневаться во времени суток. Особенно если какой-нибудь спокойный день он проводит с книгой. Захотел прерваться и выйти воздухом подышать, а на небе уже луна и звёзды.       Памятуя о назначенной встрече с Айсири, Эвальдо всё же смог заставить себя приподняться и сесть на диване. Увидев, что находилось на столе, парень засомневался, действительно ли он проснулся. В голове разом смешались испуг, удивление и интерес.       Тощий серый кот, нагло развалившись на столе, невозмутимо вылизывал лапу. Почувствовав на себе взгляд человека, гость поднял голову. Два глаза — голубой и янтарный — пристально глядели на Эвальдо.        — Ты как тут?.. — парень протёр глаза, чтобы убедиться, что кот действительно сидит перед ним.       Дверь закрыта, окна тоже. Предположив, что с его восприятием может играться собрат-мутант, Эвальдо протянул руку к животному. Кот поначалу отпрянул, но через несколько секунд обнюхал вытянутую руку и толкнул её головой, тем самым развеяв все сомнения в своём существовании. Задумчиво хмыкнув, парень покачал головой и, окончательно проснувшись, встал и выглянул в окно. Если этот кот — таинственный мутант, и до сих пор его не убил, значит вряд ли собирается.       Солнце действительно уже поднялось над крышами домов, а значит, сейчас часов восемь утра. По площади перед окном ходило намного больше людей, нежели вечером, они явно чувствовали себя спокойнее при свете дня. От тел, выброшенных в окно, остался один-единственный череп, остальные кости были разбросаны по площади.       Удовлетворённый увиденным, Эвальдо вернулся к столу и наклонился к лежащей на нём сумке. Выудив банку с консервированными помидорами, открыв её и достав ложку-вилку, он наконец заметил, что серый паршивец переместился на тёплый диван, улёгся, поджав лапы под грудь, и в упор, не мигая, смотрел на него.       — Что? — спросил парень.       Кот, разумеется, ответить не мог.        — Не смотри так, страшно становится. Раз уж залез сюда и хочешь сидеть — сиди, не выгоняю, но не пялься так.       Кот моргнул и перевёл взгляд на окно, словно вняв просьбе. Эвальдо сел рядом с ним, периодически подозрительно на него поглядывая, но ничего странно не замечая, и принялся за завтрак. Когда с едой было покончено, банка отправилась в яму в полу соседней комнаты, служившую мусорником.       Проверив, все ли вещи на месте, Эвальдо оделся, перекинул через плечо лямку сумки и осторожно отодвинул стул, подпирающий входную дверь, готовясь в любой момент её поймать. Но его ожидала ещё одна удивительная новость: дверь вновь открывалась и закрывалась, словно и не была сломана. Застыв на месте и пытаясь осмыслить происходящее, парень уставился на дверные петли. Кто-то аккуратно закрепил их заново, но трещины в древесине остались.       Что-то толкнуло его ногу, и он дёрнулся, представив, что лысая крыса уже собралась вцепиться в него, пока он стоит. Но, глянув вниз, он увидел лишь трущегося об него серого кота.       — Загадочный зверь, что невесть как в моём доме очутился, не знаешь, как так вышло? — он указал на дверь.       Кот никак не отреагировал на вопрос.       — Ладно, неважно.       Бывали ночи, когда тело Эвальдо вставало и занималось привычными или запланированными примитивными делами, пока сознание продолжало спать. Должно быть, это побочный эффект его мутации. Его всегда тянуло к ночному существованию, но полностью отказаться от дневной жизни было невозможно: большая часть людей, с которыми можно было работать, бодрствуют днём. Из-за этого конфликта он страдал лунатизмом, и привык списывать на это все благоприятные изменения окружения.       Эвальдо вышел на улицу, закрыл дверь и спрятал ключ в оговорённом с владельцем дома месте. Весь недолгий путь до дверей Дыры серый кот держался от Эвальдо на расстоянии, периодически пропадая из виду. Но стоило парню решить, что тот больше не явится, снова выходил в поле зрения, чтобы через несколько секунд в очередной раз исчезнуть. Внутрь он вряд ли проскочит. Эвальдо было любопытно, потеряет он потом интерес или будет ждать.       В голове сами собой всплыли слова из письма, твердящие, что кто-то из Запредельной Науки будет следить за ним. «Бывают ли учёные коты?»