Утраченные Цветы

Благими намерениями устлана дорога в ад.

Похоже, я потихоньку схожу с ума. Происходящее после той жуткой вспышки и грохота кажется мне кошмарным сном, порой кажется, что стоит проснуться — и всё вернётся на свои места. Но раз за разом утром я открываю глаза и вижу над головой запятнанный ржавчиной потолок первого уровня Убежища 101, или, как оно называлось официально, «Убежище персонала». Забавно, ведь «Убежище руководителей» неподалёку оказалось сделано хуже, чем для персонала, все внутри погибли из-за чёртовой радиации. Дверь недостаточно плотно закрыли… Казавшаяся недавно столь далёкой война постучалась в дверь. Точнее, о чём это я? Не постучалась, а снесла к чертям с петель, после чего и дом с землёй сровняла. Я набрал код на терминале, и огромная дверь с торжественной неторопливостью откатилась в сторону. Воздух из баллонов имел странный привкус, совсем не такой, как свежий, настоящий, и это огорчало. Ведь я больше никогда не смогу вдохнуть настоящий лесной воздух после тёплого летнего дождя, пропитанный ароматом хвои, а иногда и грибов. Выжившие после бомбёжки многое потеряли. Кто-то потерял ценные вещи, кто-то близких, а такие, как я, ещё и природу. Лес. Луга. Цветы. Некогда зелёная, цветущая планета стала пустыней в считанные часы. Люди утратили прекрасное, волшебное — природу. Утратили цветы. В защитное стекло прилетели комки песка, на секунду ухудшив видимость. Это вернуло меня с небес на землю. Я снова, уже который раз, стою на пороге последствий неверно принятых человечеством решений. Нет, моих решений. Модификации, что я внёс в строение радиоактивных изотопов оказались куда значимей, чем я предполагал. И ведь заказчик определённо знал, насколько разрушительно то, что я сделал! Я лишь надеюсь, что он сдох в муках где-нибудь в своём правительственном убежище… Я быстро шёл к зданию впереди — институту, в котором я работал до случившегося. Постепенно перетаскивал нужное мне оборудование. После неполного года, проведённого в бункере, я решил, что сидеть без дела — это, мягко говоря, не продуктивно. Прошло не так уж много времени, почти полтора года, но вот уже вчера я видел довольно крупную лысую крысу. Её тело было изуродовано, исковеркано. Она выглядела так, будто заданные природой алгоритмы деления клеток спутались в один плотный комок, и теперь её тело развивается так, как само того пожелает. Двойной хвост? Без проблем. Третий глаз с двумя слепыми зрачками? Да запросто! Меня передёрнуло, стоило только вспомнить несчастное животное. Это я был причиной. Из-за меня все теперь страдают. И будут страдать. Долгие, долгие годы. Пришлось замедлить шаг. Впереди, чуть левее от меня, стояло несколько брошенных машин. И в одной из них только что что-то шевельнулось. Я шагнул вперёд. Секунда — и оттуда вылетела бурая молния с горящими янтарными глазами. Она замерла в нескольких метрах от меня, настороженно разглядывая. Огромная тварь. На меня с подозрением смотрела огромная гора мяса и мышц, отдалённо напоминающая собаку. Лапы стали похожи на ласты, а хвост словно кто-то расплющил. «Готовится к выходу в море, что ли?» Секунда — и это чудовище накинулось на меня. Бежать не было смысла: в этом неповоротливом костюме двигаться тяжело, а раззадоривать эту тварь желания не было. Мощные лапы в мгновение прижали меня к земле. Стекло шлема запотело от горячего дыхания гончей. Прямо перед моим лицом зависла уродливая морда и пасть, полная странных зубов. С такого расстояния можно было различить десятки едва-заметных опухолей, покрывавших всю кожу. Несколько таких уже превратились в подобие щупалец, маленьких и тонких. А зрачок в этих глазах, похоже, начинал приобретать ту же горизонтальную форму, что и мои. «До чего отвратительно…» Меня передёрнуло от отвращения. И отнюдь не к несчастному созданию. Весь его вид выражал одно желание: убивать, но не оно было виновато. «Они все пострадали из-за меня.» Весь ужас, всё происходящее — моих рук дело. Я, как наивный ребёнок, согласился работать и отдавать все плоды в чужие руки. В обмен на безопасность своей семьи, в обмен на защиту от угрозы, причиной которой в итоге оказался сам. Да, я не привёл в действие страшное оружие, но создал. И теперь моими руками убиты миллионы… Да что там, миллиарды! Я хотел умереть. Я не хотел видеть всех тех вещей, что последуют дальше. Будучи создателем апокалипсиса, я не предполагал, а знал, что произойдёт. Мутации. Нарушение баланса, разрушение пищевых цепей. Медленное вымирание. Мир будет распадаться, прямо как чёртовы ядра нестабильных атомов, созданных мной. Шанс, что все новые представители флоры и фауны смогут заново выстроить правильную экосистему, был мизерным. Все мутации, вызванные ПХ-13, будут направлены на выживание конкретного вида, мутанты будут становиться всё сильнее и сильнее, пока не исчерпают все лимиты. Если бы только была возможность всё исправить. Вернуться назад, выбрать другой путь. Но его не было. Машины времени, перемещения — это по части фантастов. Ведь так? Внезапно в сознании что-то мелькнуло. В голове словно зажглась маленькая лампочка, пролившая свет на нечто очевидное и до смеху простое. Мозг учёного мгновенно составил план действий и поставил чёткую цель. Но весь свет от маленькой лампочки быстро поглотила тьма, нахлынувшая после непредусмотренного природой отделения головы от туловища. Тварина с любопытством взглянула на вырвавшийся кровавый фонтан и сделала шаг назад. Мгновенно утратив всякий интерес к жертве, она сорвала несколько пожухлых листков, заглотила и слизнула с ласты кровавые ошмётки. Бросила последний равнодушный взгляд на человека, пулей кинулась к ближайшему невысокому деревцу и впилась своими чрезвычайно прочными зубами в кору. Через несколько минут интенсивной работы длинными передними зубами часть коры, находивашяся в зоне досигаемости, оказалась сгрызена, а бобр помчался к следующему замеченному деревцу.

***

— Я ухожу. — Что значит уходишь? Девушка махнула длинными волосами цвета снега, того прекрасного белого, которого он был до того, как весь мир оказался поражен ядом. Заправила мешавшуюся прядь за ухо и проворчала, устремив взгляд алых глаз на полупрозрачное облако перед собой: — То и значит. Я не могу сидеть без дела. Ты помог мне вернуть зрение, научил выживать, научил использовать силы, о которых я даже не подозревала, но… — Ты хочешь меня предать? — спросило облако. — Ни в коем случае, — покачала головой девушка. — Я верна тебе, всегда была и останусь. По первому твоему зову я приду. Но с моими способностями я не должна торчать в этом подземелье, — в тихом голосе звучала стальная уверенность. — Я в состоянии помогать. Нужно найти тех, кому нужна моя помощь. — Глупая, — прошипело облако, сжавшись. — Сначала тебя используют, потом извратят, вывернут наизнанку! Это люди, посмотри, что они сделали со своим домом! — Я тоже человек, — перебила девушка. — Эбратхи, послушай меня, милая! Они навредят тебе, тобой воспользуются! — Пусть так, — поморщилась Эбратхи. — Но я смогу повлиять на ход истории. Я слишком сильна, чтобы придерживаться нейтралитета. Мне пора выбрать сторону, на которой я хочу сражаться за будущее. — Наоборот… — с глубоким разочарованием вздохнуло облако, когда девушка выскочила за дверь. — Такие, как ты, всегда должны оставаться в стороне. Вы слишком сильны. А когда тьма окутает твоё доброе сердечко, — облако сжалось ещё плотнее и содрогнулось от кольнувшей душу боли, — ничто не сможет устоять против тебя, моя девочка.