Борьба с возражениями

      — И всё-таки я понять не могу, — Намджун кажется искренне озадаченным, — как ты могла втюриться в представителя офисного планктона, когда все эти годы рядом с тобой были такие классные мы?       — Иди ты, — беззлобно отвечает Тэхи, со смешком швыряя в лидера BTS попкорн. Они все сидят в зале для танцевальной практики; Им Тэхи до этого пришла скооперироваться со стилистами по части одежды и обсудить имидж парней в грядущие выступления, а после солнечный Чимин уговорил её заглянуть к ним на тренировку. И Тэхи заявилась — с усмешкой и огромной порцией попкорна, ведь с ним вечно смотреть на огонь, воду и как кто-то работает гораздо приятнее.       И в итоге к её скромному нахождению на полу в углу зала присоединился Намджун, который теперь нагло грабастает попкорн в свой огромный рот. Тэхи смеха ради периодически мешает ему дотянуться до вкусняшки, но на деле совсем не против: более того, она это купила скорее для них, чем для себя. А с Рэпмоном ей и дышится легче — с самого начала Тэхи было проще общаться с близкими ей по возрасту Намджуном и Хосоком, чем с остальными. Джин показался ей слишком взрослым и высокомерным, Шуга просто был пугающим, Ви — слишком странным, Чонгук для младшего был чересчур вредным и нагловатым… Ах, конечно, как она могла забыть про Чимина: этот парень был поначалу её любимцем среди младших, потому что сложно не проникнуться его искренней и доброй натурой.       Кто теперь её любимец, Тэхи и не знает. За эти годы работы с ними вместе в сердце Им Тэхи для каждого из BTS нашлось своё место, пусть и не со всеми она была близка так, как хотелось бы. Она продолжает робеть перед старшими — любыми старшими; а значит, и перед Сокджином с Юнги, несмотря на их явную расположенность к ней. Тэхи знает, что Джина несколько огорчает её уважительная отстранённость, но ничего не может с собой поделать: трудно выбить из себя приверженность нормам, что родители внушали ей с детства.       Она совсем не способна на естественный пролом границ, которые младшие участники BTS совершают без всяких проблем. Им Тэхи и сейчас с восхищением наблюдает за тем, как легко Чимин позволяет себе подшучивать над Хосоком, а потом галопом несётся от Джей-Хоупа по всему тренировочному залу; как Ви громко хохочет, глядя на деревянные, но упорные попытки Джина овладеть одним из движений танца; как Чонгук, готовый в любой момент спасительно бежать, с азартом в глазах тычет в щёку прикорнувшего прямо на полу Юнги. От последней картины Тэхи не выдерживает и прыскает: большинство участников после изнурительной тренировки продолжали излучать энергию, и только «дедушка» Юнги себе не изменяет. Как и Чонгук, вредничающий даже сейчас и не дающий хёну поспать. Кажется, в последнем виноват Хосок: ходил и доставал всех спящих, подал младшему дурной пример, вот и вырос монстр!       Чонгук замечает её смеющийся взгляд и подмигивает, заставляя Тэхи поперхнуться попкорном. Вот, вот на подобное по отношению к старшим Тэхи абсолютно неспособна! Ей даже представлять страшно ситуацию, где она возьми — и подмигни Джину или Юнги. И даже знание того, что Сокджин явно порадуется подобному панибратству, совсем не помогает. Откуда только в макне столько наглости? Тэхи продолжает мысленно ворчать, но где-то на краешке сознания понимает, что ей такое очень даже нравится. Эту непосредственность Чимина, Тэхёна и Чонгука по отношению к ней Тэхи готова холить и лелеять. Она всегда любила общаться с младшими, но, положа руку на сердце, донсены из BTS её любимцы. Родные любимцы.       — И всё-таки… — вновь заговаривает Рэпмон, привлекая внимание Тэхи, — бытие офисным планктоном кажется очень скучным.       — Что плохого в работе госслужащего? — мгновенно возражает Тэхи. — У него стабильная зарплата.       — Пффф…       — И Мигён тоже классный. С ним я будто за каменной стеной, — продолжает Им Тэхи, будто бы не замечая пренебрежения Намджуна. Тэхи и правда чувствует себя увереннее вместе с Мигёном, ведь она знает, что он способен решить любую проблему.       — Всё равно звучит очень скучно, — вздыхает Рэпмон. — Я чувствую загубленную мечту.       Тэхи молчит, потому что лишь подтвердит слова Намджуна, когда ей этого очень не хочется. Она помнит школьные годы… Помнит, как Мигён получал подзатыльники от учителей за то, что вместо конспектирования их слов он писал собственные рассказы. А однажды, в период выпускных экзаменов, перестал. И до сих пор не начинает писать вновь. Честно сказать, это волнует Тэхи. Она даже напоминала Чхве Мигёну об этом, но он лишь отмахивался; и в конце концов Тэхи перестала настаивать на возрождении хобби. Потому что понимает, что он устаёт за день работы и у него не остаётся сил.       Парни из BTS тоже очень устают, но всё равно находят в себе силы продолжать стремиться к мечте. Или жить в ней? Ведь их мечта — музыка… Тэхи чувствует обиду за Мигёна, но понимает, что не все способны жить таким образом.       — У меня тоже стабильная работа, и я счастлива, — решает она перевести тему на себя. Намджун лениво фыркает, стряхивая с кофты крошки от попкорна.       — Ещё бы. Ты же работаешь с нами.       — Какое самомнение, — хмыкает Тэхи, но понимает, что он прав. Ей всегда нравилось наблюдать за талантливыми людьми, а благодаря своей работе она и вовсе чувствует себя причастной к их взлётам… и падениям. И при этом её зарплата в безопасности. Очень удобно.       Ви неожиданно начинает совершать странные пируэты вокруг Джина, явно призывая ему на помощь бога танцев, и Тэхи не выдерживает и начинает в голос смеяться; к странному танцу присоединяются Хосок и Чимин, которые утомились от бессмысленных догонялок. Намджун, продолжающий хрумкать попкорн, тоже еле слышно фыркает при взгляде на своих одногруппников.       — Тэхи-нуна смеётся над Джином-хёном! — восклицает Чонгук неожиданно прямо ей в ухо, и Тэхи вновь давится: макне отстал от спящего Шуги и явно нацелился на новую жертву. И Тэхи совсем не нравится, что это она. И вообще, когда он только успел к ним так близко подобраться?!       — И вовсе не над ним! — как она ни старается, в голосе всё равно слышатся оправдательные нотки, а при ощущении взгляда обернувшегося Джина Тэхи поспешно кланяется головой в извинении. Сокджин лишь машет рукой.       — Я сам с себя угораю!       — «Ведь я же такой красавчик!», — отвратительным голосом добавляет Джей-Хоуп, пародируя Джина, и между парнями немедленно возникает шуточная потасовка. Тэхи надеется, что Чонгук отвлечётся на неё, совсем как Намджун, который немедленно понёсся принимать непосредственное участие в событиях, но макне и здесь проявляет свою пресловутую вредность и садится на место Рэпмона, выхватывая попкорн.       — Вот ты смеёшься, нуна, а ведь сама танцуешь как бревно, — совсем уж неожиданно делится мнением Чонгук и явно испытывает удовольствие, когда Тэхи смотрит на него с возмущением.       — Я не бревно!       — Охотно верю, — кивает Чонгук, — но в танцах ты дерево.       Тэхи не сразу понимает, на что Чонгук намекнул началом своей фразы, но когда доходит, только и может раскрыть рот в изумлении. А Чонгук, который неотрывно смотрит ей в глаза, лишь улыбается, периодически кидая в рот попкорн.       — Чонгук-а, — менторским тоном начинает Тэхи, и макне немедленно морщится, хватает горсть попкорна и вскакивает на ноги. Им Тэхи не сдаётся, поднимаясь вслед за ним с нравоучительным выражением на лице. — Ты иногда совсем границ не видишь! Следи за своей речью!       — Ой, отстань, нуна. Лучше давай, покажи свои огненные движения! — Чонгук начинает мастерски выделывать волну телом, глядя на растерявшуюся Тэхи с ехидством. В такие моменты ей по-настоящему хочется дать ему подзатыльник! Этому мальцу везёт, что Тэхи-нуна его любит и готова простить все обиды, да-да.       А ещё — Чонгук ведёт себя совсем как раньше и будто бы перестал дуться; до этого они несколько дней почти не сталкивались, но у Тэхи всё равно возникло ощущение, что он старается её игнорировать. Что ж поделать, что в «как раньше» входят бесконечные подколы, порой совсем не добрые… Но как можно не любить этого очаровательного засранца, особенно когда он смотрит в твои глаза с этой миленькой улыбкой? Ох, не зря столько женских сердец трепещет при его виде!       — Айгу, я тебе покажу дерево! — в итоге скидывает с себя чёрный пиджак Тэхи, вдруг встаёт в боксёрскую позу и делает несколько резких ударов в воздух.       — Джин-хён, Намджун-хён, сейчас будет шоу, которое повысит вам самооценку! — с искренним восторгом хохочет Чонгук, и остальные мемберы немедленно отвлекаются от бессмысленных разборок и окружают Тэхи, которая полна решимости утереть нос макне. Даже сонный Юнги приподнимается на локтях и ворчит, чтобы Чимин отошёл в сторону и открыл ему вид на Им Тэхи.       Что ж… Под конец представления, устроенного Тэхи, все участники группы уже лежат на полу, задыхаясь от смеха — как и сама Им Тэхи, которая рассчитывала именно на такой эффект. Её навыки в танцах настолько плохи, что это правда смешно: но благодаря BTS она и из своего недостатка научилась получать удовольствие. Чонгук и Хосок, порой давясь от душащего смеха, пытаются, лёжа спиной на полу, повторить особенно понравившиеся движения её нелепого танца.       — По-моему, даже деревья гибче тебя, нуна, — безжалостно продолжает смеяться над ней Чонгук, за что и получает дружеский пинок от Тэхи.       — Не, Тэхи-я, это совсем не дело, — Джей-Хоуп нависает прямо над ней и корчит неодобрительное лицо. — Это просто позор — уходить от нас с таким уровнем танцев. Я из тебя все соки выжму…       — О, нет, нет, нет, — Тэхи тут же теряет всё веселье и отползает от Хосока, который, кажется, вполне серьёзно загорается этой идеей. — Даже не думай. Мне и так хорошо! Вот так научите, над кем Чонгуку потом смеяться?       — Уж я найду, нуна. Вставай! — Чонгук подскакивает, тоже загораясь идеей Хосока, что Тэхи совсем-совсем не нравится: она сжимается в крепкий комок, сцепляя руки под коленями и не позволяя себя поднять на ноги. Чонгук присаживается на корточки, со вздохом заглядывая в её лицо: — И кто сейчас себя ведёт, как ребёнок?       — Вы! — пищит Тэхи. — Шакалы! Окружили невинную девушку…       — Попрошу не обобщать, — слышится голос Юнги, который немедленно заставляет девушку пристыдиться.       — Прости, оппа! Конечно, тут только два шакала: Чонгукки и Хосокки.       — Невинная, говоришь? — неожиданно скалится Чонгук. — Вот и научим тебя паре движений, чтобы твой жених начал шевелиться.       — Эй! — в возмущении подскакивает Тэхи и взмахивает руками, которые тут же ловит Чонгук, крепко сжимая её запястья. И они оба застывают, глядя друг другу в глаза: Им Тэхи с откровенной злостью, а Чон Чонгук вновь смотрит на неё холодно и жёстко — так, что пробирает дрожь. Тэхи не понимает, что с ним творится: буквально только что было всё хорошо, всё, как раньше — а теперь снова холод? Неужели он притворяется, что принял её уход, а на деле всё ещё таит обиду?       Но так сложно разбираться в том, что движет Чонгуком, когда глаза застилает ярость. Ведь теперь он постоянно в разговорах делает намёки… Неприемлемые намёки! Возможно, это нормально для парней — шутить, издеваться подобными намёками, или даже более откровенными, но рядом с ней они раньше никогда подобного себе не позволяли.       — Гукки, ей же больно, — слышится голос Чимина, и Тэхи с облегчением выдыхает, когда её руки освобождаются из крепкого хвата. — Что с тобой творится? — Чимин напрыгивает на Чонгука со спины и начинает шутливо душить. — Опять же потом плакать будешь из-за того, что Тэхи-нуну огорчил!       — Не было такого! — ощетинивается всё ещё мрачный Чонгук, и их зрительная борьба с Тэхи наконец-то обрывается, потому что макне начинает вырываться из захвата Чимина. Ви гулко смеётся и скачет рядом, желая принять участие в новой потасовке, где наконец-то мучают макне, а не он кого-то.       Тэхи, потирая саднящие запястья, пытается размеренно дышать и утихомирить бушующую злость. Но когда её плеча касаются, голову она поворачивает резким движением, невольно пугая Джина.       — Я хотел спросить, всё ли в порядке?       — Да… да, — Тэхи нервно кивает. — Просто этот мальчишка!.. — невольно выплёскивает эмоции она и тут же замолкает, прикрывая глаза и покачивая головой. Ей даже смотреть на Чонгука не хочется, поэтому и голову не поворачивает в сторону образовавшейся кучки; почему-то потасовка набирает всё более широкий оборот, и даже Мин Юнги направляется к ним с чрезвычайно серьёзным выражением на лице. Но Им Тэхи настолько неприятно теперь здесь находится, что она даже не заинтересовывается происходящим. — Оппа… Прости за эти эмоции… Я пойду.       Джин кивает, встревожено глядя вслед Тэхи, которая покидает зал для практики быстрым шагом; а после с удивлением поворачивает голову в сторону потасовки — и спешит вмешаться, потому что из шуточной она грозится перерасти в вполне серьёзную.       Ведь у Чонгука не было настроения на шутки.       Чемодан не очень тяжёлый: за годы разъездов с BTS Тэхи научилась контролировать его содержимое и брать с собой только самое необходимое. Вот только она продолжает сидеть в коридоре прямиком на обувной тумбочке, заламывая пальцы и глядя на чемодан пустым взглядом. Сегодняшний вылет будто бы старт для скоро разрыва со ставшими родными ребятами, ведь по окончании тура… Тэхи от них уйдёт.       Им Тэхи грустно усмехается и прячет лицо в ладонях, потому что чувствует себя ужасной лицемеркой и… «лживой старухой». За эти дни злость на Чонгука успела утихнуть, и теперь чувство вины полностью заполнило её по отношению к парню. Только сидя здесь, перед самым отлётом, Тэхи осознала, что и сама в глубине души отчего-то воспринимает своё отстранение от деятельности личного стилиста BTS как полный с ними разрыв. Сама это так воспринимает! А ещё на Чонгука злится, что он думает именно так. Хороша нуна. Отличный пример для младших.       — Ты чего тут? — Мигён уже в костюме и пальто, готовый выдвигаться на работу; Тэхи поднимается с тумбочки, чтобы он мог обуться. — Тебя подвезти?       — Нет, я жду такси. Не переживай, чемодан лёгкий, — ведь Чонгук вполне может увидеть Мигёна и вновь повести себя, как дурак. Нет уж, Тэхи этого не допустит — хватит с неё сцен. Мигён легко чмокает её в губы перед уходом и всё-таки хватает чемодан, чтобы ей не пришлось спускать его к такси. И в итоге Тэхи ждёт машину несколько минут на улице, благо, погода не такая уж холодная.       В аэропорту не протолкнуться, но к этому Им Тэхи привыкла. Фанаты всегда каким-то образом узнают, что их любимые айдолы куда-то летят, и каждый раз тут как тут, готовые лицезреть своих кумиров и кричать о своей любви. Подобная назойливость кажется Тэхи в какой-то мере милой, хоть она и переживает всегда о том, не случится ли что с участниками группы. И эти крики невольно утомляют — даже их, привыкших к повышенному вниманию и радующихся ему.       Тэхи привычно устраивается рядом с менеджером Кимом в самолёте: ей не особо хочется светиться в камере «BTS Bomb» чаще привычного, а парни наверняка примутся снимать себя в полёте. Им вообще, к удивлению Тэхи, очень нравилось блистать на камеру; но ей трудно было судить, нормально это или нет, поскольку с другими группами не работала столько времени, сколько с BTS. Но рядом появляется Намджун, который останавливает её от приготовления места.       — Что-то случилось? — взволнованно спрашивает Тэхи, и Рэпмон тяжело выдыхает, повиснув на спинке сидения и подбирая слова.       — Мне кажется, тебе нужно поговорить с Чонгуком. Я просто не знаю, как ещё с этим разобраться… Этот твой уход его сильно выводит из себя, он будто вновь в переходный возраст впал. Мы с ним все пытались поговорить, но даже Хосоку сложно до него достучаться.       Тэхи вздыхает, и Намджун ей вторит не менее тяжким вздохом.       — Этот мелкий слишком привязывается к людям, — произносит Тэхи, вспоминая, как Чонгук страдал — и наверняка продолжает страдать — из-за того, что у него нет времени элементарно встретиться с семьёй. И ведь дело даже до слёз доходило.       — Что поделать. Нам, кстати, тоже не нравится то, что ты уходишь: как-то даже странно представлять, что мы без тебя будем дальше… Но Чонгук слишком близко к сердцу это воспринимает. Так что, поговоришь с ним? Мы освободили тебе место с ним рядом, всё равно он кусачий какой-то.       — Так и скажи, что просто решили отдать меня на растерзание злому макне! — возмущается Тэхи, начиная двигаться в сторону своего нового места; Рэпмон лишь насмешливо улыбается и машет ей в прощании, после чего падает на место рядом с менеджером Кимом.       По пути Тэхи испуганно вскрикивает, замечая синяк на щеке Чимина, который как раз снимает маску, что скрывала повреждение; Чимин отмахивается и молча тычет пальцем в сиденье впереди себя, где сидит насупленный Чонгук в наушниках и играет в одну из своих бесконечных игр на телефоне. Тэхи присаживается на соседнее сиденье и начинает испытующе смотреть на Чонгука, который вновь её игнорирует; не в силах терпеть больше подобного отношения, она стягивает с него наушники.       — Это всё из-за тебя! — резко выкрикивает он, и Тэхи откидывается назад в испуге; но взгляд Чонгука полон смешинок, когда он поворачивает к ней экраном телефон: крупными буквами выведено «Поражение». — Из-за тебя я проиграл.       — Переживёшь, — нервно хмыкает Тэхи, возвращаясь в нормальное положение, но поглядывая на Чонгука с опасением. Намджун сказал, что он кусачий, но Чонгук будто бы в хорошем настроении и даже напевает какую-то песенку, вновь обращая взгляд к телефону и включая переигровку уровня. — Эй, Чонгук-а! Ничего, что я тут сижу и с тобой разговариваю?       — Ничего, — расплывается макне в широкой улыбке, и Тэхи, вновь дезориентированная его наглостью, всё же вырывает телефон из рук Чонгука, который цокает языком. — Ну вот… Снова нравоучения, нуна?       — Как хотелось бы, чтобы хоть одно до твоих ушей долетело! Не все будут так добры, как я и твои хёны, к подобным выходкам, — Чонгук лишь пожимает плечами, и Тэхи выдыхает воздух, будто достигший точки кипения чайник, и качает головой: всё равно дело бесполезное. — Чонгук… Ты должен принять то, что я перестану вас везде сопровождать.       Вот так — слово «уход» и её на неправильный лад настраивает, а если подобным образом высказаться, то уже не всё так страшно звучит. Разве она от них уходит? Вовсе нет. И они никуда от неё не уйдут, вернутся рано или поздно в Сеул, где Тэхи будет тут же к ним прибегать и доставать нравоучениями от души.       Но у Чонгука ходят желваки.       — Ничего я тебе не должен, нуна. Ты же не считаешь, что должна с нами считаться.       — Вот почему ты так себя ведёшь? Почему переворачиваешь всё так, будто я такая плохая и эгоистичная? Да ты здесь единственный, кто ведёт себя эгоистично! Что за выходки, что за поведение? Ты, между прочим, очень меня обидел в последний раз! — Чонгук резко бледнеет и поворачивается к ней лицом, и Тэхи с достоинством кивает. — Да, да, молодой человек. Но я могу предположить, почему ты себя так ведёшь, и прощаю тебя. Но! Так продолжаться не может!       — Извини меня, — всё же произносит Чонгук и даже склоняет голову, и Тэхи улыбается: может же быть вежливым, когда захочет. Но почему-то он не поднимает голову, а продолжает склоняться всё ниже; Им Тэхи с удивлением смотрит на его макушку, когда Чонгук касается лбом её ладони, что лежит на подлокотнике. — Я думал, ты больше не придёшь.       — Что? Почему?       — Решишь сразу уйти, без путешествия в этот тур… Извини меня, я постараюсь больше не грубить.       — Да ты только и делаешь, что грубишь мне, — Тэхи ласково гладит Чонгука по мягким волосам, чувствуя к нему невероятную нежность. — Но будет неплохо, если ты всё же постараешься этого не делать.       Слышится объявление с просьбой пристегнуться, и Тэхи с Чонгуком спешат это сделать; пережив взлёт, Тэхи вновь расслабляется и с улыбкой смотрит на Чонгука, который почему-то сидит, понурив голову.       — Разве тебе обязательно уходить? — тихо спрашивает он, и Тэхи вздыхает. Всё-таки как ужасно звучит слово «уход».       — Я всего лишь перестану вас сопровождать в других странах и городах! Я и так будто сверхурочную работу выполняю, всюду путешествуя с тобой, — Чонгук почему-то вскидывает голову и внимательно начинает изучать её лицо, что заставляет Тэхи чувствовать себя неловко. — У меня что-то на лице?       — Ага. Твоё лицо.       — Ха-ха, — раздельно произносит Тэхи, хмурясь, — а ведь обещал перестать грубить.       — А может, это комплимент? — Тэхи косится на неожиданно милого Чонгука с подозрением и хмыкает.       — Чего ты пытаешься добиться?       — Чтобы ты не уходила, — быстро и честно выпаливает Чонгук, глядя на неё во все глаза. Тэхи тяжело вздыхает и потирает переносицу.       — Чонгукки, перестань, ладно?       — Тебе же нравится с нами работать, и ты не хочешь уходить, — уверенно произносит Чонгук, и Тэхи даже возразить ему не может, потому что он прав. — Ты делаешь это только из-за своего жениха.       — Хочу напомнить, что это моё решение, а не его. Мигён всегда принимал мою работу, — Тэхи невольно расплывается в мечтательной улыбке при воспоминании о женихе, а лицо Чонгука приобретает резкие черты.       — И всё же ты делаешь это из-за него, — настаивает он более грубым тоном, и Тэхи, хмурясь, разводит руками.       — Да, если тебе так важно! Я хочу быть хорошей девушкой, женой, хозяйкой, доволен?       — Не особо, — бурчит Чонгук. — Твоё стремление к правильности всё портит. Достала.       — Айгу. Что это? Очередная грубость от Чонгука? — Тэхи это больше веселит, чем сердит: недолго его попытка быть вежливым продержалась. — Вот видишь, я тебя только раздражаю своими нравоучениями, и, как ты там сказал, стремлением к правильности… Так что радуйся, что вскоре я буду это делать гораздо реже.       — Да нравится мне, что ты меня раздражаешь этим!       — Не кричи, — шикает Тэхи, с удивлением рассматривая пышущего злостью Чонгука. — Чего взбесился-то?       — Потому что ты дура!       — Грубая малявка, — цокает языком Тэхи и кидает отобранный ранее телефон на колени Чонгука, — на, поубивай кого-нибудь в своих играх и успокойся.       — Ты должна была его утихомирить, а не выбесить, нуна, — слышится осуждающий голос Ви за спиной, и Тэхи может лишь в бессилии прикрыть глаза. Чонгук же и вправду включает какую-то игру и выпускает в ней пар, поэтому до конца перелёта они не обмениваются и словом.       Всё выглядело так, будто Чонгук вновь будет строить из себя обиженного, но он неожиданно начинает вести себя весьма вежливо и учтиво, когда они приземляются. Не позволяет Тэхи пойти за вещами, которые остались на прежнем месте, и сам бежит к менеджеру Киму и Намджуну за её сумкой, которую вручает ей с доброжелательной улыбкой на лице. У Чонгука, и доброжелательная улыбка по отношению к ней? Тэхи принимает сумку с таким явным подозрением на лице, что Хосока невольно скручивает смех.       А Чонгук полностью игнорирует это, глядя только на Тэхи — взглядом будто бы чистым и открытым; и напоследок даже его тёплая ладонь сжимает её руку. Тэхи смотрит вслед Чонгуку, чей выход из аэропорта происходит в несколько ином виде, чем её, и не может понять, что происходит. Её ладонь будто горит от его тёплого прикосновения, и это тоже странно. Чонгук всё же решил быть милым в их последнем совместном туре? Или и вправду старается не быть грубым по отношению к ней. В любом случае, происходящие изменения Тэхи однозначно нравятся, и в машину, заказанную специально для передвижения группы и им сочувствующих, она садится с гораздо лучшим настроением.