Забытые истории "Совёнка"

~ ЭПИЛОГ ~ «ЗИМНЯЯ СКАЗКА»

«Эпиграф»

      Время от времени, холодными зимними вечерами, меня начинают терзать ностальгические воспоминания… Тогда я ставлю на огонь чайник, достаю из шкафчика пачку печенья, и, удобно разместившись за журнальным столиком, раскрываю старый потёртый фотоальбом с чёрно-белыми фотографиями, снятыми на мой старенький «Зенит». На них запечатлены все те пионеры, которые на протяжении радостных смен в лагере входили в состав моего отряда, для которых я всегда была и буду «Ольгой Дмитриевной» - временами суровой, но справедливой вожатой…       Память о некоторых отрядах была представлена целой вереницей снимков, на которых ребята играли в волейбол, купались и загорали на пляже, проводили вечера у костра… Некоторые были запечатлены лишь несколько раз - и то, в основном, на линейках, построениях и массовых мероприятиях. А вот мой самый любимый отряд был представлен лишь одной-единственной фотографией, сделанной перед самым отъездом…       Я дрожащими пальцами достаю этот драгоценный снимок из альбома и внимательно всматриваюсь в эти хорошо знакомые мне юные лица, чувствуя, как в уголках глаз начинают скапливаться слёзы. Неугомонная проказница Ульянка, ответственная и добродушная Славя, тихая и замкнутая Лена, всегда серьёзная Женя, добродушные радиолюбители Шурик и Электроник, музыкальная и общительная Мику, непокорная бунтарка Алиса, и, конечно, своенравный и умеющий приносить сюрпризы Семён…       Все эти ребята были для меня особенными. Каждый из них являлся личностью сам по себе и выделялся какими-то необычными чертами характера и особенностями. А потом, когда мне казалось, что я полностью раскусила их, показывали себя с совершенно другой, необычной стороны.       Ульянка, несмотря на юный возраст, иногда была просто не по годам умна и сообразительна. Славяна, являясь моей помощницей и доверенным лицом в лагере – временами показывала, что она всего лишь человек, а не робот, со своими достоинствами и недостатками, чувствами и эмоциями. Лена могла проводить дни напролёт с книгой в руках, избегая общества посторонних, но могла и сорваться, высказав всё что думает о какой-либо ситуации или человеке. Жене, которую, казалось бы, ничего не интересовало кроме её библиотеки и крепкого сна, тоже, как оказалось, было не чуждо ничто человеческое. Шурик мог внезапно пропасть из лагеря, никому ничего не сказав, и мне приходилось организовывать его поиски. Электроник делал вид, что интересуется только своим роботом, но я же видела, какие томные взгляды он время от времени кидал на Женю… Мику, которая, казалось бы, была образцом позитива и жизнерадостности, часто страдала от недостатка общения и одиночества. Алиса, которая на первый взгляд, была совершенно асоциальным и нелюдимым элементом, сумела найти путь к сердцу Семёна и показала себя совершенно с другой стороны.       А Семён… Он был как будто не от мира сего. Чего только стоило его прибытие в пионерлагерь на целую неделю позже начала смены, в зимней теплой одежде, без вещей и словно потерянного во времени и пространстве. Но он очень быстро освоился, даже слишком быстро… И от него никогда нельзя было угадать, чего ждать, - иногда он показывал чудеса альтруизма и был эталоном пионерской дружбы и взаимовыручки, а иногда – банально игнорировал все мои указания, делая лишь то, что ему взбредёт в голову…       Я бы очень многое отдала за то, чтобы иметь возможность снова собрать их вместе, хотя бы на ненадолго, чтобы вспомнить нашу общую смену. Мою лучшую смену в пионерлагере «Совёнок». А почему бы и нет? В моих старых записях ещё наверняка хранятся тщательно записанные адреса бывших пионеров, что мешает мне написать им письма, пригласив их в лагерь, чтобы провести в нём несколько дней… Даже если половина из них откликнется на моё предложение, я уже буду невероятно счастлива!       Уже через десять минут я нашла заветный листок с записанными контактными данными моих подопечных, через двадцать – писала приглашения на случайно найденной красивой оберточной бумаге, а менее чем через час, наскоро одевшись – бежала в ближайший «Почтамт», чтобы купить там конверты и отправить письма по назначению…       Календарь известил меня, что сегодня четырнадцатое декабря, а значит, если сделать поправку на то, что письма могут идти достаточно долго, а билеты нужно купить заранее, то кто-то может не успеть приехать к назначенной дате… Я прикусила губу, коря себя за то, что эта замечательная идея не пришла мне в голову раньше, но выбора уже не было. За мной в очереди стояли какие-то немного странные парень с девушкой, судя по виду – брат и сестра, и о чем-то переговаривались, посматривая на меня, но я не обратила на это внимания, всецело увлеченная упаковкой и отправкой писем…       -Какой удивительный порыв души! – прокомментировала девушка.       -Жаль, только, совершенно бессмысленный. Адреса то указаны абсолютно фонарные. – ответил её спутник, иронически хмыкнув.       -А почему бы и нет? Мы ведь можем это устроить!       -Хм, думаешь в этом есть смысл? Да и потом нам предстоит расхлебывать огромную кучу хронологических нестыковок.       -Да-да-да, я всё это знаю. Но какова затея!       -Мне тоже кажется, что затея шикарная. Но как нам их всех собрать, если часть наших «пионеров» уже вернулась в родную реальность, часть так и не выбралась из замкнутого цикла «Совёнка», а часть, как это не прискорбно признавать, выбралась, но по факту их там ничего не ждёт, кроме неотвратимой смерти?       -А еще они разбросаны по разным временным промежуткам и различным вариантам различных реальностей. Но, почему-то, когда мы выбирали кандидатов для нашего лагеря, нас это никогда не смущало.       -Ладно, уговорила. Я сделаю так, что письма дойдут до адресатов. А твоя задача…       -Я все сделаю. Ты же знаешь, наша рабочая лошадка в лице четыреста десятого «Икаруса» всегда готова к любой движухе!       Не прошло и недели, как письма начали доходить до своих адресатов… Парни и девушки, получившие их, с удивлением читали приглашения, и, прочитав, судорожно переворачивали конверт в поисках адреса отправителя, но там было лишь скромно указано «Ольга Дмитриевна. Пионерлагерь «Совёнок»». В приглашении им предлагалось в назначенную дату и время подойти к ближайшей автобусной остановке и ждать транспорта с маршрутом номер четыреста десять.       Некоторые сочли это глупой шуткой или розыгрышем. Некоторые – и вовсе не понимали, что происходит, ведь они считали, что пионерский лагерь им всего-навсего приснился и никогда не существовал в реальности… Но потом, после долгих раздумий и колебаний, в их голове рождалась твёрдая мысль – «Пойду!». Лишь Семён с Алисой, получившие странное письмо и ознакомившись с его содержанием, только переглянулись и поняли друг друга без слов – они твёрдо решили принять приглашение, ни секунды не колеблясь…       И вот, вечером тридцатого декабря, все пионеры, принявшие решение поучаствовать в мероприятии, выходили к ближайшей остановке общественного транспорта и останавливались там в ожидании нужного маршрута. Каждый из них видел привычный им городской транспорт, к примеру, Семён и Алиса дождались небольшого желтого «Isuzu», кто-то сел в старенький жёлтый ЛиАЗ, а кто-то – и вовсе в футуристического вида электромобиль…       А вот дальше все события развивались одинаково – спустя пару десятков минут всех начинало клонить в сон, и этому невозможно было сопротивляться. И уже на следующее утро все бывшие пионеры проснулись в просторном салоне «Икаруса», стоящего перед металлическими массивными воротами, присыпанными снегом…       Лениво потягиваясь, пассажиры просыпались и замирали от неожиданности при виде друг друга. Везде слышался смех, раздавались удивленные возгласы и радостный визг – несмотря на то, что все члены отряда порядком повзрослели, они все снова почувствовали себя детьми в этом удивительном лагере… Ульянка радостно бросилась в объятия Семёна и Алисы – повзрослев внешне, в душе она осталась всё таким же ребенком. Густые рыжие хвостики-ракеты сменились на одну средней длинны толстую косичку, ростом она почти что догнала Алису, но в голубых глазах по-прежнему светился задорный озорной огонёк. Семён ласково потрепал Ульянку по волосам и крепко прижал обеих девушек к себе.       -Тили-тили-тесто, жених и невеста! – вдруг восторженно закричала мелкая. От её цепкого взгляда не укрылись обручальные кольца на пальцах счастливой парочки. – Я так и знала!       -Алис, у меня предложение. – вдруг улыбнулся Семён. – А давай мы Ульянку удочерим!       -Ты чего?? – хором ответили девушки, с подозрением смотря на меня.       -А что? – как ни в чем ни бывало, продолжил Семён – С маленькими детьми столько проблем. А тут оп – уже взрослая, и не соскучишься…       -Ты ж сам первый от нас сбежишь! – залилась хохотом Алиса.       -Скорее я с вами от скуки помру. – зевнула Ульянка. – Давайте лучше посмотрим, до чего остальные там докатились.       Бывшие пионеры неорганизованной толпой повалили из ставшего им за все это время таким родным «Икаруса», а на выходе их встречало горячо любимый (надеюсь) персонал лагеря, в лице меня и Виолетты Церновны. Несмотря на то, что большинство ребят значительно повзрослели и изменились, для нас они все равно оставались неразумными подростками, за которыми нужен глаз да глаз.       Первой из автобуса вынырнула Славя, с широкой улыбкой на губах, таща за собой немного смущенного Шурика. Девушку все так же можно было узнать по длинным толстым золотым косам, а кибернетика – по худощавой фигуре и немного робкому взгляду из-под очков.       Сразу вслед за ними транспорт покинул Электроник, галантно подав руку Жене. Эту парочку и вовсе было не узнать – бывшая библиотекарша сменила толстые очки на контактные линзы, иссиня-чёрные волосы были аккуратно уложены в некое подобие каре, а одежда выдавала в ней настоящую бизнес-вумен. Её избранник выглядел под стать девушке – Электроник эволюционировал в весьма высокого ухоженного блондина с удлиненной прической, одетого безукоризненно и модно.       Мику (а вернее – Маша), всё так же собирала свои волосы дивного цвета в огромной длины хвосты, и была одета в привычном стиле – коротенькая куртка ярко-фиолетового цвета, из-под которой выглядывала юбка до середины бедра, и шерстяные полосатые гетры. Лена также решила не изменять своим пристрастиям: недлинные фиолетовые волосы были заплетены в небольшие косички, торчащие в разные стороны, а одета она была в аккуратное черное пальтишко, из-под которого выглядывали джинсы, заправленные в невысокие сапожки.       И, наконец, последними из «Икаруса» вышли Семён, обнимающий Алису за талию, сопровождаемые довольной Ульянкой, которая так и осталась ребенком – что по поведению, что по одежде. Яркий дутый пуховичок, спортивные ботинки и вязаные варежки в полной мере соответствовали этому образу. Алиса тоже так и осталась такой же задорной веселой хулиганкой – все отличие заключалось в том, что медные хвостики она отпустила подлиннее, да и одета была чуточку посолиднее. А вот Семён явно повзрослел – строгое чёрное пальто и шарф придавали ему солидности, а засевшие на лбу и в уголках глаз морщины вкупе с ранней сединой на висках выдавали тот факт, что ему пришлось пройти через многие трудности на своём жизненном пути…       Все они по очереди подходили ко мне и Виоле и лезли обниматься и целоваться, и было видно, что эта радость совершенно искренняя! Я даже не рассчитывала на такую теплую встречу и в уголках моих глаз появились слёзы умиления и радости, а вот медсестра держалась совершенно спокойно, с выражением загадочной улыбки на лице, и даже подшучивала над недавними пионерами в своём фирменном стиле.       -А теперь я прошу всех пройти в столовую! – огласила я – Основное празднество на сегодня намечается там! Ещё успеете пообщаться – сейчас у нас много работы!       -А я смотрю, вы всё никак не отделаетесь от своих командирских замашек. – подколола меня Алиса, хитро подмигнув.       -Двачевская! Снова ты за своё! – я машинально повысила голос и сделала строгий вид, и только потом, когда все окружающие залились хохотом, поняла, насколько шутка попала в точку и засмеялась вместе со всеми.       -Двачевская? Где Двачевская? Не знаю никакой Двачевской! Я теперь Алиса Персунова! – заявила девушка, демонстрируя изящные пальцы с надетым золотым колечком.       Вокруг послышались поздравления и крики, Алису и Семёна стали дружески похлопывать по плечам, лишь на лице у Лены виднелась крайняя степень удивления. Ребята быстро достали вещи из автобуса и дружной гурьбой направились в сторону столовой. На их лицах застыли выражения восхищения и умиления – они никогда не видели «Совёнок» в зимнее время года. Усыпанные снегом дорожки и домики, деревья, покрытые сверкающим слоем инея, а солнечные лучи, отраженные от сугробов, слепили глаза…       -А теперь нужно здесь все украсить и приготовить праздничный ужин! – обратилась я к пионерам, когда все они заняли свои места в столовой и начали разбирать содержимое своих сумок. – А Семён пойдет и срубит нам ёлочку!       -Что? Опять Семён? – возмущенно забурчал парень под хохот Алисы и легкие смешки всех остальных присутствующих.       -Ёлка не нужна! Я обо всём позаботился! – вдруг заявил Шурик, доставая из сумки черный цилиндр размером с кастрюлю.       Под удивлённые взгляды окружающих он торжественно вышел в центр помещения, разложил своё устройство как треногу, нажал несколько кнопок и в воздухе появилась красочная голографическая ель, увешанная игрушками и гирляндами, совершенно неотличимая от настоящей.       -Тогда нам остаётся только украшение площади и столовой, и наполнение праздничного стола. Давайте поделимся на группы, чтобы быстрее со всем справиться! – я продолжила организовывать ребят, несмотря на несколько неодобрительные взоры со стороны Ульянки и Алисы.       Но вслух никто не стал возражать и уже через пятнадцать минут все были заняты делом – я вместе со Славей, Женей и Машей нарезала салаты, Лена, Шурик и Электроник были заняты развешиванием гирлянд на площади, а Семён вместе с Алисой и Ульянкой украшали столовую. Лишь Виола с загадочной улыбкой на губах ходила по всему лагерю, раздавая советы и периодически забегая на кухню за бутербродом.       И вот дело стало близиться к вечеру, и уставшие члены нашего отряда опускались за стулья, стоявшие возле расставленных буквой «П» столиков. Я предложила ребятам поделиться своими жизненными успехами и достижениями за прошедшее время, а Алиса, ехидно улыбаясь, предложила начать с меня. Нам с Виолой не было чем особо похвастать – я по-прежнему работала в «Совёнке», только уже не в качестве пионервожатой, а как директор лагеря, впрочем, часто эти понятия пересекались, и я, как обычно, брала под своё крыло старший отряд. Виола защитила кандидатскую диссертацию, но всё равно большую часть времени подрабатывала в качестве штатного медицинского работника в пионерлагере. Как она сама признавалась, её жизненные потребности были невелики, а работа здесь успокаивающе действовала на её нервную систему, да и я была искренне рада наличию в лагере своей близкой подруги.       Шурик, как и ожидалось, стал ученым, занимающимся новыми перспективными направлениями в науке, и, по его словам, он вот-вот должен был закончить труд всей своей сознательной жизни – изобретение, способное в корне изменить жизнь каждого живущего на Земле. Славя же всю свою деятельность посвятила проблемам экологии и защите окружающей среды, и именно благодаря этому они с Шуриком пересеклись и поняли, что их объединяет нечто большее, чем дружба…       Электроник же отошел от науки и робототехники и стал выдающимся программистом, работающим в известной компании. К этому шагу его подтолкнула Женя, в которую он был без ума влюблен и хотел обеспечить ей достойный уровень жизни. Сама же Женя пришла к выводу, что читать книги – это не настолько интересно, как писать их самой, и стала писателем. По её словам, толчком к этому решению, заставившему её пересмотреть свои жизненные взгляды, была коротенькая история, однажды рассказанная ей Семёном перед карточным турниром.       Маша же, что тоже было вполне ожидаемо, с головой погрузилась в мир музыки и эстрады. Правда, нашла себя она не в качестве певицы – а устроившись ведущей на популярный музыкальный телеканал. Там её умение говорить без умолку и заводить толпу оказалось как нельзя кстати. Она взяла себе псевдоним Мику Хатцуне и во всём подражала стилю этого известного аниме-персонажа, вызывая восторг у поклонников.       Лена внезапно удивила всех, заявив, что она обрела своё призвание в занятиях восточными единоборствами с холодным оружием. Медитация и самоконтроль, развиваемые этими занятиями, помогли ей обрести уверенность в себе и своих силах. Она с гордостью продемонстрировала окружающим свой чёрный пояс по кендо и вычурную старинную антикварную катану – несмотря на почтенный возраст, оружие до сих пор было острым, как бритва, что Лена и продемонстрировала, подбросив в воздух несколько мандаринов и разрубив их молниеносными взмахами клинка.       Ульяна доучивалась в институте на психолога, но, как она сама говорила, делала это не по призванию, а «для галочки», находя отдушину в организации детских утренников и праздников. Думать же о далеком будущем она пока что не собиралась, потому что на текущий момент её все полностью устраивало.       Семён и Алиса, едва очередь дошла до них, быстро удалились, мотивируя это желанием подышать свежим воздухом. Я догадывалась, что причиной такого поведения было то, что их собственные достижения на фоне некоторых их товарищей смотрелись блекло, и не стала препятствовать. И никто не заметил, что вслед за ними из помещения вышла еще пара человек.       -Как послушаешь их, так все прямо в люди выбились. – хихикнула Алиса, держа Семёна под руку в процессе их неторопливой прогулки по вечернему зимнему лесу.       -Ну, мы тоже не совсем уж неудачники – ответил Семён, пожав плечами. – Ты, вон, неплохо зарабатываешь на своей должности торгового представителя, продавая фирмам нужный товар, у меня есть кое-какой бизнес…       -Ага, бизнес по перепродаже и доставке вещей из иностранных магазинов… - грустно вздохнула Алиса. – Ты же понимаешь, что от нас совсем не этого ждут. Что я по меньшей мере стала звездой мирового масштаба, покорившая мир виртуозной игрой на гитаре. Что ты тоже добился чего-то выдающегося, я не знаю там, собрал рок-группу, стал писателем с мировым именем или, на худой конец, известным художником…       -Но ты ведь и в самом деле крайне виртуозно играешь на гитаре. – улыбнулся Семён. – И главное, у нас есть то, чего нет и никогда не будет у них.       -Чего именно? – фыркнула девушка.       -У меня есть ты, а у тебя есть я. Я бы не променял это ни на какую рок-группу или писательский талант.       -Эх, Сёма, Сёма… Какой же ты… - Алиса положила свою голову ему на плечо. – Наверное, за это я тебя и люблю. Ты всегда умеешь найти нужные слова. А, и плевать на них всех. Кроме Ульянки. Она, сразу видно – наш человек!       В кустах неподалеку раздался какой-то шорох и треск ломающихся веток. Парень с девушкой вздрогнули, и крепче взяли друг друга за руки.       -Пошли назад. – попросила Алиса – Я тут внезапно вспомнила, что жутко боюсь темноты, а сейчас как раз наступают сумерки…       -Вместе с тобой я ничего не боюсь. – ответил Семён – Но тут с тобой согласен, пошли назад, а то так и простудиться недолго.       -Никто никуда не пойдет! – внезапно раздался голос в паре десятков шагов позади нашей влюблённой парочки.       -Лена? – в голосе Алисы был отчетливо слышен нарастающий страх. – Ты что тут делаешь?       -Я пришла закончить то, что не успела закончить тогда. Любая история должна иметь логический конец. – ответила девушка ровным спокойным голосом. Слишком спокойным.       Среди кустов нарисовался стройный женский силуэт с торчащими в разные стороны косичками и длинным вытянутым предметом в руках, сильно смахивающим на катану в ножнах, демонстрацию которой Лена провела в столовой… Алиса задрожала и замерла в ужасе, не в силах выговорить ни слова. Семён же быстро оценил обстановку и стал между девушками, загораживая собой супругу.       -Что, испугались? – Лена захихикала и подошла поближе, демонстрируя, что держит в руках не ножны с заточенной до смертельной остроты саблей, а всего лишь тубус. – Я еще не настолько выжила из ума, чтобы резать друзей под Новый год, вспоминая былые обиды.       -Блин, из-за таких шуток меня скоро инфаркт хватит! – Алиса в сердцах плюнула в сугроб и пробормотала что-то явно нецензурное себе под нос.       -Что хотела-то, Лен? – спросил Семён, вздыхая с облегчением и вытирая пот со лба.       -Поговорить. – продолжая улыбаться, ответила девушка. – У нас было много разногласий, и расстались мы не слишком хорошо. Пора положить этому конец и раз и навсегда всё прояснить.       -По-моему, всё и так кристально ясно. – Алису до сих пор колотило, и она была вся на нервах.       -Вот именно – ответила Лена. – Нам больше нечего делить, нет причин для ревности и обид, да и Семён сделал вполне ясный и осознанный выбор. Я признаю, что вела себя неразумно в порывах ревности, и хочу принести свои извинения и подарить вам кое-что…       На этих словах девушка раскрыла тубус и извлекла из него свёрнутый трубочкой рисунок, на котором были изображены Семён и Алиса, одетые в пионерскую форму, сидящие в обнимку на крыше лодочной станции и наблюдающие за закатом. Алиса даже раскрыла рот от удивления, прикрыв его ладошкой, а в уголках её глаз заблестели слезинки – эта картина вызвала у неё невероятно сильные ностальгические эмоции. Семён также был поражен. Лена свернула рисунок и, упаковав его в тубус, протянула Семёну, затем подошла к Алисе и, застенчиво улыбаясь, протянула девушке раскрытую ладонь:       -Мир?       Алиса молча пожала её, кивнув в ответ, и наша компания медленно направилась в столовую, чтобы не опоздать к новогоднему празднику… И уже через несколько часов все ребята дружно сидели вокруг голографической ёлки, разливая из бутылок шампанское, закусывая салатами и смотря новогодние телепередачи по старому советскому телевизору, принесенному Шуриком и Электроником из здания кружков. Они даже обнаружили там своего недостроенного робота и решили обязательно закончить его вдвоём…       Потом был новогодний фейерверк, игра в «мафию», на столе потихоньку появились напитки покрепче, разговоры стали откровеннее, а глубокой ночью весь отряд разошелся ночевать по своим старым домикам… Чтобы завтра продолжить то, что не успели закончить сегодня, сказать то, что не успели сказать ранее, и насладиться обществом друг друга, потому как было неизвестно, когда подобное мероприятие удастся повторить в следующий раз…       За всей этой атмосферой новогоднего праздника никто и не заметил, как Виолетта Церновна накинула свой черный облегающий плащ и, прихватив пачку тонких дамских сигарет, вышла из помещения. Через пять минут она стояла около ворот лагеря, любуясь на достопамятный «Икарус», выглядевший зачарованным в наступающей темноте. Она достала сигарету и начала хлопать по карманам в поисках зажигалки. Не найдя её, Виола грязно выругалась и уже хотела возвращаться в столовую, как раздался характерный звук кремния об огниво и рука, появившаяся из темноты и державшая вычурную зажигалку с выгравированным мировым змеем, кусающим себя за хвост, подожгла сигарету. Виола удивленно вскинула брови, но, заметив перед собой две стройные похожие друг на друга фигуры, лишь поинтересовалась:       -Ну и для чего весь этот фарс? Бывшие пионеры сидят в кружочек в столовой «Совёнка» и делятся воспоминаниями, которые по большей частью являются неправдой и самовнушением…       Фигуры переглянулись между собой и сделали шаг вперед, войдя в круг света от висящего над воротами фонаря. Затем Юля (а это были никто иной как она и её брат-близнец) пожала плечами и немного обиженным тоном заявила:       -Далеко не всё там неправда. Среди них есть несколько счастливчиков, рассказывающих истинную правду       -Ладно, - парировала медсестра – Но часть-то из них верит в абсолютную ложь, которая никогда не происходила? Стоило ли устраивать весь этот показушный вечер, на котором половина людей, хоть и искренне уверены, что счастливо живут и существуют, на самом деле находятся в подвешенном состоянии между жизнью и смертью?       -Эх, Виола, Виола – вздохнул Юрий – Ты всё такая же серьёзная. И знаешь, в любое другое время я, пожалуй, был бы с тобой солидарен… Но реальность происходящего на самом деле такая относительная штука, они искренне верят в свои рассказы, значит для них это является объективной реальностью.       -Будем считать это пробудившейся сентиментальностью в тех, кто априори не должен подобные чувства испытывать, находясь вне времени и пространства – ответила Виола – А вы за чем пожаловали? Ворвётесь в столовую и устроите срыв покровов в духе «А знаете, тут половина из вас на самом деле мертвы, но вы не волнуйтесь, у нас все под контролем?»       -Нет, - улыбнулась кареглазая – Это чересчур даже для нас. На самом деле мы пришли поговорить именно с тобой.       -Это не ответ – жестко сказала медсестра – Ко мне вы могли прийти в любое время. Порой даже в ОЧЕНЬ НЕПОДХОДЯЩЕЕ время…       Юля смутилась и даже немного покраснела:       -Я же уже извинилась за тот случай. Я просто не могла предположить, что ты решишь соблазнять пионеров прямо средь бела дня…       -Да-да – теперь Виола уже широко улыбалась – Как сами, так постоянно любите говорить, что ничто человеческое вам не чуждо. А я чем хуже? И вообще, это была ваша идея добавить в атмосферу лагеря немного феромонов, а не моя.       -Иначе за семь дней бы пионеры так и не смогли побороть бы смущение и комплексы – начал оправдываться Юрий – Да и Юля всегда хотела любви и зрелищ…       -Мы отошли от темы – кареглазая резко перебила брата – Почему мы пришли к тебе именно сейчас? Потому что сегодня особенный день – мы считаем, что дополненная реальность типа «Совёнок» полностью себя изжила и необходимо создать что-то новое. А чтобы создать что-то новое…       -Нужно разрушить старое. – вздохнула медсестра – «Весь старый мир разрушим мы до основанья…»       -Именно. – кивнул головой Юрий – поэтому мы пришли к тебе и спрашиваем: ты с нами?       -Естественно – Виола лишь пожала плечами – Куда ж вы без меня. Вы лишь с первого взгляда производите впечатление чуть ли не ангелов-хранителей, а копни поглубже – дети совсем. Только Олю вы тоже не забудьте, а то так и будет сидеть в своей квартире и ностальгировать, перебирая старые фотографии…       -Хорошо. – твердо ответила Юля – Если таково твоё условие – то мы согласны. -И какой он будет, ваш новый мир? – поинтересовалась медсестра – Далекое будущее, далекое прошлое? Необитаемый остров с детьми и злобным демоном, который приходит по ночам в образе женщины с гетерохромией?       -Это ещё только предстоит решить, и твои пожелания тоже будут учтены. – пообещала кареглазая – А сейчас иди и наслаждайся этой зимней сказкой, которую нам с таким трудом удалось организовать. Нечасто нам выпадает случай лицезреть наяву настоящую теплую новогоднюю историю…       С этими словами близнецы растворились в воздухе, и лишь следы на снегу говорили о том, что тут был кто-то, помимо медсестры. Виола хмыкнула, струсила пепел с сигареты и сделала последнюю затяжку, мечтательным и немного грустным взглядом окинув окрестности. Затем она улыбнулась, и, выбросив сигарету в ближайший сугроб, твёрдым шагом направилась туда, где было тепло, и где делились своими воспоминаниями и планами на будущее недавние пионеры… Туда, где царила атмосфера зимней сказки…