Ты знаешь, у нас будут дети

      Локи не разговаривает с Тони уже четвёртый день. Он всячески игнорирует Старка, что тот, на удивление Лафейссона, терпит и вместо того, чтобы как-либо насолить богу в ответ, пытается заводить с ним разговор, неизменно начиная его с извинений. Это льстит самолюбию и, на самом деле, оказывается донельзя приятно, но Локи всё равно продолжает считать, что Железный человек ещё не до конца искупил перед ним свою вину. Что, впрочем, не мешает богу снизойти до того, чтобы как можно больше времени находиться в компании гения-миллиардера-плейбоя-филантропа, завтракать, обедать и ужинать вместе с ним, а в минуты, не занятые профессиональной деятельностью Энтони, смотреть вместе с ним фильмы или читать книги, находясь рядом.       Тони с удивительной, несвойственной себе терпеливостью выдерживает напускное равнодушие и холод со стороны бога обмана. Он понимает, что виноват, и наказание (так в стиле Локи!) он вполне заслужил. Правда, в глубине души Старк всё же опасается, что этот коварный засранец задумал издевательства похлеще, и всё то, что происходит сейчас, это лишь цветочки перед теми ягодками, что грядут впереди.       В принципе, опасения Энтони не лишены смысла, потому что Локи находится как раз в том положении, когда можно трепать нервы изощрённо и со вкусом, не опасаясь какой бы то ни было кары за своё поведение. И бог коварства понимает это так же хорошо, как и его любовник. Он ехидно ухмыляется, предвкушая занятную забаву и раздумывая, с чего же начать в первую очередь. И в этом ему помогает физиология.       Божественная беременность, на самом деле, мало отличается от людской — в ней, разве что, меньше неприятных моментов, вроде токсикоза, но во всех остальных своих прелестях она остаётся неизменной. Тони убеждается в этом сразу же после того, как всё-таки снизошедший до разговора с ним бог тут же закатил истерику по поводу недостаточного уважения к собственной персоне со стороны «жалкого смертного». А всё потому, что Тони снова весьма неудачно обозвал его Северным Оленем. — Ну раньше же тебя это прозвище не раздражало! — искренне недоумевает Старк, и Локи одаривает его таким уничижительным взглядом, что гений тут же затыкается. — Не раздражало? Не раздражало?! — взрывается гневной тирадой бог, уперев руки в бока. — Ты даёшь мне какие-то глупые прозвища, в то время как у меня есть нормальное имя! Неужели так сложно называть меня им? Неужели для гения, вроде тебя, непосильная задача выговорить эти четыре несчастные буквы?! — Ну, Локс, ты же знаешь, я не только тебе даю прозвища… — пытается оправдаться Энтони, но у него это получается из рук вон плохо. — А я не хочу быть как все! Неужели тебе сложно не отказывать мне хотя бы в этом элементарном желании? Неужели я не заслужил такой мелочи, чтобы ты нормально называл меня по имени? — голос бога коварства срывается, а на глазах появляются слёзы. — Ну-ну, успокойся, — вконец обескураженный Тони неловко заключил в свои объятия Локи. — Я не знал, что это так… важно для тебя, — он погладил бога по спине, и тот обиженно всхлипнул. — Ты главное не волнуйся так сильно, в твоём положении это вредно… — и лучше бы Тони этого не говорил.       Локи вырвался из объятий Железного человека и яростно сверкнул глазами, хватая его за грудки и гневно шипя: — О, замечательно! Теперь ты ещё и решаешь, что для меня вредно, а что нет! Ты ничем не лучше Одина или Тора! Те тоже постоянно за меня всё решают! А можно мне хоть раз что-нибудь решить за себя самого? Сделать хоть что-то так, как хочу я, а не так, как навязываете мне все вы?! И вообще, почему все вокруг лучше знают, что для меня вредно, а что нет?! Может быть, это моя жизнь, и я в ней принимаю решения?! — Лафейссон отпустил Старка и, развернувшись, быстрым шагом ушёл в свою комнату, громко хлопнув напоследок дверью.       Обескураженный Тони ещё несколько минут стоял, удивлённо моргая и пытаясь понять, что вообще произошло. — Джарвис, я что-то не так сказал? — обратился к всезнающему ИИ гений-миллиардер-плейбой-филантроп после того, как не смог найти произошедшему рациональное объяснение. — Боюсь, что у мистера Лафейссона сейчас очень нестабильный гормональный фон в связи с перестройкой организма под вынашивание ребёнка. А это влечёт за собой стремительные и не всегда логически объяснимые перемены в настроении. Поэтому, сэр, рекомендую вам быть более внимательным и осторожным в словах, — вежливо отозвался Джарвис.       Тони хлопнул себя по лбу ладонью. Его любовник и так никогда не отличался мирным покладистым нравом и всегда был весьма эмоционально нестабилен и непредсказуем, а что же его ждёт теперь, во время беременности, Тони и вовсе предпочитал не думать.       «Кажется, впору запасаться успокоительным», — тоскливо подумал Железный человек, обречённо направляясь в комнату Локи в очередной раз извиняться перед ним. ***       Локи в самых лучших традициях своего характера дуется и обижается, снова не разговаривает с Тони и демонстрирует ему всё своё презрение, на которое только способен. Старк, в свою очередь, проявляет чудеса выдержки, мысленно прикидывая, как дожить до конца срока с относительно целыми нервами, костями и прочими частями организма, ибо будущий мам — личность весьма и весьма непредсказуемая.       Вместе они идут в магазин за покупками, потому что Локи заявил, что для ребёнка полезно, чтобы его родитель хоть иногда бывал на свежем (ну, или почти) воздухе. «А так, как я не очень хорошо ориентируюсь в вашем городе и магию мне не рекомендовано использовать, то я хочу, чтобы ты пошёл со мной… И тогда я, возможно, прощу тебя», — заявил торчащему под запертой дверью Старку Лафейссон, резко распахнув её и тем самым пребольно ударив Тони по носу. А так как Тони не мог бродить по улице без какой-либо конкретной цели, этой самой целью был выбран поход в магазин.       Локи, конечно, всё ещё обижается, он гордый и может держать свою маску сколько угодно долго, но в магазине так много людей, что, чтобы не потеряться, он берёт Тони под руку и опасливо прижимается к нему. Старк усмехается себе под нос, находя забавным боязнь бога и его недоверие к людям. Он не возражает против этого жеста, сильнее прижимая локтем к своему телу худую бледную ладонь. Локи тихо фыркает, отворачивая голову, и демонстративно пытается вырвать руку, но Тони также тихо смеётся, не пуская его.       Они ходят по магазину довольно долго, выбирая необходимые продукты, и Локи кладёт в корзину, которую Энтони несёт в другой руке то, что ему хочется. Глядя на некоторые продукты, он сам смутно понимает, что это такое, но желание их попробовать настолько сильное, что богу обмана кажется, что если он этого не сделает, то просто умрёт. Так набирается целая корзина, и Тони, на самом деле, не особо обращает внимание на то, чем она забита. И лишь когда выгружает всё набранное добро на кассе, его глаза лезут на лоб от удивления. — Эм, — Тони окидывает скептическим взглядом Локи, который тут же хмурится и выпускает невидимые иголки, щетинится, красноречиво вскидывая бровь в немом вопросе: «Тебе что-то не нравится?». — Всё в порядке, — бормочет Старк, отворачиваясь и расплачиваясь.       После магазина они ещё около получаса гуляют в парке, и Тони вдруг вспоминает, что из самого нужного они забыли купить масло и хлеб. — Давай, ты сходишь, а я пойду домой? Мне уже надоело торчать на улице. А ещё я замёрз, — Локи зябко ведёт плечами, но даже несмотря на это, Старк чувствует, что его настроение значительно улучшилось. — И давай я заберу пакет. — Он тяжёлый, — возражает Железный человек, и Локи возмущённо смотрит на него: — Ты за кого меня принимаешь, жалкий смертный?! — он готов разразиться новой гневной тирадой, на что Тони закатывает глаза, вручая богу пакет, и пока тот не пришёл в себя, быстро разворачиваясь в сторону магазина. — И купи мне ещё ту непонятную штуку в жёлто-зелёной упаковке! Кажется, она называлась чай! — перед тем, как Энтони совсем скрывается из виду, кричит ему вдогонку Локи. ***       Тони возвращается домой мокрый и хмурый — пока он бегал второй раз в магазин, пошёл дождь. «Ненавижу осень», — недовольно думает Старк, заглядывая в пакет. На этот раз он купил всё, что нужно, и даже тот чай, о котором просил Локи. «И зачем он ему сдался?» — недоумевает гений, вслух произнося: — Я купил тебе тот чай, который ты хо… — он проходит на кухню, и тотчас его взору открывается живописная картина: Локи сидит за столом, рядом с ним стоит неразобранный пакет; сам же трикстер с упоением и блаженством на лице уплетает за обе щеки из ведёрка ванильное мороженное, закусывая его солеными огурцами. От ужаса и представления о последствиях сего кулинарного эксперимента у Тони волосы встали дыбом. — Ох ты ж ё! Что ты ешь?! — Локи поднял на любовника глаза, равнодушно пожимая плечами и кивая на огурцы: — Кажется, эти зелёные штуки называются огурчики, — и мгновение помедлив, добавил: — Хочешь попробовать?       Лицо Тони тут же приобрело нежно-зелёный оттенок под стать огурчикам, стоило ему представить, как он это ест. — Спасибо, откажусь, — борясь с приступом тошноты, отказался Железный человек, принимаясь разгружать пакеты, чтобы отвлечься, на что Локи лишь пожал плечами, как ни в чём ни бывало продолжая свою трапезу.