Сопротивляясь темноте, или ныряя во мрак.

Некромагиня отрешённо наблюдала за представлением участников матча со Сборной вечности. Ягун уже порядком надоел, и Жанна терпела из последних сил, чтобы ненароком не проклясть его. - Татьяна Гроттер! Великолепная драконболистка и гордость Тибидохса! Встречайте! – прокричал комментатор, и трибуны взорвались аплодисментами. Аббатиковой стало ещё хуже. Ведь она считала, что Глеб ушёл именно из-за неё. А тем временем, Гроттер улыбалась фанатам и кого-то искала взглядом. Жанна машинально огляделась и увидела неподалёку Валялкина. Ещё один человек, однозначное мнение о котором она так не сложила... Нелепый, слишком добрый и, скорее всего, слишком наивен. Ну, по крайней мере, некромагиня не думала, что нормальный человек оставит свою девушку и улетит за сотни километров, зная, что где-то неподалёку бродит влюблённый некромаг. Но, тем не менее, Аббатикова видела, как Валялкин любил Гроттер. Доверял, терпел её метания, упорно стоял на своём... Она вспомнила и матч в Магфорде, когда Валялкин разбил магическую защиту на старом пылесосе, видела его глаза... В глубине души Жанна испытывало что-то странное, граничащие с непониманием некромага и восхищением этим ветеринаром. Спокойствие и долговременная стойкость – для неё это было чуждым. Они привыкли брать резко, наскоком, либо сейчас, либо никогда. Даже любовь для них была в большей степени страстью, которая, подобно урагану, сметает всё на своём пути. Наглядный пример этого представлял Бейбарсов. Задумавшись, Жанна не сразу заметила резко наступившей тишины на стадионе. В следующий момент она уже знала, кто выступает за Сборную Вечности десятым номером. Бейбарсов. А точнее, Тантал, собственной персоны. Аббатикова посмотрела вправо, где сидела Лена с Шурасиком. Они поняли друг друга без слов. Надежда была. Глеб всегда был сильным... Она видела его впервые после той ночи, когда он улетел за зеркалом, после о Глебе они не слышали. Ничего. Кроме слухов... А они были более чем разнообразны. Никто толком даже не мог сказать, что украли, все только кричали о том, что авторитет Магщества подорван, если из хранилища для особо опасных артефактов может кто-то что-то вынести. Потом появились первые подробности в виде вывернутых наизнанку тел... Тут уж всем стало понятно, кто действовал. Дальше Жанна много раз замирала на месте, едва услышав по зудильнику хоть какую-то информацию о некромаге. Некоторые говорили, что он давно пойман и отправлен в Дубодам, кто-то считал, что двадцатилетний юноша не мог взломать сейф – это уж совсем смешно, и замешан кто-то настолько страшный, что имя Её нельзя произносить. Но Лена и Жанна уже знали, кто орудовал в Магществе. Жалкие элементарные маги, они даже не представляли, на что способен некромаг. А потом началась эта история с расследованием в Тибидохсе. Аббатикова тогда подумала, что Сарданапал с радостью сообщит всё, то ему известно, допросят их с Леной, и что-нибудь да узнают... Но академик их приятно удивил. Почему-то он не только не рассказал ничего особенного про выпускника, но и всячески мешал расследованию, притормаживал зазнавшихся вампиров. Однажды некромагиня услышала в коридоре кусочек разговора Сарданапала с доцентом Горгоновой. Медузия не совсем разделяла мнение академика на проблему с Глебом, но после слов мага, Жанна искренне прониклась к нему уважением. « Это школа для трудновоспитуемых волшебников. Это дети, Меди... И они не виноваты, как их вырастили, но я в ответе за каждого, кто когда-либо учился в этих стенах. Они все мне, как родные, и кем бы не был Глеб, я не дам этим выскочкам из Магщества засадить его в Дубодам». Некромагиня снова перевела взгляд на стадион, а потом на Лену. – Да? – спросила Жанна загадочно. – Не уверена, но надеюсь. Человек теряет то, что боится потерять. Он не боится… – таинственно ответила Свеколт. Аббатикова кивнула.* Как бы они не хотели ему помочь, здесь сёстры по дару были бессильны. Была надежда на то, что кое-что в Бейбарсове сильнее, чем силы Тантала. Странно было такое предполагать, но они надеялись. Аббатикова видела, как Гроттер вначале с замешательством подлетела к Танталу, но что-то заметив, отшатнулась. Значит, они со Свеколт правы: Тантал крепко завладел сознанием и телом Бейбарсова. Тем временем на трибунах гул нарастал ещё больше, Кощеев требовал арестовать особо опасного некромага прямо сейчас. Увещания академика о том, что сейчас в теле Бейбарсова совсем другой некромаг мало чем помогали, а Калиостров вообще кричал, чтобы схватили обоих. Наконец Магщество прониклось всей неоднозначностью ситуации и выстрелило сигнальными искрами о начале матча. Сборной Мира предстояло сразиться с самой сильной потусторонней командой всех времён. Жанна почти не замечала самой игры, а только следила за Глебом, готовая в любой момент пойти на самую большую глупость. Свеколт успокаивающе сжала её плечо. Чему быть, тому не миновать... Тантал явно наслаждался свободой, играл на полную мощь. Ловкость, грациозность и скорость. Этот некромаг был легендарным драконболистом, и да, Глеб, безусловно, был на него похож. Внешностью, характером... Многим. Один закиданный мяч, второй, третий, четвёртый... Несколько игроков Вечности уже исчезли, Тантал ни на минуты не оставлял своих позиций. Игра была великолепна... Стадион практически взревел, когда в руках у него появился последний обездвиживающий мяч. Жанна ждала окончания игры со страхом и болезненным ощущением того, что сегодняшний день останется в памяти всех на долгие годы. Но тут она, да и весь стадион, заметили, что Тантал не торопится забивать победный мяч, а даже, наоборот, в замешательстве оглядывается, будто не понимая, что происходит. Аббитикова до крови закусила губу и чуть облегчённо вздохнула. Это Глеб. Никто толком ничего не понимает, когда всё внимание застывает на двух фигурах, зависших под куполом драконбольного поля. Кажется, у Гроттер получилось как-то помочь Бейбарсову. Они летят рядом максимально медленно, о чём-то разговаривая. Весь стадион просто разрывается от криков, только Жанна сохраняет спокойное выражение лица, будто ей безразлично. А ей и вправду безразлично, кто победит, что этот последний мяч делает в руках Глеба. Она думает только о том, что это не она сейчас рядом с ним. Это не она смогла помочь ему вытеснить Тантала, не она его спасение и шанс. Не она его любовь. Жанна видит, как Гроттер несколько раз делает попытки отобрать мяч, он непонимающе качает головой. Неужели этой рыжей всё ещё важна эта победа, этот чёртов драконбол? Аббатикова её искренне не понимает. Наконец Бейбарсов, как-то снисходительно улыбаясь, перекидывает мяч Тане, а та совершенно на автомате закидывает его в горло дракона. Змилуан падает виз и в тот же момент растворяется... Победа? Толпа вскакивает с мест. Половина просто радуется победе Сборной мира, а остальные ещё пытаются разобраться в том, что произошло. И почему Тантал отдал мяч Гроттер? Потом всё уже просто сливается в один общий восторг. А Жанна всё также неотрывно следит за теми двумя в воздухе. Только её и ещё им сейчас всё равно на то, что происходит. Некромагиня не может их слышать, но догадывается, видя озадаченность на лицах обоих. Но в любом случае, она здесь лишняя. Аббатикова поднимается с места, собираясь побыстрее сбежать от этого кошмара. Внезапно взгляд натыкается на ещё одного лишнего на этом «празднике жизни». Валялкин... Он тоже не отрывно смотрит на Глеба и Таню. Его мысли для некромагини, как открытая книга. И ей его жаль, в чём-то они всё-таки похожи... Аббатикова протискивается сквозь толпу, кидает последний взгляд на драконбольное поле. Теперь она видит только Гроттер, спешащих на стадион вампиров и разбитую пустую ступу Бейбарсова. Он ушёл, теперь уже точно. Но, глядя на Гроттер, он, скорее всего, добился того, чего желал.