Memoirs of the Assassin

Золотистые лучи приятно согревали. А в распахнутое окно вновь ворвался ветер, теребя широкие листья сирени, отцветшей у дома. Это все было так знакомо. Хелен, улыбнувшись, отвела взгляд от окна и долго смотрела на человека, что сидел за ее столом и так же смотрел в заоконный мир. Интересно, он видел тоже, что и хозяйка дома? Улыбка исчезла с ее губ. Это то, что она никогда не узнает. Так хорошо быть призраком и вглядываться в черты незнакомца перед собой для него незаметно. Но ничто не может длиться вечно. Даже сон. Человек заговорил, а ведь ей так хотелось, чтобы еще немного он помолчал. Не обратил к ней вдруг ставшие густо-черными глаза, не произнес холодно: - Я жду. Хелен лишь опустила глаза и вновь улыбнулась: - Я уже не приду. Мужчина долго смотрел на нее, будто ожидая продолжений или оправданий. Но что еще она могла ему сказать? - Почему? – наконец, холодно поинтересовался он. - Один человек, которого уже нет рядом, говорил, что если я не уйду, то очень скоро погибну. Боюсь, что он оказался прав. - Ты не погибнешь, - уверено сказал человек, отворачиваясь от девушки. - Наверное, уже поздно. Я почти не помню, кто я и где нахожусь. Не помню имен и лиц тех, кто мне близок. Не чувствую страха, и мне… хорошо… Наверное, это и есть смерть… Девушка закончила, с легкой улыбкой поглядев в окно, а мужчина вдруг неожиданно поднялся и резко сказал: - Проснись! Хелен непонимающе поглядела на него. Вдруг все, окно, человек, солнце и сирень, стало осыпаться и пропадать, исчезать в проступающей мгле. Очень скоро испуганная девочка осталась одна. - Немедленно вставай! – вновь потребовал голос, и Хелен начала понимать, что лежит на ледяном каменном полу и даже сил подняться, выполнить приказ, у нее нет. Кто-то с силой потянул ее за руку, но она словно тряпичная кукла вновь свалилась на пол. Влияние сна проходило, наваливалась свинцовая усталость и тупая боль. Пытаясь разобрать в угрюмой темноте и своих мыслях, кто звал ее и кто заставляет подняться, Хелен невольно вспомнила человека из сна. И тут же отругала себя за глупые мысли: разве Уведомитель придет сюда, чтобы вытащить из новой переделки глупую девочку? Вряд ли, тем более, это действительно была ее вина, и Хелен этого не отрицала. - Вставай! – вновь потребовал незнакомый голос, но теперь откровенно раздраженно. - Я не могу, - выдохнула девочка, чувствуя как больно острые камни впились в оголенный бок. Рубашка, в которой она спала и в которой была приведена к графу-вампиру, в нескольких места была рассечена ударами плети, что щедро дарили надсмотрщики, и перепачкана грязью и кровь. К постоянной боли можно привыкнуть, но то, что чудовища постоянно забирали кровь узницы, отбирало последнюю надежду, что раны когда-нибудь затянуться. Вдруг девушка услышала еще какие-то голоса, много голосов, что-то исступленно шепчущих, плачущих и кричащих. Изредка приходя в себя, она слышала эти голоса, но только сейчас начала понимать, что это напоминают о себе другие пленники, так же запертые в подземельях под замком Скинграда. - У меня мало времени. Скоро придет смена… - прозвучало где-то над ухом и кто-то, очень крепко обхватив девушку под ребра, быстро поставил ее на ноги. - Кто ты? – просипела она, цепляясь за незнакомца, чтобы вновь не упасть. Через несколько секунд головокружение прекратилось и человек повел ее куда-то. - Кто ты? – вновь повторила Хелен, подумав, что он ее не услышал. Задавая глупые вопросы, она уже понимала, что кроме тюремщиков сюда не спускается никто, и слабо светящиеся багровые глаза мужчины это подтверждали. Поэтому она испугалась. У девушки было слишком мало сил, чтобы сражаться, а куда тащил ее страж понять было сложно. - Это не имеет значения, - наконец, ответил он, - Я здесь, чтобы забрать тебя. - Забрать? – непонимающе переспросила девушка, вздрогнув от скрипа решетки, - Куда? - Что я здесь делаю? Что делаю? – раздалось негромкое причитание позади, Хелен резко обернулась, - Не надо было ходить… Низкое шипение, звучавшее между слов, напоминало голос Тейнавы, но как девушка не щурилась, разглядеть ничего в густой темноте не удалось. - Возьми, - вновь послышался голос рядом и что-то холодное легло в руку Хелен. Она благодарно улыбнулась, сжав свой кинжал, и почувствовала себя немного увереннее. - Почему ты делаешь это? – спросила убийца. Ответ раздался не сразу. - Скажем так, есть люди заинтересованные в твоем освобождении… - «Понятно. Значит, на свободе меня ждет кто-то еще. Тот, кто заинтересован… И самое лучшее, что там может быть, это Лашанс, хотя он, наверняка не сильно был рад моему провалу… А кроме, разве мало людей, что желают самолично убить меня?» Наполненную тихими голосами заключенных темноту разбил неожиданный звон металла. Хелен прислушалась, ее спутник перебирал в руках что-то чуть позвякивающее. - Постой, - негромко воскликнула девушка, человек замер, - у тебя есть ключи? - Верно, - зло прошептал он, - Разве стоило идти сюда без ключей? Хелен кивнула и вдруг сказала: - Дай их мне. - Что? – в голосе человека мелькнуло недоумение. - «А ты, что, думал я пойду с тобой?» - Дай их мне, чудовище, - Хелен собрала последние силы, готовясь к тому что «спаситель» может сопротивляться, - Или я очень быстро скоротаю твой век... - Хорошо, - неожиданно раздался безразличный голос. Холодные пальцы сжали руку девушки и вложили в ладонь тяжелую связку ключей. - Ты можешь идти, - удовлетворенно кивнула Хелен, - Путь я найду сама. - Не думаю, - опять рядом прозвучал голос человека, но теперь в нем сквозили нотки угрозы. - Я благодарна тебе, зверь, - медленно начала убийца, - Хоть мое освобождение – не твоя инициатива. Именно поэтому я еще тебя не прикончила. Беги, потому что теперь каждый, кто встанет у меня на пути, умрет. - Твои угрозы смешны, - девушку уже действительно начал злить этот настырный вампир. - Замечательно, - фыркнула она, разворачиваясь к оставленным камерам, - Тогда делай, что хочешь! Она тихо приблизилась к той решетке, за которой слышался голос аргонианина. - Эй! – негромко позвала она, - Ты слышишь, друг? - Кто там? – вдруг резко отозвалось из клетки, - Ты – чудовище? Ты снова пришел меня мучить? - Нет, - стараясь сохранить спокойствие, прошептала девушка, - Я тебя освобожу. Неожиданно наверху послышались голоса. Хелен занервничала, стараясь выбрать подходящий ключ: угрозы – это, конечно, хорошо, но сможет ли одна уставшая и раненная женщина справиться с несколькими кровожадными стражами? Она все же не была уверена. Человек позади только зло зашипел: - У нас нет времени! Идиотка, зачем тебе нужно это мясо? - Мясо? – яростно прошептала она, бросив за спину испепеляющий взгляд, - Я знала зверей, которые так же называли тебе подобных! А теперь заткнись, я пытаюсь… - Черт, дай сюда! – человек вырвал из рук убийцы ключи и, оттолкнув ее, быстро отворил дверь, - Забирай его, и уходим! Скорее! На ступеньках каменной лестницы, что вела в нижние уровни замка, уже заплясали блики от факелов. Громкие голоса стражей раздавались совсем близко. Вытащив еще одного узника из камеры, Хелен, благодаря крупицам света, что лились с лестницы, наконец, смогла рассмотреть человека, что спас ее… - Ты же тот вампир, слуга графа! А ведь тогда я так и не смогла разглядеть твое лицо! Но услышав восклицание девушки, человек повел себя странно: отвернулся и еще сильнее натянул глубокий капюшон на лицо. Хелен устало вздохнула и крепче сжала руку навалившегося на нее аргонианина: разбираться в причудах странного спутника не было времени. - Пойдем, - только прошептал он, - Там есть тайный выход… И трое беглецов скользнули во тьму. Ясная свежая ночь встретила троих людей, вынырнувших из-за груды камней в основании холма, на котором огромной черной тушей высился замок. Приятная после зловонной духоты и жара утробы подземелья Хелен она показалась довольно холодной. Аргонианин где-то рядом с плечом довольно прошипел: - Это весьма освежающе… Можешь меня отпустить, теплокровный герой. Девушка, все еще крепко сжимая скользкую чешуйчатую руку бывшего узника, осторожно помогла ему сесть на камень у дороги. Разжав пальцы, она немного пошатнулась, обхватив себя руками, чтобы одновременно и постараться согреться на промозглых ветрах и заглушить боль. - Здесь иногда проходит дозор, - послышался рядом бесстрастный голос, - Нельзя задерживаться. - Ты можешь уходить, - тихо сказала Хелен, вовсе без злобы, только чуть устало, - Мы отдохнем и пойдем… Там конный! Все трое резко обернулись на цокот копыт, доносившийся из-за поворота. Всадник ехал из города… Как можно быстрее спрятавшись за теми камнями, что закрывали тайный вход, беглецы, осторожно выглядывая, стали всматриваться в черное полотно дороги. Вскоре, почти сливаясь с окружающей темнотой, появился конь. Почти сразу он перешел на рысь, затем шаг, а рядом с таящимися людьми и вовсе остановился. Хелен разглядывала лошадь, но у нее никак не получалось понять, куда же подевался ее всадник. Может он остался позади? И почему животное остановилось здесь? Все это было крайне подозрительно. Хелен, наконец, что-то сообразившая, вышла из укрытия и, насколько позволяло положение преступника, воскликнула: - Тень! Это ты? Ласково коснувшись руками ее бархатистого носа и мягких волос длинной гривы, девушка невольно улыбнулась. Она даже и не думала увидеть подарок Лашанса вновь. Зато присутствие лошади немного приободрило убийцу и весило надежду. Теневая Грива внимательно глядела на хозяйку темными и блестящими глазами. А Хелен, держась за ее шею, думала, куда нужно отправиться и как много времени вообще она здесь потеряла. Не пытался ли Уведомитель что-либо узнать о пропажи своего ликвидатора, и не стоит ли девушке наведаться к нему, чтобы сообщить радостную новость – Хелен еще жива? Убийца усмехнулась. Немного она была зла на Уведомителя, хотя прекрасно понимала, что никак не проявив себя он поступил правильно, а вот она оплошала. - Значит, побег удался? – от мыслей вновь отвлек незнакомый голос… или почти незнакомый? Хелен молчала, резко опустив руку с шеи Тени. - Тебе стоит поблагодарить немертвого, мой друг, - послышался шипящий голос аргонианина (уж он-то точно был доволен всем произошедшим), - Я первый раз вижу, чтобы подобный ему помог человеку… - «А я не первый раз это вижу. И все же…» - Нам не за что благодарить его, - девушка обернулась, указывая на чуть поодаль застывший силуэт, - Эта тварь хотела оставить тебя в клетке. Как мясо, не так ли? Убийца замолчала, но только чтобы проследить незамедлительно явившуюся реакцию на ее слова аргонианина и зло улыбнуться. - Можешь быть спокоен, свое золото ты отработал, - негромко продолжила она, общаясь уже к нежеланному спасителю, устало махнув рукой и поворачиваясь к лошади, - Больше в эту ловушку я не попадусь. - Куда направишься? – чуть насмешливо спросил вампир, как бы напоминая убийце, что ее уже ищут в большей части городов Сиродила. - Не твое дело, - прошептала Хелен, с трудом взбираясь в седло, и перевела взгляд на, пытавшегося подняться с камня, притихшего ящера, - Друг, ты поедешь со мной? - Нет, - немного подумав, ответил он, - Спасибо тебе. Но теперь у Амусея свой путь. Удачи тебе, Дитя Ночи. Избегай Кровавых братьев. Вряд ли наш добрый друг сможет спасти тебя еще раз… Хелен прищурилась, пытаясь по скривившейся в улыбке морде аргонианина понять: угроза его слова или действительно доброе пожелание… И тут же одернула себя, сообразив, что за глупые мысли лезут в голову. - И тебе доброго пути… Амусей. Не бросив больше ни единого взгляда на двух существ застывших в холодных весенних сумерках у города Скинграда, Хелен развернулась и пустила лошадь галопом. Нужно было торопиться, неизвестно как долго девушка пробыла в темнице, новый контракт ждет… Только как-то неспокойно было у убийцы на сердце: она ничего не знала о судьбе доброго человека, что однажды спас ее, подобрав на обочине дороги, и впустил в закрытый для подобных ей город. Что стало со стариком, которого она невольно предала, Хелен так и не узнала… *** Дневник Винсента Вальтиери. Вечер уже не предвещал ничего хорошего. Я проснулся резко и с большим трудом смог подавить почти забытое чувство – страх. Я запомнил свой сон, хотя в своем забытье на гране смерти не слишком часто видел подобное, тем более оставлял в памяти. Во сне меня вновь окружила сожженная пустыня, сплошь усыпанная серым пеплом, и алые сполохи над головой. Казалось, что вновь вдыхаю, хрипя, этот отравленный вулканическими испарениями воздух. Я так же знал, что все мои спутники уже мертвы, что я остался один, в пустыне. А за спиной в бушующей бури еще темнел силуэт проклятой башни, где я предложил переждать непогоду. Позади все были мертвы. Но я думал, что чудовища не достанут меня. Я ошибался. С тех пор прошло почти двести лет. А этот сон с определенной регулярностью все еще напоминает мне о том, как я стал вампиром… С недавних пор, скитаясь во тьме, я все-таки нашел более или менее безопасное место, где могу спокойно существовать, не опасаясь, что фанатики всадят мне нож в сердце. Я привык к странностям Темного Братства, хоть и не скажу, что это было легко. Мой единственный друг в смерти, Янус, всегда очень негативно отзывался о мое выборе. Но ему было проще рассуждать, сидя за толстыми стенами замка Скинграда. А я… просто хотел, чтобы меня оставили в покое. Наверное, я получил то, что хотел. Мои извечные враги действительно перестали преследовать меня. Они просто исчезли… Братья никогда не бросают друг друга в беде. Так вот, эта ночь в чейдинхоллском Убежище Темного Братства обещала быть весьма интересной и вовсе не подвела моих ожиданий. Поднявшись наверх, я неожиданно встретил черноглазого мальчишку без дела шатающегося по улице. Он без страха посмотрел на меня, хотя был один и хорошо видел, что я из себя представляю. - Ты не боишься, мальчик? – негромко поинтересовался я, - Возможно, я – это последнее, что ты видишь в жизни. - Нет, - так же тихо ответил мне ребенок, хотя, наверное, он считал себя уже вполне взрослым. Сколько ему можно дать? Восемнадцать? Двадцать? Все равно слишком мало. По сравнению со мной он был новорожденным… - Не боюсь, - уже громче добавил он. И я даже удивился. В его голосе действительно не было страха. Может он еще не понял? - Я – вампир, малыш, - сказал я с легкой улыбкой, - А ты сейчас станешь моим завтраком. Мальчик поморщился, хотя я так и не понял, что его больше разозлило: угроза или то, что я вновь назвал его ребенком. - Я знаю, кто ты, - подняв восторженно блеснувшие глаза, сказал он, - И я хочу стать одним из вас! Я усмехнулся: - Что? Ты, наверное, не понимаешь, малыш… - Я хочу стать ассасином, - перебил меня мальчишка, - И нести ужас во имя Ситиса! Улыбка невольно исчезла с моих губ. Я смотрел на ребенка передо мной уже совсем по-другому. - Ты ошибся, мальчик, - наконец, холодно сказал я, - Я не тот, кто может тебе в этом помочь… Я уже хотел развернуться и идти обратно в подвал старого дома. Настроение было безнадежно испорчено. Хотя это, наверное, случилось еще раньше. После сна. Странный ребенок. Он может спокойно и, возможно, счастливо жить при свете солнца. Зачем тогда так яростно рвется во тьму? - Нет, стой! – закричал он мне вслед, - Я уже убивал! Я убил человека! И хочу убивать снова..! - Тише! – прошипел я, резко приблизившись к глупому ребенку, - Об этом действительно не стоит кричать на улице. Покажи мне, где живешь, и мы поговорим в доме. Мальчик кивнул и удовлетворено улыбнулся. - Здравствуйте, госпожа, - войдя без стука, поприветствовал я девушку примерно того же возраста, что и мальчишка, который, кстати, исчез куда-то, стоило нам войти во двор старого высокого дома за стеной города. Темноволосая девушка оторвалась от пряжи и подняла на меня глаза, цвета ореха. В ее взгляде мелькнуло удивление, но почти тут же она успокоилась, будто узнала. Она поднялась и, отложив пряжу, приблизилась ко мне. - Добрый вечер, - мягко сказала она, - Прошу, называйте меня просто Мэриэн. - Хорошо, Мэриэн, - быстро согласился я, мне не терпелось скорее поговорить с мальчишкой, а его все еще не было, - Я привел домой вашего мужа, надеюсь вы знаете… - Мужа? – искренне удивилась девушка, сообразив о ком я говорю, воскликнула, - О, нет. Люсьен – мой брат. Я усмехнулся. Брат? Ну как же! - Как хотите. Но я хочу поинтересоваться, вы знаете, что ваш «брат» следил за мной… и что убил человека? - Да, - ответила она, глядя мне прямо в глаза, и вдруг чуть улыбнулась, - Конечно, знаю. Но я не осуждаю его. И чтобы он ни сделал не осужу. - И очень зря, Мэриэн. - Вы просто не знаете его, - задумчиво прошептала она, - Он кажется жестоким, но это не так. Просто он всегда был один. Как и я. А теперь мы вместе. И зная себя, я не поверю, что он поступил неправильно. Теперь все вставало на свои места. Мальчик хочет отомстить за свою тяжелую жизнь, а девочка видит в нем себя и искренне верит в его человечность. - Ваша любовь ослепляет вас. - Нет, - вдруг резко сказала она, - Это ваше бесчувствие не дает вам видеть. Несколько секунд я молчал. Она не услышит меня, да и мальчишка, наверняка, не услышит. Нужно разобраться и уйти. Больше мне здесь делать нечего. Двое сумасшедших детей – не мои проблемы. - Хорошо. Но тогда скажите, вы знаете, что ваш брат пытается вступить в Темное Братство? - Да, - чуть замешкавшись, ответила девушка, и я понял, что она лжет, - Я поддерживаю его в этом решении. - Почему? – невольный вопрос сорвался с моих губ. Я просто не мог понять. - Он дорог мне. И чтобы не случилось, я не хочу его потерять. Я храню то хорошее, что в нем еще есть. И он делает тоже для меня. Я устало вздохнул. Вопросов больше не было. Я просто смотрел на опечаленную девушку перед собой и думал о том, что до рассвета осталось совсем мало времени, а я все еще не ел… Может быть, она права. Мое бесчувствие действительно не позволяет мне видеть? Но если бы ни оно, я давно был бы мертв… Разве можно, о, глупая женщина, увидеть что-то хорошее в юном убийце?! Этот вопрос мучил меня еще много ночей и заставлял вновь и вновь возвращаться в тот бедный дом на окраине. К девочке и мальчику, что действительно были семьей. Я видел это. Счастье. Счастье от того, что кто-то есть рядом, светилось в глазах обоих. Стыдно признать, но я завидовал им. Людям, у которых было то, что для меня до конца времен было заказано. Я стал могущественным созданием ночи. И мог легко вызвать страх у любого человека, так же просто мог подчинить его себе. Но ни любви, ни понимания и ни этой слепой веры, что светилась в глазах ребенка, для себя я не видел никогда. *** Этот путь до Коррола стал одним из самых тяжелых путешествий. Холод, боль сковывали все тело, а серые тени леса и остывшая за зиму земля не могли подарить тепла. Свернув с дороги, Хелен ехала через чащу, этот путь обещал быть короче, одной только Теневой Гриве известной дорогой. Девушка уже давно поняла, что пытаться управлять умным животным бесполезно, и теперь гадала, откуда у Уведомителя эта чудесная лошадь… Идей так и не появилось, а за верхушками деревьев уже показались стены Коррола, и башни замка, подпирающие ночное небо, возвышались за ними. И вот сейчас Хелен задумалась о том, как попасть в город, ведь теперь (она невольно потянула руку к волосам) есть очень большая вероятность, что ее узнают… Но что удивительно, ломать голову над этим пришлось недолго. Выехав к воротам, девушка увидела, стражи рядом, что странно, нет, а небольшая дверца для ночных посетителей во вратах приоткрыта… Подозревая, что это может быть ловушкой, Хелен все-таки слезла с лошади и, привязав ее к дереву, так чтобы от ворот не было видно, пошла к городу. Над Коррол лежала тихая звездная ночь, свет в спящих домах уже давно был погашен, люди исчезли с улиц. Тишину нарушал лишь громовой треск цикад. Вздрагивая при малейшем постороннем звуке, Хелен быстро пробегала улицы и вновь скрывалась в тени домов, пытаясь незаметно для обходящих город дозором стражей достигнуть главной площади. Там в мешке под дубом ее должен был ждать новый приказ. Наконец, добравшись до символа Коррола – ветвистого дерева в сердце города, девушка еще раз внимательно огляделась и, проследив глазами уходящего за соседний дом дозорного, обернулась к покрытому молодыми почками кусту у самого подножья дуба. Немного поискав, Хелен обнаружила в небольшой ямке между его корней спрятанный мешочек. Она подняла его и улыбнулась – он был довольно тяжел и слегка звякнул при ее прикосновении. Девушка открыла его и улыбка вдруг исчезла с ее губ: никакого контракта внутри не было… - Не это ищешь? – вдруг неожиданно раздалось позади. Хелен резко обернулась, одной рукой сжав кошелек, а другой потянувшись к кинжалу. Но увидев перед собой человека, держащего в руках свернутую бумагу, застыла в удивлении. - Михаэль? – не поверила она своим глазам. - Верно, Элеонор, - улыбнулся он, приближаясь, - Ты необыкновенно догадлива. - Что ты здесь делаешь? – с ноткой угрозы прошептала девушка, так и не убрав руку с рукояти кинжала. - Я пришел, чтобы поблагодарить тебя, - просто ответил он, почтив плотную встав рядом с убийцей. - За что? – Хелен окинула спокойное лицо мужчины подозрительным взглядом, - Я мало верю, что могу сделать что-то полезное для тебя. А так же я не верю тебе. Отдай бумагу и убирайся, пока еще дышишь! Последние слова девушка почти прокричала, а Михаэль и ухом не повел, лишь чуть усмехнулся. - Я не отдам тебе это, - тихо ответил он, - Ты должна остановиться. И я хочу помочь тебе, Элеонор… - Я – не Элеонор! – яростно прошептала убийца, сильнее сжав кинжал, - Отдай мне контракт! Не заставляй меня причинить тебе боль… - Я не верю, что ты могла так измениться. И то, что ты спасла моего друга доказывает, что я прав. Ты – все еще Элеонор, которую я знал. - Если ты так думаешь, значит ты никогда не знал меня! – прошипела она, но уже тише добавила, - Пожалуйста, отдай бумагу, Михаэль. Я действительно очень устала и крайне зла. Я боюсь, что может случиться что-то очень нехорошее… Мужчина какое-то время молчал, внимательно вглядываясь в лицо девушки. Затем вдруг взял ее за руку и потянул куда-то. - Что? – тревожно воскликнула Хелен, - Нет, отпусти! - Тише, - отозвался он, - Пойдем в твой дом. Старая дверь скрипнула, и девушка оглядела свой заброшенный дом. Здесь все было так же, как она оставила, уходя и оборачиваясь, чтобы последний раз взглянуть на спящую девочку. Вот ветхий стол у окна. Вот кровать, когда-то с трудом придвинутая к камину. Здесь был погреб, юная Хелен прятала в этом месте все свои самые ценные вещи: в том числе безвозвратно потерянную кольчугу из Кватча. А вот там – небольшая комнатка, из которой жесткая кровать и была притащена. Все это уже покрыл толстый слой пыли и плесени. В домике пахло сыростью и пустотой. А ведь когда-то все было иначе… Хелен вздохнула и обернулась к Михаэлю. - Ну что, о чем ты хотел поговорить? - Я хочу, чтобы ты отдохнула и вылечила раны. - У меня нет времени на это, Михаэль, - уже начиная раздражаться проговорила она. - Ты сама понимаешь, что я прав, - ответил он, покачав головой, - У тебя совсем нет сил. - Я не понимаю, зачем это нужно тебе! – вновь сорвалась на крик Хелен, - Я вообще не понимаю, что ты делаешь здесь! - Я пришел, чтобы поблагодарить тебя, - повторил мужчина, - Спасибо. Ты спасла моего хорошего друга из заточения. Я бы даже сказал, что ты спасла ему жизнь. - Это не моя заслуга, - холодно перебила его девушка, - И все же, как ты узнал, где меня искать? Неожиданно Михаэль широко улыбнулся. - Амусей позаимствовал у твоего друга вот эту бумажку, - мужчина достал из кармана смятый клочок пергамента, Хелен пригляделась, пытаясь понять, как отобранный графом-вампиром контракт оказался у слуги, что вытащил девушку и ящера из замка. Может он связан с Темным Братством? Об этом стоило подумать, - А я просто проследовал по указанному направлению. Хотя, признаюсь, обогнать тебя было довольно сложно. Ты прибыла в город лишь несколькими минутами позднее меня. - Значит, - подвела итог Хелен, - возвращать бумагу ты мне не собираешься? - Нет. Немного помолчав девушка холодно произнесла: - У тебя хорошие друзья, Михаэль. А главное полезные. - Да, не хуже, чем у тебя. Девушка запнулась, вспомнив, что никаких друзей у нее больше нет… - Нужно было оставить скользкого ящера в той клетке… - голова вдруг вспыхнула острой болью, девушка зажмурилась, подняв руки и сильно сжав виски, - вместе с чудовищами… - Элеонор! – послышался рядом встревоженный голос мужчины, - Что происходит? - Ничего! – резко отозвалась Хелен, - Отойди от меня, грязный вор! Девушка отшатнулась. И застыла, ожидая, когда раздирающая голову боль прекратится. - Мне очень плохо, Михаэль, - негромко прошептала она, - Видимо, последнее приключение оказалось непростым… Просто когда-нибудь удача отвернется от меня, и тогда не останется ничего… - немного помолчав, Хелен добавила, - Не обращай внимания на мои причитания, Михаэль. Тихая война все еще идет, и мы по разные стороны баррикад. Допустить попадание информации к ворам – это моя ошибка, и отвечать за нее буду я. А ты… лучше оставь меня и уходи. Пока еще не поздно. - Для чего не поздно, Элеонор? - Я не Элеонор, Михаэль, - девушка тоскливо посмотрела на бумагу в его руках, - А Хелен не ответит больше ни на единый твой вопрос. - Я никогда не поверю в это, - вдруг резко сказал мужчина, - Элеонор не исчезла, и ты это доказала. - Михаэль, мне правда тяжело с тобой спорить, - вздохнула убийца, - Ты опоздал. Элеонор умерла, для того, чтобы смогла жить я. Да, Михаэль, я думала только о себе. И я не достойна ничьей жалости. А теперь уйди, наконец! Ты мне надоел! Толи от усталости, толи от постоянной боли из глаз девушки вдруг потекли слезы. Глаза закололо. А девушка думала, что вовсе уже разучилась плакать… Михаэль вдруг шагнул к ней и крепко прижал к себе, от чего Хелен всхлипнула и попыталась его оттолкнуть. - Успокойся, Элеонор, - негромко прозвучало где-то над ухом, - Я не уйду. И девушка смирилась, бессильно опустив руки и спрятав лицо в плече врага. -«Удивительно. Почему он поступает так? Он же презирал меня, ненавидел! Я видела это! Или мне казалось, что видела..?» - «Он не мог ненавидеть меня, я знала об этом. Просто он не был мне нужен. А теперь вот стал… Ведь больше не осталось никого рядом… Теперь все близкие ждали меня лишь в мучительных кошмарах, которые прекратятся только, когда я прекращу дышать…» - Михаэль, я не могу поверить, что сама убила их… - Кого? – после короткой паузы спросил он. - Людей… что были рядом… Братьев… Уведомитель назвал их предателями… - Это человек заставил тебя, - уверенность Михаэля в этих словах заставила девушку улыбнуться. - Нет. Я могла отказаться. Но не сделала этого… - Почему..? – тихо спросил мужчина. - Я боюсь смерти, Михаэль… А еще сильнее боюсь, что Лашанс сам убьет меня… Это будет очень… больно… - вдруг она замолчала и покачала головой, - Ты не поймешь. Ты не видел того, что видела я… что делала я… Остановиться уже невозможно. Вдруг убийца извернулась и, выхватив контракт из рук мужчины, отскочила от него. - Спасибо тебе, вор. Твоя вера в меня и правда очень воодушевляет, - развернув бумагу, Хелен опустила глаза, - Но меня уже ждут… Драконис… Какой интересный поворот сюжета. Правда, Михаэль? Тишину спящего дома нарушил громкий стук. - Кто там может быть? – послышался в темноте спальни наверху встревоженный женский голос. - Я посмотрю, - негромко ответил мужчина. Послышался скрип кровати, и его тяжелые шаги. - Будь осторожен, - шепнула женщина, прежде чем дверь в комнату закрылась. Андреас зажег масляную лампу и стал осторожно спускаться: не хватало еще навернуться на крутой лестнице и кубарем скатится вниз. Стук повторился вновь, теперь более настойчиво. - Да иду я уже! – проворчал мужчина, - Кого еще принесло посреди ночи? Как мог быстро он спустился и, зачем-то оглядев пустой зал таверны, что была на первом этаже его дома, шагнул к двери. Распахнув ее, он замер. От сильного весеннего ветра огонь в лампе мужчины дрожал, из-за чего фигура в белых лохмотьях перед ним казалась еще призрачнее… - Эл-леонор? – запнувшись прошептал он. Тонкие губы на бледном лице посетителя растянулись в улыбке. - Здравствуй, Андреас… Человек испугано запричитал и отшатнулся от двери, гостья шагнула на порог. - Н-но… ты же мертва! – воскликнул мужчина, пытаясь вглядеться в скрытое растрепанными волосами лицо девушки. Вместо ответа она приблизилась и, мягко коснувшись холодной ладонью его щеки, прошептала: - Я пришла за тобой… Человек крупно вздрогнул, лампа выпала из его рук и разбилась. Горящее масло разлилось по деревянному полу, быстро распространяя огонь. Девушка же все еще стояла напротив мужчины, не отнимая руки от его лица и с печальной улыбкой глядя в глаза. С силой сжав ее плечи, человек уже не дышал. Сверху послышался крик, быстрые шаги. Затем крики донеслись с улицы. А девушка так и стояла в кольце бушующего пламени, понимая, что выйти из горящего дома уже не сможет… - И зачем нужен был этот цирк? – ворчал закутанный в плащ мужчина, подгоняя лошадь, чтобы не отставать от ехавшей впереди женщины, - Ты не могла просто прийти и тихо его убить? - Ты не поймешь, - негромко отозвалась она, так же обернувшись плащом – весенние ночи еще были холодны. - Я УЖЕ ничего не понимаю, кроме того, что, если ты не будешь выполнять приказы, тот человек из письма придет, но уже за тобой! Да, остальное для меня темный лес… Ох, ладно, - мужчина вздохнул, - Куда теперь? - В Бруму. Но нужно добраться туда быстрее, чем весть о смерти Андреаса дойдет до его матери. - Хорошо, - подытожил человек, - Тогда нам следует поспешить. - Мне следует поспешить, - поправила его женщина, - Я благодарна, что ты вытащил меня из огня, даже после того, что я сделала, но я еду одна. Это мой рок… - Элеонор, - позвал девушку мужчина, - Элеонор, посмотри на меня! Она нехотя остановила коня и обернулась, человек продолжил: - Я разве не говорил, что не уйду? Девушка нахмурилась и вновь вернулась к созерцанию дороги перед собой. - Как хочешь, Михаэль. Но я тебя предупредила… *** Как только лошадь Михаэля устала, мужчине пришлось пересесть на Тень за спину Хелен. Что счастливая обладательница быстрого и выносливого животного прокомментировала довольно коротко: «Я же тебе говорила…» Большую же часть дороги девушка просто молчала, отвечала на редкие вопросы мужчины крайне неохотно и, вопреки обычаю, не думала почти ни о чем, даже Уведомитель ненадолго оставил ее мысли, только дикая усталость все еще терзала ее тело и непроходящая ноющая боль (и как раз ее происхождение было непонятно, ведь Михаэль все же заставил убийцу выпить зелье здоровья)… Хелен не удивлялась и не боялась, она не чувствовала ничего даже по поводу того, что рядом был ненужный спутник. Ей просто было все равно. Начавшие уже было покрываться зеленоватой дымкой весны деревья ближе к снежным горам Джеррол и городу Брума становились все темнее. Укрытая прошлогодней травой земля начала покрывать тонкой коркой льда и инея. И однажды, открыв глаза серым утром, путники просто не узнали мир вокруг. Ни желтой травы, ни черной земли и деревьев видно не было: все кругом было белым бело. Впервые за много дней Хелен улыбнулась, подумав, что кто-то просыпал муку пока они спали. Много-много муки. - Становится холодно… - прошептал Михаэль, плотнее закутываясь в легкий для этих мест плащ и выдыхая целое облако белого пара. - Это прекрасно, Михаэль! – рассмеялась девушка, наклоняясь и зачерпывая ладонями горсти белого чуда, - Я всю жизнь мечтала увидеть снег! То, что говорил отец, казалось мне невозможным… Пара слезинок скатились по щеке Хелен и упали в пушистое покрывало под ногами. - Поехали, Элеонор, - мягко взяв девушку за руку, сказал мужчина, - Здесь действительно холодно, я бы не хотел, чтобы ты заболела… Из разомкнутых влажных рук снег высыпал белой струйкой и легким облаком опустился на землю. Посещения Брумы пришлось избежать, хотя Михаэль очень жалел об этом. Горящие около главных врат города жаровни так и манили обещанием тепла, но Хелен смущали одетые в меха стражники, как раз расположившиеся вокруг огня. Со вздохом осмотрев издалека горящий множеством костров и пропитанный удушающим теплом город, странники направились дальше, в пустоши. К одинокому домику у самого подножья гор, где отдыхая от суетливого бытия мирно доживала свой век пожилая мать-Драконис. К заходу в слепящий снег солнца Хелен и Михаэль, наконец, ступили во двор Эпплвотча. - Элеонор, я пойду первым, - мужчина остановил потянувшуюся к дверной ручке убийцу, - У меня есть некоторый опыт в переговорах. По крайней мере, убить женщину мы успеем всегда… Он нахмурился, а девушка с улыбкой следила за внутренней борьбой «честного» человека. Наверное, ему действительно сложно было привыкнуть к мысли, что его солнечная Элеонор – хладнокровная убийца. Хелен искренне пыталась сочувствовать человеку перед ней, но уже почти забыла, как это делается. Каково это любить человека, которому абсолютно безразлична твоя судьба? Разве она знала это? - Хорошо, - только и ответила она, с долей понимания вглядываясь в лицо мужчины, жизнь которого растоптала… - «Ты… забрала у него все! Когда-нибудь… - всколыхнулись в памяти слова эльфийки-вора, убитой ею подружки Михаэля, - ты разделишь… эту боль…» - Михаэль, - вдруг жалобно сорвалось с губ Хелен, мужчина обернулся, - прости меня, если сможешь… Непонимание мелькнуло в глазах вора, когда девушка шагнула к нему и, обняв за шею, мягко коснулась губами губ. - Элеонор? – удивленно прошептал он, убийца всхлипнула, не в силах поднять взгляд и посмотреть в глаза напротив, - Ты передумала? Хелен поняла, что вновь ошиблась, и вместо извинения передала ложные надежды. Она никогда не отступиться, никогда не подведет Уведомителя… Ни ради кого! И уж точно ни ради человека, что так глупо верит в нее… - Я уже говорила, что я – не Элеонор? – холодно спросила она, отпуская Михаэля и обходя его, - А это значит, я не передумаю. Убийца два раза сильно ударила кулаком по обледеневшей глади двери, в ответ очень скоро донесся шум шагов и надтреснутый женский голос: - Кто там? - Я ищу ваших детей… - сказу перешла к делу Хелен, но старушка ее прервала. - Да-да, конечно! Я уже заждалась вас! – воскликнула обрадованная женщина, торопливо отпирая замки и распахивая дверь, - Вы ведь за подарками, верно? - Верно, - улыбнулся Михаэль, отодвигая девушку и становясь перед ней, убийца уже сжимала в руке оружие, - Отвести подарки вашим детям, я правильно помню? Сообщите адреса и мы вдвоем с помощницей все мгновенно доставим. - Ах, ну конечно, адреса! – всплеснула руками женщина, задумчиво оглядываясь, - Подождите, я сейчас вам все напишу… Она исчезла в утробе дома, а дверь так и оставила открытой, Хелен тут же шагнула за старухой. - Тише, Элеонор, - осадил ее Михаэль, - пусть сначала даст нам бумагу… - Вот, пожалуйста! – вновь в проеме появилась улыбающаяся старушка, и вручила мужчине объемную записку и мешочек с золотом, - Я там кратко расписала кому что нужно приобрести, качество подарков, конечно, должно быть самым лучшим, я никогда не скуплюсь на детях, и где мои дорогих малышей можно найти. Они у меня такие молодцы, все занимаются любимым делом и живут совсем не бедно… Так что вы постарайтесь, пожалуйста. Женщина устало вздохнула и собралась вновь скрыться в тепле дома, как услышала холодный голос позади: - А теперь можно, Михаэль? – усмехнулась Хелен и шагнула к испугано взглянувшей на нее старухе. Мужчина отвернулся и пошел прочь от затерянного в снегах дома, он понимал, что слова девушки не были вопросом… *** Пересказ переведенной записи из дневника М'Радж-Дара. Уставшее после жаркого дня багровое солнце медленно клонилось к закату. Заполненный ужасным запахом соленной воды и тухлых водорослей, от которого у желтого хаджита невольно подрагивали усы и сжимались веки, порт Рихада готовился к ночи. Морщась от смрада исходящего от изжаренной за день земли, хаджит поставил в ноги свою ношу и задумчиво разглядывал тонкие кровавые облака, затянувшие горизонт, что к ночи обещали холод и дождь. Но хаджит был очень далеко от этих мест, он вспоминал свою родину, Эльсвейр, то место, где закат был совсем иным… - Сдохнешь ли ты когда-нибудь, мерзкое животное! – под ребра неожиданно впились затупленный игры ржавой булавы, хаджит отшатнулся и, прижав уши, зарычал на погонщика, - Из тебя никогда не получиться нормального раба, тупой кот! Хаджит прищурился: он знал язык людей, но разговаривать умел еще очень плохо, чаще он просто ругался так, чтобы рабовладельцам было понятно. Но с последним замечанием погонщика «кот» спорить не стал: верно, М'Радж-Дар никогда не станет рабом неуклюжей лысой крысы! Держа в сердце горячие пески и влажные леса Эльсвейра, гордый ночной охотник не станет пресмыкаться! Он лучше умрет… Темнокожий человек взревел, видимо сообразив по оскалу хаджита все, что тот хочет ему сказать, и вновь замахнулся булавой. Но на этот раз М'Радж-Дар не растерялся: быстрее вздоха он оказался около погонщика и с торжествующем рычанием сжал челюсти на его горле. Когда человек перестал биться, хаджит отстранился и, даже не подумав вытереть перемазанную кровью морду, заурчал… Громко и утробно, как самый настоящий пушистый котенок, до отвала напившийся молока… «Мыши никогда не поймают кота!» - подумал ночной охотник и, забрав ключи у мертвеца, скользнул в быстро сгущающуюся тьму… *** Знакомая пустая темнота окружала девушку. Но она уже не боялась, перестала бояться и разучилась плакать, хотя сердце все еще ныло от нечеловеческого холода чужой жестокости. Этой бессердечной убийцей не могла быть Хелен, только ни та Хелен, что всем сердцем любила нареченного отца и чтобы ни было поклялась отомстить за него, ни та, что, не боясь смерти, шагнула в Обливион, лишь чтобы дать отчаявшимся людям последнюю надежду, ни та, что счастливо смеялась со смуглой девочкой, дорожа ею, словно родной дочерью, ни та… Девушка, что не была Хелен, устало прикрыла глаза. Что это? Неужели любовь так могла изменить ее? Неужели любовь могла сделать из доброй девочки хладнокровное чудовище? Нет, название этому не любовь… Но что другое? Что за дикая верность? Готовность сложить всю жизнь к его ногам лишь за один взгляд или слово? Как можно назвать это? Девушка, которая уже не знала, кем стала, не могла найти ответ, и не было никого в пустой темноте, кто мог бы помочь ей советом. - Дочка… - еле слышно донесся сквозь тишину почти забытый мягкий голос. Девушка резко оглянулась, чтобы прищуриться и прошипеть: - Что тебе нужно здесь, Филида? Я уже прикончила твоего убийцу, - и вновь вернулась к созерцанию пустоты, - Уйди отсюда. Все уйдите из моих снов. Уйдите из моей памяти. Девушка не видела как бывший капитан покачал головой. - Бедная девочка, - так же негромко проговорил он, но неХелен все равно услышала и попыталась закрыть уши. - Мне не нужна ваша жалость! – закричала она, но Роберт уже стоял рядом и держал руку на ее плече, - Уйдите! Я хочу вас забыть! - Береги воспоминания, Хелен, - сказал старик, исчезая, - Мы – это все, что осталось от тебя… Лицо девушки вдруг искривилось, из груди вырвался болезненный стон, она рухнула на пустоту, что была ей землей, и горько заплакала… - Элеонор! Слышишь меня, Элеонор?! Очнись! Где-то над головой раздался оглушительно громкий по сравнению с голосом призрака возглас Михаэля. Хелен почувствовала, что крупно дрожит, хотя ясно ощущала несколько шерстяных одел, в которые ее, наверняка, закутал Михаэль, и поняла, что ни открыть глаз, ни вздохнуть не в состоянии… Девушка судорожно вцепилась в руки, что чуть приподнимали ее над холодной землей. - Михаэль, - с трудом просипела она, еле двигая губами, - Михаэль… Хелен закашлялась, чувствуя, что мужчина сильно сдавил ее ладонь. Его руки казались такими горячими… - Я… не могу… - выдавила девушка, чувствуя, что вновь теряет сознание. - Элеонор, я не… Подожди… - девушка сильно вздрогнула, когда Михаэль коснулся воспаленных ран на ее шее, - Это же… Элеонор, ты заражена! И столько ужаса было в голосе человека, что девушке захотелось рассмеяться. - «Конечно, глупый вор! И эту болезнь, что мне «подарили» вампиры Скинграда, можно было вылечить… Но теперь уже поздно… Как же хорошо в смерти… Я просто закрою глаза и усну…» - Слушай мой голос, Элеонор! Слушай! Не сдавайся, не уходи! Слышишь, не уходи! Молодой вор причитал уже где-то очень далеко. - «А если не умру? А если стану чудовищем? И что тогда? Ненавистные воспоминания будут преследовать меня вечность? Нет… Этого я не выдержу! Лучше я буду чувствовать боль, но буду чувствовать ее недолго…» - Элеонор, я не отпущу тебя! Ты нужна здесь! Ты нужна мне… Девушка ясно решила, что не станет нежитью ни при каких условиях и с огромными усилиями попыталась сосредоточиться. Она вдруг ясно ощутила свое умирающее тело и боль, а еще теплое дыхание Михаэля где-то над виском... От напряжения на глазах выступили слезы, почти сразу замерзающие на морозе. - Михаэль, - негромко позвала Хелен, мужчина неожиданно вздрогнул, - Там… там в сумке… посмотри… зелье… от болезней… поспеши… пока я еще здесь… ты должен успеть… Мужчина не сказал ни слова, лишь аккуратно уложил девушку на снег и исчез. Его не было всего несколько секунд, но для Хелен прошел целый век. Она хотела открыть глаза, что бы увидеть небо, она хотела видеть небо… Но веки оказались слишком тяжелыми… Услышав хруст снега рядом и почувствовав прикосновение Михаэля, девушка благодарно улыбнулась… И вдруг сознание сорвалось… Все поглотила тьма… *** Первое, что почувствовала Хелен, как сознание вернулось, это дикую усталость и тошноту. Чуть позже к этим чувствам примешалась и уже привычная боль. Девушка глубоко вздохнула сухой воздух, наполненный запахом дыма, и поняла, что эту самую простую привычку – дышать, не променяла бы больше ни на что… Позволив хозяйке немного прийти в себя, в голову полезли разнообразные мысли. Причем все и одновременно. И разобраться в этом безмолвном гомоне было практически невозможно. Единственное, что смогла уловить девушка, это общее настроение мыслей – опасность! Не совсем понимая, из-за чего возникло это чувство, Хелен открыла глаза. Приятная серость и полумрак встретили девушку, шорох прибоя где-то недалеко и скрип дерева. А еще она чувствовала тепло, то тепло, которого не могло быть в ледяной пустыне вокруг Брумы. Это была еще свежая и холодная весна Нибенея, когда только набухают почки на высоких деревьях, распускаются вишни и яблони, когда сквозь дерн пробирается первая трава. Молодая, пахнущая влажной землей и дышащая прохладным ветром, весна Нибенея – единственное, за что можно было любить Сиродил. Хелен осторожно поднялась в кровати, не обращая внимание на нытье во всем теле, и увидела сидящего на стуле напротив мужчину. Он сложил на груди руки и низко свесил голову, не общая ни малейшего внимания на движения Хелен. Даже не удивившись его присутствию девушка, негромко позвала: - Михаэль! – мужчина тут же вздрогнул и поднял на Хелен непонимающий взгляд. Когда он, наконец, проснулся и сообразил, что его спутница пришла в себя, Михаэль с облегчением вздохнул: - Элеонор… Хорошо, что ты очнулась. Я уже начал думать… - Где мы? – грубо оборвала мужчину девушка и оглядела небольшой бедный домишко. - Не поверишь, но мы в Империал-сити! - Да ну? – в голосе Хелен не было ни печали, ни радости: ни единой эмоции относительно этой новости, - И как долго я была без сознания? Девушка уже начала понимать, почему очнувшись почувствовала опасность: задание так и не выполнено, а время уходит, и учитывая то, что Хелен то пропадает в тюрьме, то валяется без сознания, проходит оно совершенно бесполезно. Нужно что-то делать. Что-то делать, пока не явился Лашанс и не оборвал итак короткий жизненный путь неудачницы-убийцы… - Не долго, не беспокойся, - Михаэль будто прочитал мысли девушки, но все же его слова не принесли покоя, - Твоя лошадь мгновенно доставила нас в столицу… Удивительное животное! Хелен усмехнулась краем губ, замечая про себя, что уже сама не раз так думала, а вслух говоря только: - Да это так, - и снова окидывая взглядом незнакомое помещение, - А где мы? Что это за место? - А! – улыбнулся Михаэль, - Этот дом нам любезно предоставил Серый Лис. Но ты знаешь воров и прекрасно понимаешь, что, конечно, не просто так. В обмен на услугу. Это касается меня, так что ты не забивай этим голову. Все вообще складывается хорошо: ты здорова, это раз, у тебя есть еще время, это два, и мы рядом с одним из детей Драконис, это три. - Хорошо, - Хелен задумчиво кивнула. - «Что ж, может, от тебя действительно есть какая-то польза, воришка…» - А почему здесь так сильно пахнет дымом? – неожиданно поинтересовалась она, - Ты, что, решил сжечь дом и меня вместе с ним? - Нет! – усмехнулся мужчина, - Честно, я пытался растопить печь и приготовить завтрак. Но… думаю, что я лучше схожу в трактир и принесу еды оттуда. Впервые за долгое время Хелен улыбнулась, ни зло, ни презрительно, а просто, спокойно и чуть устало. - Не стоит. Я могу пойти с тобой… - Нет, - отрезал Михаэль, - ты еще слаба. Тон мужчины раздражал. - Прекрати говорить со мной как с ребенком, Михаэль! – негромко предупредила она, но добавила уже более мирным тоном, - Я просто хочу немного прогуляться… «Сложно ли предугадать, куда ходят развеяться и отдохнуть солдаты? Конечно, нет. Стоит только найти самую людную, шумную забегаловку города и цель определиться.» Город встретил своих гостей свежем утром и сырым холодом, веющим с озера Румаре. Влажный песок побережья, где расположились домики бедноты, покрылся тонкой белой коркой. Но с восходом солнца корка начала постепенно исчезать. Камни мостовой порта блестели от росы. Несколько новоприбывших кораблей мирно покачивались на волнах. Переодевшись в предусмотрительно раздобытое Майклом платье, Хелен стояла на пороге дома и улыбалась так, будто видела этот мир впервые. - До вечера еще так долго… - прошептала она, вдруг нахмурившись. - Ты уже все решила, не так ли? – негромко спросил мужчина, девушка перевела на него ожидающий взгляд. - «Неужели, Михаэль, ты действительно думаешь, что я могу передумать? Могу отступить? Верно, все уже решено. И я иду до конца.» Словно услышав ее мысли, Михаэль вдруг улыбнулся и произнес: - Но ведь у нас впереди еще целый день! Давайте прогуляемся, моя леди? Девушка пожала плечами, не имея ничего ни за, ни против этого предложения. - Хорошо, Михаэль. Но не забывай: мы оба преступники и вряд ли сможем беспрепятственно гулять по городу. - Не думай об этом, Элеонор. Мы оба знаем, что в полдень тени становятся гуще… Но прогулка, к большому неудовлетворению Михаэля, оказалась недолгой. Точнее закончилась так и не начавшись. Пришедшие в людный трактир позавтракать, путешественники неожиданно встретили именно того кого искали. Хелен выглядела довольной, Михаэль был уверен, что она все подстроила. А Маттиас Драконис сидел за одним из столов в компании друзей и кружки пива. У наемников работы, похоже, пока что не предвиделось, поэтому они уже с утра просиживали штаны в таверне. А ассассину это и было нужно. Михаэль, расположившись подальше от буйной компании, угрюмо наблюдал, как подошедшая к Драконису светловолосая девушка, заманчиво улыбаясь, что-то шепчет ему на ухо. Хелен было интересно попробовать себя в новой роли – таверенной шлюхи, к тому же горький опыт в этом деле уже имелся. Решив, что соблазнение будет самым лучшим способом увести Маттиаса от друзей, Хелен оставила Михаэля заканчивать завтрак, а сама пошла выполнять свою работу… - Пойдем со мной, красавчик, - сладко проговорила Хелен, приблизившись к столику. - Эй, Маттиас, девушке нельзя отказывать! – рассмеялись в ответ друзья. - Ну и сколько ты стоишь, дорогая? – неохотно поинтересовался мужчина, к которому они обращались. Видимо, с деньгами у него так же было негусто. - Идем со мной, - прошептала девушка, - Обещаю, тебе так понравиться, что ты отдашь все свои деньги… Хелен еле удержалась, чтобы улыбка на ее лице не превратилась в гримасу отвращения. Маттиас, не обратив ни малейшего внимания на странный для путаны больной вид и простой наряд, пожал плечами и под одобрительный хохот друзей последовал за ней. Едва ступив в безлюдную подворотню, Хелен обернулась к мужчине, не дав ему ни минуты для размышления, и прижав нож к его горлу, резко надавила. - Ситис уже давно ждет тебя… Когда хрип умирающего человека стих, девушка отошла от тела и прижалась спиной к холодной влажной стене. В подворотне было темно, хоть над городом раскрылось огромное синее небо и лился солнечный свет. Убийца с силой сжала кулаки, с которых медленно капала кровь, и прикрыла глаза. Она не хотела думать ни о чем. Уведомитель обещал понимание, а Господин взамен любви требует лишь кровь. Чужую кровь. Тогда в чем же проблема? Не проще ли перестать бороться? Подчиниться. Раз уж такова судьба. «Убивать незнакомцев? Хорошо. Убивать Братьев? Хорошо. Друзей, врагов и предателей? Хорошо. Кого угодно. Но не требуйте больше! Не требуйте верности и любви! Я ненавижу тебя, Отец мой! И телом я подчинюсь, потому что иначе погибну или сойду с ума. Но сердцем… сердцем я всегда буду верна лишь одному человеку… И лишь он будет моей верой, лишь ему я буду служить… Лишь он… Только он…» - Элеонор, почему ты здесь..? – говорящий неожиданно запнулся и осторожно взял девушку за руку, - Пойдем, пока ничего не заподозрили. - Да, - чуть хрипло прошептала она, открывая глаза, - Пойдем, у нас еще много работы…