PUSSY POWER

Мое сердце на крючке.

Раньше Анна Павловна не умела бездельничать. Это Марина научила ее - в субботу весь день нежиться в разобранной постели, наслаждаться свежим бельём, чистой пижамой (или ее отсутствием). Готовить вместе или по отдельности. Раньше Анна Павловна на выходные скрывалась, и Марина до конца не знает даже, что ее благоверная обычно делала по выходным: Анна уверяет, что она работала, но Марина уверена, что босс лежала в горячей ванне, потягивала шампанское и занималась финансовыми махинациями, которые обещали свалить парочку лишних фигур в ее бизнесе. Босс вообще активная, ни секунды покоя, если она в настроении, то идеей загорается мгновенно, выполняет и выжимает из неё максимум. Резко перегорает, чего не показывает, а когда все же даёт слабину, то властно щёлкает тонкими пальцами и надевает лучший пиджак Burberry. Пьёт по вечерам в своём офисе текилу (текила-любовь?) и ищет новое развлечение. Теперь Анна Павловна умещает все эти занятия (все стадии от мании до скуки) в один вечер пятницы, потому что на выходные ее ждёт Марина, марафон фильмов/сериалов/мультиков, вкусная доставка на дом, массаж и «Если ничего срочного, то и думать не надо про работу» от Марины. Неудивительно, что Анна Павловна через год таких отношений, чуть опускает свою стальную броню - а ведь раньше шипела злой кошкой, и с Мариной была только после «коктейля Молотова» (виски, джин и водка, смешать и до дна с половинкой лимона, у неё уже есть деньги на донорскую печень, si jamais). Раньше Анна Павловна приходила к ней в маленькую квартиру, доставшуюся правдой-неправдой (по документам - от бабушки) и оставляла на бледных плечах красный отпечаток своей помады, а на утро курила в форточку и готовила потрясающий кофе в турке. Иногда Марине везло - и они предавались страсти (тогда о том, чтобы "предаться любви" речи вообще не шло: Марине было обидно) после крупных и нервотреплющих сделок Анны Павловны. Боже, что они только творили на печально известном всем окружным мафиози бильярдном столе... Сейчас Марина заходит в кабинет босса без всяких сомнений, нет никакого испуга, только: «Опять ты себя загоняешь? Я на ужин заказываю японскую кухню, будешь данго?» — «Дан...ган...дон... Что, прости?..» — «Туше.» Они привыкают друг к другу, притираются и, кажется, наконец, по уши в этом вязнут. Так что, когда Анна Павловна не появляется в ночь пятницы в их квартире, Иртынская нервничает. Ставит «Ходячих» на паузу и набирает знакомые цифры. Она не паникёрша, но с их путешествия в Сан-Франциско прошло три месяца, все было спокойно, но Марина все ещё опасалась. И небезосновательно. На звонок никто не ответил, как и на предыдущие 14 смс, варьирующиеся от «Твой дангандон стынет! Если что, это японская сладость, расслабься. А вот я тебя жду» до «Босс, все в порядке?» Не успела Марина снова нажать на кнопку вызова, как ей пришло сообщение с неизвестного номера. «На следующие смс и звонки от меня не отвечай и сама не связывайся. Это Аня. Я под прикрытием, через месяц вернусь. Прости, что все так резко сорвалось, надо прикрыть контору. Отбой. Люблю» Марина поджала губы и вернула телефон на тумбочку. Все понятно. Замом наверняка останется исполнительная Саша, а ей остаётся только нервничать и переживать. Она не успела и до дивана дойти, как ей пришло новое сообщение: «Мультфильм Красавица и Чудовище 1991 года, 1:06. Сейчас» Внутренне сжавшись в напряженную пружину, Марина сделала, как ей велели, поставила ноутбук на стол в кухне, включила мультфильм, промотав киноленту до указанной минуты вплоть до секунд, чувствуя себя идиоткой. Мало ли, вдруг там шифр? Но сколько она ни вглядывалась, ничего не было: только романтичная сцена. Иртынская как раз перематывала курсором киноленту назад повторно, когда в дверь позвонили. Марина затаилась. Звук из колонок - на максимум, пусть думают, что она дурочка. В руки пошла чугунная сковородка для Аниных любимых стейков и собственная рабочая Беретта. Дойти до двери, посмотреть, что вывела на экран специальная для таких случаев скрытая камера... Курьер с цветами. Странно. Сковородку тихонечко вбок на шкаф, снаружи ее видно, а схватить ее она если что всегда успеет. Беретту под свободный кардиган, снять засов со всех запасных замков - паранойя? Какая паранойя? В их работе это называется трезвый инстинкт самосохранения. Щелкнул последний замок, и дверь отворилась. — Здравствуйте, вы - Марина Иртынская? Парень-курьер попыток атаковать ее не предпринял, и Марина намеренно смущённо улыбнулась. — Вам доставка, подпишите здесь, пожалуйста... — А от кого? — Понятия не имею, заказчик поделал остаться анонимным. Заказали на сайта. — Парниша пожал плечами и протянул ей листок для подписи, что посылку она-де получила. Удостоверившись, что подпись девушка оставила в нудном месте, он протянул ей коробку с памяткой «ценный груз». — Хорошего вечера, до свиданья! — Ага, и вам не хворать, — Марина захлопнула дверь и по камерам, установленным в подъезде проследила, что курьер ушел наверняка. Коробку она благополучно открывала на балконе - если там бомба. Но опасения оказались напрасными: в коробке обнаружился хрустальный колпак, под которым, надежно спрятанная от посторонних глаз, стояла темно-фиолетовая роза. Как в «Красавице и Чудовище». Телефон у Марины снова пискнул: «Не обижайся» Иртынская улыбнулась, но, дабы не скомпрометировать любовницу, на смс не ответила. Все и так было ясно без слов.

***

Су-ука. Хочется за что-то зацепиться, тонуть в воспоминаниях, но утонуть не в чем. Анна Павловна вперивается тупым безэмоциональным взглядом в стену. Это ее личная методика, выжечь изнутри все собственноручно, до того, как это сожгут насильно, вытрясут, извратят и высмеют. Физическую боль можно претерпеть, а после таких сеансов спонтанного самовозгорания она дёрганная, и на Марину смотрит с подозрением - вспоминает, кто и зачем. Какого хрена. Отчего-то Анна Павловна знает, что в этот раз привыкнуть улёт сложнее. Как и выбраться из этого Ада. Ее пальцем боятся тронуть без появления их Главного - одному охраннику Аннв Павловна прокусила палец (искренне надеясь, что ублюдок не ВИЧованный), другому обеспечила открытый перелом руки одним литым движением. Теперь охранники ее боялись и иногда шутили: «А глазом банку пива откроешь?» Анна Павловна предложила проверить, и на своё горе к ее камере кто-то из охранников поднес руку... С тех пор ее называли на «Вы», кормили ровно по часам и воду приносили не сырую более. Пришедший тогда шестерка Главного, красивый до двусмысленных мыслей о том, как он оказался на неплохой должности в таком грязном мире (по акценту - француз) хмыкнул, что вот, кто здесь bosser. Его Анна Павловна не знала, видела размыто и мельком - он намеренно держался на периферии видимости ее камеры. Опасался ли? Выигрывал ли преимущество? Неясно. Ситуация Анну Павловну только злила, а оттого и придавала ей сил и стимула не сломаться в этой дыре. Каждый день ей задавали вопросы, просили подписать какие-то бумаги, пытками выбивали шантаж на влиятельных шишек, ее знакомых. Добровольно подставила она только двоих и неважных - с остальными же портить отношения не хотелось, она знала, что выйдет отсюда и вернется к своей работе. Не впервой. Анна Павловна прикрывает глаза и намеренно идет на дно собственного подсознания камнем, отключает по доброй воле все эмоции после очередной порции шантажа и оставляет только физическую оболочку, здравый смысл, да холодный расчет. Анна Павловна знает: в этот раз выбраться будет сложнее. В этот раз вспоминать Марину больше не придётся - не после ее предательства. И пускай, доказательствам, которые ей предоставили эти ублюдки (очевидные несостыковки в Мартином прошлом по ее же рассказам), она не верила, но уж слишком хорошо складывался пазл - кстати, не лучшей для нее раскладкой. Так бывает: ты ожидаешь увидеть на собранном рисунке из 10.000 деталей величественного попугая ару, а в результате получаешь обезьянью жопку. Анна Павловна не верит этим людям, что уверяют ее в предательстве Марины. Но и Марине она не верит более - ее цель выбраться отсюда и узнать правду любыми методами. А уж ее побег, это всего лишь вопрос времени… Веселье скоро начнется, и пусть никто не уйдет не обиженным! Пора собирать камни.