Моя громкая любовь

      Утро пятницы. Темноволосый юноша перевернулся на бок и уткнулся в шею спящему рядом Дэнни. Не до конца смывшийся запах одеколона, смешанный с запахом кокосового геля для душа, окутал Элиаса. Проведя пальчиками от груди до пупка парня, Соларес поднял голову в ожидании реакции. Дэнни лишь что-то невнятно промурлыкал спросонья, а потом, забросив руку, и притягивая к себе младшего, продолжил спать. Юноша приподнялся и сел. Он взял руку Дэнни и принялся тормошить его. Тот не реагировал. Элиас начал делать «волну» его рукой, но парень оставался неподвижным.       «Ну, вставай же…»: обреченно думал Элиас, отпуская руку старшего. Но вдруг его посетила идея. Он опустился ниже и отвернул уголок одеяла, прикрывающего бедра Дэнни, осторожно потянулся к белым боксерам, кладя ладонь на его пах. — Ммм, — негромко гортанно промычал Браун.       Элиас оттянул резинку нижнего белья, и запустил руку внутрь, обхватывая немного твердый с утра орган любимого. Внизу живота мальчика залетали бабочки, а по коже забегали мурашки, и он полностью стянул с Дэнни боксеры. Соларес припал губами к члену старшего и принялся делать всё то, что так любил парень. Обхватывая губами горячую головку, он скользил ладонью по стволу. Затем, касаясь влажным, горячим языком уздечки, бросил взгляд на ноги Брауна, пальцы напряглись и тот заворочался. Элиас продолжил, смачивая слюной возбужденный орган. — Малыш? — раздался голос Дэнни.       Мальчик дернулся от внезапного обращения к себе, и с перепугу выпустил член парня изо рта, случайно шлепнув им себя по губам и кончику носа. Светловолосый рассмеялся, а затем приблизился и, поцеловал возлюбленного. — Это ты меня решил разбудить так? — спросил он.       Соларес кивнул, вытирая влажный нос тыльной стороной ладони. Буквально секунда, и вот, Браун возвышается над поваленным на спину мальчиком. Он начинает целовать его шею, трется уже до невозможности возбужденным членом о ткань трусов Элиаса. Старший принялся стягивать их с юноши, но вдруг столкнулся с сопротивлением. Темноволосый схватил его за обе руки, останавливая. — Эй, ты чего? — шептал Браун. — Не бойся. Он продолжил попытки снять белье с Элиаса, но тот вцепился одной рукой в руку Дэнни, а другой уперся сначала в его грудь, а затем в бедра, отталкивая от себя. — Подожди… Так ты не хочешь меня? — замер старший. Он отпрянул и, надев обратно свое белье, встал с кровати. — Я думал, ты хочешь… Зачем ты тогда будил меня таким способом?! Что это за «возбудим и не дадим»?! Нравится так меня дразнить? Дразни дальше! Я тебя насиловать не собираюсь, не переживай.       Хлопнув дверью, парень вылетел из комнаты. Зайдя в ванную, он открыл кран с водой. Подняв голову, он взглянул на свое отражение в зеркале. Никаких синяков под глазами, прыщей или ещё чего-то отталкивающего он не заметил. Поднес ко рту руку и дыхнул. Запах изо рта был вполне обычным. Раздался стук в дверь. — Спускайся вниз, — отрезал Дэнни. Стук повторился. — Я сказал тебе: «Иди вниз», — повторил Браун.       Он взял пенку для бритья и нанес её на подбородок, щеки и над верхней губой. А затем бритвой принялся аккуратно сбривать светлую щетину. Снова стук. — Элиас. Иди вниз и прекрати ко мне ломиться. Всё. Я скоро выйду. Повернувшись обратно к зеркалу, он продолжил бриться. Ручка задергалась. — Блин! Не… С-с-с, ай! — чиркнул Дэнни резко по подбородку и почувствовал боль.       За дверью послышались шаги, которые отдалялись, отдалялись, и вскоре вовсе стихли. В раковину капнули пару капель крови. Парень принялся смывать их, но с подбородка капали новые. Спустя пару минут, поприкладывав ладонь, смоченную холодной водой, Браун остановил кровотечение, а затем, почистив зубы, вышел. В комнате он надел свой свитер и джинсы, а после этого спустился по лестнице к Элиасу. Тот сидел в гостиной на диване, обхватив коленки руками. Увидев Дэнни, мальчик подхватился с места и подлетел к нему, показывая телефон. Старший взял его из рук юноши и взглянул на экран. «Дэнни, котёнок, прости меня, пожалуйста. Я очень тебя люблю и очень хочу, просто после того, что было вчера в ванной я ещё не очень отошел. Я думаю, буду готов вечером повторить, но сейчас пока не могу. Давай вечером» — Стоп. В каком смысле? — вогнало Брауна в ступор написанное. — Ты имеешь в виду… Болит? Мальчик взял телефон в руки и написал ответ. «Немножко. Не смертельно» — Так, быстро наверх, в мою комнату. Я сейчас подойду, — скомандовал парень.       Соларес хотел было возразить, но, увидев обеспокоенный взгляд любимого, послушался и побежал по лестнице на второй этаж. Взяв в руки крем, Дэнни вошел в свою комнату. — Ложись на живот и спускай штаны, — обратился к мальчику светловолосый.       Тот сразу спустил джинсы с нижним бельем и лег на кровать. Раздвинув половинки нежной попки, Дэнни принялся видом важного, опытного доктора осматривать своего маленького пациента. Тот с опаской оборачивался через плечо. — Всё нормально. Как я и думал. Тут ничего такого. Ничего особенного. Немножко покраснение. Не волнуйся, это пройдет до вечера, а то и раньше.       Он открутил крышку тюбика и, выдавив крем на пальцы, принялся намазывать порозовевшую дырочку. — Не больно? — беспокоился Браун. Юноша помотал головой. — Переусердствовали немножко вчера с тобой. Ну, ничего, скоро пройдет. Я натворил, я и исправлять буду, — улыбнулся Дэнни, нежно размазывая остатки крема, а затем вытирая руки салфеткой. — Можешь одеваться. Подтянув белье и джинсы, мальчик присел на край кровати. — Малыш, прости меня, пожалуйста, — сел рядом Дэнни, обнимая его. — Прости, что так распсиховался утром. И прости, что я силы не рассчитал. Ты же ещё совсем крошка у меня. Я у тебя первый и я обязан быть осторожен с тобой. Ты такой хрупкий, как дорогой хрусталь, который легко надколоть. Поэтому я должен быть очень аккуратным. «Мне не было больно вчера. Наоборот. Мне вчера было очень хорошо. Я почувствовал, что слегка побаливает только утром. Не переживай. Ты ни в чем не виноват»: не дожидаясь, пока Браун закончит, написал Элиас.       Вдруг он заметил запекшуюся кровь на подбородке старшего и вопросительно взглянул на него. Тот ответил, что это всего лишь порез. Тогда Соларес достал из аптечки пластырь и, распаковав, наклеил на травмированное место, легонько разравнивая. Дэнни смотрел, с какой заботой его Енотик ухаживает за ним. Не выдержав, он приблизился и коснулся мягких уст возлюбленного. Они слились в поцелуе. Светловолосый прижимал к себе юношу, ласково гладя по спине. Так они сидели несколько минут, просто обнимаясь, а затем спустились на первый этаж, чтобы наконец позавтракать. …       Весь день прошел прекрасно. Ребята ходили за покупками в магазин, занимались домашними хлопотами, уборкой, готовясь к приезду родителей Дэнни. Лишь постельное белье в их спальне осталось на своем месте, ведь парни знали — их ждет ещё какая бурная ночь.       И вот, после ужина Дэнни поднялся в спальню родителей и начал переодеваться, чтобы ложиться в постель. Через пару минут из душа вышел Элиас и зашел в комнату. «Ты помнишь?»: показал надпись на экране юноша и хитро улыбнулся.       Браун отбросил телефон темноволосого на кучу своей одежды, лежащей на полу, а затем уложил мальчика на постель и навис сверху. Страстно целуя шею, он засасывал кожу, оставляя после себя багровые пятнышки. Опускаясь ниже, до груди, он наслаждался тем, как дрожит и сбивается дыхание Элиаса. Дойдя до твердых горошин сосков, парень принялся вылизывать их, умело вращая языком. Длинными пальцами Браун продолжал ласкать сосочки, пока губами выцеловывал выпирающие ребра и стройный животик. Сорвав полотенце с бедер младшего, на секунду замер. — Ты точно готов? Ничего не болит? — спросил Дэнни. — Ммм, — буквально проскулил мальчик в ответ и заелозил бедрами по простыням, чуть ли не требуя поскорее взять его.       Парень придвинулся ближе к нему и взял заранее приготовленный флакон с лубрикантом. В этот раз Браун перестраховался, обильно смазав младшему вход. Член вошел практически без труда. Светловолосый лег на юношу, а тот обхватил своими ножками его бедра. Дэнни целовал возлюбленного, двигаясь внутри нежно и осторожно. Смазка, которой было использовано чересчур много, пошло хлюпала и капала на простыни. Элиас стонал, закрыв глаза, и своими движениями просил ещё, всё время подаваясь вперед. — Тебе хорошо, малыш? — спрашивал Дэнни, продолжая двигаться. — Ааах… — стонал тот, крепко цепляясь пальцами за плечи любимого. — Хочешь сильнее? — предложил Браун дрожащим голосом. Мальчик закивал и начал двигаться навстречу ему. Тогда светловолосый принялся ускоряться и буквально притягивать к себе юношу. — Н-н-н. Ах! — застонал, а в конце и вовсе вскрикнул Элиас. — Что? Что такое? — забеспокоился старший.       Но тот лишь чаще начал подаваться вперед и на члене мальчика заблестела прозрачная капелька. Тогда Дэнни разогнался и начал ещё сильнее двигаться внутри Солареса. Тот стонал, выгибался, цеплялся ногтями в спину, легонько прикусывал плечо Брауна. Парень не останавливался, понимая — он попал в яблочко. — Подожди, подожди, малыш… — задыхался от собственной скорости светловолосый. — Подожди, я скоро, подожди… Не кончай без меня… Постой…       Ещё пару фрикций, а после старший вытаскивает член и протяжно стонет дрожащим голосом, изливаясь на измятые под их телами белые простыни. Элиас кончает практически сразу, через пару секунд после любимого, захлебываясь в собственных стонах и, закашлявшись, глубоко вдыхает, расслабленно закрывая глаза.       Они лежат неподвижно, и лишь их грудь или животик время от времени подрагивают. Затем, отдышавшись, на ватных после оргазма ногах, идут в душ, а потом — менять постель на чистую. Утомленные прекрасным, страстным сексом, парни быстро засыпают в объятиях друг друга.