Моя громкая любовь

Двери в палату, где лежала Роуз отворились, и с огромным букетом васильков вошел Питер. — О, не-не-не! — отвернулась девушка. — Уберите. Хватит издеваться надо мной. Врач замер и с недоумением взглянул на неё. — Мисс Уильямс, Вы чего? Я принес цветы, чтобы Вам было приятно. И аромат свежий… — У меня есть фотография, где видно, что Вам подарили эти цветы. Ну, что ж, радуйтесь! — вскипела рыжеволосая. — Чужой парень дарит Вам букет цветов! Вы хоть в курсе, Питер, что Вы у него не один? У Дэнни есть парень, но цветы он почему-то дарит Вам. — У Вашего друга есть парень? — опешил он. — Да, вот так вот мне не повезло! Но тем не менее… А как вас не мучает совесть? Ни Вас, ни его! — Да нет же, Роуз… Мисс Уильямс, — исправился он тут же. — Этот букет просто Дэнни мне просто передал. Для Вас же. Клянусь! Девушка поправила пальцами волосы и взглянула исподлобья на него. — То есть Дэнни не дарил Вам цветы? Это он их мне передал? — заулыбалась она. — Ну, не совсем… Ну, как бы… — Ладно-ладно, можете поставить в вазу, — кивнула Роуз. Парень набрал воды и поставил цветы на тумбочку. Затем он быстро наклонился к девушке и чмокнул её в щеку. Та дернулась назад и взглянула на доктора растерянно. — А… Это тоже Дэнни передал? — спросила она, а уголок губ нервно дернулся. — Н-нет, — запнулся парень, отступая на полшага назад. — Это моя инициатива. И цветы. — Питер, я прошу прощения, зачем? Вы решили поухаживать за пациенткой, но не как врач, а более лично. Зачем? Почему? — Потому что Вы мне нравитесь, мисс Уильямс, — выпалил он, а затем взглянув ей в глаза продолжил. — Уже давно. Я боюсь, что мне придется Вас выписать и тогда мы больше не увидимся. — Я не знаю, что Вам ответить, Питер… — тихо сказала Роуз. — Ответьте, что я тоже Вам нравлюсь, — улыбнулся доктор. Двери открылись и в палату влетела высокая блондинка лет тридцати пяти — Лесли. — Слушай, Камински, я устала тебя вечно выискивать по всей больнице. Там операция, а тебя нет! — сообщила она. Тогда Питер, в последний раз взглянув на свою пациентку, последовал за коллегой. Роуз же осталась наедине со своими мыслями. Её разрывало на части. Чувства к Дэнни ещё не остыли, она не могла перестать думать о нём, хотя умом понимала, что не нужно мешать его отношениям с Элиасом и что никаких ответных чувств к себе не вызовет. Но разве имеет логика какой-то вес, когда человек влюблен? Разве здравый смысл управляет им, когда сердце бьется сильнее каждый раз в присутствии своего предмета воздыхания, а все мысли заняты лишь мечтами? А здесь ещё и доктор Камински и его невзаимные чувства, на которые у девушки не было готового ответа. Расстраивать его она не хотела, но и не знала, как правильно поступить. … Красно-оранжевое солнце заходило за горизонт, снег розовым цветом блестел под ногами, отражая мягкие лучи на закате. Дэнни и Элиас шли по дороге, в сторону вечерней школы. Сегодня была среда — день, на который учитель, который принимал экзамен у юноши, назначил им встречу, чтобы отдать аттестат Солареса. Зайдя в помещение школы и пройдя в класс, они увидели его. Учитель подошел к ребятам и поздоровался. Протянув аттестат и пожав тонкую ручку Элиаса, он поздравил его и пожелал удачи с поступлением. Тогда парни распрощались с ним, вышли на улицу. — Я хочу отметить это, Енотик, — улыбнулся Дэнни. — Давай пойдем в «Старбакс», съедим что-нибудь сладенькое, попьем теплого какао. Элиас улыбнулся в ответ и обвил шею любимого двумя руками. Тот притянул его к себе за талию и поцеловал в приоткрытые губы. Затем, быстро отстранившись, влюбленные отправились в кафе. Войдя в теплое, практически пустое помещение, ребята сели за столик в конце зала. Играла приятная музыка, а милая официантка поднесла им молочного цвета плед в зеленую клетку. Дэнни укутал мальчика, потому что тот сильно дрожал после морозной улицы. Заказав, а потом забрав какао и коробку с донатами, он дал стаканчик в руки Элиаса. Пальчики были красными и ледяными, нос юноши тоже покраснел и теперь блестел. Дэнни приобнял его, пытаясь согреть начал растирать руками худенькие плечи. Вскоре это действительно помогло. Тогда Элиас достал из коробки шоколадный донат и поднес ко рту своего парня. Тот откусил кусочек и улыбнулся. «Ах, какая улыбка! Какие губы… Этот момент станет ещё одной страничкой в моем альбоме рисунков. Когда вернусь домой — сразу начну рисовать. Мой Котик самый красивый. Его портреты должны висеть в галереях. Потом подарю ему этот альбом!»: мысленно восхищался Соларес. Но всё так же продолжал смотреть на губы любимого. Так хотелось сейчас коснуться их своими, слиться в поцелуе. Но в кафе ещё были люди. Мало, но они были. Тогда, тяжело вздохнув и улыбнувшись, младший взял салфетку и осторожно вытер уголок шоколадом испачканных губ Брауна. Доев сладкие пончики, допив свое какао и окончательно отогревшись, ребята вышли из заведения и направились на остановку. Фонари освещали путь, а пушистый пролетающий снег искрился в их желтовато-белом свете. В округе никого не было, поэтому Дэнни легонько коснулся руки возлюбленного, а затем более уверенно взял её в свою. Свист за спиной. Две крупные тени в секунду оказываются рядом. — Парочка пидаров! — произносит грубый голос с насмешкой, а затем хватает Элиаса за подбородок, пальцами стискивая щеки. — Убери руки! — тут же без раздумий, бьет Дэнни агрессора кулаком в лицо. Машинально отпустив мальчика, незнакомец направляет мощный удар в солнечное сплетение Брауну. Тот сгибается пополам. — Дэнни! — резко и испуганно вскрикнул юноша. — Беги… Сейчас же! — поднимает взгляд на него Дэнни. Второй незнакомец оборачивается к Элиасу и хочет его ухватить, но тот срывается с места и бежит прочь. Огромная тень бежит за ним, крича в спину всякого рода оскорбления. Мальчик даже не оборачивается, а только ускоряется. В ушах отчетливо слышно, как колотится сердце. И вот, дыхания уже перестает хватать. Он заворачивает на парковку и прячется за микроавтобусом. Приседает. Сердце стучит так, что не слышно, насколько далеко мужик, бежавший за ним. Вдруг слышно легкое шарканье чужих ног по земле, а после — медленные, спокойные шаги. Элиас затаил дыхание. — Вылазь! Вылазь, пидор, я знаю, что ты здесь! Я видел тебя, вылазь! Мелкие камни в клумбе. Соларес берет один и швыряет так далеко от себя, как только может. — Я слышу тебя, гниль, ты не спрячешься, — повторяет голос и отдаляется, двигаясь на звук упавшего камешка. Паренек нагребает полную горсть таких же и быстро перебегает, прячась за следующей машиной. Ещё пару перебежек, и Элиас выбирается с парковки магазина. Выбежав на тротуар и отдышавшись, он осознает — бежать было трусостью. Он не бросит Дэнни там одного. Набрав полные легкие воздуха, он бежит к тому месту, где оставил любимого. Подбегая ближе, он видит, как парень борется с агрессором, как тот бьет Брауна, но тот всё равно дает отпор, как может, ведь мужик в разы больше. Элиас засовывает руку в карман, размышляя, как бы камнями отвлечь незнакомца, так как силой явно его не возьмет. Вдруг в руке огромной тени появляется нож. Подхватив с земли снег, Элиас швыряет снежку в голову мужику. И тут рядом с собой Соларес замечает кусок льда, размером чуть меньше кулака. Не сомневаясь ни секунды, мальчик бросает лед прямо в его голову. Выронив нож, тот падает на землю. — Дэнни! — тут же подлетает к любимому младший. — Енотик мой! — хватает его в объятия Дэнни. — Ты мой маленький спаситель! Мой герой! Элиас с опаской оглядывается на мужика, лежащего рядом. — Не бойся, всё хорошо… Ладно, я могу проверить, — коснулся Браун шеи напавшего на них мужчины. — Пульс есть, всё в порядке. Ты просто его вырубил. Юноша потянулся к ножу, чтобы выкинуть куда подальше на всякий случай. — Не трогай! Никогда не трогай оружие. Отпечатки останутся. Дэнни попытался встать, и мальчик ему помог, давая опереться на себя. Сплюнув кровь, сочащуюся из разбитой губы, старший обнял своего маленького героя. Вот так, в обнимку, ребята побрели на остановку. Там Элиас достал из кармана бумажные салфетки из «Старбакса» и принялся вытирать лицо любимого от крови. За этим пара и не заметила, как быстро приехал девяносто первый автобус. Зайдя внутрь, они сели около окна и погрузились в легкую дрему после пережитого стресса.