Моя громкая любовь

      Было воскресенье, жаркий майский полдень. На поляне в парке Кеннеди, в тени под деревом собралась компания друзей. Майкл и Дерек принесли из магазина прохладное пиво, Кевин готовил барбекю, а Роуз нарезала салат. — Ггози, а где твой Питегг? — поинтересовался Кевин. — Петя не смог, он занят на работе. Он же врач, жизни спасает, — улыбаясь, говорила она. — А где ваши девушки? — У меня нет девушки, — пожал плечами Кевин. — Моя девушка — бейсбольная бита, — ответил Дерек. — Мне не нужна девушка пока что. Я ещё не готов к этому всему. — Ясно, — хмыкнула рыжеволосая. — А ты, Майки? У тебя есть девушка? — А? — поднял голову тот и случайно выпустил из рук бутылку пива. — Тише-тише, чего ты так нервничаешь? Или у тебя тоже парень, как у Дэнни. Ты говори, если что, мы тут все понимающие, — подколола она. — Нет. Я не пидор, чтобы с пацанами встречаться. У меня есть девушка, но я не буду вас с ней знакомить. Я очень ревнивый просто. Даже тебя не буду с ней знакомить, Роуз. А то она ещё подружится с тобой и будете вечно где-то вместе пропадать. А я хочу, чтобы она чаще была со мной, — на ходу пытался сориентироваться блондин. — Ты странный, — недоверчиво подняв бровь, взглянула на него девушка. — Какой есть, — улыбнулся Райт и поставил на клетчатое покрывало одну из бутылок. — Как инстаграмно, — кивнул на аккуратно расставленные тарелки с едой Кевин. — Алексия бы оценила. — Ты бы лучше за нашей едой следил. Мы собрались на барбекю, а не «Угольки Пати», — сказал Майкл.       Все рассмеялись. — А где она, кстати? — тут же поинтересовался блондин. — В больнице, — ответила Роуз. — Сегодня ночью начались схватки, но когда привезли в больницу, то сразу всё успокоилось. — Ничего себе… Так стоп, она же на восьмом месяце. Ещё месяц ведь в запасе, — размышлял Дерек. — Детей и на седьмом рожают, и на восьмом, и на девятом, — сказала Уильямс. — Насколько я знаю, те, кого рожают на восьмом, часто не выживают, — прижмурился Тёрнер. — Дерек, завались! — резко обернулся Майкл. — На самом деле, это неправда, — продолжила Роуз. — У меня Петя — врач, он тусуется иногда с акушерами-гинекологами. Так вот, на восьмом месяце дети нормально выживают при должном уходе. — Не подумайте ничего плохого, я буду только рад, если она родит здорового малыша. Я просто сказал то, что знаю, — поник Дерек. — А где наши голубки? — поинтересовалась девушка, взглянув на Майкла. — Они говорили, что скоро будут, не знаю, где они, — пожал плечами Райт. — Сейчас наберу Дэна. — Мы тут, не надо никого набирать, — раздался голос Дэнни.       Пара направлялась навстречу своим друзьям, держась за руки. Подойдя ближе, Элиас снял со спины рюкзак и достал оттуда какие-то закуски, чипсы и пакет с такос. — Я решил вас немного угостить своей национальной кухней, — улыбнулся мальчик. — Спасибо, — кивнула Роуз. — Но вообще мы иногда едим такос, для нас это не диковинка. Их продают у нас в магазинах и кафе. — Но эти Элиас сам готовил, дома, — объяснил Браун. — Я попробую, — протянул руку Дерек и взял одну из закусок. — Как ты сдал, кстати? Когда ждать результатов? — Нам уже пришли результаты, — ответил Элиас. — Можете меня поздравить, я буду поступать в ваш универ. — В Холлинс? Ничего себе! — улыбнулся Майкл. — А почему не в Стэнфоггд? — спросил Кевин.       Все прыснули со смеху. — Кев, это была отмазка для Хрендерсона, — снисходительно улыбаясь, объяснил Дерек. — Народ, — обратился ко всем Дэнни, достав из мини-холодильника вино и разливая его по пластиковым стаканчикам. — Хочу произнести тост.       Он поднял свой стаканчик. — Я хочу сегодня выпить за моего прекрасного мальчика, моего Енотика, Элиаса. Хочу поздравить его с тем, что наконец, минуя все препятствия, он смог поступить в университет и избавиться от всех проблем, которые создавал ему отец. Элиас вселил в меня жизнь, он сделал меня лучше и помогает мне бороться с моей социофобией, хотя даже не подозревает об этом. Я всегда должен был заботиться только о себе, но с его появлением, я понял, что на мне огромная ответственность — не дать ему пропасть, защищать его. С ним я перестал не боюсь что-то попросить или о чем-то спросить у прохожих, заказать еду в кафе и всякое такое. Я помогаю ему, а он помогает мне. Элиас — он удивительный, он самый лучший. Рядом с ним я хочу кричать о своих чувствах — настолько они переполняют меня. Это моя громкая любовь, о которой я хочу, чтобы знал весь мир. Я люблю тебя, Енотик, — Дэнни наклонился и поцеловал младшего в губы. - А ты - моя громкая любовь, - улыбнулся тот. - Потому что даже когда я молчал годами и молчал с тобой до момента, пока... Ну, ты понял... Я всегда пытался показать и дать тебе понять, как сильно я люблю тебя. Хотел, чтобы ты чувствовал это даже без слов. А сейчас наконец, уже в который раз могу сказать: я люблю тебя, Дэнни.       Все присутствующие потянулись друг к другу, касаясь пластиковыми стаканчиками. — Прекрасный тост, я чуть не состарился, — ухмыльнулся Майкл, но словил на себе осуждающий взгляд Роуз. — Прошу прощения. На самом деле всё очень даже по-пидарски мило, местами чуть не пробило на слезу. — Это Майки, он как всегда, не обращай внимание, — посмотрев на девушку, махнул рукой Дерек, а затем взглянув куда-то в сторону, добавил. — Потому что внимание надо обращать на какого-то стремного мужика вон там.       Все обернулись. Неподалеку от компании стоял мужчина, который долго таращился в их сторону. Он был одет в идеально чистую и аккуратно выглаженную футболку, джинсы и кроссовки. Роуз придвинулась ближе к Дереку, Майкл продолжил хладнокровно раскладывать по тарелкам уже приготовленные Кевином стейки. Мужчина продолжал рассматривать их, не отводя взгляд ни на минуту. — Это… — Элиас встал на ноги и взглянул на незнакомца. — Это мой отец.       Дэнни прижмурился от солнца и прикрылся рукой, создавая себе тень. Действительно, на дороге стоял Северино Соларес. — Сходи, пообщайся с папой, — кивнул старший. — Хочешь, я с тобой пойду? — Нет, оставайся с друзьями. Я на минуту, — слегка улыбнулся он.       Северино Соларес смотрел на сына, который направлялся ему навстречу. Он видел красивого юношу в опрятной одежде. Наконец-то мужчина увидел, какой прекрасный сын у него вырос. Перед глазами снова пронеслись воспоминания из молодости. — Элиас, иди к маме, — улыбалась Кэтрин Джонсон, выставляя руки вперед. — Давай, ниньо, к маме. Где мама? — держа за руку годовалого ребенка, спросил мужчина.       Маленький Элиас, отпуская палец отца, осторожно ступая ножками по полу, потопал к маме. — Умничка, — обняла она его и чмокнула в щёчку. — Теперь к папочке идём. Где папа? Иди к папе.       Ребёнок, снова топая ножками, побежал к Северино Соларесу, и обнял его за колено. Подняв голову, он взглянул своими большими карими глазками на отца. — Па-па… — тихо прошептал малыш. — Он в первый раз сказал «папа»! Ты слышал, Севе, любимый? — радостно заулыбалась женщина. — Ну-ка, повтори, Элиас. Скажи «папа».       Посмотрев на мужчину, мальчик снова прошептал заветное «папа». Воспоминание отдалялось, а Северино Соларес всеми силами пытался его удержать. — Папа? Пап, тебе плохо? — раздался голос Элиаса, и тот открыл глаза. — Что ты тут делаешь? Почему не в больнице?       Мужчина взглянул на сына. — Я иду на поправку, и мне разрешили иногда гулять. За мной должен присматривать специально обученный человек, но мы договорились, что со мной будет ходить моя психотерапевт. Она вон там, на лавочке, — показал он. — А ты как, сынок? Всё в порядке? — Да, спасибо, — холодно ответил юноша. — Поступаю в университет, где учится Дэнни. У нас с ним всё прекрасно, а ещё у меня теперь есть друзья. После того, как тебя отправили лечиться, у меня всё значительно наладилось. — Ну, прости меня, ниньо… — подступил ближе Северино Соларес, но Элиас выставил руки перед собой и попятился назад. — Сынок, я хочу извиниться за всё, что я сделал. Я правда всё осознал и сожалею. — Ты украл у меня двенадцать лет жизни. Их не вернешь. Ты регулярно избивал меня и оскорблял словесно. Я не уверен, что когда-нибудь в жизни смогу тебя простить, но, если тебе нужно время от времени общаться со мной или если тебе понадобится моя помощь — всегда можешь обращаться, — говорил мальчик. — Я просто хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя, сынок, — снова чуть ближе подошел отец, чтобы обнять его.       Элиас лишь отошел и так же холодно протянул правую руку. Северино Соларес на секунду замер, а затем пожал её. Тогда мальчик помахал ему и отправился обратно к друзьям. — Элиас, скорее иди к нам! — позвала Роуз и подняла стаканчик с вином. — Моя очередь. Я хочу выпить за моих друзей — Дэнни и Элиаса. Все прекрасно знают, что у меня были чувства к Дэну много лет, и я даже надеялась на взаимность. Потом я узнала, об отношениях ребят и поначалу отчаянно пыталась привлечь внимание Брауна, это правда. Сожалею и каюсь. Но в то же время, как подруга, я не могла заставить его страдать, поэтому начала помогать им, даже через боль. Но теперь я вижу счастливую пару, которые любят друг друга и жертвуют собой ради любимого человека. Это одна из тех пар, которые создаются на небесах. Они идеально дополняют друг друга. Я сама счастлива в своих отношениях с Петей и очень рада, что не позволила моим внутренним демонам разрушить чужие. Ребят, извините за всё и… Вы же пригласите меня на свою свадьбу? — Мы пока не собираемся выходить замуж, ещё рано, — рассмеялся Дэнни. — Но тебя обязательно позовем, будь уверена. — Так уж и быть, — взял свой стаканчик Майкл. — Я хочу присоединиться ко всему, что сказала Рози и немного добавить от себя. Я очень благодарен судьбе за то, что у меня есть такие друзья, как Дерек и Кевин. А также, несмотря на все наши ссоры и годы полного игнора, я благодарен, что у меня есть такой друг, как Дэнни. И теперь у меня есть новый друг — Элиас.       Он потрепал мальчика по волосам и улыбнулся. — Я хочу сказать спасибо, что благодаря вам, ребят, я хоть немного смог научиться принятию. И научили меня этому как раз именно вы, а не мой отец-священник. Я стал менее агрессивным, стал толерантнее… Пускай у меня и не всегда получается, — он усмехнулся, — но я стремлюсь к идеалу. Я даже начал понемногу принимать себя. Ну, в том плане, что я…       Вдруг у Роуз зазвонил телефон. — Тихо! Это Алексия! — она взяла трубку. — Алло… Да, мы на пикнике. Сейчас, минутку.       Рыжеволосая переключила на громкую связь. — Говори, мы слушаем. — Привет, ребята, — раздался голос девушки из динамика. — Так классно, что вы все собрались вместе, и я могу сообщить вам новость. У меня родилась дочка, вес — 2 900. Хоть я и не доносила её, но тем не менее, она здоровая и самостоятельно дышит. — А как зовут-то малышку? — улыбался Браун. — Мы с Оливером назвали её Эми, — ответила та. — Эмми? Это как Эмма? Или это сокращенное от Эмили? — поинтересовался Дерек. — Нет, Эми — это полное имя, — объяснила девушка. — Ребят, все поздравления потом, я уже не могу говорить. Только спрошу кое-что. Роуз, Дэнни, я хочу, чтобы вы были крестными Эми. Вы как? — Да, конечно, — обрадовался парень. — Это честь для меня — быть крестным папой такой принцессы. — Я тоже очень рада, что ты выбрала именно меня. Это даже неожиданно, — сказала Роуз. — Всё, ребят, всех целую, обнимаю. До встречи, — уже шепотом торопливо попрощалась Алексия.       Роуз положила телефон в карман и посмотрела на друзей. — Ну, что? Выпьем за Эми! Теперь у нас есть ещё одна маленькая подружка! — сказала она.       Все взяли свои стаканчики с вином и дружно выпили, радостно приветствуя в своей компании ещё одну леди.