Infatuation

      – Мне просто страшно.       Парочка сидела на диване в присутствии ещё пятерых демонов, которые пришли, узнав о возвращении Чимина и Чонгука. Все они были в квартире Хосока.       – Что тебя пугает, Кук? – спросил Намджун, сидя на кофейном столике, сложив руки на коленях. С тех самых пор, как они последний раз виделись, этот парень совершенно не поменялся внешне, всё на нём кричало о дороговизне.       – Я видел, что случилось с Чимином из-за меня, – горько вздохнул Чонгук. – Видел, как он мучается, – он незаметно погладил бедро сидящего рядом Чимина, – и я не хочу, чтобы нас снова разлучили. Разве я многого прошу? Всего лишь обычную жизнь, где мы можем быть вместе.       – Обычную жизнь, будучи демоном? Ага, – вставил своё слово Сокджин и положил руку на плечо Намджуна. – Ты боролся в тот раз в одиночку, Чонгук, а сейчас вас двое, и вы должны бороться в два раза сильнее.       – Дьявол не хочет видеть вас двоих вместе, но вы соулмейты, – сказал Тэхён, а потом добавил, – по крайней мере, другого объяснения нет. Ваши души привязаны друг к другу, и не важно, сколько препятствий встаёт между вами. Вы были созданы, чтобы быть вместе.       Чимин задумался, разглядывая его ожёг на шее. А когда он заметил те же отметины и у Юнги и Сокджина, он, шокированный такой находкой, закрыл ладонью рот. Он чуть ли не заплакал от мысли, что его друзья испытали боль от руки дьявола, поэтому опустил взгляд в пол, пока другие не заметили этого.       – Я думаю, самая худшая часть – это то, что мы все знаем, что она слушает нас сейчас, – хмыкнул Юнги и, сидя на ковре вместе с Хосоком, закинул на него ноги. – Она просто ждёт, чтобы нанести удар. Ждёт, пока мы привыкнем к этой фальшивой безопасности.       – Если меня опять заберут, – начал Чонгук, – знайте, что вы ребята, лучшее и худшее, что со мной случалось, – он вымучено улыбнулся и поцеловал Чимина в висок. – Без вас моя жизнь была чертовски скучной. Вы разрушили мою прошлую жизнь, но дали новую, лучшую, если быть честным. Вы были частью моего существования так долго, даже несмотря на то, как много раз она пыталась нас разлучить, – и после этих слов он осознал, что, вероятно, сделал ошибку, странное чувство охватило его. Будто сотни маленьких иголок воткнулись в его кожу, он начал потеть, становилось всё жарче.       – Ты как, Кук? – спросил Намджун, хмуря брови.       Он не был в порядке.       Чонгук понял, что это за чувство, но было уже слишком поздно. Поднимающаяся температура, покалывание тела – всё это он ощущал, когда опускался в ад.       От этой мысли он округлил глаза, а потом мгновенно взял Чимина за руку.       – Нет! – его голос звучал так, будто принадлежал совсем не ему, поэтому Чонгук ещё больше запаниковал. Отчаянно вцепившись в Чимина, он надеялся всем сердцем, что его не заберут туда обратно.       Он помнил, как дьявол была добра к нему, но теперь сомневался, что это повторится.       В этом не было выгоды.       Он опять проиграл, кажется, как и всегда.       Чимин с ужасом смотрел, как Чонгук растворяется в воздухе, и совсем скоро от него остался только чёрный дым.       – Чонгук! – Чимин упал на подушки, полностью опустошённый, осознавая, что увидел.       Он увидел, как его самый большой страх воплощается в жизнь.       Любовь всей его жизни снова исчезла прямо у него из-под рук.       – Почему, почему? – Чимин повторял этот вопрос как мантру, плечи дрожали под этой непосильной тяжестью.       Никто ему не ответил, просто потому что не было объяснений, которые бы утешили его горе.

***

      Ничто не сравнится с тем, насколько в тот момент был напуган Чонгук, оказавшись в аду, стоя на коленях в нескольких метрах от дьявола. Она была так, так близко, что он мог ощутить, как появляются от страха слёзы на глазах.       – О, милый, почему ты плачешь? – мягко спросила дьяволица, подходя ещё ближе, наблюдая, как от трусости Чонгук поднимает руки, чтобы защитить себя. – Эй, разве я тебя когда-либо обижала?       Чонгук сглотнул, и, дрожа, вдохнул воздух, будто до этого совсем не дышал, замотал головой, но рук не опустил.       – Тогда убери руки, ладно? Я просто хочу поговорить, дорогой. Немного поговорить, а потом я отправлю тебя на Землю, куда тебе так хочется.       Её улыбка была приторно милой, почти слишком милой, чтобы поверить в это. Особенно зная, кто она такая, и что могла сделать с ним. Его демонская сторона была настолько наивной, он видел только своего Создателя и больше ничего, принимал её любовь и игнорировал то, что она делала с остальными.       Его человеческая сторона была мудрой, логичной, он точно знал, что сейчас она надела маску доброты, но на самом деле была сущим злом.       И ни смотря ни на что, его демонская сторона была слепо предана ей.       Кажется, демонская сущность брала верх, и он опустил руки против здравого смысла, заглянул ей в глаза и почти поверил в её доброту.       – Ты всё такой же хороший мальчик, да? – спросила она. Чонгук чувствовал меньше напряжения. Дьявол никогда не делала ему больно, она была ему матерью, сделала его абсолютно идеальным.       – Да, – улыбнулся демон, закрывая глаза, а она взяла его лицо в свои руки, как делала это раньше.       Ошибка.       На секунду он замешкался, когда она убрала руки, открывая глаза, он точно не ожидал получить сильную пощёчину.       Она сделала ему больно.       – Ты не был хорошим мальчиком, и ты знаешь это, – она зашипела, цокая каблуком по кафелю. – Так почему ты врёшь мне в лицо? – она снова подошла к Чонгуку, чтобы ударить его ногой в бок острым носом сапога.       Чонгук всхлипнул, падая на пол на противоположную сторону.       – Мне жаль, – он сжался, чтобы защитить себя. Чонгук знал, что мог драться, если бы захотел, но он был настолько напуган, что не мог двинуться, лишь дрожал на полу. Он был уверен, что она знает обо всём: она знала, что они с Чимином помнили друг друга, знала, что их чувства не утихли, и она это ненавидела.       – Очередная ложь! – громко рассмеялась дьяволица и схватила его за волосы, игнорируя вскрик. – Не правда! Ведь ты вернул Чимина, и это единственное, что тебя волнует. И тебе всё равно, что всё опять повторится? Демон и человек, снова. Ничего не получится лишь потому, что вы «соулмейты», как сказал Тэхён.       Правая сторона лица Чонгука уже опухла и горела так, что он не мог сдерживать слёзы.       – Вы двое обречены. И были ещё с того времени, как впервые встретились глазами. Ты нарёк на себя жизнь в нищете только потому, что не смог найти кого-то получше.       – Я не могу найти кого-то получше! – снова всхлипнул Чонгук, голова пульсировала от её захвата. – Нет таких, как Чимин.       Дьявол закатил глаза и раскрыл ладонь, отпуская волосы, а голова демона ударилась о пол с тихим стуком. Ей было всё равно.       – Ты такой жалкий! Он из-за тебя умер, если бы ты любил его, то отпустил, – выплюнула она, а Чонгук вздрогнул от её слов. Создательница развернулась, направляясь в сторону трона, но перед этим подобрала что-то. Казалось, это был стеклянный кувшин, но глаза Чонгука слезились, он не мог понять, что увидел. – А если подумать, я даже гордилась тобой в какой-то момент.       Он следил расплывчатым взглядом за тем, как она наклонилась к реке, о которой ходило много слухов, и наполняла кувшин. Один толчок, и её бы больше не было. Если бы только у него были силы подняться.       Она зашипела, когда несколько капель попали на её кожу, но как только сосуд был наполнен, она вернулась к Чонгуку.       – Поднимайся, – приказала она, и он знал, что лучше делать так, как дьявол ему скажет. Дрожа, он сел на колени. Его так трясло, будто он вот прямо тут умрёт.       Он не соображал, что происходило, когда она положила ладонь на его голову и начала бормотать что-то себе под нос, а потом понял, что его парализовало.       – С-создатель, – пискнул он, – пожалуйста, не делайте этого, мне так жаль, – он наклонил голову (единственное, что он мог сделать). – Простите.       – Тебе не жаль, – она вздохнула, наклоняя голову в сторону, прикоснулась пальцами к его губам. Чонгук раскрыл глаза, когда она поднесла кувшин к его лицу, сердце билось как сумасшедшее.       – Нет, нет, нет! – кричал он, а потом крепко закрыл рот, так как это единственное, что он мог сделать, чтобы уберечь себя.       – Не двигайся, – зашипела дьяволица, насильно открывая рот Чонгука и поднося край кувшина к его губам, даже не останавливаясь, влила жидкость к его рот. – Всегда было интересно, что случится с демоном, если заставить его выпить святую воду. Давай узнаем, – она рассуждала вслух, а затем заметила его помутневший взгляд.       Она поставила кувшин на пол, а потом освободила Чонгука от паралича, наблюдая, как его тело обмякло и упало вниз, он закашлялся. Хрипел, будто ему было сложно вдохнуть воздух.       Дьяволица спокойно наблюдала, как сильно тряслись его конечности, а на лице была видна боль.       Он продолжал плакать ещё сильнее и, честно говоря, Создатель никогда не видела, чтобы кто-то так плакал, а потом его схватила конвульсия. Его невероятно сильно трясло, поэтому боль, казалось, будет бесконечной. Всё внутри горело.       Единственное, что она делала – смотрела на него у своих ног. Чонгук кричал от боли, ревел и трясся с затуманенным взглядом, а потом с пустым выражением лица упал на пол.       Дьявол было подумала, что он мёртв, так как его грудь не подымалась и не опускалась.       – Можешь двинуться, Чонгук? – спросила она из любопытства, но не из-за волнения.       Чонгук медленно кивнул головой, а затем кое-как пошевелил одним пальцем. Он мог это сделать, но это было адски мучительно, будто вода просочилась в его вены и смешалась с кровью.       Он никакой лежал на кафеле, несколько слезинок стекли по его лицу вниз.       Больно, очень больно.       Но он бы лучше пережил это ещё раз вместо Чимина.