В час, когда цветут нарциссы

Рука пульсировала, болезненно откликаясь на каждое движение. Багровый след в форме маленькой ладони воспалился и теперь нарывал, так что Люциусу пришлось просить Северуса сварить что-нибудь целительное. Если бы Нарцисса всерьëз хотела навредить ему, она с лëгкостью могла бы оторвать от него кусок мяса чисто за счëт неестественно сильных пальцев. То же самое случилось бы, если бы она дëрнулась от испуга — к счастью, его невеста замирала и превращалась в статую, и впервые Малфой испытал к леди Блэк какое-то подобие благодарности. — Итак? Он сидел в своëм кабинете, тратя бесценное время сна на бесполезные разговоры. Тем не менее, это было единственное время, когда он действительно мог с кем-нибудь поговорить — потому что потом он снова превратится в молодого, приятного и перспективного общественного деятеля, который обеспокоен положением дел в магическом мире. А дальше «приватные, совершенно случайно ставшие публичными» благотворительные акции, посещение концертов и пожертвования, а заодно несколько интервью с прикормленными журналистами. В конце концов, он действительно делал хорошие вещи, пусть и с корыстными целями. Просто потому что к настоящим «благородным поступкам» нельзя подкопаться и найти компромат. Но сейчас нужно думать о Беллатрикс Блэк, которая пришла к нему в ночи и теперь сидела, с вызовом смотря на него с уютной софы. Сегодня он рискнул выпустить еë из заточения и был уверен, что она не появится ещë пару месяцев. — Думаю, что должна объясниться. Особенно теперь, когда мне есть, что сказать. Старшая из сестëр Блэк замолчала, но Люциус не собирался ей помогать. Удивительно, но именно Нарцисса была основным связующим звеном между ними — без неë он с куда большей охотой разговаривал со Снейпом, но только не с третьей участницей их заговора. И, судя по всему, это было полностью взаимно. Тем не менее, Беллатрикс пришла сама. Поняв, что комментариев не будет, она продолжила: — Не думала, что озвучу результат своей многомесячной работы таким образом, но дело не терпит отлагательств. Если не возражаешь, я расскажу всё в самого начала. Беллатрикс снова коротко глянула на собеседника. Очевидно, её терзала вина, которая появилась с момента возвращения Нарциссы, и невозможность попросить прощения и всё исправить. В старшей из сестёр Блэк, должно быть, бушевал коктейль из самобичевания и Блэковской гордости, так что её желание озвучить подробности на самом деле было попыткой оправдаться. Немного подумав, Люциус согласно кивнул — как минимум, ему хотелось знать, за что они заплатили такую высокую цену. — Думаю, совершенно очевидно, что я провела рядом со сторонниками Лорда достаточно много времени. Помимо обычного шпионажа, я пыталась найти зацепки, которые могут привести нас к ещё одному крестражу. Проблема в том, что Лорд скрытен, параноидален и не доверяет даже Ближнему Кругу — но он всё ещё человек, и полностью избавиться от следов не способен даже он. Беллатрикс многозначительно посмотрела на Малфоя. — Ты уже знаешь, что в молодости Том Марволо Реддл работал в «Горбин и Бэркс»? Мне удалось найти сменщика, с которым они делили одну должность. Не буду говорить, чего мне это стоило, но я смогла обнаружить не только факт его существования, но и место, где он находится в настоящий момент. Звать меня в гости он, конечно, не особо хотел, но в конечном итоге нам удалось встретиться. Так вот — помимо работы в самой лавке, он выступал в роли перекупщика и наносил визиты коллекционерам, пытаясь либо что-то им продать, либо что-то купить. За это ему платили определённую надбавку, а должность он занимал за умение болтать и очаровывать. На мою удачу «Горбин и Бэркс» всё-таки дорожит своей торговой лицензией, и их документы достаточно подробны, чтобы удовлетворить внезапную проверку. — Ты что, вломилась в «Горбин и Бэркс»? — наконец подал голос Люциус. Он уже начал понимать, к чему клонит союзница, и почувствовал, как лимит доверия к ней, пошатнувшийся из-за последних событий, потихоньку восстанавливается. — Нет конечно, — фыркнула Беллатрикс, — я тайно проникла туда. И нашла список всех, к кому Лорд выезжал и за кого ему заплатили. По большей части они мало примечательны, но есть кое-что, что не может не вызвать подозрений. Некая Хебзиба Смит — постоянная клиентка и владелица достаточно редких ценностей. Абсолютно непримечательная особа во всём, кроме двух моментов. Первое — она умерла через два дня после прихода Лорда, отравленная собственным домовиком. Второе — она есть в родовых книгах Андриана. А мой Андриан — дальняя, побочная и почти вымершая ветвь, имеющая кровное родство с Пенелопой Пуффендуй. Малфой не сразу понял, что «Андриан» — это Андриан Смит, вечный «плюс один» Беллатрикс Блэк. Он мимолётно зафиксировал новую информацию, но не стал акцентировать внимание на специфике их отношений и личной жизни союзницы. Он был полностью сосредоточен на истории, пусть и понял, к чему она идёт. Тем временем, Беллатрикс продолжала: — После смерти практически всё её имущество было либо распродано, либо разобрано семьёй. Но документы сохранились — в том числе полный список её коллекции, написанный ею собственноручно и тщательно зачарованный. Полагаю, ни для кого, кроме кровной родни, он бы не открылся — к счастью, Андриан смог вынести его из семейного хранилища и показать мне. Знаешь, что я там обнаружила? Захваченная переживаниями, Блэк наклонилась, и глядя ему прямо в глаза, медленно произнесла: — Медальон Салазара Слизерина и чашу Пенелопы Пуффендуй. Оригиналы. И мы оба знаем, что медальон мы уже нашли. Люциус Малфой медленно кивнул в ответ. Вывод действительно был очевиден — именно эта чаша должна была быть последним крестражем. Медальон, диадема, кольцо Гонтов — древний артефакт отлично ложился в указанный ряд, и совпадения превращались в очевидную закономерность. Люциус ни секунды не сомневался, что Лорд отравил предыдущую владелицу, не моргнув глазом, и просто забрал всё, что хотел. — Ты узнала, где она сейчас? — Да. — он не рассчитывал на положительный ответ, но Беллатрикс твёрдо кивнула. — У Лорда много сторонников, не все из которых входят в Ближний Круг — однако, это не значит, что они слепые, глухие и не располагают никакой информацией. Например, казначей Вальпургиевых Рыцарей точно знает, что у Лорда есть отдельный сейф в Гринготтсе, располагающийся на нижних этажах, и чьё содержание оплачивается из общих сбережений. Раньше это было обычное хранилище, которое Том Марволо Реддл завёл на своё имя через день после смерти Хебзибы, но с появлением финансирования еë статус возрос многократно, Сейчас это самая маленькая ячейка, которую только предоставляют гоблины, но в одной из самых дорогих зон. Надежда, которая возникла в голове Люциуса, тут же рухнула. — Тогда это конец, Мы никогда не сможем забрать крестраж из Гринготтса. Но, вопреки всему, Беллатрикс широко усмехнулась и откинулась назад, закинув ногу на ногу и принимая самую надменную позу из возможных. — Нет, уважаемый господин будущий министр. На самом деле это невероятное везение. Скажи, рассказывала ли Цисси о своей волшебной палочке? Люциус моргнул. Если честно, он вообще забыл, что у его невесты есть палочка — потому что младшая Блэк ей не пользовалась. В школе она ещё творила заклинания и приходила от этого в восторг, но после побега обрела способность проводить простейшие ритуалы без круга, и потребность в этом инструменте отпала сама собой. Если же палочка была необходима, за неё колдовали Беллатрикс, Смит, Снейп или он сам. Малфой даже не был уверен, что Нарцисса носит её с собой, и пытался вспомнить, видел ли на ней чехол. Беллатрикс приняла его молчание за ответ и медленно вытащила палочку из полы мантии, Да, это была палочка Нарциссы — именно так она выглядела в тех редких случаях, когда ритуалистка её использовала. Не успел Малфой отреагировать, как Блэк положила её перед собой, достала собственную и быстро произнесла какое-то заклинание — артефакт пошёл волнами, избавляясь от маскировки, и вскоре перед ним лежал уже совсем другой инструмент. Пугающе длинный, гладкий, матовый, болотно-зелёного цвета и совершенно не похожий на волшебную палочку. — Мы купили её, когда Цисси пошла в Хогвартс. На самом деле у неё две палочки — одна от тёти, подобранная для того, чтобы моя сестра всегда могла иметь кусок жилы дракона под рукой, а вторая та, которой она может пользоваться. Я переживала, что после того, что сделали с моей Цисси, она вообще не сможет колдовать, но мы нашли решение. Прямо сейчас перед тобой лежит тёмный псевдоразумный артефакт, за хранение которого по законам Магической Британии мы отправимся в Азкабан. В составе волос кентавра и кость шамана-гоблина. Малфой невольно отшатнулся. Знание о том, насколько опасны подобные вещи, было внутри него с малых лет, и он с трудом подавлял желание сжечь палочку в Адском Пламени. — Понимаю, о чём думаешь. Видел бы ты меня, когда нам её принесли… К нашему счастью, всё в порядке до тех пор, пока она принадлежит Нарциссе. Продавец уверил нас, что её психические нарушения подавляют все опасные процессы. Тем не менее, это всё ещё псевдоразумный артефакт, частично состоящий из гоблина. Так что Я позаимствовала его на время — вполне вероятно, сестра даже этого не заметила. Тебе стоит напоминать ей о палочке, хорошо? Хотя бы ради её репутации в качестве твоей первой леди. — Ты же… Ты же не… — Нет. С ним нельзя приближаться к Гринготтсу, и тебе стоит помнить об этом, когда моя сестричка всё-таки станет леди Малфой. Заклинания гоблинов так или иначе реагируют на эту палочку, и я решила рискнуть и обернуть это в нашу пользу. Что важнее — я нашла человека, который работает в Гринготтсе, и был готов рассказать о его внутреннем устройстве, а потом вынести логистический свиток из банка на несколько минут. Это стоило мне всех денег, которые я собирала на наш с Цисси побег, моих собственных родовых артефактов и… Впрочем, неважно. В любом случае, в Гринготтс поступил короткий запрос на смену локации банковской ячейки Лорда. Как оказалось, это распространённая практика, и филиалы периодически перемещают сейфы между собой — ради безопасности и предотвращения грызни внутри гоблинских общин. Это практически незаметное вмешательство — изменено всего несколько дат. Именно здесь и возникли проблемы. Беллатрикс помрачнела, и её взгляд на псевдоразумный артефакт наполнился яростью и отчаянием. — Я замаскировала налёт на гоблинский караван под одну из операций Лорда, Вернее, совместила их. Пока остальные сражались, я успела подменить чашу на проклятое ожерелье, Тоже из «Горбин и Бэркс», кстати. Как выяснилось, у него был самый подходящий магический фон, так что гоблины, отбившие у меня назад груз, не должны ничего заподозрить. Манипуляции с сейфом осуществлялись палочкой Цисси, так что там даже защитные печати не сломаны. Только вот для того, чтобы оказаться в нужном месте, мне пришлось потянуть за ниточки, идущие на самый верх. Я до последнего верила, что мне удалось удержать баланс, но всё прошло слишком хорошо, и Тёмный Лорд решил отметить мои заслуги, предложив метку и перевод в список приближённых. Дальше ты и так знаешь. Новая информация требовала осмысления. Хладнокровная часть Люциуса искренне восхищалась тем, чего достигла его сторонница, в одиночку проделав огромную работу. Понятно, почему она не хотела никому говорить — для неё это было чем-то личным, возможностью показать себя, а потом с гордостью принести добытую чашу и доказать, что она заслуживает обещанное ей место главы Аврората. Слишком темпераментна эта девушка, слишком горда — а ещё слишком умна и способна. Он даже рационально простил ей заточение Нарциссы — всего одна ошибка за месяцы работы, которую он уже обернул в их пользу. Настоящая Блэк, одним словом. Пожалуй, лучшая представительница Благороднейшего и Древнейшего рода в этом поколении. Чем бы там ни думали лорд и леди Блэк, в этой скачке они с самого начала ставили не на того всадника. Хорошо, что они на одной стороне. Когда они достигнут цели, их коалиция будет воистину несокрушима. — Чаша у тебя? Беллатрикс кивнула. — В тайнике, Моя сестра попала в адский дом до того, как я успела вытащить её оттуда. Так что теперь нам осталась только тетрадка, и… — Нет нужды, — Люциус задумчиво хмыкнул. Его заговорщицы буквально выполнили всю работу, и он даже почувствовал себя бесполезным. Совсем немного, конечно же. — Она хранилась у Ориона Блэка. Нарцисса отдала её мне в день, когда я надел кольцо на еë палец. До сих пор не знаю, чего ей это стоило. Полагаю, мы действительно собрали воедино душу Тома Марволо Реддла. Надеюсь, он не успеет создать ещё один до того, как мы уничтожим его. Когда Люциус забирал Нарциссу следующим утром, он чувствовал себя так, словно кто-то осыпал его пыльцой фейри, и теперь за спиной росли крылья. Несмотря на недосып, он был бодрым и отдохнувшим, а предстоящий вечер в обществе древних лордов казался лёгкой прогулкой. В этот раз его встретили у ворот, и внешний вид его невесты свидетельствовал, что манипуляция удалась — по крайней мере в этот раз она явно осознавала реальность и куда лучше имитировала человека. Видимо, ей выделили одно из старых платьев её матери, и она действительно выглядела, как одна из Блэк. Плевать — в этот день она переоденется в мантию в цветах его рода, наденет семейные украшения и будет выглядеть как будущая леди Малфой, и никак иначе, и пусть противостояние ещё только впереди, сегодняшний триумф заслуживал того, чтобы его отметить, и неважно, как это будет воспринято окружающими. — Нарцисса. Она повернулась и радостно сделала несколько шагов вперёд, не обращая внимания на отчаянные знаки матери. — Люциус. А потом они кивнули миссис Друэлле и исчезли в аппарации. — Прости, я обманул тебя вчера. Мы не успеем посмотреть на фонтаны. Полагаю, самое время обсудить нашу дальнейшую кампанию. Она лишь односложно согласилась и подхватила его под руку. Прикосновение пришлось на прошлый след от её хватки, Люциус зашипел и сдвинул ладонь ниже. — Сегодня держись за меня ниже. Изменения? — Переехала к родителям. Леди Блэк не заходила. Удовлетворительно. Такого ответа было более чем достаточно. В этот раз заговорщики разместились в его кабинете. Он занял своё привычное место, сёстры разместились напротив, и происходящее вдруг напомнило ему тот день, когда они обе впервые оказались на его пороге. — Что ж, пора подвести итоги. Нарцисса достала тетрадь, Беллатрикс — чашу. Пришло время действовать. Это и в самом деле было самое удачное время. Уничтожение крестражей ускорит падение Тёмного Лорда, он достаточно примелькался в публичном пространстве и создал себе необходимый имидж. Их всего трое, но каждый неоднократно доказывал, на что способен — к тому же у них есть собственный зельевар, связанный моральными обязательствами, и неприметный чистокровный, до сих пор умудрившийся сохранить в тайне свою тесную связь с одной из Блэк. Это не говоря о старых друзьях самого Люциуса, его многочисленных должниках и семейных связях, на которые он пока что ещё претендует — позже отец попытается связать ему руки, и тем важнее было использовать ресурсы как можно раньше и эффективнее. — Прямо сейчас? Изумление Беллатрикс было ярким, как вспышка кометы. Она сидела вплотную к Нарциссе, периодически ошупывая её на предмет повреждений, ещё не отошла от ночных откровений и явно не была готова к подобному разговору. — Да. Это лучший момент. Нарцисса возвращена домой, и пока что общество ещё не успело вспомнить о её статусе, что обеспечивает нам свободу передвижений. Беллатрикс получила предложение подняться в иерархии среди сторонников Лорда, так что имеет идеальные позиции для шпионажа. На счастье, Орион Блэк жуткий консерватор и наверняка использует своё влияние, чтобы не дать тебе получить метку — если ты удержишь баланс между злостью и покорностью, ни он, ни Ближний Круг ничего не заподозрят. Будь осторожнее — одним из условий возвращения Нарциссы был Непреложный Обет, гарантирующий тебе свободу, и слишком явное сопротивление вынудит его согласиться с твоим желанием. Я же имею репутацию активного неравнодушного мецената, но ещё слишком молод, чтобы хоть кто-нибудь следил за каждым шагом. Этого вполне хватит — Лорд не сойдёт с ума мгновенно, но эти изменения будут достаточно заметны, чтобы я мог ими воспользоваться. Малфой слегка улыбнулся — искренне, как не улыбался уже очень давно, Беллатрикс передёрнулась, увидев выражение на его лице, и поспешила перевести взгляд. Он использует все возможности, которые предоставит судьба. Присвоит себе политическую программу Тёмного Лорда, переманит его сторонников, присвоит себе заслуги любого сопротивления, которое пойдёт «бороться со злом». Он использует боевые способности и драконью хватку Беллатрикс, уникальную магию, физическую силу и красоту Нарциссы и невероятный талант Снейпа. Использует друзей, использует врагов. Отца, если потребуется — потому что именно так становятся во главе рода Малфой. Потом он воздаст по заслугам как сторонникам, так и противникам, все договорённости будут выполнены, и он встанет во главе Магической Британии. Именно так, как и должно произойти с «не просто одним из Малфоев». — Уничтожение? Зелье Сева? Люциус вынырнул из своих амбициозных мыслей и посмотрел на невесту. Нарциссе было без разницы на выражение его лица, бесчеловечность плана и грядущие перемены — она спокойно смотрела на него, как смотрела почти каждый день целый год, и ждала указаний. — Не хотелось бы. Люциус действительно пытался найти способ сохранить бесценные артефакты древности. Это же наследие самих Основателей — стоит им снова вернуться в мир… — А я считаю, самое время. Опустим всё в купель, зальём той жуткой субстанцией и дело сделано. Создатели крестражей не предполагали, что их надо будет извлечь, знаешь ли. Представляешь, сколько потребуется времени? Сёстры, в истинно Блэковской манере, считали попавшие к ним исторические находки простыми кусками металла. Такие высокопарные мысли, как сохранение древнего Наследия, совершенно не трогали ни одну, ни вторую. — Сложность с разделением. Вероятность успешного извлечения души с сохранением магических свойств артефакта не определена. Вероятность сохранение отдельных частиц души в артефакте не определена. Вероятность выполнения функции крестража при минимальной сохранности души не определена. Малфой тут же осуществил уже привычный мысленный перевод речи Нарциссы на человеческий язык и с сожалением понял, что она права. Никто не мог гарантировать, что душа полностью покинет зачарованный предмет — и никто не знал, сколько души нужно, чтобы обеспечить владельца бессмертием. — Цисс права. И я не вижу смысла что-то выдумывать, когда у нас и так есть решение. Две пары глаз уставились на него с совершенно одинаковым выражением, и Малфой понял, что его контраргументы не будут услышаны. К тому же, он и сам до сих пор не видел более удачного решения — над разделением крестража будет работать либо Нарцисса, что займёт слишком много времени и исключит её из других планов, либо Пруэтты, которых придётся посвящать абсолютно во все тонкости ситуации. — Что ж, хорошо. Согласен. Завтра, в полдень, между нашей публичной прогулкой по Косому Переулку и вечерним чаепитием у Гринграссов. Надеюсь, нашему маленькому гению хватит времени. Снейп, ужасно переживающий из-за Нарциссы, нашёл спасение в работе и вообще не выходил из зельеварни. Будь у Люциуса чуть более плохая память, он бы и вовсе забыл, что в его доме живёт кто-то ещё. Беллатрикс задержалась, а потом вытянула из кармана уже знакомый Малфою псевдоразумный артефакт — у него даже мысленно не получалось назвать это «волшебной палочкой». — Держи. Мы не знаем, что ждёт нас дальше, и лучше быть вооружёнными всеми доступными средствами. Нарцисса протянула руку, без страха прикасаясь к болотно-зелёной кости. Артефакт дрогнул под её пальцами, пошёл волнами и вдруг превратился в тонкую и изящную палочку, совсем не похожую на ту, которой была раньше. Пронзённый догадкой, Люциус достал собственную и убедился в правоте — нынешняя палочка Нарциссы выглядела так, словно их артефакты были парными. — Ты специально? Ритуалистка подняла взгляд и слегка склонила голову, что обычно значило лёгкое любопытство. — Выполнила свою часть сделки. Выполняю твою. Если бы Люциус не успел узнать Нарциссу лучше, он бы подумал, что это откровенный намёк. Сейчас он просто расхохотался. — Аналогично, дорогая. Строго в рамках делового соглашения.