Пять королей

Я сбросила звонок. Боже, Линн… Я не ожидала такого. Я знала, что вчерашний разговор ему был далеко не в радость, я видела его лицо. Но он меня тогда не стал отговаривать. Сказал лишь, что это очень серьёзно. Это и было одной из причин моих слёз после звонка. Я думала, что ему до меня нет дела. А он ради меня поехал в один из самых опасных районов, только чтобы дать мне поговорить с братом. Это так мило и трогательно. Сказал, что любит меня, но это его резкое «чисто платонически»… Не знаю, почему он так испугался того, что сказал. Я вышла к остальным еле сдерживая слёзы. Мне так приятно. Никто и никогда такого мне не делал. -Поссорилась? – спросил Марко с какой-то надеждой в голосе. -Нет,- я быстро запихнула в рот бутерброд,- Он приехал ко мне домой и дал поговорить с семьёй. И лекарства брату купит. -Ясно,- Марко встал и достал деньги, быстро раздал их нашим наёмникам,- Спасибо. Наёмники, переговорив с Марко и попрощавшись с нами обоими, ушли обратно в город. Я собрала наши вещи, убрала остатки завтрака и просто села у очага, думая о Линне. Что он делает сейчас? Как он? Не попал ли в неприятности? Я не видела у него ножа или другого оружия. С его состоянием мог бы взять один-другой пистолет. Волнуюсь. Я встала и пошла искать Марко. Нашла его на небольшой опушке. Он мечом рассекал полено, подвешенное на суку. -Скотина,- шипел он,- Придурок! Подумаешь, съездил к ней домой! Всё, …, герой недели! Я осторожно выглянула из-за дерева. Вниз слетел небольшой кусок пня, а сам брус весь в рубцах. Марко размахивает мечом и что-то шипит, но слышны лишь отдельные слова. -Ну ничего… Я ему ещё покажу, кто лучше,- услышала я, и тут же ушла. Что с ним? Ближе к обеду мы договорились, что сейчас пройдём километров двадцать в намеченном направлении, а ближе к вечеру он сходит в лавку кузнеца в деревне неподалёку. Я не одобряла этот план. Обычно наше разделение ничем хорошим не заканчивается. В тот раз, когда я отошла от стоянки, я встретила того «белокурого ангела с бензопилой». Но пришлось согласиться. Марко очень настаивал, говорил, что после произошедшего вчера раненная Леоне сюда не явится, как не пойдёт и за ним. А мне предложил купить меч. Я, фыркнув и выругавшись, пустила его на все стороны (с намёком на мягкое место) и просто прикорнула под деревом, укутавшись в мой любимый чёрный плащ. Прошёл час, второй. Солнце нижним краем зашло за горизонт, усилился ветер. Палатки ставить я не умею, с огнём общаться не рискну. Буду ждать Марко, лениво валяясь под деревом. Вдруг раздался шорох. Я мигом вскочила и выглянула из-за дерева, уже предвкушая беду. Топот и разговоры усилились, но голоса Леоне я среди них не услышала. Ни единого женского голоса. Это оказались простые грибники с корзинами, заглядывающие под каждое дерево, под каждый куст. Я выдохнула и расслабилась. Но больше я глаза не закрою. Грибники или нет, но я должна быть готова к опасности. Они вскоре ушли, даже не заметив меня, сидевшую в паре метров. Прошёл ещё час. Солнце почти зашло, но небо было освещено последними его лучами. Небо персикового цвета, розовые облака и заснеженные вершины гор. Я умирала от скуки. Причесала около себя всю траву, покормила белку, перекусила, обдумала своё положение. И зря. Зря я жаловалась на скуку. К поляне подходил мужчина ростом около метра и восьмидесяти сантиметров, черноволосый, с глазами болотного зелёного цвета. Обе руки в татуировках от плеча до запястья. Скелеты, кресты, сатанистские символы – вот что было на руках. Спортивное телосложение, слегка грубые черты лица, аккуратно подстриженные волосы. За пояс воткнута пара ножей, на небольшом кольце, подвешенном за тот же пояс, висели какие-то кристаллы. Судя по форме и цветовой гамме – Артефакты. Многие из них не редкость, можно купить едва ли не в каждой лавке. Но один выделялся. Большой багровый кристалл правильной многогранной формы с чёрным рисунком на нём – пятиконечной звездой в круге. Щит Сатаны. Создаёт крайне прочные (но пробиваемые) щиты любой плоской формы и любого размера. Из недостатков – при активации «поедает» силы владельца, а потому такой щит нельзя держать дольше часа беспрерывно, иначе это грозит обмороком. Я замерла. Интересно, кто это? И откуда у него такой мощный Артефакт? Он подходил всё ближе, а моя рука тянулась к оружию. Меч Марко оставил на меня, забрав с собой мои ножи. Сказал, что «по опыту ясно, что без Меча одна ты точно помрёшь». Он встал в паре десятков метров от меня, и я узнала его. Знакомая походка, взгляд, фигура, рост… -Адам,- прошипела я. Какой бы сейчас у меня не был свирепый вид, я смертельно испугалась. Злейший враг тоже тут. И, как теперь мне стало ясно, охота была объявлена в первую очередь на меня. Леоне не блефовала. Раз она знает, что я крайне редко плачу, это ей мог рассказать Адам. Мог описать ей мою внешность, привычки, характер, навыки. Я достала Меч и встала. В голове крутились очень неприличные слова в его адрес. Наша вражда началась пять лет назад с банальной драки в подворотне. Он со своими дружками напал на Лироя и попытался его ограбить, но я, будучи уже тогда достаточно смелой, воткнула ему в плечо нож. Так мы познакомились, в мои четырнадцать. Я тогда одолела семнадцатилетнего парня, и об этом его позоре узнал весь остров. Меня стали бояться люди вокруг, а потому и уважать. Стала авторитетом, ведь покалечить Адама мог далеко не каждый. А он меня возненавидел. Проходив два месяца с перевязанным плечом и порванной мышцей, он стал постоянно меня везде караулить, чтобы отомстить. А после новости о болезни брата, дошедшей до него через сотню людей, он совсем разошёлся. Драки с ним происходили почти каждую неделю, а словесные перепалки едва ли не ежедневно. Он дразнил меня, грабил, отбирая такие нужные деньги (если посчитать, он украл у меня почти 20000 крон, что, кстати, немало по нашим меркам). Но на нём я научилась драться, защищаться, заразилась хамством и отборной руганью, которой даже Лирой не знал. Я научилась сдерживать слёзы, давать достойный отпор и не сдаваться. У меня при виде него чешутся руки. А теперь у меня есть обоснованный мотив для убийства. Но что он тут делает? Стойте. Я – Вторая, Марко – Пятый, Леоне – Третья, Трой – Четвёртый. Значит, Адам – Первый? Он записался сюда первым, даже раньше меня? Значит, во время той драки в баре он уже был сюда записан? Но почему? Понимаю, если бы он узнал, что я буду тут, и решился меня таким образом «законно» убить. А так? Зачем ему деньги? Или ради чего он пришёл? Я попыталась тихо к нему подкрасться со спины, но трава и ветки под ногами шуршали. Я успела замахнуться мечом, чтобы отсечь ему голову, но он резко обернулся и поставил щит. -Здравствуй! – прошипел он с наглой ухмылкой,- Не самое разумное решение ошиваться у логова соперников, не так ли? Логово? Тут? Так вот почему мы постоянно встречали тут Леоне! Она просто недалеко живёт и ходит на разведку! А узнав, что мы тут, стала нас отыскивать. -Урод,- прошипела я, ударив мечом в щит. Раздался глухой звук удара. На полупрозрачном багровом щите ни царапины. -Даже так, Мирочка? – он разогнулся и стал отпихивать меня щитом назад,- Подозревал, что ты пойдёшь сюда, подозревал… -Убью,- я вышла из-за его щита и снова замахнулась. -Попробуй,- вдруг у моих глаз что-то ярко вспыхнуло, как огонёк, как яркая лампа. Я зажмурилась и потёрла глаза, а за это время меня столкнули на землю и прижали щитом. Если продержусь час… Он не сможет держать щит, ослабнет. Тогда я смогу его одолеть. Но у него есть другое оружие и Артефакты. Видимо, та вспышка тоже была Артефактом. Завязалась драка. Мы оба друг друга ненавидим больше, чем что-либо на свете. Я – причина его позора, он – заноза в одном месте. Я пыталась напасть, но этот Щит… У меня нет ни одного Артефакта, если бы Марко не отдал мне свой, то я бы пропала. Адам выигрывал, но я продолжала яростно отбиваться. Он нагло и самоуверенно ухмылялся, отражал абсолютно все мои атаки щитом, постоянно ослеплял, не давая мне и малейшей возможности ранить его. Наконец, он стал реагировать медленнее, щит то и дело пропадал, чтобы Адам мог хоть чуть-чуть отдохнуть. Он стал забегать за деревья, но из-за того, что я не могла его коснуться, я не могла его испепелить. А такое дикое желание! Испепелить его, сжечь дотла этого поганца. Я кричала и ругалась, пыталась хотя бы задеть его. Нужно попасть в ногу, и он не будет так резво бегать. Наконец, я ударила его острым лезвием в плечо, но не успела произнести слова. Он ловко отошёл в сторону, зажимая пальцами глубокую рану и шипя. -Сучка,- рычал он,- Давай, продолжай. Я снова замахнулась. Устала, сил нет, ранена голень в том же месте, где был шрам. Идёт кровь, но я не могу сдаться. Ему – точно. -Иди сюда,- дразнила я,- Боишься получить? -Ещё чего! Я смогла задеть его за ногу, сильно ранив щиколотку, порезала щёку, но не успевала произнести слова, чтобы превратить гада в кучу пепла. Наконец, когда он ослабил бдительность, я просто на него напрыгнула, повалив на землю. Он не сможет поставить перед собой щит, а потому я стала размахивать кулаками, бить ему по рёбрам, лицу. Он сопротивлялся, но использование щита его ослабило. Получив по полной, он едва бы отполз, но, как только я потянула руку к мечу, он столкнул меня и закрылся щитом. Сколько бы и не била в щит кулаками, он не трескался, а я только отбила себе синяки на косточках. Он, воткнув мне нож чуть выше колена, вскочил кое-как на ноги и помчался от меня так быстро, как только мог. Понимает, что я сильнее, и уйти от меня не удастся. Трус! Ранил меня так, что я жалобно завопила и вскрикнула, поставил огромный щит метров в двести длиной, и побежал, истекая кровью. Оставил тут два своих ножа и какую-то подвеску, которую я сдёрнула с кольца. Я выдернула нож и повалилась на траву, чуть не плача, сдерживая крики. Не в его присутствии мне кричать, не при нём плакать. Щит пропал минут через десять. Скорее всего, он стоял бы ещё дольше, если бы не кончавшиеся силы моего соперника. Я отползла к деревьям, оставив на поле свою кровь, и стала искать бинт. Если сейчас не перевяжу раны, потеряю много крови. Это грозит, как минимум, истощением организма. Голень и область чуть выше колена. Всё на правой ноге. Моя многострадальная правая нога. Я попыталась закатать штанину, но, так как она была узкой, поняла, что это бесполезно, а потому сняла штаны совсем и стала перевязывать раны. Навыков в медицине у меня самый минимум. От живота – такая таблетка (на все случаи жизни), от больного горла – такая-то настойка, от больной головы – хорошенько поспать и отдохнуть. Я туго перебинтовала ногу в нужных местах, обработав её мазями (привычку экономить пришлось откинуть) и стала ждать Марко, держа в руке меч. Вряд ли сюда явится Адам или Леоне. Они оба ранены, так что сомневаюсь, что желают получить ещё. Или получу уже я? Вскоре, минут через пятнадцать, я набрала Линну. -Привет,- выпалила я,- Ненавижу этих уродов. -П-привет,- запнулся он, не понимая, о ком я,- Уродов? Их много? -Адама и Марко,- ответила я, поправив волосы. -Адама? Посвящать Линна в подробности наших с Адамом отношений было бы очень долго и муторно, да и желания о нём говорить не было, поэтому ответила коротко: -У меня есть давний-давний враг. Он тут,- сказала я,- Забавно… -В смысле?! – удивился он,- Тоже сюда записался? -Даже раньше меня. Не знаю, зачем. Но – факт. Хочешь посмотреть на результаты нашего спарринга? – усмехнулась я. -А надо? – он нахмурился,- Давай… Я показала ногу с красными бинтами. По-хорошему сюда бы врача, но в пустом поле посреди леса такие не растут. -Ужас,- прорычал он,- А он где? Убила? -С-чаз,- прошипела я,- Думаешь, это так просто? Я Леоне скорее убью, чем его. Он меня хорошо знает, для него я – самая предсказуемая вещь на планете. Он сильный, жестокий и… Прости, я не могу такие слова говорить, подумаешь ещё обо мне… -Да ладно тебе,- отмахнулся он, не отрывая взгляда от ран,- Урод… -Да, только в грубой форме,- ответила я,- А Марко… Оставил меня тут, сказал, мол, не парься. А я, как оказалось, в паре километров от логова этих двоих. Знал бы ты, как мне сейчас плохо и страшно. -Да, плохо представляю. Ты обработала хоть? -Ну, чуть помазала чем-то от порезов, больше нет ничего,- ответила я. -Да уж,- процедил он. Мы молча переглядывались. Я уже примерно представляю, о чём он думает. Ему меня очень жаль. Мне самой себя жалко. Тратить силы, нервы, здоровье на игру? Но будет подло, если я с этим покончу. Дома брат, Линн. Пока не увижу их в живую – не сдамся. Убью Адама. Я просто обязана это сделать. Вскоре пришёл Марко. Заметил мою рану, и я по второму кругу рассказала, что произошло. Вдруг начал возбухать Линн. -Ты совсем головой не думаешь? Сколько раз ты её одну оставлял, и она потом в неприятности из-за этого попадала?! – шипел он,- Совсем балбес? Дальше посыпались не очень хорошие слова, и я была целиком согласна с Линном. Ещё раз такое случится – задушу Марко своими руками. Или предложу разойтись сама. Сама где-нибудь спрячусь, а его пошлю погулять до деревни. Вот не скажу ему, где логово Первого и Третьей – пусть ищет сам приключений. Сама уйду в другую сторону. -А что ты завёлся?! – отбрыкивался Марко,- Я, между прочим, не знал, что они тут могут ходить! -Во-первых, вы видели их вчера, когда Миру, частично по твоей вине, чуть не сожгли заживо на костре. Во-вторых, союзники на то и союзники, что ходят вместе и друг другу помогают, если ты не знал. Конечно, бараны не всеведущи, но мог и мозгами пораскинуть, если они у тебя есть! -Полностью согласна,- поддакивала я, кивая головой,- Я тебе это говорила. Если о себе не думаешь, что на тебя напасть могли тоже, о других подумай! Союзник ещё, называется! -Мы были в равной степени в опасности! -Боже мой, отговорка года! – Линн саркастически похлопал,- Ещё так возмущается! Актёр без Оскара! -Слышь, рыло завали,- прошипел Марко,- Нашёлся, умный такой! -Умнее буду. Я бы, по крайней мере, не оставил вот так Миру без серьёзной причины! -Пф, а я – не ты,- огрызался Марко. Я с любопытством наблюдала за этой ссорой и поддакивала Линну. Конечно, не хочу, чтобы он ссорился с этим бараном и трепал себе нервы, но раз уж начал, пусть выпустит пар. -Ну да. Ты-то кретин, а я – нет,- фыркал Линн. -А с чего ты взял, что ты не кретин? – язвил Марко. -Окей. Мира, я кретин? – спросил Линн. Я покачала головой и усмехнулась,- Видишь? -Голубки сраные,- прошипел Марко. Вот тут возмущаться начала я. Попал в точку, и от этого у меня только больше злости. -Слушай ты, ещё раз слово вякнешь, я тебе язык накручу на что-нибудь чуть ниже пояса, ясно? Глаза выколю и заставлю тебя их съесть, а жевать будет нечем – зубы выбью. Понял? – наехала я. Линн удивился моему хамству, но удивился приятно. Улыбнулся, жестами показал Марко, кто тут лузер, и дружески мне подмигнул. -Сама язык накрутишь, или как? – язвил он. Ну всё, мальчишка, ты нарвался! -Слушай, а там вообще есть, на что накручивать? – огрызалась дальше я, кипя от злости. -Хочешь проверить? – он ехидно улыбнулся. -Ну всё,- протянула я, дав ему кулаком в нос. Замахнулась я, в силу усталости, не очень сильно, хотя следовало. Кровь не пошла, нос цел, но ему было больно. Очень больно. Я столько раз в своей жизни била людям в нос, что знаю, с какого ракурса и угла лучше ударить, чтобы было больнее,- Спишь на улице. -Это почему я? -Приличные парни даму на улицу не выкидывают,- подметил Линн. Я снова поддакнула. -Так я же тут последний хам, так почему нет? -Ладно, ложись. Только не обещаю, что я ночью палатку-то не подпалю,- угрожала я. -Траву поджечь не сложнее. -А ты знаешь, как спички зажигать? – огрызалась я. -Ну если ты знаешь, я-то и подавно,- намекнул он на мою глупость. Ах так, да?! Я надела штаны (до этого ноги прикрыла плащом), гордо встала и, стараясь не хромать, таща вещи на спине, ушла подальше, захватив с собой Линна. -Ну как тебе? – спросила я,- Что я терплю?! -Я бы такое терпеть не стал,- прошептал он,- Но лучше подождать, пока ты не выздоровеешь и не найдёшь себе приличное оружие. -Думаешь, стоит порвать союз? – задумалась я. Такой мысли я пока не допускала, да и это – первая крупная ссора. -Тебе виднее. Но он – самый настоящий хам. Мне бы просто воспитание не позволило так хамить девушке. -Я сама хороша. «Лэди» так не говорят,- усмехнулась я. -Это ладно. Он же во всём этом виноват, а ещё отбрыкивается! На его месте стоило просто признать вину, извиниться и как-то попытаться загладить вину. Купить прикольную безделушку, вкуснятину,- говорил он. -Вот кто тут меня понимает,- вздохнула я,- От чего бы не отказалась, так от какой-нибудь сладости. Он посмеялся. Я села на другой стороне поля (читай – рухнула) и стала смотреть на кристалл, что забрала у Адама. Бледно-зелёный, длинной с мизинец, тонкий и на вид очень хрупкий. Я постучала по нему пальцем, попыталась разбить о камень, о дерево. Не бьётся. Внешний вид обманчив. Как показали опыты, это – фонарь, лампочка или тому подобное. Может гореть слабо, почти не освещая, а может светить очень мощно и ярко, так, что можно осветить целую пещеру. -Что делаешь? – спросила я Линна, до сих пор негодуя на слова Марко. «Голубки сраные»! Сам ты сраный, простите. -Так, работаю,- он навёл камеру на свой стол. Снова «творческий беспорядок», какие-то гайки, болты, чипы с десятую часть ногтя мизинца ноги, провода… Как он в этом разбирается? -И как ты это понимаешь? – удивлялась я. Да, образование творит чудеса. Он показал мне целую тетрадь с чертежами. Кошмар! Надписи (мне бы почерк Линна), схемы, описания, внешний вид,- Ужас! -Эти чертежи сложные,- сознался он,- Приходится. -Удачи тебе. -Спасибо. -Много за это дают? -Платят? -Да. -Достаточно. -Секретничаешь? -Нет, просто недоговариваю,- он стал соединять между собой проводами датчики. -Ладно. Мы немного поговорили, но вскоре солнце совсем зашло за горизонт. Марко, как и ожидалось, не подошёл извиниться, просто поставил себе палатку и улёгся спать, оставив меня на улице. Джентльмен, ничего больше сказать не могу! -Линн, прости, но я спать,- сказала я,- Нужно ещё найти удобные кустики… -Передай ему от меня похлеще что-нибудь,- попросил он,- Спокойной ночи. -Спокойной. Я заползла в кусты, легла на своё одеяло, прикрывшись краешком, сверху укрылась плащом и уснула, положив голову на руки.