Связь

      Малия была очень раздосадована тем, что ей не удалось избежать отработки у декана Слизерина. Выросшая в лесу, в дикой природе и не привыкшая никому подчиняться, девушка сильно разругалась с профессором Снейпом в этот день. Она никак не могла понять, зачем ей посещать эти отработки, если она не является ученицей этой школы, и то, что её могут выкинуть отсюда за шкирку, нисколечко не пугало молодую волчицу.       Сидя на полу коморки от кабинета зельеварения, размером в целый кабинет, и натирая вручную грязные котлы до блеска, Малия обдумывала всё произошедшее за последнюю неделю. Её настораживало то, что Скотт, Стайлз и тот же Дерек, казалось бы, уже смирились со своей участью, и, по мнению девушки, совершенно ничего не предпринимали, для того чтобы выбраться из этого места. Да, конечно, они выходили каждый вечер в Запретный лес на поиски портала, а Дерек постоянно пропадал в библиотеке, выискивая в волшебной литературе нечто полезное, но процесс продвигался очень медленно, и Малия находилась в состоянии постоянного раздражения. Иногда она даже думала о том, что ребята находятся под гипнозом, потому что иначе она не могла объяснить то, почему друзья с удовольствием ходят на магические уроки и развлекаются с новыми знакомыми, вместо того чтобы с самого утра встать, поесть и выйти на поиски портала. Ведь чем позднее они выходят в лес, тем меньшую территорию могут обыскать – и как они этого не понимают?       Это всё она и объяснила Снейпу, когда он застал её врасплох после урока, назначив наказание за то, что она так и не явилась на отработку, на что профессор пригрозил ей тем, что в случае отказа от соблюдения школьных правил, Малия может лишиться ночлега. За себя она не боялась – сколько лет она прожила в лесу в одиночестве? Навыки охоты и борьбы за территорию были у неё в крови. А вот за друзей вдруг страшно стало. Мало-ли, вдруг, действительно под гипнозом? Ещё и не заметят, что она пропала и что что-то здесь не так. Поэтому, скрипя зубами, волчица согласилась на отработку, обещая себе, что после неё обязательно отыщет кого-нибудь из друзей и выскажет всё своё недовольство.       Раздражение вновь забурлило в девушке, когда с очередного котла никак не получалось отскрести налёт из заставших ингредиентов для зелий. Будучи очень импульсивной, Малия резко вскочила на ноги, и со всей силы запустила котелок в противоположную стену, а тот, ударившись о холодный камень, разбился и осыпался небольшими кусочками по тёмному полу.       Излишняя вспыльчивость и эмоциональность всегда была слабым местом девушки, и никогда не приводила ни к чему хорошему. Вот и сейчас, когда она пребывала на пике раздражения, её глаза горели голубым цветом, а когти торчали из обеих рук, дверь в кабинет вдруг отворилась и на пороге оказался мальчик из её факультета, застав её в таком устрашающем виде. Заметив Малию, он вздрогнул, сделал шаг назад и выставил руки в примирительном жесте:       – Стой, стой! Я ничего не собираюсь тебе делать. Я – Блейз. Твой сокурсник. Помнишь?       Волчица тяжело дышала, глядя на застывшего мулата, и пыталась понемногу успокоиться. Уже второй раз она оголила когти перед учеником школы, и ей не хотелось повторно получать отработку за жалобу от испуганного студента.       Блейз тем временем немного осмелел и медленно зашел в кабинет, окидывая взглядом горку из грязных котелков, вскоре обратив внимание и на разбросанные осколки.       – Может, тебе помочь? – с беспокойством спросил он у Малии, кивая на котелки. – Так уж вышло, что моя душа на все сто лежит к делу зельеварения, а если вдруг в школе не останется необходимой посуды для варения зелий, я не смогу подготовиться к поступлению в университет. Не хотелось бы, чтобы талант ушёл коту под хвост.       Он так серьёзно посмотрел на Малию, что у девушки в груди непроизвольно всё сжалось, заставляя напрячься со всей силы. А затем в его глазах проскочили смешинки, вокруг век образовались добродушные морщинки, и сам парень прыснул. И Малия тут же мигом расслабилась, ощущая, как гора спадает с плеч, и смех подступает к горлу. Они засмеялись. Это было очень странно, но впервые за всю неделю пребывания в Хогвартсе, девушка почувствовала себя комфортно.       Когти медленно скрылись под кожей, глаза девушки вновь приобрели человеческий оттенок, а Блейз поднял волшебную палочку вверх, направил на разбитый котелок и сказал:       – Репаро!       Все частички осколков поднялись вверх и за долю секунды соединились вместе, слепившись в целый котёл. Малия завороженно наблюдала за процессом.       – Классная вещь ваша магия, – сказала она на эмоциях, снова вызвав улыбку на губах Блейза.       Парень посмотрел на девушку, и кивнул на её руки:       – А ваши способности меня немного озадачивают.       Малии не нашлось, что ответить, и волшебник, спустя несколько секунд тишины, решил продолжить диалог:       – Ты разозлилась из-за Снейпа? Не стоит так реагировать на его выпады. На самом деле, он хороший мужик, и своих защищает до последнего. Просто сейчас он не знает, чего от тебя можно ожидать, на что ты способна и так далее, поэтому так и озадачил. На первом курсе нам всем приходилось проходить через эти небольшие проверки на выносливость, но стоило нам показать себя как надёжных учеников, и декан становился нашим вторым отцом, помогая во всём и постоянно прикрывая спины.       Девушка хмыкнула:       – Мне второй отец не нужен. Я хочу побыстрее выбраться отсюда.       – А что мешает? – Блейз взмахнул палочкой, и вскоре вся гора из грязных котелков вдруг превратились в чистую.       Малия снова проследила за волшебством восторженным взглядом.       – Мы слишком много времени проводим в школе. Такое ощущение, что нас держат здесь специально, выпуская на поиски лишь в определённое время суток. Иногда мне кажется, что профессору Дамблдору что-то от нас нужно, иначе зачем ему так долго держать нас под своим крылом?       – В твоих словах есть смысл, – слизеринец взмахнул палочкой в последний раз и все котелки выстроились рядами на полочки в шкафах. – Дамблдор – ещё тот зачинщик. Никто не знает, что у него на уме, а мы с сокурсниками и вовсе думаем, что он…       Парень поднес указательный палец к голове и покрутил им у виска, смешно присвистнув, показывая, что директор школы, похоже, сумасшедший.       Девушка хихикнула, но сразу нахмурилась, когда Блейз сказал:       – Снейп был бы намного лучшим директором.       – Не напоминай мне о нём, – Малия вздохнула и окинула взглядом кладовку, в которой, благодаря слизеринцу, теперь царил идеальный порядок. – Видимо, мне нужно сейчас найти его и отчитаться о проделанной работе. Вряд ли он мне поверит, что я справилась со всеми задачами самостоятельно в такой короткий срок.       – А тебе не всё равно? – усмехнулся парень.       – Мне… – волчица зависла на пару мгновений. А ведь действительно, почему это вдруг она так забеспокоилась? Ещё каких-то пять минут назад она думала о том, что легко переночует на улице, если её таким образом накажут за непослушание, а теперь боится того, что её отругают за то, что ей помогли проделать её работу?       Гордо задрав подбородок и вытянув спину, Малия кивнула, и громко отчеканила:       – Всё равно!       А затем они снова засмеялись, и девушка почувствовала, как в её груди начало образовываться тёплое облачко, от которого на душе становилось очень легко, и ей неожиданно понравилось это чувство.       – Прогуляемся? – спросил Блейз и кивнул в сторону двери. – Только нужно незаметно проскочить мимо Снейпа.       Волчица кивнула, и они вместе выскочили из чулана, тихо проскользнули мимо кабинета декана, поднялись из подземелий в холл Хогвартса, а затем оказались на улице, заняв одну из свободных лавочек под замком. Солнце уже клонилось к закату, поэтому на улице гулял теплый осенний ветерок, освежая всё живое после долгого солнцепёка, державшегося на протяжении целого дня.       – Почему ты мне помог сегодня? – спросила Малия, внимательно разглядывая выражение лица сокурсника, сидящего рядом. Ей сложно было представить, что один человек может помочь второму малознакомому человеку просто так, без какой-либо выгоды. Может, Блейзу что-то от неё нужно взамен?       Мулат пожал плечами.       – Ты необычная, – сказал он, и немного помолчал, глядя в небо, прежде, чем добавить: – Мне было интересно с тобой пообщаться. Не буду скрывать, мне, как и остальным, очень любопытно узнать, кто вы такие, откуда взялись и что постоянно ищете в Запретном лесу, а подружиться я решил именно с тобой, потому что ты не похожа на своих друзей. Ты более прямолинейная, более открытая, и более… – парень снова замолчал на пару секунд, обдумывая мысль, – …такая, как мы, что ли? Боевая, как и все слизеринцы.       Блейз наконец повернул к ней голову и посмотрел прямо в глаза, и Малия вдруг поняла, что всё это время сидела с затаённым дыханием, практически не дыша. Она не была уверенна, что слова «прямолинейная», «открытая» и «боевая» можно было засчитать как комплименты, но для неё это были самые прекрасные слова, которые она только слышала в свой адрес. Полгода назад, когда она почувствовала небольшую симпатию к Скотту, и это оказалось взаимно, она часто слышала от него такие прилагательные как «красивая», «милая» и «маленькая», но девушке от этого всегда было не по себе. О красоте не судят, но «милой» и «маленькой» она уж точно себя не считала. В какие-то моменты она даже задумывалась о том, что она какая-то неправильная девушка, ведь по словам Лидии, каждая девчонка мечтает услышать такие слова в свой адрес от человека, который ей симпатичен. Однако, как ни крути, Малия не могла воспринимать подобные комплименты всерьез. А вот слова Блейза о том, что она девушка с характером, были мёдом для её ушей, ведь именно такой она себя и считала, и была рада, что кто-то это заметил.       – Ну, так что? Раскроешь мне свои тайны?       Голос парня вернул её с небес на землю, заставив вынырнуть из собственных мыслей. Она хлопнула ресницами, фокусируя взгляд на хитрой улыбке мулата, а затем снова погрузилась в сомнения. С одной стороны, Блейз ей помог сегодня с котлами, на протяжении всей недели общался вполне дружелюбно и не давал своим девчонкам устраивать новые напасти на Малию, да и тёплое облачко, расплывающееся в грудной клетке, шептало на ушко, что она может довериться слизеринцу, но её рациональное мышление всё равно упрямо сопротивлялось и искало подвохи. Предосторожность была превыше всего.       – Мы оказались здесь по неосторожности из-за внезапно открывшегося портала. Попали из другого места. Больше ничего не могу сказать.       – Многословно, – хмыкнул Блейз и откинулся на спинку лавочки, сцепив пальцы в замок за своим затылком и положив на них голову.       В этот момент, откуда-то сверху, к ним спикировала сова и приземлилась прямо на колени Малии. Девушка вскрикнула от неожиданности, вскочила на ноги и попыталась спихнуть её со своих колен, но та только сильнее вцепилась когтями в ткань джинс волчицы, царапая через них кожу. Малия, громко ругаясь, начала со всей силы трясти ногой и махать руками, пытаясь согнать наглую птицу, и, видимо, со стороны это выглядело очень смешно, потому что вокруг она уже слышала заливной смех учеников школы. В очередной раз, махнув рукой в сторону совы, девушка подумала о том, что сейчас выпустит когти, если птица тотчас же не уберётся, и та, будто почуяв угрозу, отцепилась от ноги Малии, взмахнула крыльями и приземлилась на лавочку, где только что сидела волчица. Фыркнув, она выпустила из клюва свёрток пергамента, который Малия ранее не заметила, расправила крылья, и улетела в сторону одной из башен замка, кинув напоследок осуждающий взгляд на девушку.       Избавившись от внезапной обузы, Малия начала наскоро приводить себя в порядок и заправлять волосы за уши. Покрутившись вокруг своей оси, она хотела окинуть взглядом каждого, кто посмел над ней посмеяться, но народ уже медленно расходился по своим делам, тихонько прыская в свои кулачки. Только одна компания не спешила никуда уходить, и продолжала заливаться смехом – это были Пэнси, Дафна, Драко и ещё один незнакомый волчице парень. Блейз же продолжал сидеть на месте в той же расслабленной позе, что и сидел, не смеясь, но и не вступаясь за девушку.       – Ну, ты даешь, – выдавила Пэнси, вытирая с глаз слёзы, – совы испугалась! Ха-ха!       – Но это было эффектно, не правда ли? – сквозь смех спросил незнакомый черноволосый парень.       Малия начала постепенно загораться. Ей приходилось сейчас сдерживать все свои силы на то, чтобы не выпустить когти и не растерзать обидчиков.       – Вы только посмотрите, – продолжала хихикать Пэнси. – Красная и напыженная, как павлин!       – Павлин здесь только один, и это – Драко! – Вмешалась также заливающаяся смехом Дафна.       – Гринграсс, пойдёшь на отработку.       – Ты ещё не староста школы, чтобы мной командовать, Малфой.       – А ты…       – Один на один! – громко сказала Малия, перекрикивая все голоса и заставляя всех разом притихнуть. Она выкинула руку вперед, указывая пальцем на Пэнси. Грудь волчицы медленно вздымалась и опускалась от испытываемой злости, внутри всё кипело, вплоть до зуда на кончиках пальцев. В голове был туман, глаза застелило красной пеленой, а по жилам, казалось, растекается лава. Она готова была растерзать слизеринку на мелкие кусочки. – Мы с тобой, Пэнси. Поединок. Мои способности против твоих. Насмерть.       Секундная тишина вновь разорвалась разрядом смеха. Но, к удивлению Малии, в этот раз Паркинсон не засмеялась, а, наоборот, сделала шаг вперёд, посмотрела девушке прямо в глаза, и, не обращая внимания на гогот друзей, серьезно сказала:       – Я согласна.       Со всех сторон послышалось протяжное «ууу», а затем вмешался Блейз. Не спеша поднявшись с лавочки, он подошёл к Малии, и, встав рядом с ней, осуждающе посмотрел на Пэнси:       – Вам по сколько лет? Какие поединки? – повернув голову в сторону Малии, он уточнил: – Какое ещё «насмерть»?       – Блейз, не лезь, – волшебница поправила волосы. – Если новенькая хочет, чтобы ей надрали зад, то я сделаю это.       – Это ещё кто-кому надерёт! – вспыхнула Малия ещё больше, готовясь выпустить когти и наброситься на нового врага.       Но Блейз опять парировал:       – У нас вообще-то сейчас важная миссия намечается.       – Это ещё какая? – спросил незнакомец.       Волчица тоже вопросительно поглядела на мулата.       – У нас вылазка в Запретный лес, – деловито осведомил он.       – Зачем? – выгнула бровь Пэнси.       – Будем искать ответы на вопросы.       Малия этого не видела, но готова была поклясться, что Блейз несколько раз кивнул в её сторону, намекая друзьям на то, что собирается разузнать секреты новенькой.       – Кто с нами? – агитирующее спросил слизеринец, и девушка с неодобрением покосилась на него. Ей, конечно, хотелось поскорее найти выход из этого места, но тащить с собой всю свору неприятных слизеринцев она не собиралась.       – А как же поединок? – спросил Драко, сложив руки на груди, и посмотрев на Малию в упор.       – У меня есть идея! – напоследок вмешалась Дафна. – Предлагаю пригласить новенькую в наш дуэльный клуб, и там провести поединок. Никаких смертей, а повреждения если и наносить, то только такие, от которых можно будет легко избавиться при помощи костероста, или кровотворного зелья. Главная задача – повалить противника с ног, или максимально вымотать. Кто проиграет, тот исполняет желание побежденного. Ну, как вам?       Волшебники молча переглянулись, а Малия спросила:       – Что ещё за дуэльный клуб?       – Это факультатив, – ответила Гринграсс. – В определённые дни мы собираемся в специально обустроенном кабинете подземелий, и сражаемся друг против друга, отрабатывая навыки нападения и защиты. Клуб закрытый, и в кабинет можно попасть только по приглашению. Тренируемся только со своими, со слизеринцами, поэтому об этой информации лучше не распространяться. Но даже если кому и расскажешь, смысла от этих слов никакого не будет, потому что те, кто не имеет персонального приглашения, не смогут найти место проведения нашего дуэльного клуба. Таков волшебный Хогвартс, – развела руками девушка напоследок.       – Я – за, – неожиданно подал голос Малфой. – Не хотел бы, чтобы на моей совести старосты оказалось убийство. А устроив поединок в дуэльном клубе, он засчитается как санкционированный школой и деканом факультета, в частности, поэтому сможем избежать лишних отработок и обойдемся без смертей. Все необходимые лекарственные зелья у нас есть в аптечке клуба благодаря матери Блейза.       Блейз самодовольно кивнул.       – Тогда решено, – Пэнси поправила на голове чёлку. – Завтра будет выходной, поэтому через два часа после обеда встречаемся в гостиной факультета. Ты согласна?       – Согласна, – выступила Малия.       – Да будет магия вам свидетелем, – вздохнул Забини, а потом добавил, меняя тему: – Так кто с нами пойдёт в Запретный лес?       – Я – пасс, – ответила Пэнси.       – Я тоже, – поддержала подругу Дафна.       – У меня через час патрулирование, – Драко постучал пальцем по циферблату наручных часов. – Советую вам не задерживаться, прикрывать не буду.       – Друг ещё называется, – закатил глаза Блейз.       – А я – за! – выступил незнакомец. – Идём прямо сейчас?       Пэнси кинула недовольный взгляд на сокурсника, а Блейз ответил:       – Как только Малия прочитает своё письмо.       Малия спохватилась. Она с таким интересом наблюдала за ребятами, что и вовсе забыла о том, что сова оставила на скамье лист свёрнутого пергамента. Ей не верилось, что Блейз предложит составить ей компанию в поиске портала, да ещё и притянет за уши других сокурсников. Также, она не ожидала, что её пригласят в дуэльный клуб, и это после стольких-то насмешек! Видимо, никто не принял её слова про поединок насмерть всерьез, но было очень приятно, что, похоже, её постепенно начинали принимать за «свою».       Злость постепенно отпускала, но это не значило, что Пэнси легко отделается. Уж слишком сильно она выводила волчицу из себя.       Взяв в руки лист пергамента, девушка отцепила от него ниточку, и раскрыла письмо, принявшись читать. Написано было немного:       «Ув. мисс Хэйл!

Прошу Вас явиться в мой кабинет завтра сразу после обеда. С уважением,

А.П.В.Б. Дамблдор»

      – Директор просит меня зайти к нему завтра после обеда. Как думаете, мы успеем с ним решить все вопросы до начала проведения поединка?       Малия обернулась, но никого кроме Блейза и незнакомца за своей спиной не увидела. Дафна, Пэнси и Драко уже ушли.       – Думаю, успеете, – незнакомый парень сделал шаг вперед к Малии и протянул руку. – Я Маркус, кстати. Маркус Флинт, седьмой курс.       – Другими словами: «Тупоголовый кретин», – вставил Блейз.       Волчица осторожно пожала руку парню. Она уже не боялась рукопожатий, как это было тогда, когда она впервые за долгие годы приняла человеческий облик.       – Малия.       – Очень приятно, Малия, – на какой-то момент Маркус сжал пальчики девушки покрепче, а затем отпустил, повернувшись к другу: – А ты придурок, Забини.       – Сказал мне тот, который уже второй раз остаётся в школе на второй год.       – Пошёл ты!       Маркус развернулся и направился в сторону Запретного леса, а девушка, последовавшая за ним следом вместе с Блейзом, принялась рассматривать нового знакомого внимательнее. Он был полной противоположностью мулата – первый был высоким и худым, а Флинт, наоборот, был парнем среднего роста, но не ниже Малии, что почему-то её порадовало. Тело его было подтянутым, плечи широкие и немного сутулые, а по всей длине правой руки красовалась чёрного цвета татуировка в виде змеи. Она спиралью обвивалась вокруг мышц Маркуса, и девушке в какой-то момент показалось даже, что змея движется.       – Второй раз на второй год? – спросила волчица, когда они подходили к опушке Запретного леса. – То есть, ты уже в третий раз учишься на седьмом курсе?       Флинт обернулся, глядя на Блейза с неодобрением. А затем вздохнул, и, поравнявшись с сокурсниками, принялся объяснять новенькой:       – Знаешь ли, Малия, то дело, которым я хочу заниматься, не требует знаний в тех областях, по которым нужно сдавать выпускные экзамены. Я – творческий человек, и для того, чтобы моё творчество приносило пользу людям, я учусь у лучших мастеров этого дела, так как в школе этому просто-напросто не обучают.       – И что же это за дело? – спросила девушка.       Блейз прыснул:       – Татуировки бьёт.       Малия невольно покосилась на татуировку змеи на руке парня.       – Не просто татуировки, а татуировки-обереги! – Маркус принялся активно жестикулировать. – Ранее, для дополнительной защиты, волшебники носили с собой разные артефакты, так как не всегда обычный щит, который мы можем сотворить с помощью волшебной палочки, может защитить нас от удара противника. Например, обычное «Протего» не сможет защитить тебя от «Круциатуса», но если на тебе надет артефакт (предположим, серьги), настроенный именно против этого заклятия и только на тебя (в нём присутствует капля твоей крови), то вместо жуткой боли ты почувствуешь только лёгкий дискомфорт. Правда, после первого удара запрещённым заклинанием, артефакт становится непригодным для использования – покрывается трещинами, или вовсе распадается на кусочки, и приходится заказывать новый, а работы мастеров-артефакторов стоят очень дорого. Или, например, никакой щит не сможет защитить тебя от считывания твоих мыслей или воспоминаний другим человеком. Противостоять этому ты можешь только с помощью собственных умений блокировать сознание от постороннего проникновения. Этим занимается наука «Окклюменция», но далеко не каждый волшебник владеет этим умением и хочет его развивать – слишком долго и сложно это делается. Гораздо проще заказать у мастера-артефактора те же серьги, магическая сила которых не сможет дать возможности постороннему человеку проникнуть в твоё сознание. Но мир магии растёт и развивается с каждым годом всё больше, и, как по мне, ходить, обвешанный побрякушками, как рождественская ёлка – уже прошлый век. Намного удобнее всегда иметь защиту вместе с собой, даже когда ты голый. А если ещё и эта защита украшает твоё тело… – Маркус продемонстрировал свою татуировку девушке, – то грех отказываться от такого практичного оберега.       Слизеринец замолчал, переводя дыхание, а Малия с восторгом обдумывала услышанное. Она и представить себе не могла, что волшебный мир может быть настолько широким и многогранным. Ранее, когда она думала о волшебниках, её фантазия рисовала в голове разные картинки со стариками, размахивающими волшебными палочками. Старики эти представлялись ей похожими на профессора Дамблдора, или крёстную фею из диснеевского мультика про «Золушку», который она смотрела ещё в раннем детстве, до той самой аварии и долгой жизни в лесу. А тут, оказывается, что волшебники могут быть не только разного возраста, но ещё и могут создавать артефакты, читать мысли и бить волшебные татуировки! Невероятно!       – А от чего защищает твоя татуировка? – спросила она у нового знакомого.       – Это моя первая разработка, – Маркус самодовольно расправил плечи, – защита от ядов. Решил набить себе змею, потому что, во-первых, это символика моего любимого факультета, на котором я учусь уже девятый год, а, во-вторых, изначальной задумкой была защита от ядов ползучих тварей. Там, где я живу, их просто пруд пруди. А потом я решил усовершенствовать тату, и теперь эта малышка, – он погладил рисунок на своей руке, и Малии снова показалось, что змея пошевелилась, – охраняет меня не только от ядов своих сородичей, но и от ядов абсолютно всех насекомых, и, возможно, даже ядовитых зелий, но последнее я не проверял. Татуировка работает таким образом, что если змея, или опасное насекомое, решит меня укусить именно в правую руку, то рисунок станет щитом, и не даст возможности какой-нибудь твари пронзить мою кожу. А если же меня укусят в другое место, то благодаря специальным чарам этой татуировки, мой организм самостоятельно сможет вывести токсины через пот. Если яд будет не сильным, то токсины выйдут через несколько минут, а если яд будет мощнее, то, соответственно, он будет дольше выводиться из организма, вплоть до нескольких дней.       Девушка продолжала слушать с удовольствием, и даже задумалась было, чтобы попросить Флинта набить что-то похожее и ей, как вдруг голос Блейза выдернул её из своих размышлений:       – Не хочу вас прерывать, но куда мы идём?       Волчица вздрогнула и завертела головой по сторонам. Они уже прошли приличное расстояние вглубь Запретного леса, и Малия охнула: ноги сами привели её к тому месту, откуда они с ребятами здесь появились!       – Вот он! – девушка указала рукой на небольшой пень, окруженный деревьями. – Точно такой же пень был в том месте, откуда мы родом, и он оказался порталом. А выкинуло нас сюда, в это место, и оказались мы возле этого корня.       – Решила вернуться к тому, с чего всё начиналось? – пофилософствовал Блейз.       – Нет, – Малия присела на корточки и потрогала срезанное дерево, – ноги просто сами сюда привели.       – Вы слышите это? – спросил Маркус, расхаживая вокруг пня, держа руки в карманах и вертя головой по сторонам.       Волчица прислушалась и услышала странное жужжание, разносящиеся со всех сторон.       – Слышу.       – Какой странный звук… – Флинт продолжал наворачивать круги вокруг Малии и Блейза, пока не застыл возле одного из деревьев. – Эй, посмотрите!       Ребята подошли поближе, и девушка заметила то, что привлекло внимание слизеринца.       – Похоже на дупло, – сказала она, всматриваясь в странную дырку внутри толстого дуба. – Только звук какой-то странный. Вряд ли там живёт белка.       – Здесь их много, – Блейз начал крутиться вокруг своей оси, указывая пальцем в разные деревья вокруг старого пня. – Здесь ещё одно. И вон там. И там ещё. Мерлин, их тут целая дюжина.       Малия отвернулась от ребят и решила осмотреть деревья волчьим взглядом, пока мальчики ничего не видят. Активировав сверхъестественное зрение, девушка ужаснулась: в деревьях обитала живность, и её было очень много. Это были какие-то странные хладнокровные создания, размером с палец, которые роем крутились вокруг друг друга, образовывая целые тучи под корой деревьев. Эти тучи вились цепочками, уходя от дупла прямо под землю, а оттуда рядами тянулись к тому самому пню от всех деревьев сразу. Вся эта гадость находилась под землей, и на миг Малия подумала, что пень служит этим тварям если не пристанищем, то источником возникновения точно.       – Ребята, гляньте.       Девушка услышала голос Маркуса и выключила особенное зрение. Подошла к ребятам и с ужасом увидела, как Флинт достает руку из дупла, и на его указательном пальце сидит одно из этих странных созданий. По окрасу оно было похоже на здоровую осу – его тельце было окрашено в жёлто-черную полоску, но присмотревшись внимательнее, Малия увидела, что на самом деле, это была далеко не оса. Существо было похоже на полосатую змею с крыльями, как у стрекозы. Голова её была жёлтой, а глаза сияли ядовитым красным цветом. Внизу, там, где у обычной змеи должен быть конец хвоста, у этого насекомого свисало сразу несколько жал, которые торчали в разные стороны, словно иглы ежа.       – Что это? – спросил Маркус, внимательно разглядывая существо на пальце.       – Я думаю, что не нужно было брать его в руки, – с опаской ответила волчица.       – Согласен, – поддержал Блейз. – Струси с себя эту гадость.       – Да ладно, мне укус не страшен. Это же правая рука, защита от насекомых. Забыли? Ай! – Флинт подпрыгнул на одной ноге и активно замахал рукой, на которой сидело существо. Когда оно отцепилось от его руки и улетело, парень, округлив глаза, с недоверием посмотрел на своё запястье: – Оно меня укусило!       – Думаю, нам лучше уйти, – Забини кивнул в сторону тропы, с опаской глядя на то, как из каждого улья начинает вылетать по две-три особи этих существ и зависать в воздухе, прямо над их головами.       Малия тоже начинала постепенно паниковать. Она никогда не любила насекомых, и пребывая долгие годы в обличии койота, она изрядно намучалась от чесотки, вызываемой блохами – они были намного беспощаднее, чем другие дикие животные, подобные ей. Животных можно было растерзать на кусочки, полакомиться их свежим мясом, ещё горячим и пропитанным тёплой кровью, а затем притащить их шкуры в свою пещеру, чтобы укутываться в них в особо холодные зимы. А вот на насекомых управы не было. Они всегда были более подвижными – лапой их не стопчешь, да и на зуб не возьмешь – слишком уж они маленькие. Но такие приставучие!       Оглядевшись по сторонам, девушка поёжилась. Осы-змеи постепенно вылетали из своих ульев, навязчиво жужжа над ушами ребят. Солнце почти село, и в проблесках его заходящих розовых лучей, существа начинали поблескивать и отливать золотистым цветом так, что Малии казалось, будто все они были покрыты какой-то волшебной пыльцой, сверкающей на солнце. Внимательно осмотрев окрестность, волчица насчитала уже тринадцать парящих над землёй особей.       – Нам пора убираться отсюда, – повторил Блейз, и все трое начали постепенно отступать к тропе.       Шли медленно, спинами назад, чтобы не выпускать из глаз странных насекомых, которые пока что не двигались со своих мест. Малия понимала, что даже если она выпустит сейчас когти и «разблокирует» свои волчьи способности, смысла от этого не будет – существа были мелкими, и когтем их не возьмешь.       Отступая, Маркус начал постанывать, поглаживая второй рукой место укуса:       – Печёт.       Девушка кинула на него сочувствующий взгляд. Видимо, его татуировки не так уж и хороши, как он рассказывает, и парня явно не просто так дважды оставляли на второй год.       Когда они медленно дошли до начала узкой тропинки, мулат сказал:       – Идём цепочкой. Флинт, ты первый. Малия вторая. Я буду заключающим.       Ребята кивнули, и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, рванули на тропу. Сначала шли быстро, даже практически бежали легкой трусцой. А затем волчица заметила, как Маркус начинает постепенно замедляться и слегка раскачиваться на ногах, теряя равновесие. Тихое жужжание всё ещё доносилось из-за их спин – казалось, что пара особей ос-змей преследуют их, поэтому останавливаться не хотелось, да только слизеринец-второгодка вдруг остановился, согнулся пополам и уперся ладонями в колени, притормозив всю процессию.       – Что-то мне хреново, ребят, – он зажмурился. – Сознание уплывает. Ноги не слушаются.       – Эй, ты чего? – Блейз обогнул девушку, и встал возле друга, подхватив его рукой под плечо, и как раз вовремя – в этот момент Маркус опасливо покачнулся, будто собирался упасть, но кое-как, с поддержкой мулата, смог устоять на ногах. – Дело плохо. Дойти сможешь? Мы уже почти у хижины Хагрида.       Флинт кивнул, и они двинулись дальше. Но не успели они пройти и десяти метров, как Малия почувствовала, как что-то сильно кольнуло её в ногу, а через пару секунд и в плечо. В глазах на какую-то долю секунды помутнело и мир потерял резкость, но всё это прекратилось очень быстро, и краем глаза девушка заметила, как дёрнулся Блейз – видимо, его тоже укусили.       – Бежим! – крикнула она, и, подхватив Флинта под второе плечо, потащила его на пару с Забини в сторону замка. Маркус еле волочил ноги.       Места укусов обожгло, будто к коже прикоснулись раскалённым железом, и чем быстрее они пытались бежать, тем быстрее силы покидали девушку. Её организм внезапно очень ослаб, на лбу выступили капельки пота, дыхание стало учащённым и тяжёлым, а каждую мышцу скручивало, будто мокрую тряпочку, и выжимало из неё все силы.       Семикурсник уже даже не перебирал ногами. Кажется, он потерял сознание, и Малии с Блейзом едва хватало сил, чтобы тащить его дальше, потому что их собственные силы были уже на исходе. Волчица чувствовала, что сознание постепенно начинает покидать её, и лишь гулкое жужжание за их спинами заставляло её держаться и двигаться дальше.       Когда, наконец, сквозь стволы деревьев, показался замок, ситуация внезапно ухудшилась. Малия почувствовала, как острые жала вонзаются в её ноги, руки и шею снова и снова, заставляя кровь пылать в жилах, а силы утекать из организма с огромной скоростью. Сознание плавно уплывало. В какой-то момент она увидела вспышку света, несущую за собой небольшое облегчение, и предположила, что Блейз использовал магию, чтобы отогнать от них этих маленьких кровопийц. Она попробовала перейти в сверхъестественное состояние, но сил на трансформацию просто не хватило. А когда они добрались до опушки Запретного леса, и сделали всего пару шагов в сторону хижины Хагрида, силы окончательно покинули волчицу. Она упала, ощущая, как её руку придавило к земле тело Маркуса, и поняла, что Блейз упал тоже. Повернув голову назад, Малия увидела, как целый рой ос-змей тучей нависает за их спинами, но ближе почему-то не подбирается. В глазах мелькали маленькие белые вспышки, и девушка представила себе, как эти крохотные существа взрываются, не в силах подобраться к ним ближе. А затем отголосок сознания шепнул ей на ухо, что, возможно, вокруг территории замка стоит защита, которая не пропускает всяких тварей на территорию школы, и этих существ задерживает барьер. После этой мысли сознание окончательно покинуло Малию, и она погрузилась во тьму.