Связь

      Первая неделя в Хогвартсе пролетела незаметно. Друзья периодически выбирались в Запретный лес на поиски портала, но всё было без толку – ничего интересного они так и не обнаружили. Дерек часто запирался в своём новом кабинете преподавателя, и искал там ответы на вопросы, но так ничего и не нашел. Малия периодически ругалась с Пэнси, Лидия медитировала и рисовала, а Итан и Джексон пропадали в своём тайном укромном уголке, о существовании которого никто кроме них не догадывался.       В этот пятничный вечер Скотт и Стайлз направлялись на стадион, для того чтобы посмотреть на отбор игроков в гриффиндорскую команду по квиддичу. На трибунах они увидели знакомые лица – Гермиона и Полумна уже держали кулачки за Рона. Не раздумывая, друзья поднялись к девочкам.       – Эй, как жизнь? – Стайлз опустился на сиденье рядом с Гермионой.       – Нормально, – Гермиона поджала губы и посмотрела на гриффиндорца в упор – она всё ещё ему не доверяла. – А твоя как?       – Просто прекрасно, – потянулся Стилински. – Только спать охота.       – Так иди и поспи, – пожала плечами Полумна.       – Не-е, такое событие я точно не пропущу. Интересно же!       – А когда они начнут? – Скотт перегнулся через друга и посмотрел на девочек.       – Уже должны были начать, – нахмурилась Гермиона, и посмотрела вниз, на поле.       Новобранцы о чем-то дружно спорили, махали руками, Гарри пытался их успокоить и привлечь к себе внимание, но у него ничего не получалось. Затем Джинни выкрикнула: «Да закройте уже рты!», и гриффиндорцы мигом притихли.       Несколько минут игроки обсуждали что-то с Гарри и Джинни – на трибунах ничего не было слышно, а затем некоторые ученики взлетели в воздух и игра началась.       Пасуя мяч друг другу, мальчики и девочки выписывали пируэты, показывали разнообразные воздушные трюки и удивляли Стайлза и Скотта своим мастерством. Стайлз всё время подпрыгивал на месте и выкрикивал: «Ты видел?», «Скотт, ты это видел?», а Скотт, наоборот, не шевелился, и наблюдал за происходящим с затаенным дыханием.       «Как они это делают?», «Как они не падают?», «Как вообще метла может летать?» - целая куча вопросов крутилась в его голове.       Парню приглянулся один игрок – Кормак Маклагген. Он был широкоплечим, выше остальных новобранцев, да и показывал отличные результаты в игре – шёл наравне с Роном. Однако в последний момент Кормак как будто потерял ориентацию в пространстве, и пропустил последний мяч, поэтому на место вратаря взяли Рона.       – Вот это да! – протянул Стайлз, когда отбор закончился. – Я даже и не думал, что такое возможно!       Спустившись с трибун, друзья принялись поздравлять Уизли. Последний просто сиял от счастья.       – Сегодня все получат выпивку за мой счет! – воскликнул Рон, когда они шли в замок, и ребята загалдели ещё громче.       Вечером в гостиной, когда многие гриффиндорцы уже были достаточно пьяны, Скотт спросил у Гарри:       – А где вы взяли выпивку?       – Мы сходили с Роном в Хогсмид.       – Что это? Магазин?       – Нет, это деревушка, неподалеку отсюда. Правда, в учебное время года, в Хогсмид отпускают только по специальному расписанию, и сегодня мы выбрались туда тайно – поэтому, я надеюсь, ты не расскажешь МакГонагалл о нашем сегодняшнем праздновании.       – Конечно, нет! – ухмыльнулся МакКолл и протянул руку Поттеру для рукопожатия. – Мы же товарищи!       – Да, – Гарри принял рукопожатие. – Именно!       – Слушай, ты же капитан гриффиндорской команды, верно? – Скотт сделал ещё один глоток грога.       – Да.       – Расскажи о своих тактиках ведения игры. В школе я был капитаном команды по лакроссу, возможно, я смогу у тебя чему-то научиться.       После получасового обсуждения различных маневров, Скотта внезапно осенило:       – Слушай, а давай я научу тебя играть в лакросс? Соберем желающих, и побегаем по стадиону!       – А это мысль! – Гарри принял предложение с энтузиазмом. – Как раз завтра поле свободно – по субботам никто не тренируется.       – Тогда отлично! Договорились!       ***       Пятница оказалась для Лидии слишком тяжелым днём, поэтому после отбоя она никак не могла заснуть. Её что-то беспокоило, и, проворочавшись в постели около часа, она скинула с себя одеяло, переоделась в повседневную одежду и спустилась в гостиную.       Факелов в этой комнате не было, поэтому ночью свет в гостиной излучали звёзды, нарисованные на куполообразном потолке. Потолок был зачарован, и создавалась такое впечатление, будто ты находишься не в помещении, а под открытым звёздным небом. Выглянув в панорамное окно, Лидия некоторое время смотрела на горы за Чёрным озером, а потом, словно пуля, сорвалась с места, и вылетела из гостиной в школьный коридор. Спустившись по винтовой лестнице на восьмой этаж, девушка миновала несколько картин, свернула на общую лестничную площадку, и спустилась на первый этаж, в холл Хогвартса.       Внутреннее чутье подсказывало Лидии, что ей следует спуститься вниз, в подземелья. У девушки было предчувствие, что совсем скоро в замке произойдет что-то ужасное, и именно в подземельях она может узнать что. Или же, наоборот – что такого ужасного уже произошло здесь раньше, что могло послужить попаданию Лидии и её друзей в Хогвартс.       Вдохнув в грудь побольше воздуха, Мартин подошла к проходу в подземелье и начала спускаться. Начало подземного коридора осветляли факелы на стенах, но чем дальше шла девушка, тем тусклее становился свет, а после картины с волшебницей, салютующей двуручной золотой чашей, свет и вовсе пропал. Лидии было жутко в этом месте, но ноги продолжали нести её дальше, и вскоре из-за темноты она уже не видела даже своих ног. Когтевранка протянула левую руку в сторону стены, и начала идти дальше, проводя пальцами по холодным камням, для того чтобы не потеряться.       Внезапно внутри неё что-то ёкнуло, сердце, казалось, сделало переворот на месте, и девушка зажмурилась, для того чтобы «лучше поймать сигнал» – она знала, что после таких ощущений последует видение.       Всё было как в ускоренной съемке. Сначала была вспышка. Затем она видела смеющихся школьников, ходивших вдоль подземелий туда-сюда. Картинка изменилась, и она увидела, как посреди заснеженной улицы взлетела в воздух девушка, ужасно закричав. Потом в ушах Лидии этот крик усилился, сознание снова перенесло девушку в школьные коридоры, и она увидела, как ученики в панике разбегаются в разные стороны. Случился взрыв. А после этого перед ней предстал огромный зеленый змей, размером с поезд, и оголил свои ядовитые клыки. Лидия затаила дыхание, когда голова змея немного опустилась, и она увидела перед собой его огромный желтый глаз. В горле запершило, и молодая банши уже готова была закричать, для того чтобы прогнать видение, как вдруг глаз змея внезапно исчез, а вместо него девушку ослепил белый луч света, направленный прямо в лицо.       – Так, так, так, кто это тут у нас? – послышался неприятный, манерно растягивающий слова, голос.       Лидия выдохнула, и сощурилась. После этого странного видения её сердце колотилось с ужасной силой, и ей нужна была минута, для того чтобы успокоиться и привести свой пульс в порядок.       – Неужели, это когтевранская птичка? – Продолжил всё тот же человек. – Интересно, каким ветром её занесло после отбоя в змеиные подземелья?       Когда глаза девушки привыкли к свету, она разглядела силуэт мальчика, держащего в руках волшебную палочку, кончик которой и был источником света.       – Я заблудилась, – вздохнула Мартин, и подумала: «Не хватало мне ещё разборок с учениками!».       – Заблудилась? – Прыснул мальчик. – Зачем ты вообще пришла сюда посреди ночи?       Девушка внимательнее изучила силуэт говорящего, и увидела знакомое лицо – платиновые волосы, обычно зачёсанные назад, сейчас не очень-то аккуратно ниспадали на бледный лоб парня, тонкие губы были сжаты в плотную полоску, а серые радужки глаз при таком освещении казались и вовсе белыми. Она знала, что это ученик Слизерина, но она не могла вспомнить, как его зовут.       «Зачем я пришла сюда посреди ночи? Хотелось бы знать самой», – подумала банши, и ответила:       – Могу спросить тебя о том же.       – Ха! Я – староста Слизерина, и сегодня я патрулирую подземелья – высматриваю таких же нарушителей правил, как и ты. Ты же понимаешь, что нарушила правило «Не гулять после отбоя»?       – Возможно.       – Теперь тебе грозит отработка. Жаль, что старосты факультетов могут снимать баллы только с учеников своих же факультетов. Вот был бы я старостой школы – ты бы лишила Когтевран всех их заработанных очков. Так, как тебя зовут? Я доложу Снейпу о твоей ночной прогулке.       Девушка закатила глаза. Этот староста начинал её раздражать. В любом случае, она не волшебница, да и фактически не ученица этой школы, поэтому никакой ужасной отработки ей не могло грозить.       – Лидия. Лидия Мартин.       – Отлично, Лидия. Я записал. Ты же знаешь, кто я, верно?       – Хм. Староста Слизерина?       – Я о том, как меня зовут.       – Нет.       – Нет? Я – Драко. Драко Малфой. Потомок древнего рода чистокровных волшебников.       – Понятно.       В коридоре повисло неуютное молчание. Лидия всё также стояла, упершись левой рукой о холодную стену. Ей было абсолютно всё равно на то, что ей говорит Драко. В её глазах по прежнему стояла картина с ужасным змеем, и шестеренки в её голове начинали своё движение – «Что это может значить?», «Нападение этого змея уже было, или будет?», «Этот змей – и есть та самая "угроза", или это всего лишь образ, в котором скрыт тайный смысл?».       Слизеринец продолжал светить люмосом девушке в лицо. В подземелье было прохладно, и она уже начинала немного замерзать.       «Нужно возвращаться в спальню».       – Тогда… Я, наверное, пойду, – сказав это, девушка развернулась, и медленно зашагала в сторону холла.       – Откуда вы взялись? – вопрос Малфоя стальным шариком ударился о её затылок, падая к небольшим каблукам начищенных туфель.       Лидия медленно развернулась.       – О чём ты?       – Ты и твоя компания гриффиндорцев. Кто вы такие?       – Люди.       Староста фыркнул.       – Шутить изволила? Я – самый авторитетный ученик этой школы. Мой отец занимает одну из главных должностей в Министерстве Магии. Поэтому, шутить с Малфоями – просто не допустимо, если не хочешь быть растоптанной нами, как таракан подошвой.       Лидия почувствовала нарастающий зуд раздражения под ногтями.       «Какой же он выскочка! Что ему от меня нужно? Чтобы я раскрыла ему все секреты нашей стаи? Нет уж!».       – Приму к сведению! – сказав это, банши повернулась спиной к слизеринцу, и решительно направилась в сторону выхода из подземелий.       – Эй! Я не закончил! – послышалось у неё где-то за спиной.       «А я закончила».       ***       Правила игры в лакросс показались Джинни несложными, однако, когда они разделились на команды, и принялись играть, девушка начала путаться и теряться.       – Сюда! Джинни, сюда! – закричал ей Дин Томас, когда ей удалось перехватить резиновый мячик своим стиком.       Девушка побежала в сторону гриффиндорца, чтобы передать ему пас, как вдруг на неё налетел один из новеньких мальчиков, чуть не сбив с ног.       – Прости, не справился с управлением, – подмигнул ей Стайлз, и перехватил мяч своей клюшкой.       Через несколько секунд парень забил гол в ворота соперника, и Джинни от злости топнула ногой.       – Так нечестно! – Крикнула она на всё поле. – Он толкнул меня!       – Да ладно тебе, Джин! В квиддиче мы ведь тоже пытаемся вывести соперников из строя, – подмигнул ей Гарри.       – Не нравятся мне такие методы ведения игры!       – Слушай, прости, – крикнул ей Стайлз с другого конца поля. – Я это сделал не совсем специально.       – Вот именно, что "не совсем". Давайте переиграем! В этот раз я не дам слабину!       Команды снова перестроились, и по свистку Полумны начали игру. В команде «Зелёных» играли Гарри, Стайлз, Рон и Симус, а в команде «Красных» – Скотт, Джинни, Дин и Невилл. Перед игрой ребята надели футболки с соответствующими цветами, для того чтобы на поле не путаться кто в какой команде. Стики – клюшки с длинной рукояткой – ребята трансфигурировали из обычных палок, отпавших от веток деревьев, а в резиновый мячик они превратили обычный камень.       Когда просвистел свисток, Скотт и Стайлз сцепились в схватке за мяч, и через полминуты Скотт одержал победу. Несколько секунд – и команда «Красных» открыла счет в свою пользу.       – Рон, ты же вратарь! – Крикнул товарищу Стилински. – Отбивай мяч!       – Я не привык пользоваться этой штуковиной! – Ответил ему Уизли, махая клюшкой. – Диковина какая-то!       Этот раунд продолжался около получаса, и когда Джинни снова перехватила мяч, чтобы забить гол команде «Зелёных», Стайлз опять налетел на неё, на этот раз всё же сбив девушку с ног.       – Ну, всё! – Воскликнула гриффиндорка, и, откинув в сторону стик, поднялась на ноги и погналась за надоевшим ей новичком. – Тебе конец!       Стлински, заметив угрозу, принялся бегать по всему полю, для того чтобы не попасться девушке, однако Джинни оказалась проворнее, и вскоре догнала несчастного гриффиндорца.       – Как. Ты. Вообще. Посмел. Сбить. Меня С. Ног! – выкрикивала Уизли, размахивая руками, пытаясь ударить парня.       – Тише, тише. Прости, – Стайлз, смеясь, уворачивался от ударов гриффиндорки и пытался перехватить её руки. – Я больше так не буду, честно!       – Ещё как не будешь!       – Ай! Ай! Ай!       Когда Джинни успокоилась и все вдоволь набегались и насмеялись, ребята направились обратно в гостиную, для того чтобы переодеться и пойти в Большой зал на ужин. С этого дня игра в лакросс по субботам стала маленькой гриффиндорской традицией.