***
— Я похож на петуха. — начал возмущаться стоящий перед зеркалом парень. — Поэтому, тебе должно быть комфортно в этом. — звонко засмеялся Чимин и сразу получил лёгкий подзатыльник от друга, — Ааай, больно! — Больно будет, если ты мне сейчас же мои брюки не вернёшь! — сильно разозлился Тэхён, стоящий сейчас в до боли узких чёрных джинсах, обтягивающие худые ноги парня. — Ну ты же любитель у нас мои вещи поносить, вот и наденешь эти на один вечер. — не переставая рассматривать своего донсена, ответил Пак, — Тем более, в твоих дедушкиных трениках тебя ни то что фэйсконтроль не пропустит, лично я тебя никуда из дома не выпущу! В какой-то мере старший был прав: Тэхён действительно собрался идти в один из самых много посещаемых клубов Сеула в какой-то пижаме. До выхода оставались считанные минуты, а перед Чимином не Ким-обожекакоймужчина-Тэхён сейчас стоит, а бомж какой-то, пришедший деньги на бутылку пива просить. Блондин, обычно никому не позволяющий надевать его вещи, старательно подобрал отчаявшемуся другу модный, подобающий клубу наряд и забив на сопротивления и недовольный бубнёж Кима, потащил того к чёрному джипу, в котором их уже как полчаса ждал Юнги. — КУКАРЕКУУУУ! — истерично заржал Шуга, увидев, как шатен пытается поудобней сесть на заднее сиденье в***
Уже через двадцать минут парни в ожидании своей очереди стояли на входе в клуб с необычным названием, которое младшие в первый раз даже не смогли правильно произнести. — Мин Юнги? — осмотрев блондина, недоверчиво спросил охранник, проверяющих списки приглашённых. Шуга уверенно кивнул и сгрёб Чимина в охапку, тем самым показав, что он с ним. На удивление, клуб выглядел очень даже ничего. Ким ожидал увидеть толпу в хлам пьяных малолеток, танцующих на барной стойке, обдолбанного диджея и молодых девушек, торгующих своими телами в грязных туалетах. Но в помещении царила довольно-таки приятная атмосфера: приглушённый свет, негромкая непринуждённая музыка, и максимум человек пятьдесят, спокойно попивающих свои коктейли у барной стойки или на мягких креслах ярко-красного цвета, находящиеся ближе к сцене. — Закажите себе чего-нибудь, а то мне готовиться пора. — трепетно убрав светлые локоны с лица Пака, Юнги нежно поцеловал того в маленький, аккуратный нос. — Уже уходишь? — картинно надул нежно-розовые губки Чим. — Малыш, до моего выступления осталось всего лишь...БЛЯТЬ! — Мин глянул на свои швейцарские наручные часы и обнаружив, что конкретно так опаздывает на своё же представление, ещё раз попрощался с младшими и без оглядки убежал за кулисы. Чимин за это время уже успел десять раз расплыться в счастливой и смущённой улыбке. — Обкурился что ли, хён? — насмешливо спросил Тэхён, за метр услышав учащённое сердцебиение блондина. — Только если Юнги можно назвать наркотиком. — робко опустил взор вниз Пак. — Ты ещё в фейсбуке это как статус запиши. — съязвил младший и с третьей попытки залезши на высокий барный стул, вежливо попросил бармена налить им какой-то слабоалкогольный напиток. А у Чимина эта дурацкая, по мнению Кима, лыба, уже как полчаса с покрасневшего лица никак сойти не может. Нет, Тэхён очень даже рад за светящегося от счастья друга, но какая-то острая зависть разъедает всё внутри, заставляя чувствовать себя полным неудачником и конченным подонком, который даже за друга порадоваться не может. Юнги-хён, кстати, оказался совсем не таким озлобленным раздолбаем, который только и делает, что ищет кого бы побить и где бы закинуться парочкой таблеток: парень сильно увлекается написанием музыки, поэтому иногда и не приходит в универ, засиживаясь в студии до раннего утра; у Шуги своеобразное, но классное чувство юмора; старший всё время рассказывает про своего щенка, которого он подобрал на улице пару месяцев назад, и кажется, уже обожает. А ещё у Юнги есть одна особенность— он любит Чимина. Нет, Пак ему не нравится, он не чувствует к нему симпатии, он его л-ю-б-и-т. Чего только стоит один взгляд, способный убить любого, кто как-то не так посмотрит в сторону младшего. Чего стоят все эти мимолётные, но такие нежные и ласковые прикосновения, чувственные поцелуи и вот это никому непривычное миновское «малыш». Тэхён тоже так хочет: хочет, чтоб ему отдавали свою толстовку, когда на улице холодно; хочет обнимашек продолжительностью в***
— Хёеееен, ты лучший! — накинулся на старшего Пак, слово приставучая обезьянка, -Это было просто восхитительно! — Ты не представляешь, как сильно я боялся, что тебе не понравится, Чиминни. —растаял в улыбке Мин, обняв свою обезьянку как можно крепче. Как бы данная картина до тошноты мило и ванильно не выглядела, но Тэ всё-таки улыбнуться заставила. Кстати, шатену, который всю осознанную жизнь предпочитал совсем иные направления в музыке, выступление хёна очень даже понравилось. Ким всегда думал, что читать рэп — это умение как можно хуже рассказать слушателю о том, как много у тебя денег и золотых цепей, и как много баб на тебя вешается; но нет, Шуга действительно поразил не то что друзей, но и весь зал своим классным, с незаезженными рифмами, рэпом, слушать который — было одно удовольствие. Бурные аплодисменты и крики посетителей клуба были обоснованными: глубокий текст, затрагивающий важные темы, по-новому звучащие биты, заставляющие танцевать и двигаться в ритм музыке, и молодой харизматичный парень, от которого так и веяло энергией и уверенностью в своём деле. — Ну а ты переживал, хён. — вдруг крепкая ладонь легла на плечо Мина, заставив того сначала дёрнуться от неожиданности, а потом расплыться в доброй улыбке и кинуться обнимать таинственного незнакомца. — Кхе, кхе! — привлёк к себе внимание слегка обиженный Чимин, — Не соизволите представиться, нет? Ревнующий Пак с и без того пухлыми губами, который обиженно надувается — зрелище то ещё, поэтому старший, дабы ещё больше не разозлить своего парня, быстро вырвался из объятий тёмноволосого юноши, и как ни в чем не бывало, обратно присел в своё мягкое кресло. — Чон Хосок — мой донсен и лучший танцор Сеула по совместительству! — блондин притянул к себе до сих пор надутого Пака, усаживая того себе на колени, — Кстати, это Хосок хотел с тобой познакомиться, Тэ. — подмигнул младшему Юнги. А что Тэ? Парень, стоящий напротив, безусловно был очень привлекательным: большие карие глаза, острый нос и яркая улыбка, которую можно заметить, находясь в другом конце города. Чёрная кепка, надетая козырьком назад, убирала такую же чёрную чёлку, открывая вид на высокий лоб; обтягивающая футболка бордового цвета подчёркивала достоинства фигуры Хосока, а тёмно-синие чиносы завершали и дополняли такой себе непринуждённый и повседневный образ. Но какой Ален Делон сейчас бы не стоял перед Кимом, в голове всё равно крутились лишь навязчивые мысли о Чоне - гандоне, который, наверняка, сейчас где-то обжимается с какой-то плоской однокурсницей. — Приятно познакомиться. — доброжелательно улыбнулся танцор, подсев к младшему, — О, классные брюки! — громко засмеялся Хосок, наблюдая за недовольным цоканьем шатена. — Просто расслабься. — лениво прошептал Чон, случайно (а может и нет) накрыв своей ладонью острую коленку младшего. «А знаешь, Чонгук, я всё-таки расслаблюсь.»