Запах солнца

Мелкий, почти невесомый дождь безустанно накрапывал, слетая с серых, абсолютно бесцветных однородных небес, больше напоминавших кусок плотной грязной ваты. Такой же угрюмый, невзрачный пейзаж простирался вдоль неширокой дороги, ведущей к дорогостоящему особняку, построенному вдали от шумного города. На парковке этого дома стояла серебристая машина Чанёля, окружённая лишь тёмным мокрым асфальтом. Хозяин автомобиля замер на крыльце дома и нервно курил сигарету, пытаясь расслабиться перед предстоящим разговором с главой одного из наиболее значимых семейств Кореи. На такие «встречи», связанные с ошибкой того или иного клана, главы приезжали в полном одиночестве. Без охраны, без дополнительных средств связи, лишь с собственной силой убеждения, умением вести переговоры и надеждой на понимание. В ином случае риск стать бездыханным телом приравнивался к ста процентам. Семейство Кан поставляло Пакам оружие, на что те, в свою очередь, продавали качественную дурь по низким ценам. Союз этих двух семей делал их одними из самых сильных во всей стране. А сейчас Паки выступили в роли предателей, продав невероятно большую партию некачественных наркотиков. Перепродажи из рук Канов третьим лицам послужили смертью нескольких тысяч человек, соответственно, претензии, исходившие от мелких дилеров, по цепочке дошли до поставщика. Последствия этого происшествия разгребать приходится Чанёлю. Он знал, что наркотики, которые поставили Канам, не их. Но предположения, чьих рук могло быть это дело, заводили его в тупик. Ощущение того, что до истины не хватает всего нескольких шагов, не покидало. Основная его догадка была неполноценной и какой-то покалеченной. Для того чтобы сделать из неё полновесное обвинение, не хватало нескольких «кирпичей». Брюнет в очередной раз выдохнул густое облако белого дыма, стремящегося ввысь, когда входная дверь хлопнула за его спиной. На крыльце оказался Кан Докхва, глава семейства. Резко обернувшись, Чанёль сдвинул брови при виде альфы с искрами проседи на висках и поклонился. Мужчина кивнул, не нарушая молчания, достал собственные сигареты, вставив бумажный цилиндр меж зубов, лишь жестом попросил закурить. Кан оперся на перила парапета и, вздохнув, задымил. — Никогда не задумывался, почему осень наступает так быстро? Почти сразу? Один день ещё лето, а на второй уже это, — кивнул мужчина на небо, обращаясь к Чанёлю, но не ожидая от него ответа. Недолго помолчав, он вновь заговорил: — Потому что смерть быстрая. На зарождение живого нужно много времени, а на смерть — всего мгновенье. Вот и осень, как смерть природы, наступает так неожиданно, — развернулся он к парню. Пак согласно кивнул, подходя к альфе и кидая потухшую сигарету в рядом стоящую урну. — В ваших словах есть доля правды, мистер Кан, однако, на мой взгляд, всё обстоит несколько иначе, — мужчина удивлённо вскинул брови, ожидая окончания речи младшего. — Это не смерть. Это больше похоже на страх, — он коснулся листка горшечного растения, стоявшего на ограждении. — Они знают, что зимой холодно, мало тепла и света. Они боятся жить без того, от чего зависят. Поэтому ещё до наступления зимы засыпают, чтобы вновь встретиться с тем, чего так жаждут. Мужчина хрипло рассмеялся и выкинул докуренную сигарету вслед за Паковской: — Не знал, что ты такой романтик, Чанёль. — Не знал, что это романтично, — усмехнулся младший. — Ты всегда мне нравился, — Докхва дружелюбно похлопал альфу по спине и пригласил в дом. Чанёль отметил, что особняк, безумно вычурный снаружи, внутри оказался достаточно простым и уютным. Светло-бежевые стены отражали мягкий свет, а ковры, лежавшие почти на всей поверхности пола, приятно щекотали ноги. Охранников было немного, вопреки ожиданиям Пака. А глава вёл своего гостя в небольшую, но современную кухню. — Присаживайся, — мужчина указал на простой деревянный стул, с мягкой обивкой. — У нас, конечно, не ресторанная еда, но готовят вкусно, — улыбнулся альфа. Чанёль послушно занял место, продолжая безмолвно рассматривать помещение. На холодильник были прикреплены цветные стикеры и яркие рисунки с непонятным для Пака содержанием. А на одной из столешниц блестела пиала, наполненная конфетам. Брюнет нахмурил лицо, остановив взгляд простой кружке с кривой надписью «Любимому отцу ♥». Поймав взгляд младшего, Кан заговорил, усаживаясь напротив Чанёля. — Это мой сын. Ему всего 13, он пока ещё совсем маленький, но старается вести себя как взрослый с тех пор, как не стало моего мужа, — грусть заплескалась на дне его глаз, но глава будто в момент сморгнул её, переводя серьёзный взгляд на Чана. — Как твой отец? — Он в коме и, скорее всего, не выйдет из неё, — достаточно холодно проговорил брюнет. — Сожалею, — понизив голос, сказал Докхва. На самом деле, с отцом Чанёля у этого мужчины были достаточно тёплые отношения, больше похожие на дружеские, чем на рабочие. — Не стоит. Для чего вы тянете время? Почему до сих пор ни словом не обмолвились о том, для чего я здесь? — Потому что о том, что происходит, я знаю больше тебя. Недоумевающий Пак уставился на главу Кан, но тот, игнорируя настырный взгляд, продолжил есть суп, приговаривая, что тот оказался недосолённым.

***

Докхва устроился в плетёном кресле, стоящем в небольшой оранжерее; Чанёль последовал примеру старшего и сел на одно из рядом стоящих кресел. — В какой момент у вас начались проблемы? — выуживая пачку сигарет из кармана, спросил мужчина. — По моему возвращении из Америки. — Знаешь, кто бы это мог быть? — деловым тоном продолжал альфа. — Есть предположения, но они ничем не подкреплены, — честно ответил Пак. — Могу предоставить тебе доказательства, — выдохнул вместе с дымом мужчина. Чанёль изогнул бровь: — Чего вы хотите взамен? — Самую малость. Мне нужна гарантия того, что у моего сына будет место в бизнесе после моей смерти. Хищный прищур заиграл на лице брюнета. Говорить о смерти и заботе о близких в их деле нормально, но разве об этом не мог позаботиться никто другой? Будто прочитав мысли младшего, альфа заговорил. — Твоему отцу я доверял больше, чем другим главам, и всегда оказывал ему должную поддержку. У меня нет близких людей после того, как нас покинул муж. И почему-то мне кажется, что я могу доверять твоему слову. Пак прикрыл глаза, представляя, как простреливает голову человека, чьё лицо никогда не видел. Как кровь тёмной струйкой стекает по лбу вниз, окрашивая в алый цвет брови и ресницы. Он ощутил металлический привкус на языке. Ради этого Чанёль сделает всё, что потребуется. — Я согласен. Мне нужно что-то подписать? Докхва помотал головой из стороны в сторону, протягивая Чанёлю широкую крепкую ладонь. — Этого вполне хватит. Но ты же понимаешь, что устроить это будет весьма тяжело. В отношении омег… в нашем деле… — Поверьте, мне хватит влияния, — надавил он и пожал протянутую руку, на что Докхва смиренно улыбнулся. — А теперь к делу, — он повернул корпус в сторону и громко приказал: — Принесите документы с моего кабинета.  Незаметный бета, стоящий в стороне от мужчин, учтиво кивнул и скрылся из вида. — Ты слышал про новую группировку в Китае? — дым вылетал из лёгких альфы с каждым словом. — Конечно да. Всё, что происходило с вами, делал их лидер Бай Шуи. Включая слежку за твоим омегой. Сохранявший до этого самообладание Чанёль зло сжал кулаки, заставляя костяшки становиться белыми, а кожу натягиваться на проступившие мышцы. — Возможно это такой способ запугать тебя… Но он явно хочет занять ваше место. В оранжерее появился тот же бета. Учтиво поклонившись, он опустил увесистую папку на руку господина Докхва. — Здесь собрана вся информация о нём: все отели, в которых он останавливался в Корее, записи разговоров, покупка оружия, его жизнь. Также запись видео, на которой его люди заменяют вашу дурь на свою. В общем, всё, что нужно, чтобы без проблем избавиться от него и прибрать к рукам всё, что он имеет. Получив папку, Чанёль, стараясь не звучать слишком угрожающее, спросил: — Известно ли где он сейчас? Докхва пожал плечами. — Даже эту информацию мы достали с трудом, поэтому… — в этот раз его снова прервал бета, шепча что-то тому на ухо. Лицо старшего немного вытянулось, приобретая всё более встревоженное выражение. Дослушав говорившего, альфа пугающим взглядом упёрся в лицо Пака. — Чанёль, — коротко отрезал он, — сейчас сюда едут, чтобы тебя убить.

***

Бэкхён выронил кружку из рук, и та с треском разбилась об пол.  — В смысле убить?! — почти прокричал он, а Лухан просто оцепенел, не отрывая взгляд от бодрого Чанёля, пьющего свой утренний кофе. — Всё же нормально, — улыбнулся Пак. На его щеке проявилась ямочка, а лицо приобрело немного детское выражение, будто он пытался невзначай рассказать о том, чем гордился. — А дальше? — наконец проскрипел Хань. — А что дальше? Приехали китайцы, «взяли» дом штурмом, но Докхва вовремя уехал, чтобы позже снова вступить в игру. Мы ждали, когда их лидер приедет, — пояснил Чанёль, — но Бай Шуи был в Китае… Его люди сообщили ему, что я у них, поэтому меня не стали убивать сразу, а перевезли на их базу. Били и ждали, когда этот приедет в Корею. Но он что-то не торопился, — усмехнулся Чанёль, вспоминая прошедшие дни и поневоле потирая ранение. — Когда их «лидер» прибыл, господин Кан прислал парней, которые в нужный момент освободили меня, таким образом, Бай Шуи попал в западню, — заключил альфа, рассказывая обо всём, будто это был сюжет книги. — Сегодня будет совет, там я его убью на совершенно законных основаниях, — в его басе слышался металл, от которого у Бэкхёна по спине пробежали мурашки. Чан был не на шутку зол. — Интересные такие законы, — потёр шею Хань, стараясь избегать тему смерти. Бэкхён повернул голову на своего возлюбленного и совершенно безмолвно притянул свои губы к крепкому плечу. Омега был уверен в своём мужчине. В лучшем из альф.