Третий закон Мерфи

      Первое сентября выдалось очень тревожным. Мало того, что умер дед, так еще и отец окончательно слег. Полученная новость сильно пошатнула его и без того слабое здоровье, а уж учитывая его разговоры о возможных опекунах, наследовании и прочих малоприятных вещах, мысли становились совсем безрадостными. Уезжать в школу мне не хотелось категорически. Единственный, кто меня хоть немного успокоил — Нэйт, он обещал дневать и ночевать у нас дома, присматривая за папой, и везде его сопровождать. На этом фоне новость о смерти прадеда не вызвала у меня ничего, кроме досады. Если бы не это, отец чувствовал бы себя лучше.       Я не слишком хорошо знала деда, почти не виделась с ним, но была его единственной наследницей. В шестнадцать, то есть через три дня, я получу частичный доступ к его сейфу, сейфу матери и отца, точнее, получу возможность снимать определенную сумму раз в месяц до совершеннолетия, а также буду иметь право оплатить оттуда обучение у мастера. Волнение папы насчет двоюродного кузена матери были обоснованы. Насколько я помнила, тот был транжирой и азартным игроком, так что мои деньги ему бы пригодились… А для того, чтобы распоряжаться ими в полной мере, Гермесу Гампу оставалось всего лишь взять меня замуж. Конечно, все, что я про него знала, было со слов отца, но и этого хватило, чтобы преисполниться к этому индивидууму отвращением. Жуткий тип.       В школе чувствовались изменения. Ярче всего это проявлялось на Слизерине: мало того, что студенты этого факультета кучковались по-новому, так еще и остальные факультеты смотрели на них по-другому. Иначе. А опасливое уважение, с которым студенты трех домов смотрели на змей, ясно показывало, что власть поменялась. В этот момент я почти пожалела, что не читала газет.       Распределение и торжественный пир прошли как будто мимо меня. Атмосфера в зале была напряженная, так что никто не захотел рассиживаться. Место директора пустовало, и я с удивлением узнала, что Дамблдор пропал без вести. Все же стоило, стоило отслеживать новости.       Первые два дня учебы прошли сумбурно. Мои недоброжелательницы притихли и на меня даже не смотрели. Впрочем, многие студенты, не только Рейвенкло, но и остальных факультетов, старательно избегали друг друга. Было такое ощущение, что школа опустела. Обычно в первые дни в библиотеке хватало учеников, но в этом году там было всего несколько человек. Я поежилась, взяла необходимые книги и поспешила вернуться в комнату.       Мы с Энни читали после ужина, когда в окно постучались. Незнакомая сова, явно министерская, судя по кольцу на лапе, смотрела на меня через стекло. Я поднялась и открыла створку, птица сбросила конверт мне в руки и сразу улетела. Уже ломая печать, я не ждала ничего хорошего.       Прочитав первые строки официального послания, я медленно опустилась на пол. Ноги не держали, грудь сдавило болезненным спазмом.       «…тело мистера Лавгуда находится в больнице имени Святого Мунго… заведено дело по факту нападения… Приносим соболезнования… Вас известят… Старший следователь отдела расследований ДМП…»       Папа умер… Я не могла в это поверить, просто в голове не укладывалось…       -… Луна! Что с тобой?! — голос Энни пробивался словно сквозь толстый слой ваты. — Лавгуд? Позвать старосту?       — Декана, — прохрипела я, пытаясь встать.       Приход старосты, мадам Помфри и декана, еще кого-то прошел мимо меня. Внутри все словно заморозило, мыслей не было. Я не понимала, что от меня хотят все эти люди, не замечала, что плачу, пока не увидела прямо перед носом платок, протянутый сердобольной медиведьмой. Под нос сунули пузырек с успокоительным, я глотнула. Болезненный узел за грудиной немного ослаб, но собраться с мыслями все равно было невероятно трудно.       — Мне нужно домой, — громко сказала я, обращаясь к декану и прерывая его беседу с мадам Помфри.       — Боюсь, что не имею права отпускать вас, мисс Лавгуд, — огорошил меня Флитвик. — Но вы можете вызвать вашего эльфа, если хотите.       — Да, хочу! — быстро согласилась, опасаясь, что он передумает.       Полугоблин достал палочку, нарисовал в воздухе загогулину и что-то пробормотал.       — Тенси, — позвала я.       Флитвик, Помфри и девочки вышли из комнаты, но декан оставил дверь открытой, краем глаза посматривая в мою сторону. В коридоре толпились любопытные.       — Тенси! — еще раз позвала я, начиная нервничать.       — Маленькая хозяйка звала Тенси, Тенси здесь.       — Тенси, мне нужен Нэйт, — тихо попросила, склонившись к самому уху домовика, — найди его. Скажи ему, что папа мертв, — всхлипнула я. — Он должен знать, что делать. У них был план.       — Тенси все сделает, маленькая мисс, — пообещал домовик и исчез, но появился буквально через минуту. — Тенси плохой, не выполнил приказание хозяйки!       Домовик с причитаниями приложился головой о столбик моей кровати.       — Прекрати, Тенси, говори, что с Нэйтом, — тихо приказала я, уже зная, что ждать хороших новостей бесполезно.       — Сквиб древнего рода очень болен, Тенси видел. На сквиба напали, он без сознания в маггловской больнице лежит под пищалками, Тенси видел. Тенси знает, сквиб почти мертвый, — совсем тихо закончил эльф.       Мне снова поплохело. Я даже не могу навестить Нэйта, узнать, что с ним, помочь, в конце концов. Что произошло? Какая больница? «Почти мертвый» и «пищалки» — это реанимация? Дядюшка Гермес постарался? Если это он так резво убирает препятствия к наследству, то мне ни в коем случае нельзя ему попадаться. Слишком много совпадений.       Профессор Флитвик, увидев, что я снова зависла, вошел в комнату вместе с мадам Помфри и та ловко споила мне снотворное.       После пробуждения казалось, что я все еще сплю. Будто вижу кошмарный сон и никак не могу проснуться. А ведь сегодня мой день рождения. За завтраком какой-то первачок передал записку от декана с паролем и просьбой пройти в учительскую.       Поднявшись на третий этаж и буркнув пароль горгульям, я вошла в кабинет. В животе появился ледяной комок страха: кроме Флитвика, я также увидела Гермеса Гампа, маминого кузена. До этого я видела его только на колдофото. Мужчина обернулся ко мне, растянул тонкие губы в механической улыбке и абсолютно непроизвольно потер руки, не отрывая от меня взгляда своих неподвижных рыбьих глаз. Захотелось убежать.       Профессор кашлянул, привлекая наше внимание, и сказал, что ему пора отправлять на уроки. До занятий оставалось еще почти полчаса. Мои протесты были им услышаны, но он с сожалением заметил, что не имеет права вмешиваться, так как мистер Гамп наиболее вероятный мой опекун.       Тяжело сглотнув и проверив в кармане палочку, я устроилась за одним из кресел, опираясь рукой на высокую спинку. Ничего хорошего я от дядюшки не ожидала. И уж точно для меня не стали шоком озвученные мистером Гампом условия, при которых я «не пострадаю» — во всем слушаться и не перечить ему. На протяжении всего разговора я молчала и очень внимательно слушала, согласно кивая.       Окинув меня каким-то липким взглядом, от которого к горлу подкатила тошнота, он с издевательским поклоном сообщил, что у меня есть время до ужина, и вышел из учительской.       Успокоившись и вытерев мокрые ладони об мантию, я бросила взгляд на часы. Оставалась единственная возможность избежать опеки этого убийцы — выйти замуж. Вся встреча заняла минут десять от силы, еще было время найти Тео.       Нотта я встретила на полпути в подземелья. Тот удивился моему дикому взгляду и стал с тревогой спрашивать, что случилось. Затянув его в свободный класс, я повернулась и выпалила:       — Давай убежим!       — Что? — Тео округлил глаза. — Что случилось? О чем ты говоришь?       — В ночь с первого на тридцать первое августа у меня умер дедушка, а вчера был убит отец, наиболее вероятный опекун — двоюродный кузен моей мамы Гермес Гамп. Он ужасный человек… — я осеклась, не решаясь озвучить свои подозрения на его счет. — Я могу избежать опеки, если выйду замуж. Мы сговорены, и ты говорил, что любишь меня...       — Понимаешь… — глаза слизеринца опустились, он прикусил губу, отчетливо замявшись.       — Тео, мне не до пониманий. Да или нет?       — Луна, ты же знаешь, как все сейчас непросто в Министерстве. В этот раз отец выбрал правильную сторону, он…       — При чем тут твой отец, Нотт? Мы же сговорены… Или что-то поменялось?       Тео отвел глаза, нервно переступил с ноги на ногу и вдруг резко выпрямился, с усилием подняв подбородок и заставляя себя смотреть мне в глаза.       — Луна, я не могу жениться на тебе прямо сейчас. Не мне объяснять тебе про интересы Рода. Отец мне не простит, если мы сбежим. Тем более, если поженимся без его дозволения. И если всё делать правильно, то нужно согласие твоего опекуна… Можно обойтись и без него, конечно, но...       Да-а, с любовью у меня не складывалось ни в той, ни в этой жизни. Самое печальное — я почти поверила. Я почти поверила в чувства этого почти мужчины. И тем сильнее было разочарование. Ведь мое «долго и счастливо» было так близко. А оказывается, что любовь, даже если когда-то и была, то вся вышла, и на первом месте всегда оставался Долг. Даже забавно. Нотт продолжал что-то говорить, но я не особенно вслушивалась.       — Луна! Ну скажи хоть что-то! — он шагнул ближе, хватая меня за руки. Я вывернулась. — Я же не отказываюсь от свадьбы совсем! Мне нужно немного времени, чтобы убедить отца в срочности, организовать торжество, в конце концов, и обряды! Послушай, я люблю тебя и хочу быть с тобой, но не могу жениться без одобрения отца, кодекс…       — Времени нет, Теодор, — отрезала я, чувствуя противную дрожь в руках. — Совсем-совсем нет, понимаешь? А Гамп не отдаст меня тебе!       — Как это? — опешил Тео. — Почему?       — А зачем бездетным мужчинам нужны половозрелые девочки?! Он заберет меня из замка после ужина. Я не могу ждать!       — Так... Так... — взгляд Тео метался по стенам, на лице отобразилась сосредоточенная работа мысли. — Хогвартс огромен. Ты можешь спрятаться. Я напишу отцу...       — А ты не можешь отвести меня к своему отцу?       — Луна, ты что?! — ужаснулся Тео. — Нет, конечно!       — Тогда я не смогу спрятаться. Он меня найдет. Через домовика. Единственное, что я могу — выйти замуж в ближайшие четыре часа...       На лице Тео отобразилась паника.       — Я... Прости, Луна, но прямо сейчас... Я не смогу...       Я вырвала руки из хватки Тео и, старательно не глядя на несостоявшегося мужа, побежала прочь. Хотелось на свежий воздух, дышать было тяжело, казалось, стены давят. Я выбралась во двор, забилась в какую-то нишу за кустами, наложила заглушку, свернулась калачиком и заревела.       Как долго я проживу, прежде чем дядюшка не выкачает из меня все, что сможет? И что он будет со мной делать? А если ему понадобятся наследники? От воспоминания о его липком взгляде меня передернуло и слезы хлынули с новой силой.       Привыкнув полагаться на кого-то, я оказалась не готова к ситуации, когда все защитники будут буквально устранены, да еще так быстро.       Не знаю, сколько я там просидела, упиваясь своим страхом и горем. В какой-то момент рядом послышался голос Волхова.       — Чего ревешь? А, Лавгуд? Поделись и тебе станет легче.       Голос его был насмешлив и весел, а вот в глазах застыла растерянность. Он явно не ожидал найти меня в кустах, да еще и в таком жалком виде.       Я шмыгнула носом, достала палочку и постаралась привести себя в порядок. Вылезла из ниши и предложила пройтись. Вадим согласился, и мы пошли вдоль берега Черного озера. После первых же слов, Волхов перестал оттачивать на мне свое красноречие и стал внимательно слушать, а потом глубоко задумался.       — Послушай, Луна, — нерешительно начал он. — Если уж тебе настолько нужно замуж, а Тео зассал, то выходи за меня.       — Эм… За тебя?! — опешила я. — А ничего, что ты… Ну… Что тебе…       — Ничего, — с каменным выражением лица сказал Вадим. — Я должен завести наследников, хотя бы одного мальчика. У меня договор с предками, так что они все устроят.       — А... это точно будет свадебный ритуал?       — Да, — кивнул Волхов, с непонятным выражением лица окидывая озеро взглядом.       — У меня не так много вариантов… Вообще нет, если честно, так что я согласна.       — Вот и чудненько. Пошли.       — Сейчас?!       — Времени у тебя, как я понимаю, почти не осталось. Сейчас закат, луна уже виднеется, можно начинать. Сейчас быстренько пробежимся вокруг озера — главное, рук не расцеплять, — а потом закрепим брак. И как раз успеем на ужин. Здорово я придумал?       — Да-а, — жалобно проблеяла я. — Наверное…       Он схватил меня за руку и потащил вдоль берега. Нормально, вообще! А я-то, наивная девочка, высчитывала лучший путь в Гретна-Грин, прикидывала, хватит ли у меня денег на все, а оказалось — достаточно пробежаться вокруг Черного озера и по-быстрому… О боже, Волхов выбрал самый архаичный и… Стоп! Я про него читала. Этот обряд хорош тем, что жена остается при своем. И при желании может продолжить свой собственный Род. Конечно, при соблюдении пары условий, вроде формы ритуала. Но судя по тому, что Волхов не тащил меня на плече, а вежливо держал за запястье и позволял помогать ему перелезать через коряги, брак у нас действительно будет равноправным. — А договор?       — Окстись, Луна, какой на хрен договор? — улыбнулся Вадим. — Или ты про что?       — Я про то, как мне продолжить свой род. Я последняя. Ты же мне позволишь?..       — Да не вопрос! Считай себя свободной после рождения ребенка, — отмахнулся Вадим свободной рукой.       — Волхов, ты меня просто спасаешь… Спасибо тебе. Если бы не ты, не знаю, что бы я делала. У меня просто не осталось другого выхода.       Тогда я в это искренне верила. Если бы только сумела выиграть у дядюшки немного времени, возможно, в голову пришло бы что-то еще, кроме побега и очевидного варианта с Ноттом. Но все сложилось так, как сложилось.       — Не стоит благодарности.       Мы бежали по берегу, перелезая через коряги, камни и поваленные деревья. Со сцепленными руками это было непросто. В какой-то момент солнце совсем скрылось за горизонтом, и луна бросила на водную гладь блики. В наступившей темноте я заметила, что наши руки окутываются бледно-голубой дымкой. С каждой минутой она все больше походила на петлю, которой закреплялся союз новобрачных на свадьбах магов.       Засмотревшись на сияние, я споткнулась и чуть не вписалась лбом в ствол дерева. Определенно, не так мне представлялась собственная свадьба.       — Все у меня получается через одно место: и помереть толком не смогла, и вселиться пришлось в чужое тело, и свадьба…       — Чего ты там бормочешь? — обернулся Вадим.       — Да так… Не обращай внимания. А нам точно именно сегодня нужно закреплять… брак?       — Ну, вообще да. В идеале — или в воде, или на берегу. Если ссылаться на самый древний обычай…— Волхов запнулся и мотнул головой. — Впрочем, неважно. Поберегу твою психику.       — Да уж, сделай одолжение.       Закрепление брака в памяти практически не отложилось. Вадим, как и обещал, избавил меня от стыда, всего парой касаний вызвав настолько сильное желание, что ни о чем другом думать не получалось.       Очнулась я уже глубоко замужем, уже после… всего. Обо всем произошедшем напоминал только легкий дискомфорт внизу. Вадим мягко погладил светящейся ладонью мой живот поверх одежды и кивнул сам себе.       — Получилось? — тихо спросила, залившись краской.       — Да, все вышло, — Волхов перевел взгляд на меня и склонил голову набок. - Ты не сильно испугаешься, если я скажу, что их будет двое?       — Нет. Чего уж теперь…       — Тогда я нас поздравляю.       — Ага.       Я вышла из комнаты, в которой непонятно как очутилась, и увидела, что это была магическая палатка. Когда он все успел?       — Я такой, — самодовольно улыбнулся парень. — Предусмотрительный я, не мог же я лишить…       — О Боже, замолчи! Не напоминай мне об этом.       Волхов примолк, а потом с ехидством выдал:       — В конце концов, я же сам когда-то был девушкой. Совсем, что ли, без понятия?       — Заткнись! — приказала я, закрывая от стыда лицо ладонями.       — Ты в порядке? — уже серьезно спросил новоиспеченный муж.       Я только плечами пожала. Могло быть и хуже. Что он хочет услышать?       — Нормально. Я не хочу это обсуждать, если честно.       — А придется обсуждать, — разозлился Вадим. — В конце концов, ты теперь носишь моих детей. Ладно, это терпит. Мне нужно отправить несколько писем, чтобы завтра пришли все необходимые документы из Министерства и банка. Не дрейфь, Лавгуд, прорвемся. Я не собираюсь тебя как-то ограничивать или контролировать, как это делают английские маги. Помнишь, каждый остается при своем.       Кивнув, я не стала спорить, и мы быстрым шагом вернулись в Хогвартс.       В холле мы неудачно…или удачно столкнулись с дядюшкой Гермесом. Его выражение лица, когда он понял, что птичка упорхнула, то есть вышла замуж, буду вспоминать до старости. Хорошо, что у этого разговора не было свидетелей — все уже были на ужине. Мистер Гамп явно хотел сделать меня вдовой прямо там, однако тот факт, что моим супругом стал истинный целитель, удержал его на месте. Прошипев что-то нецензурное, он убрался несолоно хлебавши.       Наутро жизнь казалась чуть получше, уже не было так страшно и гадко, не было чувства собственного бессилия, от которого возникал комок в горле… Наутро мы планировали отправиться к директору, чтобы сообщить о своем новом статусе, но, когда перед завтраком я спустилась в гостиную, меня выловила староста и, не слушая возражений, отправила к декану.       В кабинете нашлась Валери. Тетя была сама на себя не похожа: она нервно заламывала руки, металась по кабинету и, судя по взгляду декана, уже успела ему надоесть.       — Валери!..       Я охнула и закрыла рот руками, а потом бросилась в раскрытые объятия крестной.       — Луна, детка, мне так жаль, — прошептала она, крепко обнимая меня и не обращая внимания на профессора Флитвика. — Как только мы сумели вырваться с этой войны кланов, как только сняли осаду с дома, мы поспешили сюда. Я знала, чувствовала, что случилось что-то плохое. Мой муж оформляет документы в Министерстве…       На словах про Министерство я содрогнулась, что заставило Валери отстраниться и одарить меня внимательным взглядом. Выражение лица, видимо, что-то ей сказало, и она безапелляционно попросила профессора предоставить нам его кабинет для беседы. Тот только кивнул и вышел, прикрыв за собой дверь.       — Чего я не знаю? — задала Валери правильный и очень неприятный вопрос.       Я глубоко вздохнула и начала каяться.       — Мерлин… — прошептала тетушка, без сил опускаясь в кресло и надолго замолкая. — Где он?       — Мы должны были встретиться перед завтраком и пойти к директору.       — Почему ты согласилась? А как же Нотт? Не скрою, истинный целитель — удачная партия, но вы с Тео были сговорены, и, насколько я поняла, он не отказывался, просто просил подождать, нет? Он же за тобой так долго ухаживал, вы были помолвлены с детства…       — А! То есть сговор был еще до Хогвартса, — удивилась я. — Я, конечно, всегда знала, что выйду за того, на кого папа укажет, но ваше молчание…       — Да я думала, ты знаешь, — пожала плечами Валери, растерявшись. — Неужели вы настолько не сошлись характерами, что ты предпочла первого встречного?       — Вадим не первый встречный! — разозлилась я. — Нотт стал мямлить и предложил спрятаться, пока он договаривается с отцом. Это как вообще?! Счет шел на часы. А если бы он не сумел договориться с отцом? А если бы Гамп успел раньше? Я не знаю возможностей дядюшки, — шипела я. — А если бы я недостаточно хорошо спряталась? А если Нотт-старший посчитал бы, что ему выгодней отдать меня дяде, а Тео подобрать другую? Интересы Рода же на первом месте!       Валери тяжело вздохнула.       — Ладно, не будем об этом. Но, Луна! Ты же этого целителя совсем не знаешь, про него ходят разные слухи. Он человек не нашего круга…       Я стиснула зубы. Это она так мягко намекает, что он… Что? Варвар? Маг другой культуры? С синдромом Грин? Ладно, это сейчас к делу не относится.       — Я поняла, о чем ты, но у меня есть свои причины доверять Вадиму. Он преследовал свои цели, я — свои, мы договорились. А Тео… — я тяжко вздохнула. — Он, конечно, милый, но такой еще ребенок.       — Мне странно слышать это от тебя, — так же тяжело вздохнула Валери. — Что ж, разлитое зелье не соберешь. Нам придется жить в маггловском районе и избегать магии. Это просто ужасно. Я волнуюсь за тебя, детка. Ты же никогда не жила в мире простецов, ты ничего не знаешь о них!       — Я научусь, — сдержав истерический смешок, заверила я тетушку.       — Как ты с ним будешь жить? Боже! — Валери меня не услышала, осознав всю глубину моего падения, и горячо продолжила. — Я не оставлю тебя. Но ничего, мы справимся! И пусть этот мальчик делает, что хочет, я тебя не оставлю в этих ужасных обстоятельствах. Mon dieu, как все не вовремя! Любимый меня поймет, я найду слова, чтобы убедить его…       Тетушка вскочила и снова заметалась по кабинету Флитвика, не обращая внимания на мои оклики.       — Валери! Остановись…       В этот момент открылась дверь, и на пороге появился Вадим с решительным выражением на лице. Если бы на его месте был обычный шестнадцатилетний подросток, он бы наверняка сбежал сразу же, наткнувшись на яростный взгляд ведьмы. Тетушка нехорошо улыбнулась и шагнула к нему, протягивая руку для поцелуя, второй она потянулась за палочкой.       Вадим в лучших традициях профессора Снейпа выгнул бровь, безмятежно улыбнулся и бодро потряс протянутую ладонь. Тетушка бросила на меня косой взгляд из серии: «Я же говорила!»       — Мистер Волхов, раз уж мы теперь семья, позвольте по-простому. Можете звать меня Валери, я крестная вашей супруги, — холодно процедила тетушка, чопорно кивнув, крепко сжала его руку и подтянула к себе поближе. — Нам столько нужно обсудить!       Вадим кивнул, улыбнулся еще шире и, раскрыв объятия, двинулся на тетушку.       — Счастлив познакомиться с такой чудесной женщиной, как вы!        Объятия вышли неловкие: Валери дергалась, Вадим не отпускал, продолжая вещать:       — Я так много о вас слышал. Наконец-то появился кто-то, способный разобраться в этом бюрократическом бедламе. Где же вы были так долго?       Укоризненно-печальное-счастливое выражение на ангельском лице смотрелось просто убийственно. Вадим говорил и говорил, не давая Валери вставить ни слова и вываливая ей на голову просто тонну информации: о маггловском доме по соседству с родней того самого Поттера, об отличной клиентуре, о счете в банках, об эмансипации и проблемах с легализацией в маггловском мире такой немаггловской меня...       Тетушка явно заинтересовалась: прищурившись, она внимательно слушала рассуждения Волхова о нашей совместной — точнее, раздельной — жизни, и с каждым словом лицо ее темнело. В ее представлении такое положение вещей было неприемлемо, и понять ее было можно, но вот меня описываемая картина устраивала. То, что у Вадима есть определенный уровень дохода и собственность в маггловском районе, меня приятно порадовало. Валери вообще хотя бы представляет, как трудно чистокровному магу, у которого из документов есть только волшебная палочка и запись в Книге Рождений, приобрести такой дом, да еще в городе с нормальной инфраструктурой? Это многое говорило о возможностях Волхова. А ведь в его клятве оговорено бескорыстие…       — Нет! Это решительно невозможно! Как это вы не будете жить вместе?! Как это вы будете только навещать ее? А как же ваши обязанности по отношению друг к другу? Поддержка алтаря, положенные ритуалы, супружеский долг, в конце концов?       — Ну, вообще-то, родового алтаря у меня нет и никогда не было, — выдал Вадим. — Проводить ритуалы Луне нельзя, пока не родит и не оправится. Со своими супружескими обязанностями и долгами мы сами разберемся.       — С кем ты связалась, глупая девчонка?! — возопила тетушка. — Это дикость какая-то! Варварство! Не дай Бог, кто узнает… Это!.. Это…       — Меня все устраивает, — твердо оборвала я причитания Валери, складывая руки на груди. — Достало, что всё и все решают за меня. Я хочу решать сама, Вадим даст мне это. Если бы я вышла замуж за Тео, как вы все хотели, у меня этой свободы никогда бы не было. Я хочу не просто спокойной жизни подальше отсюда, я хочу распоряжаться ею сама.       — Сама? Сама?! — повысила голос тетушка. — Как эти эмансипированные, — выплюнула с презрением Валери, — карьеристки в Министерстве? Луна, ты совершила огромную ошибку. Женщине нужно надежное мужское плечо...       — То-то ты второй раз замуж не спешила, — ядовито перебила я женщину. — Искала плечо понадежнее?       — Так, все, хватит! Брейк! — вмешался Вадим. — Во-первых, не смейте кричать на мою жену — она беременная, а во-вторых, нам еще кучу документов заверять в Гринготтсе и Министерстве, поэтому предлагаю отправиться к директору и покинуть, наконец, школу. Здесь скоро станет опасно, а все разборки можно отложить недельки на три.       Валери глубоко вздохнула, беря себя в руки, и с интересом посмотрела на Волхова, оценивающе так. Видимо, сочла небезнадежным. Или обратила внимание на оговорку?       — В восемь у нас портключ. До этого времени нужно все успеть, — сказала она и ахнула. — То есть, как беременная? Уже?!       — Значит, успеем, — невозмутимо кивнул Вадим, пропустив мимо ушей поток французской ругани. — Мадам, придержите ваше красноречие. Моей супруге не стоит слушать подобное. Тебя проводить до гостиной, Луна? Тебе наверняка нужно собрать вещи.       — Тенси соберет, это мой домовик. Да, кстати, — мило улыбнулась я Волхову, — ты можешь приказывать ему, дорогой.       — Спасибо, милая, — Вадим вернул мне улыбку и, галантно склонившись, подставил локоть, за который я тут же уцепилась.       Тетушка только фыркнула и явно успокоилась.       Я улыбалась, но через силу. Несмотря на то, что от дядюшки Гермеса удалось удачно ускользнуть, это не отменяло странной смерти отца, в которую я до сих пор не могла поверить. И Нэйт. Что с ним? Жив ли он? Реанимация — очень коварная вещь… Стоп! У меня муж — истинный целитель, он же мне не откажет? Он же сумел воскресить Седрика, может, отца еще можно спасти?       — Вадим! Ты можешь помочь?       — Твой отец? — бросил на меня проницательный взгляд парень. — Прости, если в мозге произошли необратимые изменения, то я ничего не смогу сделать, а, насколько я помню, он мертв уже пару суток. А если это была Авада и о теле никто не позаботился, то…       Я и так все это знала, но надежда — такая живучая тварь. Мне нужно увидеть тело отца. Пока не увижу — не поверю. Вдруг это ошибка? Вдруг еще действительно не поздно? Вдруг тела в Мунго замораживают?       — Давайте быстрее все закончим и пойдем в Мунго?       — Детка, в твоем деликатном состоянии…       Аккуратно начала Валери, но Вадим ее перебил:       — Она имеет право.       Валери раздраженно закатила глаза и скомандовала:       — Вперед! К директору, а потом в Мунго.       Я тихонько дернула Вадима за рукав, заставляя наклониться:       — А ты можешь посмотреть еще моего побратима? Помнишь, я говорила про Нэйта? — Вадим после секундного раздумья кивнул. — Он лежит в маггловской реанимации.       — Хорошо. А где именно?       — Тенси знает.