Есть ещё время для Любви

      

Глава 8 Пришествие Ангела (Вторая половина)

             Часть 4              Воскресенье              - Поймала тебя. Снова. И на этот раз мне даже не пришлось приставлять пистолет к твоей башке, - раздался дерзкий женский голос в обители одинокого садовника.       Мужчина встал, заканчивая рыхление земли и прополку последней группы сорняков, которые затесались среди рядов арбузов, и ухмыльнулся незваной гостье, что пробралась в его скрытое убежище и заглянула прямиком в огород.       - Тебе не нужно приставлять пистолет к моей голове, чтобы заставить меня сделать всё, что только захочешь, Кацураги.       Мисато фыркнула и окинула взглядом арбузы.       - Так это и есть тот большой секрет, который ты скрывал от меня? Я думала,у тебя на уме только мои собственные сочные арбузики, - майор скрестила руки под своими «арбузиками» и слегка сжала их, продемонстрировав размер и упругость.       Рёдзи улыбнулся ещё шире.       - Чистая правда, я держал это место в тайне. Ты раскрыла мой глубочайший секрет, Кацураги. Я полностью обнажён перед тобой. Гол как сокол.       - Этим мы займёмся позже, - невозмутимо ответила майор НЕРВ, - по правде говоря... ты был скрытным человеком. В смысле, тебя было сложно обнаружить… Но теперь я тебя нашла, и, как уже сказала в том голосовом сообщении, хочу поболтать по душам.       Хитрая ухмылка Кадзи никак не изменилась. Мужчина даже позволил своему пристальному взгляду скользнуть по груди Мисато и задержаться там, на мгновенье, прежде чем снова встретиться с женщиной взглядом.       Рёдзи подмигнул и едва заметным кивком подтвердил, что всё понял.       Просьба «поболтать» была кодовой фразой, о которой они договорились несколько недель назад. Она означала, что пара собралась обсуждать самую важную информацию: тёмные делишки НЕРВ, Комитет SEELE и другие опасные вопросы.       Рёдзи прислонил тяпку к стене небольшого домика рядом с участками открыл дверь. Мужчина махнул гостье рукой, приглашая зайти первой.       - Милости прошу к моему шалашу, майор. Давай «поболтаем».       Мисато кивнула и вошла, но проходя мимо, всё же провела рукой по подбородку мужчины и коснулась кончиками пальцев его губ.       Шпион улыбнулся. Да, их ожидал сложный и болезненный разговор, но он не мог омрачить тот факт, что это была не просто мимолётная встреча, а свидетельство, что между ними вновь вспыхнуло пламя любви и оба знали, что их, казалось, погибшие отношения получили второе дыхание. Кадзи закрыл за собой дверь и последовал за ней.       Мисато села на кровать, а Кадзи в кресло за миниатюрным столиком, который был единственной мебелью в крошечной хибарке.       Гостья пристально вгляделась в глаза своему любовнику.       - Всё чисто?       Рёдзи вытащил электронный прибор из тайника над одним из стропил и ещё раз проверил своё убежище на наличие подслушивающих устройств и другой техники.       Кадзи проверял дом всего за час до сообщения Кацураги о том, что нужно увидеться, но в такой щекотливой ситуации не мешало проверить снова. Маленькое устройство не сообщило о жучках или иных посторонних устройствах. Деревья вокруг здания должны сделать невозможным использование инфракрасного лазера для подслушивания разговора. Они были настолько в безопасности, насколько он вообще мог представить.       Шпион сделал всё, что было в его силах, стараясь не прибегать к более очевидным активным мерам.       Кадзи кивнул и сказал любимой.       - Всё чисто.       Кацураги кивнула.       - Сразу к делу. Синдзи и Аска пришли к выводу, думаю, им можно поверить, что их матери каким-то образом находятся в ядрах их Евангелионов, - быстро изложила свои предположения Мисато, в том числе упомянув эпизод встречи Хикари с её матерью в ядре Евы 03.       Кадзи натужно вдохнул сквозь стиснутые зубы.       - Гадство... это... это похоже на правду и проливает свет на некоторые вещи, но открывает перед нами совершенно новый пласт вопросов.       - Рицко должна знать об этом. Акаги лучше, чем кто-то другой на планете, знает, как работают Евы, и она определенно ни слова не сказала нам об этом. Так почему же?       - Наша подруга, похоже, знает намного больше,чем говорит, - сказал Кадзи и задумчиво почесал подбородок,- она не открыла тебе всей правды, несмотря на то, что ты занимаешь должность командующей тактическими операциями, так что это должно быть как-то связано с замыслом Командующего Икари. Что также означает, что Рицко по-прежнему фанатично предана и верна ему, если скрывает от тебя такие важные сведения.       Мисато кивнула, а её губы скривились.       Кацураги уже начала болезненно осознавать, что старая подруга была предана кому-то, кто, как Мисато и Кадзи подозревали, руководил всем из-за кулис. И самое главное: этот невидимый дирижёр имел намерения, которые не совсем соответствовали миссии защиты человечества от Ангелов - общепризнанной роли организации НЕРВ, признанной мировым сообществом и широкой публикой.       - Дети осознали и поняли правду о своих матерях после последней битвы. Они намерены попробовать напрямую связаться с ними в следующий раз, когда будут в своих Евах.       - Даже если это сработает, это будет чрезвычайно сложно провернуть, ещё и потому, что Рицко и МАГИ постоянно осуществляют анализ и наблюдение всех параметров внутри контактных капсул, - сказал Кадзи, его взгляд блуждал по комнате, пока мужчина сосредоточенно размышлял.       - Я буду приглядывать за ней, когда Синдзи с Аской попробуют это провернуть, посмотрим, среагирует ли наша доктор на что-нибудь необычное в изменённых данных и параметрах.       - А я посмотрю, смогу ли взломать файлы на её ПК в офисе или квартире. У меня есть кое-какие навыки, прямо как у средневекового ниндзя, - сказав это, Рёдзи картинно провёл рукой по волосам, но при этом поморщился, - Боже, ты же знаешь, сколько у Аски было проблем из-за трагедии с матерью. Шанс поговорить с ней напрямую, после десяти лет? Как она собирается это принять и пережить?!       Мисато хищно улыбнулась.       - А это уже следующая тема для разговора... Синдзи и Аска уже..., - Кацураги сделала руками привычный жест обозначающий совокупление, - …вместе, - гостья подняла глаза на собеседника, - и, подозреваю, ты знал об этом? - сказала майор НЕРВ, в то время как в её тоне звучали обвиняющие нотки.       Мужчина поднял руки, пытаясь успокоить Кацураги, словно защищаясь.       - Я только на прошлой неделе это выяснил. Заглянул к тебе, чтобы увидеться. Тебя не было, поэтому я ждал внутри, когда сладкая парочка вошла. Они наперебой болтали как раз об этом самом..., - Рёдзи покачал головой, - ну, в тот момент они разговаривали так, словно это были мы с тобой, когда учились в колледже. После этого мы что есть мочи спорили о том, что они ещё дети и нельзя спать вместе, когда прозвучала тревога о нападении Ангела.       - Так почему я не услышала об этом сразу же после того, как битва закончилась?!       - Потому, что сразу после битвы Аска пообещала мне, что они сами придут к тебе и всё расскажут в течение недели. В ответ я пообещал, что не расскажу о них, и открою тебе всю правду, если они ничего не расскажут к тому времени.       Мисато всё равно раздражённо насупилась.       - Чёрт тебя подери, Кадзи! Я знаю, что их неистово тянуло друг к другу с тех пор как Аска переехала, и я была только за, если бы они встречались, но это не лезет ни в какие ворота! Они не просто «вместе», они спят в одной постели каждую ночь, как в прямом, так и переносном смысле! Они слишком юны для этого!       Мисато удивленно моргнула, когда инспектор засмеялся, а затем поднял руку, когда заметил, что Кацураги буквально буравит его взглядом.       - Прости, прости! Ничего не могу с собой поделать. Звучишь как идеальная пай-девочка, буквально живой пример для взросления юной девушки.       Мисато показала любовнику язык.       - Ох, да заткнись ты! Это совсем не смешно. Они провели всю прошлую неделю без передышки дуря мне голову: шахматы на раздевание против Пен-Пена, массаж ног на диване, Аска ведёт себя как Синдзи и наоборот... Они пытались показать мне, что я их вообще не знаю, что понятия не имею, что между ними происходит, а также то, что они уже достаточно взрослые, чтобы справиться с этим. Я заставила их пообещать, что они будут спать по отдельности, и будут воздерживаться от любых шалостей, пока у меня не будет возможности все обдумать и обсудить с тобой, но..., - Кацураги запнулась и потёрла виски, словно пытаясь предотвратить надвигающуюся головную боль, - чёрт возьми, Кадзи. У них всё очень серьёзно. Когда моя детвора вышла из своих комнат вчера утром, они приветствовали друг друга страстным поцелуем и взялись за руки, прежде чем войти на кухню. Они оба выглядели так, словно ночью не сомкнули глаз, но как только увидели друг друга, то просто загорелись, оба. Ни одного лишнего слова, только эти чёртовы томные взгляды, кивки головой, намёки. Пилоты провели полдня на свидании, вдвоём, на людях в центре города. Они провели вечер, обнимаясь на диване в гостиной, смотря телевизор, просто уткнувшись друг в друга. И когда они пошли спать в свои комнаты, это было так же, как утром, только в обратном порядке: неистовые объятия, глубокий исступлённый поцелуй, и попытка сохранить контакт рук до последней возможной секунды, когда они разошлись.       Кадзи вполголоса задумчиво пробормотал, оскалившись.       - Звучит так, словно ты им завидуешь.       - Да! - отчаянно воскликнула Мисато.       Её всё ещё плотно забинтованная рука взвилась вверх, хватая ладонью воздух, пытаясь ухватить что-то, чего там не было.       - Ёшки-матрёшки, Кадзи, теперь, когда они не играют и не пытаются скрыть дома свои истинные чувства, они буквально светятся от счастья, когда смотрят друг на друга! С тех пор, как они во всём признались, я не думаю, что видела их по отдельности больше нескольких минут кроме того момента, когда отправила их спать в разные комнаты. Синдзи с Аской держат своё слово, и серьезно относятся к этому.То, насколько они сильно и глубоко влюблены друг в друга это просто… просто… Да, чёрт возьми, да! Я им завидую! Два исковерканных жизнью подростка, очевидно, получили шанс на счастье, и если они смогли всё выяснить и во всём разобраться, то почему мы не можем?!! - буквально потребовала ответа Кацураги, дыша тяжело и натужно.       «Она просто боялась сделать следующий шаг? Страшилась того, что будет, если двигаться вперёд? Ты можешь действительно любить кого-то и всё ещё очень сильно бояться сделать этот важный шаг, потому что это так рискованно. Но когда ты это сделаешь, пересилишь себя... это стоит всего, чем ты рисковал, и даже больше», - голос Синдзи отозвался эхом в голове Кадзи Рёдзи.       - Кацураги... это конечно не шикарный фешенебельный ресторан, как я предполагал, но это лучше, чем тогда, когда я стоял рядом с тобой на носилках в Мацуширо..., - нерешительно начал говорить молодой мужчина.       Кацураги напряглась.       Они оба решили не продолжать тот разговор на месте трагедии с Евой 03, хотя были готовы сказать друг другу вслух что-то невероятно важное. Но могучие, застарелые страхи всё ещё преследовали обоих. Но это не остановило пару от того, чтобы снова сблизиться: Мисато спала в его квартире пару раз в неделю, по крайней мере, в эти дни. Они больше не приглашали Рицко выпить с ними, так как проводили большинство ночей вместе. Они оба притворились, что просто используют повод в качестве нового витка их отношений, чтобы просто встретиться и обо всём поговорить: искать правду о SEELE и докопаться до секретов организации НЕРВ.       Но Мисато и Рёдзи проводили как минимум столько же времени просто... общаясь и нежась как влюблённая пара: смеялись и дурачились, несли чушь, прикалывались, как они не делали со времен колледжа, и трахались так неистово, как будто завтра уже не наступит.       Их прикрытие не было такой уж большой тайной для тех, кто наблюдал со стороны, скорее весь этот маскарад был для того, чтобы сбежать от признания друг другу, сбежать от давящего факта, что это больше не наигранная ложь, не притворство или ужимки.       Но никто из них еще не осмеливался сказать это вслух.       - Я... хочу этого. Чтобы у нас так было... мы... мы..., - Мисато пыталась собрать мысли в кулак, - ...почему же у нас так всё тяжело и сложно?!       - У нас? - тихо переспросил Кадзи, - мы... ты о «нас», сейчас? Вместе? Опять? Мы... мы сможем...?       Мисато напряглась.       - Я... я уже позволила тебе однажды уйти, Кадзи. И мы уже и так погрязли в этом по уши… мы«вместе» во всём, что касается... дел в НЕРВ и SEELE. Если ты этого хочешь... чтобы мы… вышли вместе на публику... официально… как пара… что мы... действительно вместе... начали всё сначала... то тогда... я... я тоже этого хочу, - чуть слышно прошептала, казавшаяся такой грозной и волевой молодая женщина, - мне не нужно… не следовало тогда лгать тебе в глаза, правда. Я... не заслуживаю тебя, Кадзи-сан...       - Неправда, - возразил Рёдзи.       Мисато продолжила, словно он ничего не говорил.       - Но ты нужен мне, - продолжила девушка и протянула руку, чтобы схватить мужчину и потянуть к себе, - я хочу,чтобы мы снова были вместе, а не порознь. Не знаю, смогу ли это сделать... сказать это, но... я хочу, чтобы мы «были вместе».       Шпион беспомощно опустился вниз, чтобы сесть на кровать рядом с ней.       - Если Синдзи и Аска смогли понять друг друга, преодолеть собственные комплексы и страхи, разрушить невидимые стены... то мы тоже сможем, - продолжила она.       «Просто слова... А ты сказал их Мисато-сан когда ей это было по-настоящему нужно?» - голос Синдзи снова зазвучал в голове Кадзи.       «Нет, не сказал, потому что я трус и не заслуживаю её», - подумал Рёдзи, отвечая на этот риторический вопрос. Он притянул любимую к себе, помня о её забинтованной руке.       - Я бы... вместе…, - тихо сказал он, - мы… Кацураги... я...       Она прижалась к нему лицом.       - Давай просто... поговорим об этом позже...       Давно у них не было серьёзных разговоров по душам. Их мимолётные встречи этого не предполагали.              Кадзи потёр лицо и потянулся за пачкой сигарет, что лежала на столе рядом с кроватью. Он засунул пару в рот, подкурил обе, одну протянул ей.       Медитативно глядя в потолок, слушая дыхание Мисато рядом с собой, мужчина размышлял о чём-то,вслушиваясь в скрип каркаса кровати, когда сменил положение, под аккомпанемент еле слышного шипения кончика сигареты, разорвавшего тишину, когда любовница затянулась.       «Сделай это, трус. Давай же! Чего ты ждешь?! Чтобы она действительно умерла в следующий раз?» - подстёгивал себя бравый шпион.       - Синдзи-кун... кажется, он настроен очень серьёзно. И более того, Аска верит, что это так. Она... как бы это выразить... сказала, что он признался ей в любви, и она верит ему, - начал разговор Рёдзи.       Мисато вздохнула.       - Господи, Кадзи-кун... и что мы теперь будем с ними делать? Я имею в виду, если бы две недели назад ты сказал, что они признаются друг другу в чувствах, что начнут встречаться, я была бы только за! Чёрт меня за ногу, я бы даже устроила им вечеринку. Но... секс? То, что они спят вместе?! Они ещё слишком молодые! И хуже всего то, что всё остальное, что они привели в пользу этого, абсолютно правильно! Их уровень синхронизации постоянно растёт, раньше они никогда так не ладили, и они совершенно неудержимы в битве! Они так чертовски счастливы вместе, что я буду чувствовать себя просто конченой сукой, если буду держать их порознь!Но с другой стороны, что если всё пойдёт не так? Я видел слишком много пар..., - Мисато повернулась на бок, чтобы посмотреть прямо на него, - которые наделали глупостей и в итоге разбежались, напрочь разругавшись. Этого не должно произойти, если у такой пары случится приступ страха или глупости.       - Мы также не можем позволить им прождать восемь лет, чтобы начать всё сначала после вынужденного расставания, - криво усмехнулся Рёдзи.       Женщина фыркнула.       - Ну, они же не копия нас. Я... ты не хуже меня знаешь, как взрывоопасна смесь секса, страстных эмоций и подростковых гормонов. Даже если между ними ничего не случится, я боюсь, что один из них в какой-то момент сломается... нарушит приказ или сделает что-либо отчаянное или самоубийственное в бою, потому что другой находится в опасности.       - Когда Синдзи прыгнул для неё в вулкан?! - усмехнулся Рёдзи, - признай это, Кацураги, они уже делали это друг для друга. Я... наблюдал за ними, когда Ангел атаковал... Никогда не видел такой парочки, ммм... ну, которая бы была настолько «синхронизирована». Вот такое вот подходящее слово. Они могут обо всём договориться и всё решить с помощью всего нескольких взглядов. Аска и Синдзи очень, очень близки. Если вместе они сильнее, чем по отдельности, если они спят вместе и смогли успешно скрывать свои отношения в течение нескольких месяцев, почему бы не позволить им и дальше продолжить двигаться в том же духе?       Мисато нахмурилась и уставилась на своего любовника.       - Ты действительно говоришь, что я должна закрывать глаза на то, что два моих юных подопечных спят вместе?       - А почему, собственно, нет?       - То, что они ещё подростки! И то, что безопасность всего мира в битве против Ангелов зависит от того, смогу ли я рассчитывать на них как на пилотов! Если что-то пойдёт не так, и, предполагая, что мы каким-то безумным чудом выиграем, первый прямой вопрос, который Командующий Икари задаст мне: «Вы знали о них? А если да, то почему позволили этому продолжаться?!», - вздохнула Майор и плюхнулась головой на его плечо, - если я скажу: «хорошо, можете делать всё, что хотите и трахаться ночами напролёт», а затем это всё всплывёт наружу, виноватой окажусь именно я.       - Если им так хорошо вместе, то разлучив их, ты не только обрушишь их уровни синхронизации, но и подорвёшь боевой дух. Что так, что этак ты в любом случае окажешься крайней, - мудро подметил Рёдзи.       - Аггрррх! - свободной рукой Мисато потёрла лоб, - что же мы собираемся делать? Это же наши детишки впутались в такой переплёт!       Кадзи не мог сдержать взрыв смеха.       Глаза Мисато сузились.       - Чё ты ржёшь?       Мужчина ухмыльнулся так же хитро, небрежно улыбаясь, но с новым теплом во взгляде.       - «Наши» дети, да? Мне нравится снова быть вместе, но я не знал, что у нас так скоро появятся дети.       Она ткнула его в бок достаточно сильно, чтобы он подпрыгнул.       - Хватит дурачиться! Или у меня внезапно заболит голова перед вторым раундом, мистер!       - Ладно, ладно! - сдался Рёдзи, - ну... они лучше в бою и счастливы вместе в обычной жизни, детвора провела всю неделю, играя с тобой, чтобы показать, что они достаточно взрослые, чтобы справиться со всем этим самостоятельно... Мы же не хотим сделать их несчастными, заставляя спать в разных комнатах.       Кацураги нахмурилась.       - Я думала, ты поддержишь меня, Кадзи. Аска сказала, что ты тоже с ними ругался, когда раскрыл их маленький секрет.       - И у меня была неделя, чтобы подумать об этом..., - отрицательно покачал головой Рёдзи, - ты бы видела их, когда Ангел напал на тебя, Кацураги. Они кричали, чтобы Аянами убила его, подбадривали её, Синдзи придумал идею, чтобы они залезли в Еву 03... и за всё время они ни разу не разомкнули рук. И они не могли бы иметь двойную синхронизацию с незнакомой Евой, если бы не были так близки. Командующий Икари не будет спрашивать о сыне, я в этом уверен. Если кто-то что-то и скажет, подчёркивай именно это, но пока... пусть они будут счастливы, а мы… будем об этом помалкивать. Они заслужили шанс понять, какое счастье могут получить на этой войне.       «И просить их подождать, когда мы все можем умереть в мгновение ока... будет просто нечестно, несправедливо просить такое у детей, которых мы посылаем сражаться за весь мир», - подумал Кадзи Рёдзи, но не сказал этого вслух.       Он мог поклясться, что Мисато услышала его мысли.       - Они ведь такие же, как и мы когда-то, да? - спросила Мисато, пожав плечами.       - Я не знаю. У них всё складывается лучше, чем у нас, если они так близки и Синдзи... сказал ей эти самые нужные в жизни слова. Я бы сказал, что они слишком молоды, чтобы знать, как много это значит, но... Синдзи с Аской чрезвычайно серьёзны: пилоты всё знают и понимают. Они слишком близко к смерти, чтобы такого не понимать, - ответил мужчина.       - Так мы позволим «нашим детям» быть счастливыми? - спросил Кадзи Рёдзи       - Я подумаю над этим, - сказала Кацураги и, затянувшись последний раз, забычковала сигарету в пепельнице, - а пока, господин инспектор Кадзи Рёдзи, вам следует убедить свою нынешнюю девушку, что вы намерены надлежащим образом исполнять свои мужские обязанности.       Шпион снова ухмыльнулся и потянулся к возлюбленной.              Ощущение притяжения вернулось к синеволосой также как и прикосновение прохладного, гладкого металла дренажной решетки в нижней части цилиндра, к которому Рей прижималась ступнями, когда LCL медленно стекало по лицу и телу.       Выражение лица альбиноски не выражало никаких эмоций, но внутренне девушка ликовала.       «Наконец-то, исцеление и сканирование закончились! Свободна! Завтра утром я смогу снова увидеться с друзьями! Увидеть тех, кто мне дорог, кого люблю, и кто заботится обо мне!» - подумала пилот Евы 00 и сделала шаг назад, согнувшись в талии, словно кланяясь двери комнаты, и расслабила горло.       LCL, заполнившее её легкие и нос, медленно вытекал в дренаж: ощущение было бы странным и тошнотворным, если бы за последние несколько лет Рей не испытывала его сотни раз. Сейчас девушка даже не обратила на него внимания,так как была слишком занята контролем над своим лицом, сдерживала улыбку, которая, что есть мочи, хотела вырваться на свободу.       Пилот так сильно затерялась в своих мыслях, буквально трепеща от счастливого томительного ожидания увидеть своих единственных друзей и снова узреть их светящуюся связь, что не заметила приближающихся шагов доктора Акаги. Ученая в строгом белом халате стояла прямо перед Рей, у неё на лице было холодное жёсткое выражение.       А в правой руке доктор Акаги держала большой шприц.       Рей мгновенье была даже рада, что её естественная бледность не показала, как кровь отхлынула от лица. Девушка, что есть сил, боролась, чтобы её лицо не выражало никаких эмоций - было пустым и безжизненным. Аянами не могла кричать, не могла показать своё горе и боль. Она даже не могла ничего сказать; доктор Акаги всегда говорила первой.       - Протяни, пожалуйста, руку, Рей, - сказала доктор, подняв шприц.       Рей медленно повиновалась, стараясь не дрожать.       «Нет, пожалуйста, больше не надо никаких препаратов, пожалуйста, только не это...», - пронеслось в голове альбиноски.       - Что случилось, доктор Акаги? - собрав волю в кулак, девушка буквально заставила себя спросить спокойным, бесстрастным голосом.       - Твоя психограмма и колебания пиков синхронизации были на этой неделе слишком непредсказуемы и активны, Рей. Твоё тело должно быть адаптировалось к курсу препаратов, которые стабилизируют твою психику. Я увеличиваю дозу. На столе в лаборатории есть пакет с увеличенными дозировками таблеток для ежедневного приёма. Возьми их с собой, прекрати принимать те, что я тебе назначила раньше. Это усиленная доза. Не волнуйся, ты ничего не почувствуешь.       «Это именно то, что меня беспокоит! Нет, нет, нет, не надо, нет!»       Игла проделала крошечную дырочку в коже, оставив после себя знакомое ощущение инъекции. Доктор Акаги убрала шприц, приказав Рей на мгновение надавить на место, чтобы остановить кровотечение. Аянами повиновалась, давя гораздо сильнее, чем она нужно, словно альбиноска могла вытолкнуть препараты из своего тела, прежде чем они... они... начали... действовать...       - Я верю, что это сработает. Хорошо. Это поможет тебе продержаться всю ночь. Ладно, пора идти, - сказала Акаги Рицка и отвернулась.       Если бы доктор Акаги была более наблюдательной, то могла бы заметить боль и горечь на искривленном лице Рей, которые в следующую секунду растворились в бесстрастной гримасе китайской фарфоровой куклы, застыв жуткой неподвижной маской. Но измученная работой женщина уже собиралась уходить.       - Для тебя слишком поздно возвращаться домой, Рей. Просто используй кушетку в лаборатории и с утра иди прямо в школу. Следующий тест синхронизации назначен на четверг. Тогда и возвращайся. А пока, просто ложись спать, - уходя, сказала блондинка, даже не оглянувшись.       Рей не двигалась, не кричала, не подавала никаких признаков раздражения. Она просто неподвижно стояла в пустой восстанавливающей камере терминальной догмы в течение долгого, бесконечно долгого времени, окружённая пустыми глазами её резервных копий, которые бездумно наблюдали за ней из округлого формалинового аквариума.       Её взгляд был почти таким же пустым и расфокусированным, как у любой из них.       В конце концов, синеволосая сделала медленные натужные шаги вперед, направляясь к двери. Одежда не понадобится ей до утра. Ей ничего не оставалось, как подойти к кушетке, лечь и заснуть, как было приказано.       Хотя в это время она обычно не ложилась, и проспала бы больше, чем требовалось для функционирования, но это больше не беспокоило Аянами. Теперь девушку ничего не беспокоило. Глубоко внутри, под многометровыми слоями океана из тумана и оцепенения, крохотный, едва слышный голосок буквально взвыл от боли, мучительно протестуя против пустоты и онемения, которое так долго поглощало её мысли, но вскоре он затих, захлебнувшись в приливной волне транквилизаторов и седативных препаратов, бегущих по её венам.       Но всё было нормально.       В этот момент больше ничего в мире не беспокоило Аянами Рей.              Понедельник.              - Ты готов, Синдзи? - спросила своего парня рыжеволосая красавица.       Два молодых пилота пристально смотрели на ворота школы, словно собирались на очень важную битву. Их крепко сцепленные руки не размыкались ни на мгновенье всю дорогу до школы, пока Второе и Третий Дитя пытались настроиться на важный момент.       Мальчишка кивнул головой.       - Я чертовски нервничаю, стараюсь не волноваться, и хочу, чтобы мы просто вернулись домой в нашу комнату. Думаю, что в битве с Сахакиилом волновался меньше чем сейчас. Но, несмотря на всё это: я настолько во всеоружии, насколько могу быть.       Аска кивнула, сжимая руку паренька.       - Я тоже. Но думала об этом моменте с тех пор... начиная с первого утра, что мы провели вместе после нашего поцелуя. С тех пор, как мы открылись Мисато, у нас нет причин публично и открыто заявить о наших отношениях. И ты понятия не имеешь, как сильно я этого желаю, - улыбнулась парню рыжеволосая красавица.       В ответ Синдзи застенчиво улыбнулся.       - Всё ещё не могу смириться с мыслью, что кто-то настолько удивительный, как ты, хочет быть моей девушкой, Аска.       Аска Великолепная показала ему язык.       - Лучше быстрее привыкни к этому, Третье Дитя. Вместе до конца, ты и я, помнишь? Ты обещал. Ты мой, только мой, - покраснела немка и отвернулась, - прямо как я - только твоя, - сказала Сорью чуть мягче.       - До тех пор, пока ты будешь со мной, - согласился он, загоревшись румянцем.       Свободной рукой Икари почесал затылок.       - Я постараюсь не грохнуться в обморок перед всем классом.       - Ты сражаешься с гигантскими монстрами, которых по законам природы вообще не должно существовать, но нервничаешь из-за того, что мы заявим всему классу, что мы пара?! Ты мой самый дорогой дурашка, люблю тебя всем сердцем, - сказала Аска ехидным голосом.       - Я знаю, какая ты на самом деле, Аска, - улыбнулся в ответ Синдзи, - с одной стороны - тебя буквально колотит от нервного напряжения, как меня, а с другой ты буквально хочешь орать:«Я люблю! Влюбилась по уши!» с крыши нашей школы.       - Да, ну, может быть, - призналась немка и снова сжала его руку, - так что давай сделаем это.       Пара вошла внутрь, стараясь не обращать внимания на взгляды, которые они начали привлекать уже на школьном дворе. Аска и Синдзи всегда были в центре внимания, как только все узнали, что они пилоты Евангелионов, но через некоторое время на них всё-таки перестали таращиться, пока они плыли по школьной рутине. Кроме того, диаметральный антагонизм Аски и Синдзи был притчей во всех закоулках школы, поэтому то, что они шли, держась за руки, буквально заставило холл и коридоры жужжать от громких перешёптываний, которые сопровождали пилотов на всём пути, пока они направились в класс.       Пилоты вошли и повернули к столу у двери.       Однако выражение лица Аски изменилось на разочарованное и нахмуренное, когда они обнаружили, что стол Хикари пуст.       «Чёрт возьми, думаю, её всё ещё держат в карантине в госпитале НЕРВ. Чушь собачья... Хикари ничем не заражена!» - подумала Аска Лэнгли и повернулась, чтобы посмотреть на исполняющую обязанности старосты класса, которая сидела на обычным месте Хикари на следующем ряду.       - Эй, Ивао-сан, мне нужно сделать небольшое объявление перед тем, как придет сенсей. С этим не будет проблем?       Дзюнко Ивао моргнула, ничего толком не понимая, и будучи подавленной мощной аурой рыжеволосой пилотессы покорно кивнул.       - Всё в порядке, Сорью-сан... это займёт не очень много времени, не так ли?       - Это займет всего минуту, - подтвердила Аска. Пилот посмотрела на часы над доской, - во всяком случае, у нас осталась одна минута до звонка, готов? - спросила она Синдзи.       Юноша кивнул. Всё ещё держась за руки Синдзи и Аска прошли к центру передней части классной комнаты, встав прямо перед доской. Пара ждала, когда последние студенты войдут в класс, и прозвенит звонок.       Некоторые студенты с любопытством таращились на них, удивляясь, почему они там стоят. Синдзи ненадолго встретился взглядом с Тодзи и Кенски. У Тодзи на лице была гримаса плохо скрываемого ужаса, когда спортсмен заметил,что они держатся за руки. Айда Кенски поднял глаза и моргнул, глядя на них, а затем ухмыльнулся, потянувшись к видеокамере.       Синдзи покраснел. Он не слишком беспокоился о том, что скажет остальной класс, но мнения друзей имели для юноши намного больший вес.       Как только Лэнгли поняла, что все взгляды прикованы к ней, она бросила свою игру в гляделки с Танакой и другими девушками, которые всё ещё клеились к Синдзи и начала.       - Я уверена, что эта новость не удивит некоторых из вас, - Лэнгли бросила взгляд на Танаку и её подружек, - и разочарует других, но с сегодняшнего дня и с этого момента, Синдзи и я... ну..., - девушка повернулась к Икари, и положила руки ему на щеки. Она притянула парня к себе, слившись с ним в самом глубоком, самом страстном и интенсивном поцелуе, на который только была способна.       Синдзи услышал,как волна вздохов и удивлённых возгласов прокатилась по классу. Он не мог перестать улыбаться так широко, как только мог во время поцелуя. Его глаза закрылись синхронно с глазами Аски. Это была долгая, долгая минута, прежде чем он почувствовал, как любимая отдаляется от него, едва заметно хмыкнув от счастья. Икари снова открыл глаза как раз вовремя, чтобы поймать её умиротворённое выражение, когда Лэнгли повернулась к классу и буквально зарычала.       - Есть ещё вопросы?       Она даже не успела закончить фразу, прежде чем Танака вскочила на ноги и, что есть силы, хлопнула руками по крышке парты.       - Вы с Аянами уже много недель околачиваетесь вокруг Икари, Сорью! Это совершенно несправедливо!       - Ты проиграла битву до того как она началась, Танака, - почти усмехнулась Аска, - ты никогда не была и никогда не будешь достаточно хороша, чтобы запасть ему в душу. Он спасал этот город больше раз, чем я. И Икари заслуживает кого-то, кто не просто хочет иметь его в качестве сувенира, как вы себе это представляете.       - А ты что, лучше, что ли?! Ты обращались с ним, как с домашней зверушкой, дворецким и мальчиком для битья, с самого первого дня, как сюда приехала! Ты… иностранная сука… да я тебя…       В этот момент распоясавшуюся девчонку прервал холодный, жёсткий, но невероятно твёрдый и спокойный голос.       - Аска была моей напарницей, боевым товарищем и другом с первого дня, как мы встретились. Мы вместе убили Ангела через два часа после встречи. Я знаю, что она не просто пытается «заарканить пилота Евангелиона», потому что она тоже пилот Евы. И здесь нет никого храбрее, умнее или прекраснее, Танака-сан. И если бы ты когда-нибудь спросила меня об этом,хоть раз за последние три месяца, я бы сказал тебе именно это.Вместо этого, ты просто пропускала мимо ушей всё, что я пытался сказать. Когда я пытался быть вежливым, говоря тебе, что мне никто не нужен, чтобы «вместе пойти домой» или «пробежаться по магазинам в центре города» - меня никто не слышал. И если ты ещё раз назовешь так Аску, я палец о палец не ударю, и не буду сдерживать её, когда она выцарапает тебе глаза, вырвет язык и заставит проглотить всё это без соли.       Наступившая тишина была оглушающей.       Все таращились на Синдзи, включая Аску.       - Срань Господня, Синдзи-кун! Что это бы…       Аска не смогла закончить фразу, так как её последующие слова превратились в удивленный возглас, когда Синдзи вдруг обхватил одной рукой её за талию, а другой,притянув к себе и откинув назад,одарил невероятно томным и страстным поцелуем. Казанова Синдзи плавно поднял возлюбленную после страстного поцелуя, наслаждаясь счастливой улыбкой, которая теперь сияла на лице рыжей. На этот раз уже сам пилот Евы 01 спросил у одноклассников.       - Есть ещё вопросы?       Танака несколько раз вдохнула разинутым от шока ртом, всё ещё стоя в замешательстве, прежде чем с шумом плюхнуться обратно на стул. Через мгновение звенящей тишины взволнованный гул снова воцарился в классе. Синдзи видел, как однокашники начали передавать деньги из рук в руки.       - Ставки сделаны! Ставок больше нет! - зычным голосом продекламировал со своей парты на заднем ряду Кенски. Как заправский крупье, Айда сам собрал несколько проигранных пари, - в понедельник перед занятиями, перед всем классом! А я говорил вам, а мне не верили! Эй, Тодзи, слышишь меня, - ударил локтем своего друга отаку.       Тодзи сделали все возможное, но всё равно настороженно нахмурился.       - А я то думал, что ты шутил по поводу «супружеской пары», а вон оно как оказалось, - пробормотал он, - ты это серьёзно, братан? Красная Дьяволица и ты… Я…       Его прервал вошедший в класс учитель. Ивао-сан вырвалась из состояния прострации, в которую впала при первом поцелуе, и срочно жестом попросила Синдзи и Аску занять свои места.       - Ну... ээээээ, ах…. хм…. в… Встать! Поклон! Сесть! - скомандовала исполняющая обязанности старосты, заикаясь, когда их учитель занял своё место за столом и открыл учебник.       Синдзи не мог сдержать улыбку на пути к столу. Он уселся на свое место со счастливым вздохом. Повернулся к синеволосой,что сидела впереди него.       - Эй, Рей. Что ты думаешь о нашем большом объявлении? - спросил Икари со счастливой улыбкой.       Рей, наконец, повернулась от своего непрерывного взгляда в окно, медленно повернулась к нему лицом. Синдзи моргнул, его улыбка исчезла, когда он понял, что Рей даже не повернулась, чтобы посмотреть на них во время объявления.       Его поприветствовало самое пустое, мёртвое выражение, которое он когда-либо видел. Рей моргнула, но всё ещё молчала. Альбиноска на мгновенье встретилась с ним взглядом, прежде чем безмолвно вернуться к тому, чтобы таращиться в окно.       Учитель начал перекличку.       - Аянами? - спросила преподаватель.       - Да, - монотонно отчеканила Рей, её голос был пуст и безэмоционален.       Пилот Евы 00 продолжала смотреть в окно.       Синдзи почувствовал, как кровь стынет в жилах. Икари бросил взгляд на Аску, который соответствовал его ошеломленному и обеспокоенному взгляду.       - Рей? Рей? Чудо-Девочка, ты в порядке?- спросила Сорью обеспокоенным шепотом, похлопав Первое Дитя по плечу со своего места.       Рей даже не дёрнулась. Аска с таким же успехом могла обращаться к… кукле.       - О Боже... нет..., - прошептала Аска, голосом полным удивления и ужаса.       Синдзи почувствовал, как всё внутри перевернулось. Аска была любовью всей его жизни, но Рей почти так же крепко запала парню в душу. Одна из двух девушек в мире, которая сказала ему, что любит, и теперь... Мальчуган старался подавить дрожь.       Рей наблюдала, как за окном мерно проплывали облака и медленно моргнула.              Весь день Рей почти ни на что не реагировала. Кенски и Тодзи присоединились к ним в обед, что никак не повлияло на подавленное настроение пилотов. Тодзи несколько раз дежурно пожаловался на тот фарс, который утром устроили перед классом Аска и Синдзи, но разум мальчугана был явно в другом месте. За всю прошлую неделю Хикари позвонила ему лишь раз - у старосты хватило времени только объяснить, что она находится в карантине и ничего не знает обо всём этом.       Единственным членом группы, у которого всё ещё было относительно хорошее настроение, был Кенски, который, наконец, прервал гнетущую тишину.       - Эй... ребята, что случилось с Аянами-сан? Она... как-то совсем странно себя ведёт. Ведёт себя так... как раньше - молчит и всё такое.       Синдзи и Аска испуганно переглянулись.       - Ну... она должна была принять некоторые лекарства в НЕРВ, Айда, - импровизировала Аска, - думаю, у неё может быть плохая реакция на них. Мы поговорим с Мисато после школы, убедимся, что её проверят и смягчат симптомы.       Кенски удивлённо моргнул.       - О? Хм... ну ладно. Аянами-сан... когда с тобой всё будет в порядке, поговорим, как вернуть тебе должок. Я всё еще в долгу перед тобой за то, что ты устроила мне все эти свидания.       Рей просто взглянула на него пустыми глазами. Альбиноска всё утро не отвечала, только на самые прямые и простые вопросы и почти ни на что не обращала внимания.       Синдзи прикусил губу, чтобы его лицо ещё сильнее не исказилось от волнения и беспокойства. Как никогда раньше юноша был благодарен за почти телепатические способности, которые он и Аска «получили», начав встречаться. Бросив на Икари мимолётный взгляд, немка дала понять, что им нужно отложить любой серьезный разговор с Рей, пока они не смогут остаться с ней наедине после школы, и что это будет их первостепенным приоритетом.       «Нам нужно срочно спросить Рей о её матери, или рассказать о наших. Но я не уверен, что сейчас она вообще поймёт то, что мы будем ей рассказывать», - взволнованно подумал Синдзи.       - Думаю, препараты, которые ей прописали, вызывают сонливость, - намеревалась закончить разговор Аска, - стой...погоди, свидания? Какие ещё свидания?       - Ну… хм... Аянами-сан вместе с кучей девушек, которые за ним ухлёстывали, действительно... э... «переключила» своё внимание с Синдзи на меня. Она... э... они наперебой приглашали меня на свидание. Так и есть... каждый вечер на этой неделе и на следующей. Я... МММ... Я хотел узнать, могу ли одолжить немного денег, Синдзи. Я так скоро без штанов останусь, пытаясь умаслить всех этих девушек.       Впервые за день Аска посмотрела на Синдзи не с нервозностью или беспокойством. Её лицо буквально исказилось от удивления и недоверия.       -... одолжи денег нашему ботанику. Чтобы он мог позволить себе все свидания, которые у него запланированы, - немке показалось, что она не была точно уверена, должна ли смеяться или плакать, но точно была уверена в том, что мир сошел с ума.       Синдзи просто достал бумажник, не глядя, и протянул Кенске две банкноты по 5000 иен.       - Наш отаку милитарист занят походами на свидания всю неделю, и чуть не разорился от нехватки денег потраченных на одноклассниц. Я... мир точно слетел с катушек... - на автомате пожаловалась Аска, а затем вздрогнула, когда поняла свою ошибку.       Мертвенно бледный взгляд Рей снова сосредоточился на милитаристе, когда альбиноска повернулась в его сторону       - ......Ладно, - сказала Рей, всё ещё абсолютно безэмоциональным тоном.       Кенски покраснел и невнятно пробормотал слова благодарности в сторону Рей, а Синдзи с надеждой взглянул на Аску. Она кивнула, выглядя чуть менее обеспокоенной.              Прогулка домой прошла в напряжённой тишине. Синдзи и Аска снова покинули школу рука об руку, под пристальные взгляды Танаки и нескольких гарпий, которые, казалось, не хотели отказываться от надежды, что Синдзи посмотрит в их сторону, хотя большинство, казалось, приняли, что бесполезно грызться с Аской после речи Синдзи.       Однако два пилота почти не обращали на них внимания. Всё их внимание было сосредоточено на бессловесном Первом Дитя.       Как только они отошли на несколько сотен метров от школы, Аска попыталась всё разузнать.       - Рей. Ответить мне. Ты в порядке?       Рей продолжала идти, её шаги были размеренными и ритмичными, как будто девушка шла в ритме метронома, движение стрелки которого означало шаг.       - Да, - в конце концов, очень тихо ответила Аянами.       - По твоему голосу этого совсем не скажешь. Это ни фига не «в порядке». Ты снова говоришь... как грёбаная кукла..., - Аска резко вздохнула и потрясённая встала перед Аянами, схватив синеволосую за плечи.       - Эта ебучая ведьма опять что-то с тобой сделала?!       Рей уставилась на неё пустыми глазами:       - Доктор... Акаги... скорректировала приём моих лекарств, -в конце концов, очень медленно сказала Аянами.       Аска вздрогнула.       - Scheiße. Эта ведьма. Ладно... ладно... Рей, с тобой все будет хорошо. Мы отвезем тебя обратно в нашу квартиру и...ебать..., - рыжеволосая все ещё в недоумении смотрела на Синдзи, - Синдзи?       - Ебаться... с Икари... куном... это... твоя... работа, - сказала Рей, медленно.       Они оба уставились на Рей. На лице Аски начала вырисовываться слабая, но полная надежды улыбка, похожая на улыбку Синдзи.       - Чудо-Девочка, ты всё ещё с нами?!       Рей на мгновение замолчала, но, в конце концов, ответила.       - Да.       Рей снова моргнула, когда Аска внезапно одарила альбиноску крепкими объятиями.       - Спасибо Господу, Рей. Мы поможем тебе пройти через это. Мы не позволим этой крашеной ведьме снова превратить в куклу единственного человека, который любит меня и моего дурика.       Синдзи сглотнул. Он сделал пару глубоких вдохов, чтобы сдержать готовые проявиться слёзы, затем обнял обеих девушек и крепко прижал к себе.       - Мы тоже тебя любим, Рей. Всё будет в порядке. Ты больше не одинока.       - Да, - сказала Рей. Синдзи попытался успокоить её прежде, чем заметил, что Рей не пошевелилась, чтобы обнять их.       Синдзи нашёл ящик с лекарствами и препаратами-антидотами в задней части шкафа Рей, где он был спрятан под кучей дополнительной одежды и одеял. Икари бросился обратно на кухню, где Аска усадила синеволосую за стол. Рей всё ещё реагировала на движения немки, молча подчиняясь ей.       Синеволосая сидела, глядя на стол в течение минуты после того, как Аска усадила ее. Наконец, альбиноска медленно посмотрела на Синдзи, когда он принес ящичек с лекарствами. Аянами уставилась на коробку, как только он положил её перед ней, прежде чем оглянуться на Аску и сказать.       - Бумагу.       Аска приподняла бровь, вытащила из школьной сумки тетрадь с карандашом и положила перед Рей.       Девушка уставилась на карандаш, прежде чем поднять его, и очень медленно начала писать.       - Трудно соображать… говорить… Доктор Акаги. Увеличение дозы. Инъекция прошлой ночью. Принимала таблетки утром ничего не понимая. Нужен антагонист. Флумазенил. 2 кубика. Бутылка с надписью «Антагонист №2», 10 кубиков. Добавьте в физраствор и сделать капельницу.       - Помочь? – спросила, прочитав, Аска, хотя руки Рей и тряслись, её почерк всё ещё был каллиграфически точен.       Рыжая кивнула Синдзи, но он уже копался в коробке, находя требуемые препараты. Аска достала стойку для капельницы из шкафа и наблюдала, как Синдзи взял набор игл из коробки и очень осторожно вставил катетер в левую руку Рей.       - Ты знаешь, сколько времени это займет... чтобы из тебя вышла вся эта дрянь, Рей? - тихо спросил Икари, когда настраивал капельницу.       - Нет, - ответил Рей, всё ещё еле выговаривая слова.       Она снова взяла карандаш.       - Ничего не чувствую. Голова как в тумане. Не хочу этого. Хочу снова чувствовать себя живой, - вслух прочитала Аска и посмотрела на Синдзи,от ярости стиснув зубы.       - Синдзи, тебе придется держать меня подальше от этой женщины. И чем дольше тем - лучше. Я могу не сдержать себя. Я либо повыбиваю этой твари все зубы, либо вколю полный шприц этого дерьма в следующий раз как увижу ее! Она не может так поступать с Рей! Она любит нас! Теперь она даже не чувствует этого!       Синдзи кивнул, его рот искривился гримасой боли и ярости.       - Я пойду... сделаю нам что-нибудь перекусить. Еда должна помочь.       Прежде чем он прошёл больше, чем пару шагов к кухне, карандаш в руках Рей снова начал царапать на бумаге.       Аска посмотрела еще раз.       - Больше объятий?В любое время, когда тебе нужно, Рей, - немка быстро обняла синеволосую, - еда может подождать. Подойди сюда, Синдзи-кун. Мы ей нужны.       - Да, - одновременно сказали Первая и Третий Дитя. Это вызвало появление грустной улыбки на лице Синдзи, когда он со спины обнял сидящую в кресле Рей.              - Аска, это всё очень серьезно... - мягко сказал Синдзи, опустив ещё несколько повязок в ведро с холодной водой, чтобы вытереть лицо Рей.       Последние несколько часов синеволосую периодически рвало в раковину и ведро.       Рыжая снова покачала головой.       - Я сказала, что не хочу!       - Аска, ни один из нас не является врачом. Мы не можем... для Рей небезопасно полагаться только на нас! Посмотри на неё! - выпалил Синдзи,встав рядом, и снова потёр Рей спину.       Теперь её трясло ещё сильнее.       - Чувствую... ноги, - пробормотала Рей, - словно они не мои. Словно у меня нет никаких ног. Они отрезали их, сделали из них марионетку... Не могу пошевелиться... Мои руки болят..., - Рей взглянула на своих друзей, - почему у меня болят руки?       Её голова откинулась на кухонный стол.       Аска прикусила нижнюю губу.       - Я...блин, Синдзи! Ты знаешь, как я к этому отношусь! Моя мачеха пыталась накачать меня наркотиками, когда мне было семь! Пыталась сделать из меня послушную куклу! Я знаю, каково это, когда транквилизаторы заставляют твою психику чувствовать, что части тела тебе больше не принадлежат! - в гневе сквозь зубы рявкнула Аска, - и я ни фига не рада, что НЕРВ делает то же самое с моей подругой, чёрт знает, сколько времени! Я не доверяю никому из них!       - Ты же знаешь, что Мисато-сан не такая, - возразил парень, - сама сказала, что она была твоим лучшим опекуном, кроме Кадзи-сана, и она сказала, что, по крайней мере, будет держать наши отношения в тайне от НЕРВ и моего отца. Я... – его лицо вспыхнуло от гнева, - если мы не можем доверять Мисато-сан в этом вопросе, тогда кому мы вообще можем доверять? Мы всё ещё просто дети, Аска. Мы не врачи... нам нужна помощь. Мы никак не сможем это скрыть. Рей не в состоянии завтра пойти в школу, и Мисато-сан ни за что не поверит, что Рей, и мы оба, внезапно заболели вместе и нам нужно не идти на занятия.       - Я знаю! - почти закричала Аска, - я беспокоюсь о ней так же, как и ты, ты знаешь это! Я лю..., - немка споткнулась на этом слове, - ...Я люблю Рей так же сильно, как и ты. И знаю даже лучше, чем ты, насколько... каким чудовищным может быть синдром отмены бензодиазепина. Я просто... Я не доверяю никому связанному с НЕРВ в этом вопросе. Именно НЕРВ сделал это с ней! Я знаю Мисато... это всё очень тяжело для меня, понимаешь? Я...угггрх..., - Аска разочарованно провела руками по волосам.       - Ни один из нас не хочет оставить Рей одну прямо сейчас, но если нас не будет дома, когда Мисато вернётся и не увидит нас за работой над домашним заданием и готовкой ужина, она заметит, что что-то не так…, - отметил Синдзи, - скоро мы должны ей что-то сказать. Она будет дома через полчаса..., - он нервно посмотрел на часы, висящие на стене кухни.       Аска села по другую сторону Рей, сжимая её руку, пытаясь сдержать приступ дрожи.       - Проклятие. Я надеялась, что мы могли бы просто... не знаю, сказать ей, что заночуем здесь, чтобы отпраздновать встречу с Рей.       - Она подумает, что мы попытаемся улизнуть от неё, чтобы переспать, - грустно сказал Синдзи.       Аска покачала головой.       - Я почти уверена, что она знает, что мы были хороши в этом. Я всё время пыталась убедить её, что к нам можно относиться как к взрослым. Спать без тебя, кстати, я терпеть не могу, - Аска протёрла глаза, - я снова спала очень хреново. Никаких кошмаров, но... Я чувствовала, как мне одиноко и хотела, чтобы ты вернулся ко мне в постель, Синдзи. Я нуждаюсь в тебе.       - Я тоже. Засыпать вместе, я имею в виду, - кивнул Синдзи, - я... я тоже нуждаюсь в тебе. В моей комнате... просто слишком пусто и тихо… и так одиноко, - Икари посмотрел на Рей, всё ещё похлопывая девушку по спине.       - Моё тело онемело внизу. Это тело будто не моё. Я не могу пошевелиться. Мне холодно. Кровоточит, тело кровоточит, но я не истекаю кровью. Я... у меня никогда не было крови. Не так. Только от полученных ран. Кровотечение не прекращается..., - бессвязно пробормотала Рей, - я другая в теле из другой плоти,она кричит. Ей больно, и мне тоже больно, когда я взаимодействую в ней... но я должна. Я должна защитить вас обоих...       Синдзи остановился и посмотрел на Рей,а его беспокойство заметно усилилось.       - Аска... мы не справимся с этим в одиночку. Рэй... говорит совсем околесицу. Мы... мы должны довериться Мисато.       - Чёрт возьми, чёрт возьми... даже если мы перенесём Рей в нашу квартиру и положим её в моей комнате для «ночёвки», то Мисато точно захочет с ней «пообщаться», - размышляла вслух Аска.       - Аггрррх! Ладно! Если ты доверяешь ей, мой любимый дурачок, а я доверяю тебе. Так что... Я расскажу ей всё. И надеюсь, что ты окажешься прав.       Аска отпустила руку Рей и начала собирать аптечку и антидоты, которые они использовали.       - Доведи её до нашей квартиры и положи в нашей комнате. Я захвачу с собой одежду и вещи, чтобы она могла остаться на ночь. Думаю, это понадобится. И я объясню Мисато, почему она подключена к капельнице и бормочет всякую чушь. Мы выложим всё начистоту: расскажем Мисато о транквилизаторах и антидепрессантах, которыми её травили, и то, что мы помогли ей избавится от эффектов транквилизаторов и антидепрессантов в течение последних трех месяцев, я…, - рот Аски искривился, - эта горе-ведьма скорее всего вызвала у Рей передозировку бензодиазепина, это не считая всех других диссоциативных препаратов и прочего дерьма, что было в том коктейле.       Синдзи только кивнул.       - Я знаю, Мисато-сан нас не подведет, - сказал Икари и помог Рей встать на ноги, начав вести её к двери, другой рукой держа стойку с капельницей.       Аска крепко сжала зубы.       - Надеюсь, ты прав.              Рука Мисато дернулась и сама собой начала подниматься, и майор снова силой воли заставила её опуститься. Она не была какой-то влюбленной девчонкой-подростком, как Хикари или Аска. Ей не нужно было идти, держа своего парня (Бойфренда!Любимого!) за руку, чтобы доказать себе или миру, что они снова вместе. Кроме того, дверь квартиры была впереди, и они будут внутри через минуту. Нет времени выпендриваться.       Кацураги сдержала ещё один ликующий смешок, который попытался вырваться из её рта. Тем не менее, эта сцена казалась женщине заманчиво...       Она провела свою карточку-ключ через считыватель и развернулась на месте, чтобы сорвать ещё один поцелуй с губ Кадзи, когда он последовал за ней. Рёдзи с радостью повиновался, его руки скользнули вниз, чтобы обхватить женскую талию, когда майор провела мужчину через дверь и дальше по коридору на кухню.       Кацураги с улыбкой прервала поцелуй.       - Итак, я надеюсь, что всего, что Син-чан приготовил на ужин, хватит ещё на один рот, раз уж ты остаешься у меня на ночь.       Брови Кадзи взметнулись вверх. За последние несколько недель, что Мисато оставалась у него дома, ему никогда не разрешалось оставаться в её квартире. Невысказанный скрытый смысл этого предложения понятный им обоим был признанием того, что этот шаг означал бы, что они больше не просто дурачились.       Теперь...       Рёдзи не мог остановить хитроватую ухмылку, которая озарила его лицо.       - Думаю, мне остаётся надеяться, что завтра никто не заметит, что я всё ещё во вчерашней рубашке.       - Синдзи может по-быстрому простирнуть и отгладить её... Ах... Привет, Аска.       Второе Дитя сидела за кухонным столом, всё ещё одетая в школьную форму, спокойно наблюдая, как пара входит в кухню из прихожей. Её руки лежали на столе перед нею. Немка кивнула им.       - Мисато. Привет, Кадзи. Рада тебя видеть, - голос девушки был совсем не радостным.       Мисато заметила серьёзный взгляд Аски, и её улыбка влюблённой женщины сразу исчезла.       - Что случилось?       - Рей сейчас в моей комнате. Она останется на ночь. Может быть, и на следующую, мы не в чём не уверены, - сказала Аска.       - Небольшие дружеские посиделки на ночь -это хорошо, Аска, но она же живёт по соседству, так что...       - Синдзи сейчас с ней.       - Ты доверяешь своему парню быть с ней наедине? Ох, Аска, женщины весьма коварны..., - попытался пошутить Мисато, но слова застыли у неё в горле, натолкнувшись прямо на мрачный взгляд Аски, - почему он там?       - Потому что моя подруга испытывает передозировку бензодиазпином, её бьёт озноб, она бессвязно что-то бормочет, и мы обеспокоены тем, что она может впасть в кому, - спокойно сказала Аска не на секунду не повысив голос, - Синдзи остается с ней, пытаясь удержать её в сознание. Она то отрубается, то приходит в себя.       Мисато замерла. Она могла чувствовать, что Кадзи застыл столбом позади неё. Кацураги облизала внезапно сухие губы.       - Чего?       - Теперь ты вся во внимании? Хорошо, - Аска попыталась что-то сказать, но язык её явно не слушался, - вы хотели, чтобы мы доказали, что мы взрослые и что нам можно доверить решение взрослых вопросов? Ну, вот это. Я не хотела этого делать. Но по совету и после заверений моего любимого дурашки, я готова довериться тебе, чтобы ты держала это в секрете подальше от остальных в НЕРВ.       Аска глубоко вздохнула.       - Я не знаю, как долго, но, по крайней мере, когда мы с Синдзи всё узнали, раньше чем встретились и даже задолго до того как он приехал в Токио-3, доктор Акаги, - буквально прорычала это имя Аска, - заставляла Рей принимать адский коктейль из седативных средств, транквилизаторов, диссоциативов, подавителей настроения и гормональных контрацептивов. Вчера вечером эта взбреднившая ведьма подумала, что Рей выглядит слишком нормально, и вколола ей увеличенную дозу. Сейчас Чудо Девочка близка к коме и чёрт знает к чему ещё.       Мисато почувствовала, как по её спине пробежали мурашки.       - Господи, какого чёрта, Аска?       - Синдзи и я узнали об этом вскоре после битвы с Лилиилом. Я заметила психотропные препараты в её старой квартире. Узнала их. Моя мачеха-психиатр. Когда я не смогла быть идеальной, спокойной маленькой куклой, которую она хотела... она... пыталась накачать меня транквилизаторами. Поэтому, когда я увидела что принимает Рей,то почти испугалась. Чудо Девочка сказала, что доктор Акаги требовала, чтобы она принимала их ежедневно, и что Командующий Икари отдал приказ. Вот почему она была такой зомби. Она всегда была под воздействием адского коктейля из транквилизаторов и ноотропов.       - Ты… ты знала об этом три месяца назад, и говоришь мне это только сейчас?! Аска, что, черт возьми, ты себе думаешь? - воскликнула Мисато.       - Потому что НЕРВ сотворил это с ней, Мисато! А ты сама - часть НЕРВ! - в ответ рявкнула Аска, хлопнув руками по столу, - потому что у меня есть ебучие проблемы с теми вышестоящими начальниками, которые пытаются накачать меня наркотиками, и выяснив то, что НЕРВ обколол дерьмом мою подругу, заставило меня немного волноваться о том, кому я могу доверять! Я даже всё рассказала только потому…потому что Синдзи доверяет тебе, а я доверяю ему, а ты по его мнению не донесёшь на нас этому мудиле Командующему. Как я могу быть уверена, что ты никогда не сделаешь что-то подобное, если это полностью одобряется руководством НЕРВ?!       - Я бы никогда! - начала было огрызаться Мисато, но остановилась, - Рицко... подожди, после Лилиила? Это было... Когда ты вернулась из её квартиры и пожаловалась на условия её проживания, пока я не перевезла её сюда. Почему ты не...Гррр... и Рицко тоже ни слова не сказала.       Мисато несколько раз сжала руки в кулаки и снова разжала их.       - Ладно, - Кацураги села за стол напротив Аски и махнула Кадзи, чтобы тот сел рядом с ней. Она надела на себя «маску» тактического офицера и встретилась взглядом с Аской, - начни с самого начала.       Аска изложила всё что знала. Куча препаратов, объяснение Рей, что НЕРВ требовал от неё ежедневный приём таблеток, их решение помочь Рей стать человечнее. Как только Аянами поняла и ощутила, что седативные препараты и транквилизаторы вредят ей, долгая борьба с симптомами отмены, чтобы помочь справиться с ними... и теперь доктор Акаги сама того не понимая вызывает у Рей в передозировку.       - Мы дали ей антагонистов, которых она украла из лаборатории доктора Акаги, через капельницу, так как вернулись домой из школы. Но последние несколько часов она бесконтрольно трясётся в припадках и бессвязно бормочет. Мы с Синдзи должны завтра позвонить в школу и сказать, что заболели. Мы не оставим её, и она сейчас не в состоянии даже встать с кровати.       Мисато молча смотрела на девушку.       - Чёрт тебя дери Риц..., - прошептала она, - какого чёрта ты затеваешь?       Лицо Кацураги помрачнело.       - Хорошо. Покажи,в каком она состоянии, - сказала Аске майор.       Немка встала, не сказав ни слова, и провела их через гостиную по коридору в свою комнату.       Она осторожно постучала, затем отперла дверь.       Синдзи поднял взгляд, держа Рей за руку. Его взгляд беспокойно скользнул по Кадзи и Мисато, прежде чем мальчуган взглянул на Аску. Сорью просто кивнула ему, а затем подошла к дальней стороне кровати, чтобы взять Рей за другую руку.       - Привет, Кадзи-сан. Добро пожаловать домой, Мисато-сан, - тихо поприветствовал их Синдзи и быстро оглянулся на Рей.       Мисато скривила губы, заметив капельницу, свисающую с подставки у кровати, а затем посмотрела на Первое Дитя.       Синеволосую периодически бил озноб, её взгляд метался, не сосредотачиваясь ни на чём.       Она бормотала что-то странное.       - … всегда течёт. Дурацкая маленькая лодка. Почему она там находится?       - Она просто часами несёт какую-то околесицу, - грустно сказал Синдзи, - и её трясет очень сильно, - мальчуган взглянул на Аску, - что решила Мисато?       Аска только кивнула в сторону Мисато.       - Пока ничего. Я просто сказала, что мы должны остаться с ней.       Майор просто наблюдала за Рей.       - Вы сказали, что она уже проходила детоксикацию два месяца назад?       Синдзи и Аска синхронно кивнули.       - Я не помню ничего подобного, - отметила опекун.       - Просто твоя «подруга» всадила ей чудовищную дозу этих веществ, - мрачно сказала Аска и протянула Мисато лист бумаги, - это то, что она написала для нас, прежде чем её начало трясти,и она стала нести непонятную ерунду.       Мисато взяла лист. Узнаваемый почерк Рей описал состав инъекции Рицко. Она протянула листок Кадзи.       Он прочитал его так же быстро.       - И поскольку Рей больше не принимала транквилизаторы, результатом была передозировка, мм? - Кадзи взглянул на список лекарств, которые Аска написала внизу, - Господи, Акаги... успокоительные, диссоциативные препараты... Как Рей вообще функционировала при всём этом? И почему? Это то, что выдают пациентам с серьёзными психотическими расстройствами... это не… для Первого Дитя.       - Рей ни капли не жестокая психопатка, - нахмурилась Аска, - вы сами видели, что она ничего не принимала в течение последних нескольких недель, и результатом стало то, что она была более живой и похожей на обычную девушку. Я не знаю, зачем они это делали, но больше не позволю им причинять боль моему другу. Ты должна позволить нам остаться с ней завтра, Мисато. Мы ей нужны.       - Тогда ты знаешь, почему я не могу позволить тебе остаться дома, Аска, - Мисато подняла руку, чтобы предупредить очевидный неминуемый взрыв возмущения, - Аска, ты, Рей и Синдзи - это три четверти всех пилотов Евангелионов, которые у нас есть. Вы думаете, что вы трое можете внезапно «заболеть» и не появится в школе и думать, что никто этого не заметит? Вы с Синдзи должны завтра пойти в школу.       - Но Мисато, мы...! - началась Лэнгли.       - Послушай меня, Аска! - резко прервала немку Кацураги, - ты хотела показать мне, что уже взрослая? Вместо этого ты сунула мне в нос всю эту ситуацию и попросила прикрыть ваши задницы... что, черт возьми, они делают с Рей? Так что всё решим вот так:я не знаю, почему Рицко это делает или Командующий Икари отдаёт такие приказы или попросту потворствует этому, но мы всё узнаем. Мы знаем, что НЕРВ проворачивает странные, темные дела. И если вы не хотите, чтобы нас раскрыли, мы не можем привлекать к себе внимания! - подчеркнула Мисато.       Аска выглядела так, будто ей было почти физически больно.       - Пожалуйста, Мисато! Рей нуждается в нас!       - Ей нужна серьезная медицинская помощь, Аска. Ни ты, ни Синдзи не являетесь докторами. Тем не менее, вы оба - пара пилотов которые всегда под колпаком, чье отсутствие в школе будет замечено. Я даже не уверена, что смогу удержать Рей вне школы без того, чтобы это вызвало подозрения в штаб-квартире НЕРВ, - глаза Мисато сузились, - говоря о медицинской помощи, почему я только сейчас слышу о том, что Рей заставляли принимать препараты. Почему ты не сказала мне об этом, когда жаловалась на ситуацию в её квартире?       - Я уже говорила тебе, это НЕРВ сделал это с ней. Ты - часть НЕРВ! Мы не были уверены, кому вообще можно доверять, Мисато, - сказала Аска сердито, - если Командующий Икари лично отдал такой приказ, то кому мы с Синдзи можем доверять?Я доверяю тебе только потому, что Синдзи доверяет, и я знала тебя и Кадзи раньше, - Аска опустила глаза на вспотевшую и дрожащую от озноба Первое Дитя, - мы не сказали вам или кому-либо еще потому что... во всем городе нет ни одного врача, который бы не работал на НЕРВ или не мог сдать нас. Я знаю, что ей нужен доктор, но... кто? Рей она... почти так же важна для меня, как Синдзи. Я... мы должны помочь ей, Мисато. Мы нужны ей так же, как мы с Синдзи нужны друг другу.       - Мы всё сделаем. Что-нибудь придумаем, - заверила немку Мисато, - но, черт возьми, Аска, Синдзи, вам не нужно было это утаивать!       Синдзи заговорил.       - Мисато-сан... нам трудно доверять тем, кто сейчас не пилот и... нашим матерям...       Мисато хотела покорить его ещё немного о том, что ей не говорят такие важные вещи о её детях, но должна была признать их правоту. Сейчас она доверяла НЕРВ не больше чем они.       - Ладно. Ну… твоё желание исполнится сегодня, Аска. Вы с Синдзи будете спать рядом друг с другом...       Аска и Синдзи выпрямились и моргнули.       - ...рядом с Рей. Мы перенесём её в гостиную, чтобы все могли наблюдать за ней всю ночь. Вы оба можете положить свои футоны рядом с ней, по обе стороны, - продолжил Мисато, - Аска, мы с тобой попробуем разузнать всё, что можем, об этих лекарствах и антагонистах к ним, пока Синдзи следит за ней. Мы выясним всё, что можем сделать прямо сейчас. Кадзи, ты думаешь, что сможешь найти доктора, который будет держать рот на замке, который поможет нам с этим? Может, просто анонимно проконсультирует?       Кадзи кивнул.       - Я могу найти доктора или двоих, которые будут держать язык за зубами. По крайней мере, мы сможем получить некоторые фактические медицинские данные о том, как бороться с передозировкой и как смягчить синдром отмены, - Рёдзи бросил взгляд на кухню, - не собираюсь звонить им со стационарного телефона, вернусь через полчаса, - сказал шпион и направился к двери.       Аска наблюдала, как он уходит.       - Прости меня, что прервала ваш вечер, Мисато. Полагаю, вы с Кадзи поговорили?       Мисато кивнула.       - Да, мы кое-что обсудили. Вам с Синдзи пока придётся вести себя «хорошо». Сейчас важно совсем другое.       Аска и Синдзи только кивнули.       - Всё в порядке, Мисато-сан. Рей... Мы не могли бы спать спокойно, зная, что она в таком состоянии. Она не должна сейчас быть одна, - медленно сказал Синдзи, глядя на синеволосую.       Рей, наконец, впала в беспокойный сон.       - Я спала так долго... мои дети повсюду... надо защищать их… - пробормотала Аянами.       Аска покачала головой.       - Она весь день твердит что-то бессмысленное. Что бы ни было в том шприце, которым её укололи, там была настоящая дрянь.       - Мы что-нибудь придумаем, Аска. В худшем случае, мы поставим её на ноги до завтра, высажу вас у школы, она может войти в класс и побыть там для вида, а я заберу её сразу после этого и верну сюда, - сказала Мисато, - таким образом в школе Рей не вызовет подозрений, что больна, и думаю, что могу прикрыть остальное от Второго отдела, - Мисато положила руку на плечо альбиноски, - Рей сильная. Она пережила и худшее. Верьте в неё. Она со всем справится.       Аска и Синдзи посмотрели на Рей.       - Надеюсь, Мисато-сан. Рей... мы заботимся о ней, - сказал Синдзи.                     Часть 5              Рыжеволосая девушка вяло ковырялась китайскими палочками в тщательно приготовленном бенто. Иногда она выбирала небольшой кусочек и как бы нехотя съедала его, но перекус протекал в гораздо медленнее, чем того заслуживала аппетитная и с любовью приготовленная еда.       Немка бросила на своего парня, сидящего рядом с ней, безмолвный взгляд полный тревоги и горечи - девушка поняла, что отсутствие аппетита и то, что она ест через силу, было заметно невооружённым взглядом. Такой же взгляд, полный любви, понимания и тревоги вернулся к ней - юноша даже не притронулся к собственному обеду. Легкий кивок говорил ей, что всё в порядке, и что отсутствие у красавицы аппетита не беспокоит юношу, так как он знает, почему Сорью чувствует себя не в своей тарелке.       Тодзи беспомощно смотрел на эту пару, переводя взгляд то на одного из своих лучших друзей, то на его «новую» девушку, настолько сильно недоумевая, что оказался не в состоянии закрыть рот: его челюсть была разинута, когда бравый спортсмен наблюдал, как пилоты общаются в полной тишине,не говоря вслух ни единого слова.        - То, что я сейчас наблюдаю - меня крайне беспокоит…       Брошенная Судзухарой фраза словно вырвала Икари из состояния транса и Синдзи, наконец, повернулся к своему другу.       - Э? Тодзи… ты что-то сказал?       Судзухара откинулся на спинку скамьи, опираясь на руки. Они трое выбрали угол школьной крыши для отдыха во время большой перемены.       - Я о вас двоих. Слишком странно наблюдать за тобой и Красной Дья... э-э, Сорью-сан, когда вы ведёте себя как... парочка. Хм… ну, я имею в виду, вы двое... хм... вроде... ну, что-то точно происходило между вами в последние несколько месяцев, но... я не мог это понять. Ты постоянно извинялся по мелочам, а Сорью…вела себя как разъярённая су... злилась очень сильно и бушевала, но все эти сцены были... привычными, понимаешь меня? Но это…, - махнул на них рукой Судзухара, - меня просто выбивает из колеи! Вы просто идеально смотритесь вместе... два сапога - пара и всё такое... ну… и... хм... Хикари сказала, что вы..., - побагровел мальчуган, - вы это... хм..., - паренёк почти зашептал, - как бы это сказать... спи… спите вместе?!       - Не на этой неделе, - недовольно буркнула Аска, - Мисато попросила нас «вести себя хорошо», пока она думает над тем, следует ли позволить нам и дальше заниматься такими вещами. И мы безропотно всё выполняем, чтобы показать, что мы вместе не просто потому, что в нас играют гормоны переходного возраста. Это весьма расстроило меня, Оболтус, не говоря уже о том, что я беспокоюсь за Рей, так что, не действуй мне на нервы. Если мы с Синдзи хотим вести себя в школе как парочка, мы будем так себя вести - никто не запретит.       - Ах... да, мы... спали вместе, Тодзи… но не... хм... не каждую ночь, - вставил своё слово Синдзи, залившись румянцем, - мы... спали в одной кровати. Потому что... мы больше не чувствовали себя одинокими, - пока Икари говорил его рука искала Аску, и их пальцы переплелись, - нам так было нужно. И это действительно именно то, чего мы жаждем, то, что Мисато обязана нам позволить.       Обеспокоенный взгляд скользнул по лицу Аски.       - Кстати, о Хикари... есть новости?       Тодзи покачал головой.       - Никаких. Она не позвонила прошлой ночью, никаких вестей с прошлой среды. НЕРВ не позволяют мне с ней увидеться. Эта доктор Акаги сказала, что мне нельзя её посетить, что она собирается проводить с Хикари какие-то «важные тесты» и моё присутствие может повлиять на результаты, - Судзухара выглядел очень обеспокоенным, - я... думаю, понимаю, о чём вы пытаетесь мне втолковать... Без неё я больше не чувствую себя в норме. Можете... вы поможете что-нибудь разузнать? Вы же пилоты Евангелионов. Я... майор Кацураги была здесь этим утром, забирала Аянами для чего-то! Может она...? - руки мальчугана заколотились, будто Тодзи охватил приступ лихорадки.       Синдзи и Аска переглянулись: Икари наблюдал, как лицо Сорью бледнеет, будто из неё утекает вся кровь, и почувствовал, как её рука внезапно сжала его ладонь гораздо крепче.       Он точно знал, какие ужасающие мысли кружатся у неё в голове.       «Важные тесты? Доктор Акаги не моргнув накачивала Рей транквилизаторами и антидепрессантами до состояния ступора каждый божий день многие годы. Что же… что же она собирается делать с Хикари?!»       - Мы попробуем... тест синхронизации в четверг, Тодзи. Она должна быть там. Я имею в виду доктора Акаги. Постараемся... выяснить всё что сможем. Поговорим и с Мисато-сан сегодня вечером, посмотрим, сможет ли она что-нибудь разузнать. Она и доктор Акаги - подруги... Я так думаю, - сказал Синдзи и снова посмотрел на Аску, уже не так уверенный в том, что только что сказал.       Мисато знала всё, что они разузнали, и явно не была в восторге от правды, которая внезапно вскрылась. Напротив, она ощущала горечь и боль от предательства, узнав, что её соседка по комнате времён колледжа вытворяла с Аянами Рей.       - Спасибо вам. Я не знал, кого ещё попросить, - искренне поблагодарил Судзухара и встал, отряхнув штаны спортивного костюма, - наблюдать за тем, как вы двое ковыряетесь в еде - вызывает у меня голод. Пойду, возьму что-нибудь перекусить в кафетерии. Скоро вернусь, - сказал Тодзи и направился к лестнице на другом конце крыши.       Аска вздрогнула, когда одноклассник окончательно скрылся из вида.       - Господи Иисусе, Синдзи-кун... что эта сука будет делать с Хикари? У неё даже не было угрызений совести, когда она годами травила Рей. Почему она держит Хикари в таком строгом карантине? Она была в порядке, когда мы увидели её сразу после битвы!       Синдзи печально покачал головой.       - Мы должны попросить Мисато-сан всё разузнать и чем скорее - тем лучше. Рей нехорошо выглядела этим утром, даже с лекарствами, которые принес Кадзи-сан.       Аска стиснула зубы и кивнула. Кадзи вернулся из своего позднего ночного вояжа с небольшим пакетом лекарств и примерной схемой лечения, полученной у какого-то врача, которого Рёдзи запугал, и они опробовали производное от наркана на Рей, что дало очевидный положительный результат. Но Аянами продолжало трясти и тошнить и утром тоже. Появление в классе Мисато было необходимо, хотя ни Синдзи, ни Аска не чувствовали особой радости, наблюдая за уходом Рей.       Синдзи грустно рассмеялся, заставив Аску взглянуть на него с любопытством.       - Просто мне немного смешно, Аска. Две недели назад, если бы ты спросила, что будет на следующий день после того, как мы объявим на публику, что мы - пара, я был бы уверен, что мы бы нашли помощь и поддержку у друзей. Но сейчас Рей физически плохо, Хикари в карантине в НЕРВ, Тодзи хандрит, как раньше, а Кенски... я даже не могу в это поверить, - Синдзи покачал головой, словно хотел отогнать от себя навязчивый сон.       Аска тоже покачала головой.       - Я действительно не могу в это поверить. Он не может пообедать с нами, потому что сейчас обедает с двумя девушками одновременно?! - Сорью посмотрела на спортивное поле внизу, где было несколько обеденных столов под группой деревьев с одной стороны. Пилоты могли без труда разглядеть каштановые волосы Айды Кенски, а рядом, по обе стороны от него, сидели девчонки, прижавшись к парню вплотную. Звуки звонкого девичьего смеха долетали до самой крыши.       - Нет, я до сих пор не могу в это поверить, - Аска снова покачала головой, - какой-то сюр. Хотя я ожидала, что Танака и другие гарпии будут сжигать меня глазами, когда мы откроемся. Я наслаждалась их реакцией.       Синдзи поморщился. Они с Аской сегодня утром гордо пришли в школу,держась за руки. Улыбка немки только расширилась, когда она увидела Танаку и несколько её прилипал, всё ещё свирепо смотрящих на пару. Синдзи, однако, было немного стыдно за свою вспышку накануне.       - Может быть, я должен извинить…       - Ни фига! Мы утром уже говорили об этом. Танака заслужила каждое слово... Не смотри на меня так, Синдзи. Я...       Его кобальтово-голубые глаза были неумолимы.       Сорью сдалась.       - Ладно! Возможно, ты был немного резок, и я звучала более высокомерно, чем хотела. Когда сказала, что она недостаточно хороша, потому что..., - Аска отвернулась, - потому что иногда даже я не чувствую, что достаточно хороша, чтобы заслужить тебя. Ты глупый, храбрый, заботливый, настоящий джентльмен, ты единственный дурачок, - немка оглянулась на него, снова встретившись с любимым глазами, - и если ты извинишься за совершенно точную правду, что будешь просто смотреть, как раздираю её лицо, то они лишь убедятся, что ты грёбаный джентльмен и продолжат наседать на тебя. Поверь мне.       - Я просто... думаю, мы звучали в стиле: «мы пилоты Евангелионов, мы лучше вас», это не то, чего мы так хотели, просто жаждали, ты и я, чтобы все были счастливы за нас с тобой, за то, что мы нашли, наконец, счастье и друг друга.       Аска снова покачала головой.       - Слишком многие из девчонок хотят тебя, из парней - меня, чтобы все были счастливы от того, что мы вместе. Мы - одни на миллиард особенных людей, Синдзи. От нас зависит судьба мира. Трудно не гордиться этим. Просто... будь осторожен, не заставляй их думать, что ты хоть в какой-то форме «свободен» или они никогда не отстанут.       - Не дождутся, - улыбнулся Синдзи, сжимая её руку, - как будто есть кто-то в мире, кто может так же идеально подходить мне, как ты.       - Даже Рей? Она красавица, экзотические волосы, пилот Евы, всегда будет рядом? - поддразнила любимого Сорью, но вдруг её ехидная улыбка исчезла, - она даже сказала, что любит тебя. Любит нас обоих.       Синдзи понял, что«в этой шутке была лишь доля шутки» перед тем, как улыбка Аска исчезла.       - Д-да... хм... я... не знаю, что сказать. Имею в виду... мы тоже её любим, просто...       - Не совсем так, как она это ощущает..., - закончила серьёзным тоном Аска, - да, я... мы... не думаю, что мы справимся... это касается нас троих. Даже если мы подумаем об этом, иногда...       Глаза Синдзи немного расширились, когда он услышала, как она бормотала.       «Сексапильная глупышка Рей…», - Аска откашлялась.       - Н-но... Рей всё ещё та, кого мы оба любим, - Аска уставилась на их соединённые руки, - ты и она, Синдзи-кун. С тех пор, как мама умерла, никто больше не проник в моё сердце. Даже Кадзи, хотя я когда-то думала, что он был тем, кого я так хотела. Только вы двое. Люди, которых я люблю и ради которых готова на всё. Я серьезна, когда говорю, что тебе нужно быть готовым не дать мне оторвать голову этой злобной белобрысой ведьме, когда мы её увидим.       Синдзи помолчал секунду.       - Ты такая же как я, - сказал, в конце концов, Икари.       Аска фыркнула.       - Ты думаешь, я буду против того, что мой любимый дурачок тоже хочет выбить всё дерьмо из поехавшей сучки, которая накачивала всяким дерьмом нашего друга? Ты всё ещё лучше сдерживаешь себя, чем я.       Синдзи покачал головой.       - Не тогда, когда дело касается тебя или Рей. Кого-то или что-то, что угрожает вам обеим... Я могу быть даже злее тебя. Надеюсь, моего отца не будет в четверг. Я не знаю, как отреагирую, когда в следующий раз увижу его лицо, узнав, что он так долго скрывал от меня правду о моей матери в Еве...       Аска глубоко вздохнула и медленно выпустила воздух из лёгких.       - Да... я... я надеюсь, что мы скоро будем сидеть в наших собственных Евах. Я так сильно хочу поговорить с мамой..., - Сорью поморщилась, - и мы до сих пор не смогли спросить Рей о её маме или сказать, что она может быть в ядре Евы-00.       - Я думаю, мы должны подождать, пока она снова не очистится от препаратов. Она была ещё... не в слишком хорошем состоянии и просто болтала странные вещи этим утром, - сказал Синдзи, - я хочу сказать ей, как только мы сможем, но... возможно, придется подождать окончания теста синхронизации.       Аска выглядела несчастной, но кивнула.       - Да, мы... мы хотим, чтобы она с этим справилась. Взвалив на неё такой груз прямо перед тестом синхронизации, если она всё ещё будет нестабильна… может быть... заставит её окончательно расколоться. Если мудак Командующий или доктор Сука выяснят, что Рей освободилась от дурмана транквилизаторов... это, вероятно, не будет оставлено без последствий. И я не хочу подвергать ей такому риску. Даже представить страшно... что они творили, превращая того,кого я люблю... в послушного робота, податливую куклу..., - Аска снова задрожала, на этот раз ещё сильнее.       Синдзи обнял немку, а она в ответ крепко обняла его.       - Я не позволю этому случиться. Вы обе слишком важны для меня. Я... не могу терпеть, когда вам больно или плохо...       - Я тоже, - пообещала Аска,крепко прижав любимого к себе, - Божечки, надеюсь, Рей поправится, когда мы вернемся домой. Я хочу поговорить со своей подругой, не волнуясь, будет ли с ней всё хорошо.              - Рей, тебе хоть чуточку лучше? - спросила майор НЕРВ и получила в ответ вялый кивок, а затем синеволосая продолжила рыгать, будто пытаясь вытошнить из себя свои собственные внутренности. В конце концов, девушка выпрямилась и вытерла рот мочалкой.       - Н-несмотря на мой в-вид, м-м-майор Кацу-р-раги, ч-ч-чувствую се-себя лучше, чем в-вчера, - пробормотала Рей, продолжая беспорядочно расхаживать по кухне, - не… не могу усидеть на месте! - выпалила Аянами и вытерла холодный пот, выступивший на лбу.       Мисато кивнула.       Препараты, которые снимали симптомы передозировки транквилизаторами, накопленные Рей, плюс те, которые Кадзи добыл при помощи шантажа, сняли добрую половину негативных последствий передозировки, хотя транквилизаторы всё ещё находились в теле синеволосой. Её состояние всё ещё вызывало опасения - передозировка наряду с вновь приобретённым синдромом отмены приносила чудовищные мучения. Рей провела большую часть дня после того как Мисато привезла её из школы либо обнимая раковину и выблёвывая всё, что только могло быть в желудке, либо дрожала в лихорадке, хаотично передвигаясь по квартире, не в силах справится с переизбытком нервных импульсов и реакций.       Лицо Рей из бледно-белого снова стало зеленоватым, но девушка просто попила воды, сильно потея.       Мисато сжала губы.       - Как долго Рицко заставляла тебя принимать эти лекарства, Рей?       Аянами покачала головой.       - Я не могу вспомнить, когда это началось. Па.. па… память нечёткая. Всё расплывается. Намного раньше… чем вы встретили Си… Си… Синдзи… или чем А… Аска приехала в Я.. Японию. По крайней мере… больше года? Нет… намного раньше, чем вы пришли на работу в НЕРВ… Эти дни... они все… все были… абсолютно… одинаковые. Я ничего не хотела… ничего не чувствовала… не жила… просто... существовала.       Мисато стиснула зубы.       Больше года? Возможно дольше? Из той крупицы информации, что содержали в себе записи об Аянами Рей, она была под «опекой» Рицко и Командующего Икари в Токио-3 с тех пор, как Мисато заняла должность тактического офицера НЕРВ. По крайней мере,несколько лет. Годы наркотического ступора день за днём, неделю за неделей, год за годом…она была настолько обколота, что даже не обращала внимания на время или пространство, которые будто текли вокруг неё.       Мисато подавила дрожь.       Она и Акаги точно поговорят об этом, в самое ближайшее время.       - Рей, доктор Акаги когда-нибудь говорила, зачем она это делает? - спросила Мисато,замахав списком, который написала Аска, - это набор препаратов, который обычно прописывают особо буйным сумасшедшим, социопатам и жестокими маньякам. Не пилотам Евангелионов. Я… Господи Иисусе. Диссоциативы, транквилизаторы, препараты обеспечивающие эмоциональное и гормональное подавление, другая подобная хрень... я даже представить не могу зачем она заставила тебя принимать большую часть этих препаратов!       - Она…она сказала, что Командующий Ик… Ика… Икари при-к-ка-зал…, - через силу выдавила Рей, пока её обычно бледное лицо медленно зеленело.       Мисато почувствовала, что от волнения у неё свело желудок.       «Что за херь Командующий Икари задумал, если это требует постоянно держать одного из пилотов на транквилизаторах и антидепрессантах? Рей не сумасшедшая, несмотря на наркотический бред. Зачем он отдал этот приказ? И почему Риц согласилась с этим? Я знаю, что если бы Командующий сказал ей: «Ты теперь – лягушка», она бы с радостью запрыгала или попробовала пару раз квакнуть, но это... Аггррррх», - Кацураги буквально кипела от негодования, пытаясь представить себе любое вменяемое оправдание для того, чтобы так накачивать Аянами Рей препаратами, но ничего не лезло в голову.       Зато раз за разом на ум приходили воспоминания о том, как Рицко бессердечно рассматривает спасение Аски не в качестве высшего приоритета во время брифинга перед битвой с Лилиилом. Могла ли её самая давняя подруга действительно безропотно следовать за Командующим Икари, каким бы безумным или аморальным не был избранный им план? Могла ли она...       «Нет, не могла», - с сожалением покачала головой Кацураги, которая уже осознала, что больше не сможет доверять своей закадычной подруге, соседке по комнате времён их молодости в колледже. Теперь вопрос был в том, насколько далеко Рицко зашла в своём падении, и что она делала в Конечной Догме? То, что она и Кадзи раскопали, становилось всё более запутанным и тёмным.       - Болит... голова жутко… болит… чувствую себя так… будто тысячи разъярённых пчёл роятся там и жалят, и жалят… кусают и жалят…, - сказала Рей голосом, полным боли и страдания, - всё болит... В первый раз это было не так уж и трудно! - сказала девушка, забредя в гостиную и рухнув на диван.       - Первый раз... Рей... ты уже делала это раньше, полагаясь на помощь Синдзи и Аски? - спросила Мисато, последовав за ней в комнату.       Кацураги села на пол и обеспокоенно посмотрела на синеволосую.       Рей слабо кивнула, прижимая руку к глазам.       - Прошло два месяца.       - Почему ты... или они ничего не сказали?!       - Мне… мне даже не пришло это в голову. Очень сложно… чудовищно сложно было принять саму мысль… ослушаться… Командующего Икари. Не знали,… кому можно доверять. Я до-доверилась им. И... Синдзи и Аска… заботятся обо мне. Всем… всем остальным… всегда было всё равно… до лампочки… параллельно, - почти бессвязно пробормотала Аянами.       «Я сама про себя сейчас не могу сказать, что всецело доверяю НЕРВ», - беззвучно призналась себе Мисато.       - Всё равно... это было очень опасно… Рей…даже без врача.       -Я не доверяю доктору Ак-ка.. каги,-сказала Рей, демонстрируя едва заметную вспышку гнева, - а она - единственный врач, которого я знаю.       Кацураги нахмурилась.       - Хранить что-то подобное в секрете нехорошо, Рей. Вы... ммм. По крайней мере, я бы хотела, чтобы ты вначале пришла ко мне. И два месяца назад... это сразу после того как Синдзи и Аска... начали спать вместе, не так ли? - спросила Мисато и внимательно посмотрела на Первое Дитя, ища подтверждения своей догадке.       Рей молча кивнула.       - Так ты всё знала? Почему держала язык за зубами? Это эта взбалмошная парочка просила тебя не говорить мне?       Рей снова кивнула.       - Они боялись, что ты попытаешься... остановить их. Раз… разделить их. Они так бо… боя… боялись этого, больше чем... даже ангелов. Аска и Синдзи нужны друг другу. И я хра… храню секреты моих друзей. Разве это не то, что нужно делать для тех, кого любишь?       Глаза Мисато расширились.       - Ты... любишь их?       Бледные щеки Рей залились румянцем.       - Д-да. Их… обоих по отдельности и как… пару. Им... не всё равно, что со мной. И они оба... их связь так прекрасна. Как мост созда… сделанный из огня и света...       Несмотря на сбивчивую речь, голос Рей был мягким и теплым. Она повернула голову, чтобы посмотреть на Мисато.       - Я ска-сказала им это после последнего б-боя. Призналась им, и они не отвергли меня. Я сражаюсь, чтобы защитить их. Для меня это часть долга перед чело… человечеством. К тому же они…защищать Аску и Синдзи... гораздо более веская причина, чем... та, которая у меня была р-ранее.       Мисато задумалась.       - Рей, это... очень мило. Поэтому ты мне ничего не сказала, да? Чтобы защитить их от... - Кацураги кисло поморщилась, - от того, чтобы оградить их от меня? От моих попыток разлучить их? Рей, это просто замечательно, что вы все так хорошо ладите, но ты и эта ситуация с препаратами, и то, что Синдзи и Аска спят вместе - это важные вещи, о которых я должна знать как твой непосредственный командир. Такие вещи могут серьезно повлиять на нашу борьбу с Ангелами.       Рей нервно пожал плечами.       - Я... никто никогда не заботился обо мне так, как они. Я для них не вещь… не пустое место. Аска и Синдзи попросили меня помочь защитить их связь, - синеволосая посмотрела на Мисато затуманенными глазами, - мы все храним секреты. Секреты и тайны тех, кого любим. Ты же тоже хранишь секреты Кадзи-сана из-за своей любви к нему, не так ли?       Мисато побледнела и почти нервно огляделась.       - Мы ничего не…! Я имею в виду... Хм... Чёрт возьми, Рей! Мы с ним вместе... это личное. Мы... у нас всё сложно, понимаешь?       - Н-но ты бы хра-хранила его секреты и защищала его ради вашей связи, ве-вер-верно?       Мисато скривилась, но кивнула, понимая, что к чему.       - Да, я буду... но мы с ним встречаемся... Рей, ты... ах. Влюблённые пары - это совсем не то, о чём ты думаешь…. любовь... - в общем - это очень сложная штука.       - Я…зн-зна-знаю. Я хочу узнать б-больше, - пробормотала Рей, - хочу чтобы у м-меня…была такая же крепкая связь, как у них. Я знаю, что для меня нет места в их паре, хотя я была бы счастлива быть частью их. Но поскольку я обнаружила, что могу любить их, и они любят меня в свою очередь, я надеюсь, что однажды смогу найти того, кто будет любить меня так же, как и я. Как и в случае с тобой и К-К-Кадзи-саном.       - Мы... ещё не совсем... до конца всё решили…, Рей, - сказала Мисато.       Рей вяло покачала головой.       - Н-нет. Я уже могу её видеть. Эту связь. Н-н-не такая сильная, как у Синдзи с Аской, но она есть. Она растет. Разгорается…       «Передозировка заставляет Рей думать, что она теперь видит ауры?» - скептически фыркнула про себя Мисато и встала, взглянув на часы, - «15:20, Синдзи и Аска должны быть дома».       Майор вернулась на кухню, чтобы взять себе пива и стакан воды для Рей.       «Я так рада, что у меня достаточно бумажной работы, чтобы сегодня работать на дому. Рей действительно нуждалась в отдыхе от школы и уходе. Плюс это значит, что мне не придется ждать до обеда, чтобы выпить пива», - подумала Кацураги, протянув синеволосой стакан.       Аянами кивнула и взяла стакан. Мисато снова опустилась на пол рядом с альбиноской, открыла баночку пива и сделала глоток, пока обдумывала следующий вопрос, который хотела задать.       - Рей... Синдзи и Аска... ах... пришли к выводу о природе их Ев... Думаю, я с этим согласна…это... вполне вероятно, что это влияет и на тебя. Они хотели спросить тебя сами, но... - Мисато умолкла и закусила губу, - Рей, ты помнишь своё прошлое?       «Свою мать?» - не решилась спросить вслух Кацураги.       Рей прищурилась.       - Нет. Как я уже сказала, всё, что было даже довольно короткое время назад, кажется размытым и нечётким. Мое п-п-прошлое такое... странное - вечно одинаковый цикл повторяющихся событий… до начала нападения Ангелов. Я знала только К-Командующего Ик-ик-ари, доктора Ак-к-каги. Всё, ч-чем я жила был Н-НЕРВ. Почему?        - Рей, ты знаешь, откуда ты родом? - задала уточняющий вопрос Кацураги.        - Токио-3.       Мисато вздохнула.       «Это совсем не проливает свет на твоё прошлое и не позволяет узнать ничего о твоей матери или семье, Рей. Но Синдзи и Аска решили всё тебе рассказать. Но учитывая, что ты единственная в своём классе, у кого вообще нет семьи, которую я могла бы найти, интересно,остался ли у тебя вообще кто-нибудь», - подумала Мисато, услышав звук открывающейся двери.       - Рей! Мисато! Мы вернулись! - выкрикнула с порога Аска.       Быстрые шаги возвестили их прибытие, Синдзи почти бегом ворвался в гостиную, чтобы увидеть их.       - Ты хорошо себя чувствуешь? Ты в порядке? - спросила Аска, когда они с Синдзи оказались возле дивана.       Лицо Рей осветилось усталой, дрожащей улыбкой, когда она села и потянулась руками к друзьям. Мисато не могла скрыть улыбку, наблюдая, как двое её подопечных почти раздавили Рей в крепком двойном объятии. Рей млела в их руках в течение долгого времени, прежде чем отпрянуть.       - Я в по-поряд-порядке, - сказала она, дрожа немного меньше, чем за последние несколько часов, - теперь, когда вы оба дома, мне лучше.       - Могу я приготовить тебе перекус, Рей? Я имею в виду... ты уже можешь есть? Тебя всё ещё тошнит? - спросил Синдзи, его рука всё ещё находилась на плече синеволосой, - в любом случае, ты должна попытаться съесть хоть что-нибудь.        - Может, рисовые шарики? - спросила Аянами.       Синдзи кивнул, затем быстро обменялся взглядом с Аской. Рыжая кивнула в ответ, её рука все еще была на другом плече Рей. Не говоря больше ни слова, Синдзи наклонился, чтобы забрать школьную сумку Аски и свой собственный портфель. Икари направился в кухню, и через мгновение Мисато услышал стук шкафов и плиты.       - Все в порядке, Рей, все будет хорошо. Мы с Синдзи будем рядом с тобой всю ночь. Мы все спим вместе, как прошлой ночью, - тихо пообещала Аска.       - Вы… вы… не должны…, - очень нерешительно запротестовала Рей, - я знаю, как важны для вас ночи… проведённые вместе. Вы не обязаны…       - Всё в порядке, Рей. Мы тоже заботимся о тебе, и… - Аска бросила взгляд на Мисато, - Синдзи и я... хотим показать Мисато, что мы не просто… нетерпеливые подростки…. эти дни будем только вместе, пока Мисато... не придёт к решению, можем ли мы продолжать… или нет.       Рей выглядела немного шокированной и, продолжая дрожать, озадаченно спросила.       - Мисато-сан, почему вы ограничиваете их? Вместе они намного сильнее и счастливее. Как т-то, что в-вы разделяете их вообще м-может п-помочь?       Мисато пыталась скрыть исказившую лицо гримасу.       - Всё это сложно, Рей. Они очень молоды для таких отношений, а подростки, секс и бои с Ангелами, которые постоянно сопряжены с психическим и физическим напряжением - взрывоопасная комбинация. Я попросила их поостыть, пока всё не обдумаю.       - Обдумаю…., - буркнула себе под нос Аска и снова пристально посмотрела в глаза Кацураги, - с нами всё будет хорошо, Мисато. Но это не уменьшает нашего стресса. Он нужен мне и он нуждается во мне. И ты должна знать, как много я имею в виду, если могу признать это вслух, - выражение лица рыжеволосой прояснилось, - эй, теперь, когда ты поговорила с Кадзи и всё обдумала... что ты решила?       - Вы пожалеете, если будете подгонять меня и вымогать ответа, то с большой вероятностью получите «нет», Аска, - подняла бровь Мисато.       - Рей вкратце пересказала наши доводы. Мы с ним счастливее, сильнее и менее напряжены, когда можем сказать друг другу спокойной ночи и засыпать в объятьях любимого человека, - возразила Аска, - ты же не глупая, Мисато. Хорошо нас знаешь. Ты же знаешь, что мы вместе не просто из-за внезапной вспышки гормонов и сексуальных прихотей. Дело во всем остальном.       Мисато только смерила девчонку скептическим взглядом.       Аска наклонила голову.       - Хорошо-хорошо! Это нам тоже очень нравится… у Синдзи удивительные руки... он настоящий музыкант… блин, ну ты знаешь, что я имею в виду. Дело в том, чтобы быть в кровати с тем, кого по-настоящему любишь, а не просто потрахаться.       - Сегодня сосредоточься на заботе о Рей, Аска. Возможно, завтра вечером тоже. Я сообщу тебе о своем решении, когда приму его. На данный момент состояние Рей - наш важнейший приоритет, хорошо?       Аска выглядела несчастной, но кивнула.       Немка снова обняла Рей.       - Ладно. Рей для меня тоже очень много значит, - Сорью обнадёживающе посмотрела на альбиноску, - к тесту синхронизации в четверг ты успеешь поправиться, Рей? Ты до сих пор вся дрожишь.       Аянами кивнула.       - Д-да. Несколько часов пребывания в LCL имеют преимущества. Это очистит мои системы от последствий передозировки транквилизаторами. И синхронизация с Евой будет... помогать.       - Ева 00 будет готова, Рей, - кивнула Мисато, - она первой была полностью восстановлена. А вы, Синдзи и Аска, будете пытаться синхронизироваться с Евой 03, по крайней мере, ещё неделю.       - А когда мы с Синдзи сможем... сидеть в наших собственных Евах? - почти завыла от негодования и томительного ожидания немка, - но... не можем ли мы... есть ли способ ускорить процесс, Мисато?       Майор печально покачала головой. Она знала, о чём на самом деле спрашивала Аска.       - Мне очень жаль, Аска. Ева 01 и Ева 02 понесли слишком большие потери. Рабочие и инженеры приводят их в порядок так быстро, как только могут, но всё равно как минимум ещё неделю вам придётся потерпеть. Мне жаль.       - Черт побери, - буквально прорычала Аска, - и нам придется столкнуться лицом к лицу, по крайней мере, с этой белобрысой сукой доктором Акаги в четверг,а, возможно, и с мудилой Командующим. Очень надеюсь, что на этой неделе произойдет что-то хорошее. Это дерьмо вообще ни в какие ворота не лезет!       - Следи за языком, Аска. Я могу понять твоё негодование и отношение к Риц, но ты должна быть в состоянии сдерживаться, когда встретимся с ней. Последнее, что нам сейчас нужно, это чтобы моя старая подруга задалась вопросом, что тебя так расстроило.       - Она пыталась превратить Рей в куклу, Мисато! Мою подругу! Кто-то... справедливо... держи её как можно дальше от меня. Иначе я могу сделать что-то жестокое с этой ведьмой.        - От меня тоже, Мисато-Сан, - внезапно сказал своё слово Икари Синдзи.       Мисато удивленно моргнула, услышав из-за спины тихий голос пилота Евы 01. Она повернулась и своими глазами увидела жестокий, холодный, беспощадный взгляд Третьего Дитя.       - Мой отец, может, и приказал, но доктор Акаги сделала это с ней. И Рей значит для меня почти столько же, сколько и Аска. Я не позволю ей снова навредить Рей.       - Вы оба должны сохранять спокойствие рядом с ней, что бы вы ни чувствовали. Вы могли бы рискнуть, но Рей пострадает ещё хуже, если вы что-то задумаете, - предупредил их Мисато, - если ты заботишься о Рей, то будешь сохранять хладнокровие.       Аска и Синдзи на секунду посмотрели на Рей.       - Тогда мы это сделаем. Ради нас Рей все поставила на карту. Мы можем сделать не меньше для неё. Она одна из нас, - решительно сказала Аска, - можем разбивать ангелов - сможем справиться и с обычными монстрами в человеческом обличии.              «Ты думала, здесь будет немного прохладнее, так как мы на самом деле не на поверхности», - проворчала про себя Мисато, - «но нет, здесь, по крайней мере, так же чудовищно жарко, как и на поверхности. Слава нашей высокоэффективной системе из зеркал и искусственного освещения».       Кацураги вытерла пот со лба и повернулась, чтобы посмотреть через плечо.       - Я оставила кое-что в хижине, когда была здесь прошлый раз. Вы трое приступайте к прополке, а я сейчас вернусь. Потом сможем начать собирать урожай.       Синдзи кивнул, а Аска посмотрела на аккуратно ухоженный участок с арбузами хмурым, тревожным взглядом. Рей, стоящая рядом, смотрела на лиственные лозы и зелёные арбузы гораздо отрешённее, чем обычно, но цвет её лица заметно улучшился и синеволосая лучше следила за своей координацией, чем в последние несколько дней. Скудные порывы ветра внутри Геофронта обдували её кожу, заставляли подол сарафана слегка трепыхаться.       Мисато убедилась, что надежно закрыла дверь, прежде чем упала на колени и заглянула под каркас кровати.       - Где же оно… должно быть… ага!       Под кроватью её пальцы нащупали шёлковые трусики с кружевной отделкой, женщина быстро сунула их в карман синих шорт в белую полоску.       «Для Кадзи было бы немного неловко возвращать их мне лично... Хотя, он бы смущался ещё сильнее всего месяц назад!» - улыбнулась себе майор и присела на несколько минут, прежде чем отправиться обратно, - «не хочу, чтобы всем стало слишком очевидно, чего мне не хватало...»       Все пилоты Евангелионов сидели, опустив головы, уткнувшись в ряды арбузов, быстро пропалывая грядку и очищая делянку от сорняков. Мисато ухмыльнулась, отметив про себя, что Синдзи и Аска двигаются абсолютно синхронно, бок о бок в двух рядах. Рей оставалась рядом, но двигалась независимо, намного медленнее.       В три пары рук прополка и полив не заняли много времени. Мисато встала, выгнула слегка затёкшую спину и вытерла пот, который ей всё ещё страшно мешал. В Геофронте было по-летнему жарко, как всегда. Несмотря на ноябрь майор была одета в шорты, топ на бретельках и соломенную шляпу, которую выбрала специально для этого рандеву, как только увидела сарафан, в который Аска одела Рей, спортивный топ и свободную синюю короткую юбку, которые немка выбрала для себя.       Кацураги тоже немного устала, хотя это было скорее из-за недостатка сна.       «Кадзи, я балдею от того, что ты вернулся в мою жизнь, и мне чертовски нравится, что ты снова в моей постели, но, черт возьми, сон - это не просто хорошая идея. Ладно, ладно, не похоже, что он был единственным, кто горел желанием прошлой ночью. Сестрёнка, если он и дальше собирается продолжать играть с моими «дыньками» так много и страстно, я рано или поздно заставлю его поплатиться за это!» - устало ухмыльнулась Мисато, на секунду увидев мысленный образ Кадзи с парой больших зеленых арбузов. Это был не их старый и проверенный ночной марафон, пара просто лежала, обнявшись, и разговаривали полночи напролёт. Ей всё равно понравилось.       - Зелёный... - позади майора внезапно раздался мягкий голос Аянами Рей.       - Э? - Мисато повернулась на звук, - что случилось, Рей?       Первое Дитя медленно подняла голову, пристально глядя на большой арбуз в руках.       - Этот арбуз... очень зелёный. Зелёный.       - Все еще чувствуешь себя не в своей тарелке? Однако тебе лучше, - отметила Мисато.       - Она всё ещё немного не в себе, Мисато, - Аска встала с особенно вкусной дыней в руках, - вчера вечером она разбудила меня, размахивая руками и жалуясь на то, что её ударили в грудь.       Рыжеволосая взяла арбуз, который выбрала, отложила в сторону и начала разрезать на аккуратные кусочки.       Положив сладкое трио сочных ломтиков на небольшой поднос, немка повернулась к своему парню.       - Эй, Синдзи, разве это не выглядит восхитительно?! - Сорью подняла один и сделала несколько сочных укусов, - мммм! Вкуснятина!       Синдзи поднял глаза и вытер собственный потный лоб.       - Да, Аска. А можно мне один?       - Нет! - выпалила рыжая, с ухмылкой на лице.       Синдзи моргнул, встревожено вылупившись на немку.       - Аска?!       - Нет, ничего не получишь, если не сможешь поймать меня, дурачок! - вскрикнула девчонка и метнулась наутёк.       Немка бежала, несколько раз останавливаясь, чтобы оглянуться назад, её юбка развевалась, когда она вращалась.       - Догони меня, если сможешь, глупышка Синдзи!       Синдзи, который до этого почти ничего не понимая, смотрел на красавицу с недоумением,озарился лучезарной улыбкой и рванул за ней. Аска появилась из маленькой хижиной и заголосила.       - Аяяяяй! Мисато! Синдзи хочет забрать мои сладкие арбузики! - засмеялась девчонка, когда обернулась и побежала назад.       Мисато бросила на неё игривый взгляд.       - Аска, а разве ты не должна выглядеть достаточно взрослой и вести себя соответствующе, чтобы спать вместе?       - Эй, это я ещё промолчала и не озвучила шутку о том, «он хочет, чтобы мои сладкие соки были на его лице!» - Аска отскочила назад, всё ещё улыбаясь, - кстати, милые трусики! Торчат прямиком из кармана. Фиолетовое кружево тебе идет!       Мисато провела рукой по бедру - её пальцы обнаружили, что да, действительно, её движения привели к тому, что трусики, которые она благополучно нашла, теперь торчали из кармана на всеобщее обозрение. Кацураги быстро запихнула бельё обратно в карман.       - Нет ничего... просто прекрати, Аска.       - Мне же тоже нужно как-нибудь повеселиться, Мисато. Как ты, видимо, - задорно выпалила Аска и начала радостно визжать, когда Синдзи схватил её рукой и развернул разгорячённую девчонку, - о нет! Меня из-за тебя поймали!       - Теперь все сладкие арбузики только мои! - триумфально вскрикнул Синдзи, схватив кусок с подноса, который Аска всё еще прижимала к груди, - победа!       Мисато покачала головой. Они оба улыбались, смеялись и наслаждались жизнью:разница была видна невооружённым взглядом, насколько сильно изменились отношения этой не самой обычной пары с подготовки совместной синхронизации против Израфиила. Образно говоря: это было как день и ночь - раньше немка смотрела на парня сердитым, напряженным взглядом, а Икари был замкнут и отстранён.       «Чёрт меня возьми, они действительно выглядят счастливыми. И я даже не могу сказать им «просто подождать», не тогда, когда мне приходится отправлять их на бой каждый раз, когда появляется Ангел. Но что случится, если один из них попадёт под тяжёлый удар? Боже... они настолько слиты воедино, что потеря одного уничтожит другого. Бог свидетель, если я каким-то образом потеряю Кадзи, то буду полностью уничтожена. Но нет никаких причин, чтобы держать их отдельно друг от друга, так как они всё равно должны идти в бой вместе, что ж делать-то?!» - Кацураги потерла лоб, - «почему бы вам двоим просто не повзрослеть за ночь на пару лет, тогда мне не придется беспокоиться о том, что вы слишком юны для интимных отношений?!»       Аска сунула кусочек арбуза в рот и использовала его, чтобы заманить Синдзи для страстного поцелуя.       Мисато посмотрела на Рей. Синеволосая смотрела, как её друзья целуются и обнимаются, все ещё с пустым выражением, но неподвижным, сосредоточенном на Икари и Сорью взглядом.       Мисато почувствовала, что и сама в ответ начинает улыбаться, когда увидела, что губы альбиноски, наконец, начинают складываться в слабой, нерешительной улыбке при виде ласк её верных друзей.       - Ты думаешь, я должна позволить им спать вместе, не так ли, Рей?       Рей медленно повернула голову, чтобы встретиться с майором взглядом.       - Да. Это делает их счастливыми. Я хочу, чтобы они были счастливы. Они..., - Рей поёжилась, словно ища подходящие слова, - Синдзи и Аска любят друг друга. А я - обожаю их. Поэтому и хочу защитить их любовь. Для меня важно, чтобы они были счастливы, - пилот Евы 00 выглядела так, словно хотела сказать больше, но не могла найти слов.       Мисато вздохнула, снова бросив взгляд на счастливую молодую пару.       - Да, мне самой хотелось бы, чтобы все было так просто, Рей. Я что-нибудь придумаю. Сегодня они спят рядом с тобой, и я рада, что это хорошо влияет на процесс твоего выздоровления       Рей кивнула немного оживленнее.       - Это правда. Их присутствие... успокаивает.       - Ты будешь себя хорошо чувствовать на завтрашнем тесте синхронизации?       Рей заколебалась.       - Я... думаю да. Доктор Акаги и Командующий... заподозрят неладное, если нет. Мы не можем этого допустить. Если вскроется их роль в том, что я больше не принимаю препараты... Это поставит под угрозу жизни и любовь моих друзей. Это неприемлемо.       Мисато закинула ещё пару арбузов в мешок, чтобы потом отнести их в квартиру.       - Надеюсь, ты права насчет своего самочувствия, Рей. Если тебе вдруг станет нехорошо, ты должна сказать мне об этом до начала теста, чтобы я смогла попробовать провернуть что-нибудь, чтобы Риц ничего не заметила.       - Со мной всё будет хорошо, майор Кацураги, - сказала Аянами, девушка выглядела более сосредоточенной и решительной, чем всю неделю, - я не должна их подвести. Всё будет в порядке.       Мисато взвалила мешок на плечо.       - Хорошо, - ответила Кацураги, и оглянулась на других пилотов, которые всё еще хихикали и обменивались кусочками арбуза, иногда даже играясь с ними, - прекратите, вы двое, пора возвращаться домой.       Аска неохотно отвлеклась от кормления Синдзи последним кусочком арбуза.       - Эй, но я же выигрывала!        - Как и я, - добавил Синдзи.       Мисато закатила глаза.       - Да, да, вы двое такая милая влюблённая парочка. А теперь берите другие сумки и поехали. Я хочу арбузный дайкири и кондиционер, причём немедленно!              Мисато вновь посмотрела в зеркало заднего вида, глядя на троих детей, втиснутых на заднее сиденье её Рено. Рей была плотно сжата посередине между Синдзи, который сидел слева и Аской справа, но все три пилота решительно отказались от того, чтобы один из них переместился на пассажирское сиденье спереди.       - Ты уверена, что готова к тесту синхронизации, Рей?       Аянами кивнула.       - Я могу сохранять самообладание на протяжении всего теста, при условии, что не останусь наедине с доктором Акаги. И могу скрыть приступы тремора, пока мы не войдем в контактные капсулы. Как только мы будем внутри, ЛСЛ должно помочь мне с ускоренным восстановлением организма.       Аска сжала руку альбиноски.       - Не беспокойся. Мы с Синдзи не позволим этой сучке и дальше тебя третировать.       Синдзи кивнул и сжал другую руку Рей.       Мисато тоже кивнула, снова сосредоточившись на дороге.       «У меня и Риц тоже должен будет состояться небольшой разговор по душам, если я смогу найти способ при этом не вмазать ей со всей силы и не выболтать, что мы выяснили, где находятся матери пилотов Евангелионов...»       Кацураги переключилась на 4-ю передачу и поддала оборотов.       Туннель вверх, что шёл из Геофронта, поглотил их.              - Голова Евы 00 была полностью восстановлена, все тесты резервной системы прошли с хорошими показателями, но это первый старт с живым пилотом с тех пор, как Юнит был отремонтирован, поэтому нам нужно, чтобы ты поработала над длинным списком того, что нужно протестировать, Рей. Это также означает, что нам нужно, чтобы ты погрузилась в капсуле в Евангелион напрямую, а не просто через систему виртуальной синхронизации посредством удалённого канала, - Рицко пыталась игнорировать тупую боль в черепе, которая, казалось, вот-вот пробьётся через повязку. Головной боли, которая отдавала пульсацией в руке учёной и стреляла в ухе, не помогали странные взгляды, которые она получала.       Недовольный взгляд Мисато она могла понять, учитывая их последний разговор. Рицко снова сделала для себя мысленную пометку, чтобы поймать Мисато после теста и извиниться. Но холодный, слишком похожий на отца враждебный взгляд Синдзи сбивал с толку. Убийственный взгляд Аски был ещё более странным. Пустой, тусклый взгляд Первого Дитя был единственным, что не вызывало опасений - во всяком случае, этот взгляд Акаги был до боли знаком.       Глава Проекта Е слегка покачала головой и ждала ответа Рей. Синеволосая молча кивнула.       Акаги повернулась к другим детям.       - Аска, Синдзи, это также касается вас обоих. Евы 01 и 02 всё ещё ремонтируют, так что по приказу Командующего сегодня вы будете проходить синхротесты Евангелионе 03. Нам нужно, чтобы вы оба были непосредственно в капсуле, чтобы получить максимальную синхронизацию. Мы попробуем вас по отдельности после того, как сделаем тест на двойную синхронизацию, чтобы увидеть, может ли кто-то из вас достичь порога активации самостоятельно.       - Как скоро мы сможем вернуться в свои Евы? - вдруг спросила Аска, - я хочу обратно в свою Еву. В другом Евангелионе я как-то странно себя чувствую.       Её голос и выражение пытались вызвать раздражение, но Рицко услышала в её словах странную натужную интонацию.       - Пройдёт, по крайней мере, ещё неделя, прежде чем они будут достаточно отремонтированы для того, чтобы запустить с ними синхротест, Аска, - сказала Рицко, качая головой, - мы всё ещё восстанавливаем конечности Евы 02, а первая сейчас имеет больше поломанных, чем целых частей. Если бы вы двое попытались синхронизироваться с ними, я была бы очень удивлена, если бы вы смогли выдержать боль. На данный момент вы оба будете синхронизироваться с Евангелионом 03.       Аска крепко сжала губы, но затихла. Однако вновь ошпарила учёную враждебным взглядом.       Акаги попыталась проигнорировать это.       «Что, чёрт возьми, я сделала, чтобы так разозлить её? Девчонка настолько привязана к своему Евангелиону?» - подумала доктор и снова посмотрела на Рей, - «мне всю неделю херово, голова раскалывается, Гендо не слушает про псевдопилотов, и сейчас единственный человек в этой комнате кто не таращится на меня, будто я только что убила их собаку - это эта глупая, безмозглая кукла!»       Рей взглянула на Акаги и медленно моргнула.       - На этом всё?       Акаги Рицко внезапно дёрнулась, услышав вопрос Мисато, который бесцеремонно вырвал её из мира собственных мыслей.       - Э? Хм... да, на этом всё. Вы трое можете отправляться к контактным капсулам. Начнем, как только вы будете на месте.       Мисато на мгновение взглянула на учёную, прежде чем кивнуть и отвернуться. Рей пошла прямо к цели. Синдзи и Аска смотрели на Акаги ещё мгновение, прежде чем перекинуться взглядами и, одновременно отвернувшись, последовать за Мисато.       Рицко вздохнула.       «Чёрт возьми, здесь что, нет никого, кто бы не желал мне долгой и мучительной смерти?! Я блестящая ученая, жизненно важная фигура в НЕРВ! Командующий Икари полагается на меня, чтобы всё работало! Я вовсе не такой плохой человек! Кому-то нужно работать!»       Внезапно на Акаги Рицко нахлынула волна грусти и ностальгии - она очень скучала по тем счастливым денькам, когда они с Мисато выбирались пропустить по стаканчику и покадрить мужчин. Даже Кадзи был желанным гостем, когда присоединялся к ним. Большая часть веселья, которое Акаги получила, заключалась в том, чтобы наблюдать как Кадзи с Мисато отчаянно притворялись, что между ними ничего нет, но всё же... Командующий Икари был... Ей было трудно удержать его внимание в эти дни, не говоря уже о том, чтобы мужчина проявлял какие-либо признаки привязанности или заботы. Её лучшая и самая давняя подруга злилась на неё и не разговаривала с ней уже несколько дней. Кадзи был практически на коротком поводке у Кацураги.       «У меня всё ещё есть друзья... верно? Никто здесь больше не рад меня видеть?!» - пронеслась в голове Акаги жестокая мысль.       - Мы готовы ко всем тестам, Акаги-семпай! - весёлый голос Майи, звучавший из динамика, заставил блондинку подпрыгнуть от неожиданности,но Акаги улыбнулась, как только услышала её голос.       «По крайней мере, хоть один человек всё ещё с нетерпением ждет встречи и хочет провести со время мной. Если бы только она не была... так убеждена, что я намного лучше… чем есть на самом деле», - Рицко прикусила губу и потянулась в карман за сигаретой, когда вышла через другую дверь комнаты для совещаний в сторону смотровой площадки.       «Я... я не такой уж и плохой человек. Но я не настолько хороша, как Майя... как считает лейтенант Ибуки», - блондинка пыталась заставить себя думать о своей протеже более профессионально, избегая даже называть девушку по имени, хотя она называла её им в течение нескольких месяцев.       Это помогало избавиться от страха… сомнений… неудобных мыслей       «Она улыбается каждый раз, когда видит тебя. Майя хочет, чтобы ты была рядом, старается изо всех сил проводить с тобой всё своё время. Ты ей нравишься», - сказала та часть её разума, которая всё ещё могла ощущать себя чудовищно одинокой.       «Нет, ей нравится идеализированный «семпай», несуществующий образ, который она нарисовала в собственной голове. Она не знает правды: не знает глупую женщину, которая обращается со своими друзьями как с дерьмом, потому что получает в ответ лишь холод и безразличие от мужчины, который использует её как силиконовую надувную куклу, дешёвую и безотказную замену своей погибшей жены! Это же какой надо быть бесполезной дурой, чтобы проиграть призраку погибшей женщины и Кукле! Даже Синдзи и Аска выглядят так, будто ненавидят меня. Чёрт, а если бы они знали о своих матерях...», - отчитывала саму себя доктор Акаги.       «Минуту назад ты была уверена, что ты не такой уж плохой человек. Теперь ты беспокоишься о том, что подумает Майя, если узнает, что ты натворила. И всё же, ты всё ещё хочешь, чтобы она улыбалась... И ты стараешься не думать о ней», - назойливый внутренний голос снова зазвучал в голове блондинки.       «Гендо - вот то, чего я на самом деле хочу. Властный, непреклонный, сильный мужчина... кроме того, девушки - это не моя тема!» - возразила голосу Рицко.       «То время, проведенное с Мисато в колледже, говорит об обратном. Ты никогда не признавалась ей, как тебе понравился тот внезапный опыт. А Гендо? Ты для него лишь кусок мяса с докторской степенью! Какой монетой он платит тебе за всё то, что ты для него делаешь. Он сказал «Юй» в прошлый раз! Он когда-нибудь улыбался тебе, как Майя всё время? Как будто он вообще рад тебя видеть!» - не унимался настойчивый собеседник.       «Это глупо. Лейтенант Ибуки - всего лишь глупая влюбленная девушка. Я не настолько тупица. Не настолько пустоголовая как Мисато. Все вокруг будто сбрендили. У тебя есть работа, Рицко. Сосредоточься на работе. Командующий знает, как сильно ты ему нужна. Икари увидит, что я права насчет дурацких псевдопилотов и всего остального», - блондинка глубоко затянулась сигаретой и пошла быстрее, заставив себя отбросить всякие, не имеющие отношения к важной работе, мысли.       Тест Евы 00 должен был начаться во время первой двойной синхронизации Евангелиона 03. У них сегодня будет много работы и совсем не будет времени, чтобы жалеть себя.       - Не будь тупицей…, - пробормотала Акаги Рицко, отложив неприятные мысли в долгий ящик.              - Готов? - сказала Аска в ухо Синдзи так тихо, как только могла.       Юноша слегка сдвинулся в контактной капсуле.       - Эм? Ах, да! Правильно!       Аска, конечно, громко протестовала на публику, когда им было приказано занять одну контактную капсулу.Сидя у Икари на коленях, в тестовых контактных комбинезонах, рыжеволосая подмигнула ему, когда их лица были близко друг к другу, и тайно погладила его по спине так, чтобы её действия не попали на камеры. Синдзи совсем не возражал против такого положения дел - это был едва ли первый раз в течение довольно длительного времени, когда немка сидела у него на коленях. На самом деле, воспоминания об их отношениях были сейчас одной из проблем: парню всё труднее было сосредоточиться на тесте, так как гладкая кожа его возлюбленной через контактный комбинезон касалась его собственной, и то, как вакханка сидела у него на коленях касаясь кое-чего… сильно отвлекало его внимание.       Аска и Синдзи преодолели барьер синхронизации в 35%, когда тест начался, и доктор Акаги сказала им держать этот уровень сколько смогут, пока инженеры и технический персонал мостика настраивали ядро для максимальной чувствительности к их двойным мозговым волнам. Но Синдзи был уверен, что он далеко не так сосредоточен, как мог бы быть.       Аска весьма отвлекала, покачиваясь у него на коленях.       Поэтому вопрос немки вернул его к осознанию,зачем он здесь вообще. Икари взялся за рычаг управления, накрыв своей ладонью её, и закрыл глаза. Они оба сосредоточились на том, что было внутри ядра, стараясь уловить слабое присутствие, которое было сейчас намного легче ощутить, когда они оба знали, кого искать. Синдзи и Аска тянулись к этой призрачной сущности и пытались, пытались найти связь...       «Миссис Хораки? Вы там? Хикари сказала, что чувствовала вас, говорила с вами. Можете нас слышать? Вы действительно её мать?» - снова и снова обращались к душе умершей женщины Синдзи и Аска       «…Недоумение. Удивление. Рассеянность. Обеспокоенное признание, подтверждение. Хикари?! Хикари?! Хикари?!» - целый букет из эмоций в процессе синхронизации ощущали пилоты, когда обитатель ядра Евы 03 отзывалась на их мысленные призывы.       Синдзи с Аской оба застыли в шоке. Это сработало.       Образы и обрывки фраз, что звучали в их головах, определённо принадлежали не одному из них. Пилоты общались с кем-то ещё. Синдзи почувствовал, как его пульс заметно ускорился.       Если миссис Хораки действительно здесь...       «Мама!» - в мыслях буквально завопил Икари, сжав другую руку на левом рычаге управления так сильно, что почувствовал, как весь дрожит - Аска тоже сильно напряглась у него на коленях, ощущая похожую гамму эмоций.       - Синдзи, Аска, ваше сердцебиение значительно увеличилось, психограммы демонстрируют внезапный всплеск ментального шума. Что происходит? - голос доктора Акаги нарушил их концентрацию.       Глаза Синдзи широко раскрылись.       - Просто пытаюсь улучшить скорость синхронизации и мысленно подгоняю вперёд этого дурня, - сказала Аска, высокомерным тоном, которого было достаточно, чтобы Синдзи на доли секунды даже поверил, что всё так и есть, - возможно, я слишком сильно сжала ему руку. Жить будет. Сколько ещё мы должны это делать? Я устала сидеть с ним взаперти!       - Мы закончим запись и первичный анализ данных по двойной синхронизации как минимум через 30 минут, Аска. Сохраняй терпение, - спокойно ответила ученая.       Сорью кивнула и снова закрыла глаза.       Синдзи почувствовал её мысленный импульс связи с Евой и закрыл свои. Они снова устремились внутрь.       «Мы - друзья Хикари! Она в порядке! У неё даже есть парень! Мы скажем ей, что вы здесь!» - продолжали взывать пилоты.       «Осторожность. Страх. Путаница. Осторожное принятие» - новая волна посторонних импульсов прокатилась по их сознанию.       Аска бросила быстрый взгляд и кивнула. Они не могли надеяться на большее, и даже эта мимолётная связь подтвердила их подозрения.       Пилоты не могли дождаться теста синхронизации в их собственных Евангелионах.       Аска неохотно убрала ладонь с руки Синдзи.       Немка скрестила руки на груди и довольно артистично изобразила одно из своих старых излюбленных выражений - надутую принцессу на горошине, которой вообще всё не нравится.       - Хорошо, поторопись с этим! Я хочу попасть на свой сольный тест, чтобы снова показать Дураку и Чудо-девочке, кто тут лучший!       - Рей... не сможет показать лучшей синхронизации, Аска. Ева 00 всё еще не полностью соответствует психограмме погружения, похоже… - прокомментировал Мисато, - она… Стой! Подожди, что происходит? Рей? Рей?! - голос Мисато прервался, как только начали звучать сигналы тревоги.       Неистовая дрожь волной пробежал через тестовую камеру, когда из соседнего испытательного отсека раздался оглушительный вой Евангелиона 00, ревущего во всю мощь лужёной глотки.              За полчаса до этого Акаги Рицко в последний момент отдёрнула руку, когда снова потянулась к пачке сигарет лежащей в кармане халата. Это был пятый раз за полминуты, когда ей пришлось сознательно остановить свои дёргающиеся пальцы,которые сами собой тянулись за сигаретами.       «Чёрт тебя подери, Рицко, прекрати. Ты учёная и взрослая женщина. Тебе не нужно сейчас курить, потому что ты боишься», - попыталась успокоить себя доктор Акаги.       Самобичевание помогло меньше, чем хотелось. Глядя через толстые хрустальные стёкла,она несколько раз смерила взглядом гигантскую форму Евангелиона 00. Прототип синего цвета был накрепко привинчен к дальней стенке испытательной камеры массивной решеткой, закрепленной болтами к его рукам и туловищу.       «Ева разорвала ограничивающие держатели на раз-два, вырвавшись из оков, когда дважды впала в состояние боевого безумия и оба раза она явно хотела убить именно меня!» - нашёптывал ей на ухо мерзкий тихий голосок собственных страхов, - «это может повториться! Ты не должна здесь находиться! Ева может достать нас! Она всё видит!»       Голова Евы была зафиксирована прямо, слегка наклонена вниз.       «Прекрати это. Нулевая ещё даже не активирована. Она не пялится на меня. Это не так. Мне просто кажется».       Блондинка повернулась к Май... лейтенанту Ибуки.       - Начать активацию, - приказала она, - подключить питание ко всем цепям.       - Подключение основного источника питания... Готово. Начинаем активацию системы, - доложила лейтенант Ибуки, - подача энергии приближается к критическому уровню. Уровень активации 0.2, 0.5, продолжает расти       В любом случае рука Рицко попала в карман и схватилась за пачку сигарет, как талисман, в надежде, что это сможет остановить дрожь.       - Начинается второй этап активации системы.       - Пилот начал соединение, - сообщил один из старших техников.       - Глубокая синхронизация уже началась. LCL электролизируется, - продолжала рапортовать лейтенант Ибуки, - инициируем первый этап соединения. Данные получены. Подтверждаю. Излучение в зелёном.       - Все ограничения в отличном состоянии, - отчитался младший техник, которого она специально посадила для мониторинга систем удерживающих Еву на месте.       Акаги будто затянувшись, сказала.       - Запуск фазы 2.       У блондинки пересохло в горле.       - Синапсы интегрированы. Соединение налаживается, - сказал старший техник.       - Импульс стабилен, - сказала лейтенант Ибуки., - никаких проблем с уровнем сигнала. Гармоники в норме. Состояние цепей удовлетворительное вплоть до 2550.       - Питание подаётся на плечевые мышцы обеих рук, - сказал техник, отвечающий за систему сдержек, - все нервные связи в норме.       - Инициирую третью фазу соединения. Уровни психографики стабильны, - сообщила лейтенант Ибуки.       - Инициируйте связь через нейродатчики посредством-10, - сглотнув, скомандовала Акаги Рицко.       - Всё чётко до 2580 шага, - спокойно доложила Майя Ибуки, - обратный отсчёт до границы активации 0.9, 0.7, 0.5, 0.4, 0.3... абсолютная граница пройдена. Юнит-00 успешно активирован.       Евангелион-00 поднял голову. Его единственный оптический датчик дергался, искал, останавливался и фокусировался, ища что-то на смотровой площадке перед ним.       Рицко удержала себя от того, чтобы не затрястись всем телом, лишь благодаря чудовищному усилию воли.       «Ева смотрит прямо на меня...», - промелькнуло в голове женщины.       Взгляд огромного циклопического глаза был прикован к ней. Доктор могла чувствовать это. Она боролась с желанием удрать к Мисато или спрятаться за один из столбов в окне, чтобы огромный глаз не мог её больше видеть.       - Уровень гармоник двадцать и продолжает расти, - доложила молодая техник, - Первое Дитя синхронизировалась... на 37%.       Акаги Рицко оторвала взгляд от всевидящего ока Нулевой и посмотрела на свою протеже.       - Что?!Это же мощный спад! Она демонстрировала 58% против четырнадцатого Ангела всего две недели назад! У неё и раньше были спады, но ничего подобного.       Мисато хмыкнула позади неё.       - Последние несколько дней она вела себя безжизненно и скованно. Я не думаю, что ей понравилось провести целую неделю в недрах НЕРВ, - сказала Акаги старая подруга голосом, в котором было до странного много холода и осуждения.       «Я неправильно рассчитала увеличение дозы? Её показания и психограммы были слишком активны. Я должна была что-то сделать. Но думаю, что придется пересчитать дозировки, если это так подавляет частоту её синхронизации. Если бы она была в таком состоянии в бою против того Ангела, кукла бы никогда не выжила», - подумала Рицко, прикусив губу.       Доктор Акаги включила микрофон и настроила связь.       - Рей, уровень синхронизации упал до 37%. Сконцентрируйся. Ремонт не должен был так сильно повлиять на уровень твоей синхронизации.              У Рей очень сильно кружилась голова. Альбиноска надеялась, что попадание в LCL позволит ей частично покрыть синдромы передозировки и отмены бензодиазепама - действительно,сильные головные боли и приступы тошноты исчезли, прекратилась дрожь в руках.       Но затем на мостике активировали Евангелион, и Рей попыталась синхронизироваться...       Как будто кто-то снова рассёк её голову топором.       Хуже того: в битве с Зеруилом она, по крайней мере, была не под транквилизаторами. Но сейчас отсутствие ощущений от передозировки сменилось гиперчувствительностью - и попытка синхронизироваться с частью её души в Еве была просто чудовищна... это было похоже на скрежетание вилки по тарелке, ногтей по школьной доске и всех остальных немыслимых и раздражающих звуков, которые человек только может услышать. Её голова пылала, скрежетала, жужжала, будто доверху наполненная роем разъяренных пчел, пытающихся просверлить себе выход сквозь её черепную коробку. И чем глубже она пыталась синхронизироваться, тем хуже ей становилось.       - Рей, уровень синхронизации упал до 37%. Сконцентрируйся…, - услышала Аянами голос доктора Акаги.       Синеволосая стиснула зубы.       - Вас поняла.       «Я пытаюсь! Пытаюсь! Но это так больно! Я всё ещё чувствую рану, где Ангел отсёк голову Еве-00, и другая Я внутри Евы так взбешена... она не перестает кричать от боли и ярости...       Доктор Акаги всё не унималась.       - Ты можешь лучше, Рей. Соберись.       «Не показывай ей своих эмоций. Не показывай, а то она опять тебя накачает. Тогда ты не сможешь ничего чувствовать, не сможешь любить Синдзи и Аску. Ты опять станешь послушной куклой…».       - Да, Доктор Акаги. Я пытаюсь, - сказала синеволосая так спокойно и безэмоционально, как только могла.       Девочка закрыла глаза, стараясь изо всех сил, чувствуя, как боль всё усиливается и усиливается. Рей сосредоточилась ещё сильнее:она должна была это сделать. Её друзья нуждались в ней, чтобы быть рядом с ними в битвах ей нужно преодолеть себя, чтобы защитить их, как они защищали и заботились о ней самой.       - Скорость синхронизации нарастает, Акаги-семпай. Рей сейчас синхронизирована на 39...40...42%. Скорость синхронизации по-прежнему медленно растет..., - лейтенант Ибуки бросила взгляд на другой экран монитора, - у нас проблемы с нервным импульсом пилота! Нестабильность психограммы! Колебания слишком значительны и ярко выражены!       Акаги Рицко почувствовала, как пот стекает по виску.       «Это... это слишком похоже на то, как все начиналось раньше…», - подумала учёная, но заставила себя устоять на месте. У неё было уже слишком много кошмаров, когда Ева 00 пробивается сквозь стекло, пробирается внутрь, тянет к ней свои огромные ручищи… кто-кто, а доктор Акаги знала какими чудовищами были Евы на самом деле.       Блондинка знала, что та штука из Евы 00 смотрит на неё всё это время.       Глава Проекта Е незаметно ущипнула себя за руку, успокаивая, что это не один из тех кошмаров, после которых она просыпалась в холодном поту. Те, где рука Нулевой находит её, сжимает и давит с характерным хрустом…       Женщина сглотнула.       «Ненавижу эти штуки...», - подумала Акаги и, повернувшись, подошла к другому набору консолей, которые контролировали тест Евы 03. Проверка показателей других пилотов отвлекла бы её от навязчивых мыслей, избавила бы от кошмаров, прежде чем ей пришлось бы «внезапно»выйти посреди теста.       Красный глаз Нулевой продолжил буравить женщину взглядом.       Доктор Акаги оторвала взгляд от стекла и посмотрела через плечо техника на показания приборов. Другие пилоты синхронизировались... довольно хорошо, учитывая то, что были в чужой Еве, а не в своих.       Показатель совместной синхронизации составлял 58.3%.       Рицко моргнула, её брови поднялись, показатели внезапно скакнули до 58,7%, с попутным усилением ментального шума. Физические показатели пилотов тоже словно с ума посходили.       Акаги активировала громкую связь.       - Синдзи, Аска, ваше сердцебиение значительно усилилось, а ваши психограммы демонстрируют внезапный всплеск ментального шума. Что происходит?       - Просто пытаюсь улучшить мою скорость синхронизации и мысленно подгоняю вперёд этого дурня. Возможно, я слишком сильно сжала ему руку. Жить будет. Сколько ещё мы должны это делать? Я устала сидеть с ним в одной капсуле!       - Мы закончим запись и первичный анализ данных по двойной синхронизации как минимум через 30 минут, Аска. Сохраняй терпение, - спокойно ответила ученая.       Мисато шагнула за ней, наклоняясь, чтобы присоединиться к разговору.       - Рей... не сможет показать лучшей синхронизации, Аска. Ева 00 всё ещё не полностью соответствует психограмме погружения… Что за..?!!!       Майор НЕРВ, отвечающая за тактические операции выглянула через стекло и бросила взгляд на Еву 00.       Синий Евангелион... двигался.       Рицко почувствовала, как её сердце ёкнуло, когда Мисато бросилась назад, к другим мониторам и схватил микрофон.       - Рей? Рей?! Прекра…!!!       Нулевая запрокинула голову и во всю глотку заревела.              Голова Рей раскалывалась от боли. Ей пришлось прикусить губу так сильно, что у девочки пошла кровь. Её уровень синхронизации медленно полз вверх, но каждая десятая набранной единицы ощущалась новыми приступами боли и раздражения.       «Мне больно. Почему ты так со мной поступаешь? Ненавижу чувствовать... пустоту. Ненавижу, когда так больно. Я принимаю боль существования, но это... ты делаешь мне больно из-за препаратов. Даже безмятежность приносит боль, теперь я знаю, что такое любовь. Ненавижу это…я ненавижу это...».       Рей погружалась всё глубже и глубже:она должна была это сделать,сможет синхронизироваться с другим своим Я в Еве.       Внезапно боль исчезла. Синеволосая почувствовала, что какой-то внутренний барьер упал, как и тогда, когда она заставила себя спроецировать AT-поле, чтобы защитить своих друзей.       Но теперь она была сильнее, острее... она чувствовала... силу... мощь... ярость.       Внутренние стены контактной капсулы внезапно отразили багряное зарево, которым пылали её красные глаза.       НЕНАВИЖУ…       Рей дернулась на своем месте. Что это? Голос отозвался эхом, как она и думала, совершенно синхронно...       Я НЕНАВИЖУ... ЕЁ       - Нет... я... неужели?       НЕНАВИЖУ!       -Я... она причинила мне боль... она… ненавидит меня...?       НЕНАВИЖУ!       Хочу ли я действительно причинить ей боль в ответ?       НЕНАВИЖУ!       Рычаги управление затряслись под руками Рей. Девочка почувствовала, как руки Евы дернулись, пальцы начали сжиматься... Синеволосая ощутила фантомное ощущение пальцев на шее: они сжимались, сдавливали... Акаги...та, которая убила её... накачивали препаратами...       Руки Евы 00 сжались в кулаки.       УБЕЙ ЕЁ!              - Импульсы текут в обратном направлении!!! – закричала Майя Ибуки.       Юнит-00 напрягся, покачивая головой, издав ещё один рёв.       - Что-то пошло не так на третьей фазе синхронизации! - закричал старший техник, - отторжение происходит на уровне элементов нервного центра!       Рицко кинулась обратно к терминалу.       - Прекратить процесс! Разорвать все нервные соединения! - отчаянно приказала доктор Акаги.       Лейтенант Ибуки покачала головой, её руки буквально мелькали над клавиатурой.       - Ничего не получается! Сигнал что-то блокирует! Он не проходит!       Ева 00 напрягла свои огромные бицепсы, вырывая массив удерживающих её руки деталей прямиком из стены. Затем могучий титан резко потряс рукой, и стряхнул огромные болты,которые с грохотом рухнули на пол. Евангелион двинулся вперёд,протянув руку к окну диспетчерской.       Она должна отключить питание…но... доктор Акаги не могла пошевелиться, просто застыв от страха.       На секунду женщине показалось, что это ведь был всего лишь очередной сон. Ночной кошмар.       - Отключите питание! Вырубайте полностью! - кричал кто-то рядом, но Акаги казалось, что голос раздавался откуда-то издалека.       - Питание отключено! Ева-00 переключилась на резервные источники! 47 секунд, пока не иссякнут!       «Голос Майи? Её никогда не было в кошмарах. Это странно…», - промелькнула мысль в голове оторопевшей от ужаса женщины.       Кулак Евы 00 со всей силы врезался в стекло смотровой площадки. Осколки оргстекла буквально взорвались от удара. По щеке доктора кто-то провёл горячим угольком - горячая кровь, стекавшая по её лицу, была единственным,что женщина могла явственно ощущать, ибо попросту не могла даже пошевелиться.       - ОСВОБОДИТЬ ПОМЕЩЕНИЕ! - заревел издалека голос Мисато.       Мимо Акаги пронеслось множество тел, убегающих в состоянии ужаса и неконтролируемой паники.       Внезапно она осталась одна. Как и во всех своих кошмарных снах. Конечно...       Огромный синий Евангелион снова ударил по окну смотровой площадки. В кристалле стекла появились огромные зазоры, когда металлические колонны согнулись внутрь на два метра. Пальцы Евы-00 начали прорываться сквозь прорехи в броневом стекле...       «Ева хочет добраться прямиком до меня…», - промелькнула ещё одна мысль в голове Акаги, когда та почувствовала, как теплая жидкость стекает по внутренней стороне её ноги.       «Это просто дурной сон... очередной страшный ночной кошмар...», - пробормотала про себя женщина, всё глубже и глубже погружаясь в глубину эмоционального шока.       Пальцы Нулевой приближались.       Кто-то кричал женщине в ухо, тянул за руку, а она просто стояла неподвижно.       Рядом с ней была Майя. Руки лейтенанта Ибуки хватали её собственные, молоденькая девушка тряслась, кричала что-то ей на ухо. Она не должна была быть здесь. Это был не её ночной кошмар. Майе не место в аду вместе с ней…       Пощёчина отбросила голову доктора назад - удар был такой сильный, что на мгновенье у Рицко в глазах загорелись звёзды.       - Акаги-семпай! Бежим! Скорее! Пожалуйста!       Чьи-то руки тянули её назад. Блондинка позволила им оттащить её, когда её рука поднялась, неосознанно касаясь щеки. Пощёчина Майи оставила небольшой, чистый отпечаток руки в крови на её щеке.       Ей было больно.       Пальцы великана потянулись к ней... были всего в нескольких метрах...       ...потом они замерли... остановились...       ...и начали отступать. Рука Евангелиона остановилась прямо за окнами, на этот раз навсегда, когда заряд батарей, наконец, иссяк, и она отключилась.       Рука пропала из виду, когда Ева, наконец, будто упала замертво.       Майя держала доктора Акаги, наполовину прижимая к себе, когда они добрались до задней стены разбитой смотровой площадки и упали на пол. Девчонка задыхалась от облегчения, что её обожаемый семпай всё ещё жива. Её сбивчивое дыхание было похоже на музыку.       Акаги корчилась и содрогалась в объятиях Майи, поворачиваясь на коленях, пока не столкнулась со своей протеже.       - Майя..., - женщина подняла руку к лицу Майи.       Ладонь была мокрой от крови из-за порезов, вызванных разбитым стеклом, которые блондинка даже не заметила. Рицко нежно прижала окровавленную ладонью к лицу Майи.       - Спасибо... ты... спасла меня.       Майя Ибуки моргнула, затем покраснела, положив руку на лицо, и тихо поблагодарила Рицко.       - Вы... замерли от страха, когда все начали эвакуироваться! Я... мне пришлось вернуться за вами, семпай! Я не могла позволить вам умереть! Вы нужны мне! - - Майя резко замолчала и покраснела ещё сильнее, когда последняя фраза сорвалась с её губ.       Рицко улыбнулась, её голова закружилась. Акаги медленно убрала руку. Она начала смеяться.       Майя ощущала у себя на лице лучезарную улыбку, но, беспокоясь, спросила.       - А-Акаги-семпай? Почему...?       Рицко указала на щеку Майи. Она оставила свой кровавый отпечаток руки.       - Смотри! У нас теперь и щёки одинаковые!       Затем у доктора закатились глаза и она без чувств упала на Майю, совершенно обессиленная и потерявшая сознание.                     Часть 6              Рей сжала руки в кулаки, пытаясь остановить дрожь. Она была права: как только она оказалась в контактной капсуле, и LCL заполнил её, оставшиеся физические симптомы от передозировки в значительной степени отступили:так что теперь раскалывающая голову боль, тремор в руках и тошнота были вызваны исключительно психологическими причинами.       Но синеволосая не могла показать недомогания. Это было абсолютно недопустимо. Девушка торчала в отсоединенной контактной капсуле уже больше часа, сквозь металл она могла слышать удары и скрежет, когда персонал испытательной камеры, наконец, получил в своё распоряжение подъемный кран, чтобы извлечь альбиноску из застывшей после буйства Евы.       Аянами знала, что, и более важно, кто именно будет ждать её снаружи. И это была встреча, к которой девушка не была абсолютно готова.       «Я должна быть такой, какой была всегда. Он может уничтожить меня одним приказом. Я больше не хочу быть его игрушкой. Я не хочу быть тем... для чего командующий меня создал», - подумала Аянами.       Капсула сдвинулась, и девушка почувствовала, что она медленно движется вверх и назад на автономных резервных батареях. Снаружи техник, скорее всего, активировал систему аварийного управления, и LCL быстро стёк прочь. Люк качнулся и распахнулся: внутренняя часть капсулы была внезапно освещена резкими колющими лучами прожекторов, от которых у синеволосой заболела голова.       Её опасения немного ослабли, когда Аянами удалось понять, что человек, заглянувший в люк, а затем пробравшийся внутрь, был не Икари Гендо, а одним из техников, включённых в персонал тестовой камеры. Инженер осторожно вытащил девушку из маленького люка в люльку, свисавшую с мостового крана,и опустил на пол испытательной камеры.       Командующий Икари был там.       Он возвышался, подобно одинокому горному кряжу, наблюдая за происходящей вокруг суетой с каменным лицом, и ждал пилота Евы 00 без видимых эмоций, но значительный опыт позволил Рей увидеть острый как бритва взгляд, сосредоточенный на ней... Было ли это волнение? Даже беспокойство? Или, может быть, просто искусный кукловод беспокоился, что его Прима, возможно, снова сломалась перед премьерой.       «Командующий, я для вас что-то большее, или просто Кукла? Деталь ли я для вас, которую можно всегда заменить? Теперь я знаю, что такое любовь. И это не то, что вы ко мне ощущаете», - вновь проскользнули мысли в голове Аянами.       - Рей, с тобой всё в порядке?- спросил мужчина негромким голосом.       Аянами Рей видела, как слегка подрагивали его руки.       «Видимо я не единственная, кто вспоминает тот момент, когда мы были здесь в последний раз», - подумала Рей и снова взглянула в жёсткую маску сурового руководителя.       Её лицо было пустым и безэмоциональным,как всегда, будто было вырезано из мрамора.       - Да... со мной всё в порядке, сэр, - выдержала паузу альбиноска.       Прежде чем пилот Евы 00 смогла решить, будет ли это соответствовать её состоянию удолбанной транквилизаторами, если она спросит, не покалечила ли кого-нибудь, Икари Гендо резко кивнул и махнул рукой, приказав девушке последовать за ним, подальше от толпы техников, пытающихся убрать обломки и вернуть Еву в ангар для хранения.       Рей покорно поплелась за Командующим НЕРВ.       Икари долго молчал, пока они не покинули зал испытаний и не отошли туда, где их бы никто не услышал.       - Что там случилось, Рей? - спросил мужчина спокойно, - почему Ева 00 вошла в состояние берсерка?       - Я испытывала значительное падение уровня синхронизации по сравнению с последним боем. По настоянию доктора Акаги я попыталась осуществить глубокую синхронизацию с Евангелионом, чтобы поднять её скорость и уровень. Юнит-00 отреагировал... плохо. Я не смогла сдержать впавшую в состояние берсерка машину до того, как полностью истёк заряд в батареях. За это время Ева несколько раз атаковала камеру для испытаний и балкон, - Рей позволила себе моргнуть один раз, когда поняла, что может спросить о жертвах, не привлекая к себе внимания, - значителен ли причинённый ущерб? Есть ли пострадавшие?       - Диспетчерская и наблюдательный мостик снова сильно покорёжены, но мы можем восстановить её, как и раньше, - ответил Икари, - у персонала только незначительные травмы. Однако доктора Акаги мы вынуждены были доставить в госпиталь из-за потери сознания. Это меня уже начинает раздражать. Мне нужно, чтобы она работала над Евами, а не отлёживалась в больнице, - Икари бросил на синеволосую мимолётный взгляд, - почему ты потеряла контроль?       - В фазе глубокой синхронизации я была не готова к импульсам ярости, исходящим от Евы 00. Мне потребовалось время, чтобы восстановить контроль над своим собственным состоянием, хотя я это и смогла сделать. Нужно поговорить с доктором Акаги. Я считаю, что её недавнее решение по увеличению моей дозы лекарств была причиной спада синхронизации, - сказала Рей так категорично, как могла.       - Она изменила дозу препаратов? - спросил Гендо, от недоумения подняв бровь.        - Увеличила её. Доктор Акаги сказала, что моё тело адаптировалось к предыдущей дозе, и ввела более высокую. Я считаю, что увеличение количества веществ нарушило мою способность эффективно синхронизироваться с Евой 00. Я хочу поговорить с ней о том, что нужно исправить это. Я должна быть в состоянии пилотировать, чтобы сражаться с Ангелами, чтобы завершить Сценарий, - осторожно намекнула Рей, - доктор Акаги сейчас в больнице? Если она в сознании, я поговорю с ней немедленно. Я должна эффективно выполнять возложенные на меня функции.       Гендо кивнул.       - Действуй. Мы слишком близки к финальной части реализации замысла, чтобы позволить таким мелким проблемам вмешиваться в ход реализации Сценария. Осталось только три Ангела. Мы зашли слишком далеко, чтобы потерпеть неудачу. Содействие не может проходить по плану SEELE.       Они остановились за лифтом, вернувшись на верхние уровни пирамиды главного здания НЕРВ.       - Скажи доктору Акаги, что я разрешил вернуть дозировку на прежний уровень, если это необходимо. Нам нужно, чтобы ты была эффективным пилотом, Рей. Вторая и Третье Дитя слишком ненадежны и недисциплинированны. Ты та, на кого мы можем рассчитывать, и знаешь, что поставлено на карту. Осталось продержаться всего ничего, и тогда ты получишь то, что так неистово желала - мир, безмятежность и вечный покой.       Рей пристально посмотрела на Командующего, не отрывая взгляда, и подумала.       «Я больше не желаю забвения, чтобы освободиться от боли. Я желаю, чтобы близкие мне люди продолжали жить. Человечество не тупик, если оно может создавать Красоту и Надежду, если люди способны на такую же любовь, что пылает в них. Комплементацию сознаний нельзя допустить, будет ли она по твоему или не по твоему сценарию. Я бы предпочла...», - Рей чуть не ахнула от дерзости мысли, которая озарила её, - «я бы предпочла увидеть эту божественную силу в их руках. Я знаю, что могу им доверять, а теперь почти уверена, что не могу доверять тебе».       Глаза Рей сузились на миллиметр, прежде чем она заставила их снова нормально открыться.       «Доктор Акаги не убивала другую меня... но это сделала именно Акаги... Её мать? И я знаю, что вы вряд ли позволяли предыдущей моей версии больше свободы, чем позволяли мне до того, как Синдзи и Аска высвободили меня из плена препаратов. Так что, как бы это не случилось, мимо вас не прошло, как Акаги-старшая убила предыдущую меня - вы должны были знать всё. Или... кто тогда был бы в Еве 00, если бы меня там не было?» - этот вопрос раньше даже не приходил в голову Рей.       Кем ещё мог пожертвовать командир? Подобно опытному гроссмейстеру он явно был готов пожертвовать кем и чем угодно - любыми фигурами во имя реализации своего замысла.       «Включая жизни и счастье тех, кого я люблю. Я не позволю этого сделать. Командующий Икари и комитет SEELE не должны воплотить свои цели. Я и есть ключ. У меня есть власть контролировать врата в процессе Содействия. И я не позволю никому разрушить мир, в котором я познала любовь. Ни Ангелам, ни членам ареопага из SEELE, и не вам, Командующий»       - Вас поняла, - это всё, что сказала синеволосая.       Двери лифта открылись, и одинокий мужчина вошёл внутрь. Рей последовала за ним, но нажала другую кнопку. На его пристальный вопросительный взгляд, синеволосая ответила.       - Я проведу необходимые гигиенические мероприятия и подойду непосредственно к доктору Акаги. Её травмы не помешают мне проинформировать её о необходимости сокращения дозы моих лекарств в соответствии с вашим распоряжением. Ничто не может повредить моей миссии. Это то, для чего я была создана.       Икари Гендо удовлетворенно кивнул.       - Конец надвигается, Рей. Нам воздастся за наши труды - всё, ради чего мы работали, будет нам наградой.       «Ты не одаришь их ничем, кроме конца их мира. Они только начали показывать мне, насколько он по-настоящему красив. Моя собственная боль и желание забвения больше не имеют значения. Я буду защищать их», - подумала Аянами, а вслух ответила.       - Да, сэр.       Рей вышла, когда двери лифта открылись на её этаже, и отправилась в госпиталь, не оглядываясь назад.              У Аянами была лишь секунда, чтобы моргнуть от удивления, когда она открыла дверь, чтобы покинуть раздевалку, и очутилась нос к носу с Аской.       - Прив..., - это всё, что синеволосая смогла из себя выдавить.       Глаза Сорью широко распахнулись.       - Рей! - немка почти сбила альбиноску с ног, заключив в крепкое объятие, - Господи, мы так волновались! Ты в порядке? Мы услышали сигнал тревоги и узнали, что Евангелион вошёл в состояние берсерка, но никто нам ничего не сказал, и они не выпускали нас из капсул чертовски долгое время! Весь технический персонал сновал туда-сюда или работал над ликвидацией последствий.       Рей позволила себе прождать добрые секунд тридцать, прежде чем просто обнять Аску в ответ и насладиться почти неземным удовольствием от объятий одного из двух людей, которых она так сильно любила. Ей было всё равно, что с комбинезона рыжеволосой пилотессы всё еще капал LCL, и он пропитывал её новенькую школьную форму. Объятия Аски того стоили.       Аянами сделала все возможное, чтобы скрыть счастливую дрожь и лёгкий румянец, когда, наконец, отпустила пилота Сорью.       - Со мной всё в порядке, Аска. Спасибо тебе. Да, Евангелион взбесился во время теста. Мой уровень синхронизации снизился более чем на 20% из-за лекарств и последствий передозировки, и доктор Акаги настояла на том, что мне нужно погружаться глубже в последней фазе, чтобы компенсировать…       Аска буквально зарычала.       - Это она опять виновата?! Что эта ведьма на этот раз натво…       Рей покачала головой.       - Той, кто потеряла контроль, была я сама - попыталась глубже синхронизировать с Евой, чтобы компенсировать падение уровня синхронизации. Я была не готова к интенсивности и глубине импульсов гнева Евангелиона. Он распалил мой собственный гнев, направленный на доктора Акаги, и я потеряла контроль. Ева попыталась... убить её, напала на диспетчерскую и почти добралась до доктора Акаги, прежде чем я вновь перехватила контроль, - сказала Рей,пройдя мимо Аски и вышла из раздевалки в коридор.       Затем альбиноска повернулась к немке лицом.       - Она была ранена в результате нападения и потеряла сознание. Я сейчас собираюсь поговорить с ней в больнице.       Аска выглядела растерянной.       - Зачем?       - Чтобы попросить прощения       - Извиниться?! Перед ней?!!       - Ну да.       Похоже, от ответа синеволосой Аску настолько перекосило, что та готова была сплюнуть прямиком на пол.       - Какого чёрта ты должна извиняться перед ней, Рей?! Она обращалась с тобой не как с девушкой... как... как с рабыней! Никто не смеет обращаться с моей подругой, будто та неодушевлённый предмет - гребаная кукла! Вся твоя жизнь пилота была сплошным издевательством, мучением, персональным адом, который тебе устроили эта Ведьма совместно с Мудаком-командующим! Одна только передозировка могла убить тебя! Она полностью заслужила всё,что с ней случилось за то, что сотворила с тобой!        - Её жестокое обращение со мной не освобождает меня от ответственности. И я хочу поговорить с ней, не просто извиниться, но... Полагаю, она считает меня соперницей в борьбе за внимание, расположение Командующего... и его… любовь. Я хочу объяснить ей, что я больше не желаю ни того, ни другого.       Лицо Аски скривилось от отвращения.       - Любовь?! Ты... Командующий что… этот мудила что… втрескался в тебя?!Я... бля! Это просто отвратительно! - Аска моргнула, и лицо её побледнело от ужаса, - о Боже... это ведь не так... только не говори мне, что… он никогда не пытался…       Рей покачала головой.        - Нет. Командующий Икари никогда не пытался сблизиться со мной в физическом смысле. Только у Кенски, Синдзи, и у тебя когда-либо был физический контакт со мной. Я..., - Рей покраснела, - я очень рада этому. Я нахожу тебя и Синдзи весьма... желанными.       Аска тоже покраснела.       - Э... я... хм... спасибо, Рей. Я имею в виду, мы думаем, что ты очень... гм, как бы сказать... очень... здесь что, стало действительно жарко? - немка сглотнула, - ну... звучишь так, будто пришла в норму после передозировки препаратами!       Рей слегка улыбнулась.       - Я чувствую себя намного лучше. LCL помог, как я и предполагала. Но, как показал мой низкий уровень синхронизации, реакции моего тела всё ещё замедлены, хотя я снова могу размышлять и чувствовать. Мне не нравилось быть в таком состоянии: ничего не чувствовать, не ощущать, не понимать, быть безразличной к тому, что с вами происходит. Я очень благодарна за помощь. Объятия помогли мне больше не чувствовать себя куклой-марионеткой.       - Ты ... ты всегда можешь рассчитывать на нас, Рей. Ты... я имею в виду... ты же знаешь, мы..., - голос Аски перешёл вначале в несвязное бормотание, а потом в шёпот, когда Лэнгли огляделась, чтобы убедиться, что никого не был поблизости.       Никого не заметив, она прошептала.       - Ты же знаешь, что мы тоже тебя любим.       Крошечная улыбка Рей немного расширилась, в то, что было бы подобно на выразительную ухмылку,если бы появилась на лице у кого-то другого.       - Я знаю, - ответила Аянами и подошла ближе, чтобы ещё раз обнять Аску, а затем снова отступила на шаг, - я должна идти. Мне нужно поговорить с доктором Акаги как можно скорее. Командующий Икари дал мне разрешение потребовать от доктора Акаги уменьшить дозу, которую, как она думает, я всё ещё принимаю, чтобы восстановить мою прежнюю скорость синхронизации. Я не хочу упустить шанс поговорить с ней, чтобы он ни о чём не догадался. Пожалуйста, убеди Синдзи, что я в порядке, и увидимся вечером дома, - закончив фразу, синеволосая повернулась и исчезла в пустом металлическом коридоре.       Аска смотрела ей в след, LCL по-прежнему стекал с контактного комбинезона.       «Чёрт тебя подери, Сорью... перестань думать о том, чтобы поцеловать её», - пробормотала про себя рыжеволосая.       Её глаза расширились.       «Блядь! Я забыла рассказать ей о том, что её мать находится в Ядре Евы 00! Пиздец!»              «По крайней мере, на этот раз у меня нет никаких новых травм головы или сломанных костей», - подумала Рицко, придя в сознание, - «наблюдается сухость во рту, но мне довольно комфортно, я не истекаю кровью, и», - она сжала руку и почувствовала, как другая рука сжимает её, - «да, она прямо там. Она, а не Он, конечно».       Блондинка пару раз открыла и закрыла рот, пытаясь размять затёкшие мышцы, и заговорила, даже не открывая глаз. Акаги не нужно было этого делать: маленькие пальчики в её руке были женщине весьма знакомы.       - Мы должны перестать, так, проводить время в больничных палатах, Майя. Люди начинают судачить и болтать за спиной всякую всячину, - кисло пошутила глава Проекта Е.       - Я-я-я-я! Эм, Акаги-семпай?! Я-я-я, мы не... ммм..., - смущённо заголосила со своего места лейтенант Ибуки,сидя рядом с больничной койкой, на которой лежала её начальница.       Рицко устало улыбнулась и открыла глаза. Как она и ожидала, Майя была ярко-красной от смущения. В остальном комната была пуста, что ещё больше смутило её ассистентку.       - Как долго я была в отключке?       Майя что есть мочи боролась за то, чтобы вернуть себе утерянное самообладание.       - Около двух часов. Я осталась с вами, потому что волновалась. В-вы... потеряли сознание прямо у меня на коленях!       Акаги Рицко взглянула в лицо Майе:на её щеке остался характерный кроваво-красный отпечаток её руки. Молодая техник даже не вышла в уборную, чтобы полностью смыть его        - И ты всё это время была здесь? - пробормотала блондинка, едва ли задавая вопрос.       - Вы потеряли сознание, - повторила Майя, бормоча, и тщетно стараясь скрыть алый румянец, - я… волновалась…       Рицко вздохнула,но уголки её рта всё равно изогнулись в некое подобие улыбки.       - Майя, это... очень мило с твоей стороны, но я взрослая женщина. Я могу ходить, жевать жвачку, одеваться сама, и я... могу..., - ощущения, которые роились у неё в голове, внезапно стали более настойчивыми. Она внезапно моргнула и бросила взгляд на больничный халат, в который была одета. Доктор подняла простыню, покрывавшую нижнюю часть тела, чтобы подтвердить свои догадки.       - Майя, где моя юбка и нижнее белье?       Ибуки покраснела ещё сильнее.       - Вы ... медсестры настояли на том, чтобы снять их после того, как привезли вас! С вами... произошел несчастный случай.       Настала очередь Рицко смущенно покраснеть.       «Окей, итак, то, что я«обоссалась в ужасе», не делает меня такой уж и взрослой», - смущённо подумала доктор Акаги.       - Мне пришлось их убрать! Их… их принесут..., - стук в дверь остановил несвязный лепет Майи, - о... это могут быть они! Я-я-я пойду проверю!       Молодая ассистентка в последний раз сжала руку Рицко и практически вскочила со своего места, рванув к двери. Но это был не санитар, доставивший свежую чистую одежду. Вместо санитара за дверью стояла Аянами Рей в своей студенческой форме,смотрящая на Ибуки пустыми глазами.       - Добрый день, лейтенант Ибуки. Мне нужно поговорить с доктором Акаги, если она пришла в сознание, - спокойно сказала Первое Дитя. Её взгляд скользнул мимо молодого техника, чтобы заметить Рицко, сидящую на кровати.       - Я вижу, что с ней всё более-менее в порядке. Можно мне войти? Или вы всё ещё разговариваете? Не хочу прерывать.        - А, э-э, н-нет, входите, Аянами-сан, - Майя отошла от двери, пропустив Рей мимо себя - пойду посмотрю, как там ваша одежда, Акаги-семпай, - вскрикнула молодая женщина, выскочив за дверь, всё ещё покрасневшая от смущения.       Рицко моргнула, когда Рей повернулась, чтобы осторожно закрыть за собой дверь и запереть ее. Жуткий красный взгляд пилота-клона заставил женщину вздрогнуть, когда альбиноска приблизилась к кровати, остановившись вне досягаемости. Её опасения были умерены замешательством, когда Рей внезапно посмотрела на неё спокойным проницательным взглядом.       - Я заперла дверь, чтобы мы могли поговорить наедине. Я хотела извиниться перед вами.       Рицко в недоумении покачала головой.       - Я ... извиниться за что?       - Я... это был не я. Я была зла на вас, препараты мешали моей способности синхронизироваться, так что я попыталась установить более глубокую связь... и Она… воспользовалась этим.       - Она?       - Моё иное Я внутри Евы. Она. Я была... не готова к вспышке её гнева. Мне удалось восстановить контроль прежде, чем Первая смогла нанести вам травмы, но... мне всё ещё жаль. Я не ненавижу вас и не желаю вам смерти, в отличие от неё, - Рей спокойно посмотрела Акаги Рицко прямо в глаза.       «Она?! Я так и знала! Я знала, что Ева 00 преследует меня! Ты не ненавидишь меня? «Она?»Что, блядь, тут творится?! Я знаю, что Ева пыталась убить меня! Что мне делать, если душа Евы 00 придет за мной?» - пронеслась мысль в голове у Рицко, пока та сказала вслух.       - Ты у нас пилот! Ты должна контролировать её, а не наоборот!       - Я знаю. Мне жаль, что я не справилась. Я не хочу вашей смерти. Это ничего мне не принесёт, - голос Рей был почти...безэмоциональным, бесчувственным, даже более пустым, чем обычно.       Депрессия, желание и гнев, которые неделями кипели в докторе Акаги, наконец, вырвались наружу.       - Ничего тебе не принесёт?! Кому ты пиздишь?! Ты получишь Его полностью в своё распоряжение, не так ли? Ты его любимый питомец, его драгоценная маленькая куколка! Он дает тебе всё, в чём отказывает мне! Я для него просто одноразовый инструмент! - с горечью огрызнулась Акагина клона.       Рей уставилась на неё.        - Я такая же, - тихо прошептала Аянами.       Рицко почти выплюнула слова сквозь зубы.       - Ты же его любимица! Хотела бы я, чтобы он смотрел на меня так, как смотрит на тебя - ни на секунду не отрывая взор!       - Нет, это не так. Аянами Рей - его любимица. Не Я. Я не Первая, и ничто не говорит, что я буду Последней. Я могу умереть и меня заменят, как минимум раз это уже случалось раньше, - Аянами Рей уставилась на пол, - надеюсь, это не будет так, как раньше. Хоть я вам и не нравлюсь, но вы не она. И я... Я тоже не Рей-I.       Глаза Акаги Рицко сузились.       - О чём ты, чёрт тебя дери, вообще говоришь? Кого имеешь в виду?!       Глаза Рей снова встретились с её глазами.       - Та Я, которая внутри Евы. Вот почему она вас настолько неистово ненавидит. Ваша мать убила её раньше - много лет назад.       Удар пронзил Рицко, как зазубренный нож, вгрызаясь, разрывая незащищённую плоть.       - Что…? - едва успела прошептать доктора Акаги.       «Мать... убила её? Как? Я ... записей в МАГИ об этом нет... там нет ничего об убийстве матерью Первого клона!» - лихорадочно соображала Акаги Рицко        Самоубийство её матери было абсолютно внезапным и оказало катастрофические последствия на её жизнь. Вскоре после этого, однако, Рицко старалась об этом не думать, ибо была слишком счастлива, что Гендо оказывал ей знаки внимания и поддержку, позволив девушке быстро взять на себя роль Акаги-старшей, в качестве главной учёной НЕРВ... и его любовницы.       В то время он... или скорее она... убедили её, что это из-за её уникальных талантов, знаний и понимания всё ещё только складывающейся области метафизической биологии. Теперь всё это казалось учёной гораздо более зловещим.       - Я почувствовала её боль, ярость и гнев в состоянии берсерка, попытавшись осуществить глубокую синхронизация. И я увидела мир её глазами, ощутила её воспоминания. Не надо мне завидовать. Я... не хочу такого отношения. Я - это Я. Рей Аянами же - его инструмент. Если я умру, и он заменит меня, я не уверена, что это буду та, кем я была до смерти. Я такая же, как ты: его орудие. Он ничего не чувствует ко мне, никогда не даёт мне того, чего я хочу, - голос Рей был полон боли и горечи.       Рицко сглотнула, когда комок подобрался к пересохшему от волнения горлу.       «Ничего не чувствует к тебе… не даёт того, чего ты хочешь... а чувствует ли он хоть что-то ко мне? Даёт ли хоть что-то из того, что хочу я?» - Акаги поразило глубокое, тревожное чувство, что она была не больше, чем Рей. Кукла, клон,просто одноразовый высокотехнологичный инструмент…       На мгновение в комнате стало тихо, прежде чем Рей снова заговорила.       - Командующий Икари приказал мне сообщить вам, что моя увеличенная доза лекарств должна быть снижена до прежнего уровня, так как увеличение концентрации препаратов мешают моей способности эффективно пилотировать. Я буду выполнять свои обязанности. Комитет SEELE нужно остановить. Но Командующий Икари... он делает это не ради меня. Вы можете получить всё его внимание, и всё, что вы так от него желаете. Но это прокрустово ложе:я не хочу этого и не пожелала бы этого и вам, - голос Аянами был почти таким же безжизненным и флегматичным, как и всегда. Почти.       В её словах слышалась горькая нота.       Рицко уставилась на неё, почти парализованная дезориентирующим ураганом эмоций, который вырвался наружу из-за короткого разговора с Первым Дитя.       «Моя мать - убийца? Гендо должен был об этом знать, всё, что происходит в штаб-квартире НЕРВ - не ускользает от его взгляда, нет ничего, о чём бы Икари не знал».       - Он... он всё знал. Должен был знать... что... он..., - Акаги пыталась составить предложение, но слова упорно не лезли в голову, - я... как он мог...       - Командующий использовал вас. Как использует меня. Как он использует всех, - сказала Рей, холодным, пустым... но таким пронзительно горьким тоном.       Синеволосая молча смотрела на Рицко.       - Мне очень жаль. Это ещё одна причина, по которой я пришла, чтобы поговорить с вами. Вы заслуживаете знать это: я не испытываю к вам ненависти, - сказала Рей, слегка наклонила голову, - возможно, я действительно должна вас ненавидеть, - задумчиво сказала Аянами, - вы всегда относились ко мне как к Кукле, а не как к человеческой личности. Но я-это я. И... несмотря ни на что, я не испытываю к вам чувства ненависти или желаю вам смерти и боли. То, что мы делаем, слишком важно, чтобы отвлекаться на подобные мелочи. Так что я не буду вас ненавидеть.       - Я... не такая как моя мать! - выпалила Акаги Рицко, пытаясь убедить в этом не столько Аянами Рей, сколько саму себя, - не буду... не хочу быть ею!Я не такая! - гаркнула доктор Акаги, пока её руки сжались в кулаки, собрав больничную простыню пучками в руках.       Доктор вдруг замерла и побледнела. У неё голова раскалывается.       - Подожди! Ты… не ненавидишь меня?! Как?Ты не должна… не можешь испытывать ненависть или иные чувства! Твои лекарства…       - Я всегда всё чувствовала, доктор. Всё ощущала… Наблюдала за миром вокруг себя… Раньше мне просто было всё равно, - спокойно сказала Рей, - это никак не изменилось. Увеличенная доза, которую вы дали мне в понедельник, вызвала... множество проблем. Поэтому Командующий Икари приказал вам уменьшить дозировку. Мы знаем, что я могу эффективно функционировать в качестве пилота, принимая такое количество лекарств. Вам не нужно беспокоиться. Я остаюсь той, кем была неделю назад. Я полностью предана НЕРВ. Ангелы будут повержены. Замысел SEELE будет сорван. Я буду выполнять свою функцию, цель, ради которой я появилась на свет.       Рицко долго смотрела на альбиноску.       - Я... прости меня за это... за то, как обращалась с тобой так. Я... вот дерьмо..., - блондинка усилием воли заставила себя разжать руки, - он... использует нас обоих, и я тратила своё время, злясь на тебя, а не на него, потому что так проще...       «И он никогда не рассказывал мне о матери. Ни слова за столько лет... он должен всё об этом знать!» - снова задумалась Акаги.       Рей кивнула.       - Мы похожи больше, чем вы можете представить, доктор Акаги. Мы для него всего лишь инструменты, разменные монеты… фигуры в его многоходовой партии... и у нас обоих есть люди, которые всё ещё о нас заботятся.       Рицко горько рассмеялась.       - В последний раз, когда я общалась с Мисато, я унизила её и плюнула лучшей подруге в душу, назвав её ленивой алкоголичкой. У меня не очень хорошо получается ладить с ней…. а Майя..., - доктор махнула рукой в сторону двери, - воображает невесть что, думает, что я та, кем не являюсь.       - Она очень предана вам. И майор Кацураги всё ещё очень беспокоится о вас. Не нужно сдаваться. Вы ведь тоже не его Кукла, - тихо ответила Рей.       Аянами встала.       - Я оставлю вас в надёжных руках лейтенанта Ибуки, - Рей поклонилась именно ей, затем направилась к двери. Девушка отперла дверь и открыла её, когда звук бегущих по коридору шагов достиг комнаты.       Через мгновенье в палату ворвалась лейтенант Ибуки, держа на вытянутых руках кусок белой ткани.       - Акаги-семпай, ваши трусики у меня!       Рицко прикрыла лицо руками.       - Боже... за что мне всё это…       Рей убедилась, что повернулась к доктору Акаги спиной, прежде чем положить руку на плечо лейтенанта Ибуки и подарить молодой девушке крошечную улыбку.       - Позаботьтесь о ней, лейтенант. Вы нужны ей, - сказала она достаточно громко, чтобы Майя услышала её.       Майя просто моргнула от неожиданного комментария.       - Э? Я..., - Ибуки медленно опустила руку, пытаясь осознать слова Рей. Когда нижнее белье в её руках достигло уровня глаз, она посмотрела на него, и осознание того, что она только что крикнула, нахлынуло на молодую лейтенанта.       - ...ой       - Майя, дуй сюда, закрой дверь и дай мне мою юбку и нижнее белье! - сказала Рицко.       Рей позволила себе улыбнуться на долю секунды дольше, затем заставила лицо снова принять вид фарфоровой маски и направилась вниз по коридору. Это был трудный день, и она хотела увидеть своих любимых. Время возвращаться домой.              За три недели до битвы с Зеруилом.              Аска лежала довольная на своей кровати, лениво улыбаясь и отдаваясь послевкусию блаженства, выраженного в волнах удовольствия, которые всё ещё нежно прокатывались по её телу. Немка потянулась, как кошка, и позволила взгляду дрейфовать туда, где её парень на самом деле делал то, что она предложила наполовину в шутку. Он всё ещё был так же гол, как и она, что почти рассмешило её.       - Ты что серьёзно... да, ты совсем сдурел. Я пошутила, глупышка! Знаешь, тебе ведь не обязательно «играть мне серенаду из Бетховена» после секса!       Икари оторвал взгляд от идеально настроенной виолончели и улыбнулся ей в ответ, коснувшись смычком податливых струн.       - Да знаю я. Но мне нравится заставлять тебя улыбаться и быть счастливой, и я лучше выражаю себя в музыке, чем в словах... я хочу этого, - мальчуган начал играть мелодию, которая была подвижной и на удивление певучий для такого инструмента как виолончель.       - Ты иногда ведёшь себя как неисправимый придурок, - покачала головой Аска и откинулась, наслаждаясь музыкой.       Каждые несколько дней Синдзи делал нечто-то подобное, что-то настолько милое и душещипательное, что у рыжеволосой всё ещё иногда возникали случайные (хотя, к счастью, всё реже и реже) приступы тревоги и сомнений в том, что девчонка не заслуживает такого обращения и такого парня. Но затем всегда приходило явное, пылающее ощущение, подобно воплотившемуся в реальности чуду - чувство быть по-настоящему любимой. Оно так сильно нахлынуло на Лэнгли, что немка содрогнулась всем телом и упивалась моментом. Потом, в такие моменты, девушка снова пыталась придумать, как соответствовать своему партнёру. Аска Лэнгли любила его так же сильно, как и он её, и хотела убедиться, что он тоже это понимает. Потому что, если у неё бывали моменты, когда она чувствовала себя недостойной его любви, значит и у него бывало подобное, и она хотела убить эту темную холодную мысль в зародыше.       Ей нравилась его улыбка так же, как и её собственная нравилась Икари.       Последняя мягкая нота отзвучала и затихла - Синдзи остановился, снова улыбнувшись, закончив играть.       Рыжеволосой нравилось смотреть, как он блистает своим искусством - немка видела, как он играл вечерами напролёт, когда они оставались одни с тех пор, как сошлись. Произведения на виолончели, заканчивающиеся обычно неистовыми ласками, были своего рода чем-то типа семейной традиции.       Однако, слушая именно это произведение, Аску осенила мысль.       - Синдзи... что это за вещь, которую ты только что сыграл? Звучит немного знакомо, но я его не могу вспомнить что это.       Икари моргнул и будто выпал из состояния транса.       - МММ? Это…сам сочинил. Сократил кусок произведения, которое мне действительно нравится, но виолончель там не предназначена для игры в одиночку. Это была урезанная версия для сольной партии, которую я придумал, так как у меня никогда не было никого, с кем можно было бы играть дуэтом или квартетом.       Аска удивленно моргнула.       - Никогда не было никого, с кем можно было сыграть... подожди... ты сам всё это сочинил? Самостоятельно?       Синдзи кивнул головой, на щеках появился лёгкий румянец.       - Я... ну…. не совсем сочинил… и не совсем сам. Это просто слегка переделанная «Пассакалия» Генделя-Халворсена. Это не совсем оригинальная композиция. Я просто..., - Икари махнул смычком в воздухе, пытаясь подобрать слова, - вроде как... выбрал куски из произведения, которые смог, и адаптировал их для соло.       - Это по-прежнему просто... Чёрт, Синдзи, в нашей паре гений - я, а я даже не могу сделать ничего подобного.       - Ничего страшного, Аска. Ты же не музыкант.       Идея выкристаллизовалась в девичьем сознании. Немка озарила своего любимого солнечной, хитроватой улыбкой и выскочила из постели, встав в знакомую позу, положив руки на бедра и глянув на своего парня надменным взглядом обиженной Принцессы.       - Я?! Не музыкант?! Я - Великая Сорью Аска Лэнгли! Я лучшая во всём! Мистер Умник, ты своими глазами убедишься, что я могу быть кем угодно, хоть музыкантом – если захочу!       Немка повернулась к шкафу, распахнула дверь и буквально нырнула в груду коробок, глубоко запрятанных сзади.       - Где же я её положила, где же... Ага!       Сорью торжествующе появилась с безошибочно узнаваемым футляром в руках.       - Я не практиковалась некоторое время, так что могла что-то и подзабыть, но просто подожди, Синдзи! Тебе бы лучше раздобыть ноты для этой пьесы, так как теперь, - немка буквально бросилась на юношу, чтобы страстно поцеловать его, пока Икари удивленно таращился на свою девушку с неподдельным недоумением на лице, - теперь у тебя есть та, с кем ты сможешь сыграть дуэтом!              За две недели до битвы с Зеруилом.       - Хи... если бы я знала, что ты поможешь мне вновь обрести музыкальную форму, я бы откопала эту штуку несколько недель назад, - сказала красавица, радостно откинувшись на любимого, наслаждаясь теплым, ощущением его прикосновений к обнажённой коже.       Синдзи поцеловал немку в затылок и погладил рукой по нижней стороне левой руки.       - Ну, это не самый эффективный способ, чтобы научить тебя, но я не думаю, что кто-то из нас хочет попробовать что-то другое...       - Определенно нет. К тому же, тренироваться голышом означает, что не будет проблем с рукавами и другой одеждой, так ведь? Давай по новой раз-два...       Рука Синдзи мягко направила её, когда немка опустила смычок и положила тело скрипки под подбородок. Полученный звук был уже ближе к настоящим нотам - теперь вместо зубодробительного визга, который она выдала при первой попытке - скрипка снова звучала как инструмент, а не как кусок стекла по металлу.       При первой попытке Синдзи поморщился и предложил помощь: робко заключив в объятия красавицу сзади, Икари направил её руки. Хотя, что уж греха таить - его объятья быстро стали гораздо более страстными и томными, а их совместные выступления были музыкальной практикой лишь наполовину. Никто из них особо не возражал. Неделя такой «помощи» позволила немке восстановить прежний уровень владения инструментом.       В конце концов его руки оторвались от её, и юноша отступил назад, присев и взяв в руки собственный смычок. К её медленным, неустойчивым нотам быстро присоединилась его собственная партия, что положило начало робкому и нерешительному дуэту. Немка в основном сосредотачивала взгляд на стенде с нотами, стоявшем перед ней, но всякий раз, когда Сорью поднимала глаза, чтобы встретить с любимым взглядом, Икари уже улыбался ей, и она не могла удержаться от того, чтобы не улыбнуться в ответ.       Часы практики, которые пролетали как мгновенья, пока Мисато не было дома, ознаменовались стремительным улучшением. Синдзи с Аской оба согласились, что позволить их опекуну увидеть, как они счастливо играют вместе - будет слишком явным намёком на их истинные чувства друг к другу, поэтому подростки решили скрыть это, пока ей во всём не признаются. Они просто не могли перестать улыбаться, когда играли вместе.       Тем не менее, Аска улыбалась, даже когда они не музицировали.       Пилоты практиковались каждый раз, когда Мисато отсутствовала всю ночь или оставляла их одних. И Синдзи и Аска быстро продвигались к тому, чтобы довести произведение до совершенства. Не прошло много времени, прежде чем Аска смогла сыграть с Синдзи дуэтом. Икари признался, что у него никогда не было партнера для игры, а Аска сама удивилась тому, как сильно хотела, чтобы первой его партнёршей в музыкальном дуэте была именно она.       «Я и никто другой, кому он полностью доверяет, открывая душу в музыке. Даже у Рей не будет этой незримой нити, связывающей нас воедино. Только я и он, соединённые мелодией, партнёры, напарники, любовники… мой… только мой…».       Лэнгли на мгновение закрыла глаза и почувствовала, как он обнимает её, его проворные пальцы направляют её, гул струн... целый мир, состоящий только из них двоих. Дело было, на самом деле, даже не в том, что рыжеволосая была страшной собственницей - немка просто хотела быть тем партнером, которого он так долго искал. Быть той недостающей частью для него.       «Как ты являешься недостающей половинкой для меня, Синдзи-кун», - промелькнула мысль в голове Сорью.              Неделя до битвы с Зеруилом.              Пот выступил на лбу скрипачки, угрожая попасть в глаза, когда каплями падал вниз. Рыжая наклонила голову, чтобы струйка стекла в сторону, и заиграла усерднее, глядя на ноты на последней странице, как будто она могла заставить их дрожать в страхе от собственной решимости.       Последний такт.       Её смычок мелькал взад и вперед, воля и мотивация заставляли девчонку стараться изо всех сил, чтобы, несмотря на то, что руки у Лэнгли были ещё не до конца разыгранные, она смогла закончить и не сбиться с ритма напарника по дуэту.       Со своей стороны Синдзи играл легко, больше наблюдая за напарницей, чем глядя на ноты. У него их даже не было - он их знал по памяти - партия виолончели в Ре была одним из отрывков, который он знал назубок.       - Кроме того, - сказал ранее Икари, - виолончельная часть произведения - это то, что я буквально могу играть во сне. Она невероятно простая.       Лэнгли закончила, тяжело вздохнув, и отложила смычок.       - У меня получилось! - Сорью Аска Лэнгли не стормозила, не пропустила ни одной ноты... успешно сыграла с ним целый дуэт.       Синдзи мягко улыбнулся.       - Теперь... мы стали ещё ближе.              Ночь, когда Ева 00 стала берсерком.              Рей на мгновение посмотрела на дверь своей квартиры, но не могла заставить себя войти внутрь:новое жильё было на много лучше, чем старое во всех возможных отношениях, но прямо сейчас Аянами не хотелось войти внутрь.       Девушку интересовала квартира по соседству, место, близость которого она считала лучшей чертой своего нового места жительства: квартира, где жили её любимые, и где она проводила каждое мгновение, которое только смогла им уделить.       И после такого дня, как сегодня, ей действительно хотелось, нет, синеволосой нужно было погреться в сиянии связи их душ и позволить этому тёплому свету успокоить и залечить раны её собственной раздробленной души. Просто быть рядом с ними - этого было вполне достаточно. Знать, что они о ней заботились, было иногда воистину непереносимо тяжело.       «Моя душа была не готова к тому, чтобы бороться с другим Я сегодня и скрыть мои изменения от Командующего и доктора Акаги. Надеюсь, что моих извинений и правды о её матери хватит, чтобы изменить мнение доктора Акаги обо мне и Командующем. У неё слишком много власти и полномочий, чтобы позволить ей оставаться ко мне враждебной. Я не могу больше терпеть то состояние, в котором пребывала годами. Это ухудшит мою способность пилотировать - защищать тех, кого я люблю», - подумала Рей, когда использовала запасной ключ, который майор Кацураги предоставила ей, чтобы открыть дверь.       Синеволосая вошла в квартиру и её встретила музыка. Рей моргнула в замешательстве, быстро проходя через кухню в гостиную, чтобы узнать, что является источником этих восхитительных звуков. Виолончель - она предполагала, кто играл на ней, но кто был скрипачом...       Альбиноска вошла в гостиную и обнаружила своих любимых буквально светящимися от счастья, их любовь была настолько яркой и живой, что будто бы освещала комнату чистым пламенем эмоций и желания, которые плясали, будто язычки пламени костра.       Аянами закрыла глаза и позволила свету и теплу неземной любви омыть её, как будто холодной ночью её накрыли теплым одеялом, сплетённым из радости и доверия.       Музыка тоже была тёплой и прекрасной.       Льющиеся звуки внезапно остановились, как только Синдзи оторвал взгляд от Аски и заметил присутствие альбиноски.       - Рей!- воскликнул пилот Евы 01 и с облегчением улыбнулся.       Аска развернулась, опустив скрипку.       - Ты заглянула к нам!       Она быстро опустила свой инструмент и заключила синеволосую в яростные объятия, прежде чем та смогла хоть что-то ответить. Рей не была ни капельки недовольна. Счастье Рей только увеличилось, когда она почувствовала, что Синдзи присоединился к девушкам, его руки тоже обвились вокруг неё. Оказавшись между ними, стоя близко-близко, ощущая теплоту и заботу о ней, Аянами могла видеть и чувствовать, как их собственные души соприкасаются и звучат в унисон.       Рей снова закрыла глаза и позволила себе наслаждаться самым радостным чувством, которое она когда-либо испытывала в момент совершенного счастья. Впервые за свою короткую, почти бессмысленную жизнь девушка поняла, что значит «плакать от радости».       - Я дома, - прошептала им Аянами.       - Добро пожаловать домой, - на автомате ответил Синдзи, улыбаясь. Он и Аска отпустили Аянами и отошли достаточно далеко, чтобы нормально поговорить.       - Рей, я действительно рада… что ты в порядке, но..... ты правда пошла извиняться перед доктором Акаги? Перед НЕЙ?! - спросила с недоумением Аска.       Рей кивнула.       - Я была не готова к импульсам гнева, которые исходили от Евы 00. Я не желала вреда доктору Акаги, но она хочет убить её       Аска и Синдзи переглянулись. Аска повернулась к Рей и начала.       - Рей... о твоей Еве... мы думаем, что разобрались... нашли что-то очень важное…. мы думаем…       Рей поднесла руку к губам Аски, нежно заставив ту замолчать.       - Я... сегодня был чрезвычайно утомительный день, который вымотал и ранил как моё тело, так и душу. Я знаю, что то, что ты хочешь сказать, очень важно, но... мы можем подождать до завтра? Я просто... хочу побыть с вами обоими в этот вечер, и пусть ваше присутствие и связь облегчат мою боль. Пожалуйста?       Вторая и Третье Дитя переглянулись: Синдзи пожал плечами, Аска снова оглянулась на Рей и кивнула.       - Если... это то, чего ты хочешь, Рей. Это очень важно, но... ты - важнее. Поэтому мы и играли, на самом деле. Мы хотели показать тебе, чем мы занимались последние несколько недель, и отметить твоё возвращение домой чем-нибудь приятным после того, что случилось сегодня днем, мы можем... поговорим обо всём этом завтра.        - Спасибо тебе, - сказала Рей и взглянула на инструмент Синдзи, - вы двое так прекрасно сочиняете музыку вместе. Спасибо, что дали мне возможность на это посмотреть.       Аска покраснела. Синдзи моргнул, потом кашлянул.       - Э... не сочиняем… правильно это назвать музицированием. Ах... всегда пожалуйста, Рей. Присаживайся, мы попробуем сыграть что-нибудь ещё. О, давай сначала поужинаем! Я приготовил для тебя овощное мисо и рис.       Рей села рядом со стулом Аски и музыкальным стендом.       - Вы оба такие... столь удивительны. Надеюсь, однажды я смогу отплатить вам обоим за всё, что вы для меня сделали.       Сорью отвернулась, все ещё краснея от смущения.       - Да, хорошо... хм... ты же знаешь, что мы чувствуем, Рей. Мы... никто из нас не выдержит, если ты пострадаешь. Мы очень волновались из-за этого несчастного случая с Евой 00. Ты... ты много значишь для нас, понимаешь? Так... мы рады, что ты теперь в порядке и у нас дома.       - Да. Я всегда буду возвращаться к вам. Аска. Если я не могу обещать ничего другого из своей любви к вам обоим, то это я могу обещать точно.       Аска снова покраснела и что-то пробормотала.       - Я... Эй! Синдзи-кун, где её ужин?! У нас есть ещё что-нибудь, чтобы ей сыграть!       Рей снова улыбнулась, отдыхая, расслабляясь. Это было всё, что ей нужно от жизни:возвращаться к людям, которые любили её и утешали, убаюкивали раны в душе и сердце. Да... никакое Содействие не стоило того, чтобы разрушить их счастье, мир и гармонию.       Аянами Рей впервые оказалась по-настоящему дома.       «Дом там - где находится сердце. Теперь я всё это понимаю», - Рей глубоко вдохнула и опустила взгляд. Ничего подобного девчонка раньше никогда не испытывала.       «Но теперь... я никогда раньше не ощущала себя по-настоящему дома. И я не хочу потерять это волшебное чувство».              Апартаменты Геофронта 298-B соответствовали стандартам в Японии, всё ещё восстанавливающейся после второго удара, огромной, роскошной и богато обставленной квартирой. Хоромы были расположены глубоко под слоем брони, защиты и дополнительных систем безопасности на случай нападения Ангела. Жилплощадь была буквально напичкана передовыми технологиями и последними модными тенденциями в плане мебели и декора. Но одновременно в шикарной квартире было также очень холодно, одиноко и пусто, за исключением кошки, двух пустых бутылок вина и рыдающей навзрыд женщины.       «Хорошо... тттрррёёёх бутылок мммооожжжет. Не могу сказать точно, они ещё двоятся», - подумала Рицко. Вино не прояснило мыслей в голове учёной, но хотя бы притупило чудовищную душевную боль. Что же касается физической, то благодаря обезболивающим, которые она приняла в больнице, женщина ничего не чувствовала.       С самого начала это не было такой уж хорошей идеей, но Акаги устала, у неё болели душа и тело, и женщина почти отчаянно нуждалась в некотором снятии стресса, даже в одиночестве. Доктор чувствовала приближение нервного срыва и хотела уединения - глава Проекта Е не хотела взорваться перед кем-то и устроить бурную сцену. Ей пришлось решительно убедить очень настойчивую Майю вернуться к себе домой.       Это было весьма непросто: Ибуки была полна решимости не оставлять явно расстроенного семпая в покое, и перспектива того, что хоть кто-то из её окружения просто о ней по-человечески беспокоится вкупе с неумолимой жизнерадостностью, источаемой кохаем, чуть не заставили доктора начать всхлипывать прямо в больнице, так и не добравшись до дома.       Но блондинка знала, что её будет ожидать очень плохая, болезненная и тяжёлая ночь, и заставила себя сказать Майе, чтобы та возвращалась к себе в квартиру, и что она увидится с Ибуки утром.       «Не ммогууу папааазволлииить видеть девчонке всё ээ-это. Не меня в таааккооом состояниии. Она думает, что я такая безликая... э-ээээ… то есть великая. Если бы она знала хоть половину того, что я натворила, половину… всех грехов, которые я совершила... ради него», - пьяные мысли путались в голове Акаги Рицко, когда та перевернулась и нетвёрдо села на кровати.       Женщина жила и творила до этого момента лишь в Его славу, Его именем. Акаги была всем, чего Командующий от неё требовал:гением в области науки, настоящей чародейкой, когда дело касалось суперкомпьютеров, его вторым заместителем и доверенным лицом... персональной шлюшкой, которая ни разу не отказывала Ему, когда дело касалось постели.       Иногда Рицко ненавидела себя как раз в те моменты, когда ей сильнее всего хотелось последнего.       «И у тебя хватило совести насмехаться над Мисато и Кадзи за то, что они так много трахаются... по крайней мере, они действительно заботились друг о друге, любили друг друга. А что он о тебе думает? Думаешь, ему до тебя есть хоть какое-то дело», - укоризненно изрёк внутренний голос.       - Заткнись... - пробормотала себе под нос доктор Акаги.       Глупые голоса. Вино должно было заткнуть им рот, а не выпускать наружу. Блондинка неуверенно поднялась на ноги и споткнулась в поисках другой бутылки.       Акаги Рицко оглядела гостиную, проходя через неё: стильные обои, несколько украшений в кошачьей тематике... и ни единого намёка на мужчину, на само Его присутствие: нет ни книги, которую бы он ей случайно подарил, никакого иного подарка или чего-то ещё: ни дружеских презентов, ни цветов, ничего.       Икари никогда не оставался на ночь, даже когда очень редко приходил к ней - это Акаги всегда заезжала к нему.       Когда он вызывал её, или когда ей самой этого весьма хотелось. В такие моменты Командующий НЕРВ обычно просто позволял ей удовлетворить зов плоти.       «Для чего всё это? Ты для него просто ещё один инструмент - значишь даже меньше, чем кукла. И даже она жалеет тебя за то, что ты жаждешь его, хочешь быть с ним. Даже клон уже этого не хочет. Только ты. Только ты... прямиком как твоя м-мамаша», - продолжил корить женщину неприступный внутренний голос.       В последней фразе и был корень всего зла: именно эта мысль заставляла блондинку пить весь вечер напролёт, даже учитывая то, что женщина была на обезболивающих, заставляла думать об одиночестве и о холодном равнодушии Икари Гендо.       По крайней мере Акаги всё это казалось лучшей альтернативой образу, которого Рицко хотела избежать сегодня ночью всеми своими силами, делала всё возможное, чтобы обо всём этом не думать.       «Моя мать была убийцей», - снова пронеслось в разуме блондинки, когда та нараспашку раззявила холодильник и нащупала последнюю бутылку вина. Ей потребовалось три попытки, чтобы вытащить пробку. Она откинула голову назад и выпила из горла, прежде чем снова вернуться в спальню. Если ей повезет, она успеет напиться вдрызг до того, как... до того…       «Мать была убийцей. Она убила первую Рей. Потом покончила с собой...», - Акаги покачала головой, пытаясь избавиться от приступа тревоги и омерзения.       Все, чего она добилась - новая порция алкоголя заставила комнату начать вращаться ещё быстрее и яростнее, пол под её ногами дрожал, ходил ходуном, перекатываясь из стороны в сторону подобно куску желе на тарелке.       «И ты такая же, как она», - всё не унимался внутренний голос.       Учёная рухнула в кресло за письменным столом в спальне, бутылка выскочила у неё из рук, сбив пару статуэток кошек, стоящих недалеко от компьютера. Чёрная и белая статуэтки отскочили друг от друга, а затем покатилась. Чёрная - назад, чтобы врезаться в монитор. Белая же скатилась к краю стола, увернулась в полёте от пальцев Акаги, пытавшихся её схватить, и разбилась на керамические осколки, когда упала на пол.       «Какой символизм!» - с горечью заметил внутренний голос.       - Я на неё… ни капельки не похожа! Нехочу… не собираюсь..., - голова Акаги раскалывалась, а всё тело саднило: ко всему прочему у женщины остро заболел живот. Рицко потянулась за бутылкой обезболивающего, которую принесла домой из больницы. Однако крышка отказалась так легко сдаваться: Рицко после трех бутылок вина с ней явно не справлялась       - ...сиганула вниз с МАГИ! - в сердцах вскрикнула глава Проекта Е и бросила бутылку в отчаянии на кровать.       «Ты уже выдула половину четвёртой бутылки вина и пытаешься принять ещё таблеток. Ты же чёртов биолог, Рицко. Давай не будем делать вид, что ты забыла, что происходит, когда смешиваешь седативные и алкоголь в такой пропорции? Ты всё ещё притворяешься, что это не неумелая импульсивная попытка самоубийства?» - напомнил о себе в очередной раз внутренний голос.       Глаза женщины расширились, и она уставилась на пузырек с таблетками на кровати. Её язык скользнул по зубам, приторный вкус вина всё ещё наполнял её рот.       «Ты знаешь, что думала об этом. Сделать ей больно. Последнее небольшое «увеличение» дозы препаратов было не просто для того, чтобы стабилизировать её психоэмоциональное состояние, не так ли? Ты хотела наказать эту злую куклу за то, что именно она, а не ты, всегда приковывает к себе Его взгляд. Эта доза была лишь немного меньше той, которая, как ты знала, будет крайне рискованной, и ты даже не потрудились сначала сделать анализ крови. Ты знала, что делаешь. И если бы доза оказалась фатальной, то, подумаешь, делов-то, нужно было бы просто вытащить нового клона из формалина, так как альбиноска просто одноразовая кукла. Ты бы не стала сильно горевать, если бы она умерла «случайно». Ведь после этого он бы всегда смотрел только на тебя, созерцал - только тебя…», - продолжил вскрывать душевные раны жестокий голос.       У Рицко от боли буквально скрутило живот, и женщина рванула в ванную. Едва добралась до туалета, как из её рта вырвался могучий поток вина, желчи и желудочной кислоты. Туалет был похожа на жертвенную чашу, наполненную свежепролитой кровью - столько вина Акаги выблевала за раз.        - Я - не она… никогда ей… не буду! - буквально прохрипела Акаги, наконец, остановившись.       «Думаешь, слегка подкрасила волосы и от этого что-то изменилось? Ты глава Его научного подразделения, отвечаешь за все вопросы, связанные с Евами и МАГИ, тебе нашлось место и в его постели. Какая ирония - настолько отчаянно нуждаешься в его внимании, что хочешь навредить Рей за то, что она угрожает твоим так называемым «отношениям» с Командующим... Признайся себе: для того, чтобы полностью превратиться в свою м-мать тебе просто нужно убить Аянами и свести эту ебучую краску с волос! А потом итог немного предсказуем: прыжок в один конец прямиком с МАГИ! Эй, а ведь тебе удалось пропустить ту часть сценария с «убийством» и перейти прямиком к «самоубийству»! Ты опережаешь события! Как тебе такое, а мамаша?!»       - Нет... не хочу... не такая..., - невнятно промямлила женщина, всё ещё смотря в толчок, - не похожа на неё... не хочу быть ею..., - бормотала рыдающая навзрыд женщина пока её горячие, полные горечи слёзы соединялись со струями желчи, а сопли капали с лица в унитаз.       Акаги Рицко с трудом встала на ноги, вытирая непотребство с лица полотенцем, которое она потом бросила на пол. Она уберётся утром. Если оно, конечно, для неё наступит.       «Ты такая же, как и она... слепая дура, удобный инструмент, который легко использовать, наивная идиотка, не видящая ничего дальше собственного носа...».       На выходе блондинка остановилась, тяжело прислонившись к дверной раме ванной. На полу был кровавый след, ведущий... прямиком к ней? Женщина опустила глаза и подняла левую ногу, чтобы проверить. Ага, осколок белой керамики торчал у неё в ноге, рана от которого продолжала кровоточить. Акаги даже не заметила боль от осколка или кровотечение. В этот момент доктор Акаги ничего не чувствовала.       «Совпадение за совпадением! Не так ли? Ты даже не чувствуешь боли, когда ранишь себя, убегая от чего-то, что всё равно было из-за Него... О, смотри, у тебя даже появилась кровь на руках!» - не унимался заносчивый голос, даже в тот момент, когда женщине удалось вытащить осколок с четвёртой попытки, в процессе которого она заработала ещё один небольшой порез на кончике пальца.       Акаги Рицко всё ещё ничего не чувствовала.       «Тупая, придурковатая мымра! Думаешь, что вся из себя такая умница. Ты месяцами осознавала, что он просто использует тебя, но продолжала не замечать этого, либо просто находить нелепые оправдания. И за всё это время он ни слова не сказал о твоей матери. Бессердечный ублюдок! И десять к одному, если Командующий позвонит тебе прямо сейчас, ты всё равно умоешься и метнёшься прямиком к нему, чтобы тебе не пришлось снова ощущать себя одинокой. Ты сказала своей давней подруге, что она ленивая алкоголичка, когда та пыталась поговорить с тобой в последний раз. Это она приходила повидаться с тобой, а не он. Только она и... Майя. Которой ты твёрдо и чётко сегодня сказала оставить тебя в покое. А потом пришла домой и начала пить на пустой желудок и принимать обезболивающие препараты!»       Она не могла заставить себя задуматься о кровотечении.       «Ты никогда не видела дальше собственного носа…».       Поэтому она просто пробралась, обойдя оставшиеся осколки, к кровати, потянулась, чтобы схватить бутылку вина. Блондинка осторожно поставила бутылку на ночной столик и рухнула на кровать - она была большой двуспальной,но слишком пустой и холодной. Впрочем, как и всегда.       - Он ника-кагд-дааа ни аставааалсяяя..., - еле выдавила из себя Рицко, во рту у неё оставался привкус желчи и винное послевкусие.       Женщина потянулась через пустую часть, где лежал бы партнёр, любовник, кто-то, кого можно было бы обнять. Её потянувшиеся пальцы нашли только холодные шелковые атласные простыни и всё ещё закрытую бутылку таблеток.       Акаги вздрогнула и оттолкнула её.       Простыни все еще были холодными. Пространство рядом с ней ощущалось таким пустым и безрадостным. Женщина никогда так остро не чувствовала полного отсутствия чего-то настолько важного для неё.       «Скажи… это того стоило? Его «внимание»? То, что он закрутил с тобой после матери... она ведь чувствовала тоже, что и ты? Этот «Комплекс Электры» - просто сучья погань, не находишь этого?! Ты так боишься остаться одна? Боишься, что никто тебя не захочет? Учитывая то, как ты относишься к своим друзьям, неудивительно, что никто не хочет быть здесь с тобой», - не унимался злобный голос в женском сознании.       - Майя захотела бы..., - прошептала Рицко.       «Дорогая, милая, невинная Майя, которая понятия не имеет, кто ты на самом деле? Кто не знает, что твои руки по локоть в крови, и ты охотно помогаешь Командующему в том, что он замышляет? Кто бы пылал от ярости и возмущения, если бы была здесь прямо сейчас и могла слышать, о чем ты думаешь? Просто представь выражение её лица, если бы она всё знала... Чего ты достигла в жизни, а, Рицко. Мисато и Кадзи есть друг у друга. Ты знаешь, что они снова вместе, даже если они продолжают отрицать очевидное. У этой школьницы Хораки тоже есть парень. Даже у ебучего Первого Дитя есть друзья во множественном числе. А кто есть у тебя?»       Рицко не смогла больше сдерживать истерику: несчастная женщина схватила другую подушку и крепко обняла ее.       - Больно... плохо... не хочу... оставаться… одна...       «Да ты проделала заебись какую хорошую работу, чтобы остаться в одиночестве:тебя никто не ждёт, ты сказала единственному человеку, который хочет быть здесь с тобой, чтобы она шла домой одна и не звонила тебе, а потом попыталась убить себя или напиться до потери сознания. Ты уверена, что не хотела быть одна на полном серьёзе?»       Наволочка подушка полностью напиталась слезами, потом и соплями.       - Я не хочу... больше быть одна..., - прошептала Акаги, продолжая исступлённо рыдать.       Непрошеное, но при этом неудержимое видение проложило свой путь в её воспалённое сознание: Майя, лежа рядом с ней, мягко улыбаясь, обеспокоенно потянулась, чтобы смахнуть волосы от ее лица. Акаги почти чувствовала прохладные кончики её пальцев на своём виске. Глаза Ибуки, полные заботы. Которые смотрят только на неё, девушка, которая любит её и просто желает, чтобы Акаги была собой. Жаждет её только за то, какая она есть. Просто хотела быть там с ней, вместе, рядом.       Это было такое чудесное видение, что Акаги Рицко стало почти физически больно.       - Майя ничего… не знает... не могу... не могу позвонить ей…узнать...       «Она была рядом с тобой, когда ты приходила в сознание. Дважды. Это вдвое больше, чем ОН когда-либо».       - Она возненавидит меня...       «Уверена? Ты думала, ОН тебя полюбит. Тогда ты ошиблась. Ты так сильно хочешь остаться одна? На этот раз тебя стошнило. Спорим, ты не попробуешь ещё раз следующей ночью, если будешь так себя чувствовать?» - не унимался неистовый спорщик, продолжавший сыпать злобными вопросами и едкими утверждениями.       Воспоминания нахлынули на неё.       Икари Гендо, который говорил.       «Акаги Рицко, ты мне действительно нужна».       Гендо был высоким, мрачным, властным, доминирующим мужчиной, всё, что буквально заставляло сердце Акаги таять. Тогда она поверила ему. И тогда Командующий позволил ей «соблазнять» его, позволил двадцатипятилетней неловкой девчонке, которая была в восторге от его прикосновений, его мощи, его харизмы. Молодая учёная чувствовала себя нужной, желанной, удовлетворенной... Но теперь она не могла перестать слышать тот едва слышный шёпоток - «Юй, милая моя Юй» от него... последний раз… ведь это было далеко не в первый…       «Ибуки Майя может возненавидеть тебя... но ты точно знаешь, что ей будет не всё равно. Может быть. Мисато тоже приходила к тебе. Даже Кадзи заглянул на пару минут. И если эти двое смогли простить друг друга и начать все сначала, возможно... может быть, ты тоже сможешь. Может быть, есть выход, который не предполагает... прыжок вниз…».       - Но...       «Если Мисато, Кадзи и ... и Майя отвернутся от... ты просто вернёшься к тому, что сегодня начала. Хуже чем есть - уже не будет. Тебе остаётся либо упокоиться на дне - либо начать всплывать. Если только ты не хочешь перевернуться и принять еще таблеток,залить в себя всё оставшееся вино и закончить свою историю».       Рицко лежала неподвижно, просто дыша и сжимая подушку, как спасательный круг, долгое, невероятно долгое время. Наконец, она перевернулась, с дрожью в руках, и потянулась к ночному столику, где стояли бутылки...       ...и подняла трубку.       С некоторым трудом женщина нажала клавишу быстрого набора для предварительно сохраненного номера. В трубке послышалось несколько гудков, что неудивительно, учитывая в какой поздний час она звонила. Или очень рано, если смотреть с точки зрения начала следующего дня.       Щелчок и на том конце провода женский голос ответил.       - ...да?       Рицко сглотнула.       - ...я... мне… нужна твоя помощь.       Наступила долгая пауза.       - Прямо... сейчас?       - Ага.       Еще одна длинная пауза.       - Подъехать... к вам домой?       Рицко чуть не рыдала от облегчения.       - Да! - вскрикнула она, всхлипывая уже не от горя, а от надежды и счастья.       Разговор закончился. Акаги откинулась на кровать, телефон вывалился у неё из рук и упал рядом. В квартире было еще темно, холодно и тихо... но теперь блондинка уже не чувствовала себя такой одинокой.              А примерно в это же время, на другом конце города, рыжеволосая девушка немецко-японского происхождения внезапно проснулась в ужасе, издав слабый, едва слышный крик тревоги, который вырвался из её рта, прежде чем Лэнгли полностью проснулась. Пилот Евы 02 села, протирая глаза, пытаясь замедлить стучащее сердцебиение и сбивчивое дыхание.       - Боже правый, черт возьми... Мисато, это всё твоя вина. Это просто невыносимый пиздец, - у девушки не было кошмаров уже много дней… недель…месяцев. Ни разу с тех пор, как Синдзи начал спать рядом с ней. Но теперь они вернулись, и она знала почему: прошла почти неделя с тех пор, как Мисато попросила/приказала им спать отдельно, пока она не решит, как поступить с тем, что они спят вместе и являются любовниками.       В первую же ночь это дало о себе знать: беспокойный, прерывающийся тревожный сон не принёс ей ни покоя, ни облегчения, и с каждым днём становилось только хуже.       Теперь Лэнгли просыпалась от кошмаров, которые не могла вспомнить...       Аска схватилась за грудь. Нет... она только хотела, не мочь их вспомнить. Девушка слишком хорошо знала каждый этап, ход, каждую деталь этих страшных снов.Ещё одна волна дрожи прокатилась по её телу. Немка взглянула на часы у своей кровати. 4:23 утра.       Аска на секунду прикусила губу, но потом встала с кровати, бормоча.       - Всё… с меня хватит. Я больше не могу это выносить. Прости, Мисато, но он мне нужен. Без него точно слечу с катушек.       Девушка достала одежду из комода и подхватила пару нейродатчиков с ночного столика, на цыпочках прокралась к двери и молча открыла её. Осторожно оглядевшись, рыжеволосая убедилась,что в комнате вниз по коридору не было никаких признаков активности Мисато. Немка пробралась через зал, даже затаила дыхание для того, чтобы двигаться и вовсе бесшумно и проскользнула в комнату Синдзи, открыв и закрыв дверь меньше чем за две секунды. Лэнгли спрятала сверток с одеждой в углу у двери. Поднявшись с места, где она наклонилась, она почти подскочила от неожиданности, когда обернулась, чтобы увидеть Синдзи,который уже сидел и смотрел на неё. Замешательство на его лице переросло в счастливую улыбку, которая заставила и саму Лэнгли улыбнуться.       - Привет...       - Когда-то давно, ты уже пробиралась в мою комнату ночью в одной рубашке и нижнем белье - это чуть не заставило меня упасть в обморок от ужаса или до смерти истечь кровью из носа от неистовых похотливых желаний. Теперь я просто очень рад тебя видеть. Ты тоже не смогла уснуть?- спросил он, приподнимая одеяло и ползком отодвигаясь, чтобы освободить девушке место рядом с собой.       Немка с удовольствием приняла предложение, проскользнула под одеяло через секунду, наслаждаясь теплом тела, которое источал любимый, когда она обняла его и вжалась всем телом.       - Ещё хуже. Я спала, и у меня случился...       Икари Синдзи помрачнел.       - Кошмар, - парень закончил фразу за Лэнгли и прижался к её шее, уже во второй раз за это ночь заставив красавицу задрожать. Но на этот раз это была дрожь счастья, - прости, что меня там не было, Аска.       Сорью прижалась к нему крепко-крепко, впитывая его тепло сквозь пелену сна. Девушка уже почувствовала, что расслабляется, какое-то неосознанное напряжение глубоко внутри начинает отступать.       - Это не твоя вина, дурачок. Но мы должны надавить на Мисато, чтобы она разрешила нам завтра снова спать вместе. Я больше не могу выносить кошмары. С тобой я больше не вижу злых снов каждую ебучую ночь, и если ты не будешь рядом, они снова вернутся: страшные сны усиливались всю неделю,а теперь снова стали будить меня по ночам.       Синдзи целую минуту просто обнимал любимую.       - Хочешь... хочешь поговорить об этом?       Аска не могла удержаться от улыбки в темноте. Синдзи бы никогда не осмелился спросить это у неё четыре месяца назад, и она бы оторвала ему голову, если бы он это сделал. Теперь пилот Евангелиона 02 просто чувствовала тепло, знала, что желанна и любима, что с парнем можно поговорить обо всём и что он поможет стреножить беспокойство, которое всколыхнулась, подобно волне, поднятой ночным кошмаром.       - Я... думаю да.       - Там снова была...твоя мама?- нерешительно спросил Икари.       Немка в ответ покачала головой.       - Нет. Что-то другое… хуже чем все те, что были у меня раньше.       Она почти слышала, как Икари от удивления поднял брови.       - Хуже, чем те, в которых ты видела прошлое и свою мать? Как такое вообще…       Немка крепче обняла его, как будто он мог вот-вот испариться.       - Про тебя. Те грёзы были - про тебя       - Про меня? Я... о Боже.       Она снова кивнула.       - Мы сражались с Израфиилом, но когда он..., - девушка сделала паузу и прижала парня к себе изо всех сил, чтобы успокоить себя, - когда он... взорвался, осколки повредили контактную капсулу Евангелиона 01, и ты исчез, я ничего не смогла сделать... и..., - девушка замолчала, не в состоянии даже произнести эти ужасные слова вслух.       Синдзи кивнул.       - Я... у меня тоже были кошмары, - почти прошептал Икари, - м-может быть, Мисато в чём-то и права…       - Нет, она во всём ошибается, - перебила парня Аска, - мы не собираемся перестать любить друг друга, так что остается просто вместе перестать быть пилотами, что вряд ли произойдёт. Мы единственные, кто может и уже видели, что случается, когда Рей остается сражаться в одиночку. Я не собираюсь так поступать с ней или Хикари, пока мы можем что-то сделать. И я больше не ринусь в бой без тебя. И я сказала, что тебе нельзя умирать, никогда.       Синдзи грустно рассмеялся.       Аска Лэнгли так крепко прижималась к нему, что почти слилась с его телом. Несмотря на её слова, он мог сказать, что кошмар действительно беспокоил её.       - Тебе тоже, Аска. Я... могу сказать, что просто не вынесу, если с тобой что-нибудь случится. Если... если бы я опоздал хоть на секунду, прыгнув за тобой в вулкан..., - Синдзи даже не смог закончить предложение, просто зарывшись лицом в её шикарные волосы.       Аска помолчала минуту.       - Психиатр, вероятно, сказал бы, что мы демонстрируем какой-то вид нездоровой психической мании, зависимости друг от друга, но он может засунуть своё мнение себе в… я никогда не была такой счастливой. Я... я не хочу останавливаться, - Аска повернула голову, чтобы посмотреть мальчишке прямо в глаза, - я знаю, что ты чувствуешь то же самое. Лучшее в наших отношениях то, что многие вещи не надо говорить вслух: мы знаем о них потому, что ты такой же, как я, а я - такая же, как ты.       Синдзи оттолкнул от себя дурные мысли, и улыбка сверкнула у него на лице.       - О, так ты теперь тоже дурёха?       Аска высунула язык.       - Нет, это всё ещё только твоя прерогатива, - девушка закрыла глаза, - такая же, как быть моей персональной «подушкой» для тела, как избавлять меня от дурных снов. Так что я остаюсь здесь, и мы просто должны быть уверены, что опередим Мисато.       Синдзи пожал плечами.       - Я думаю, что она даже поверит нам, если поймает, а мы скажем, что оба остались одетыми, и между нами ничего не было, кроме объятий. Но... как бы я не хотел идти против её слова...       Аска фыркнула.       - Для меня намного важнее, чтобы у любимой не было ночных кошмаров, - сказал Икари, и тоже закрыл глаза.       - Не вздумайте умереть… никогда. Это касается и Рей тоже. Вы оба... будьте осторожны, - тихо сказала Аска, - как бы странно это ни звучало, я не думаю... ты тоже не можешь потерять Чудо-девушку. Она... я никогда не думала, что скажу это, но я тоже люблю её, почти так же сильно, как люблю тебя, Синдзи. Я не хочу больше так переживать, как в том бою, что мы не успеем вовремя, чтобы спасти её…       Лэнгли слышала, как Синдзи сглотнул комок в горле.       - Д-да... я... мне… не нужна... другая, ты - всё, о чём можно только мечтать, Аска. Но я могу понять, каким образом... Рей могла бы быть со мной, понимаешь? Как это могло бы случиться...       - Да, я тоже... - Аска напряглась, - она такая милая и симпатичная..., я-я-я имею в виду…       Синдзи обнял любимую и погладил по спине.       - Я... я не против, Аска. Я... я понимаю, что ты имеешь в виду. Это не так как у нас... мы просто любим её, но по-другому…       - Это не про то, что мне внезапно стали нравиться девушки! Или что-то ещё! Просто... просто Рей. Я... ты в последнее время думал о том, каково это - целовать её, не так ли?! - вскрикнула Сорью.       - ...ага. Но ты же знаешь, я бы никогда не поцеловал никого, кроме тебя..., - спешно признался Синдзи.       Аске удалось найти его губы на ощупь для поцелуя.       - Я знаю. Я тоже. Но... да. Мы любим её. И пока мы не можем... ответить ей... хм... взаимностью, мы всё ещё хотим, чтобы она была счастлива, верно?       - Ну да… так... мы... поможем ей найти кого-нибудь? Я не знаю, кто мог... быть достаточно хорош для неё, - медленно сказал Икари.       - Я тоже не знаю, но сейчас мы просто обязаны рассказать ей о душе её мамы... Хоть ей и будет больно. Не думаю, что когда-либо видела её такой счастливой как сегодня.       - Я... да. Интересно, она это серьезно? Про то, что может ли она сыграть с нами?       - Чудо-девочка неглупая. Возможно, сможет. И альт естественное дополнение, чтобы сделать струнное трио с тобой и мной, - сказала, улыбнувшись в темноте Аска, - возможно, мы не сможем встречаться с ней, но мы все еще можем «играть вместе нежную музыку», как думаешь?       - Я... был бы не против.       - Я тоже. Так что завтра, давай посмотрим. Давай убедимся, что она знает, что мы тоже её любим.              К счастью, на следующее утро привычка Синдзи рано вставать снова спасла влюблённых их от того, что их застукали в одной кровати, они оба были одеты и хлопотали над завтраком, прежде чем Мисато вышла из своей комнаты. Им очень повезло: Мисато была необычайно проницательной, не показывая никаких признаков когда-то обычного утреннего похмелья, хотя всё ещё выглядела уставшей. Она снова допоздна задержалась у Кадзи или что-то ещё, чем Синдзи и Аска наслаждались, так как остались вечером наедине с Рей.       Мисато просто пробормотала приветствия влюблённой паре и помахала им рукой, когда те пошли в школу. Влюблённые задержались на несколько минут, причиной чему был страстный поцелуй, который они разделили, прежде чем действительно выйти из квартиры. Их страстные утренние поцелуи уже вошли в привычку, как только им больше не нужно было таиться и скрывать свои истинные чувства.       Мисато высунула голову за угол прихожей после того, как не услышала, как дверь открылась и закрылась через несколько минут. Кацураги покачала головой, наблюдая за всё ещё счастливо целующейся парой.       - Шевелитесь, вы двое. Не хочется объяснять, почему вы опоздали в школу. Или вам так хочется объяснить классу и преподавателю, почему вы задержались?       - Объяснить? Ха! Это больше похоже на то, что мы хвастаемся! - ответила Аска, но неохотно выпустила Синдзи из своих объятий и нажала кнопку, чтобы открыть дверь, - половина нашего класса всё равно завидует нам. В особенности все те гарпии, которые заглядывались на моего Дурачка Синдзи. Но он мой…мой и только мой… мой единственный! - Аска позволила себе самодовольно ухмыльнуться, когда вытащила Синдзи за дверь всё ещё держась за руки.       Первая остановка влюблённых пилотов была прямо по соседству. Они нажали на дверной звонок вместе, улыбаясь и переглядываясь. Рей практически парила в воздухе, когда, наконец, ушла прошлой ночью, красивая улыбка на её миловидном лице буквально светилась после последнего раунда двойных объятий.       Но сейчас это была гораздо более тихая и скромная девушка, которая поздоровалась с ними, когда дверь открылась. Лицо Рей было настолько безжизненным и отстранённым, что на мгновение Синдзи забеспокоился, что она каким-то образом снова находится под воздействием транквилизаторов и антидепрессантов.       Но слабые круги под глазами показали, что усталость была сегодня лишь одним из следствий явного недосыпа.       - Ты в порядке, Рэй? Ты выглядела намного лучше, когда вчера вечером ушла от нас, - обеспокоенно спросила Аска.       Рей устало улыбнулась и покачала головой.       - Я в порядке. Я не выспалась прошлой ночью. События вчерашнего дня были ... тревожными. Со мной всё будет в порядке. Думаю, мой разговор с доктором Акаги достиг своих результатов. Мы с ней похожи больше, чем она думала.       Синдзи и Аска переглянулись: они были рады услышать, что Рей убедила Командующего, что ей необходимо восстановить прежний режим приёма лекарств, так как они знали, что Рей уже может обманывать тесты с помощью накопленных образцов мочи, собранных до того, как она завязала с приёмом препаратов. Но Рей весьма туманно пересказала свой разговор с доктором Акаги, не говоря уже о том, что её извинение было принято, и что Акаги Рицко даже попросила прощения у Рей за то, как с ней обращалась.       Аска глянула на Рей, нахмурив брови.       - Ты совсем на неё не похожа, Рей. Ты - прекрасный человек, которого мы любим и которому доверяем. Она - конченая бессердечная сука, никто бы не пролил ни слезинки, если бы она сдохла, утонув в LCL, или упала бы с той смотровой площадки.       - Возможно, в этом то и проблема, - спокойно ответила Рей.       Синеволосая вышла из квартиры и начала идти с Аской и Синдзи к лифту.       - Полгода назад меня бы тоже никто не оплакивал в такой ситуации. Я была лишь инструментом для Командующего. Я - это я, хотя теперь у меня есть более веские причины для того, чтобы сражаться и жить, - альбиноска оглянулась на Вторую и Третье Дитя через плечо, одарив их лёгкой теплой улыбкой, - доктор Акаги такая же игрушка, инструмент и жертва манипуляций Командующего. Вот почему я смогла понять и простить её, несмотря на её отношение ко мне.       Аска вздохнула и всплеснула руками.       - Ты слишком добра к ней, Рей. Я бы ей такое с рук не спустила! И я всё равно буду злиться на неё из-за того, что она сделала! Никто не смеет причинять боль и страдания близким мне людям!       - И даже если мы её возненавидим, это ещё одна ужасная вещь, которую мой отец сделал с людьми, которые его окружают, - прорычал Синдзи, - я не прощу его так легко, несмотря ни на что.       Аска кивнула, взяв Синдзи за руку, когда пара вошла в лифт.              Возвращение в рутину школьных будней стало для пилотов почти облегчением. Всё было бы просто супер, если бы не все эти враждебные взгляды девчонок, недовольных тем, что Аска идет в школу рука об руку с Синдзи, а Рей следует за любовниками прямо по пятам. И то, что парта Хикари по-прежнему пустовала. Всё это, и ещё несколько мелочей, не позволяли Аске, Синдзи и Рей по-настоящему снова влиться в обычную школьную жизнь.       Бросив взгляд на парту Хикари, в задней части классной комнаты, Аска глянула сочувствующим взглядом на Тодзи, который пялился на пустое место своей отсутствующей девушки с поистине несчастным выражением на лице. Судзухара поднял глаза, чтобы встретиться с Аской, и тихо умолял её о хороших новостях.В ответ на это - Лэнгли с сожалением покачала головой.       Вчера они были слишком злы на доктора Акаги, чтобы получить шанс выбить из неё ответы, и Мисато также не сделала никаких шагов за короткий промежуток до того, как Ева 00 начала буйствовать и крушить всё вокруг. Бравый спортсмен съехал на стуле ниже, выглядя ещё более подавленным.       - Нам нужно посетить госпиталь НЕРВ сегодня днём и попробовать тайком увидеться с Хикари, - сказала Аска, повернувшись к Синдзи, - и не позволяйте никакому«карантину», охранникам или ещё какой-нибудь формальной чуши остановить нас.       Синдзи не смотрел на неё, уставившись на дверь класса.       - Я не думаю, что мы должны ехать в больницу.       Аска нахмурилась, почти буравя его разозлённым взглядом.       - Почему, чёрт возьми, нет? Только не говори, что думаешь, что эта злобная белобрысая сука хорошо о ней заботится!       Синдзи улыбнулся, повернувшись к ней,и ответил.       - Нет, я думаю, потому что мы попросту потратим время.       Аска моргнула. Впервые за несколько недель она обнаружила, что на самом деле начинает злиться на Синдзи.       - Ты что, совсем придурок?! Мы…       Синдзи просто положил руку ей на рот и указал на дверь.       Её глаза расширились. Хватило секунды, чтобы она заметила улыбающуюся Хораки Хикари, стоящую в дверях и открывшую было рот, чтобы поприветствовать их, прежде чем её прервал восторженный рёв из задней части комнаты.       - Хикари!!! - Тодзи буквально заревел как радостный динозавр, почти перемахнув через парты и расталкивая учеников, пулей рванувшись к любимой.       У Хикари было достаточно времени, чтобы расправить руки и одарить парня ослепительной улыбкой, прежде чем Судзухара чуть не задушил хрупкую старосту в своих объятиях и начал отчаянно целовать девушку, как будто последний раз в жизни.       - Тодзи! Ммммммнггарррх!       Потрясённые вздохи и шепотки пролетели по классу от некоторых одноклассников, которые всё ещё были не в курсе отношений Старосты и одного из самых больших раздолбаев класса. Аска улыбнулась и протянула руку, чтобы убрать руку парня с губ.       - Ты бы мог просто сказать, дурик.       - И упустить шанс посмотреть на твоё удивлённое лицо?! - улыбнулся в ответ Икари.       Девушка игриво ткнула его в бок.       - Дундук.       Рей улыбнулась позади них, на своем месте у окна.       - Такое яркое пламя... они пылают, как вы двое, - тихо сказала альбиноска.       Аска насупилась.       - Тебе просто нравится видеть влюбленных людей, не так ли, Рей?       Рей кивнула.       - Любовь... прекрасна.       Аска слегка фыркнула, но нежно посмотрела на своего парня.       - Да, наверное, так и есть.       Их пожилой сенсей откашлялся несколько раз, прежде чем Дзюнко Ивао поняла намек и встала, чтобы помочь вырвать Хикари из объятий Тодзи. Сияющая и раскрасневшаяся Хикари, наконец, вспомнила, где она была и что должна делать, и отправила Тодзи обратно на своё место, прежде чем повторить традиционное:«Встать! Поклон! Сесть!» - это была обычная процедура, хотя сегодня она сопровождалась незлобным хихиканьем.       - Прежде чем мы сегодня начнем занятия, мм..., - начал утренний урок Небукава-сенсей, - сегодня к нам перевёлся новый студент... пожалуйста, юноша, представьтесь классу.       Синдзи и Аска моргнули. Они были так счастливы, увидев, что их подруга и коллега-пилот больше не в карантине, что не заметили улыбающегося ученика, стоящего в коридоре позади преподавателя. Легкой походкой новичок вышел к доске,где быстро и аккуратно нарисовал несколько изящных иероглифов.       Он повернулся к классу и одарил ребят нежной меланхоличной улыбкой.       - Здравствуйте. Меня зовут Нагиса Каору. Я очень рад быть здесь сегодня, - его красные глаза скользнули в сторону уголка класса, где сидели пилоты Евангелионов, - я просто невероятно счастлив, что буду учиться с вами.