Всё началось совсем не невинно

Меня разбудили чьи-то крики. Их источник явно находился за пределами комнаты, в которой я была одна. Либо Драко ушёл, как только я заснула, либо решил не тревожить меня по пустякам. Быстро встав с кровати и достав палочку, я вышла в коридор. К крикам добавился смех и возгласы Беллатрисы. Кого-то пытают. Не хочется мне видеть подобное развлечение Пожирателей, но вдруг они будут говорить что-нибудь про Гарри. Я шла крадучись, потому что крики девушки резали уши. — Хватит! — отчетливо сказала пленница, когда я только подошла к лестнице. Либо моя память решила сыграть со мной злую шутку, либо я знаю обладательницу этого голоса. Сбежав с лестницы, я буквально влетела в холл. Пожиратели стояли небольшим полукругом, поэтому я не могла увидеть их жертву. Пришлось пройти в первые ряды. Беллатриса, заметив меня, отошла от девушки. Чутьё не подвело. Лестрейндж мучила Гермиону. Я сильно сжала палочку в руке. — Дорогая моя, — начала брюнетка, странной походкой идя ко мне, — у нас гости. — Да, я вижу, — перевожу взгляд на Гермиону, на руке которой Белла начала вырезать слово «грязнокровка». — А можно мне закончить? — спрашиваю, видя в глазах Грейнджер не страх, а что-то другое, непонятное, скрытое за пеленой боли от пыток. Просто знай, что я не причиню тебе вреда, Гермиона. Чувствую, как злость, клокочущая внизу живота, вытягивается струной, распределяясь по всему телу. — Конечно, — ласково мурлычет Беллатриса, а я сжимаю челюсть, чтобы не сорваться на нее раньше времени. Нависаю над Гермионой. Волосы закрывают мое лицо, поэтому я одними губами шепчу: «Верь мне». Получаю её еле заметный кивок. В её глазах стоят слезы. Во взгляде настолько неразличимые оттенки эмоций, что я едва могу читать их. Лестрейндж стоит у меня за спиной, нетерпеливо ожидая, когда я начну. — Ну же, — гневно кричит она. Моя палочка, повернутая в сторону Пожирателей, выстреливает бело-жёлтыми молниями, дезориентируя и ослепляя их. Я хватаю Гермиону, помогая ей подняться, и оборачиваюсь в сторону врагов. Неизвестно (для меня) откуда в холл влетают Гарри и Рон. К этому моменту Пожиратели немного оклемались и начали отправлять в нас заклинания. Неизвестно, каким чудом мне удаётся обезоружить Беллатрису и, притянув с помощью Акцио палочку Лестрейндж, отдать её Гермионе, которая выглядит отвратительно и в какой-то степени потеряно, но, по крайней мере, может использовать Протего. Я встречаюсь взглядом с Драко, который тоже остался без оружия. Удивленно смотрю на него. Он хмурит брови. «Идиот, что ты делаешь? Зачем сражаешься с нами?» — думаю я, качая головой. Внезапно появляется Добби, но, скорее всего, это часть плана ребят. — Уходим! — кричит Гарри, а я напоследок вызываю Адское пламя, плавящее любой металл. Добби переносит нас на какой-то пляж. Я чуть не падаю на песок, еле удерживаясь на ногах. Свежий воздух обжигает легкие, уничтожаю всю пыль и плесень, скопившуюся в них за время пребывания поместье. — Все живы? — спрашивает домовик. — Да, — отвечаем хором. — Боже, Венера, ты… — говорит Гермиона, сгребая меня в свои объятия. — Мы не знали, что и думать. Искали тебя везде… — А ты, оказывается, все это время была в Малфой-Мэноре, — немного зло говорит Гарри. — Все это время для тебя — один день в сознании для меня, — отвечаю, и все внимательно смотрят на меня. — Хочешь — верь, а хочешь — нет, но моя мама — Пожиратель Смерти. Мои шансы на доверие, наверняка, резко упали. Она похитила меня во время боя в Отделе Тайн и так прокляла, что потребовался целый год на поправку. Пусть и сделала это для того, чтобы отсрочить мое вступление в ряды Темного Лорда, но за прошедшие сутки она со мной перекинулась парой фраз, так ничего не рассказав, поэтому пришлось додумывать самой. Я больше полезной информации узнала от домового эльфа, чем от родной матери, которая всю жизнь интересовалась магглами, хотя сама была Его прислужницей. Я знаю не всё, что произошло за год, но информации, которой я владею, достаточно, чтобы понять, что у вас все было отвратительно и что вам трудно будет поверить в мою безумную историю… — Я верю, — говорит Рон. — Для меня ты все та же девушка, которой я показывал замок, с которой я лепил снеговика и готовился к СОВ, которая помогала «Отряду Дамблдора» в тренировках в Выручай-комнате и спасла Сириуса Блэка в Отделе Тайн. Я смотрю на Уизли и чуть не плачу. Рон, знал бы ты, что я сделала вчера, и не говорил бы так уверенно. Приятно, что он верит в меня, потому что я сама уже ни в чем не уверена. Думала, что поняла Драко, но, судя по его поведению сейчас, ошиблась. Моя мама теперь останется с Пожирателями или предаст Темного Лорда, раз я бежала? — Извини, — говорит Гарри мне, устало потирая лоб. — Не надо извинений, — отвечаю я, вымученно улыбаясь ему. — Ребята, лучше бы нам укрыться в доме, — подмечает Рон.