На два мира

Спортзал был большим и просторным, и было понятно, что им пользуются по назначению. Плюсом к обычным тренажерам и местом, где можно повалять друг друга, у стены стояла стойка с холодным оружием и лежали перчатки с внушительными металлическими когтями, а вот привычного ринга не было. — А это для чего? — спросил Баки, рассматривая необычное оружие. — Это для тренировки с когтями. Можно выпустить настоящие, но тогда и убить недолго, они ранят так, что не залечить повреждения, бьют по душе, как мы это называем, — охотно пояснила Злата. — Мечи для Рагнара, он фехтовальщик. Да, вампиры старомодны, даже некоторые недавно инициированные изучают фехтование. Но Тир тяготеет к огнестрелу. — Можно? — спросил Баки, указывая на длинный бастард. Ему очень хотелось попробовать, а еще он видел, что оружие боевое, и это было странно, наверное. Хотя он уже перестал удивляться происходящему, его, скорее, завораживало происходящее, несмотря на то, что он был в эпицентре событий. А еще он даже как-то не подумал над предложением Златы восстановить его мозги. Хотел ли он этого? Честно сказать, Баки не знал, хотел ли он помнить все-все-все. Он уже привык к дырам в своей памяти, ему было нормально так, как есть, но, может быть, если Злата поможет ему, он вспомнит больше из своей молодости, молодости со Стивом, до войны. Вспомнит что-то хорошее, а не только кровь, грязь, безнадегу Второй мировой и отлаженные миссии Зимнего. Да, наверное, он хотел вспомнить. — Конечно, бери, — разрешила Злата, и Баки легко подхватил меч, примерился к нему и провернул несколько восьмерок. Клинок легко и удобно лежал в руке, а Баки, как позер, крутил связку за связкой, откуда только что взялось. Брок завороженно смотрел на него, и Баки знал, что сейчас его мужчина наслаждается зрелищем, потому что всегда любил смотреть на тренировки Зимнего, его хищную грацию и пластику движений. С мечом было странно, но отчего-то у Баки получалось выкручивать финты, однако это больше было позерство, чем действительно применимо в реальном бою, поэтому он отложил довольно легкую острую игрушку. — А спортивный костюм у вас найдется? — спросил Брок, а Злата задумалась. — Идите, пока, купайтесь, там, за дверью бассейн, я принесу через некоторое время, — ответила она, удаляясь. — Купаться? У них тут и бассейн есть? — обрадовался Баки, очень любивший плавать. Они зашли в огромное помещение с бассейном на двадцать пять метров и небольшой сауной при нем. Перед сауной лежали простыни, а перед входом в душевую — полотенца. Два спортивных костюма размер в размер лежали на скамейке возле душевой. Когда Злата их принесла, они не заметили, плавая в бассейне совершенно голые наперегонки. Потом Брок загонял себя на тренажерах, а Баки очень понравилось орудовать мечом, чем он и занимался, пока Брок не решил его повалять на матах. Вернее, он сам готов был быть повалянным на матах, потому что Баки чаще побеждал. Броку не было особо обидно, потому что он понимал, что Баки сильнее и быстрее него, и еще он понимал, что с каждым годом эта разница будет только увеличиваться. Баки веселился, как ребенок, резвился в достаточно просторном для корабля спортзале. Они несколько часов провели внизу, пока оба не вымотались, а к ним спустился уже знакомый Саня. — Мужики, Злата просила сказать, чтобы вы шли ужинать, — сообщил он и улыбнулся. — А еще вы мне ноут должны. На ужин снова собрались вампиры, они улыбались, о чем-то беседовали, когда Баки с Броком пришли. — Доброго вечера вам, досточтимые мужи, — поприветствовал их Рагнар, снова на мгновение залипнув, но быстро пришел в себя. Похоже, Косатка говорила правду, и Рагнар уже попривык к ним. — Ну что, досточтимые мужи, — Косатка ухмыльнулась, пародируя Рагнара, — как день провели? Если не особо уебались в спортзале, то можно размяться после ужина, как вам идея? Баки, которому явно не хватило, потому что он чуть не спалил беговую дорожку, закивал — болтать с набитым ртом его давно отучил Стив, — подтверждая, что идея хороша. — Я посмотрю, кто кого из вас сделает, — отозвался Брок, уставший после спаррингов с Баки. Они спустились в зал, и Косатка споро надела свои перчатки с когтями. Посмотреть на представление собрался, наверное, весь экипаж. Баки чувствовал, как им интересно, что же получится из этой затеи. Противники встали в очень разные стойки и начали свой танец, по кругу обходя друг друга, примериваясь к движениям, ища сильные и слабые стороны. Обменялись парой ударов так, для пробы. Косатка оскалилась в улыбке, обнажая клыки, Баки ей явно нравился. — Будем по-взрослому? — спросила она. Баки только кивнул, соглашаясь, и провел пару выпадов, от которых она легко увернулась. Он учел ошибки и скорость, и сбросил по касательной левой рукой металл когтей. Заискрило. Косатка ударила быстрее, дважды почти дотянувшись до Баки, но Брок увидел, как в нем проснулся Зимний, и драка понеслась действительно по-взрослому. Движения становились все быстрее и быстрее, а связки ударов — сложнее: захваты, перевороты, удары. Баки явно бил в полную силу, а Косатка отвечала ему той же монетой. Она была удивительно сильна и быстра. В какой-то момент она совершенно потеряла человеческий облик, оскалившись, глаза горели красным, а дальше все слилось в мельтешение, металл скрежетал о металл, высекая искры. Все закончилось внезапно, когда Косатка мощнейшим ударом впечатала Баки в стену, выбив из того дух. Схватка продлилась не больше пары минут, если учесть затянувшееся ее начало, а вот конец ее Брок совершенно не понял, но кинулся к Баки, опасаясь, что тот потерял сознание. Но нет, Баки тряхнул головой, тяжело поднимаясь и держась за грудь. Тут же подскочила Злата, провела рукой по живой руке Баки, словно лаская, и тот сразу же задышал ровнее, убрав руку от груди. — Силен, — подошла Косатка, извиняться за нанесенные Баки травмы она не планировала, зато лыбилась во всю клыкастую пасть так радостно, словно нашла собрата по разуму. — Для человека ты крут. — Я не совсем человек, — как-то странно смутился Баки от того, что его назвали человеком, потому что в его мире далеко не все так считали. Но здесь, похоже, были свои понятия о людях. — Мой ярл — могучий воин, — сообщил очевидное Рагнар, хлопая Баки по плечу, а Брок подумал, что не хотел бы встретиться с Косаткой на узкой дорожке. Косатка, казалось, была вообще не травмирована, хотя Баки тоже неслабо отлупил ее. Сам он понимал, что она быстрее его и сильнее, не слишком сильно, но достаточно, чтобы он проигрывал ей раз за разом, а ее когти... Баки не сразу примерился ни к силе ее удара, ни к тому, как он поставлен. — Все, мужики, цирк окончен, — оповестила всех Косатка. — Всем собраться в кают-компании. А вы, — обратилась она к Баки и Броку, — посидите у меня в кабинете со Златой. У меня в кабинете, — повторила она для Златы, — а то опять все попойкой кончится. — Ну вот, — притворно-обиженно вздохнула Злата, — опять без пьянки. Пойдемте, мальчики, посидим в скучном, пропахшем пыльными картами кабинете, пока наш капитан будет доставлять команде радость своим присутствием. У них там будет интим. Злата засмеялась, получив подзатыльник от сестры, бесцеремонно взяла Баки с Броком за руки и повела за собой, как детей. Ее прикосновения окутывали теплом, таким живым, пьянящим, наполняли желанием — плотским, томным. Баки даже испугался, что они сейчас кинутся друг на друга, сливаясь в экстазе. — Я это не контролирую, — сказала она, отпуская их руки, как только они вышли из спортзала. — Я вызываю такие чувства с того момента как пробудилась. С годами аура становится все сильнее. Теперь Баки понял, почему они с Броком так хотели друг друга — это была аура Златы, но та, словно услышав его мысли, поспешила его разубедить. — Нет, это было ваше собственное желание, я только его усилила, — она хитро улыбнулась, прищурившись. — Будто вам не понравилось. Баки глупо улыбнулся, не считая нужным скрывать очевидное, по крайней мере, от Златы. Он приобнял Брока за талию, а тот, как ни странно, не стал вырываться, только прошипел: — Барнс, ты у меня получишь, — и ущипнул его за задницу. При Злате они раскрепощались, становились сами собой, такими, какими были друг для друга, это было странно и в то же время нормально. — Пошли уже, герои-любовники, — засмеялась она. — Женька где-то через час придет. Они там творят свои вампирские ритуалы, которые не принято проводить при посторонних. А мне просто нельзя. — Почему? — тут же спросил Баки. Ему хотелось побольше узнать об этом странном, полном магии мире. — Кровь вампиров запирает магию у магов, убивает оборотней, но обычным людям она не вредит. Она останавливает старение, делая человека слугой вампира. Вам не грозит, — снова засмеялась Злата. — Зато вампиры горазды жрать всех, кто им под руку попадется. Особенности жизнедеятельности. Она рассуждала об этом, как о чем-то обыденном, привычном, и Баки от этого становилось немного не по себе, но солнечная улыбка Златы успокаивала каким-то невероятным образом. Может быть, это тоже действие ее ауры. Оказавшись в кабинете, они уселись поудобнее и принялись ждать Косатку за непринужденным разговором обо всякой фигне. Она появилась ровно через час, жутко довольная. — Рассказывайте, что вы там напридумывали за день по поводу тарабарщины Психа. Он ни хуя полезного больше не скажет. Кстати, ты с его ласточкой хорошо обращаешься? — вдруг спросила она. — Хорошо, — удивился Баки, очень любивший всякое разное оружие. У них с Броком дома был целый арсенал, который он любовно чистил и ухаживал за ним так, что Брок иногда даже ревновал его к оружию. — Ну и отлично. Злат, повтори еще раз эту тарабарщину, — попросила Косатка. И Злата повторила слово в слово. А потом они поделились своими предположениями, стараясь не перебивать друг друга. — Я один раз видела белый шквал. Я тогда была молода, и мне, честно сказать, было очень страшно смотреть, как стихия безмолвно надвигалась на нас. Но у моего сира был быстрый корабль, а еще магия, и мы смогли уйти. Иначе бы нас смыло, — очень серьезно ответила Косатка на предположение Златы. — Поэтому будем считать, что нам нужна метель, в которую некий зверь проведет Барнса куда-то. Чтобы зверь кого-то куда-то провел, он должен быть разумен, — продолжила рассуждать она. — Значит, это либо оборотень, либо вампир на пути Зверя. — Или другом пути инстинктов, — услышали они голос Рагнара из-за прикрытой двери, которую он приоткрыл, даже не залипая в этот раз. — Мой ярл, все дети ночи имеют Зверя, но только принявшие его могут считаться таковыми. Ты же это знаешь и без меня. — О, нарисовался, — посмотрела на него Косатка. — Тебе делать нехуй? Дядя Толя спать ушел уже, заебался с рассвета. — Мой ярл, но твой матрос дольше меня был с тобой и знает эти воды лучше меня, — ответил Рагнар, явно желающий остаться и уделить время дискуссии. — А ты видишь в темноте лучше, так что пиздуй отсюда на мостик, если постараешься, к утру будем на месте. — Мой ярл видит в темноте еще лучше меня, — заметил он, но, гибко увернувшись от металлической логарифмической линейки, смеясь, ушел, кинув ее обратно Косатке, а та ловко поймала. — Позер, — незло кинула она ему вслед. — Но этот позер действительно знает, о чем говорит. В сухом остатке, мы понятия не имеем, что за красные звезды, какой зверь проведет тропой памяти, и что за кровь с кольцом. Может, реально, Наташино колечко открывает портал в другой мир? — Косатка усмехнулась, давая понять, что это, скорее всего, не имеет никакого отношения к действительности. — А какие у вас еще есть кольца? — задал логичный вопрос Баки. Следовало получить максимум информации, чтобы и самим подумать. Да и поспать этой ночью бы не мешало, и мысли резко скользнули на то, как он разденет Брока, целуя шею, плечи, спускаясь ниже… Он тряхнул головой, отгоняя непрошенные размышления о том, как здорово просыпаться, уткнувшись носом в шею Брока, гладить его, прижимая к себе. — Есть кольца фей, — начала перечислять Злата, — мифические Серебряные врата, думаю, тоже круглые, но это сами по себе портал в иной мир. Есть кольца, заклятые кровью, есть кольца, в которых вложена кровь, есть сообщества, которые называют кольцами, иногда кругами. Или кольцо надо омыть чьей-то кровью, и оно станет ключом к проходу. При таких раскладах Баки казалось, что они никогда не смогут найти путь домой. Все становилось запутаннее и запутаннее, и распутать этот клубок самостоятельно они с Броком точно не могли. Но Злата уверяла, что их обязательно надо вернуть в их мир, и сейчас они как-то пытались помочь, обмусоливая и прикидывая варианты так и эдак. Правда, при ближайшем рассмотрении получалось, что если он действительно застрял в этом мире надолго или даже навсегда, он застрял здесь с дорогим ему человеком. Наверное, если бы тут оказался еще и Стив, Баки полностью бы расслабился и не особо стремился вернуться в мир, где куча народу до сих пор воспринимали его как недочеловека. Хотя и здесь были те, кто хотел разобрать его, как какой-то механизм. — Эй, леди, — позвал Брок, когда сестры принялись с жаром спорить, сильно отдалившись от темы. — Зверь-хуерь. А может, нам нужна не конкретная зверюга, а вообще? Ну, вы тут говорили, что у каждого вампира есть этот ваш зверь, так может, нам похуй, кто это будет, просто чтобы данные совпали? — А это мысль, — Злата с интересом посмотрела на Брока. — Тогда мы имеем что? Нужен вампир, который сможет помочь Барнсу вспомнить все — не все, не знаю, но что-то. И мы такого знаем, и, он, кстати, Жень, нам должен. — Ты про Ива? — спросила Косатка. — Про него, родимого, — Злата вся воодушевилась, радуясь, что загадка имеет решение. — Ив — отличный психолог и телепат. Если я восстановлю повреждение твоего мозга на органическом уровне, то он поможет вспомнить все, что возможно, — и добавила, немного менее радостно: — Если это возможно. — Вы полезете мне в мозги? — подозрительно поинтересовался Баки, уже предвкушая весь пиздец, который с ним могут сотворить, а Брок ощутимо напрягся рядом с ним. Баки отчаянно не хотелось, чтобы к нему лезли в голову, он был в ужасе от одной мысли, что кто-то снова будет копаться у него в мозгах. Он безумно боялся, что кто-то снова сможет подчинить его, а если учесть, что тут каждый желающий знает его коды, это пугало не на шутку. С другой стороны, тут никто не стремился подчинить его своей воле, и это давало надежду, что все обойдется. — Хм… Смотря что ты понимаешь под этим, — посмотрела на него Злата. — Давай так, пока мы будем думать, прикидывать, решать и исследовать базу, приедет Ив, ты с ним познакомишься, и решишь, насколько ты готов ему доверять. Баки кивнул, не представляя себе, что это за Ив и какой он может быть, но другого выхода у них не было. — А что там про физическое восстановление мозга? — как обычно, Брок слышал все, а не только половину информации. — Это что, трепанацию делать будете? — Окстись ты, Рамлоу, — Злата махнула на него рукам и засмеялась в голос. — Я же маг, а не коновал. Нет, Барнс будет спать, а я буду просто держать свои руки на его голове. Это сложно, я не могу гарантировать, что все получится, но обещаю — хуже я не сделаю. — Баки? — Брок потряс его за колено, потому что Баки задумался, уйдя глубоко в себя. — Ты согласен? — спросил он, будто бы тот собирался добровольно лечь на секционный стол. — Если для того, чтобы вернуть тебя домой, надо, чтобы я вспомнил, да, я согласен, — Баки грустно посмотрел на Брока, словно говоря, что ради него он согласен вообще на все. — Мы еще к этому вернемся, леди, — сказал Брок, вставая. — Ну-ка, пошли, попиздим. И выволок даже не упирающегося Баки из кабинета Косатки и потащил к ним в каюту. — Барнс, блядь, что за ебучий акт жертвенности? Что за мученический настрой и подражание Роджерсу? — Казалось, Брок сейчас или затопает ногами, или даст Баки в морду. Но он не сделал ни того, ни другого. Он обнял за шею и посмотрел ему прямо в глаза. — Что происходит? — Я хочу домой, — признался Баки, и это было правдой. Тут было, может быть и хорошо, и слишком весело, но ему уже надоело все, он хотел в знакомую обстановку, где тебя не бросает в жар желания от одного прикосновения к женщине, которая почему-то настойчиво хочет с ними переспать. Нет клыкасто лыбящихся радостных рож, никто не хочет попробовать твоей крови, и не только крови. Где не нужно бояться, что каждый дебил знает твои коды. Да, дома тоже были те, кто хотел разобрать его по винтику, были те, кто снова хотел сделать его Зимним Солдатом, но он знал, как с ними справиться, у него был Стив, который готов был его грудью закрыть от всего на свете, был Брок, родной, привычный, любимый. А здесь он не представлял, как справиться с опасностью, если не смог победить женщину, которая раздробила ему грудную клетку одним ударом, а другая походя вылечила его. Он не понимал и доброжелательности и странного доверия к двум незнакомцам. Про перекосы энергии в мирах он не понимал вообще ничего. Но еще было правдой то, что вернуть домой он хотел Брока, который явно не желал застревать в этом мире надолго. И если Баки не согласится, если не пройдет этой гребаной тропой памяти, ничего не получится. — Брок, я должен. Ради тебя, — он уткнулся лбом в его плечо, и почувствовал на своем затылке знакомое прикосновение. Брок пропускал сквозь пальцы пряди его волос, гладил по голове и молчал. — Когда-то ты вытащил меня из пиздеца, а сам чуть не сдох при этом. Если они говорят правду, а пока они не врали, со мной ничего не случится. Баки говорил, и сам пытался в это поверить, и даже верил, насколько это возможно в подобных условиях, но все равно боялся, очень боялся. С другой стороны, если кто-то снова подчинит его, то ему уже будет все равно, второго шанса выжить у него не будет, только Брок зря положит себя, мстя за своего Солдата. Но, если все выгорит, они вернутся домой, снова будут подставляться под пули друг ради друга, ругаться, мириться. Жизнь войдет в привычную колею, и только память о странном мире останется, как о каком-то веселом приключении. — Давай попробуем, а? Пожалуйста, — почти жалобно попросил Баки, готовый принять любое решение Брока. — Ты же будешь рядом? — Буду, — согласился Брок, пока не представляя, на что. — Но с автоматом. Перестреляю уродов, если они с тобой что-нибудь сделают. — А тебе его дали? — усмехнулся Баки, а Брок поцеловал его в макушку, и обстановка как-то сама собой разрядилась. Они приняли тяжелое решение. Да, быстро. Да, на эмоциях. Но, Баки подумал, что им больше ничего не оставалось, кроме как согласиться. Только поможет ли это разгадать оставшиеся части загадки, он себе не представлял. — Дали, — в тон ему фыркнул Брок. — И не забрали. Вон, на диване лежит. На диване и правда лежал автомат, с которым Брок вчера носился по палубе, а на столе та винтовка, что Тир вручил Баки. Они рассмеялись, тяжесть момента уходила, решение было принято, и можно было спокойно провести остаток ночи только вдвоем, без этого сумасшествия по имени Злата, которая, казалось, могла загулять до упаду кого угодно. Брок обхватил Баки обеими руками за затылок, погладил, приподнял голову и коротко поцеловал в губы. — Ты ебанутый, знаешь об этом? — спросил он, а Баки только кивнул в ответ. — Я пошел, скажу, что ты согласен, а ты сидишь и ждешь меня здесь, как хороший мальчик, да? — Угу, — снова кивнул Баки, обнимая Брока и прижимаясь к нему всем телом, а потом отпустил. — Куда я денусь? Брок вышел, и Баки остался один впервые за два последних дня, и это было странно, он успел привыкнуть к постоянному присутствию Брока рядом, потому что дома такое случалось редко, чтобы они вот так, без беготни, спокойно провели вместе столько времени. Но даже постоянное присутствие любимого человека рядом не давало Баки права запереть их здесь, в этом чужом и чуждом мире. Через пару минут после ухода Брока в дверь постучали, и Баки открыл, увидев на пороге Тира с большой коробкой. — Вот, — он сунул ему в руки коробку. — Это нужно Эмме, а я забыл. Валери напомнила. Баки казалось, что Тиру очень неуютно находиться рядом с ним, но сейчас это его не сильно заботило. Он принял коробку, отметив, что та довольно тяжелая, и Тир ушел, а Баки закрыл за ним дверь. В коробке оказалось все, что нужно, чтобы вычистить винтовку и пачка патронов к ней. Баки провел рукой по гладкому стволу оружия, любуясь его хищной красотой и, легко поняв, что и как, разобрал его на детали, принявшись чистить, смазывать, и совсем забылся в этом занятии, когда вернулся Брок. Тот посмотрел на него, хмыкнул, сел на диван и принялся разбирать автомат. Они молча чистили оружие, просто наслаждаясь обществом друг друга, как бывало на какой-нибудь базе. И хоть их в такие моменты тяготило, что они не могут остаться наедине, но они были друг у друга и радовались этому. Они переглядывались, иногда улыбаясь друг другу, это для них было сродни какой-то забавной игре. И сейчас они так же переглядывались и улыбались, но молчали, занимаясь каждый своим делом. И не было никакого незнакомого мира вокруг, чужой каюты, да вообще никого и ничего, что мешало бы им. — Злата сказала, что перед рассветом нас отвезут к базе, — нарушил Брок уютную тишину, когда они закончили с чисткой оружия. — Давай спать, часа четыре у нас еще есть. — Спать? — поиграв бровями, протяжно спросил Баки, но по лицу Брока понял, что тот имеет ввиду именно то, что сказал. — Хорошо, спать.