Молчи и танцуй

На следующее утро, когда Марианна готовилась ехать в больницу, она получила новость о том, что конкурс танцев продолжится с понедельника и что Роланд возьмет на себя все обязанности Богга и его интервью. Продюсеры также собирались взять нового тренера, чтобы заменить Богга. Девушка прочитала это объявление в своей электронной почте, и возмутилась: - Им, похоже, до лампады, что бедняга чуть не умер! Донна выскочила из ванной: - Что? Что случилось? Марианна постукивала пальцем по клавиатуре ноутбука: - Они продолжают конкурс. И они решили заменить Богга другим тренером. Все начнется в понедельник, - она сказала и почувствовала, как слезы жалят глаза. - Я не могу в это поверить! Они отдали все интервью Богга Роланду. Он будет проводить собеседования... и всё остальное… и… Донна нахмурилась: - Я знаю, это всё выглядит плохо. Ты думаешь, что они бездушные. Но, Марианна, они должны думать обо всех тех танцорах, которые участвуют в конкурсе и которые лично не связаны с Боггом... - А я говорила тебе, что поймала Роланда в гримерке Богга, когда поехала за таблетками? - Марианна повернулась в кресле, посмотрела на сестру. - Нет, не говорила. А что он? Что там делал? - У него в руке был тубус с таблетками Богга. И... Я как-то растерялась. Я просто хотела забрать таблетки. Я его ударил его... он уронил тубус, - Марианна тоже нахмурилась. - Так вот как ты повредила руку! А почему мне не сказала? - Донна выглядела расстроенной. – И что ж Роланд делал с таблетками? - Я не знаю. Я была очень злой расстроенной... я просто, - Марианна покачала головой. - Я почти забыла об этом. Знаешь, Богг сказал, что не брал фентанил. Что у него был только викодин в тубусе. И я ему верю. - А ты не думаешь, что Роланд мог..., - Донна сказала и умолкла в шоке. - О… но я… я не уверена… не думаю, что Роланд пытался убить Богга или сильно навредить ему. Я уверена: он понятия не имел, что таблетки могут так подействовать… он, вероятно, просто хотел опозорить Богга, убрать со своей дороги, чтобы стать центровой фигурой на шоу… Роланд не особо известен. Люди знают, кто он. И он не состоянии на сто процентов заменить Богга. Он до него не дотягивает, точно... Продюсеры ведь очень хотели, чтобы Богг давал интервью... Ах, я просто не могу ничего доказать, - Марианна громко и разочарованно вздохнула. – Это ничего не меняет. У Богга была передозировка. Если он после всего вернется в шоу, я очень удивлюсь. Донна хмурилась: - Ты должна ему рассказать. Боггу. - Хорошо, да. Но что он будет делать с этой информацией? Вряд ли он поднимет скандал… ну, дай мне подумать. И у меня нет доказательств, - она закрывала ноутбук. - Сейчас я хочу, чтобы он быстрей поправился. Марианна схватила сумку и поцеловала сестру в щеку: - Увидимся позже. Донна улыбнулась: - Передай Боггу привет от меня… ** Богг спал, когда Марианна вошла в палату, неся старый магнитофон, букет цветов и маленького плюшевого медведя. Богга отключили от дыхательного аппарата и перевели из реанимации в обычную палату. Он все еще был подключен к куче приборов и к капельницам, но выглядел лучше. То, что Богг уже дышал самостоятельно, являлось хорошим знаком, но врач приказал внимательно следить за больным, делать частые снимки грудной клетки, следить за работой сердца и брать анализы крови. Капельницы планировали ставить еще около недели. Также Боггу предстояло пройти психологическую оценку: врачи хотели убедиться, что он не специально передозировал лекарства. Когда Марианна увидела, что трубки из его носа и горла убраны и Богг дышит самостоятельно, а его грудь мерно поднимается и опускается, то подумала, что это самое прекрасное зрелище в её жизни. Улыбаясь, девушка поставила на столик цветы в кувшин, который взяла у одной из медсестер, и магнитофон, разложила аудио-кассеты. Затем устроилась на стуле у кровати больного. Она была счастлива быть здесь, держать его за руку и рассматривать его лицо. Он все еще выглядел плохо: сильно исхудавший, бледный, почти пепельный, с темными кругами у глаз. Но все же он был жив, хоть и болел. Марианна смотрела на Богга, потом на приборы, к которым его подключили. И сердце девушки болезненно сжималось. Она бы никогда раньше и не подумала, что может так быстро вновь влюбиться. После жуткого лета с Роландом, когда он предал её, подло обманул. Но сейчас она была тут, с Боггом, держала его за руку и знала, что ее сердце уже принадлежит ему. Девушка поцеловала костяшки пальцев мужчины и нежно положила руку ему на грудь. Потом вспомнила, что они с Донной обсуждали – про Роланда и таблетки. Марианна знала, что должен быть способ заставить его рассказать правду о том, почему он оказался в гримерке Богга и брал тубус с викодином. Она знала, что Роланд виноват в передозировке Богга... она просто это знала. И ей просто надо было найти способ доказать своё знание. А потом в голову Марианны пришла одна идея. Ха! Она ж может притвориться, что влюблена в Роланда! Что отвергла Богга, узнав, что тот сидит на наркотиках. Если она убедит Роланда, то без проблем с ним сблизится. У него ж такое огромное самомнение. У него и мысли не возникнет, что девушка играет с ним в любовь. Когда Марианна подумала о таком плане, ей вдруг скрутило живот: как же она сможет? Притвориться, что ей нравится Роланд, и предаст Богга. Даже если понарошку. Даже если Богг не узнает… Но ведь как-то надо вывести Роланда на чистую воду. Этот план казался сейчас очень хорошим. Конечно, она всё узнает и тут же вытащит правду на свет. Гадкий блондин должен за всё ответить! Тут девушка почувствовала, что рука Богга слабо сжимает её руку. Она повернулась к мужчине, тихо сказала: - Привет. Улыбка его была слабой, а из горла донеслось хриплое: -Привет. Губы Марианны задрожали. Она потянулась у нему, осторожно обняла, положив голову на грудь Богга и затихла, лежа с ним рядом на узкой больничной кровати. Богг улыбнулся, тоже обняв девушку. Марианна не хотела плакать, но заплакала. - Я так испугалась за тебя. - Прости, - прошептал он, снова грубо и хрипло. Марианна села и вытерла глаза: - Не надо извиняться. Ты же не виноват. Он вновь слабо улыбнулся и шепнул: - Я. .. Я не знаю, Марианна... может, и виноват, - он закашлялся, скривился. Девушка обеспокоенно нахмурилась: - Хочешь пить? Богг кивнул, и Марианна принесла ему пластиковый стаканчик с водой. Поднесла его к потрескавшимся губам больного. Тот сел, как смог, и осторожно стал пить. Сил ему хватило лишь на пару глотков. Затем он упал обратно на подушки. Марианна улыбнулась, погладила его впавшие щеки, снова вытерла свои слезы: - Еще я принесла тебе цветы и плюшевого мишку. Богг посмотрел на стол, где все лежало, и усмехнулся: - Откуда ты знаешь, что я люблю мишек? Марианна засмеялась: - Я не знала. Я просто подумала. И вот… Богг всё улыбался. Затем потянул Марианну к себе, чтоб она села рядом с ним, на кровать. - Как твои дела?- тихо спросил. Девушка поджала губы, чувствуя, что опять заплачет. - И ты у меня спрашиваешь? Богг пожал плечами: - Я волнуюсь. Она вновь погладила его щеки: - Со мной все хорошо. Особенно теперь, когда я знаю, что тебе стало лучше. Он улыбнулся и слегка кивнул: - А как там конкурс? Марианна разочарованно фыркнула: - Мы начинаем в понедельник. Они отдали Роланду все твои интервью и выступления. Еще пригласят нового тренера. Богг кивнул: - Ну, все разумно. - Богг... Я думаю, что Роланд замешан в том, что с тобой случилось, - мягко сказала Марианна, взяв мужчину за руки и нежно играя с его пальцами. - Роланд? – Богг спросил с явным замешательством. Девушка кивнула: - Да. Когда я ездила в студию за твоими таблетками, я увидела Роланда в твоей гримерке. Он держал тубус с таблетками. Твой тубус. Богг побледнел еще больше, хотя это казалось невозможным: - Даже так? Марианна кивнула. Он вздохнул: - Я бы сказал, что Роланд на такое не способен, но я не знаю... Я, действительно, не знаю его… - Может быть, нам помогут камеры наблюдения? Богг покачал головой: - За кулисами есть камеры, но не в гримерках. К тому же некоторые вовсе не работают. Маленький грязный секрет... студия не удосужилась починить их... так уже целых три сезона. Экономят. Марианна хмыкнула. Она почти уже готова была сказать Боггу о своем плане обмануть Роланда, но вдруг не смогла... - Я … это… привезла тебе старый магнитофон. Взяла со студии... Я записала тебе кассету, - улыбнулась девушка. Богг хохотнул: - Что ты сделала? - Да. на старую магнитную ленту. Это было нелегко: найти пустую кассету, потом - выяснить, как на неё записывают, потом – подобрать тебе композиции. Но я справилась! - Марианна хихикнула, покраснев. Теперь Богг погладил ее щеку: - Спасибо большое. Она покраснела сильнее, застенчиво опустила взгляд. - Врачи сказали, как долго еще тебе тут быть? Богг нахмурился, вздохнул: - Около недели. - Неделя? – Марианна тоже нахмурилась. - Все будет в порядке. Я обещаю, - он мягко улыбнулся. Марианна любовалась его лицом, глазами, а потом её потянуло. Она наклонилась и нежно поцеловала мужчину. Богг тихо простонал от наслаждения, когда ее губы коснулись его губ и обнял, потянул девушку к себе ближе. Марианна обхватила его шею руками, стала целовать жарче. Настойчиво раскрыла его холодные сухие губы, чтоб добраться языком до зубов и языка. Богг запылал, согрелся, вновь тягуче простонал, забывая о всех несчастьях, что на него свалились. Его руки заскользили с талии Марианны к её бедрам, сжали. Девушка ерошила его волосы, гладила шею, плечи, страстно целуя и мурлыча. Она была как ласковое солнце, которое дарило тепло и облегчало боль. Они так увлеклись друг другом, что не услышали, как в палату зашла мать Богга. Она остановилась в дверях, изумленно глядя на сына и Марианну, но потом усмехнулась и бесшумно выскользнула обратно в коридор, тихо закрыла дверь. Марианна оторвалась от губ мужчины, но прижалась лбом к его лбу, промурлыкала: - Тебе нужно скорей выбраться отсюда. Богг улыбнулся, глядя в ее мерцающие карие глаза: - Я постараюсь…