i want you 24/7

christina aguilera - morning dessert (intro)

— Не хочешь чего-нибудь европейского на завтрак? — спросил Чондэ, оглядывая полки с всякими сиропами и посыпками. — Оладья? — Минсок в то же время рассматривает противоположную полку, в которой были размещены баночки с всякими сладостями. — О, да, это было бы классно, — оживлённо кивает головой Чондэ, уже представляя горячие оладья, сверху покрытые карамельным сиропом. — Берём! Он кладёт небольшую баночку с карамелью и кладёт в тележку. Дальше они идут в отдел готовой еды, чтобы набрать побольше для предстоящих трудовых будней, когда у них не будет времени на готовку. Сразу после этого Минсок движется в сторону фруктов, а Чондэ следует за ним, разглядывая встречающиеся фрукты и ягоды по пути. Минсок кладёт связку бананов и яблок, а потом ещё и апельсины с замороженной клубникой, на что Чондэ только посмеивается и вопросов не задаёт. — Нам нужна и полезная еда тоже, — говорит Минсок с полной серьёзностью, замечая выражения лица Чондэ. — Не всё же тебе жареную курицу есть. — Вообще-то я не против, потому что она вкусная и полезная, — Чондэ показывает язык и катит тележку к кассам. — Она жареная, так что в ней один жир, — фыркает Минсок и начинает выкладывать все набранные продукты на ленту. Чондэ решает не отвечать, а то Минсок такой спор может раздуть из всего этого, так что лучшим решением будет промолчать. Вечером воскресенья Чондэ решил, что нужно приготовить что-то менее полезное и более сладкое, но вкусное. Ему хотелось как-то приободрить Минсока, потому что в последнее время тот ходил как на иголках, возможно из-за крупного контракта, который «Рéдиз» собирались заключить с очень известным айдолом, и именно поэтому Минсок постоянно был в офисе, даже в вечер воскресенья. Решив не углубляться в грустные мысли, Чондэ принялся за готовку. Он достал замороженное тесто, бананы и банку карамели. Замесил бананы в блендере, превратив их в кашицу, а потом приступил к тесту. Полчаса спустя Чондэ уже жалел, что вообще взялся за всё это дело, потому что выходило всё из рук вон плохо. И это не потому, что Чондэ готовить не умел или не знал, как обращаться с ножом и скалкой. Собственно говоря, Чондэ и сам не понимал, что пошло не так, но вот он: ладони в жидком тесте, а на столе бардак и никакого намёка на пирог. Пришлось всё убирать и закончить с выпечкой. Чондэ с горечью вздохнул и засел в столовой. Поставил локти на стол и положил на скрещенные руки подбородок, ещё раз вздохнул. Что делать дальше он не знал. Приободрить Минсока хотелось, а было нечем, разве что пожарить курицу. И тут Чондэ осенило. Он встал из-за стола и вернулся на кухню. Он достал из холодильника карамель и банановую смесь. Долго гипнотизируя их взглядом, Чондэ решился. Всё-таки и так будет сладко и вкусно и совсем не полезно. Подумав, что в кухне делать это будет как-то не очень, поэтому схватив приготовленное, Чондэ вернулся обратно в столовую и положил предметы на стол. Потянувшись к домашним штанам, Чондэ помедлил. Может, не стоило этого делать? Но Минсок такой усталый и совершенно хмурый последнюю неделю. Чондэ ещё пару секунд посомневался, однако всё же снял штаны и повесил их на спинку стула. За штанами последовали трусы, а потом и футболка. Таким образом, Чондэ остался совершенно обнажённым. По его расчётам Минсок должен был вернуться через минут двадцать или тридцать, так что времени на приготовления было достаточно. Чондэ сбегал в спальню, чтобы отнести свои вещи и быстро ополоснуться в душе и взять кое-что из ящика в ванной. Вернувшись обратно в столовую, он забрался на стол, надеясь, что тот его выдержит и не развалится на две части, как было с их прошлым журнальным столиком. Пододвинув миску с банановой смесью, Чондэ зачерпнул немного в ладонь и, изогнувшись, размазал по своей правой ягодице, затем проделал то же самое с левой половинкой. Закончив с этим, он даже попробовал банановую смесь, которая на вкус была не очень-то сладкой. Видимо, надо было добавить сахар. Размышления о сахаре прервала закрывающаяся входная дверь. Чондэ тут же встал в позу и окликнул Минсока, который появился в столовой минуту спустя. Сначала он удивился, увидев голого Чондэ на столе, потом облизнулся и подошёл ближе, провёл ладонью по его волосам и притянул для поцелуя. — Для тебя есть сюрприз, — оторвавшись от губ Минсока, хрипло сообщает Чондэ и разворачивается, стараясь не упасть. — Охренеть, — выдыхает Минсок, горящими глазами смотря на попу Чондэ, покрытую бледно-жёлтой смесью. — Только не говори мне, что это банан. — Бормочет он себе под нос и кладёт руку на спину Чондэ, начиная поглаживать. — Они самые, — повернувшись через плечо, томно шепчет Чондэ и ухмыляется. — Тебе лучше поторопиться, пока это всё ко мне не присохло. — Конечно-конечно, — закивал головой Минсок, начиная раздеваться. Оставшись без одежды, он выдвинул стул, сел на него и тут же припал губами к заднице Чондэ. Он слизывал банановую смесь, громко причмокивая и оглаживая внутреннюю сторону бедра Чондэ, заставляя последнего трепетать от приятных ощущений. Закончив с правой ягодицей, которая теперь блестела от его слюны, он приступил к другой. Чондэ шумно дышал, изредка подрагивая от действий шершавого языка Минсока. Оторвавшись уже от чистых и блестящих ягодиц, Минсок взял банку с карамелью, открыл её и, обмакнув в неё два пальца, осторожно вставил их в анус Чондэ, получая тихий стон от последнего. Минсок довольно ухмыльнулся и начал двигать пальцами, оглаживая шершавые стенки. Через некоторое время он вынул пальцы, оставляя Чондэ недовольно мычать, а сам потянулся к анальному шприцу и банке с карамелью. Наполнив шприц карамелью, Минсок поднёс его к сжимающемуся колечку мышц и, надавив на поршень, ввёл карамель внутрь. Чондэ протяжно застонал, ощущая в себе прохладную субстанцию, которая начала вытекать из его ануса, стоило Минсоку убрать шприц. Чондэ стонет ещё громче, когда чувствует чужой язык в себе. Минсок раздвигает его ягодицы ладонями, глубже проникает языком в горячую тесноту, приятно массируя и вылизывая карамель, а сам опускает одну руку на свой член, начиная водить по всей длине вверх-вниз. Колени Чондэ начинают дрожать и он изо всех сил пытается не упасть, пока Минсок трахает его своим языком. Это доставляет такое удовольствие, что Чондэ стонет громче и громче, возбуждаясь ещё сильнее. Минсок отстраняется и облизывает губы, собирая остатки карамели. — Я сейчас упаду, — рвано дыша, сообщает Чондэ и Минсок перекладывает его на ковёр, сразу раздвигая ноги. — Ты готов? — спрашивает Минсок, раскатывая презерватив по своему члену, а потом смазывая его карамелью. — Всегда, — выдыхает Чондэ и вцепляется пальцами в мягкий ворс. Минсок сначала входит наполовину, заставляя Чондэ глубоко вдохнуть и, подхватив его ноги под коленки, толкается бёдрами вперёд, входя на всю длину. Минсок выдыхает, давая Чондэ время привыкнуть и, получив тихое «давай», начинает двигаться. Постепенно он ускоряется, вырывая из уст Чондэ тихие стоны, и сам дышит чаще, прикрывая глаза от удовольствия. Минсок обхватывает член Чондэ пальцами, принимаясь надрачивать ему, в то же время, замедляясь и толкаясь резче и грубее. Чондэ стонет, сильнее насаживается на член и кончает, изливаясь в руку Минсока, который следует за ним через пару толчков. Минсок падает на Чондэ и нежно целует в губы. — Думаю, тебе придётся хорошенько помыться сегодня, — смеётся Минсок, выходя из Чондэ и снимая использованный презерватив. Он завязывает его и кладёт на ковёр. — Это уж точно. Я теперь сильно сладкий? — Для меня в самый раз. Минсок наклоняется, снова затягивая Чондэ в поцелуй, и оглаживает его бёдра. Чондэ вплетает свои пальцы в волосы Минсока, притягивая его ближе и углубляя поцелуй. Они отстраняются друг от друга, хватая ртами воздух. Чондэ засасывает кожу на шее Минсока, оставляя красный след, потом двигается левее, проделывая то же самое, и ещё раз и ещё раз, пока Минсок не останавливает его, несильно потянув за волосы. — Эй, не многовато ли? — изгибая бровь, спрашивает Минсок. — Что подумают в офисе? — Что у тебя кто-то, кто успокаивает тебя, обнимает, дарит свою любовь и ублажает, — перечисляет Чондэ с серьёзным выражением на лице, а потом переворачивает Минсока на спину и принимается покрывать поцелуями его грудь. — Тогда хорошо, — тепло улыбается Минсок, смотря на Чондэ и поглаживая его по розовым волосам.