Payment in Blood

      События следующих нескольких дней слились в расплывчатую череду воспоминаний. Он смутно помнил, как звонил сестре, родителям, друзьям, рассказывая о случившемся, и каждый раз его слова прерывались рыданиями, которые утихали лишь когда Билл брал его за руку. Этот жест почему-то одновременно раздражал и успокаивал Диппера. По крайней мере, этого было достаточно, чтобы он мог продолжить разговор.       Родители сразу приехали и взяли на себя большую часть юридических дел и организацию похорон к огромному облегчению Диппера.       Мистер и миссис Пайнс, Сус и Мелоди, и все остальные их друзья и знакомые поверили тому, что рассказывали СМИ об инциденте. Следователи без сомнений подтвердили, что причиной пожара стала неисправность электропроводки. Вилка заземления у телевизора была переделана таким образом, чтобы ее можно было вставить в розетку, из-за чего и произошло возгорание. Огонь распространился, пока Стэн спал. Обычный несчастный случай. Такие иногда происходят. Об этом будут шептаться между собой коллеги и родственники, сочувственно качая головами, рассуждая о глупости, которую мог бы совершить любой из них. А вскоре, как это обычно бывает, жизнь пойдет своим чередом.       Но Мэйбл в это не поверила. По голосу Диппера во время их разговора она сразу поняла, кто виноват, и как только добралась до отеля, где он остановился, она прошла мимо его распахнутых объятий и со всего размаха ударила Билла кулаком в лицо, вложив в удар весь свой вес. Он рухнул на пол, издав болезненный стон, его глаза закрылись, а тело безвольно обмякло.       — Мэйбл! — вскрикнул Диппер, схватив ее, но, похоже, она сделала все, что хотела. Мэйбл обхватила его за плечи, затем за бока, судорожно осматривая.       — Ты в порядке? Он тебя не ранил? — спросила она.       — В порядке, меня он не тронул. Мэйбл, какого черта?       — Да, какого черта, Звездочка? — согласился Билл, появившись рядом с Диппером в своем демоническом облике. — Ты вырубила мое тело. Я его поднять не могу. Признаюсь, впечатлен.       — Это только начало, — сказала она, разминая руку. — Это за Стэна.       Билл приподнял бровь.       — Следовало догадаться. Ну что ж, спасибо за, вероятно, сломанный нос моего тела, — он спустился, завис над ним, глядя на кровь, и приступил к исцелению повреждений.       Гневное выражение Мэйбл смягчилось, и она уткнулась лицом в грудь Диппера, всхлипывая и крепко обнимая его.       — Д-Диппер, я не могу поверить… Стэн… — прошептала она.       Он обнял ее в ответ, прижимая голову к ее макушке.       — Я знаю… Мне так жаль. Я должен был… должен был как-то остановить его, но… он лишил меня магии, я ничего не мог сделать, а Стэн… он действительно сильно ранил его, я рассказывал, как он выстрелил в него, а потом… когда попытался изгнать, ему стало очень больно… Он хотел отомстить, а я просто не смог его остановить.       Мэйбл подняла голову, по ее щекам текли слезы.       — Я… я понимаю, что ты не мог его остановить, он сильный, просто… я не могу поверить, что он мог так поступить, я думала, он любит тебя, почему… почему он…       — Я люблю его, — вмешался Билл. — Я не хотел причинять Стэну вред, но он напал на меня первым. Попытался меня убить. Так что я ответил тем же. Это в нашей природе, детка. Не стоит нападать на демонов.       Она сглотнула.       — Я только что ударила тебя, и ты теперь собираешься…       — Я не трону тебя. Я не причиню боль Сосенке снова. Ты его сестра, и я даю слово, что не причиню тебе вреда.       — Значит, ты даже не попытаешься дать сдачи, если я нападу? — спросила она.       Билл вздохнул.       — Я тебя остановлю. Прижму, парализую или сделаю еще что-нибудь, чтобы ты прекратила. Возможно, буду действовать грубее, в зависимости от ситуации. Но я не причиню тебе вреда без причины. Обещаю.       — Мне все равно что это «в твоей природе»! Ты разумный, у тебя есть самоконтроль, ты не обязан был это делать! Ты не обязан был убивать его!       Билл закончил исцелять тело и поднялся, не сводя с нее глаз. Затем сказал:              — Я его не убивал. Его убил пожар.       — Пожар, который ты устроил! — прошипела она.       — Вообще-то, телевизор. Это все равно бы когда-нибудь случилось.       — Это все равно твоя вина! Ты сделал так, чтобы это произошло именно тогда! Стэн мог бы выбраться! Но ты устроил это после того, как он ранил тебя, и теперь он мертв, а Хижина Чудес уничтожена!       — Ага, в целом все верно.       — А-а-а, Билл, ты просто кусок дерьма! — закричала Мэйбл.       — Да, мне уже говорили.       Диппер вновь прижал Мэйбл к себе и поцеловал ее в лоб.       — Успокойся, все будет хорошо… Мы справимся с этим вместе. Мы… устроим ему хорошие похороны и восстановим Хижину Чудес… Я продолжу его дело, посвящу ему все это место, я не позволю, чтобы память о нем угасла.       Мэйбл слабо вцепилась в его рубашку, ее плечи дрожали, а эмоции переполняли. Она знала, что вот-вот разрыдается, но все же попыталась ответить:       — Я зн-знаю, что ты не позволишь, ты станешь отличным новым ч-человеком-«загадкой», как он, и… и мне так жаль, что все это случилось, и если бы могла, я бы устроила Биллу ад за то, что он причинил тебе такую боль…       — Я злюсь на него, — признался Диппер, поглаживая ее по волосам. — Но он все еще мой партнер. Я все равно должен остаться с ним, он все еще мой хозяин… это не изменится. Все, что я могу — просто… пытаться жить дальше.       Билл положил руку ему на плечо, Диппер бросил на него раздраженный взгляд, но заставил себя расслабиться. Если он продолжит злиться на Билла, ему же будет хуже.       — Хочешь… увидеться со Стэном? — спросил Диппер, желая сменить тему. Хотя она была не намного легче. — Его тело все еще в морге, пока юристы изучают завещание, чтобы выяснить, хотел ли он быть похороненным или кремированным, или…       Она тихо хихикнула, и, увидев его удивленный взгляд, сказала:       — Кремация… это будет очень… иронично…       Диппер почувствовал легкую волну веселья, казавшуюся совершенно чуждой после последних дней боли. Он даже тихо фыркнул.       — Ага. Будет.       Мэйбл отстранилась от него, бросила на Билла ненавидящий взгляд и спросила:       — Мама с папой сейчас там, да?       — Да.       — Тогда поехали.       — Предупреждаю: Стэн выглядит не очень. Гроб точно будет закрытым.       — Мне все равно, как он выглядит, мне просто нужно увидеть его в последний раз.       Диппер не мог с этим поспорить.       — Ладно. Билл… мы уходим. С твоим телом все нормально?       Билл опустился рядом с ним и пихнул пару раз.       — Да, все будет в порядке. Но я останусь здесь с ним и, может, догоню вас позже, когда смогу его разбудить. Звездочка профессионально его вырубила.       — Рада слышать, — ответила она, растирая костяшки пальцев.       — Увидимся позже, — сказал Диппер Биллу, и они вдвоем вышли из номера.       Билл проводил их взглядом до машины Диппера, затем вернул внимание телу, поднял его и уложил на кровать. Убедившись, что оно лежит достаточно удобно (он не хотел позже вселиться в него и страдать от боли), он отправился в лабиринты разума за близнецами. Даже если Диппер этого не осознавал, Билл все равно хотел быть рядом с ним.

***

      Однажды вечером, спустя несколько дней после приезда семьи Пайнс, Билл пригласил Диппера прогуляться по городу. Дипперу не особенно хотелось куда-то идти, он все еще чувствовал пустоту внутри из-за потери не только Стэна, но и дома, в котором хранилось столько воспоминаний. Большая часть вещей со второго этажа (из тех, что вообще уцелели) была спасена. Ему даже удалось вернуть Дневник 4 почти без повреждений, что навело его на мысль, что в этом был замешан Билл. Но многое было утрачено. Ему повезло, что телефон и кошелек были в кармане во время пожара, но он лишился ноутбука, пульта от машины, множества любимых книг, значительной части одежды… Ему удалось спасти некоторые артефакты и сувениры из своих приключений, но более мелкие и хрупкие предметы канули в пепле и руинах.       Поэтому, размышляя о том, сколько усилий потребуется, чтобы вернуть жизнь в прежнее русло, и о том, каково будет жить без своего ворчливого, но добросердечного двоюродного дедушки, он никак не мог заставить себя воодушевиться идеей прогулки.       Но Билл настаивал, сказав, что сам поведет машину, так что Диппер сможет просто расслабиться. Так что он согласился и сел на пассажирское сиденье, откинув спинку практически в положение лежа.       — Ремень безопасности так тебя не защитит, — усмехнулся Билл, пристегиваясь и заводя машину.       — Мне все равно, — тихо ответил Диппер. Он чувствовал усталость. Казалось, после смерти Стэна он почти все время был уставшим. Его сердце было таким тяжелым. Мэйбл старалась быть веселой и оптимистичной, и у нее получалось вызвать у него улыбку, но стоило ей уйти, как это ощущение счастья снова сменялось пустотой. Легче только когда он спал. Его сны были теплыми, полными мягкого света и красок, никогда не складывающимися во что-то конкретное (по крайней мере, настолько, насколько он мог вспомнить), но все же уютными. Они напоминали ему о тех редких приятных ночах, когда он мог спать в объятиях Билла, до того как Стэн попытался его изгнать. Он хотел бы вернуться в те дни.       Но теперь Диппер не прижимался к Биллу во сне. Он оставался на своей стороне кровати, а демон оставлял тело на другой, чтобы оно не касалось его, прежде чем отправиться в лабиринты разума. Билл делал сны Диппера теплыми и уютными, а затем уходил по своим делам.       Диппер также перестал выслеживать людей ради возвращения долгов. Он был слишком подавлен и не смог бы делать это с той страстью, которой ожидал от него Билл. Поэтому Билл велел ему просто спать и предоставить все ему. Когда все вернется в норму и Диппер почувствует себя готовым, они вновь будут заниматься этим вместе. Билл желал, чтобы этот день наступил скорее; он скучал по своему энергичному, уверенному, забавному Сосенке.       Через несколько минут езды Билл нахмурился, протянул руку и погладил голову Диппера, перебирая пальцами его спутанные волосы. Человек в последнее время почти не заботился о себе, пряди были жирные на ощупь.       — Диппер, — мягко сказал он и подождал, пока тот посмотрит на него. — Я не ожидаю, что ты простишь меня, но… все когда-нибудь станет, как раньше?       — Не знаю, — безэмоционально ответил тот.       — Я скучаю по твоей улыбке, по искорке в твоих глазах, по тому милому голосу, когда ты смеешься. Я скучаю по нашим историям, путешествиям, тому, как мы учились друг у друга. Я скучаю по тому, как мы вместе вершили правосудие над теми, кто этого заслуживает. Я никогда не хотел причинить тебе такую боль, я просто был слишком зол в тот день, меня вывели из себя… Прости.       Диппер выпрямился и медленно обхватил правую руку Билла. Сердце демона дрогнуло от того, что он сам прикоснулся к нему.       — Билл… я не могу держать на тебя зла. Я понимаю, почему ты это сделал, ладно? Я злюсь, что это произошло, ненавижу себя за то, что не заметил ловушку на полу, я мог остановить его раньше, и тогда, возможно, ты бы не зашел так далеко, это—       Билл перебил его:       — Не твоя вина. Диппер, ты ни в чем не виноват. Это было между мной и Стэном. Он бросил мне вызов, я ответил, я положил этому конец. Немногие люди выиграли бы такую схватку. Даже ты не выжил бы, если бы я действительно захотел тебя убить. Но… — он взял Диппера за руку. — Я бы никогда не убил тебя. Я люблю тебя.       Диппер замешкался и тихо сказал:       — Я тоже тебя люблю.       Это было первое признание после произошедшего. Билл не мог быть счастливее. Он наклонился и поцеловал его — один раз, быстро. Все-таки он был за рулем. Но, выпрямившись, он увидел, как Диппер наклонился в ответ, чтобы вернуть поцелуй, а затем, отстранившись, улыбнулся. Улыбка была неуверенной, но для Билла она значила все.       — Так куда мы едем? — спросил Диппер, заметно веселее. Он потянулся вниз и поднял спинку сиденья.       — Ну что ж, Сосенка… — ухмыльнулся Билл. — Помнишь, как мы были в Каире? Я тогда сказал, что хочу маргариту. Так вот, мы найдем какой-нибудь бар подальше от Гравити Фолз, где тебя не узнают, и будем пить, пока ты не перестанешь грустить.       — По закону я еще не могу пить, — заметил Диппер.       Билл рассмеялся.       — О, милый Диппер… с каких это пор закон для нас что-то значит?       С этим Диппер не мог поспорить. Он улыбнулся чуть шире, сильнее сжал руку Билла и сказал:       — Тогда я хочу две пина колады для начала, а там посмотрим.       — По одной в каждую руку? — рассмеялся Билл.       Диппер кивнул и вдруг запел:       — Let's set sail with Captain Morgan and never leave dry land.       Билл засиял, услышав его низкий, мягкий голос. Он звучал немного неуверенно из-за долгого молчания, но все еще прекрасно, и ему пришлось поцеловать его еще раз. Отстранившись, он спросил:       — Все еще может стать по-прежнему?       Выражение лица Диппера на мгновение стало печальнее, но он продолжал улыбаться.       — Думаю, да. Посмотрим, как я буду себя чувствовать после пары коктейлей.       — Хах, ладно. А Звездочка как держится?       Они еще какое-то время говорили о том, как Мэйбл справляется со всем, о том, что она проводит время с Пасификой в поисках утешения, и о том, что Нортвест предложила помочь им деньгами на похороны. Поскольку Пайнсы поддержали ее, когда умер Престон, она решила отплатить тем же.       Постепенно разговор сошел на нет, и Диппер просто смотрел в лобовое стекло, позволяя себе расслабиться и наслаждаться тем небольшим счастьем, которое чувствовал. После всех этих мрачных дней он хотел удержать это чувство. Стэн не хотел бы, чтобы он хандрил. Стэн, вероятно, также не хотел бы, чтобы он продолжал общаться с Биллом, но… у него не было выбора. Он должен был быть с Биллом. Значит, лучше наслаждаться его компанией.       — Всё будет хорошо, Сосенка, — сказал Билл спустя несколько минут тишины, решив, что Диппер снова загрустил.       Диппер прислонился к нему, закрывая глаза и тихо напевая, он открыл свой разум и позволяя другому почувствовать его спокойствие.       — Да. Все будет хорошо. Спасибо.       Он никогда не забудет то, что случилось со Стэном, и, вероятно, никогда полностью не простит. Но он все еще мог быть счастлив с Биллом, если захочет. И он хотел быть счастливым с ним. Они могли прожить прекрасную жизнь вместе, делать все, что захотят, вернуться ко всем тем вещам, по которым Билл, как говорил, скучал. Диппер скучал по ним тоже, даже по кровавым долгам, с которых все началось.       После похорон Стэна, он решил. Похороны дадут ему необходимое чувство завершения, и тогда они смогут вернуться к прежней жизни. Он поймал себя на том, что ждет этого.              Билл улыбался, радуясь размышлениям Диппера. Отчасти из-за их содержания. Но главным образом потому, что человек снова впускал его в свой разум. Для него это было хорошим знаком. Знаком того, что все возвращается в норму. Насколько это вообще возможно в их отношениях.       Он открыл свои мысли человеку, который отвечал на них с тем же интересом, что и всегда. Остаток пути они провели в дружелюбном молчании, разговаривая только мысленно, эмоциями и образами, под мягкий шепот песни по радио и теплый свет заходящего солнца, падающий на их кожу. И Диппер не променял бы это ни на что.       С Биллом у него все будет хорошо.