Завтра все вернет назад.

POV Соня. Мама хотела меня остановить, наконец, заметив, что из уголка моего рта до сих пор течет кровь, но я не послушала и отправилась к себе в комнату. По пути сама зайду в медкрыло, возьму необходимое и отправлюсь восвояси. Никто останавливать меня все равно не будет, да и там эта. Ваня и Марк держали меня под руки, чтобы я, не дай Бог, не свалилась на полпути, а вот Мирон пошел поговорить с Олегом. Взрослый мужской разговор, в который я вмешиваться не собираюсь. Сегодня я собираюсь только добраться до своей кровати (или не своей), и поспать. Моему телу и разуму нужен был перерыв и хороший отдых. Очень надеюсь, что в группу зачистки меня не запишут – я не в состоянии. Шаги давались с трудом, особенно, после того, как Кристина отбила мне половину внутренностей – боюсь на себя в зеркало смотреть после такого. Сколько в человеке подлости? Я только чуточку отвлеклась, и она этим воспользовалась, выбивая из меня все. Не ожидала, что мне так достанется – будто меня пропустили через мясорубку. Если бы у Кристины была такая возможность, я бы уже перемалывалась. Смеюсь про себя. Это довольно забавно осознавать, но при этом не понимать, за какие заслуги девушка меня ненавидит. Стоит все-таки разузнать о ее брате, за которого она мне мстит, но сначала нужен отдых. - Ваня, Марк, не хочу показаться слишком наглой, но ночевать в своей комнате я не хочу – не одна, по крайней мере! Можно у кого-то из вас, а вы в моей поспите, или кто-то из вас посидит со мной? – спрашиваю я, останавливаясь на минутку. Парни переглядываются друг с другом, а потом почти хором предлагают мне свою компанию и свою комнату. «Терешина, что вот ты творишь?» - спрашивает меня внутренний голос, когда я соглашаюсь на комнату Марка, и на компанию обоих. Это совсем не в моих правилах, но да ладно. - Марк, ты только из охраны! Отдохни! Соня побудет со мной! – говорит Ваня, напоминая мне, что Маркул час назад только вернулся со своей смены. В моей голове щелкает тумблер, напоминая о том, что парню тоже нужен отдых, а не золотой слиток, который они должны охранять. - Поверь, Вань, мне не трудно! – стоит на своем Марк. Странно, что эти двое как-то спокойно воспринимают мое присутствие рядом с кем-то из них, в отличие от того, когда я была с Даней. Хотя, мне все это может казаться, и они старательно скрывают все это, а с Поперечным выплескивали свои эмоции. Пока мы стояли и спорили, кто останется со мной или в чьей комнате я буду спать, вернулся Мирон. Федоров взял меня под руку и повел в сторону своей комнаты, бросая парням напоследок, что я останусь у него. Так никому не будет обидно. Мудрый человек. Мурлен, услышав наши голоса, выбрался из моей комнаты и побежал за мной. Кажется, этот кот перепутал хозяев. Ванька сейчас даже не пытается его останавливать, хотя по выражению лица того заметно, что он ревнует немного. - Мир, так не честно! – отзывается Евстигнеев, наблюдая, как мы удаляемся. - Ничего не знаю! Марк отдыхать, ты к себе, а Сонька сегодня у меня поспит! И ради всех святых, сходите уже кто-нибудь в медкрыло! Вы же мимо шли и ничего не прихватили! – дает указания Мирон. Эдакий строгий дедушка. Мы с Федоровым заходим в его комнату. - Так, тебе что из твоей комнаты принести? – спрашивает он, аккуратно усаживая меня на свою кровать. - Любые шорты и майку! Там в тумбочке лежат обезболивающие – еще их! – монотонно говорю я, заваливаясь на спину. Хочется уже уложить свое тело полностью в горизонтальное положение и поспать. - Так, стоп! – Мир меня придерживает, чтобы я совсем не попала. – Голова болит? – очень сильно болит, но об этом я не говорю, просто легонько киваю. – Тошнит? - Да, Мир, а еще я сейчас вырублюсь, у меня двоится в глазах, и такое чувство, будто по мне каток проехался! – говорю я, стараясь усидеть в одном положении, но до сих пор это трудно получается. - Похоже, помощь Ваньки мне тут не помешает! - Мирон сказал это очень тихо. – Так, давай-ка мы сядем сюда. – Федоров помогает мне сесть на стул около кровати, на котором я сидела и до этого. А потом он уходит. Не знаю, сколько его нет, но рядом со мной Мурлен. Кот сидит около моих ног и негромко мурлычет. Он бы с удовольствием запрыгнул ко мне на колени, но я уперлась в них локтями, удерживая голову, которая рвалась лопнуть от этой боли. Все симптомы были похожи на сотрясение – хорошо она меня. Но я все же немножко выпрямилась, облокачиваясь на спинку стула. Кот, воспользовавшись случаем, запрыгнул мне на колени и начал мурчать, словно пытался забрать всю хворь себе. Казалось, что Федорова уже нет долгое время, но мне так только казалось. Его не было от силы минут 15. Но вернулся он уже не один – с ним был Ваня. Головная боль была жуткая, и вообще меня мутило не по-детски, поэтому я особо не вдавалась в то, что происходит. Обезболивающее было внутри, я была на кровати под одеялом, рядом мурчал Мурлен, а еще меня обнимали и гладили по голове. Проснулась я спустя часов 12 – отдых так отдых. В комнате было пусто и тихо. А проснулась ли я? Может, кошмары? Пришлось себя ущипнуть – боль ощутилась после щипка. Значит, все в порядке, и просто Мирон спит в моей комнате– а может, не спит, а в оружейной. Это я тут дурака валяю, валяюсь на кроватке, когда можно было уже принести пользу остальным–к примеру, грохнуть уже, наконец, эту ведьму. Встать с первого раза не получилось, меня немного увело в сторону, но я удержалась. Спать меня оставили все в той же одежде, а вот на спинке стула висели чистые брюки и футболка, и на столе был обед. Как только мой взгляд упал на еду, желудок недовольно заворчал. А ведь до этого так есть не хотелось. Мурлена тоже не было в комнате, вообще никого не было. Опустошив тарелку и переодевшись, я вышла в коридор, а потом направилась к своей комнате. В комнатах мальчиков было тихо, как и в моей, в принципе, а еще в ней было пусто. Да где все? Схватив с собой нож на всякий случай, я отправилась в общий зал. О, чудо, все собрались там. Так, сегодня внеплановое собрание, о котором я не знаю? «Умер Дима!» - напоминает мне внутренний голос. Правда, это ни о чем не говорило. Я прошлась вперед, к столам, где сидела моя компания, и села рядом с ними. - Что тут происходит? POV Ваня. Соня плелась еле как. Было видно, что каждый шаг дается ей с трудом. А ее предложение побыть с ней или уступить свою комнату – вообще ввело меня в тупик. Конечно, в свете последних событий это было очень даже разумно, черт знает, что вытворит Кристина в этот раз. От одного ее прихвостня мы уже избавились, осталась она и еще двое. Мы с Марком чуть ли не спорили, как маленькие мальчики, у кого будет девушке лучше до тех пор, пока Мирон не вернулся. Федоров забрал Терешину себе, отправляя нас по своим делам. Ничего другого не оставалось, кроме как идти в медкрыло за лекарствами для Сони. Лешукова хорошо ей навешала, хоть и дралась по-свински. Нельзя нападать на соперника, когда он безоружен или отвлечен чем-то или кем-то. Не удивлюсь, если у Сони сотрясение – Кристина пару раз хорошо попала ей по голове, пока мы ее не оттащили. Нужно будет с ней потренироваться, чтобы девушка вспомнила все свои навыки. После вылазки за антивирусом, она никуда не выходила, только на крышу, где была чуть не изнасилована этим ублюдком, который сейчас без нижней челюсти бродит около ворот бункера и пялится в камеры. Уже через минуту Мирон окрикнул меня, оставляя девушку одну в комнате. Мы вместе пошли в медкрыло забрать медикаменты. Надеюсь, Вера не станет причитать о безопасности Кристины, когда мы там появился. Все удивляюсь, как я умудрился проглядеть в ней эту явную тьму, которая сейчас сочится, словно сок из спелого арбуза. Как ни странно, женщина ничего такого о нас не сказала, лишь искренне поинтересовалась состоянием дочери и предложила пойти с нами, но Янович уверил ее в том, что мы сами прекрасно справимся. По дороге обратно друг рассказал мне, что поговорил с Олегом, и Терешин не станет выгонять Кристину на улицу только из-за наших показаний, поэтому нужны веские доказательства всего того дерьма, что она делает и по сей день. Вопрос был единственный: «Как вывести ее на чистую воду?». Когда мы вернулись в комнату, то увидели, что Соня почти уже спит на столе, подложив под голову свою руку, а у нее на коленях сидит кот, который при виде нас тут же спрыгивает. Терешина проглатывает таблетку промедола, пока Мир расправляет кровать. Я убираю влажной салфеткой запекшуюся кровь с ее лица, снимаю толстовку и только потом укладываю в кровать. - - Она даже такая - указываю на ее внешний вид, - прекрасно выглядит! - Она-то, может, и да! А вот ты влюбился по уши и бесповоротно, друг! – усмехается Мирон, усаживаясь на стул, рядом с кроватью. - И что с того? - Ничего! Просто давно тебя таким не видел. Рад, что счастлив! - друг хлопает меня по плечу. – А теперь, сам ложись отдохни. Марку я ничего не скажу! Я пока к Терешину, может, что решим! – Федоров покидает комнату, напоследок подмигнув мне. Конечно, было бы возможно сидеть напротив нее все это время, пока она спит, но это выше моих сил. Сейчас, кстати, на улице ночь, поэтому самое время отправляться в царство Морфея. Соня хмурится во сне, поэтому ложусь рядом с ней и обнимаю, прижимая к себе. Как только моя рука оказывается на ее талии, а я дышу ей в затылок, девушка успокаивается, начинает мирно сопеть. Вскоре под тихое равномерное дыхание и баюкающее мурчание засыпаю и я. Федоров разбудил меня рано утром, когда тихо прошел в комнату. - Вань, вставай! – почти шепчет он. – Только Соньку не буди! – стараюсь вообще сообразить, что происходит. «Ая-яя-яй! А если зомби, а ты не шевелишься!» - приговаривает внутренний голос, как будто посмеиваясь. Мирон спал в моей комнате, но проснулся рано, потому что сегодня похороны Димы. И как ему передал Олег, все, кроме Сони, должны там присутствовать. Судя по рассказу друга, брат девушки начал воспринимать наши слова в серьез. Теперь он уже больше склонялся к тому, что Кристина желает зла Соне. Но вот в попытку изнасилования он не поверил. Похороны этого ублюдка заключались в простом – нужно было его убить, а потом сжечь неподалеку от бункера. На наше кладбище его не повезли, что уже радовало. Хотя это могло случиться, Олега остановила только толпа мертвецов, заполонивших улицы. В группу зачистки вошли и мы, вообще ее составляли я, Мир, Данька, Марк, Олег и Алексей, посланный Кристиной. Димка уже достаточно далеко отошел от бункера, были предложения его там и оставить, но естественно на них никто не обратил внимания. Лешукова настояла на том, чтобы ее Димочку похоронили, как следует. До него пришлось убить несколько мертвецов, и только после этого добраться до цели. У меня был пистолет, я мог просто пустить этой твари пулю в лоб, и я уже хотел стрелять, но Алексей меня остановил, сказав, что справиться сам. Его право, в конце концов. Парень подошел ближе к мертвецу, направляя на него оружие, но не стрелял. Он не стрелял до последнего, пока Дима не пошел на него, протягивая сильные руки. После сожжения все собрались в общем зале, попрощаться с погибшим. В основном говорила Кристина и ее команда, наши высказывались по паре слов. Мы же просто сидели на месте, пока меня не отвлекло движение. Соня присаживалась к нам, спрашивая, что происходит. - Крис настояла на похоронах этого ублюдка! – отозвался Мирон. – Как ты? - Хорошо, спасибо! – она улыбнулась нам. -Что она здесь делает? – громкий голос разнесся по всему залу. Кристина приметила Соню. - Я здесь живу! – было заметно, что простой вербальный контакт приводит девушку в бешенство. - Я не желаю, чтобы убийца моего... – Крис немного замялась, - моего друга здесь находилась. - Так их тут и нет. Они все за стенами этого бункера. Хочешь, познакомлю поближе? Ты им понравишься, уверена! – проговорила Терешина, вставая с места. Все остальные наблюдали за их перепалкой, как будто это было какое-то реалити-шоу. Обстановка медленно, но верно накалялась, поэтому пришлось увести Соню подальше. - Ваня, она охренела! Нам нужно срочно выдворить ее отсюда! А еще лучше убить! – грозно проговорила девушка, шагая вперед. - Соня, стой! Нужно предоставить веские доказательства Олегу, и ее уже здесь не будет! - Ее не будет здесь, но она знает, где наш бункер, сколько у нас средств, как пробраться – она знает все. Ее нужно убить, и я это сделаю! – Соня твердо стояла на своем. Но лишний ее взгляд в сторону Кристины, и все опять полетит прахом. Лешукова пустила свои щупальца по всему бункеру – почти все здесь считают ее вторым пришествием и самым настоящим ангелом, когда как к Соне отношение у большинства холодеет, еще со времен вируса. - Как ты собираешься это сделать? - Не знаю! – говорит она. – Мне нужно на воздух! Я здесь с ума сойду! – говорит она, прислоняясь к стенке. - Ты же понимаешь, что мы тебя за стены не отпустим? – она согласно кивает. Хоть это радует. Кажется, придется ее занимать тренировками! POV Соня. Ваня предложил мне постоянные тренировки с ним и с Марком, чем мы и занимались на протяжении полутора недель. Мир же отдавал мне иногда свои смены в оружейной, а Дарио брал с собой в аппаратную. Каждый из них пытался меня чем-то отвлечь, но при условии, что это будет происходить в стенах бункера, а не вне их. Мое состояние еще желало оставлять лучшего. Ушибы не зажили, синяки немного сходили, вправленное плечо не болело, да и ребята старались меня не нагружать тренировками. С Кристиной я не контактировала вообще. С семьей, Даней и остальными крайне редко, зная, что они почти все свое свободное время проводят с ней. Было бы не так обидно, если бы я была мертва, и они находили в ней свое утешение, но нет, просто моя семья решила, что компания Кристины куда приятнее. Хотя, я обобщаю – так решила мама. Она упрямая, как стадо баранов. Пока не предоставить этой женщине доказательства злых помыслов Кристины – а ими бы послужило ее чистосердечное признание – возможность моего оправдательного приговора далеко за горами. Но я не отчаиваюсь, да мне и некогда, по сути. Сегодня вот будет занимательная тренировка с Марком. С ним все тренировки занимательные, после которых я еще долго не могу уснуть. Все они проходят в нашем спортзале, куда последнее время никто, кроме нас и не заглядывает. Марк по обычаю зашел ко мне в комнату. - Ну, что, готова? Ванька вчера не сильно тебя измучал? – Маркул ухмыляется, а я с вызовом смотрю на него. - Всегда готова, чтобы ты знал! – отвечаю я, поравнявшись с ним. – И сегодня мучать я буду, а не меня! Мы отправились в спортзал. Сегодня нужно было показать парочку своих трюков по метанию ножей. У Марка это, конечно, хорошо получается, но ему хочется лучше, поэтому сегодня показываю мастер-класс. Он установил несколько мишеней, приготовил ножи, оставалось только размяться, и можно было приступать. Дошли мы до спортзала в полном спокойствии, да и разминка проходила в таком же режиме. Пришлось объяснить вначале, где и какой нож, немного рассказать о них. Наш урок мы начали со специальных ножей для метания. Вначале шла моя демонстрация, после которой Марк решил, что все сможет сам, но нож воткнулся в самый край мишени, а значит, он промазал бы в зомби. - Так, Марк, стой! – подхожу к нему и забираю у него нож. – Для начала встаем правильно – правая нога чуть позади левой. – устанавливаю его ногу на нужное расстояние. – Корпус прямо! – провожу по его позвонкам, чтобы он выпрямился. – Правую руку отводим чуть дальше. Да, вот так! А теперь глубокий вдох и выдох, - Марк послушно выполняет мои указания, - бросай! – бросок, и снова не туда. Еще минут 30 мы учимся как следует держать нож. - Соня, есть идея! – говорит он, заговорщески ухмыляясь. – Ты мне покажешь, просто я повторю все движения за тобой! – говорит он, вставая позади меня. Ладно, к такому я была готова. Я была готова чувствовать его рядом, но держать при себе все свои эмоции и желания. Марк встал слишком близко, точно копируя мою стойку, взял мои руку в свои, и пока я медленно показывала ему саму технику метания, он повторял, как бы невзначай касаясь моей шеи, волос, лица. Постепенно вся моя выдержка сходила на нет. Организм соскучился по ласке, а внутренний голос открыто издевался, представляя мне провокационные картинки, на которых мы с Марком были главными героями. - Может, теперь ты сам попробуешь? – говорю я. - С радостью! – Марк резко разворачивает меня к себе и впивается в губы. Первые секунды не понимаю, что происходит, но потом с неистовой силой начинаю ему отвечать, зарываясь пальцами в волосы. Марк легонько толкает меня к стене, между которой и собой зажимает меня. Когда воздуха резко начинает не хватать, я кусаю его за нижнюю губу. Парень отстраняется на секунду, но заметив причину укуса, вновь меня целует, только уже в шею, пока его руки свободно гуляют по телу, забираясь по ткань моей футболки. Сама уже не контролирую себя, хотя понимаю, что нельзя так делать, но все равно продолжаю. Марк поднимает меня, удерживая за бедра, пока я обхватываю его ногами, а он вновь впивается мне в губы. Стоять в таком положении мы долго не можем, поэтому Маркул несет меня на маты, но спотыкается о валяющуюся на полу скакалку, и мы валимся вниз. Успеваю поставить вперед локти, поэтому больно ударяюсь только ими, а вот Марк падает на спину пластом, беззвучно стонет от боли, а я грустно улыбаюсь. - Ты жив? - Ага! – хмуро отвечает он, открывая глаза. – А ты? Могла бы упасть на меня! - И еще больше тебя калечить? Ну уж нет! – поднимаюсь на ноги, но он ставит мне подножку и валит на себя. - А, может, я хочу, чтобы ты на меня упала! – усмехается он, заправляя прядь волос, выпавшую из моей косички, а потом целует в кончик носа. - Ты – хитрюга! – констатирую я, вновь поднимаясь, но уже с него, правда, меня никуда не отпускают. - А ты никуда не пойдешь! – говорит он, внимательно глядя мне в глаза, а потом громко чихает, от поднявшейся в воздух пыли. Мы почти загибаемся от смеха, пока сюда не заходит Ваня. - Кхм, кхм! Мы смотрим на него и не перестаем ржать. Евстигнеев уже сам еле сдерживается, чтобы не засмеяться. - Как тренировка? – строго спрашивает он, но при этом улыбается. - Замечательно! – Марк поднимается на ноги, и помогает встать мне. – Ножи метать научился! – гордо говорит он, а мне хочется добавить: «Ага, как же!». – Смотри! Маркул встает в нужную позицию, размахивается и попадает точно в цель. Вот, точно хитрюга. - А теперь передаю ее тебе! Только сильно не мучай! – Марк хлопает Ваню по плечу, а сам уходит, но при этом подмигивает мне у самого выхода. POV Ваня. Когда я захожу в спортзал, то слышу громкий смех. На матах в левом углу валяются Соня и Марик. Ох, чувствую – тренировка у них была, что надо. У нас же в планах отработка приемов контактного боя. Соня и так хорошо с этим справляется, просто хочется, чтобы она была готова по полной, если случится какой-то непредвиденный звездец. Девушка вытирает пот со лба, успокаивается и подходит ко мне. - Снова уложить тебя на лопатки? – спрашивает она. Да, я хочу, чтобы она уложила меня на лопатки, прямо сейчас и здесь. Такие тесные тренировки с ней сродни казни или пытке, но при этом я их продолжаю, потому что именно на них девушка забывает о нынешних проблемах и полностью отдается процессу. С Мариком они уже размялись, поэтому переходим сразу к делу. Я нападаю на нее, а она отражает удары, и частенько якобы наносит свои. Тут даже нет смысла поддаваться, поэтому я этого не делаю. На середине тренировки Терешина входит во вкус – блокировать ее становится все сложнее, поэтому просто захватываю ее в кольцо своих рук, прижимаю тесно к себе, а ее руки скрещиваю на груди и удерживаю. - Тише, тигрица! – усмехаюсь. - Сдаешься? – в девушке проснулся азарт, что сразу заметно. - Еще чего! – разворачиваю ее к себе лицом, все еще удерживая руки, а потом легонько ставлю подножку, пока мы не разрываем зрительного контакта. Сонька утаскивает меня за собой, но я успеваю опереться на руки по обе стороны от ее головы. Улыбаюсь, как довольный кот, наблюдая, как она дышит приоткрытым ртом, как часто вздымается ее грудь, как розовеют щечки, как горят ее глаза. Мы тренировались неделю, может, больше. Я не позволял себе ничего лишнего, но сейчас к чертям шлю все эти запреты, накрывая ее манящие губы. Соня несколько секунд мне не отвечает, но потом начинает, отчего в моей голове взрывается фейерверк. Я так давно хотел это сделать, а теперь она мне сама отвечает и обнимает за плечи. Ее руки медленно перемещаются на ее шею, призывая спуститься чуточку ниже. Послушно выполняю это, но тут же переворачиваюсь на спину, утягивая ее за собой. Соня усаживается на мне, а потом резко прерывает поцелуй, но не убегает. - Что? - Ничего! Просто... - Рано еще? – спрашиваю я, вопросительно подняв бровь, пока руками легонько сжимаю ее бедра. Соня неуверенно кивает. Раз рано, значит, подождем еще немного! Помогаю ей подняться – тренировки на сегодня у нее закончены. POVСоня. «Черт бы меня побрал!» - ругаю себя, пока выхожу из зала. Нужно в душ, охладиться – иначе я сгорю от переизбытка желания и эмоций. Черт! А потом нужно к брату. Почему именно сегодня я решила с ним поговорить? Душ помогает – освежает и тело, и дух. Мысли встают в верный порядок, а я направляюсь к брату. Олег, к счастью, сегодня один. - Олеж, привет! – здороваюсь я, просовывая голову в дверной проем. - Соник, привет! Заходи! – братишка вежлив и добр, как всегда. – Как ты? Я так редко тебя вижу! – говорит он. - Ты понимаешь почему! – отчеканиваю я, присаживаясь на стул напротив него. – Олег, пообещай, что выслушаешь и ответишь на все мои вопросы!- брат кивает. Это хорошо. - Сам понимаешь, что я не люблю Кристину! Она вам дурит мозги, а вы упорно этого не видите! Дима, правда, пытался меня изнасиловать. В тот день я была на крыше, хотела побыть одна, а потом пришел он, и в общем, это могло случиться! Я знаю, ты не веришь в это, но попробуй хотя бы принять. А эти девушки, которые с ними – это их рабыни. Все дети рождены ими! - Откуда ты это знаешь? – скептически спрашивает он. - Они сами сказали! – отвечаю я. – Олег, Кристина хочет мне зла, она думает, что я что-то сделала с ее братом! Ты знаешь о таком? Она что-то говорила о нем? – братишка прокручивает в голове воспоминания. - Да, она что-то говорила о своем младшем брате, который был в составе вооруженных сил, когда все это началось. А пару месяцев назад они собиралась встретиться. Это все. - Стоп! Ее брат солдат? – брат кивает. А у меня в голове, словно на скорости света проносятся воспоминания о том, как нас с Ваней привезли в лагерь к солдатам, там был парень, как 2 капли похожий на Крис, он приставлял Ване нож к горлу, а потом он и его товарищ повели меня в хижину и пытались трахнуть. Я ударила его вазой по голове. Все встало на свои места. - Сонь, а в чем дело? - Позови ее сюда, пожалуйста, а я за Ваней! – сказала я, выбежав из кабинета. Я бежала по коридорам, пока не услышала короткий детский вскрик. Я буду не я, если не посмотрю, что это такое. Поэтому свернула в нужную сторону. Криков больше не было, пока я не добежала до нужного места. Кристина держала руки на шее Стаси, а та пыталась кричать, но не могла. - Какого черта ты творишь? – крикнула я, бросаясь на девушку. Кристина отлетела от девочки, как только услышала меня. На ее лице застыл безумный оскал. - В этом будешь виновата ты! – прошипела она. Только сейчас я заметила тело маленького мальчика, одного из детей, что пришли с ней. Я ринулась к нему, проверяя, жив ли он. Мальчик не дышал. Если он встанет, то будет зомби, а тут Стася. А я не смогу убить ребенка. Реанимация была бесполезна, сколько я не пробовала, пока не услышала за спиной детский плач и злостный смех. - Ты убила Диму, моего брата, а теперь я убью ее, потом всех в этом бункере, а ты будешь смотреть! – Крис вся исходила на ненависть. - Ты про брата, который был в отряде, где одни мужики? Прости, их и мужиками не назвать! Орали, как бабы, ей Богу! – стараюсь вывести ее на себя, чтобы Кристина отпустила Стасю. Как только девушка бросается ко мне, она толкает девочку в стену, отчего та теряет сознание. Я очень боюсь за жизнь этого ребенка, я боюсь за жизни всех в этом бункере. Лешукова бросается на меня и успевает схватить за горло и придавить к стене, пока я смотрю на бездвижную девочку. Кристина несколько раз прикладывает меня затылком к стене и брызжет слюной, как больное животное. Но я вспоминаю тренировки с Ваней и отталкиваю ее. - Твой брат меня так же к стене прижимал, когда пытался раздеть и поцеловать. Теперь понятно в кого у него такое отношение к девушкам. Я ведь так хорошо приложила ему по голове! – говорю я, меняя нас местами. Кристина почти рычит, а потом резко толкает меня в грудь, отчего я отступаю на пару шагов. Краем глаза замечаю, что Стася ровно дышит, а мальчик все еще просто мертв. - Ты больная тварь, если подняла руку на детей, чтобы отомстить мне! – выплевываю я, ударяя ее по лицу со всей силы. Костяшки пальцев болят, но да пофиг. Кристина отшатывается от удара, хватается за больную щеку. А я вновь нападаю, но теперь ударяю ее в живот. Лешукова умудряется увернуться, а мой кулак врезается в стену. Дикая боль разносится по всей руке, но я молчу. Кристина хочет вновь толкнуть меня в стену, но промахивается, но зато я нет. Беру ее за волосы, и удерживая за них, бью в лицо, разбивая к чертям нос и бровь. Девушка кричит от боли. Ее волосы до сих пор в моем кулаке, наношу еще удар. - Ты последняя тварь, которая прилипла к моей семье! – бью коленом ей в живот, отчего ее немного подбрасывает вверх. Пинаю ее, толкая к бетонной стене, по которой она сползает, словно какое-то желе. - Я тебя убью! Избавлю этот мир от такой угрозы! – шепчу я, направляясь к ней, но позади себя слышу шаги, а потом меня резко одергивают назад. Не знаю, кто это, потому что рвусь к Кристине, чтобы добить. К ней подходит Олег, заботливо поднимая на руки. А Даня стоит около Стаси. - Она, - девушка почти хрипит, указывая пальцем на меня, - Я пыталась разнять детей, пришла она, оттолкнула девочку, убила моего мальчика, а потом пыталась убить меня! – с перерывами говорит она. Я не знала, сколько людей позади меня, потому что меня удерживали. - Выгнать ее! Она опасна! – слышу я за спиной. Кто-то из жильцов. Смотрю на Олега, который злобно на меня поглядывает, пока девушка нагло ухмыляется, а кровь капает из ее рта и носа. Хоть что-то приятное.