Завтра все вернет назад.

POV Автор.       Обычный осенний день– обугленные стены домов, обрушенные крыши, толстые слои пыли всюду, покрытые недавно выпавшим снегом, пустынные улицы мертвого города, громкие завывания ветра вперемешку с мычанием живых мертвецов – такой себе осенний день в апокалипсисе. Именно по такому пейзажу продвигался темно-зеленый грузовик ЗИЛ-131. За рулем сидел мужчина средних лет в теплой кожаной куртке с мехом на воротнике, на голове темная бейсболка с изображением орла по центру, из-за спины торчало дуло охотничьего ружья. Из-под бейсболки торчали светлые волосы, среди которых встречались седые пряди. На лице морщины вперемешку со шрамами, некоторые тянулись по диагонали от правого виска к левому углу рта, словно после тесной встречи с медведем. Строгий, решительный взгляд, направленный вперед, руки крепко сжимают руль, а рот сжимается в тонкую полоску – ни улыбки, ни уныния, просто тонкая полоса из губ.Толстая полоса серых усов над губами и отпущенная борода. Рядом с этим мужчиной сидела миловидная женщина средних лет в теплой осенней одежде, теплом платке, повязанным на голову и заколотым булавкой под подбородком, из-под которого виднелись темные волосы и молодой парень. Женщина изредка посматривала на водителя, который был ей мужем. - Ты можешь не гнать так? Я понимаю, что грузовик проедет везде, но не гони, Бога ради, Велимир! – произнесла его супруга. – Влад, прекрати играть с ножом! – приказала женщина, обращаясь к молодому человеку. - Да, мам! – отозвался парень, убирая нож подальше и снимая с головы черную шапку от Adidas, из-под которой на лицо упали темные волосы точь-в-точь, как у матери. Молодой человек был в куртке, похожей на отцовскую; на лице было не так много растительности, да и руки не такие мужественные. - Радомира, не дави на сына! – строгий гортанный баритон разнесся по салону, привлекая к себе внимание его семьи.       Автомобиль остановился на небольшой заправке. Из кузова высунулись лица еще двух мужчин, которые поспешили выбраться наружу. У всех за плечами находилось оружие – простое охотничье, но оружие. Следом наружу вышли и остальные: два молодых парня около 20 лет, четыре женщины и трое детишек разного возраста – от 10 до 16 лет. Люди ежились на холоде – тонкие накидки поверх платьев и длинных рубах, повязанных красным поясом, не спасали от холодного ветра. Женщины то и дело морщились, когда до их носа доходил неприятные трупный запах.       Влад направился к своему другу Ярославу. Парни с самого детства росли вместе, они и родились в один день, в один день крестились, получили свои кресты и имена. Влад – владеющий, владыка – всегда во главе своего друга, всегда затейник, всегда впереди, и Ярослав – усердный – парень, который не хотел расстраивать отца и друга, потеряв мать еще в младенчестве. Рада стала для него второй матерью, а Велимир мудрым советчиком. Влад никогда не отличался беспрекословным послушанием, почти всегда шел наперекор своим родителям, всегда мечтал вырваться из оков веры, которую ему насаждали с детства. Даже сейчас, когда мертвецы восстали из могил и начали охоту на живых, он не верил убеждениям отца. Велимир считал, что люди, наконец, поплатились за свою невежественность, за свое отношение к Создателю и сыну Его, ибо настал конец мира только по их вине. Он вел свою общину в безопасное место, день изо дня исповедуя их веру. Все, кроме его собственного сына, верили ему. Влад предпочитал считать это очередной ошибкой властей, или обвинять Америку, которая решила уничтожить Россию таким способом. - Отец, мы с Яриком прогуляемся, местность осмотрим! – проговорил молодой брюнет.Велимир взглянул на них и под укоризненным взглядом супруги отпустил на вольные хлеба до полуночи.       Влад и Ярик шли по тихим улицам Питера, забредая в различные лавочки. Мертвецы к счастью их вообще не замечали, а если замечали, натыкались на острие ножа Влада. Тишина улиц их не гнела, друзья не затыкались. - Знаешь, чего я хочу больше всего на свете? – спросил Влад у друга. - Чего? - Кружку пива с вяленой рыбкой, диван под задницей кожаный, мягкий, удобный, а рядом девчонку с аппетитными формами, ух! – Влад присвистнул, представив эту картину. Ярик тем временем покачал головой, понимая, что друга уже ничего не исправит. Он никогда не станет таким, как его соседи по общине, как он сам. Влад всегда отличался от всех, но, тем не менее, с ним всегда можно было поговорить и интересно провести время. - А ты чего хочешь, Яр? - А я хочу здравомыслящего друга и конец уже этого конца света! – парень тяжело вздохнул. Все происходящее его хорошо угнетало, не давало нормально мыслить и быть спокойным. - Ох, друг, ты все такой же скучный! Слушай, хоть сейчас оторвись немного. Конец света лучший повод для этого! Поверь мне! – Влад схватил друга за руку и потащил в рюмочную, окна и двери которой были выбиты напрочь. Ярик упирался как мог, но в итоге оказался в месте с другом внутри. Влад ринулся к бару, выбирая уцелевшие бутылки крепкого алкоголя. - Влад, я пить не буду. Ты прекрасно знаешь, нам нельзя! – твердо и уверенно произносит молодой человек, но друг его не слушает и наливает почти целую рюмку прозрачной жидкости себе и ему.       Стопка за стопкой утопает в их глотке и пищеводе, постепенно глаза становятся стеклянными, а внутри просыпаются неутаенные ныне желания и потребности. Ярик становится раскрепощенным, радостным, пошло шутит, не боясь оговора со стороны отца или Велимира.       Шумно и шатающейся походкой парни вывались из рюмочной. Они шли по асфальту, по центру дороги, распинывая валяющиеся на пути банки, бутылки, камни, пакеты, пока Ярик не заметил молодую девушку, направляющуюся в аптеку на углу улицы. - Влад! – позвал парень друга, но его собеседник был занят разглядыванием своей обуви и мертвого крысенка около мусорного бачка. – Влад, блин! - Сквернословишь, бро! – заплетающимся голосом произносит парень. - Да, харе подкалывать, смотри! – парень поворачивает голову друга в сторону девушки. Соня не видела их, Соня шла за лекарствами. - О, Ярик, кажется, мое желание исполняется! – парень растянулся в улыбке, внимательно наблюдая за девушкой. – Идем! Составим ей компанию! - Может, не надо? – спросил Ярослав, но в ответ получил только взгляд а-ля «Ты серьезно?» – Ладно! Парни двинулись за девушкой. ***       Радомира и Велимир находились на заправке; женщина помогала другим, кормила детишек, рассказывала им сказки, но сердце ее было не спокойно. Рада не могла понять, что не так. Молодые девушки подходили к ней, просили совета по своим вопросам, а потом крестились двумя пальцами и кланялись в пол, благодаря Всевышнего за предоставленный отдых и безопасность. Велимир и отец Ярослава обходили территорию, держа наготове заряженное оружие. Женщина завидовала спокойствию своего мужа, который вел себя так же, как и всегда – беспристрастно, твердо, уверенно. В груди у женщины скреблись кошки, царапали нутро, оставляя за собой большие раны, которые вроде и затягивались, но очень медленно. Беспричинное, на первый взгляд, беспокойство выводило из колеи. - Велимир, что-то случилось с мальчиками! – произнесла женщина, поравнявшись с мужчиной. - Тише, женщина, не причитай! С ними ничего не могло произойти, та толпа зомби еще долго сюда не придет, и мы немного их задержали.       Да, когда они двигались сюда, то наткнулись на армию мертвецов, готовую растерзать их в тот же момент. Серые, безжизненные, озлобленные, они остались в нескольких километрах от общины, потому что Велимир приказал забаррикадировать дорогу легковыми автомобилями. Только вот он не знал, что такой толпе парочка машин совсем не помеха. Зомби уже смело шествовали за ними по пятам. - Велимир, мне не спокойно! Сердце матери не подводит!       Мужчина, секунду подумав, согласился отправиться на поиски молодых людей, пообещав, что они оба получат за свои выходки.       Их нашли на полу в аптеке. Парочка опытных следопытов добрались до нужного здания. Велимир уже хотел отчитывать сына за распитие спиртных напитков, но резко осекся, замечая изуродованные тела парней. Мужчина не хотел пускать сюда жену, не хотел, чтобы она видела все это. Им хватило потери своих пятерых детей до этого. Рада влетела внутрь, но резко притормозила прямо напротив тела сына. Перерезанное горло, вытащенный с корнем язык, надкушенный, валяющийся около тела молодого человека, живот распорот прямо через одежду. Содержимое брюха вывалилось наружу, петли тонкого кишечника полностью расслабленные оплели тело парня, свежий запах гнили заполнил аптеку полностью, и даже разбитые окна и выломанные двери не спасали. Несколько пальцев оторваны, белесые кости торчат снаружи, ошметки рваных мышц свисают с ним. Глаза открыты, а в них застыл страх и дикий ужас. Тело Ярослава было тоже изуродовано, но значительно меньше. Следы укусов, распоротый живот, оторванные конечности.       Женщина застыла от ужаса – она до сих пор не верила, что перед ней лежит ее мальчик. До последнего Рада думала, что это всего лишь видение, ночной кошмар, но тихий шепот за спиной, возгласы ужаса, негромкий плач и рука мужа на ее плече говорили об обратном. - Нет! Влад, сын, мальчик мой! – истерика началась внезапно. Женщина упала на колени перед сыном, хватая его за холодную безжизненную руку. – Нет! Малыш! Вернись к матери! – не обращая внимания на запах, выпущенные наружу кишки, оторванные пальцы, язык, застывшую кровь, женщина наклонилась над телом сына. Она обнимала его, целовала в холодный лоб и виски, просила вернуться, рыдала, молила Бога о том, чтобы все это оказалось просто видением.Велимир поспешил поднять с пола свою супругу, которая не хотела отпускать тело сына. Мужчина грубо поднял ее. - Рада, успокойся! Мы его не вернем! Позволь ему уйти достойно! – говорил мужчина, сдерживая свои скупые слезы.       Да, его сын не хотел становиться его преемником, но он был его первенцем, долгожданным и любимым. Они потеряли уже пятерых замечательных детишек. Двоих в общеобразовательной школе, когда зомби заполнили улицы, одного при рождении – роды были длительными и младенец запутался в пуповине, которая и перекрыла доступ кислорода, еще двоих совсем недавно унес вездесущий грипп. Бог, которому они так усердно поклонялись, один за другим забирал у них детей. - Рада, любовь моя, Влад обретет спокойствие в его царстве! – проговорил мужчина, проглатывая слезы горя и потери.       Легко было говорить, но боль матери от потери своей кровинушки, своего сына ничем нельзя было соизмерить и тем более унять. Женщина не могла успокоиться, ее выводили отсюда двое крепко сложенных мужчин, но она все рвалась назад, к своему мальчику. Рада постоянно оглядывалась, пока Велимир прикрывал тело сына курткой.       Похороны заняли сутки. Пришлось колотить гроб из имеющихся материалов и вывозить за пределы города. Рада с дрожащими коленями стояла напротив глубокой ямы, где лежали два гроба. Ярика она тоже любила и не меньше, чем Влада. Потеря обоих подкосила ее. Постоянные слезы, слабость и неверие в происходящее ломали ее, но она держалась, ради мужа, ради остальных. Женщина молча плакала, наблюдая, как одна за другой горсти холодной черной земли накрывают могилу ее мальчика. - Влад был моим первенцем, моим любимым сыном, за которым стояло наше будущее. Он был верным мальчиком. Верил в нас, хоть не всегда это и показывал. Да будет тебя земля пухом, мальчик мой. Светлого местечка тебе в раю Христовом! Бог за тобой присмотрит! – глава семьи по традиции завершил речь, а последняя горсть земли завершила горбик на этом небольшом участке. POV Соня. - Кажется, у нас гости! – произнес Марк, поднимаясь со своего места, пока я спускалась со сцены, на которой мы с Ваней устроили тренировку.       После того нападения этих выродков хотелось чувствовать себя в безопасности хоть немного, и судя по моим навыкам, они куда-то начали пропадать.       Дверь ломилась и прогибалась от прилагаемого к ней усилия, Марк уже приготовил пистолет, как и Ваня, а я стояла с ножами в руках. Огнестрел, конечно, хорошо, но это не мое.       В одно мгновение внутрь бара вломились несколько мужчин, ломая замок и все наши баррикады. Следом за ними вбежали несколько женщин, молодой человек, и дети. Дверь захлопнулась так же резко, как и открылась. Ванька уже прицелился в гостей, но пока не стрелял. Мурлен, сидевший до этого рядом с Марком, свалил подальше, но держался в поле моего зрения. Женщины первыми нас заметили. Первое, что бросилось мне в глаза – так это теплые платки на их головах, закрепленные под подбородком, а у мужчин достаточные длинные хлопчатые рубашки. Некоторые девушки испуганно вскрикнули, а следом на нас нацелились дула охотничьих ружей, дробовик и один пистолет. Первое, что промелькнуло в моей голове, так это то, что мы можем забрать у них это оружие, если они окажутся какими-то странными. - Не думал, что здесь кто-то есть! – проговорил широкоплечий мужчина с достаточно пышной серой бородой, губами в полоску, огромным шрамом на все лицо и жутким взглядом. Одна его рука была толще моего бедра раза в два. Не хотела бы я с ним встретиться в переулке ночью. - А вам не пришло в ваши недалекие умы, что раз закрыто, тут кто-то есть? – Ваня прямо сочился язвительностью. - Тише, сынок! Я тебе не ровесник, чтобы со мной так обращаться. – продолжил тот мужчина.       Одно его простое движение плечами вызывало у меня настороженность. Парни тем временем встали точно напротив меня, закрывая собой. Но нужно смотреть правде в глаза – что Марк, что Ваня сильные и ловкие ребята, но здесь было три живых шкафа, молодой сильный и не измотанный, судя по всему, организм, а еще пять женщин, настроенных крайне не дружелюбно и трое детей, которые не представляли угрозы. Так что силы были на стороне противника, если эти люди нам противники. - Мне может быть тебе в ноги поклониться и зад поцеловать? – издеваясь, спросил Ваня.       Мое внимание было обращено к тому мужчине, желваки на лице которого опасно дрогнули, а следом сжался огромный кулак, который способен расколоть череп. Не перевелись еще богатыри на земле русской, называется. - Так, тише! – произнесла я на свой страх и риск, замечая, что обстановка немного накаляется. – Мы начали не с того! Может, представимся? – предложила я, выступая из-за спины Марка, который хотел тут же одернуть меня назад. Мужчина напротив меня обмяк, лицо приобрело более спокойный вид, по крайней мере, это выражение не вызывало желание убежать и спрятаться. - Велимир, это моя жена Рада, а с нами моя община! –произнес мужчина, протягивая руку. Только сейчас я заметила на груди у каждого восьмиконечный крест. - Соня, - я ответно пожала ему руку. Моя ладонь показалась настолько крошечной по сравнению с его. И раз мальчики молчали, я продолжила – Это Марк, а это Ваня, а вон там еще член нашей семьи – Мурлен! – внимание гостей было приковано к коту, которой опасливо на них поглядывал. - В кого вы стреляли? – отозвался Марк. - Это очевидно, сынок, в живых мертвецов! – ответил мужчина, уже приветливо улыбаясь. - Мы тебе не сынки, мужик! – Ваня все еще ерничал. – И если вы не заметили, это наше место, так что валите-ка отсюда. - Это общественное место! – проговорил Велимир, делая шаг вперед. Руд схватил меня за руку и просто притянул к себе и к Марку. - А вы не заметили, что общества уже нет? Если нет, могу напомнить! Выматывайтесь отсюда! –он переходил на повышенный тон. - Молодой человек, Бог вас покарает за это! Вы должны быть сострадательны! – проговорила какая-то женщина из толпы. - Какое сострадание? – голос подала жена Велимира – Рада. – Вы посмотрите на него, - женщина с нескрываемым отвращение поглядела на Ваню, - Он весь в этих татуировках, испорчен, помечен дьяволом! Глаза лезли на лоб от того, какую чушь несла эта женщина. - Рада, прошу вас… - договорить мне не дали. - Для тебя Радомира, соплявка! – эта староверка выплюнула мне в лицо. Обстановка накалялась с каждой секундой, а это все могло закончиться не так хорошо. - Рада, успокойся! Простите ее, мы вчера потеряли сына, еще переживаем горе! – произнес Велимир. С каждой минутой он казался мне самым адекватным здесь. – Если вам будет так угодно, мы уйдем, но просим только одну ночь здесь! Утром нас уже здесь не будет.       Ваня уже хотел ответить твердо «нет», но Марк его одернул, соглашаясь приютить этих людей здесь на ночь. К тому же, за этими дверями мертвецы, и уж лучше будет, если завтра они расчистят нам путь.        Мужчина благодарно нам улыбнулся, а почти все в его общине поблагодарили нас, располагаясь в этом баре. Ваня проклинал нас с Марком, каждую секунду напоминая, что мы запустили чуму в дом, и эту чуму не искоренить, пока они живы. - Да что не так? – я не выдержала, задав этот вопрос, пока меняла повязку Марку. - Я им не доверяю! – проговорил Ваня, почти не поглядывая на меня. - Тебя никто не просит доверять! – Марк прекрасно выразил мою мысль. – Просто, бро, будем людьми, ок? Одна ночь! За одну ночь, они нас не убьют! POV Автор.       Рада прошла вперед, с презрением оглядывая место, где им суждено остаться на ночь. Женщина с отвращением посмотрела на бутылки спиртного – пустые и целые, на диванчики, на сцену, на кота, на ребят, которые согласились их приютить. Ее муж размяк – давно пора было забрать это место себе, по силе их община превосходила эту троицу в разы, да и само сожительство вместе с татуированными людьми, распивающими спиртное и живущими неправильной семьей втроем, вызвало у женщины много негодования, которое она раз за разом прятала внутрь. Перед глазами был только мертвый сын. - Велимир, Радомира, вот держите, здесь вполне сносные консервы, и думаю, дети не будут против кусочков ананаса или абрикоса! – Соня вручила корзинку с продуктами мужчине. - Спасибо большое! - И я, мы, сожалеем о потере вашего сына! - девушка добродушно улыбнулась и уже разворачивалась назад. - Соня? Верно? – окликнул ее Велимир. – Вы не знаете, может, те твари стали мутировать? – девушка непонимающе посмотрела на мужчину. - Тело сына и его друга, не похоже, что их убили мертвецы. Над ними издевались! - Нет, то есть я не знаю! – ответила девушка, топчась на месте. - До самой смерти буду видеть эту аптеку перед глазами! – тихо бросил Велимир. - Простите, вы сказали аптеку? – в памяти Сони всплывал недавний инцидент. Девушка как-то резко потерялась в себе, но ее выдернули из раздумий. - Да! Ты что-то знаешь? - Нет, нет! – быстро затараторила она. – Ничего! – только вот это было не так. И это прекрасно заметила Рада. - Это она их убила! – выкрикнула женщина, гневно поглядывая на девушку.