Завтра все вернет назад.

POV Ваня       Я не верил нашим гостям. По одному их виду было понятно, что это очередные религиозные фанатики. Терпеть их ненавижу. Соня и Марк считали иначе, только кот искренне меня поддерживал. Этот мохнатый засранец не подходил к ним, а иногда и шипел, когда к нему подходили особо «умные» людишки. Не понимаю, почему ребята так слепы в этом вопросе. То есть, эти же люди явно ничего хорошего нам не предоставят, да еще и вероятнее всего, это наши не совсем враги. Жена этого шкафа, который постоянно называл меня сынком, явно настроена против меня, да и вообще против нас. По-моему, она там самая отбитая.       Мурлен удобно устроился на моих коленях, пока Соня меняла повязку Марку и иногда целовала его в щеку, дабы утешить его боль, которой уже не было. Просто Маркул тот еще хитрюга. Конечно, нежностей от Терешиной он хочет много, и ради этого готов симулировать чаще. Да черт, его довольная ухмылка говорит сама за себя. - Я думаю, им нужно отнести поесть. – как бы невзначай говорит Соня. - А я думаю, им надо сваливать отсюда быстрее! – тут же парирую я. Мурлен с интересом поднимает голову, видимо, кот согласен со мной. Маркул и девушка недовольно на меня смотрят. - Руд, чем они тебе так не угодили? – спрашивает Марк, усаживая Соню себе на колени. - Тем, что приперлись! Вы, бля, их видели? Они же долбанные религиозные фанатики! – начал доводить я до их умов простую истину. - Слушай, ты меня прекрасно знаешь, я никак не отношусь к этой херне, но мы просто должны быть людьми. И черт, они не вломились, чтобы нас убить, они просто ищут убежища! Тут места много, хватит всем! – не унимался друг. Вот честное слово, иногда так и тянет съездить ему по зубам. Безусловно, он был и остается моим другом, но они такие наивные оба, что просто слов нет. Кажется, конец света должен был другому научить. Сонька тоже хороша – заварушки с солдафонами ей не хватило, давайте будем встречать всех с распростертой душой. - Ребята, выключите свою детскую наивность! – чуть повысил голос я, отчего Терешина дернулась на коленях Марка. – Против вас я не пойду, но если что-то случится, вы были предупреждены, и я говорил! – закончил я свою речь, быстро поднимаясь со своего места.       Нужно было вообще покинуть общий зал. Быстрыми шагами я поднялся наверх, где были небольшие комнаты с окнами, чтобы покурить. Как только форточка открылась, внутрь забрался холодный воздух. Снаружи все засыпало снегом, а чертовых зомби по близости не было. В кого они вообще стреляли? Во внутреннем кармане куртки была последняя пачка сигарет. Все идет по одному месту. Каждый ебаный раз все катится в ад. Хах, сам скоро стану религиозным! Может, это передается воздушно-капельным путем? Я дымил как паровоз, и даже не заметил, как уже выкурил одну сигарету и приступил ко второй. Чертовы нервы, чертовы фанатики, чертова Соня, мать ее! Я люблю эту девушку, но иногда она творит невообразимую херню.       Когда мой пыл немного поугас, и пукан перестал так гореть, я отправился обратно. Терешина о чем-то разговаривала с Велимиром. Жутко странное имя! Девушка в непривычной для себя манере топталась на месте, смотрела под ноги и кусала нижнюю губу – боится или что-то скрывает. Кажется, кого-то ждет серьезный разговор! - Это она их убила! – выкрикнула женщина, гневно поглядывая на Соню. Терешина, мягко говоря, опешила и пятикопеечными глазами смотрела на эту чеканутую бабу. Обстановка накалялась. - Какого черта здесь происходит? – я ворвался в разговор, наплевав на мораль и этикет. - Она убила моих мальчиков! – выплюнула эта горгулья. - Выметайтесь к херам отсюда! – проорал я, указывая рукой на дверь, - или мне вас по одному перестрелять? - В моей правой руке оказался ствол с полным магазином. Велимир встал прямо перед своей безумной женой. - Но вы же говорили… - начал он. - Мне плевать, я был согласен вас тут оставить на ночь, пока вот эта не начала бросаться беспочвенными обвинениями! – сказал я, пряча за собой Соню.       К нам уже подошел Марк, также держа наготове пистолет. Все же хорошо, что по пути сюда мы обчистили арсенал отделения полиции. Мужчина напротив меня превосходил в силах, да и внешне был намного крепче и больше, как и его друзья. Силовая составляющая была не в нашу пользу. - Что происходит? - Наши гости охуели, вот что происходит! – бросил я через плечо, отвечая на вопрос Маркула. - Подбирай слова! – заметил кто-то из их группы. - А не пошли-ка бы вы нахер, господа-товарищи?! Считаю до трех, если не убираетесь – начинаю стрелять! – один самый умный член их секты взялся за оружие. – Не смей его в руки брать даже! Снаружи нет зомби, и отсчет пошел – три, два… - Стойте! – мать твою, Соня! Сегодня ее инстинкт самосохранения не хотел включаться. – Никакой стрельбы! Вы совсем уже? Рада– простите–Радомира потеряла сына! Ей тяжело! Но для прояснения ситуации – я ничего не знаю! Вашего сына я в глаза не видела, и тем более не могла его убить! – отчеканила Терешина, выходя из-за моей спины. – А теперь, опустим оружие – девушка положила руку на пистолет и начала давить на него, заставляя меня опустить ствол.Уверен, что она об этом пожалеет. Гребаное неприятное предчувствие, чуйка, или как еще это назвать, мучило меня сейчас. Где-то глубоко внутри я ощущал, что эти люди причинят нам боль, что случится что-то плохое. Но кто меня слушал? Правильно, никто! POV Автор.       Внезапно развившаяся конфликтная ситуации разрешилась сама собой. Соня умудрилась успокоить двух разъяренных мужчин, с одним из которых она будет серьезно разговаривать. Велимир же в очередной раз поблагодарил молодую девушку за проявленное благоразумие и радушие. Обе группы мирно разошлись по своим уголкам, только Рада не желала оставаться со своими. Женщина отстранилась ото всех, не желала принимать данную Терешиной пищу. Она все еще подозревала девушку в том, что та повинна в смерти ее сына и Ярослава. ***       Ваня прошел вперед, убирая пистолет за пояс на джинсах. Марк последовал его примеру, усаживаясь за один из столиков, куда уместилась Соня. Девушка сидела, подперев голову рукой. Она тяжело дышала, на секунду опускала одну руку на стол, стуча ноготками по лакированной поверхности, и снова закрывала этой рукой лицо. - Какого хера происходит? – Ваня не стал ходить вокруг да около.Соня решила проигнорировать его вопрос. - Так мы еще теперь и не разговариваем? – Евстигнеев попытался отнять руки от ее лица, но Марк перехватил его руку. - Тише, Руд! Она сама расскажет! – проговорил молодой человек.Ваня убрал руки, но продолжал с недовольством смотреть на девушку. Его еще мучил недавно пережитый стресс и злость к новоприбывшим. Терешина медленно убрала руки от лица, оглядела молодых людей и измученно улыбнулась. - Что ж, – она шумно выдохнула, – видимо, те отморозки из аптеки, которые напали на меня – это сын Велимира и Рады и его друг. – Евстигнеев сжал кулаки до побеления костяшек пальцев, а Марк открыл рот от удивления. – И когда я убегала, слышала, как они кричали. - Лешего ты молчала? Я их убью! – проворчал Рудбой, собираясь уже встать из-за стола, но Соня резко схватила его за руку. - Нет! – шепотом сказала она, усаживая его на место. – Если они узнают, что я видела их, не думаю, что мы просто мирно разойдемся! - Никто и не хочет расходиться мирно! – продолжил Ваня, но его прервали.       Рада несколькими минутами ранее покинула свое насиженное место и отправилась в сторону ребят. Спрятавшись за барной стойкой, женщина слушала их разговор. Она боролась с желанием выдать свое местоположение, но не стерпела, услышав в речах молодой девушки слова о своем сыне. POV Соня.       Пришлось рассказать парням новые выяснившиеся подробности, от которых я сама была в шоке. Те парни– члены этой общины. Судя по моим знаниям, они являлись староверами, но, видимо, их дети не приветствовали их идеологию, раз решили развлечься с девушкой прямо на полу в аптеке. Бьюсь об заклад, Рада просто так это не оставит! Но нам нужно сохранять мирную обстановку. Конечно, узнай они сейчас о том, что я все же видела этих парней, нам не будет покоя. Во время трагедии люди еще ожесточеннее, а если это и мать, помешанная на религии… Теперь я понимала желание Вани выгнать этих людей, но драка нам была не нужна, тем более просто отстрел невинных людей. Те двое ублюдков мертвы, и судя по всему, не самым лучшим образом они скончались – так кричали! - Ах, ты мелкая сволочь, – это прозвучало слишком внезапно, а потом громкий стук разбивающегося стекла и острые болезненные ощущения на спине. Марк тут же притянул меня к себе, зажимая рукой порез, который мне оставила Рада, в своем порыве. Женщина стояла, озлоблено поглядывая на нас, и держала в руке разбитую бутылку, на остром крае которого была красная жидкость. Рану между лопаток щипало, но пока было не до этого. Ваня нацелился на женщину, но пока не стрелял. - Успокойся! – приказал он, но его слова просто вовсе не услышали. - Что здесь происходит? – грубый голос разнесся по помещению, а следом за ним рядом с нами оказался Велимир. Вообще меня это радовало, он тут адекватный человек. - Твоя чокнутая женушка напала на Соню! – проговорил Ваня, не спуская с прицела женщину, пока Марк прижимал к моей небольшой царапине руку. Мужчина несколько секунд просто наблюдал за все происходящим, а потом просто прошел к своей жене и повел ее в другую сторону. - Нет, Велимир! Стой! – женщина выбивалась из его хватки. – Да стой ты, упрямый осел! Она сказала им, что видела наших мальчиков. - Один из мужчин выступил вперед, поглядывая на Раду с немым вопросом во взгляде. - Она сказала, что наши мальчики якобы хотели ее изнасиловать, а потом, когда она убегала, то слышала их крики! – в панике и с нескрываемой злобой говорила женщина.       Кажется, моя тайна раскрыта.       Велимир строго посмотрел на меня. Этого мужчину я опасалась, он и правда выглядел угрожающе, а когда еще и смотрит на тебя – будто дьявол в самую душу заглядывает– то вообще жутко. Я проглотила тугой комок слюны, захотелось поежиться от этого звука, но мое тело будто оцепенело. - Твоя жена свихнулась после смерти вашего сына! Соня говорила про случай, произошедший еще при нашем присутствии. – уверенно проговорил Ваня, уже по инерции прикрывая меня спиной. - Что же, Рада, идем! Нужно поспать, и мы выдвигаемся! – проговорил мужчина. Я была ему искренне благодарна за то, что он не стал копаться в этом грязном белье. – И прошу прощения! – бросил он через плечо, пока уводил свою жену. - Нет уж! – прошипела она, вытаскивая из-за пояса своего супруга нож, которой тут же очутился в его печенке. Все вокруг разинули рты от удивления, отовсюду послышались крики. – Дорогой мой, передай нашим детям привет, я их люблю! – безумным голосом проговорила женщина, вытаскивая нож. Из раны фонтаном брызнула кровь, окропляя собой Раду и рядом стоявшего мужчину. - Не стой столбом, Игорь! Она убила твоего сына и обвиняет его в попытке изнасилования! – прохрипела женщина, наблюдая за предсмертными конвульсиями своего супруга. Насколько она безумна? Ваня хотел выстрелить, но в один момент у него из рук выбили пистолет и заломили руку. Это был тот самый мужчина – отец второго отморозка. - Не трогайте ее! – проорал Руд, но ему быстро заткнули рот, ударив его же пистолетом по затылку, отчего он потерял сознание и повалился на пол. Марка ударили прямо в больное ухо. Эти изверги били по больным местам. Страх сковал мое тело, а порез меж лопатками заболел с новой силой. ***       Парней связали и бросили прямо на пол, словно мусор. Два шкафа схватили меня за руки. Отец одного из отморозков не постеснялся ударить своим кулачищем мне в живот – кажется, все мои внутренности размазались о имеющиеся внутри стенки, а позвоночник и ребра просто прогнулись. Боль адская; она душила и приток воздуха на несколько секунд резко прекратился. Отрезвила меня только грубая хватка за волосы.       Еще не полностью разогнувшись, я рухнула на пол, а из моей головы выдрали клок волос. Кожа головы горела адским пламенем. Но мои мучения не прекратились. Рада намотала волосы себе на кулак и подняла мою голову вверх. В ее глазах не было и капельки благоразумия, сплошная ненависть, злость и безумие. - Ты расскажешь мне все прежде, чем отправишься на встречу со своим хозяином в пекло! – прошипела она сквозь зубы. - Я ничего не делала! – упрямо проговорила я, и это была правда. Самозащита не в счет. Убила их не я. - Ты, маленькая дрянь! Само твое существование порочит это место, этот город, этот мир! Говори! – звонкая пощечина, от которой на моей щеке загорелся целый пожар. - Я ничего не делала и ничего не знаю о смерти ваших детей! Я знаю только то, что они были не такими и святыми, – во мне проснулась злость и дерзость, – Они пытались меня изнасиловать, а потом просто получили по заслугам! –выплюнула я, за что получила еще сильный удар. - Врешь, тварь! – прошипела женщина. - Зачем мне врать, чокнутая ты дура! – проговорила я, сплевывая на пол уже кровавую слюну. – Боишься слушать о своем мальчике правду? Не так воспитала, сектантка?       В Раду словно вселился бес – женщина рванула ко мне, вцепляясь в и без того лохматые волосы. Она била меня, царапала, таскала за волосы, пока я пыталась отбиваться, но все мои попытки венчались провалом. Не знаю, кто ее от меня оттянул, но помню сильный удар ботинком по животу, от которого на пол из моего рта вытекла струйка крови. - Она расскажет правду! – твердила Рада, словно мантру. – Она все расскажет! Усадите ее на стул.       Меня словно куклу усадили на барный табурет, с которого я готова была свалиться. В голове звенело, звук был похож на грузовой поезд вместе со сверхзвуковым самолетом. Какой-то мужчина поднял мою голову, грубо схватив за подбородок, а потом просто харкнул в лицо. Что за манеры? Шея не выдерживала веса головы, половину лица я уже не чувствовала, глаз благополучно заплыл, и только краем я видела, что мальчики еще лежат на полу связанные и без сознания.       Около своих ног я заметила что-то серенькое – это был Мурлен, который волнительно расхаживал вокруг моего тела и не знал, куда рваться, к парням или оставаться у меня. За него это решил тот самый мужик. Он просто с силой пнул кота куда-то в сторону. Я не видела, куда Мурлен улетел, но прекрасно слышала жалобное «мяу» и тихий хруст. - Ублюдок! - я дернулась в сторону этого уёбка, но упала на пол лицом, прекрасно слыша хруст своего носа. Он просто смеялся. – Я убью тебя! – прошипела я. - Как убила моего сына? – провокационные вопросы? Хм, не оригинально! - Я не убивала! – сказала я, смотря прямо в его глаза. – А вот тебя убью, и эту суку убью! – кивком указала на Раду. – Ваши ублюдки пытались меня изнасиловать, а вы посмели обидеть моих мальчиков, ты, сучара, обидел моего кота! – вся моя агрессия его смешила.Дайте мне нож, и он перестанет смеяться, раз и навсегда. - Ты будешь гореть в аду! – шепотом произносит он, наклонившись к моему лицу! - Я-то, может, там и сгорю, но только вместе с вами! - Рада, она готова к разговору!–Напротив меня оказалась эта ведьма, победно ухмыляясь.       Она уже переоделась – чистая одежда, чистый белый платочек, будто так можно скрыть ее натуру. - Готова признаться? - Готова отправить тебя домой – в могилку твоей шлюхи-матери, сука! – прошипела я. – Гроб явно тебе станет отличным домом! – в ответ мне досталась звонкая пощечина.Пощечина, удар, снова пощечина, снова удар – это я получала в ответ на любую сказанную мной фразу. Лицо уже онемело. - Знаешь, я убила собственного мужа, думаешь, кого-то из них не убью? – Рада кивнула в сторону парней. – Тащи вон того, татуированного! - проговорила она. Мудак, который до этого избивал меня, приволок Ваню и посадил на стул напротив. Евстигнеев был все еще без сознания, но не долго – на него вылили бутылку виски, от которой он и очнулся. Парень безумно оглядывался, пытался выпутаться, но ничего не выходило. Рот ему заткнули кляпом. Ваня с такой болью и страхом за меня смотрел мне прямо в душу. - Если ты не признаешься в содеянном, я перережу ему горло, а следом и тому! – проговорила Рада, становясь ровно за Рудом, и прикладывая лезвие ножа к его шее. Эта женщина совершенно обезумела. Там не было даже намека на трезвость. Признаться в том, что не совершала, или пожертвовать Ваней? Конечно, первое. - Ладно, ладно! Это я! – выбор был очевиден.Из глаз текли слезы боли, бессилия и сожаления. Одними губами я прошептала «Прости», когда меня снова резко подняли с места и повели куда-то вглубь бара.       Меня бросили на пол. Я уже плохо слышала, да и не слушала, что говорят эти изверги. Но основной смысл: «Брат за брата! Кровь за кровь!» я поняла сразу. Каждый из этой гребаной общины подходил и ударял меня. Кто-то добавлял к этому значительную долю своей слюны. «Твой дозор окончен, Софья!» – звучало в моей голове. Сначала я терпела, но когда кто-то из них сломал мне палец, громкий крик боли вырвался из горла. А потом еще и еще. Каждый новый удар был больнее предыдущего. Казалось, можно просто выпасть в обморок, но мне этого не давали, а вот новые порции боли–всегда пожалуйста. POV Марк.       Я очнулся с дикой болью в голове, шумом в пораженном ухе, связанный и обездвиженный. Рядом со мной валялся Ванька. Чертовы староверы! Друг пытался высвободиться, но ничего не получалось. - Ванька, не шевелись! Попробую развязать тебя! – услышав мой голос, Руд что-то промычал, но я этого не разобрал.Мы долго боролись с веревкой и узлами, пока до наших ушей доносились стоны боли, издаваемые Соней. Не хочу даже представлять, что с ней делают. Как только Ванькины руки были свободны, он развязал ноги и вытащил кляп изо рта. - Я ведь говорил! Говорил же! – бубнил друг, развязывая меня. - Не нагнетай! Что делать будем? - Что? Серьезно, спрашиваешь? - не дождавшись ответа, он продолжил, - Убивать будем и не ебет!–Спорить с ним было бессмысленно, да и не хотелось. Людей убивать я не хотел, но Соньку спасти необходимо. Правда, встать у меня получилось не с первого раза. Ебучая травма. - На тебе вещи и он! – Ванька притащил мне кота, на первый взгляд, мертвого, но всего лишь без сознания. Бедняге сломали лапу. Схватив как можно больше оружия и необходимых вещей, мы двинулись в путь. Я шел буквально по стеночкам, пока в ухе звенело, а тело упорно не хотело держать равновесие.       Мы вышли из этой подсобки, в которой нас оставили без присмотра, в общий зал. В центре на коленях стояла Соня, а над ней буквально издевались. На лице и живого места нет, одежда во многих местах порвана. Злость вскипела внутри, достав свой пистолет, я выстрелил раньше Ваньки, попадая прямо в сердце одному из крупных ублюдков. Все отвлеклись от избиения девушки. Следующий выстрел, только предупредительный. Логичностью тут и не пахло. - Отошли от нее! – подумав секунду, каждый отошел от Сони подальше. Терешина без сил повалилась на пол. Там ее за волосы держала Рада.Я выбросил все сумки и просто метнулся к девушке, осторожно поднимая ее на руки. Вид, конечно, страшный! Терешина была в сознании. - Дай мне пистолет! – прошептала она, сплевывая и отхаркивая кровь. Только бы внутреннего кровотечения не было. В ее состоянии возможно все. Приняв ее просьбу за бред, я просто отвел ее в сторону. - Марк, дай мне пистолет! – уже громче повторила она.На шатающихся ногах Соня подошла к мужчине и Раде и направила на них дуло пистолета. - На колени! – приказала она.Ванька хотел ее остановить, но она слишком грозно на него посмотрела. - Я ведь обещала! – ее тихий голос я различал с трудом.Ни секунды не колеблясь, Терешина сделала два выстрела в голову в упор. - А теперь, сукины дети, слушайте, блять, внимательно! Они, – девушка указала на убитых, –обвинили меня в том, что я не делала, они угрожали мне смертью моего любимого, а потом вы меня линчевали! Почти удачно! И мое ли место в аду? А? – все молчали в тряпочку. – Вы все сгорите! А не мы! –Едва она развернулась, сразу же начала падать, только Руд оказался рядом, подхватывая ее. - Идемте отсюда, пожалуйста! – это последнее, что произнесла Соня, прежде чем потерять сознание.