Разлитая бутылка пива на набережной реки Сены

Описание ➃

Чанель встретил меня внизу лестничной площадки, надутый и обиженный, он ждал, когда я подойду ближе, чтобы спросить: - Ну и где ты был, ты обманул меня?! - Прости, Чанель, я просто, - я не мог отдышаться, чтобы поскорее ему все рассказать. – Я видел Кёнсу в лифте, и… Его глаза расширились и округлились. - Кёнсу? Где? Где он? Он тормошил меня за плечи, и я отпихнул его в сторону, рассказывая то, что только видел. - О боже мой! – прокричал он, не находя себе места. – Скорее, пойдем на 5 этаж, пока он не ушел. - Да погоди, Чанель! – я вовремя поймал его за кисть прежде, чем он успел наступить на ступеньки. – Он скоро выйдет отсюда, идем на улицу, сделаем вид, что ты все это время был там. Он бегал глазами по коридору, не найдя ничего, на чем бы мог сосредоточиться, и я сказал: - Посмотри на меня. Все будет хорошо. Ясно? - Да… Кёнсу не торопился выходить на улицу, из полуопустевшего здания университета он выходил подавленным и уставшим. Долгое время он проторчал в туалете, умываясь и рассматривая себя в зеркале. Ничего не помогало отмыть этот едкий налет неприятной скорби. Хотелось лишь просто упасть головой в какую-нибудь канаву и там же сдохнуть, ну или просто побродить в тишине и заснуть до полуночи, чтобы прибывать в бессознательном состоянии как можно дольше. На душе у Кёнсу царил мрак и пустота. Такое бывает, когда есть что-то, чего нельзя изменить, или не под силу, или все совсем безнадежно. Он остановился в проходе двери главного здания, не дойдя до курильной, поджег сигарету и ровным медленным шагом поплелся прочь от университета. Чанель заметил его издали и радостно улыбнулся, нагоняя его фигуру. -Кёнсу-я! Парень затормозил и равнодушно обернулся, а Чанель тем временем грезил о том, чтобы упасть в его объятья, но вовремя остановился, заметив скорбное сердитое выражение его лица. - Ой… П… Привет. - А, это ты, - Кёнсу приложил ладонь ко лбу и с большим трудом выдавил из себя что-то подобное улыбки. – Привет. Чанель замер на месте и с неуместной улыбкой, но которая так и лезла из него наружу, засмотрелся на голые веточки деревьев, обдуваемых несильным морозным ветром. - Я уже думал, что мы не увидимся, - признался он. – Сегодня ведь среда… Кёнсу склонил голову и задумчиво рассматривал тротуар. Он потянулся к сигарете и затянулся. - Ах да. Точно. Среда. Чанель слабо улыбнулся. - Я думал, что ты хотел встретиться со мной и… Ты в порядке? Кёнсу перевел на него мрак своих черных глаз и кивнул. - В полном. А ты? - Конечно я в порядке, - дружелюбно засмеялся тот, а потом добавил чуть погодя. – Я ждал тебя. Кёнсу выдохнул струю дыма, задумчиво кивнув. А потом вновь посмотрел на Чанеля. - Все-таки решился? - На что? - удивленно тот выпучил глаза. - На бонг. - А, да, - улыбнулся Пак. – Конечно! Пора бы вспомнить эти ощущения. Кёнсу хмыкнул и развернулся. Направляясь вперед. - Идём. Чанель не спрашивал, куда они едут. Сначала они спустились в метро на станции Чодо, а вышли уже в районе Сандома. Потом пересели на автобус и проехали остановок три. Все это время они разговаривали. Точнее, разговаривал один Чанель. Ему очень не трепелось поведать Кёнсу обо всем на свете, о том, что он любит, а что нет, где он успел побывать, о своих друзьях и группе, и даже о том, как круто было провести отдых со своей семьей этой зимой. Кёнсу внимательно его слушал и задавал вопросы, но особо ничего не рассказывал. - В Канаде очень холодно, даже если это юг, - говорил Чанель. – Я там побыл все лето, а потом решил вернуться обратно, точнее, вернуться я бы точно вернулся, учеба же. - У тебя там родственники? – спросил До. - Да. Тетя живет. Ей нравится, говорит, там можно запросто ездить и в Америку. Вот туда бы я рванул на всю жизнь. - Тебе нравится Америка? - О-очень, - улыбнулся Чанель, мечтательно смотря наверх. – Я обожаю её! Там столько классных мест, хочу в Голливуд! - Работу искать что ли? – хмыкнул Кёнсу. - Нет, что ты. Посмотреть, что и как там. Лучшие в мире фильмы оттуда, согласись! Кёнсу пожал плечами. - Пожалуй. Чанель долго рассказывал ему о своих впечатлениях от фильма «Мстители», даже не подозревая, что эта тема не особенно занимала Кёнсу, и очнулся тогда, когда понял, что не знает того, в каком месте он находится. - О, - он оглянулся и осмотрелся вокруг. – А где это мы? Здесь где-то твой дом? - Почти, - ответил Кёнсу, не прерывая шага. – Мне нужно взять траву, это займет пару минут. Чанель задрожал от страха и морозного ветра, обдувавшего его лицо. - А это обязательно? У нас же есть сигареты.. Кёнсу обернулся и посмотрел на него так, словно тот сморозил несусветную чушь. Чанель отвернулся и посмотрел в сторону, избегая его взгляда, он проговаривал: «молчи, Чанель, лучше молчи». - Здесь моя машина, - сказал Кёнсу и, обернувшись, бросил Чанелю в руки стопку ключей, которые тот едва поймал. – Посиди пока в ней, надеюсь, знаешь, как разблокировать двери. - Я разберусь, - ответил неуверенным голосом Пак. Стопка была внушительной, но Чанель быстро сообразил, что к чему и нажал на значок открытого замка, услышав позади себя два писка, после чего понял, куда ему нужно идти. Машина была припаркована у ворот какого-то частного дома. Чанель сел в салон на переднее сиденье и, закрывшись изнутри, стал ждать. Было тихо. Очень тихо. От долгого разговора у него болел язык, и оставшись наконец наедине с самим собой, его захлестнуло странное чувство одиночества. Он вроде бы столько всего рассказывал, но ощущение было, что впустую. А самое обидное было то, что он не помнил ничего того, что говорил ему Кёнсу. - Я слишком много болтаю. Чондэ был прав. Он посмотрел наверх, за небольшим склоном, там, где заканчивалась дорога, сквозь паутину линий проводов было видно серое безоблачное небо. Чанель долго рассматривал его. Странно, по этому серому небу не было понятно, что за время года, что за время суток сейчас было. То ли день, то ли утро, то ли вечер. - Утонувшее небо, - хмыкнул он, найдя название этому явлению. Начинало слегка темнеть, когда Кёнсу вышел наружу и подошел к машине, отворив переднюю дверь. Чанель почти задремал, и если не нахлынувшие на него потоком мысли, он бы совсем уснул. Волнение не позволяло ему расслабиться. Кёнсу пристегнулся, бросил на Чанеля беглый взгляд и завел мотор. Машина выехала из частного района к главной дороге улицы, и они свернули вправо. Они ехали плавно и тихо, и Кёнсу чуть погодя включил плеер. Заиграл какой-то эр-эн-би. Чанель улыбнулся. - Тебе нравится такая музыка? Кёнсу слабо улыбнулся. - Ты не против, если я закурю? - Нет, - Чанель достал из своей сумки зажигалку зиппо и поднес огонек к сигарете До, тот затянулся дымом и, приоткрыв темное стекло окна, выпустил легкую дымку на улицу. Казалось, что они едут по дороге совсем одни. Чанель чувствовал себя рядом с Кёнсу совершенно по-другому, непривычно. На него влияют те люди, с которыми он проводит время. С каждым человеком чувствуешь себя по-разному. Вот и у него с Кёнсу создавалось непередаваемое чувство восприятия реальности как чего-то серого, несправедливого, но с уютными нотками ритмичного блюза и эр-эн-би, сладкого спокойного голоса солиста песен и запахом крепких сигарет в салоне машины. Опьяняющее волнение, чувство, будто он стал ребенком, младшим братиком или домашним питомцем для него. Ему хотелось перенять от Кёнсу хоть что-то, что было ему неизведанно. - Научи меня, как быть тобой, - вдруг сказал он, поддавшись своему настроению. Кёнсу не сводил глаз с дороги, спокойно спросив: - О чем ты? Его голос, эта манера произносить слова… Чанеля ранило то, что он не понял. Разве так сложно было поддаться его романтическому настрою? Или он просто не умел этого? «Может, он чувствует себя точно также рядом со мной? Мы такие разные. Разве ему не должно это нравиться?» - Забудь, - улыбнулся Пак, отворачиваясь к окну. – Я просто говорю какой-то бред. Кёнсу ничего не ответил. Наконец, когда они приехали, Чанель увидел небольшой частный домик с высоким темно-зеленым забором, Кёнсу загнал машину в гараж и заглушил мотор. Чанель осторожно вышел и, подождав водителя, последовал за ним внутрь дома, в спальню. - У тебя тут уютно, - сказал он, старясь быть приятным гостем. Кёнсу посмотрел на него, ничего не ответив. В комнате, где они остались, была двуспальная кровать, широкий монитор компьютера и открытый шкаф со всеми цветами темной одежды на вешалках. Это была точно его комната. Чанель хмыкнул. - Мне нравится твой стиль, почти все вещи черные. Кёнсу стоял над ним, роясь в своем телефоне, а потом бросил на него взгляд. - Ага. Подожди тут, я принесу кое-что. - Жду. Чанель старался сдерживать улыбку. Ему почему-то было радостно, даже весело, но будет сказать точнее так: он был счастлив. Счастлив увидеть то, где жил этот парень, который ему нравится. Рассматривать его вещи, словно как рассматривать его повседневную жизнь. Кёнсу вернулся со стеклянным бонгом и, присев на пол на корточки, сначала размельчал в коробке марихуану, а потом начал раскуриваться, после чего протянул бонг Чанелю. - Держи. Чанель неуверенно взял в руки замысловатую стеклянную фигуру и, признаться честно, не имел ни малейшего понятия, что с ней делать. Покрутив ее в руках, он посмотрел на До. - Может, сначала ты? Кёнсу кивнул. - Хорошо. На дне бонга забурлила вода, изнутри запотевало стекло. Кёнсу выдохнул густой пар, запрокинув назад голову. Чанель молча смотрел на него, пытаясь запомнить всю последовательность процедуры курения, но тщетно. Это казалось для него слишком сложным. Кёнсу хмыкнул. - Теперь ты? Чанель взял бонг в руки и, замерев на месте, изможденно выдохнул. - Знаешь, что-то мне не хочется курить его сегодня… Кёнсу тихо засмеялся себе под нос. - Ты ведь не умеешь курить, я прав? Пак промолчал, опустив взгляд вниз. Он сильно удивился, когда Кёнсу подвинулся к нему и вплотную сел рядом, беря его руки в свои и движениями показывая, что нужно делать. - Держи колпачок закрытым, - говорил он над его ухом. Чанель старался скрыть то, как сильно покраснело его лицо, он почти не шевелился. – Теперь поднеси губы к горлышку и вдохни. Чанелю было стыдно от того, что бонг напоминал ему о стеклянном твердом фаллосе, потому он не без доли смущения прижался губами к холодному стеклу, чувствуя, как руки Кёнсу опускают его ладони вновь к колпачку. - Вдохнул? Сейчас, когда я вытащу колпачок, продолжай вдыхать. Готов? У Чанеля закружилась голова, стоило почувствовать слияние кислорода с дымом. Он наконец почувствовал на кончике языка вкус марихуаны. Выпустив наружу пар изо рта, он туманным взглядом посмотрел на Кёнсу, который улыбался ему. - Ну как? - Классно. Кёнсу продолжал безотрывно смотреть на него, он закусил нижнюю губу, заметив, как из приоткрытых губ Чанеля все еще выбирался дым. У Пака закружило голову от его взгляда, он думал, что еще чуть-чуть и они поцелуются. - Может, хочешь чаю? – тихим голосом поинтересовался Кёнсу. Момент был упущен, и Чанёль проклинал бога за то, что Кёнсу не воспользовался таким случаем, чтобы поцеловать его. Но, возможно, было не поздно? - Я не очень понял, как это делать, - смущенно признался он. – Покажешь еще раз? - Давай, малыш. Кёнсу устроился рядом с ним поудобнее, подвинул бонг к себе и сделал глубокий вдох, прильнув губами к стеклу. У Чанеля был слышен пульс в висках, после того, что он понял, как назвал его Кёнсу только что. Он не смог сдержать улыбки. - «Малыш», это слишком романтично звучало. Кёнсу вынул колпачок и вдохнул сильнее, а потом оторвался и выдохнул струю дыма, расползавшуюся на полотке во все стороны, словно выброшенный в море яд медузы или чернил осьминога. До облизнул губы и посмотрел на Чанеля каким-то поплывшим пьяным взглядом. - Ты все запомнил? Чанель подполз к Кёнсу ближе и остановился в паре сантиметров у его губ, замерев и прикрыв глаза. - Ты правда назвал меня так? Кёнсу закрыл глаза, приоткрыл рот, и, почти не шевеля губами, спросил на выдохе: - Как? - Малыш? У Чанеля зазвенело в ушах от волнения. Он чувствовал его дыхание на своих губах. Это было чертовски эротично, он почти превозмогал себя, чтобы не вцепиться в его кожу, словно вампир, изнывающий от жажды. - Ты же малыш, - ответил Кёнсу тихим голосом. – Маленький послушный мальчик. Чанель волнительно поймал воздух, начав неровно дышать. - Хочешь, я буду всегда твоим послушным мальчиком? Он открыл глаза, желая увидеть его лицо, но у Кёнсу все еще были закрыты глаза. - А ты хочешь? - Да, - нетерпеливо ответил Чанель. – Я хочу. Я так по тебе скучал… Мне было плохо без тебя… В конце его голос оборвался, и он почувствовал, как его плечо, ведя вверх вдоль ребер, накрыла ладонь Кёнсу. - Тихо, малыш. Все хорошо. Чанель прикрыл глаза. - Не уходи от меня, ладно? Хочу всегда быть с тобой с этого момента. Кёнсу, вопреки ожиданиям Чанеля, не усмехнулся. Он молча гладил его по плечу, а потом подался навстречу и докоснулся до его губ, накрыв своими. Чанеля накрыло волной чувственных наслаждений. Казалось, что его с каждой секундой открывшейся нежности затягивало в круговорот таинственной неги и соблазна. Ощущения были неописуемы. Взаимность. Мечтательна, опьяняюще волшебна, приятна, чиста, как лепестки белой лилии, бесподобно чарующая, сладкая, сладкая… Как самая вкусная в мире конфета, торт из любимого шоколадного сиропа, мягкого теста и нежной прослойки. Ах, как же прекрасны эти сравнения любви с чем-то вкусным и съедобным. Чанель облизывался, думая об этом. Взаимная любовь – как накрытый стол до отвала любимой еды, пиршества среди самых близких искренне надежных друзей, празднества жизни, фейерверка праздника, веселья и танцев. Это счастье. Это волшебство. Чанель подумал о том, какой же он был в этот момент счастливый. Ни одно чувство, пережитое им за всю его жизнь, не было и капли похожим на это. Ни радость от путешествия, ни рождение его племянников, ни праздник дня рождения, когда он заказывал себе все, что захочет – ничего не напоминало и отдаленно то, что испытывал он в данным момент времени. Ему казалось, что ради этого он и жил всю жизнь. Любви. Заботы, ласки, процветания. Но поцелуй закончился, и он открыл глаза. Он уже почувствовал в себе какие-то изменения. Взгляд его приобрел доброжелательность и мягкость, улыбка стала искренне спокойной и счастливой, а Кёнсу… Кёнсу, казалось, совсем не изменился. В его глазах даже не было блеска симпатии и радости, зато отчетливо бросалось желание и страсть. Чанель прильнул к его коже на шее, стал нежно целовать его везде, где он мог достать, только бы лишь слышать стоны наслаждения и слова благодарности. Кёнсу в конечном итоге опустился вниз, сначала на локти, потом на спину. Он громко дышал, его кожа горела, опаляя щеки Чанеля жаром возбуждения. Он несильно тянул Чанеля вниз за волосы, к паху, а потом неровных сбивчивым дыханием обратился: - Возьми его в рот. Чанель на долю секунды замер, покраснел от смущения, но покорно опустился вниз и стянул с него сначала штаны, а затем и резинку боксеров. Странно, но он чувствовал себя совсем не так, как представлял себе то, как должен чувствовать себя влюбленный человек. Его почему-то оскорбила эта фраза. Но ведь с другой стороны, что такого в ней было? Это была обычная просьба, озвученное желание, не так ли? Жаль, что Чанель всегда умел находить оправдания тем, кого он любил, чтобы не расстраивать самого себя. Очень жаль. Но понимать это было рано. И все же его страсть быстро сошла на нет, почему-то вдруг ему перехотелось делать хоть что-либо. Когда он удовлетворял его, то делал это как-то без души, на автомате. В душе было холодно и пусто. Но Кёнсу все его движения приносили удовольствие, так что только эта мысль грела его обиженное эго. Когда Кёнсу кончил, он отдышался, потянул к себе за подбородок Чанеля и оставил короткий поцелуй у него на губах. Он ушел в ванную, а затем вышел и принялся курить снаружи. Когда Чанель выходил, уже было поздно и темно. Он посмотрел на свои наручные часы, было за полночь. - Долго же мы были, - сказал он, обращаясь к Кёнсу, который вышел следом за ним, закидывая рюкзак за спину. – Но было весело. Кёнсу слабо улыбнулся. - Тебя отвезти? - Если можно. Дорога домой снова казалось какой-то странной, но уже совсем другой. Никакой больше таинственности не было, да и Кёнсу курил как-то обыкновенно. Пейзажи ночного города только сильнее вгоняли в скуку. Но Чанель думал, что он просто устал. Я встретил его уже дома, улыбнулся и встал сразу же, как только услышал звук открывающейся двери, но я никак не ожидал увидеть то, что увидел. Чанель казался опустошенным и избегал моего взгляда. - Все в порядке, Чанель? – спросил я. Он устало улыбнулся. - Да, просто хочу спать. Я кивнул и сел обратно за свое место у ноутбука. - Все ведь прошло нормально? - Ага, - он захватил с собой полотенце и поплелся в ванную. – Поговорим завтра.